Demilich's

Хроника

Глава 17. Битва за Азерот

Донельзя встревоженный, Магни Бронзобородый шагал через пески Силитуса – к гигантскому, источающему скверну клинку, пронзающему земную твердь. Прежде он мог говорить с миром-душой, понимать, что она чувствует, но теперь все изменилось, и ощущал он в разуме своем лишь боль – страшную боль, испытывает которую планета.

«Меч во тьме», - прошептал Магни, созерцая чудовищное оружие Темного Титана. – «Пески, исполненные боли... Пылающий мир... Что ж, я следовал за видениями, ниспосылаемыми тобой. Вот, стало быть, куда ты меня вела?.. И сейчас я слышу лишь твои крики. Я не могу больше их выносить... Но почему же ты сейчас молчишь?.. Почему сделала меня своим Говорящим, если не объясняешь, что же мне делать?.. Я не знаю, как помочь тебе».

Заметив престранный минерал неподалеку, Магни нахмурился, протянул руку, коснулся его... и сонм видений захлестнул разум Говорящего.

Зрел он себя – в Железной Кузне, близ супруги, Эймир. В животе ее пихался наследник престола, и король слушал, как пытается тот таким образом общаться с родителями.

Душа младенца... и душа мира...

Позже Магни и Эймир замерли у люльки, глядя на спящую малышку. «Знаю, ты всегда хотел мальчика», - улыбнулась королева. – «Скоро ты обязательно получишь наследника». «Не в этом дело, Эймир», - покачал головой Магни. – «Она прекрасна. Просто... боюсь, что если отвернусь хоть на мгновение, кто-нибудь заберет Мойру у нас». «Ты же не можешь всю жизнь тревожиться о том, что может произойти», - отвечала королева. – «Ведь упустишь то, что действительно важно. Ей нужно больше, чем просто страж. Ей нужен тот, кто станет учить ее, прощать, любить – того, кто поможет ей обрести свое место в жизни».

Бегут годы, счастливые годы... Малышка Мойра растет, радуя любящих родителей...

Все изменилось после смерти Эймир. Магни заставлял Мойру упражняться с мечом, с мушкетом, не обращал внимания на протесты девочки. Он хотел, чтобы была та готова к любым испытаниям... и не замечал, как они отдаляются друг от друга, как ширится пропасть между отцом и дочерью.

То же повторялось и сейчас... Прежде он мог говорить с миром-душой, понимать ее чувства... но все изменилось, когда Саргерас вонзил в планету свой проклятый меч.

«А что ты ожидал брат?» - выговаривал ему Мурадин, когда Мойра стала избегать отца, проводя все время близ саркофага, похоронена в котором была ее мать. – «Ты все эти годы насаждал ей свою волю, требуя, чтобы она стала такой, какой она не хотела быть». «Но это же ради нее, Мурадин!» - гневно возражал Магни. – «И я не виноват в том, что она этого не понимает!» «Да, и каждый раз, когда ты сталкиваешься с тем, что не можешь контролировать, ты или сдаешься, или делаешь все хуже», - обвиняюще бросил Мурадин.

Иное видение прошлого... Тело умирающей Эймир на снегу, рядом – трупы ледяных троллей... Твари подобрались слишком близко к Железной Кузне, застав королеву и спутников ее врасплох... Ощущая полнейшую беспомощность, Магни обещал любимой, что вскоре та непременно встретится с дочуркой, но Эймир лишь печально улыбнулась, молвила: «Магни, ты – все, что у нее осталось. Что бы не случилось, обещай, что ты всегда будешь рядом с ней».

Обещание, которое он нарушил...

Поток видений захлестывал Магни, прошлое и настоящее перемешались. На руках его умирала королева... а вокруг умирала планета – мир-душа Азерот. «Она умирает», - продолжали эхом звучать в разуме слова. – «Помоги ей... или потеряешь ее...»

«Не волнуйся, малышка», - прошептал Говорящий. – «Я здесь... и я не оставлю тебя». Он не повторит ошибок прошлого, не отвернется от Азерот так же, как некогда – много лет назад – отвернулся от своей дочери...

***

В то время, как в городах и весях по всему Азероту миряне праздновали великую победу, одержанную над Легионом, предприимчивые гоблины, принадлежащие к картелю Трюмных Вод, успели наведаться в Силитус и обнаружить близ гигантского меча образования из некоего кристаллического минерала, обладающего поистине чудесными магическими свойствами. Торговый принц Галливикс не преминул доложить о находке верховному вождю Орды, Сильванас Ветрокрылой, и смекнула та, что минерал вполне может позволить им получить преимущество над Альянсом – а то, что оное будет не лишним, Королева-Баньши не сомневалась даже.

Но разведка Альянса прознала о предприятии гоблинов, и Андуин Вринн приказал перебросить в Силитус лазутчиков для наблюдения за деятельностью картеля, а также добычей образцов минерала для последующего изучения. Конечно, ордынцы отнеслись к шпионажу со стороны Альянса с нескрываемым раздражением, и разили лазутчиков, если замечали тех в своем лагере.

Сразу же после того, как Саргерас вонзил меч в планету, силитиды исчезли; возможно, клинок разрушил их подземные ульи. Но теперь инсектоиды были вновь замечены в песках, и казались они сильнее, нежели прежде!.. Наверняка обрели твари, обладающие удивительной способностью приспосабливаться к изменениям в среде обитания, новые способности благодаря чудесному минералу!

Происходящее в Силитусе привлекало к себе все больше внимания, и архимаг Хадгар, призвав искателей приключений, велел им отправляться в пустыню и передать письмо Магни Бронзобородому, пытающемуся изыскать способ исцелить рану, нанесенную Саргерасом миру.

«Похоже, наша победа на Аргусе оказалась пуста», - мрачно заметил Хадгар, узнав о новом зарождающемся противостоянии Альянса и Орды. – «Саргерас добился куда большего, чем просто нанес рану нашего мира. Я уповал на то, что теперь, когда война с Пылающим Легионом завершилась, народы Азерота сплотятся. Но единство наше оказалось расколото... Жизненные силы планеты утекают, обращаясь в минерал, а Альянс и Орды пытаются всеми силами заполучить этот ценный ресурс. Вновь обнажены клинки и готова разразиться новая война... Но после всего, через что мы прошли, я не приму ни одну из сторон. Я останусь в Каражане и начну изучать древние книги – возможно, сумею обрести знание, которое поможет исцелить мир».

В Силитусе разыскали герои Магни, передали ему письмо архимага. Рассказывал гном, что ощущает страшную боль, кою испытывает планета, и крики ее денно и нощно звучат в его разуме. Пребывал Магни в отчаянии, ибо не знал, возможно ли исцелить Азерот, или же обречен их мир на гибель.

Обращаясь к воителям Альянса и Орды, сошедшихся в противостоянии в Силитусе, Магни просил их донести по своих правителей, что минерал, за который сражаются они, - азерит, кровь планеты! И надлежит им заняться поисками способа исцеления раны, нанесенной миру, а не обретением все большего могущества за счет волшебных свойств минерала. Ведь Азерот – их родной мир, и нельзя позволить ему погибнуть.

Воители обещали передать слова Магни своим набольшим, но пока не случилось этого - добыча минерала в Силитусе продолжалось, отношения между Альянсом и Ордой накалялись, и мир вновь был готов соскользнуть в пучину безумия...


...Магни Бронзобородый, проведя время в Каражане с Хадгаром за изучением древних фолиантов, изыскал способ спасти Азерот, посему собрал на борту воздушного корабля всех без исключения представителей фракций, владеющих артефактами. Оные оказали им неоценимую помощь в недавнем противостоянии Пылающему Легиону, и, возможно, окажутся ключом к спасению мира.

Воздушный корабль завис у гигантского меча Саргераса, и поведал Магни присутствующим: надлежит вытянуть из меча темные энергии, отравляющие мир. Столпы Творения сгодились бы для этого, но ими запечатана гробница; посему необходимы им иные сосуды, способные вобрать в себя огромное количество энергии – и таковыми окажутся артефакты.

Представители фракций вытянули скверну из меча Саргераса, и артефакты их разом утратили свое могущество... Но и гигантский клинок, отравлявший их мир, потемнел, и ощутил Магни, как страдания Азерота ослабли... хоть и ненадолго. Удалось им выиграть немного времени для мира, само существование коего оставалось под угрозой, и постановил Вестник: они должны изыскать способ исцелить рану, и в этом – их первейший долг перед Азеротом!

***

Туральон и Аллерия прогуливались по Аллее Героев в Штормвинде, разглядывая каменные статуи, возведенные в их честь.

«Я должна увидеть родные земли своими глазами, Туральон», - говорила Аллерия. – «Я должна услышать он самой Сильванас, как могла она принять титул военного вождя». «Мне кажется, нам все же следует известить Андуина о твоих планах», - начал было паладин, но Аллерия отрезала: «Это его не касается».

«Он – король Штормвинда, Аллерия», - напоминал любимой Туральон. – «А ты собираешься встретиться с предводительницей Орды». «Это – личная встреча, и политика тут не при чем», - стояла Аллерия на своем. – «Я должна понять, есть ли у меня все еще семья». «Есть», - заверил ее паладин. – «Пока я жив...» «Ты знаешь, о чем я», - с улыбкой прервала его Высшая эльфийка. – «Мы трое – те, кто остались из нынешнего поколения Ветрокрылых. И я должа узнать... сестры ли мы все еще».

«И ты не передумаешь, не станешь брать меня с собой?» - с надеждой осведомился Туральон, и Аллерия покачала головой: «Семейные воссоединения утомительны. Ты заскучаешь. Я хочу увидеть свои родные места – и выбить нежить из Башни Ветрокрылых. Твое присутствие окажется... неуместным». «Если все, что рассказывала Вериса о Темной Госпоже – правда, Свет тебе не помешает...» - начал было Туральон, и Аллерия обезоруживающе улыбнулась: «Не волнуйся. Я понимаю Тьму так хорошо, как моя младшая сестра никогда не сможет. Надеюсь, Сильванас не успела пасть так, как полагает Вериса».

Они обнялись на прощание. В разуме Аллерии продолжал звучать настойчивый шепот Бездны, веля доказать свою любовь паладину, убив его и избавив от проклятия Света. Уверены были порождения Тени, что однажды Аллерия будет принадлежит им – душой и телом...

Сотворив портал, Аллерия в последний раз обернулась к возлюбленному. «Если я не вернусь, скажи Аратору...» - начала она, и паладин кивнул: «...Что ты любишь его». Благодарно улыбнувшись, эльфийка исчезла в портале, и Туральон тяжело вздохнул, отчаянно надеясь, что им еще суждено свидеться.


Вериса Ветрокрылая покидала Даларан, дабы отправиться на встречу с сестрами. Сыновья ее, близнецы-полуэльфы Гирамар и Галадин, начинание сие не приветствовали.

«Но мама, почему наши тетушки сами не могут прибыть в Даларан?» - допытывался Гирамар, и Вериса отвечала сыну: «Боюсь, сейчас это невозможно. Мы с сестрами навестим нашу родовую башню». «Башню Ветрокрылых?» - выходнул Галадин, и когда Вериса кивнула, добавил Гирамар: «Это значит, что мы все снова станем семьей?» «Было бы хорошо...» - печально вздохнула Вериса, - «но не стоит сейчас надеяться на это».

«Все знают, что тетушка Сильванас злая!» - напустился на брата Галадин. – «Она возглавляет Орду, и яшкается с теми, кто убил нашего папу!» «Не стоит говорить другим, как они злы», - попытался вразумить брата Гирамар. – «Иначе они с радостью покажут тебе свою злобу на самом деле». «Но разве можно быть добрым, если ты – нежить?» - искренне озадачился Галадин.

«Прекратите! Вы же братья!» - положила конец перепалке сыновей Вериса. – «Быть может, настанет день – хотя надеюсь, что очень-очень нескоро, - когда во всем мире вы останетесь одни друг у друга, посему вы должны во всем быть едины». Как некогда были они с сестрами, - пришла непрошенная мысль.

Крепко обняв сыновей на прощание, Вериса ступила в портал... переместившись на вершину холма в лесах Вечной Песни, где приветствовала ее Аллерия. Место сие навевало воспоминания; когда-то, кажется – целую вечность назад – сестры Ветрокрылые собирались здесь, просто чтобы передохнуть да полюбоваться чарующими видами, открывающимися с холма.

Холм остался все тем же, как и прежде – неоскверненным злой волшбою... а вот сестры необратимо изменились. «Бездна?..» - выдохнула Вериса, с тревогой воззрившись на сестру. Усилием воли та подавила вновь зазвучавшие в разуме голоса, велящие ей принять трон Серебряной Луны, а младшую сестру обратить во служение Тени, молвила: «Я контролирую эту силу. Научилась заглушать голова. Отличать ложь от правды. Даже в столь непростые времена».

«Но как?..» - поразилась Вериса, и пояснила Аллерия: «Любовь к Аратору – это и есть мой якорь. И, Вериса, за все то, что ты сделала ради него в мое отсутствие...» «Он был благословением нашему роду», - тепло улыбнулась Вериса. – «Примером для моих мальчуганов, которые стали подобными якорями для меня. Ведь был момент, когда я тоже была готова погрузиться во тьму».

«Расскажи», - попросила Аллерия, и молвила Вериса: «Сейчас я испытываю лишь стыд... но когда Гаррош Адский Крик разрушил Терамор, мой возлюбленный Ронин погиб. Меня поглотили скорбь и ярость. Я стала... уязвима. Мы с Сильванас встретились на суде над Гаррошем. Общие потери и ненависть к этому монстру сплотили нас. Мы тайно встретились... Сильванас хотела, чтобы он погиб. Я пребывала в смятении и согласилась помочь ей».

Поведала Вериса, как вылила яд, переданный ей Сильванас, в пищу, предназначавшуюся для узника. Но мысли о сыновьях вернули ей разум, и решила она не убивать Гарроша. Об отравленной еде Вериса сообщила Андуину Вринну, тем самым отринув предложение Сильванос присоединиться к ней в Подземном Городе, и решив остаться с сыновьями.

«Сильванас всегда обладала невероятной силой воли», - задумчиво молвила Аллерия, когда сестра ее закончила рассказ. – «И, похоже, воля сия ныне действительно темна». «Но теперь, когда ты здесь, возможно, все будет по-другому», - с робкой надеждой вздохнула Вериса. – «Возможно, мы трое сможем начать сначала. Это место... она придает мне надежду».

Да, здесь на холме сестры Ветрокрылые частенько кружились в беззаботном танце, а их младший брат Лират играл на флейте. Прекрасный, беззаботный мир... утраченный навсегда...

Аллерия и Вериса не заметили приближения Сильванас, и вздрогнули, ибо неким непостижимым образом Темная Госпожа сумела подобраться вплотную. Голоса в разуме Аллерии в страхе зашептали: «Она опасна. Она – угроза, с ней надлежит покончить. Остерегайся ее. Она стремится к смерти всего сущего... всех возможностей. Покончи с ней. Убей ее, спаси себя. Убей ее и спаси мир!»

Усилием воли Аллерия вновь заглушила испуганные голоса, взяла себя в руки. Сильванас же буднично приветствовала обеих сестер, и Аллерия заметила: «Мне кажется, окрестные земли не так уж и изменились». «Тебе лишь кажется», - отрезала Сильванас. – «Все меняется, если зайти достаточно далеко. Идемте».

Она повела за собою сестер через леса Вечной Песни, и вскоре полные жизни чащобы сменились мертвыми деревьями и рыщущими средь них мертвяками. Лицо Аллерии исказилось от ужаса и изумления. «Кто это сделал?» - выдохнула она. «Артас Менетил», - процедила Сильванас. – «Или же монстр, которым он стал... со своей армией Плети». «Что ж, тогда расчистим же путь к башне!» - предложила Аллерия, и сестры принялись разить из луков окруживших их мертвяков Плети.

«Кампания против Легиона отточила твои навыки, Аллерия», - одобрительно бросила Сильванас, наблюдая, как мастерски ее сестра расправляется с нежитью. – «Ты сражаешься еще лучше, чем прежде». «И, похоже, смерть не замедлила твои движения, Сильванас», - молвила в ответ Аллерия. – «Ты тоже стала во многом лучше». «О, ты даже представить себе не можешь, в чем именно», - искривила в усмешке губы Сильванас. – «Существование нежитью имеет свои неоспоримые преимущества».

Наконец, с мертвяками было покончено, и, повинуясь зову Сильванас, сестрам предстали трое неживых коней. Ведь до Башни Ветрокрылых путь неблизких – почему бы не проделать его на спинах неутомимых скакунов?..

«Давайте поиграем в игру во время пути, сестренки», - предложила Сильванас. – «Помните ли вы ‘Одно - ложь’? Каждая из нас сделает три утверждения...» «...И два из них будут правдивы», - молвила Аллерия, в то время как Вериса смерила Королеву-Баньши настороженным взглядом. – «Да, я помню».

По пути трое разили мертвяков и искаженных злой волшбою древесных энтов, коих в сих пределах оставалось великое множество. «Но введем новое правило», - продолжала говорить Сильванас. – «Мы откроем ложное утверждение лишь после того, как вернем себе Башню Ветрокрылых. Начинай, Аллерия. Ты все-таки старшая».

«Хорошо...» - задумалась Аллерия. – «Во-первых, я ужасно скучала по вам обеим. Во-вторых: могущество Бездны – невероятный дар. Наконец, в-третьих: я не испытываю сожалений о том, что ступила в Темный Портал много лет назад».

Трое пересекли границу Чумных Земель, и ныне три заключения предстояло огласить младшей из сестер, Верисе. «Во-первых, я верю в Кровавых эльфов», - изрекла она. – «И думаю, что им возможно обрести искупление». «Им не нужно твое искупление», - нахмурилась Сильванас, но Вериса, отмахнувшись, продолжала: «Во-вторых: я, наконец, примирилась с утратой своего возлюбленного Ронина. И, наконец... я боюсь, что потеряю вас обеих... навсегда».

«Мило», - усмехнулась Сильванас. – «Что ж, теперь мой черед. Во-первых – иногда я сожалею о тех временах, когда была жива. Во-вторых, я горда тем, что являюсь военным вождем Орды...»

Ветрокрылые достигли руин деревушки Золотого Тумана, где витали лишь бледные тени эльфов, некогда ее населявших. Сестры приступили к искоренению неупокоенных, когда Сильванас сделала свое последнее заявление: «Я никогда не предам вас, мои сестры». «Так, как ты не предала Верису, когда хотела ее руками убить Гарроша Адского Крика?» - уточнила Аллерия, и Сильванас хмыкнула: «Вот, стало быть, как она тебе все представила! Ну-ка, Вериса, расскажи, кому первой в голову пришла эта идея. Кто из нас убеждал кого? Кто добавил яд в еду Адского Крика? И кто оставил меня?»

Вериса молчала, потупившись, а Сильванас продолжала вещать: «Если бы Гаррон погиб, множество жизней было бы спасено! Если бы кто-то не проявил малодушие, нам, быть может, не пришлось отражать натиск Легиона!»

Сильванас страшно закричала, уничтожая тени несчастных. Воззвав к могуществу Бездны, порождения которой вновь призывали ее к убийству Темной Госпожи, возвестила Аллерия: «Сильванас, которую я любила, больше нет! Я вижу пред собой лишь искаженное подобие моей сестры!» «Мне не было даровано избрать свою судьбу», - едко отвечала Сильванас. – «Но ты, сестра, оставила своего сына. Оставила нашего брата. Оставила нас! А теперь вернулась эдаким вместилищем для могущества Бездны? Ты – лишь тень прежней Аллерии... чудовищное порождение!» «Это я-то порождение?» - задохнулась от ярости Аллерия, и парировала Сильванас: «А что, нет? Преображенная и искаженная падшим наару?!»

Две сестры готовы были вцепиться друг другу в глотки, когда Вериса выкрикнула, встав между нами: «Прекратите! Ни одной из вас не было рядом, когда я так нуждалась в вас! Вы обе позволили мне думать, что погибли! И знаете, что осознание это сделало со мной?.. Вы были для меня героями! Все мы лишились столь многого! Неужто мы действительно должны утратить все... снова?»

Устыдившись, Сильванас и Аллерия переглянулись, после чего вновь оседлали мертвых коней, устремившись к башне. «Кем бы мы сейчас не были друга для друга, Башня Ветрокрылых – наш дом», - молвила Аллерия, обращаясь к сестрам. – «Давайте же очистим ее. И затем обсудим истину... и ложь».

...Достигнув башни, трое покончили со всеми без исключения мертвяками Плети, рыщущими окрест, после чего поднялись на вершину шпиля. «Давайте же завершим нашу игру», - произнесла Вериса. – «Правда в том, что я действительно верю: однажды син’дореи присоединятся к Альянсу. И я боюсь потерять вас обеих. Ложь же в том, что я смирилась с гибелью Ронина. Я вижу его каждый день в своих сыновьях. И я завидую тому времени, которое вы с Туральоном сумели провести вместе, Аллерия».

«Не стоит», - бросила та. – «Многое произошло. Не знаю, сумеет ли наша любовь пережить то, чем мы с ним оба стали. Я говорила правду, когда утверждала, что мне не хватало вас. И я не сожалею, что так долго находилась вдали от Азерота. Ложь же в том... что могущество Бездны – дар. Это не так. Это – бесконечная борьба... но я одержала в ней верх. Твой черед, сестра».

И Аллерия обернулась к Сильванас, которая отрицательно покачала головой: «Нет. Думаю, хватит». «Что ж, храни свои тайны», - передернула плечами Аллерия. – «Нам нет смысла задерживаться в этом месте. Но Лират хотел бы, чтобы мы хотя бы попытались воссоединиться. Я сражалась тысячу лет, надеясь на то, что по возвращении найду свою семью. Но моя семья расколота. Здесь... и в Штормвинде».

Три сестры, ныне - столь чужие друг другу, устремились к выходу из Башни Ветрокрылых. Вериса нагнала Сильванас, желая ответить на брошенные той обвинения, молвила, глотая слезы: «Я хотела сказать тебе... что просто побоялась. Ты предложила мне остаться с тобой. Я согласилась, а затем – просто направила тебе письмо со своим отказом. Должно быть, тебя это задело. Что бы ни было между нами в прошлом... и как бы не сложилось будущее... я хочу сказать... мне жаль. Надеюсь, однажды ты сможешь простить меня».

Сильванас не ответила, и Вериса, тяжело вздохнув, отступила, сотворив портал, в котором скрылась наряду с Аллерией.

В следующее мгновение из-за древ выступили темные следопыты Сильванас, и предводительница их – Аня - обратилась к своей повелительнице: «Госпожа, мы ждали, но вы так и не отдали нам сигнал!»

Мыслями Сильванас обратилась к сестрам. К Верисе, вернувшейся к близнецам-полукровкам, столь напоминающим ей о погибшем супруге. К Аллерии, тепло улыбающейся Туральону и Аратору, тщетно пытающейся заглушить шепот Бездны, вещающий об утраченной возможности, упущенном величии, и семье, которую однажды она непременно потеряет, ибо не смогут любимые принять ее такой, какой стала она.

«Нет, Аня, я просто позволила им еще немного продолжить цепляться из их полные горестей и сожалений жизни», - изрекла Темная Госпожа. – «Но в итоге... они станут служить смерти. Они станут служить... мне».

В том, что все случится именно так, Сильванас Ветрокрылая не сомневалась...

***

Для изучения возможностей азерита торговый принц Галливикс нанял своего старого знакомого, гениального инженера Гриззека Физзвренча, прежде принадлежавшего к картелю Трюмных Вод, однако в последние годы избравшего для себя отшельничество в Танарисе.

Андуин Вринн, желая сплотить народы Альянса, вознамерился нанести визит каждому из них, поблагодарить за поддержку в час последней войны с Легионом и скрепить заключенные однажды союзы. Посему, покинув Штормвинд, молодой король отправился в Железную Кузню.

Сюда же прибыл Магни, поведавший Андуину, Совету Трех Молотов, а также Велену о тяжелом ранении планеты, и об азерите – чудесном минерале, выступающем ее «кровью». Настаивал Магни: Азерот нуждается в исцелении, посему Мойра и Велен приняли решение представить Андуина Конклаву жрецов, пребывающих в Храме Света Пустоты. Перед тем, как покинуть Железную Кузню и отбыть в означенное святилище, молодой король передал осколок азерита, коий прежде преподнес ему Матиас Шоу, Гелбину Меккаторку в надежде, что гном сумеет раскрыть свойства сего минерала.

Проследовав в портал наряду с Мойрой и Веленом, Андуин был несказанно поражен обителью Благого Света – Храмом Света Пустоты. Здесь приветствовали его Отрекшийся – Алонсус Фаол – и Калия Менетил. Обратившись к собравшимся в храме жрецам, поведала Мойра о тяжелом состоянии, пребывает в котором их родной мир. Священнослужители были потрясены: как возможно исцелить планету?!. Андуин заверил их, что, прибыв в Телдрассил, обратится он за помощью к шаманам и друидам – и, возможно, совместными усилиями им удастся уберечь Азерот от гибели.

Встреча с Алонсусом Фаолом окончательно убедила Андуина в том, что Отрекшиеся - не бездушные создания, коими считал их его народ, с ними можно и нужно вести переговоры. Посему, вернувшись перед скорым отбытием на Калимдор в Штормвинд, молодой король призвал личную шпионку своей семьи – Кровавую эльфийку Валиру Сангвивар, которой доверял безоговорочно, - попросив ту доставить тайное послание Бэйну Кровавое Копыто.

Лидеры Орды собрались в Громовом Утесе, дабы выслушать Хамуула Рунного Тотема, рассказывавшего о происходящем в Силитусе. К вящему неудовольствию Сильванас, навестил их Магни, ныне именуемый ‘Говорящим за Азерот’ и поведавший о том, что Альянс согласился приложить все усилия, дабы уберечь родной мир от гибели. Сильванас, желавшая лишь покончить с Альянсом и с презрением относящаяся к мягкотелым, ратующим за мир с извечным врагом предводителям иных рас Орды, постановила, что Бэйн наряду с тауренами и обитающими в Громовом Утесе Отрекшимися откликнутся на просьбу о помощи Магни и выступят к Силитусу. Сама же Темная Госпожа надеялась использовать сложившуюся ситуацию в свою пользу...

Андуин посетил Дарнассус, где встретился с Тиранд и Малфарионом. Поведали последние королю Штормвинда, что все больше экспедиций выступает к Силитусу, и цели их разнятся. Друиды Круга Кенариуса, шаманы Кольца Земли, дворфы Лиги Исследователей и Стражницы устремились к пустыне, дабы изыскать способ спасти Азерот.

Посредством магического портала переместившись обратно в Штормвинд, Андуин зрел дожидающуюся его Валиру, сообщившую о том, что Бэйн принял решение прекратить тайную переписку с молодым королем – ради благо своего народа. Стало быть, Сильванас проведала о посланиях, которыми двое обменивались, и приказала вождю тауренов прекратить сие общение.

После чего Андуин ступил посредством портала в Храм Света Пустоты, где поведал Алонсусу и Калии о своей идее найти общий язык с Отрекшимися. Ведь некогда были те родней для мирян Альянса, и родней же их считает Сильванас. Быть может, сие станет отправной точкой для примирения с военным вождем Орды?.. Начинание молодого короля показалось Алонсусу весьма здравым, но, хоть и не тешил он себя надеждой на успех, все же решил попытаться убедить входящих в Конклав Отрекшихся поддержать Андуина.

По возвращении в Штормвинд король поведал о замысле своем Велену, Туральону, Аллерии, Генну Седогриву и адмиралу Катерине Роджерс, возглавлявшей флотилию воздушных кораблей державы. Помимо Велена, остальные присутствующие высказались против идеи примирения с Отрекшимися: пытаясь наладить отношения с чадами Сильванас, Андуин рискует развязать новую войну с Ордой – как будто добычи гоблинами азерита и раны, нанесенной миру Саргерасом, недостаточно в списке проблем и бед, с которыми они столкнулись.

...В Силитусе под покровом ночи гоблины атаковали лагерь Лиги Исследователей, перебили многих принадлежащих к фракции сей ученых, а также сопровождавших их стражниц. Одну из исследовальниц, гному Саффронетту – Саффи - Фливверс, гоблины пленили, препроводили в ставку своего набольшего, Гриззека Физзвренча. В пленнице тот узнал свою бывшую супругу, поведал ей о чудесных свойствах азерита. Саффи на сотрудничество согласилась, и двое объединили усилия по проведению изысканий – во имя науки!.. В течение последующих недель Галливикс исправно снабжал исследователей образцами азерита... когда однажды сообщил – он ждет скорых результатов и понимания касательно того, как возможно применить вещество в качестве оружия – ибо таков приказ военного вождя Орды.

Ужаснувшись, Гриззек и Саффи вознамерились бежать прочь, не желая, чтобы могущество азерита оказалось направлено на разрушение. Но гоблины-головорезы, выступившие по следу беглецов, настигли их, и, исполняя волю Галливикса, попытались покончить с ними, взорвав с помощью небольшой бомбы.

...Алонсус Фаол вызвался стать посредником в переговорах между людьми и Отрекшимися, и, прибыв в Подземный Город, передал через Натаноса Марриса – ныне именуемого «Гнилостенем» - письмо для Сильванас. В нем Андуин предлагал организовать однодневную встречу на Нагорьях Арати между Отрекшимися и их родичами - мирянами Штормвинда. Надеялся король, что послужит сей жест скорейшему примирению двух сторон – Альянса и Орды; Сильванас же уповала на то, что, проявив добрую волю и согласившись на предложение короля, приблизит она воплощение в жизнь своих грез, заключающихся в падении Штормвинда и воцарении чад ее в Восточных Королевствах. Отрекшиеся Подземного Города, возглавляемые в отсутствие Темной Леди Советом Покинутых, с энтузиазмом приветствовали идею скорой встречи с семьями, разлучены с которыми оставались они долгие годы.

...На протяжении последующих недель Андуин и Калия готовились к скорому Сбору - разыскивали в Штормвинде родственников остающихся в Подземному Городе Отрекшихся, спрашивали, хотят ли те повидать своих близких, обращенных в нежить. Предрассудки оставались сильны, и далеко не все давали положительный ответ.

Калия поведала, наконец, свою историю Андуину. Втайне от родителей вышла она замуж за простого солдата, родила дочь. Затем случилось нашествие Плети, они бежали в Южнобережье... где оказались разлучены. С тех пор Калия ни разу не видела ни мужа, ни дочурки, и, отправляясь на Сбор, питала надежду, что встретит своих любимых в числе Отрекшихся.

…Наконец, день Сбора настал. И люди, и Отрекшиеся устремились к Нагорьям Арати, где первые заняли руины замка Стромгард, вторые – Стену Торадина. Паладины Альянса и темные следопыты Орды не отводили глаз друг от друга, ибо в задачу их входило обеспечение безопасности мирян, высказавших желание встретиться друг с другом.

Поддавшись порыву, Калия пред Советом Покинутых назвала себя «королевой Лордерона», и растерялись Отрекшие, не ожидавшие подобного откровения. Оставаясь на Стене Торадина, наблюдала Сильванас, как подданные ее наряду с родичами движутся в направлении руин Стромгарда, и, назвав деяния их ‘изменой’, приказала темным следопытам покончить с предателями. Те устремились к месту Сбора, принялись разить Отрекшихся, но людей не трогали. Сивальнас была уверена, что достигает тем самым сразу нескольких целей: пресекает инакомыслие среди своих чад, разрушает возможную связь их с Альянсом, расправляется с Советом Покинутых, который в будущем мог бы явить угрозу ее правлению.

Лишь одного-единственного человека сразила Сильванас, лично выступив стрелу ей в сердце: Калию Менетил, кою считала «узурпаторшей», надеявшейся заполучить то, что принадлежит ныне по праву ей, Темной Леди – трон Лордерона!..

Сбор обратился в трагедию; Андуин и помыслить не мог, что благое начинание его будет иметь столь страшный исход. Молодой король на руках вынес мертвое тело Калии с Нагорий Арати, дабы после похоронить жрицу в Храме Света Пустоты. Но по прибытии в оный нару Саа’ра велел Алонсусу Фаолу и Андуину провести жреческий ритуал; воззвав к могуществу Света, трое сумели возродить Калию нежитью, но отличной от Отрекшихся. Осознала та, что ныне подобна на своих подданных, но возглавить их еще не готова; посему приняла решение продолжить обучение у Алонсуса, дабы понять, каково это – быть нежитью, идущей во Свете, и как может знание сие помочь ее служению народу Лордерона.

***

Джайна Праудмур приблизилась к овеваемым морскими ветрами руинам Терамора; ныне – обиталища призраков прошлого. Исполненная отчаянного сожаления о некогда содеянном, чародейка медленно брела меж развалин, погрузившись в тяжелые, невеселые думы. Каждая избранная стезя, каждое принятое решение – все они привели ее сюда, к утраченному дому, к разбившимся надеждам.

В Даларане она порвала с Кирин Тором за то, что маги вновь допустили в город волшебников Орды. Как могут они быть столь слепы и не понимать очевидного – сим хитроумным тварям нельзя доверять?!. Оставив своего возлюбленного Калекгоса – единственного, кто действительно понимал ее, она в одиночку вступила в противостояние со своими демонами. Она ни от кого не зависела, и никто не зависел от нее.

И все же ощущала она свои долг и обязательства... и сознавала, что рано или поздно Орда вновь нанесет предательский удар Альянсу. Так было всегда, так будет и впредь... Руины Терамора напоминала Джайне о ее прошлых деяниях... и ошибках. Как могла она позволить своей терпимости к ордынцам затуманить разум, закрыть глаза на угрозу со стороны Гарроша Адского Крика, задумавшего уничтожить ее народ?.. Да и прежде, ведь, будучи в Подземном Городе наряду с Варианом, она могла обезглавить Орду, но не сделала этого. И теперь сознавала Джайна: желание мира с Ордой было ее слабостью – той, которой с радостью воспользовался враг. Поклялась чародейка: больше никогда не допустит она подобной глупости!

Гадала она, как сложилась бы ее жизнь, если бы в час приснопамятной кампании Верховного адмирала она сражалась бы на его стороне, не позволила бы оркам покончить с родителем? Или же поддержала бы его еще раньше, когда брат ее, Дерек, был убит в сражении с ордынцами – быть может, отец не преисполнился бы столь лютого гнева? Если бы она вернулась в Кул Тирас по завершении Третьей Войны, внял бы он ее советам? Быть может, вместе они выждали бы время да нанесли Орде сокрушительный удар?

Множество вопросов, множество утраченных возможностей...

На протяжении долгих лет избегала она сих вопросов, но, похоже, пришло время обрести, наконец, ответы. Пришло время вернуться домой...

Сотворив портал, Джайна проследовала в него, переместившись в Боралус – столицу Кул Тираса. Приняв иллюзорное обличье самой что ни на есть заурядной простолюдинки, Джайна устремилась на городскую площадь, где люд собрался у статуи адмирала Делина Праудмура. У подножья оной лицезрела она правительницу Кул Тираса – свою мать, Катерину, наряду с советниками и воинскими чинами.

«В час Второй Войны он доблестно сражался, защищая свой дом», - зычно вещала Катерина, вспоминая славные деяния своего павшего супруга, и толпа внимала ей. – «Но после Третьей Войны, узнав, что дочь его в опасности, он возглавил свой флот. Наш флот! Он устремился за море, чтобы спасти ее и ее город от бесчинств Орды... И какова была ее награда?» «Предательство!» - с ненавистью загомонила толпа. – «Со стороны той, кому он доверял... собственной дочери!.. Которая сговорилась с предводителями Орды, а затем отступила в сторону, позволив им расправиться с ним!.. Предательница! Смерть Джайне! Смерть предателям! Смерть – слишком легкое избавление для нее!»

«Мой любимый Делин не был совершенен», - вздохнула Катерина. – «Но он был великим человеком. Одним из лучших. Он знал цену противостояния Орде. И ни разу не колебался, когда необходимо было заплатить ее. Он знал, что мир с монстрами невозможен. Он умер, чтобы сохранить нашу свободу. Он отдал жизнь за Кул Тирас! Посему мы воздаем дань памяти нашему славному воину – который никогда не позволят врагу причинить вред своему народу!»

Наблюдая за собравшимися, Джайна была поражена столь яростной ненавистью, которую те питали в ее отношении. А ведь она хотела лишь остановить войну... спасти жизни. Но, похоже, спасла жизнь воинов не той стороны. И теперь Кул Тирас и жители его... сломлены... так же, как и она сама.

Леди Катерина в сопровождении адмиралов Кул Тираса устремилась к замку. Джайна осторожно последовала за ними, заклинанием обострив слух, дабы услышать, о чем говорит мать ее со своими ближайшими сподвижниками. Катерина сетовала на то, что с каждым годом все меньше и меньше дворян приходит в сей день на площадь, дабы почтить память павшим при Тераморе.

«Вести... не очень добрые», - обратился к правительнице адмирал Коплэнд. – «Мы полагали, что поражение Пылающего Легиона ознаменует мир, но напряжение между Ордой и Альянсом нарастает вновь».

«Неудивительно», - бросила Катерина. – «Но навряд ли это затронет нас. Кул Тирас уже долгие годы не является частью Альянса». «Орда - на пути войны», - настаивал адмирал, и в голосе его звучала тревога. – «Они не обратят внимания на соблюдаемый нами нейтралитет. И мы не сможем избежать столкновения с ними. Я предлагаю возобновить связи с Альянсом». «Нет», - отрезала Катерина. – «Когда мы просили их о помощи после убийства Делина, они плюнули нам в лицо... и если мы станем просить о помощи сейчас, когда на нас даже не напали, то покажемся слабыми. Я же нисколько не слаба!» «Конечно же, нет», - поспешил заверить правительницу Коплэнд. – «К тому же наш флот вновь становится внушителен. Но со всем уважением... возможно, нам стоит оставить прошлое в прошлом и обратить взор на нужды будущего. Возможно, обратиться к тому, кто встанет на защиту Кул Тираса так же... как своего дома».

Катерина нахмурилась, пождала губы, а леди Присцилла Эшвейн, принадлежащая к одному из старейших благородных родов островной державы, зло прорычала: «Ты говоришь... о ней. Адмирал, может, ты оглох от пушечных выстрелов?» «Нет, леди Эшвейн», - почтительно склонил голову Коплэнд, а дворянка продолжала распаляться: «Разве ты не слышал, что наша леди сказала подданным? И все равно советуешь, чтобы мы пригласили великую чародейку Джайну Праудмур, «спасительницу Азерота», сюда?! Чтобы мы с распростертыми объятиями приняли змею, которая позволила неприятию перебить лучших солдат Кул Тираса?! В этом состоит твой совет?»

«Хватит!» - прервала гневную речь леди Эшвейн Катерина. – «Отчасти за поступок Джайны я виню себя. Она была особенным ребенком... И очень добра. Я сделала все возможное и невозможное, чтобы облегчить ей жизнь. Мне пришлось яростно спорить с Делином, чтобы тот позволил ей обучаться в Даларане... Но я позабыла научить ее смирению. Верности своему народу».

Она помолчала, покачала головой, после чего, обратившись к адмиралу, постановила: «Мы не станем никого «приглашать». Кул Тиран способен защитить себя». Леди Эшвейн одарила Коплэнда торжествующей ухмылкой, после чего вслед за правительницей устремились во внутренний двор замка.

Капитаны кораблей, следовавшие за адмиралом, растерянно обратились к нему: «Сир? Что же нам делать?» «Вы ведь слышали леди Праудмур», - устало вздохнул Коплэнд. – «Мы станем сражаться теми силами, которыми располагаем. Кул Тирас примет бой в одиночестве».

Джайна Праудмур, ставшая свидетелем сему разговору, исполнилась уверенности, что не случится этого и исполнит она долг в отношении родной державы. Вернувшись в Терамор, чародейка подняла со дна морского флагманский корабль своего отца; магические потоки увлекли судно в направлении Кул Тираса.

Джайна Праудмур примет участие в битве за Азерот, выступив на стороне, которую прежде предала...

***

Напряжение между Ордой и Альянсом продолжало нарастать, и обе стороны готовились к войне, неизбежность которую для себя приняли.

Отвечая на зов Андуина Вринна, в посольство Штормвинда прибыли Туральон, Аллерия Ветрокрылая, Мойра Туриссан, а также Велен, Гелбин Меккаторк, Генн Седогрив, Тиранд Шепот Ветра и Айса Облачная Певица.

Обратившись к присутствующим, Андуин поведал о том, что мир продолжает истекать кровью – следствие последнего удара Саргераса, а Орда готовится к войне. Мойра с готовностью предложила помощь дворфов клана Темного Железа, и Андуин заверил правительницу, что клану сему всегда рады в Штормвинде.

Туральон, в свою очередь, высказался за солдат Армии Света, говоря о готовности тех примкнуть к Альянсу. Аллерия упомянула о син’дореи, изгнанных из Серебряной Луны за изучение магии Бездны – сих индивидов она надеялась разыскать и сплотить за собою. Король принял предложения обоих: в нынешней непростой ситуации любыми возможными союзниками разбрасываться не следует.

Паладины Армии Света обучали новое поколение дренеи, и те проходили испытание, сталкивались со своими внутренними страхами и побеждали их, принимая для себя Свет. Один из таковых, Т’паартос, в видении сразил свою темную ипостась, обращенную в эредара, отринул страхи и сомнения, переродившись в Свете. После чего наряду с собратьями прибыл в Штормвинд, где присягнул на верность Альянсу.


Принимала в ряды свои новых союзников и Орда. Собрались в посольстве Оргриммара Эйтригг, Бэйн Кровавое Копыто, леди Лиадрин, Рохан, Натанос Гнилостень, Джастор Галливикс и Джи Огненная Лапа. Обратившись к присутствующим, военный вождь Сильванас Ветрокрылая говорила о необходимости усиления Орды в свете грядущей, неминуемой войны с Альянсом.

Эйтригг предлагал заручиться поддержкой орков-маг’харов с Дренора, пребывающего в иной временной линии и спасенного чемпионами Азерота от Гарроша Адского Крика и Пылающего Легиона. Бэйн поведал о том, что пригласил в Мулгор предводителей тауренов Высокогорья, а леди Лиадрин известила присутствующих об установлении дипломатических отношений син’дореи с Ночерожденными.

Лорд-регент Лор’Темар пригласил Ночерожденных посетить Серебряную Луну, и Лиадрин устремилась в Сурамар, дабы передать слова правителя леди Талиссре. Последняя призналась, что изначально питала сомнения в Орде, предполагая примкнуть к Ночным эльфам, однако выказанное теми недоверие заставило ее изменить свое мнение касательно выбора союзников.

По возвращении в Серебряную Луну Лиадрин и Талиссра проследовали во дворец лорда-регента, который представим им свою иную гостью, Аллерию Ветрокрылую. «Я прибыла с предложением от Верховного Короля Андуина Ври...» - начала было та, но Лор’темар прервал ее: «Я-то полагал, что твой визит обусловлен любовью к Серебряной Луне. А оказывается, ты здесь, ибо так приказал мальчишка-король Альянса. Очень жаль».

Аллерия смерила лорда-регента оценивающим взглядом, поинтересовалась: «Это твои слова, или же ты просто передаешь то, что велел сказать тебе военный вождь?» «Ты ставишь под сомнения мои слова, но как мы можем верить твоим?» - парировал Лор’темар. – «Ведь не станешь же ты отрицать, что голоса Повелителей Бездны продолжают звучать в твоем разуме? Разве не предалась ты всецело теням Аргуса?»

«Вижу, ты предвидел мое предложение... и загодя отверг его», - процедила Аллерия. – «Но перед тем, как уйду, я прошу тебя об одном – прошло тысячелетие с тех пор, как я видела Солнечный Колодец. Могу ли я взглянуть на него?» Верховный магистр Роммат воспротивился сей просьбе, однако Лор’Темар счел возможным удовлетворить ее, ведь Аллерия прежде всего – дочь Квел’Таласа.

Лорд-регент лично сопроводил как Аллерию, так и Талиссру к Солнечному Колодцу. По пути Лиадрин рассказывала гостям об осквернении Солнечного Колодца и о последующем очищении его наару...

Но стоило делегации приблизиться к Солнечному Колодцу, как хлынули из него энергии Тени, обращаясь в порождения Бездны. «Я и не думала, что одно мое присутствие может...» - прошептала пораженная Аллерия. «Назад!» - приказал ей Роммат. – «Вот почему я приказал изгнать Умбрика и его приспешников. Каждый, кто несет в себе Тень, являет опасность для Солнечного Колодца!»

Не растерявшись, Кровавые эльфы наряду с Ночерожденными выступили против порождений Бездны. А над Солнечным Колодцем возник портал, через который стремился пройти в мир принц Бездны Дурзаан. Аллерия начала творить волшбу, пытаясь закрыть разлом в пространстве; Талиссра щедро делилась с ней своими силами, и вдвоем они сумели уничтожить портал.

Солнечный Колодец удалось спасти, но Лор’Темар в гневе приказал Аллерии убираться из Серебряной Луны обратно в Штормвинд. Талиссра, наблюдавшая за сим конфликтом, пришла к выводу, что Орда позволила Кровавым эльфам сохранить свои традиции – то, что определяет эльфийскую цивилизацию. «Да, мы черпаем силу у своих союзников», - согласилась с выводом ее Лиадрин. – «И при этом мы сохраняем свою суть».

Лор’Темар предложил Ночерожденным примкнуть к Орде, и от имени своего народа Талиссра ответила согласием. Ведь в час нужды герои Азерота встали на защиту Сурамара, выказав Ночерожденным уважение и понимание, и ныне шал’дореи разделят ценности Орды с союзниками.


Аллерия Ветрокрылая отправилась в Призрачные Земли, дабы разыскать помянутого Ромматом Кровавого эльфа Умбрика и его сподвижников, практикующих магию Бездны. Выяснили те, что первым чародеем из их рода, обратившимся к сей запретной теме, был Дар’Хан Дратир; последний искал осколки древнего мира, остающиеся на самой границе Бездны, где находится некий невероятно могущественный артефакт, который – вполне вероятно – может позволить владельцу своему контролировать тени. Дар’Хан не сумел отыскать сию реликвию, но Умбрик и сородичи его, воспользовавшись обнаруженными записями павшего предателями, сотворили портал в означенный мир – Телогрус, в коий не замедлили проследовать.

По следам их шла Аллерия. Ей удалось разыскать Кровавых эльфов, и те почтительно приветствовали ее, признавшись, что разделяют ее убеждение касательно того, что магию Бездны можно использовать во благо... Неожиданно предстал эльфам эфирил - принц Бездны Дурзаан. «Мой народ был изменен Бездной», - вещал он. – «Лишен ограничений, накладываемых плотью. Мы предлагаем вам тот же дар». Встревожившись, Аллерия обратилась к Умбрику, отметив, что посулы служителей Бездны означают рабство для душ, им внемлющим.

Аллерию атаковали порождения Бездны, окружившие небольшой отряд азеротцев; те из последних сил пытались сохранить свое «я», не поддаться на шепот, звучащий в их разумах. «Даже пребывая в осколках, это место несет отголоски великих, которые были убиты», - продолжал вещать Дурзаан, - «и ненависти того, кто расколол сей мир».

Аллерия упрямо противилась посулам эфирила, предлагавшего бесконечный хаос; нет, сородичей своих не отдаст она этому созданию!.. Посему разрушила она кузни Бездны, и которых Дурзаан черпал энергии, а после сразила и его самого. Обещала Аллерия Кровавым эльфам – ныне переродившимся в энергиях Бездны, что непременно обучит их противиться зову Бездны, и Умбрик смиренно признал: без помощи Ветрокрылой они непременно обратились бы в рабов сих порождений хаоса. Будучи изгнанниками, они боле не Кровавые эльфы, но эльфы Бездны, и с радостью предложат свои услуги Альянсу.


Бэйн Кровавое Копыто пригласил вождя тауренов Высокогорных, Майлу, посетить Громовой Утес, ибо надеялся убедить клан сей примкнуть к Орде. Неожиданно некая темная сила обездвижила шамана Чернорогого, сопровождавшего Майлу, и атаковали Громовой Утес порождения Старых Богов! Ведомые Бэйном, таурены отразили натиск, сразили верховодящего миньонами своими Безликого Ки’телека, Вестника Уул’гинета.

Переговоры пришлось отложить, и Майла наряду с обессиленным Чернорогим вернулись в родное Высокогорье. Бэйн велел собратьям-тауренам последовать за потенциальными союзниками, оказать им посильную помощь.

Поведала Майла прибывшим из Громового Утеса героям, что здесь, в Высокогорье, пребывают древние охранные чары, сдерживающие великую тьму; возможно, они как-то связаны с произошедшим в Громовом Утесе и темной силой, продолжающей снедать Чернорогого?

Некогда сии чары были сотворены величайшими героями тауренов Высокогорья, и ныне Тьма, ими связанная, жаждет обрести свободу! С помощью иных шаманов герои сумели заглянуть в воспоминания Чернорогого, отыскать места, пребывают в которых незримые чары, и восстановить их, вновь наполнив магией.

Чернорогий пришел в себя, поблагодарил героев за помощь, после чего поведал, как давным-давно порождение Старых Богов – Уул’гинет Тьма – пыталось заполучить Высокогорье. Хулн Высокогорных и сподвижники его противостояли служителям Уул’гинета, и создали чары, дабы пресечь воздействие Старых Богов на окрестные земли. С тех пор шаманы поддерживали чары, но стоило Чернорогому покинуть Высокогорье, как ослабли те, и Уул’гинет сим незамедлительно воспользовался. И сейчас миньоны Тьмы, обретшие свободу, проводят ритуал, дабы вернуть Уул’гинету воплощение.

Таурены Высокогорья, ведомые Майлой и лично прибывшим из Громового Утеса Бэйном, устремились к пещере, где, сумев превозмочь действие чары, вырвался на свободу Уул’гинет. Чернорогий принял свой истинный облик – черного дракона, атаковал Тьму. В противостоянии повергли герои сие порождение Старых Богов, избавив таким образом Высокогорье от угрозы, довлевшей над сими землями на протяжении долгих столетий.

Таурены Высокогорья с готовностью примкнули к Орде, пришедшей им на помощь в час нужды.


Андуин Вринн просил Мойру Туриссан о помощи клана Темного Железа в изучении свойств азерита. Таелин Темная Наковальня, исполняя волю своей госпожи, денно и нощно трудился у Черной Наковальни, что в Теневом Горне. Но атаковали пребывающий в Чернокаменных Глубинах оплот клана гоблины, принадлежащие к торговой компании «Спекуляция». Прежде сии ушлые индивиды заключили соглашение с картелем Трюмных Вод, обязавшись обрабатывать азерит для военной кампании Орды, однако предводитель компании, Могул Разданк, презрел заключенную сделку, самостоятельно организовав добычу азерита.

У Таелина гоблины выкрали легендарный молот – Железный Враг – а также раскололи Черную Кузню надвое, после чего отступили, вернувшись на Кезан.

Торговый принц Галливикс обид не прощал, и сумел щедрую награду за голову Могула. Откликнувшись на зов, исполненные праведного гнева дворфы клана Темного Железа ступили в оплот «Спекуляции», и, перебив немало гоблинов, прикончили самого Могула, мнящего себя азеритовым бароном, вернув похищенный молот.

Поведала Мойра вернувшимся в Теневой Горн сородичам, что восстановить Черную Кузню возможно лишь с помощью фрагмента Лавовых Глубин, усиленного энергиями Огненных Земель. Дворфы выступили в оные... когда часть воинов, входящих в отряд, обратилась против своих же сородичей, ратуя за возрождение павшего Рагнароса.

Предателей удалось перебить, после чего дворфы завершили свою миссию в Огненных Землях, и, вернувшись в Чернокаменные Глубины, восстановили Черную Кузню. Многие дворфы клана Темного Железа осознали свою общность с иными расами Альянса, изъявив о своей готовности присоединиться, наконец, к оному.

Решение сие Андуин Вринн приветствовал, сердечно поблагодарив королеву-регента Мойру за всяческое содействие, оказанное той в деле единения кланов дворфов и вхождения последнего из них в Альянс.


Обратившись к Сильванас Ветрокрылой, Эйтригг напомнил ей о Дреноре, принадлежащем иной временной линии, на котором пытался укрыться Гаррош Адский Крик. «Мы спасли этот мир от Гарроша и Легиона», - говорил старый советник, - «и теперь тамошие орки доверяют нам. Они в долгу перед Ордой, и я предлагаю напомнить им об этом». Идея об обретенние армии орков из иного мира пришлась по душе военному вождю.

«Но, по моим сведениям, портал на тот Дренор закрыт», - припомнила Сильванас, и молвил Эйтригг: «Я нашел фрагмент артефакта, с помощью которого Гаррош отправился туда. Думаю, портал еще можно открыть... но мне понадобится помощь».

Королева-Баньши советовала Эйтриггу обратиться за помощью к Ночерожденным, сведущим в магии порталов, и орк разыскал в Сурамаре Окулета. Внимательно осмотрев осколок Видения Времени, мастер порталов вынужден был констатировать, что энергии его давным-давно иссякли... да и магией времени он не владеет. Подобным могла похвастаться разве что Элисанд, но она мертва и знание ее утрачено.

Эйтриггу и сопровождавшим его ордынцам не оставалось ничего иного, кроме как отправиться в Пещеры Времени и разыскать в лабиринтах оных бронзового дракона Анахроноса. «Чтобы настроить этот фрагмент на то место, куда вы хотите отправиться, надо проследить за его историей», - изрек тот. – «Первое место, которое мы посетим – Темный Портал в Выжженных Землях. Именно там Гул’дан использовал фрагмент Видения Времени, чтобы странствовать между параллельными мирами».

Герои Орды устремились к остову Темного Портала, где магические потоки отражались от временных порождая отголоски. Сразив эхо Гул’дана, воители устремились в Пандарию – в Храм Белого Тигра, где покончили с отголоском полководца Зелы, причасной к освобождению Гарроша во время суда – ведь именно она атаковала святилище наряду со своим кланом Драконьей Утробы. Наконец, герои вернулись в Оргриммар, где в подземных глубинах сошлись в противостоянии с эхом Гарроша, и, развеяв оное, наделили фрагмент Видения Времени достаточным количеством магических энергий, чтобы вновь открыть портал в Дренор, принадлежащий иной реальности.

Содеять сие взялся Окулет, но предупредил ордынцев, что якорь, привязывающий Азерот к необходимой временной линии Дренора, будет неустойчивым. Тем не менее, Эйтригг наряду с героями проследовал в образовавшийся рифт, устремился к селению маг’харов... но лазутчики те пленили чужаков, препроводив их к своей предводительнице – Гейя’ре, дочери Дуротана и Драки.

Эйтригг поведал Гейя’ре о том, что орки Азерота нуждаются в ее помощи, но слова его восприняла женщина с недоверием. Как оказалось, ныне на Дреноре все большее могущество обретают поборники Света – дренеи и орки, к ним примкнувшие. Свет ослеплял своих служителей, привязывал к прибывшим в сей мир наару, ибо стремились те управлять вселенной так же рьяно, как и Легион.

С горечью рассказывала Гейя’ра, что за годы, прошедшие с падения Архимонда, многое в ее мире изменилось – и не в лучшую сторону. Дуротан пал в сражении с поборниками Света, а Драка возглавляет гарнизон в Награнде. Огры клана Каменной Кувалды, некогда принявшие решение мирно сосуществовать с маг’харами, восстали против тех, и героям пришлось покончить с вождем огров Кор'галлом, дабы положить конец мятежу.

И сейчас силы поборников Света, ведомые Верховным экзархом Ирель, атаковали маг’харов, дабы уничтожить последний очаг неприятия их веры – единственно справедливой во вселенной. Эйтригг и прибывшие с Азерота ордынцы поддержали маг’харов в сем противостоянии... но силы врага оказались слишком велики. Возникла над полем брани наару – Мать Света, и энергии Света, источаемые ею, убивали множество маг’харов.

«Маг’хары, прекратите бессмысленное сопротивление!» - разносился над полем брани голос экзарха Орелиса. – «Сдавайтесь и примите Свет!» Но орки находили навязываемую силой веру весьма отвратительной, посему продолжили бой, покончили с Орелисом.

О случившеся нападению поведали герои вождю Громмашу Адскому Крику. Гейя’ра вызвалась сопроводить отряд маг’харов в Азерот, дабы ответить на просьбу о помощи Эйтригга; Громмаш не возражал, заверив воительницу, что орки сумеют справиться с поборниками Света, атаки которых становятся все яростнее.

Но армия Света, возглавляемая Ирель, выступила против сплотившихся за Громмашем орков... Маг’хары яростно сражались, упорно отказываясь принять для себя ‘скверну Света’. Приказав Эйтриггу и Гейя’ре уводить орков из обреченного мира, Громмаш в одиночку атаковал Ирель...

Ордынцы же наряду с новыми союзниками с помощью фрагмента Видения Времени вернулись на Азерот. Гейя’ра присягнула на верность Сильванас; та же приветствовала маг’харов в Оргриммаре, где обретали сии выходцы из Дренора новый дом.

***

Добыча азерита в Силитусе продолжалось, и по мере того, как промысел ширился, росло и недоверие между Альянсом и Ордой.

Сожжение Телдрассила Поскольку по завершении так называемого «Сбора» на Нагорьях Арати Альянс наводнил Оргриммар шпионами, Сильванас приказала явиться лидерам Орды в Подземный Город. Отвечая на зов военного вождя, в оный прибыли Лор’темар Терон, Бэйн Кровавое Копыто, Джастор Галливикс и Натанос Гнилостень. Сообщила она подначальным, что Сорфанг выступил во главе армии Орды к Силитусу, однако вскоре повернет он в направлении Мирового Древа – их истинной цели. Сознавала Сильванас, что не может позволить Альянсу обратить Дарнассус в пристань, через которую будет организована доставка азерита в Восточные Королевства. Ведь наверняка Андуин Вринн создаст на основе сего чудесного минерала новые образы оружия и обратит их против Орды! Сровняв с землей Подземный Город и Серебряную Луну, король обратит взор свой на Калимдор. Потому – ради будущего Орды – надлежит им нанести превентивный удар; захватив Дарнассус, они тем самым удостоверятся, что азерит не окажется использован против них. Альянс же не посмеет контратаковать, ведь жители Дарнассуса окажутся в заложниках у Орды... Да, калдореи станут сражаться яростно... потому надлежит пойти на жертвы, сломить их дух – покончить с Малфарионом Яростью Бури!

...Согласно последним донесениям, доставленными остающимися в Оргриммаре агентами РШ:7 Андуину Вринну, Орда собирает армию, дабы выступить к Силитусу, взяв под полный контроль пределы пустыни, и возглавляет ее Варок Сорфанг. Верховный король сознавал, что единству фракций, еще недавно выступавших против Легиона, пришел конец, и повинна в том никто иная, как Сильванас Ветрокрылая.

Силы Ночных эльфов под началом Шандрис Лунное Перо отплыли к Силитусу, дабы встретить рать Орды, однако та неожиданно изменила направление марша, устремившись к Ясеневому лесу. Городская стража Дарнассуса навряд ли сможет сдержать ордынцев, уже достигших Астранаара, посему к оному в спешном порядке выступили воители Альянса из Восточных Королевств.

Творя порталы, герои перемещались к Астранаару... обнаружив город пылающим; землю устилали мертвые тела защитников. Капитан Деларин Летняя Луна поведала прибывшим, что Орда застала их врасплох, разгромив заставы калдореи, перебив как солдат, так и простых мирян.

Верховодил атаковавшими Астранаар силами Орды Кровавый эльф Лораш, коему Варок Сорфанг велел возглавить ордынских воров и разбойников, и нападать на селения и заставы калдореи в Ясеневом лесу, расправляясь отравленными клинками с защитниками, отвлекая на себя внимание сил Альянса и расчищая путь для армии Орды, которая скоро прибудет в сии пределы. Свершив свое злое деяние и предав Астранаар огню, ордынцы – за небольшим исключением - наряду с Лорашем покинули разоренное селение, устремившись к основной армии, направлявшейся к заставе Зорам’гар, возведенной близ Темного Побережья.

Покончив с убийцами-Отрекшимися, остававшимися в Астранааре, герои Альянса разыскали на границе с Темным Побережьем Малфариона Ярость Бури, сдерживавшего авангард сил Орды, ведомый Королевой-Баньши. Архидруид сотворил магическую стену из блуждающих огоньков, одно прикосновение которых было смертельно для захватчиков. Обещав, что при следующей их встрече она непременно покончит с дерзким, Сильванас приказала силам своим отступить, дабы изыскать иной способ достичь пределов Телдрассила – и Дарнассуса.

Обратившись к Деларин, Малфарион велел Стражнице собрать солдат с застав и форпостов калдореи и немедленно выступать к Мировому Древу, ведь силы Орды уже достигли заставы Зорам’гар и заняли ее. Сам же он, надеясь, что флот Ночных эльфов успеет вовремя прибыть на защиту Дарнассуса, обратился в буревестника, устремился на север, загодя наказав прибывшим героям разыскать друидов Когтя в Сумеречной Долине и наряду с ними спешить на помощь Древним, пробужденными ордынцами и ощущающими надругательство тех над природой.

...Понимая, что стена из блуждающих огоньков, преградившая им путь на Темное Побережье – решение временное, должное позволить отплывшему к Силитусу флоту калдореи вернуться, - Сильванас приказала подручным подняться в воздух на дирижаблях и сбросить на огоньки взрывчатку, чтобы рассеять их и хоть немного ослабить двеомер заклинания Малфариона. Кроме того, Варок предложил сеять хаос в иных областях лесных пределов, ведь подобное непременно отвлечет внимание архидруида.

Сильванас велела Сорфангу выступать с частью армии в Гибельный лес, и изыскать путь через горы к Темному Побережью; сама же она поведет ордынцев через стену из блуждающих огоньков, ослабленную взрывами и – возможно – ныне не являющую гибельную угрозу ее силам. Сорфанг обратился за помощью к Натаносу: быть может, чемпиону Темной Госпожи ведомые контрабандисты, которые смогут провести их силы через Гибельный лес?..

...Бесчинства, творимые Ордой, отразились и на фурболгах, и обезумели те, впав в исступленную ярость. Покончив с несчастными, герои Альянса наряду с друидами проследовали в Рощу Древних, куда гоблины направили свои адские машины. Герои Альянса противостояли как оным, так и ордынцам, рыщущим окрест.

Древесный энт Ону поведал героям, что ощущает он неведомую силу, исходящую из самой земли! Поспешив в направлении островка Назж’вель, обнаружили они, что находится сей клочок земли под атакой военных машин Орды, а источник сияния, исходящего от острова, - азерит! Стало быть, именно появление оного приносит Ону такую боль...

Вытеснив силы Орды с Назж’веля, герои Альянса собрали азерит, после чего покинули остров, воссоединившись с силами калдореи и Древних, ведомых Малфарионом и противостоящих рати Орды, пытавшейся закрепиться на Темном Побережье. Могущество Сильванас позволило ей провести рать через стену из блуждающих огоньков на границе региона, и ныне ордынцы продолжали свой марш, то и дело сходясь в сражении с защитниками сих земель.

Силы Альянса приняли бой, но смогли лишь ненадолго замедлить продвижение противника, посему вынуждены были отступить к Дарнассусу. Отвечая на зов архидруида, к Мировому Древу устремлялись друиды, жрицы, Стражницы, а несколько дней спустя вернулась флотилия, отправленная прежде к землям Силитуса, да подоспели подкрепления из Восточных Королевств. Армии Альянса устремлялись к Темному Побережью, дабы отбросить силы Орды с исконных земель Ночных эльфов.

Но воинство Орды, ведомое Вароком Сорфангом, пересекло горы Гибельного леса и ныне приближалось к Дарнассусу с севера! Ордынцы атаковали селение Лор’данель, и силы Альянса, хоть и приняли бой, надеясь отстоять сей форпост, вскоре вынуждены были отступить.

Малфарион сошелся в противостоянии с Сильванас, и на помощь ей пришел Варок, нанеся архидруиду удар в спину. Раненый, тот осел наземь, и Варок опустил голову, шепча слова сожаления, ведь удар, нанесенный им противнику, бесчестен. Сильванас, однако, мук совести не испытывала, посему приказала Сорфангу добить Малфариона и присоединиться к ней у основания Телдрассила.

Варок медлил, и появившаяся на поле брани Тиранд встала между ним и поверженным супругом, вопросив орка, что же не наносит он последний удар. «Я ранил его бесчестно», - признался Варок. – «И не имею права убивать его». «Вся эта война бесчестна», - отрезала Тиранд. – «Как смеете вы проливать столь много крови... просто так!» «Не просто так», - покачал головой орк. – «Ради выживания Орды!»

Прекратив этот бесполезный разговор, жрица наряду с Малфарионом телепортировалась в Штормвинд, применив магический камень, некогда переданный ей королем Андуином. Сознавала она, что конфликт, который войдет в историю как Война Шипов, проигран, и Орда уже успела взять под контроль Дарнассус. Надлежит как можно скорее обсудить ситуацию с лидерами Альянса и нанести противнику ответный удар!..

...Тем временем сражение у Телдассила завершилось; Орда сокрушила силы калдореи, и Сильванас, сопровождаемая Вароком Сорфангом и Натаносом Гнилостнем, приблизилась к смертельно раненой командующей силами защитников, Деларин Летней Луне. «Почему?» - спрашивала та военного вождя. – «Ведь ты и так уже победила. В древе остаются лишь невинные». «Это война», - отвечала Сильванас, но Деларин, неотрывно глядя в глаза Темной Госпоже, покачала головой, бросив: «Нет... Это ненависть... ярость. Ветрокрылая, ты же была защитницей своего народа... неужто не помнишь?»

Сильванас опустилась на колени подле Деларин, шепнула ей в ухо: «Я помню... дуру. Жизнь – это боль. Надежда иссякает. Теперь-то ты понимаешь». Свои надежды и веру Сильванас оставила, когда, пронзенная Ледяной Скорбью, умирала пред Артасом, коий не пожелал даровать ей благословенное посмертие, обрекая на отвратное существование.

По щекам Деларин катились слезы, и Сильванас улыбнулась: «Не грусти... Скоро ты присоединишься к своим любимым». «Я плачу о тебе», - тихо произнесла командующая. – «Ты избрала врагом для себя саму жизнь. А это война, победить в которой ты не сможешь. Ты можешь убить нас... но надежду тебе не убить». «Не убить?» - зло прошипела Сильванас, трясясь от ярости, и, обернувшись к Вароку и Натаносу, приказала, указав на Телдрассил: «Сжечь!» Лейтенанты военного вождя растерянно переглянулись, а Сильванас, требующая беспрекословного повиновения, исступленно выкрикнула: «Сжечь!!!»

Ордынцы предали огню Мировое Древо, и Сильванас заставила умирающую Деларин наблюдать за тем, как сгорает у нее на глазах последняя надежда народа калдореи, изгнанного с предвечных земель... Признала Сильванас, что подобного исхода она не предвидела; военный вождь надеялась предотвратить войну, захватив Дарнассус, но, похоже, переусердствовала, и ныне Альянс непременно нанесет ответный удар – и Орда сможет положить конец угрозе со стороны его раз и навсегда!..

Верхом на гиппогрифах и через наведенные порталы жители Дарнассуса бежали в Восточные Королевства, укрываясь в Штормвинде. Миа Седогрив и пребывавшие в обреченном Дарнассусе герои Альянса надзирали за исходом калдореи и гилнеасцев, по мере сил своих ограждая тех от подступающего пламени, даря им драгоценные мгновения, чтобы добраться до порталов. Отчаявшиеся, обездоленные... но обретшие новый кров у верных союзников.

Наконец, последние жители Дарнассуса покинули город, а за ними проследовали в портал, ведущий в Штормвинд, и герои Альянса; Генн Седогрив бережно нес на руках свою супругу. Король Андуин благодарил подданных за проявленный героизм, молвив: «Сегодня – один из самых темных дней в истории Азерота. Всю свою жизнь я уповал, что мир наш познает покой. Но сему не суждено претвориться в жизнь до тех пор, пока Сильванас возглавляет Орду. Она надеется, что сегодняшнее злодеяние ее сломит наш дух. Разобьет единство. Но я клянусь... Альянс выстоит... а владычество Королевы-Баньши непременно завершится!»


Сражение у руин Столицы И несколько недель спустя силы Альянса нанесли удар по Подземному Городу, дабы уничтожить сей оплот Орды в Восточных Королевствах. Третий флот Альянса прибыл в городок Брилл, и, укрепившись в сих руинах, устремился к Лордерону, дабы покончить с владычеством Сильванас Ветрокрылой.

Последняя загодя приказала Вароку Сорфангу покончить со множеством агентов РШ:7, проникшими в город, а также обеспечить эвакуацию населения; ныне в руинах Столицы Лордерона оставались лишь воины Орды, готовые дать бой ненавистному противнику.

Сильванас лично верховодила защитой Подземного Города, и направила против атакующих боевую машину, в основе коей пребывал азерит – гоблины неустанно трудились, дабы создать на основе минерала оружие, и ныне предстояло оному пройти первое боевое крещение. Но воители Альянса, ведомые Андуином, уничтожили боевую машину, после чего Сильванас приказала силами своим отступить и атаковать солдат противника с помощью чумы. Услышав сей приказ, Варок Сорфанг ужаснулся, но военный вождь осталась глуха к его доводам, считая, что иной возможности выстоять у них нет.

Так, аптекари Орды начали распылять чуму над сражающимися, а Варок с ужасом наблюдал за сим, вспоминая, как у Врат Гнева погиб при подобных обстоятельствах его единственный сон. Гибельная чума забирала жизни воителей как Альянса, так и Орды, но Сильванас обращала павших в нежить.

Андуин Вринн и Генн Седогрив вынуждены были отдать приказ об отступлении от Подземного Города – к лагерю сил Альянса в Брилле. Атака захлебнулась... когда возник в небесах корабль, направляемый магией, на палубе коего замерла одна-единственная фигура – Джайна Праудмур! Чародейка принялась творить заклинания, направляя потоки холода, разгоняя чумные облака и сковывая льдом как катапульты Отрекшихся, так и самих мертвяков. Пушки, установленные на борту корабля, дали залп, и в крепостной стене Столицы образовалась брешь.

Андуин первым устремился в атаку, и рать Альянса последовала за своим королем. Джайна примкнула к молодому королю, заявив, что Орда должна ответить за все свои злодеяния, свершенные за последние годы.

В руинах Лордерона возобновилось сражение между солдатами Альянса и Орды. Покончив с отрядом троллей племени Темного Копья и их предводительницей, Дурджей, воины Альянса устремились к замку... где встретили их силы Орды под началом Натаноса Гнилостеня. Усомнилась Джайна в том, что сумеют они одержать победу, но Андуин отступать не собирался.

На помощь солдатам Альянса пришла Аллерия Ветрокрылая; воззвав к силам Бездны, сотворила она портал, проследовали через который Гелбин Меккаторк, маги Альянса и гномы, управляющие боевыми конструктами. Оные сошлись в противостоянии с боевыми машинами гоблинов. Андуин приказал Аллерии сосредоточиться на сражении с ордынцами; сам же он наряду с Джайной и Генном намеревался обезглавить силы противника, атаковав Натаноса и Лор’темара.

Но Сильванас взорвала бочонок с чумой, преграждая путь Андуину и спутникам его, после чего наряду с ближайшими сподвижниками отступила. Сознал король, что не могут они позволить военному вождю бежать, ведь пленение ее – единственный способ покончить с нынешней войной. К счастью, у Гелбина обнаружилось несколько летательных аппаратова – гирокоптеров, на борту которых Андуин и чемпионы Альянса перелетели через облако чумы, продолжив преследование отступающих ордынцев.

Путь им преградил Варок Сорфанг. На рассвете сего дня он, вспоминания о гибели Драноша и размышляя о бесчестье, навлекает кое Сильванас на Орду, покинул замок Лордерона, в одиночку устремившись к лагерю Альянса... но был остановлен молодым троллем-шаманом, Зеханом. Последний убедил Сорфанга вернуться и принять участие в сражении, и сейчас неистовый Варок отважно противостоял врагам.

Воители Альянса повергли орка, и, хоть и требовал тот смерти от меча, Андуин вернул свой клинок в ножны, молвил: «Мой отец однажды сказал, что Варок Сорфанг воплощает в себе все лучшее, что есть в Орде. Он уважал тебя за это, уважаю и я». Склонившись пред Сорфангом и глядя тому в глаза, произнес молодой король: «В том, что происходит, нет чести». «Не королю Альянса решать это!» - рявкнул Варок, и Андуин отвечал: «В настоящее время – ему, и никому иному».

Приказав стражам увести Сорфанга и заточить его в темнице Штормвинда, Андуин обещал орку: когда сражение сие завершится, они непременно поговорят о чести. Но пока пришло время Сильванас Ветрокрылой ответить за все, ею совершенное...

Андуин, Джайна, Генн и Аллерия проследовали в тронный зал Подземного Города, где на троне Теренеса ныне восседала Сильванас. «Надо же, мальчишка играет в солдата», - ухмыльнулась она. Зарычав, Генн устремился было к Королеве-Баньши, но Андуин удержал его, произнес: «Сильванас Ветрокрылая, ты привела Орду к бесчестью. Лордерон взят нами. Все кончено». «О, твой отец так бы тобой гордился», - протянула Сильванас. – «Это его?»

Она кивком указала на окровавленный Шаламейн в руке Андуина, заметила: «Когда тебе удобно, ты говоришь о мире, маленький львенок, но ты, я погляжу, скор на убийства».

Даже Аллерия была в ужасе, видя, в какого монстра обратилась ее сестра. «Мне следовало убить тебя при недавней встрече», - молвила она, и Сильванас поморщилась: «Так грубо, сестренка. Ведь ты – у меня в гостях». «У тебя в гостях?» - в ярости рявкнул Генн. – «Да ты пачкаешь собой этот трон!»

«Хватит!» - одернул его Андуин, и, скрестив взгляды с Сильванас, возвестил: «Ты предала Телдрассил огню. Но это я подвел тех, кто сгорел заживо. Я не повторю этой ошибки снова. Сдавайся... или умри!»

Сильванас медленно поднялась с трона, приблизилась к Андуину. Аллерия, Генн и Джайна не сводили с Темной Госпожи взглядов ни на мгновение, готовые нанести удар, если попробует та атаковать короля. Неожиданно Сильванас испустила страшный крик, отбросивший всех четверых, и в то же мгновение контейнеры с чумой, спрятанные в помещении, взорвались. Джайна стремительно сотворила магический щит, уберегший четверых от гибели, после чего телепортировала их за пределы тронного зала, который Сильванас уже успела покинуть – прямиком на палубу своего парящего в воздухе корабля. Бросившись к поручню, наблюдали они, как чума вновь распространяется по всей территории Подземного Города, а воздушный корабль Орды, на борту которого пребывают Сильванас и иные лидеры Орды, устремляется на запад – к Оргриммару.


Магни Бронзобородый вновь обратился за помощью к воителям Альянса и Орды, призвав тех в Силитус; ведь пока двумя фракциями продолжается яростное противостояние, Азерот умирает!

Обратившись к героям, поведал Магни, что глубоко под землею пребывает древнее строение титанов, именуемое Чертогом Сердца. Магни привел героев к телепортирующему устройству титанов, магия коего переместила их в недра земли. Здесь Вестник Азерот передал им дар от мира-души – амулет, рекомый Сердцем Азерот; оный обладал способностью поглощать азерит, и исцелять таким образом сущность титана, пребывающую в ядре планеты.

Магни велел воителям Альянса и Орды вернуться к своим правителям, убедить их в том, что спасение мира – куда важнее продолжающихся военных действий.


Вернувшись в Оргриммар, воители Орды передали слова Магни Натаносу, но постановил тот, что война с Альянсом ныне их первоочередная задача, а спасение мира подождет. Сильванас с утверждением своего чемпиона согласилась, заявив, что надлежит им обрести новых союзников, ведь силы Орды весьма потрепаны недавним противостоянием Легиону, а также последними сражениями на Темном Побережье и в Подземном Городе.

Военный вождь приказала своим воителям проникнуть в темницу Штормвинда и вызволить из заточения одного весьма важного заключенного – того, с помощью которого удастся им одержать победу в нынешнем конфликте. Возглавят миссию сию Натанос, Талиссра и Рохан – один из лучших теневых охотников племени Темного Копья.

Верхом на огромных боевых орлах, дарованных Орде кланом тауренов Небесного Рога, устремились они к Восточным Королевствам, и вскоре достигли Штормвинда. Натанос и Ласан Небесный Рог остались на пристани – у корабля, захваченного силами Альянса, на котором собирались они покинуть город после того, как миссия по освобождению пленников завершится.

Герои же Орды в сопровождении Талиссры и Рохана спустились в канализационные стоки, где отыскали ход, приведший их в темницу, стражами которой выступали солдаты Седьмого Легиона. Похоже, пленники действительно важные особы, если препоручают охрану их бывалым ветеранам!

Скрываясь в тенях, герои исследовали темницу, стараясь не попадаться на глаза патрулям. В одной из камер зрели они Варока Сорфанга, но тот наотрез отказался возвращаться в Оригриммар. «После всего, что она наделала, я никогда не вернусь к ее Орде», - постановил старый солдат. – «Между верностью и честью есть огромная разница. Молитесь, чтобы вам никогда не пришлось делать столь непростой выбор».

Простившись с Вароком, отыскали герои в одной из соседних камер тех, которых приказано им было вызволить: троллей-зандалари – пророка Зула и принцессу Таланджи. Побег тех не остался незамеченным: легионеры забили тревогу, начали преследование.

Улицы Штормвинда наводнили стражи, агенты разведки, жрецы и маги. Рохан воззвал к духам-лоа, и сокрыли те беглецов тенями. Окольными путями да задними аллеями ордынцы следовали в направлении пристани. Преследовали их Генн Седогрив и Джайна Праудмур; к счастью, Натанос был готов к подобному исходу и загодя взорвал боевые машины Альянса, кои доставили на кораблях в Штормвинда по завершении осады Подземного Города. Пристань охватило пламя, и Джайна вынуждена была оставить преследование, дабы заняться пожаром, не позволить тому охватить город.

На корабле принцессы беглецы покинули пристань, взяв курс на Зулдазар – средоточие могущества древней империи зандалари. Натанос и Зул переговаривались, стоя на палубе, надеясь, что Орда и империя троллей сумеют заключить взаимовыгодный союз. Принцесса же, оставаясь в каюте, взывала к духу дьявозавра-лоа, Резана, моля того наставлении: она обратилась к Орде за помощью, но отец ее, Растахан, возможно, не одобрит подобное устремление. «Мои глаза многое видят», - прошелестел дух. – «Твою решимость, твою силу – и тех, кто страшатся сего. Знай: те, кто жаждет покончить с тобой, уже здесь».

Таланджи поднялась на палубу, наблюдая, как корабли Альянса преследуют и настигают ее судно, ведя огонь из пушек. Вновь воззвала принцесса к Резану, и дух лоа подтолкнул корабль в направлении острова... близ которого, сокрытая туманом, оставалась флотилия зандалари. Суда троллей пустили ко дну корабли Альянса.

Принцесса Таланджи предложила ордынцам проследовать во дворец Зулдазара. «Времени у нас немного», - говорила Танаджи спутникам, - «У Зандалара много врагов – как в пределах державы, так и за ними. Именно поэтому я обратилась за помощью к Орде... и говорю сейчас с вами, ее величайшими героями. Кровавые тролли рыщут у наших северных границ. Они похищают наших подданных, уводя их в болота Назмира. Но Совет Занчули, эти старые прожженные политиканы, не обращают внимания на сию угрозу, и убеждают отца моего и впредь бездействовать».

У врат дворца, известного как Дазар’алор – Великая Печать, - принцессу приветствовал генерал Джакра’зет, но на ордынцев воззрился он с нескрываемым презрением, постановив, что Орде нет места в Зандаларе, а посланников ее надлежит изгнать в Вол’дун. «Не тебе решать их судьбу, генерал», - отчеканила принцесса, и Джакра’зет отвечал: «И не тебе. Твой отец будет весьма недоволен тем, что привела ты сюда этих созданий».

Принцесса и генерал препроводили посланников Орды на вершину пирамиды, в тронный зал, восседал в котором король Растахан. «Мой король, эти ордынцы пришли, чтобы украсть наш флот для своего вождя-нежити», - начал было Джакра’зет, но Таланджи перебила генерала, молвив: «Они презрели мощь Штормвинда, чтобы вызволить меня и Зула. Подобная храбрость заслуживает аудиенции, отец».

«Хватит», - приказал король, и двое замолчали, почтительно склонив головы. – «Я решу, как поступить с чужеземцами. Джакра’зет прав... вам необходим наш флот, чтобы противостоять Альянсу. Но также права и моя дочь. Вызволив ее, вы проявили доблесть – а это качество я ценю. Таланджи боится, что я не вижу наших истинных врагов, но я не так слеп, как она полагает. Посмотрим, сможет ли Орда доказать свою ценность для Зандалара».

Постановил король, что позволяет посланникам Орды остаться в Зулдазаре, и принцесса вызвалась показать чужеземцам город. Если принцесса полагает, что ордынцы смогут помочь ей в Назмире – что ж, он с удовольствием посмотрит, что из этого выйдет. Кровавые тролли досаждали зандалари на протяжении многих поколений, и Растахан не видел в них большой угрозы для своего народа.

Провожаемые исполненным ненависти взглядом генерала, ордынцы покинули тронный зал. Поведала Таланджи, что отец ее правит Зандаларом вот уже два столетия, и считает угрозы королевству незначительными. Сама же принцесса придерживалась иного мнения. «Я собираюсь организовать экспедицию в Назмир, чтобы покончить с угрозой со стороны Кровавых троллей у наших северных границ», - постановила она. – «Если вы хотите обрести наш флот, то должны заручиться поддержкой моего отца, а советники его станут выступать против вас. К тому же, в пустынях Вол’дуна генерал Джакра’зет что-то замышляет, и я считаю, что являет он немалую угрозу как Орде, так и моему народу».

Чемпионы Орды известили о проведенных переговорах собратьев, остающихся в землях Калимдора, и вскоре те прибыли в Зандалар, чтобы проявить себя и заручиться поддержкой со стороны троллей сей державы.


Поскольку принцесса Таланджи подтверждала тот факт, что представляет генерал Джакра’зет угрозу как Зандалару, так и Орде, воители сей фракции верхом на птеррордаксах устремились к пустыням Вол’дун, дабы выяснить, в чем состоят замыслы неистового полководца. Узнав о начинании сем, присоединилась к ним воительница-зандалари по имени Каджа, поведавшая о своей командующей, Ракере, которая – насколько она знала – была близка к обвинению Джакра’зета в предательстве, но оказалась сослана тем в безжалостные пески пустыни. Примкнули к героям и иные сподвижники опальной командующей: Джорана и Таркай.

Когда достигли ордынцы дюн Вол’дун, новые сподвижники предупредили их о том, что приближаются они к империи змеелюдей, сетраков, а от тех надлежит держаться подальше. Но поздно: властитель сетраков – император Кортек – заметил пролетающих вдали птеррордаксов, сотворил молнии, низвергнувшие сих тварей и наездников их с небес.

Сетраки пленили героев, бросили их в клети... откуда вскорости вызволил пленников вулпера Ниши, принадлежащий к расе лисоподобных кочевников, обитающих в сей пустыне. Поведал Ниши новым союзников, что сетраки в последнее время покидают Храм Сетраллиса, нападают на норы, обитают в которых вулперы, и безжалостно расправляются с его сородичами. Посему одинокий воин наряду с ордынцами атаковал сетраков, разбивших лагерь в руинах селения вулперов. Рассказывал он героям о том, что народ его мирный, занимается преимущественно поиском припасов и торговлей; вождь каравана, Киро, отказался внять предупреждениям Ниши о скором нападении змеелюдей... и множество вулперов поплатились за столь преступную недальновидность своими жизнями.

Ниши наряду с героями бежали в подземное укрытие вулперов... где обнаружили Каджу, тяжело раненую; ведомо, выживет ли доблестная воительница-зандалари... С помощью ордынцев, вовремя раздобывших в окрестных дюнах необходимые целительные ингредиенты, Киро – предводитель каравана вулперов клана Волдунай и искусные врачеватель – сумел поставить Каджу на ноги.

Выслушав рассказ героев, Киро обещал оказать помощь в поисках Ракеры, вот только просил новых союзников избавить их от алчных сетраков. Посему ордынцы атаковали лагерь змеелюдей, вернув вулперам их пожитки, оставленные близ покинутых нор. Среди оных – к вящему изумлению Каджи – означился дневник Ракеры, в котором писала та о том, как наряду с иными изгнанниками прибыла в Вол’дун, где атаковали их убийцы, подосланные Джакра’зетом; командующая сумела выжить, после чего устремилась в южные пределы пустыни в надежде обрести там убежище.

Одна из вулпер, Мира, предложила героям присоединиться к ее каравану, выступающему на юг, и странствие началось... По пути Мира рассказывала ордынцам, где держат они путь к заброшенному порту Зем’лан, куда уже многие десятилетия не заходят корабли; но именно там находится то, что необходимо Кире и Ниши для нанесения ответного удара сетракам... А ведь прежде сии пустынные земли были сердцем империи троллей – джунглями, полными жизни.

Вскоре заметили путники фургон, а подле него – мертвые тела изгнанников-зандалари... а также щит Ракеры. Наверное, именно здесь произошло нападение убийц, о котором командующая успела сделать запись в дневнике прежде, чем в одиночестве выступила на юг...

Означился поблизости один из выживших изгнанников, Джорак, поведавший о том, как атаковали их убийцы генерала, ведомые Гроззтоком Черносердным. Ракера сумела отразить натиск сего наемники, и тот отступил. Ордынцы выступили по следу Гроззтока, достигли возвышающейся в пустыне пирамиды Атул’Аман, у магически запечатанного входа в которую лицезрели Гроззтока и генерала Джакра’зета. Последний ретировался, приказав сподвижнику своему расправиться с иноземцами.

Покончив с Гроззтоком, герои вернулись к каравану вулперов. Джорак согласился указать им путь к храму Акунды – прибежищу изгнанников, куда – предположительно – направилась Ракера, и караван устремился на юг, к означенному святилищу. Правда, Мира настояла на том, чтобы обогнуть стороной проклятую Долину Скорби, избегают которой даже сетраки, и достичь храма, минуя предгорья.

У врат храма приветствовал странников зандалари, назвавшийся Акундой Просвещенным и заявивший, что надлежит им проявить себя прежде, чем будет дозволено чужеземцам ступить в храм. Рассказывал тролль о том, что лоа Акунда проникает в разум последователей своих, избавляя их от воспоминаний, исполненных боли. Но надлежит ордынцам доказать, что достойны они благословения Акунды, а для этого – истребить рыщущее окрест дикое зверье, пожирающее все на своем пути.

Повинуясь воле Акунды Просвещенного, герои свершили ритуал, дабы очистить свои разумы и сразиться с внутренними демонами; лишь просветленным даровано право ступить в священную обитель. Но, войдя в транс, услыхали они слабый голос лоа Акунды: «Я слабею с каждым мгновение. Вы должны помочь мне, пока еще не поздно».

И теперь Акунда Просвещенный возвестил, что оставили герои прошлое свое позади, и ныне должны всецело посвятить себя служению лоа и принять новые имена – Акунда. Ступив в храм, воители Орды рассредоточились, дабы осмотреть помещения оного, а также расспросить остающихся в святилище зандалари – не видали ли те Ракеры... Вскоре Каджа обнаружила командующую, то та пребывала в некой странной апатии, и называла себя ныне «Акундой Несчастной».

Иной зандалари, Акунда Разумный, поведал героям, что лоа лишил Ракеру причиняющих боль воспоминаний... но, похоже, этим дело не ограничилось. Последователи лоа день ото дня утрачивали память; цепляясь за осколки воспоминаний, Акунда Разумный сообщил ордынцам, что наряду со сподвижницей, Мейджани, собирался посетить Долину Скорби, где хранит Акунда позабытые воспоминания.

Каджа остался близ Ракеры; герои же, покинув храм Акунды, устремились в Долину Скорби, где разыскали Мейджани. Зандалари пребывала в растерянности, всецело позабыв о том, кто она такая и что здесь делает; ведала она лишь о том, что здесь, в долине остаются воспоминания, кои содержат зацепки к судьбе, постигшей лоа Акунду. Но часть воспоминаний приняла обличье злых духов, атакующих каждого, кто дерзнет ступить в Долину Скорби, и не сдерживает их ныне сила лоа.

Зрели герои как воспоминания Ракеры, отправляющейся в пустыню, дабы раздобыть для короля доказательства предателя генерала... так и образы происходящего в храме! Акунда Просвещенный приближается к Вечному Источнику, выливает в оный яд... Лоа Акунда – громовая ящерица – пьет из него, падает наземь... Акунда Просвещенный стремится поглотить энергии лоа, вобрав их в себя...

Стало быть, могущественный лоа утратил свою сущность, позабыв о собственной природе!.. Мейджани свершила колдовской ритуал, восстановив разум Акунды, и призрачный облик того возник близ зандалари, благодаря за избавление. После чего просил лоа героев о помощи, и те поспешили вернуться в храм, где сразили Акунду Просвещенного, продолжавшего поглощать энергии плененной им мистической громовой ящерицы.

Обретя свободу, Акунда исцелил разумы своих последователей, вернув им утраченные воспоминания. Сопроводили герои Ракеру к каравану Миры, и по пути поведала им командующая о том, что генерал Джакра’зет надеется с помощью своих воинов отыскать в пустыне некое могущественное оружие, кое способно уничтожить Зулдазар – а также всех, кто дерзнет противостоять ему. Не ведала Ракера ни о природе оружия, ни о его местонахождении, но знала: надлежит отыскать его прежде, чем сделает это генерал!

Ракера предлагала ордынцам попытаться разыскать ее старую подругу, Джулваку, некогда ушедшую в Вол’дун в поисках знаний о прошлом; насколько было известно командующей, опальная зандалари занимается раскопками неподалеку от пирамиды Атул’Аман, возвышающейся в сердце пустыни. Если кто и может ведать об оружии, искомом генералом, то лишь она.

Караван вулперов покинул храм Акунды, устремившись в направлении руин Зул’Аджина, усеивающих пески по пути к Зем’лану. По пути атаковали их ассасины, коим Джакра’зет приказал избавиться от Ракеры, Каджи и их новых союзников из Орды.

Разя убийц, герои рассредоточились по руинам, и вскоре обнаружили Джулваку, а также – весьма неожиданно для себя – Киро и Нишу. Зандалари пребывала в отчаянии, хлопотала над смертельно раненым ядовитым жалом гигантского скорпида сетраком, Серриком. К счастью, Киро смог вовремя изготовить противоядие, ведь столь своевременно подоспевшие ордынцы помогли врачевателю разыскать окрест необходимые для зелья компоненты.

Поведал Серрик героям, что множество расхитителей гробниц и убийц прибыли в руины Зул’Аджина в надежде раскрыть тайны древнего града. Сетрак провел своих спасителей к статуе древнего Хранителя-сетрака, возвышающейся на площади в сердце руин, велел героям разыскать магические сапфиры, пробуждающие ее магию.

На глазах изумленных героев возник близ статуи призрачный образ Султиса, одного из трех Хранителей гробницы Атул’Аман. Послание Султиса предназначалось иному Хранителю, Воррику, и в нем содержалось предупреждение о том, что третий их сподвижник, Кортек, предал свой народ и стремится разрушить магический барьер, давным-давно возведенный Хранителями над гробницей. Султис уповал на то, что не удастся Кортеку заполучить сокрытый ключ к двеомеру.

На глазах героев пред статуей возник сундук, означился в котором некий камень. Серрик признал в находке один из ключей Хранителей, заявив, что надлежит им немедленно спешить к Святилищу Преданных – обиталищу Хранителей.

Простившись с вулперами, продолжившими путь к портовому граду Зем’лану, герои, Серрик, Каджа и Ракера устремились к означенному храму, выступавшему – по словам – сетрака, последним оплотом, противостоящим Неверующим – его сородичам, бесчинствующим в Вол’дуне. «Давным-давно мы были единым народом, как того и желала наша лоа, Сетраллис», - рассказывал Серрик героям по пути. – «Но предательство Кортека раскололо нас, и Неверующие развязали войну в сих землях. Возглавляет их Кортек, и ищет он ключи, дабы развеять ограждающий Атул’Аман барьер и заполучить то, что сокрыто в сей гробнице, чтобы захватить Зулдазар. Мы же делаем все возможное, чтобы остановить его».

По прибытии герои обнаружили, что Неверующие атакуют Святилище Преданных. Приспешники Кортека пленили Воррика в надежде вызнать, где тот сокрыл свой ключ, но герои, сумев отразить натиск противника, вызволили Хранителя, поведав тому о камне Султиса, обнаруженном ими в руинах Зул’Аджина.

«Этот ключ принадлежал первому Хранителю», - вздохнул Воррик. – «Звали его Султисом, и пал он от руки Кортека... Давным-давно К’Тракси Митракс Развоплотитель бесчинствовал на наших землях, безжалостно разя как троллей, так и сетраков. Наша лоа, Сетралис, пожертвовала собой, чтобы спасти нас от этого монстра. Она сразила К’Тракси в глубинах Атул’Амана, но не сумела уничтожить диск, находящийся в сердце сей пирамиды... Воочию наблюдав разрушение, несомое Митраксом, мы знали, что не может допустить, чтобы порождение это восстало вновь. Посему наряду с Султисом и Кортеком мы создали магический барьер, запечатав вход в пирамиду... Но впоследствии Кортек возжелал войны, и вознамерился освободить К’Тракси и воспользоваться им как оружием, чтобы захватить наш континент». «Оружие...» - в ужасе выдохнула Ракера. – «Вот, должно быть, что стремится обрести Джакра’зет! К’Тракси...» «Мы должны предупредить принцессу!» - постановила Каджа.

Воррик продолжал рассказ, вещая о том, как Кортек возглавил армию сетраков-единомышленников, и выступили они против всех, осмелившихся воспротивиться их замыслам. Сутис пал, но успел сокрыть свой ключ... Воррик же наряду с последователями Сетраллис укрылся в Святилище Преданных, и продолжают противостоять они Неверующим...

Воррик возложил камень Султиса на алтарь – рядом с ключом, принадлежащим ему. Ныне следует им обрести камень Кортека, и если это произойдет, Митракс останется в заточении на веки вечные. Ведь если К’Тракси обретет свободу, то покончит со всеми без исключения сетраками, чего Кортек в безумии своем не разумеет. Прежде надеялся Воррик убедить Кортека отказаться от братоубийственной войны, но сознавал ныне, что бессмысленно это. Потому, обратившись к героям, постановил: он лично покончит с самопровозглашенном «императором», и прежде всего надлежит им проникнуть в его крепость.

Тайными тропами провел Воррика ордынцев, Ракеру и Каджу в сердце империи Неверующих. Оставалось здесь затерянное в холмах святилище Сетраллис, в котором прежде укрывался Варрик... но ныне означились в оном вулперы, противостоящие сетракам! Ниша, Киро и Мира приветствовали героев, поведав, что сражаются они с Неверующими, разрушившими их селение. Воррик счел сие благословением лоа, ведь хаос, коий сеют вулперы, отвлечет внимание врага, что позволит им проникнуть в оплот его.

Ордынцы присоединились к вулперам, атаковали сетраков, освобождая плененных теми Волдунай, содержащихся в клетях в близлежащем Кратере Завоевателей. Неверующие никак не ожидали, что тщедушные вулперы способны сражаться со столь лютой яростью, посему внимание Кортека и его миньонов оказалось всецело сосредоточено на противниках.

Проскользнув в крепость, герои, следуя указаниям Воррика, освободили из цепей ездовых птеррордаксов Неверующих, и те атаковали ненавистных хозяев. Хаос воцарился в твердыне, и, воспользовавшись оным, ордынцы спустились в подземное святилище Сетраллис, где укрылся император Кортек.

В противостоянии последний терпел поражение, однако усмехался, отражая выпады Воррика. «Если ты здесь, кто стережет ключи в твоем храме?» - издевательски спрашивал он, и Воррик похолодел: «Что ты натворил, Кортек?!» «Удостоверился в своей окончательной победе вне исхода нынешней битвы», - отозвался падший Хранитель. – «Генерал Джакра’зет уже получил мой ключ, а теперь... полагаю, и ваши тоже. Он возродит Митракса, и захватит весь Азерот!»

Кортек убеждал Воррика, что сетраки – народ завоевателей, и предначертано им властвовать над иными расами, но Хранитель сразил безумца, бывшего некогда его другом. После чего, покинув крепость, где вулперы наряду с птеррордаксами обратили немногочисленных выживших Неверующих в паническое бегство, ордынцы наряду с Ворриком поспешили вернуться в Святилище Преданных.

Каменный пол оного устилали мертвые тела сетраков – как защитников храма, так и Неверующих; среди павших лицезрели герои Серрика, но ни Ракеры, и Каджи окрест не наблюдалось. Исчезли и два ключа к темнице могущественного К’Тракси. Постановил Воррик: надлежит им остановить Джакра’зета, пока не возродил тот Митракса и не навлек погибель на мирян Азерота.

Верхом на птеррордаксах поспешили герои к Атул’Аману; магический барьер, ограждавший врата пирамиды, исчез, и были створки широко распахнуты. Внутри схлестнулись ордынцы со множеством порождений Старых Богов – Безликими и н’раки. Тварям сим ожесточенно противостояли Каджа и Ракера, и лишь своевременное прибытие героев спасло доблестных зандалари от гибели.

Проследовали ордынцы и союзники их в центральное помещение пирамиды, где Джакра’зет, окруженный множеством сподвижников, вершил ритуал, возрождая павшего К’Тракси. Творя заклинания, генерал принес в жертву всех без исключения миньонов, усилив жизненными силами их двеомер ритуала крови.

Герои атаковали Джакра’зета; последний, владея древней магией крови своего народа, щедро черпал жизненные силы противников... Но, будучи смертельно раненым, бросился он головою вниз в кажущуюся бездонной яму в центре чертога. Слишком поздно осознали ордынцы, что генерал стал последней жертвой, и ныне исполинский К’Тракси возродился, восстал из глубин...

От неминуемой гибели спасла героев сущность Сетраллис, переместив их в Святилище Преданных. Воррик просил ордынцев ступить в храм лоа, чье возрождение должно было давно уже свершиться, и понять, какие силы препятствуют сему. Ведь без помощи Сетраллис вновь сокрушить воспрявшего Митракса невозможно...

Проследовав в святилище лоа, герои сошлись в противостоянии троллям-зандалари, жаждущим обратить Сетраллис в темную лоа, коя опустошит Вол’душ. Покончив с сектантами, ордынцы исцелили Сетраллис, и присоединилась та к своим последователям в Святилище Преданных.


Принцесса Таланджи наряду с ордынцами, ведомыми Роханом и его троллями племени Темного Копья, выступила к болотам Назмира, дабы положить конец угрозе Зулдазару со стороны Кровавых троллей - Назмани. Прибыв в топи, принцесса выслала вперед небольшой отряд на разведку, однако вскоре герои обнаружили лазутчиков мертвыми: Кровавые тролли не прощали посягаельств на свои исконные территории.

Таланджи отдала подначальным приказ безжалостно покончить с каждым из Кровавых троллей, рыщущим окрест, и ордынцы наряду с зандалари беспрекословно исполнили волю принцессы. После чего предали огню тебя погибших сподвижников, ведь Кровавые тролли забирали трупы для своих нечестивых ритуалов, основанные на магии крови.

Принцесса возглавила нападение на лагерь Назмани, надеясь покончить с их матроной, Великой Ма’дой Атиной. Последняя ожидала прибытия зандалари, постановив, что зрят те могущество Г’хууна, и вскоре распространит сие божество власть свою на весь континент.

Приняв бой, Атина предпочла ретироваться, и когда герои последовали за ней вглубь топей, то лицезели истинное могущество Кровавых троллей. Близ пирамиды, высящейся в сердце Назмира, собралось великое множество воинов-Назмани, а ведьмаки, возглавляемые Атиной, вершили нечестивые ритуалы. На вершине пирамиды зрели ордынцы исполинского каменного конструкта, которого, похоже, Кровавые тролли надеялись пробудить своей волшбою. Осознала Таланджи, что, благодаря помощи помянутой Великой Ма’дой сущности, Г’хууана, Назмани обрели поистине невероятные силы, и покончить с угрозой будет весьма непросто.

Рохан предложил принцессе заручиться помощью духов-лоа, и Таланджи, проведя ритуал, ощутила, что в пределах Назмира остаются мудрый Торга, лоа-черепаха, сильный Краг’ва, лоа-жаба, хитроумный Хир’еек, лоа – летучая мышь, а также Бвонсамди, лоа смерти, любящий заключать всякие сделки. Постановил Рохан, что заключат они четыре союза с лоа, после чего выступят против племени Назмани, дабы предотвратить возрождение Кровавыми троллями Г’хууна.

Первым делом выступили герои на поиски Бвонсамди. Рассказывала Таланджи, что столетия назад здесь, в Назмире, высился храм, посвященный лоа смерти; возможно, удастся им отыскать следы сего святилища. В руинах Зо’бала разыскали ордынцы последователя Бвонсамди, Ханзабу, приносящего Кровавых троллей в жертву своему лоа. Предлагал Ханзабу чужакам сделку: те покончат с ведьмой-Назмани Наджимой, одолеть которую сам он не в силах, после чего Хазнабу проводит ордынцев в позабытый храм Бвонсамди.

Герои исполнили поручение последователя лоа смерти – разыскали и сразили ведьму, чья душа оказалась прекрасным приношением Бвонсамди. Верный данному слову, Ханзабу сопроводил ордынцев к храму лоа смерти, Некрополю, где собирался он провести ритуал, должный заставить Бвонсамди обратить внимание на просителей.

Герои приняли участие в сем ритуале, и лоа смерти позволил им проследовать в свой храм, предложив пройти испытание, кое покажет, достойны ли чужеземцы его внимание. Исполняя волю Бвонсамди, герои покончили с оскверняющими храм Кровавыми троллями – последователями Г’хууна.

Лоа смерти согласился примкнуть к ордынцам и провести ритуал, коий ознаменует их соглашение – согласно оному герои обязуются отправить великое множество душ врагов в чертоги Бвонсамди. Последний покинул Некрополь, дабы провести ритуал... когда атаковали его мертвецы, направляемые Атиной. Последняя вещала о скором явлении в мир Бога Крови и необходимости склониться пред ним!

Герои покончили с нежитью, но Атина сумела скрыться; произошедшее поразило лоа смерти, и осознал он, что Кровавые тролли и сущность, рекомая «Г’хууном» - сила, с котором стоит считаться. После чего вернулись ордынцы в руины Зо’бала, где сообщили Ханзабу о заключении союза с Бвонсамди.

Но прежде, чем успели герои выступить на поиски иных лоа, обитающих в топях Назмира, узнали они от союзников о том, что Джо’чунга - один из лазутчиков, входящих в отряд принцессы Таланджи, - проник во владения Кровавых троллей, надеясь вызнать их тайны, и не вернулся. Ведьмак-зандалари по имени Кеджабу провел колдовской ритуал, и магия его даровала героям иллюзорное обличье Кровавых троллей!

Так, неузнанными те ступили в Заламар – оплот Кровавых троллей в Назмире, где лицезрели, как верховная жрица Зенья почтительно обращается к лоа Хир’ееку, называя того верным служителем Г’хууна и предлагая жертвоприношения – благо пленников, захваченных в землях сопредельного Зулдазара, у них в избытке.

Ордынцы разыскали и, не привлекая к себе внимания, вызволиил из заточения Джо’чунгу. Поведал лазутчик, что Г’хуун осквернил Хир’еека, и на помощь сего лоа им рассчитывать не приходится. Посему предлагал он единственный возможный выход – покончить с Хир’ееком! Джо’чунга был искусен в изготовлении зелий и ядов, потому предлагал попросту отравить лоа.

Но прежде, чем содеять сие, герои опробовали зелье его на иных гигантских летучих мышах, означившихся в Заламаре. Кроме того, следуя указаниям Джо’чунги, прикончили они трех ведьм крови, пребывающих в селении, и принесли лазутчики их амулеты, содержащие в себе толику эссенции Хир’еека. К тому времени иллюзорные заклятия, скрывавшие истинные обличья героев, развеялись, посему старались они не попадаться на глаза Кровавым троллям, действуя скрытно.

Изображая смирение, герои и Джо’чунга приблизились к свирепому Хир’ееку, но запрыгнули на спину гигантской летучей мыши, погрузив в плоть ее клинки, был на которые нанесен яд. Хир’еек воспарив ввысь, прочь от Заламара, устремился прямиком к своему логову – ямине, куда Кровавые тролли сбрасывали пленников, дабы пожрал их лоа.

В противостоянии ордынцы сразили Хир’еека, и Великая Ма’да Атина, наблюдавшая за гибелью лоа – служителя Г’хууна – заверила дерзких, что вскоре божество ее пробудится и Зулдазар непременно будет уничтожен!..

Ныне выступали герои на поиски иных лоа, пребывающих в Назмире. Вернувшись в лагерь экспедиции зандалари в руинах Зо’бала, поведали они Таланджи о союзе с Бвонсамди и о гибели Хир'еека. Помочь героям разыскать Торгу, лоа-черепаху, вызвался забредший в лагерь тортоллан по имени Лашк, племя которого поклонялось сему могучему духу. Раз в несколько лет тортоллане совершали паломничество в топи Назмира, дабы послушать истории, которые мудрый Торга рассказывал им.

Тортоллане сопроводили ордынцев и зандалари к обиталищу Торги... где лицезрели бренные останки лоа-черепахи! Таланджи пришла в неописуемую ярость: наверняка Торгу сразили Кровавые тролли, и они непременно поплатятся за это! Ощутила Таланджи в остове Торги чье-то присутствие. Наверняка это призыватель из числа Кровавых троллей, и пытается он с помощью крови лоа-черепахи завершить свой нечестивый ритуал!

Герои покончили с призывателем, и принцесса просила их обратиться за помощью Бвонсамди, дабы позволил лоа смерти призвать дух Торги. Бвонсамди ответил на призыв воителей Орды и указал им направление, в котором ушли Кровавые тролли, пожравшие плоть Торги и ныне оскверненные, ибо свершили они запретное, поглотив лоа. Бвонсамди жаждал заполучить души сих троллей, обещая, что когда это случится, призовет он дух Торги.

Ордынцы исполнили волю Бвонсамди, и тот призвал дух лоа-черепахи. «Принцесса Таланджи, Кровавые тролли используют мои останки, чтобы даровать могущество Джунго», - изрекла сущность Торги. – «Уничтожьте их лагеря в окрестностях, чтобы ослабить Джунго».

Кровавые тролли оскверняли кровь Торги, направляя потоки оной от бренных останков лоа-черепахи н’раки Джунго, Вестнику Г’хууна. К счастью, во владении у жрецов-тортоллан означились свитки, содержащие в себе заклинания, очищающие от скверны. С их помощью герои сумели пресечь ток оскверненной крови лоа, уничтожить множество мертвяков, пробужденных оной окрест, на Кровавом Побережье, а также сразить немало Кровавых троллей, несущих плоть несчастного Торги в качестве подношения Джунго.

Сподвижники принцессы Таланджи установили у логова Вестника Г’хууна тотемы, ослабляющие магию крови, после чего ордынцы наряду с алчущими отмщения тортолланами покончили с могучим н’раки. Боле Кровавые тролли не могли воспользоваться кровью лоа-черепахи как источником сил для своих сподвижников.

Дух Торги упокоился с миром, и герои выступили к Сумеречной Лощине, где разбили ныне лагерь Таланджи наряду с зандалари, а также Рохан и его сородичи из племени Темного Копья. Поблизости от оной пребывало логово Краг’вы, и надеялись ордынцы, что лоа-жаба все еще жив и сможет выступить на их стороне в грядущем противостоянии с Назмани. В пути примкнули к ордынцам и тортоллане, надеющиеся обрести новые славные истории, станут которые передаваться в их роду из поколения в поколение – о противостоянии Кровавым троллям и спасении Зандалара.

Назмани разбили лагерь близ Болота Жабы, и лазутчики их ныне стремились отыскать Краг’ву. Очевидно, что желали Кровавые тролли покончить с лоа-жабой, и преподнести исполненную магии плоть ее своему божеству, Г’хууну. Посему Назмани прочесывали топи, разили чад Краг’вы и забирали с собою его идолы, зная, что действия сии ослабят лоа-жабу и смогут они принести его в жертву Г’хууну посредством ритуала крови.

Воители Орды выступили в направлении укрывища Краг’вы, и, перебив приближающихся к нему Кровавых троллей под началом Боатемы, достигли логова лоа-жабы. К несчастью, Назмани успели извлечь немалое количество энергий Краг’вы из похищенных прежде идолов, и ныне сил у лоа оставалось немного. Кровавые тролли перебили ведьмаков – служителей Краг’вы – и ныне лишь подоспевшие герои сдерживали натиск противника пред укрывищем лоа.

Дабы вернуть Краг’ве подорванные силы, ордынцы преподнесли лоа немало дичи, добытой в окрестных топях; славно отобедав, тот, помимо прочего, поглотил магические энергии, содержавшиеся в уцелевших тотемах, ограждали кои его логово, и восстановил тем самым большую часть былого могущества.

Выступив против подступающего к Болоту Жабы воинства Назмани, Краг’ва покончил с сотнею Кровавых троллей и их предводителем, Рен’Зули; дрогнув, выжившие обратились в паническое бегство. После чего лоа-жаба заверил героев, что непременно откликнется на их зов, когда придет час раз и навсегда покончить с Кровавыми троллями в пределах Назмира; вернувшись в Сумеречную Лощину, ордынцы известили о сем принцессу Таланджи и Рохана.

Последний напомнил союзникам, что поддержки лоа недостаточно, чтобы сокрушить Назмани, и необходима им армия Орды. Весть о ситуации в топях Назмира должна достичь военного вождя, и ответ ее наверняка не замедлит себя ждать.

Вскоре прибыло обещанное подкрепление: отряд гоблинов! К несчастью, судно их близ руин Наз’агала было атаковано миньонами Азшары - нагами и морским гигантом, посему героям пришлось спешить на помощь незадачливым сподвижникам. Многих гоблинов удалось спасти, ровно как и разбитые части конструкта, которого захватили они с целью противостояния Назмани.

Укрывшись в отдаленной области прибрежных руин, гоблины приступили к восстановлению конструкта, в то время как герои продолжили сражение с нагами, и вскоре покончили с предводителем тех, лордом Слитином... Вскоре конструкт был вновь готово к бою, и гоблины опробовали его в действии, уничтожив с помощью вмонтированных в металлический остов пушек как лагеря наг, так и разрушившего прежде их корабль морского гиганта, Гробатана. Убойная мощь конструкта поразила зандалари, и не сомневались боле те, что, прислав гоблинов в Назмир, Сильванас не насмехалась над новыми союзниками Орды, а выказывала им свое уважение.

Тем временем тортоллане обнаружили неподалеку статую, узнали в которой древнего хранителя титанов! Если удастся привести оного в действие, на их стороне выступить действительно могущественная сущность, помощь которой окажется неоценима в противостоянии Кровавым троллям.

С помощью азерита хранителя Хезрела героям удалось пробудить, однако был он донельзя слаб. Дабы восстановить самого себя, он просил героев разыскать в близлежащих руинах Назваты ядра с данными павших хранителей, а также покончить с наводнившими развалины призраками, облаченными в черные доспехи – наверняка ковки титанов!.. Кроме того, ощущал Хезрел скверну в Назмире; в частности, затронула оная и растительную жизнь в руинах Назваты, посему ордынцы безжалостно уничтожали плотоядные растения, коим магия крови даровала подобие жизни, а также зависшие в воздухе сферы оскверненной крови – источник нечестивых энергий, распространяющихся на сопредельные земли.

Герои продолжали расправляться с нежитью, воспрявшей в руинах, а хранитель анализировал происходящее, пытаясь получить как можно больше данных касательно природы скверны. Хезрел пришел к выводу, что источник скверны – Старый Бог... и привлекли энергии его порождений Бездны, затрудняющих дальнейший анализ.

Ордынцы разыскали подступающих к руинам Безликих, покончили с ними, а после запечатали порталы, через которые твари сии проследовали. Наконец, сразили герои призванного Безликими К’Тракси Краксиса, скрывавшегося в пирамиде в центре руин Назваты, выступавшей прежде местом одной из печатей, сдерживающих Г’хууна. Во владении Краксиса обнаружили герои панель, содержащую протокол, необходимый Хезрелу для окончательного восстановления своих оборонительных систем.

Проследовав в пирамиду наряду с принцессой Таланджи, Хезрел приступил к анализу данных, дабы изыскать решение по устранению скверны Старого Бога – Г’хууна! «Прежде три устройства были созданы для сдерживания скверны», - вещал хранитель. – «Анализ показывает, что устройства в Назмире и Вол’дуне выведены из строя. Последняя действующая печать находится в Зулдазаре». «Старый Бог?!» - поразилась Таланджи. – «Вот, стало быть, по какой причине Кровавые тролли нападают на мой город! Если последняя печать окажется уничтожена, этот монстр станет настоящим бедствием для Азерота!»

«Ты права, принцесса», - послышался знакомый голос, и зрели герои показавшуюся поодаль Великую Ма’ду Атину. – «Ваше сражение бессмысленно... Г’хуун обретет свободу! Зандалар обратится в руины, а империя Старых Богов воспрянет вновь!» Герои атаковали Атину, но та – как и прежде – сумела скрыться, посулив противникам, что вскоре жизни их непременно оборвутся.

Постановил Хезрел: надлежит покончить с Кровавыми троллями и любой ценой сохранить печать, остающуюся в Зулдазаре. Наряду с героями и их новыми союзниками – тортолланами и гоблинами - проследовал хранитель в Сумеречную Лощину, где оставались основные силы зандалари, Орды, а также их союзники-лоа. По пути лицезрели они Назмани и мертвяков, следующих в направлении границы с Зулдазаром, и расправлялись с силами противника, не позволяя тому приблизиться к владениям зандалари.

Воинство, выступающее под началом Таланджи, вернулось к приграничным руинам Зул’джан, где обратилась принцесса к солдатам, постановив: пришло время нанести Кровавым троллям последний, всесокрушающий удар... ибо зависит от успеха их кампании будущее Зандалара.

Ведомые Таланджи и Роханом, ордынцы и союзники их приняли бой с неистовыми Назмани и мертвяками в Ущелье Кровавого Огня, сразив предводительницу сил противника, Молаку, и обратив оные в бегство. Кровавые тролли укрылись в своем основном оплоте в Назмире – Тул’воре, но герои продолжали преследование; с помощью взрывчатки гоблины сокрушили возведенные Назмани баррикады, и ордынцы наводнили поселение сил неприятеля.

Таланджи сошлась в противостоянии с Атиной, но Великая Ма’да отступила на вершину пирамиды, где оставался остов гигантского конструкта, должный стать вместилищем для сущности Г’хууна. Свершив ритуал крови, ведьмачка оградила остов непроницаемым магическим барьером, и конструкт гоблинов, прибывший на поле брани и ведущий прицельную стрельбу по сему вместилищу, не причинял оному ни малейшего вреда.

Сражение в Тул’воре продолжалось; прибывшие из Зулдазара союзники разили Кровавых троллей, предавали огню их хижины. Таланджи обратилась за помощью к Краг’ве, прося лоа-жабу помочь им достичь вершины пирамиды и положить конец бесчинствами Атины.

Велев принцессе и героям взобраться к нему на спину, Краг’ва одним прыжком достиг пирамиды, где и произошло последнее противостояние ордынцев с Великой Ма’дой. Последняя пала, и щит из крови, ограждавший воплощение Г’хууна, исчез. Каменный гигант поднялся на ноги... когда обрушился на него огненный шторм: конструкт, построенный гоблинами, атаковал его, ведя огонь из вмонтированных в руки орудий. Не удержавшись на ногах, Г’хуун рухнул в недра пирамиды...

Казалось, кампания в Назмире завершена: Кровавые тролли разбиты наголову, их предводительница мертва, а возрождения Г’хууна не свершилось. Однако хранитель Хезрел, не принимавший участия в недавнем противостоянии, велел героям спуститься в глубокое ущелье близ пирамиды, заявив, что ощущает скверну, исходящую от бреши в подземной темнице Г’хууна. Более того, скверна, именуемая «подземной гнилью», воплотилась в чудовищное порождение, обладающее собственным разумом!

Наряду с хранителем спустились герои в созданную титанами темницу, сошлись в противостоянии с порождением «подземной гнили». Оное сумели они сразить, но в сражении пал Хезрел.

Рохан оставался в Назмире, надеясь изыскать способ покончить с каменным гигантам, исчезнувшим в земных недрах; герои же наряду с принцессой покидали топи, дабы поведать королю Растахану и Бэйну Кровавое Копыто о произошедшем в Назмире


Вернувшимся в Зулдазар из сопредельных земель героям поведал король Растахан о том, что отправил Зула в анклав Гурубаши, Тал’гуруб, захватил который один из учеников пророка, ведьмак Вол’джамба, выздорив прочь королевских стражей. Надеялся монарх, что Зул наряду с чужеземцами сможет решить возникшую проблему и урезонить нерадивого ученика.

Приближаясь к анклаву, рассказывал Зул спутникам, что зрел в видениях реки крови на улицах Зулдазара, и сектантов Атал’Джамбы, вознесшихся новыми правителями державы зандалари. Дабы не случилось сего, велел Зул героям перебить сих предвестников апокалипсиса; сам же он устранит угрозу со стороны Вол’джамбы.

Разя сектантов, продвигались герои к центральным помещениям анклава, где укрылся ученик Зула. Голос Вол’джамбы эхом разносился под сводами помещений, и выкрикивал зандалари пророчества, явившиеся ему в видениях. «Золотые паруса знаменуют завершение бытия!» - возвещал он. – «Манипулятор стремится сломать печать... В потоках лжи падет высокий трон, и сокрушит его колесо... Тени искажают нити судьбы, насаждая оную империи. В итоге даже великому королю суждено преклонить колени... Предательство, гибель империи и угроза жизни королю...» Зул лишь плечами пожимал, утверждая, что истину затмевает страх, и слова Вол’джамбы следует воспринимать с изрядной долей скепсиса, и никак иначе.

По пути Зул вызволял троллей-Гурубаши из-под власти ментального заклинания, обратившего прежних хозяев анклава в послушных безвольных рабов Вол’джамбы и его сподвижников.

Ступив во внутреннее святилище, ордынцы сразили Вол’джамбу, и, глядя на тело бывшего ученика, Зул склонил голову, молвив: «Жаль, не смог я научить его самому важному: ты должен быть готов даже к тому будущему, коего не видел».

Вернувшись ко двору короля, герои поведали тому о произошедшем в анклаве; Зул же остался в анклаве, и, забрав с собою Урну Голосов, находилась коя прежде во владении Вол’джамбы, заявил, что явится в пирамиду позже, ибо сперва следует ему уладить некие дела.

...Король Растахан просил ордынцев наведаться в Порт Зандалара, выяснить, не угрожает ли что их державе, ведь принцесса Таланджи убедила отца допустить в оный чужеземцев. Впервые за века прибыли в Зандалар иноземные торговцы, и надлежит убедиться, что не чинят они разбой и не угрожают добрым мирянам Зандалара.

Портовых стражей видно не было, а зандалари, принадлежащие к низшим – по мнению зандалари - племенам, притесняли купцов, открыто угрожая им. Наряду с ближайшей телохранительницей короля, Золани, ордынцы разили сих головорезов, и, кроме того, передали некоторым иноземным торговцам-троллям послание от Зула, свитки с которым передала им загодя сподвижница пророка. «Я вернулся, как и обещал», - значилось в послании. – «Пришло время бросить клич нашим братьям и сестрам, которые отправились со мной в изгнание в час Катаклизма. Надлежит вновь объединить Зандалар под единым стягом!»

Прибыла в Порт Зандалара и Язма, верховная жрица лоа-паука Шадры, член Совета Занчули и мастер над шпионами короля Растахана. Поведала она героям, что за бесчинствами на пристани стоят тролли, принадлежащие к племенами Амани и Фарраки, посему надлежит покончить с предводителями их, укрывшимися в анклавах Тал’Аман и Тал’Фаррак.

Ордынцы исполнили волю верховной жрицы, обезглавив оба племени, однако беды в Порту продолжались. Означились в оном Алые культисты, практикующие запретную магию крови и жертвоприношения. И, поскольку по неведомой причине генерал Джакра’зет отказался прислать стражей в Порт, ордынцам пришлось самостоятельно разыскать убежаще сектантов.

Язма покинула Порт Зандалара, сообщив, что сообщит в вершащемся здесь Зулу. Золани проводила верховную жрицу задумчивым взглядом; в последнее время действия мастера над шпионами вызывали у телохранительницы все большее подозрением. Велела она героям возвращаться во дворец да передать послание ее, содержащее сведения касательно магии крови, отсутствия стражи да странных приказов Язмы, ее брату Хабуту – второму из ближайших телохранителей Растахана.

Ордынцы исполнили волю Золани, но вскоре ко двору вернулась Язма, поведав им о темных ритуалах, вершащихся в священном храме Занчул. Король отправил к святилищу двух советников, Лоти и Раала, дабы прексекли те нечестивые практики, однако сомневалась Язма, что сии индивиды достаточно сильны духом, чтобы в случае необходимости сразить собственных же сподвижников, обратившихся к ереси. Посему и просила героев проследить за тем, чтобы оная оказалась безжалостно пресечена и не получила дальнейшего распространения.

Лоти и Раал велели ордынцам покончить с Алыми сектантами, и когда те исполнили поручение, сразив нечестивцев во внешних пределах храма, поведал им Раал о том, что в час Катаклизма врата, ограждающие земли Зулдазара от болот Назмир, рухнули, и Кровавые тролли прорвались к столице. Принцесса Таланджи просила отца отразить вторжение, и когда тот продолжил бездействовать, обратилась за помощью к Орде. Но теперь и зандалари начали обращаться к магии крови, узнав о ней о еретиков из Назмира.

Герои продолжили продвижение в центральные помещения храма Занчул, сразили бесчинствующих во внутреннем дворе святилища птеррордаксов, а после – оскверненных темным ритуалом стражей храма. Наряду с Лоти и Раалом проследовали ордынцы на вершину Занчула, где Кровавые тролли проводили очередной ритуал, наделяя огромной силой тролля-берсерка, Дрегаду.

И когда оказался храм очищен от Алых сектантов, Лоти и Раал предложили героям избрать для себя лоа, которому отныне станут поклоняться: Гонка или же Па’ку. Сущности сии непременно придут на помощь своим последователям в час нужды.

После, вернувшись в столицу, ордынцы поведали королю Растахану об искоренении культа Алых сектантов, занявших храм Занчул, и о заключенным с лоа союзах. Король одобрительно кивнул, признавшись, что сам он поклоняется лоа Резану, дьявозавру, как и предыдущие правители Зандалара.

Ступив в тронный зал, пророк Зул обратился к королю, говоря о том, что пребывает тот в опасности, ибо приближающиеся враги жаждут заполучить трон. «Они находятся близ порта Растари», - встревожено говорил Зул. – «Мы должны отступить в Занчул, пока еще есть такая возможность!» Обратившись к Хабуту и Золани, король велел им сопровождать ордынцев к порту Растари и покончить с алчущими трон противниками, после чего, покинув тронный зал, последовал за Зулом.

Как оказалось, порт был захвачен могу. Именно Зул стоял за возрождением Громового Короля в Пандарии и за заключением союзом с могу, а после гибели Лей Шена привез – несмотря на запрет – сих воинов в Зандалар. И сейчас, похоже, могу вышли из-под контроля Зула, вознамерившись распространить властью свою на древнюю вотчину троллей.

Ордынцы разили как могу, так и каменных конструктов, теми направляемых. Наконец, сошлись в противостоянии они с полководцем Као, верховодящим вторжением – одним из ближайших сподвижников Громового Короля. «Зулдазар – наш по правду!» - возвещал он. – «Зул обещал нам новую империю, и мы получим ее!»

Герои покончили с Као, но, умирая, полководец предвестил скорую гибель короля Растахана. Изумленные сим откровением, Хабуту и Золани обратились за разъяснениями к призрачному образу зандалари Вилнак’дора, прибывшего в порт наряду с Као и принявшего участие в атаке могу, и ныне наблюдавшего за гибелью Као издали посредством заклинания. Прежде считали они Вилнак’дора верным слугой Растахана, но действительно ли это так?..

«Пророчество скоро свершится», - отвечал призрачный Вилнак’дор телохранителям короля. – «Все, происходящее здесь, - лишь для отвлечения вашего внимания от замысла Зула. Могу сыграли свою роль... и телохранители покинули своего короля. И узрите вы рождение новой империи троллей! Жаль, что то же самое нельзя будет сказать о самом Растахане!»

Ужаснувшись, герои наряду с телохранителями оседлали птеррордаксов, и те вознесли их к вершине пирамиды Зулдазара, где пророк наряду с верховной жрицей сопровождали короля к храму. Магией крови Язма сразила Хабуту, а Зул вонзил в спину опешившего Растахана кинжал. «Тебе следовало прислушаться к словам Таланджи», - произнес пророк. – «Ты стал стар и слеп, старый друг. Позволил нашему королевству познать упадок. Но я предвидел грядущее возрождение империи троллей. Никаких боле соглашений с чужеземцами... никаких сделок к лоа. Наш истинный путь теперь – кровь... Путь Г’хууна!»

Подоспевшие герои отбили короля, и, возложив тело Растахана на спину птеррордакса Золани, велели тому лететь прочь. Ордынцы под началом Бэйна Кровавое Копыто сумели отразить натиск сил Зула, изгнав сподвижников пророка из Великой Печати и верхних ярусов пирамиды.

Золани прислала весть о том, что укрылась наряду с королем в небольшой рыбацкой деревушке, Зеб’ахари. Прибывшим героям поведала телохранительница, что монарх умирает, ведь рана его остается открытой, что донельзя странно, ведь благословение лоа должно давать королю долгую жизнь и способность к скорой регенерации. Лекари, прибывшие в селение, предполагали, что от осознания столь вопиющего предательства со стороны ближайшего сподвижника мог быть ранен дух Растахана, а не только его тело.

Вскоре деревню атаковали последователи Зула, и воители Орды наряду с Золани и селянами отражали натиск противника, в то время как лекари пытались спасти жизнь своему королю. Как оказалось, поведала врагу о местонахождении Растахана деревенская Говорящая-с-лоа, Кихара. Сразив последнюю и отразив натиск миньонов пророка, герои доставили лекарям запрошенные теми ингредиенты для изготовления снадобья, должного исцелить душу и тело короля.

Раны Растахана затянулись, однако так и не проснулся король, и на краткие мгновения возник витающий над безвольным телом его призрак лоа смерти, Бвонсамди. Лекари велели героям призвать лоа, дарующего жизнь верным, - того, с кем сущность короля неразрывно связана. С помощью идола Резана воззвали ордынцы к сущности могущественного дьявозавра, и тот потребовал у Бвонсамди освободить дух монарха. Поразмыслив, тот согласился последовать воле Резана, и вскоре пробудился Растахан, исцеленный.

Постановил король: надлежит покончить с узурпатором, вознамерившимся заполучить трон Зандалара! Последователи Зула прибыли в Зеб’ахари на флагманском корабле монарха, «Силе Растахана», посему первым делом герои, проследовав на борт судна, покончили с управлявшим тем заклинателем ветров, Ула’джаном, а после – с воинами, остававшимися на нижних палубах. В трюме корабля обнаружили герои томящегося в заключении старого хрониста, То’кини, признавшегося, что сподвижники пророка, именующие себя ‘Атал’Зул’, вынудили его открыть им ритуал троллей-драккари, позволяющий приносить в жертву лоа для обретения его силы.

Ужаснувшись, Растахан постановил: им надлежит немедленно выступать к храму Резана, ибо наверняка вознамерился коварный Зул покончить с лоа королей... Покинув селение, воители Орды наряду с королем и Золани выступили к святилищу, атаковали которое воители движения Атал’Зул. Последние принялись осквернять идолы, посвященные Резану, и ощущал Растахан, как могущество лоа уменьшается...

Ордынцы разили прихвостней Зула, очищая идолы от темных энергий. Сразив заклинателей-могу, сотворивших магический щит, коий преграждал воителям, проследовали те ко внутреннему святилищу храма, где, скованный магическими цепями, оставался Резан, а Вилнак’дор поглощал энергии дьявозавра, обретая немыслимое могущество.

Растахан сумел разорвать связь между лоа и прихвостем пророка, герои сразили Вилнак’дора. Множество зандалари и могу, принадлежащих к Атал’Зул, стекались к храму, дабы завершить начатое, и герои наряду с королем и освобожденным лоа разили их, пробиваясь к выходу из святилища.

«Растахан, враги атакуют твои владения», - обратился лоа к королю, когда оказались они за пределами храма. – «Советники оспаривают твои решения. Друзья покушаются на твою жизнь. Нынче вижу я кровь в водах. Пришло время спросить себя: король ли ты... или же добыча?» «Да, я стал мягок», - признал Растахан. – «Многие пытались предупредить меня... в том числе и дочь. Но я не прислушался к их словам. Но я клянусь и тебе, и чемпионам Орды: я не остановлюсь, пока не получу голову Зула!»

Вернувшись в Великую Печать, герои приветствовали Бэйна Кровавое Копыто, спрашивая, что произошло в Зулдазаре за время их отсутствия. Вождь таурена поведал о том, что добрая половина Совета Занчул приняла сторону Зула, но, к счастью, далеко не все зандалари оказались предателями. Надлежит покончить с сектантами, несущими слово о Г’хууне, кровавом боге, прежде, чем обретут они новых последователей. Посему ордынцы возвращались в Занчул, надеясь сплотить троллей, остающихся верными своему королю.

Пребывало в храме немало сподвижников Зула, обратившихся к магии крови и жертвоприношениям, и герои, приняв сторону зандалари, верных королю, не замедлили выступить против сих индивидов, вырвав из рук тех старую знакомую – Лоти, волю которой сектанты надеялись сломить с помощью некоего темного ритуала. После чего был освобожден и супруг Лоти, Раал, связь которого с Па’ку последователи Зула использовали, чтобы лишить сию лоа сил.

В чертогах храма зрели воители Орды немало огромных пауков, и поведала Лоти, что глазами сих инсектоидов наблюдает за ними коварная верховная жрица Язма, последовательница лоа-паучихи Шадры. Посему герои расправлялись с пауками, зная, что иначе будет знать предательница о каждом их шаге и действии.

Покинув Занчул, герои наряду с Лоти и Раалом устремились в Сад Лоа – святилище, посвященное духам-защитникам народа троллей. Ныне атаковали оное силы Язмы и ее вернего приспешника, зандалари Вол’каала. Надеялись те с помощью магии крови подчинить себе лоа, обитавших в Саду, обретя их могущество.

Герои успели спасти Па’ку и Гонка, покончив с вершащими кровавые ритуала зандалари, но, проследовав в святилище Шадры, лицезрели они, как Язма поглощает энергии лоа-паучихи! Путь ордынцам преступил могучий Вол’каал, даруя верховной жрице необходимое время, чтобы завершить начатое. Воители сразили Вол’каала, но Язма успела поглотить энергии Шадры без остатка, обратившись в могущественное создание – ужасающие подобие тролля и паука! Она покинула храм, не желая вступать в противостояние с чужеземцами, а те, покончив с остающимися в Саду Лоа сектантами, вернулись в Дазар’алор, где поведали Растахану и Бэйну о продолжающемся противостоянии их приспешникам Зула. Из шести членов Совета Занчула верными монарху остались лишь двое, Раал и Лоти; Зул и Язма выступали ныне противниками Растахана, Вол’каал же и Джакра’зет были мертвы.

Пришло время покончить с Зулом и его приспешниками, укрывшимися в Храме Пророка. Ордынцы и верные королю зандалари, а также старейшие лоа – Па’ку, Гонк и Резан – выступили к оплоту предателей. Здесь, в пределах храма, лицезрели они свитки, начертанные Зулом, в которые заключил тот свое пророчество, кое и сподвигло его предать короля.

«В последние годы я много странствовал и много чего узнал», - значилось в них. – «Я знал, как драккари, могущественные тролли севера, пали пред Плетью нежити. В час падения поглотили они силы своих богов в практически позабытых ритуалах, обретя таким образом невероятное могущество, дабы распоряжаться им по своему усмотрению... Когда я оставался в Пандарии, мы пробовали провести древний и запретный ритуал. Мы пробудили Лей Шена, Громового Короля могу, который был мертв на протяжении многих столетий. Таким образом я узнал, как возрождать древних королей и как управлять ими... Если наш король Растахан и его бог Резан окажутся беспомощны, мне предстоит сместить их. На вершине горы Мугамбы пребывает древний город, Атал’Дазар, усыпальницы королей. Там мы найдем истинного короля: Дазара. Могущество, коим я обладаю, вернет Дазара на трон короля Зандалара!»

Стало быть, Зул намеревается повторить то, что не удалось ему сделать в Пандарии: возродить Дазара – основателя Зандалара – и сделать короля послушной своей марионеткой!.. Ордынцы наряду с союзниками-зандалари и разгневанными лоа сровняли с землей Храм Пророка, перебив множество троллей и могу, верных Зулу, выступивших на защиту святилища.

После чего король Растахан и Резан возглавили армию, следующую к Атал’Дазару, Золотому Городу, расправляясь по пути с последователями Зула, спешащими по Золотой Дороге на помощь своему пророку. Неистовый Резан выступил к сердцу города... где Зул пленил его заклятиями и покончил с могучим дьявозавром, обретя его силы, необходимые пророку для возрождения первого короля Зандалара. Немедленно миньоны Зула атаковали ордынцев и Растахана, забредших в ловушку, и те отступили, уводя за собою монарха к лагерю союзных сил, разбитому близ Золотого Города.

После чего воители Орды вернулись в Атал’Дазар, и, расправляясь с многочисленными приспешниками пророка, выступили к сердцу города. Оборону оного возглавила Язма, но герои покончили как с нею, как и с обращенными в мертвяков Вол’каалом и Резаном. В усыпальницах же королей Зандалара сразили ордынцы Дазара, возвращенного к жизни магией крови. Пророк Зул укрылся где-то в подземельях Золотого Города, и покамест герои не обнаружили его.

Король Растахан был исполнен решимости продолжить поиски предателя, дабы покарать того за содеянное.


А вскоре лазутчики донесли королю и остающемуся при дворе Натаносу весть о том, что армия Кровавых троллей собирается у Кровавых Врат, дабы вторгнуться в Зулдазар. Похоже, гибель Великой Ма’ды Атины и разрушение ордынцами и зандалари Тул’вора не остудило пыла Назмани...

Покинув Дазар’алор, герои выступили к северным границам, где уже находилось готовое к неминуемому сражению воинство зандалари под началом Растахана. Вскоре присоединились к ордынцам силы клана Темного Копья, ведомые Роханом, сумевшие бежать из Назмира.

Кровавые тролли атаковали, и, хоть и сумели защитники Зулдазара отбросить Назмани, потери были велики с обеих сторон. Отчаявшись, Растахан воззвал к Бвонсамди, пообещав духу, что если тот поможет ему вернуть королевство, правящий род Зулдазара станет вечно служить ему – как при жизни, так и в посмертии. Лоа смерти предложение принял...

...Прошло несколько дней... когда Кровавые тролли, нежить и монстры, ворвались в Кровавые Врата, и, сломив оборону зандалари, устремились к Дазар’алору, дабы сломить последнюю печать, сдерживающую Г’хууна. Король Растахан возглавил армию Зулдазара, и противостояние Назмани началось. Защитники пирамиды наряду с Краг’вой сдерживали натиск противника на мосту, ведущему к Дазар’алору... когда пришла весть о том, что западные границы Зулдарала перешли силы сетраков, следующие на Вол’дуна!

Дабы противостоять новой угрозе, в означенном направлении выступили ордынцы под началом принцессы Таланджи; сопровождала их Па’ку, лоа-птеррордакс. В пограничном селении Зокало произошло сражение героев, а также ведомых Ракерой сил зандалари с армией сетраков, направлял которую Митракс Развоплотитель.

Сам могучий К’Тракси уже достиг достиг моста, ведущего в Дазар’алор, и Зул, тайно проникший в пирамиду, дожидался Митракса на ее вершине, ведь судьбою назначено сему порождению снять последнюю печать, сдерживающую Г’хууна. Противостояли Митраксу на мосту зандалари, ведомые Таланджи, а также лоа. Ордынцы же поспешили на вершину пирамиды, дабы наряду с Растаханом покончить со злокозненным пророком, сторону которого приняли многие уроженцы Зулдазара.

Силы защитников Дазар’алора стремительно таяли, и король воззвал к Бвонсамди. Верный заключенному прежде соглашению, лоа смерти призвал души павших в сражении зандалари, и армия призраков сплотилась за Растаханом, атаковав преступившего тому путь полководца Кара-ну, сподвижника Зула.

Растахан молил Бвонсамди наделить его своим могуществом, и когда исполнил лоа волю монарха, тот в одиночку метнулся к вершине пирамиды, где вступил в противостояние с Зулом. Король сразил пророка, но Митракс успел направить поток энергий Бездны на печать, разрушив ее.

К’Тракси и миньоны его отступили; сознавали защитники Зулдазара, что получили они лишь краткую передышку. Ныне сняты печати с подземной темницы Г’хууна, и вскоре сей Старый Бог явит себя миру...


Призыв о помощи пришел с Островов Эха. Поведал Рохан сподвижников, что ведьмак Залазан возглавил армию нежити, и ныне стремится завершить то, что не удалось ему прежде – распространить власть свою над исконными владениями троллей клана Темного Копья. Посему герои, покинув Зандалар, отправились в плавание на Острова Эха, где вступили в противостояние с мертвяками-троллями.

В старой хижине вождя Темного Копья отыскали герои глефу Вол’джина; надеялись они, что сие зачарованное оружие связано с духом погибшего военного вождя Орды, и магии его окажется достаточно, чтобы покончить с вырвавшимся из царствия Бвонсамди Залазаном раз и навсегда.

Ведьмак пребывал там, где пал несколько лет назад. Наряду с Роханом и Таланджи герои сразили Залазана, жаждавшего отомстить отринувшего его племени. Глефа Вол’джина пронзила духовную сущность Залазана, и возопила та в вящем изумлении: «Вол’джин... Ты не мог обрести подобное могущество, не став...» Фразу закончить дух не успел, ибо был уничтожен – на этот раз окончательно.

Принцесса Таланджи предложила почтить память Вол’джина, захоронив прах его в Атал’Дазаре. Прежде ни один чужеземный вождь не удостаивался подобной чести, и ордынцы оценили доверие, которое высказывала им наследница престола Зандалара. Следуя наряду с принцессой по Золотой Дороге к усыпальнице, вспоминали герои славные деяния павшего вождя. Сделку, заключенную тем с Бвонсамди, когда просил Вол’джин помощи лоа смерти в возвращении Островов Эха, захваченных Залазаном и его приспешниками. Отказ на предложение пророка Зула присоединиться к Зандалару в деле возрождения великой империи троллей – похоже, Вол’джин оказался более проницателен, чем Растахан. Наконец, противостояние Вол’джина и Гарроша Адского Крика в вопросе о том, каким путем надлежит следовать Орде... Принцесса Таланджи были весьма впечатлена рассказами о славных деяниях павшего героя.

Но когда ордынцы принесли урну с прахом Вол’джина в Атал’Дазар, явился им Бвонсамди, приказавший доставить останки военного вождя в его Некрополь в Назмире. Дело в том, что в царствие смерти Вол’джин отсутствует, и именно сей факт привел к тому, что из тенет оного вырвался и Залазан, сумевший вновь посеять хаос на Островах Эха. Обретя урну, Бвонсамди надеялся понять, что же в действительности произошло с духом Вол’джина. Герои исполнили волю лоа смерти, но не сумел тот обнаружить исчезнувший дух, посему немало озадачился.

Вернувшись в Зулдазар, ордынцы просили помощи Таланджи в обнаружении сущности Вол’джина, каким-то образом оказавшейся за пределами видения Бвонсамди. Для проведения ритуала принцесса призвала троллей племени Темного Копья, с которыми Вол’джина многое связывало при жизни.

Таланджи удалось призвать дух Вол’джина, и постановил тот: c Г’хууном, на протяжении многих поколений отравлявшему существование троллей, надлежит покончить!

***

Андуин Вринн собрал военный совет в замке Штормвинда, на котором Матиас Шоу доложил присутствующим о том, что агенты Орды сумели проникнуть в темницу и вызволить двух пленников: принцессу и пророка. Из восьми боевых кораблей, отправленных в погоню, вернулся лишь один, и поведали выжившие, что пришлось им столкнуться со странной и ужасающей магией... а также с флотилией зандалари.

Новости удручали. Если Орда заключит союз с зандалари, превосходство ее над Альянсом станет неоспоримо. «Стало быть, и нам нужно обрести союзников», - молвила Джайна Праудмур. – «Мой народ обладает самым внушительным флотом в Азероте. Если мы сможем вернуть Кул Тирас в Альянс...» «Джайна, ты – та причина, по которой они покинули Альянс», - не преминул напомнить чародейке Генн Седогрив. «И разрешить этот вопрос – единственная надежда вернуть их», - не сдавалась та, и Андуин неуверенно кивнул: «Думаю, да... и, думаю, ты сможешь. Это будет трудно... и опасно». «Я вернусь с флотом...» - заверила короля Джайна, и тихо добавила: «Или не вернусь вовсе». Сознавала она, что на родине столкнется с лютой ненавистью и непониманием, и неведомо, сможет ли вновь найти общий язык с сородичами.

Джайна покинула замок, направившись к пристани, дабы приготовить к плаванию свой корабль, бывший некогда флагманом ее отца. Обратившись к Генну, Андуин просил советника сопровождать чародейку наряду с чемпионами альянса и солдатами Седьмого Легиона.

Два корабля покинули гавань, взяв курс на Кул Тирас. Джайна пребывала в смятении, сознавая, что мать никогда не простит ее за гибель супруга, за то, что приняла дочь сторону Орды, обрекая на смерть родного отца. И все же чародейка была исполнена решимости исполнить свою миссию... обрести воздаяние за содеянное.

Наконец, суда бросили якоря у пристани Боралуса, столицы Кул Тираса, и Джайна впервые за долгие годы ступила на родные земли. Путь чародейке и воителям Альянса преградили стражи, и постановила Джайна: «Я здесь, чтобы встретиться с лордом-адмиралом Катериной Праудмур... своей матерью». Стражи окружили посланников, постановив, что ныне Джайна ответит за свое предательство, увлекли их в направлении замка.

Горожане наблюдали за процессией, и стражи велели им держаться подальше, говоря о том, что сопровождают опасных пленников. Но боралусцы узнали Джайну, и роптали, называя ее «убийцей» и «предательницей». Ощущала чародейка жгучую ненависть, направленную на нее, но убеждала себя в том, что должна пройти через это – ради Альянса!

Когда Джайна и сопровождавшие ее герои достигли твердыни, на замковой площади уже собралась толпа. У врат встретила чародейку лорд-адмирал Катерина Праудмур, а также Присцилла Эшвейн – глава благородного дома Эшвейн и торговой компании.

«Стало быть, непутевая дочь возвращается в королевство, которое предала?» - отчеканила Катерина. – «Зачем?» «Я пришла, чтобы от имени Альянса просить Кул Тирас о помощи», - отвечала Джайна, и Присцилла расхохоталась: «Альянс? А где он был, когда помощь нужна была нам? Когда наши мужья, сыновья и братья были перебиты в Тераморе?!»

«Не вините Альянс за мои действия», - смиренно молвила Джайна, и лицо Катерины посуровело: «Стало быть, ты признаешь, что стала причиной гибели наших людей». «Признаю», - тихо произнесла Джайна. – «Но я сделаю все, что в моих силах, чтобы облегчить страдания Кул Тираса!»

«Катерина, помни о наших законах», - зло прошипела Присцилла, обращаясь к лорду-адмиралу. – «Наказание на измену – смерть!» Катерина кивнула, после чего обратилась к дочери: «Ты примешь решение твоей державы?» «Я приму твое решение... мама», - отвечала Джайна.

Приблизившись к дочери, Катерина сорвала медальон Делина Праудмура с ее шеи, после чего отреклась от дочери, велев Присцилле вершить правосудие. Зло осклабившись, благородная дама сделала знак стражам, и те препроводили воителей Альянса в темницу Тол Дагора – крепости, владела которой торговая компания Эшвейн. Джайну же леди Присцилла приказала заточить в ином месте...

В камере приветствовал новых заключенных Флинн Файрвинд – бывший пират, делец и наемник, коему щедро заплатили за то, чтобы вызволил он из заточения посланников Альянса. Флинн убедил героев имитировать драку, и когда стражи ворвались в камеру, - попросту перебить их. После чего делец вывел воителей Альянса из подземных казематов Тол Дагора – к побережью, близ которого находилась лодка, ожидала в которой девушка ро имени Таэлия.

Флинн сообщил Таэлии, что не только вызволил из заточения героев, но и лицезрел на складах Тол Дагора некий новый вид пороха, существование которого Эшвейн наверняка держит втайне от лорда-адмирала.

Лодка отчалила от крепости, и под покровом ночи устремилась к пристани Боралуса. Поведал героям Флинн, что наниматель его – никто иной как сир Сайрус, и именно к нему обещал он доставить их.

В доках столицы Кул Тираса лицезрели воители прибывший корабль Альянса, понадеялись, что находящиеся на борту получили более темный прием, нежели они. Стараясь избегать патрулей городской стражи, Таэлия увлекла за собою посланников Альянса к рыночной площади, следуя к оной боковыми улочками да закоулками. Уверяла девушка, что здесь герои наверняка затеряются, ибо в квартале сем появляются путешественники со всего Азерота.

Провела Таэлия героев к обиталищу Сайруса, ныне – смотрителя пристани. По пути призналась девушка, что она - дочь Болвара Фордрэгона, служащая в страже дома Праудмур и выступающая сквайром рыцаря – сира Сайруса Крестфолла, коему Делин Праудмур поручил некогда заботу о ней. Болвар отослал дочь в Кул Тирас вскоре после того, как Плеть вторглась в Лордерон, и Таэлия мало что знала о его судьбе – ведала лишь, что пал отец ее в противостоянии Королю Мертвых.

Зрели удивленные герои, как стражи пристани не позволяют сойти с корабля Альянса прибывшим, в число которых входил и Генн Седогрив. Разгневанный Сайрус требовал объяснений, и стражи что-то лепетали о приказах леди Эшвейн. «Леди Эшвейн?» - прогремел Сайрус. – «Вы ей служите? Ее эмблема на ваших щитах?» «Нет, сир», - казалось, стражи готовы были провалиться сквозь землю. «Нет!» - рявкнул пожилой рыцарь. – «Вы служите Кул Тирасу! И символ сей принадлежит роду Праудмуров! И приказы отдаю вам я!»

Приказав стражам отойти в сторону, Сайрус почтительно приветствовал короля Гилнеаса и его спутников, пригласил проследовать в дом для переговоров. Таэлия окликнула рыцаря, представила ему своих спутников, освобожденных из темницы Тол Гадора. Сир Сайрус приветствовал их от лица Адмиралтейства Праудмуров в Кул Тирасе, предложил присоединиться к остальным.

«Катерина Праудмур отказалась вести с нами перегоры, а свою собственную дочь назвала ‘предательницей’», - заявил Генн Седогрив, глядя на Сайруса с нескрываемым подозрением. – «Почему же ты помогаешь нам?» «Много лет назад я принимал участие в морском сражении», - с печальной улыбкой отозвался пожилой рыцарь. – «Это было... в час Второй Войны. Наше судно с припасами было атаковано орочьим разрушителем. Острые осколки дерева от пробитого корпуса пронзили его, но он оказался упрям. Отказался уходить в мир иной, пока война не завершится. Потому подлатал себя как смог, а целителям сказал, что с ним все в порядке... А несколько дней спустя он проснулся, крича от боли. Как оказалось, инфекция распространилась в его теле, и он не дожил до рассвета.... К тому времени, когда он попросил о помощи, было уже слишком поздно. Кул Тирас все еще не избавился от шрамов, нанесенных Третьей Войной. И никто не чувствует их сильнее, чем Катерина Праудмур. Но она пребывает в заблуждении. Ее советники стараются закрыть ей глаза на инфекцию, распространяющуюся в нашем королевстве. Держава, которую я люблю, распадается на части... потому я прошу вас о помощи. Кул Тирас нуждается в Альянсе так же сильно, как и Альянс нуждается в нас». «Понятно», - кивнул Генн. – «Что ж, тогда мы явим Катерине Праудмур истину, которую я осознал, лишь заплатив высокую цену. Сила – в единстве!»

Таэлия указала героям на чертог, где возможно сотворить порталы в земли Альянса – Штормвинд, Железную Кузню и «Эксодар»; стражи пристани, подчиняющиеся непосредственно Сайрусу, станут молчать о заключенном союзе и обеспечат безопасное прибытие кораблей Альянса в столицу.

Прежде всего надлежало объединить раздираемый конфликтами Кул Тирас, и Таэлия вызвалась просветить героев Альянса о вершащемся в островном королевстве. «Составляют Кул Тирас несколько благородных домов», - рассказывала девушка. – «Прежде они были объединены под властью Делина Праудмура, но это изменилась после сокрушительного поражения того при Тераморе. С тех пор державой правит лорд-адмирал Катерина Праудмур, армия и стража подчиняются ей. Но, несмотря на все наши попытки поддерживать порядок, в Кул Тирасе все больше процветают преступления, коррупция и пиратство. Люди начинают терять веру в Адмиралтейство Праудмуров.

К западу находится Друствар – горный регион, где добывается большая часть руды в королевстве... и откуда родом сильнейшие наши воины. На протяжении веков дом Вэйкрест был верным сподвижником Праудмуров, но недавнее отсутствие представителей его на заседаниях совета породило множество недобрых слухов.

Северная Долина Песни Штормов – оплот дома Песни Штормов, где заклинатели волн создают и благословляют корабли нашего легендарного флота. Но вот уже несколько месяцев от них нет вестей! Заклинатели волн укрылись в своих домах, и, похоже, не собираются искать наши исчезнувшие корабли... Мы должны объединить благородные дома под стягом Праудмуров и отыскать исчезнувший флот! В противном случае Кул Тирас окажется расколот еще до того, как начнется война».

Воители Альянса заверили Таэлию, что немедленно выступят в означенные ею земли, посвятив себя делу сплочения островной державы...


Герои прибыли в небольшую деревушку Фаллхэвен, что в восточном Друстваре. Таэлия просила воителей Альянса разыскать старейшину селения, Сирила Вайта, бывшего верным другом дому Праудмуров; наверняка он сможет свести героев с кем-то, вхожим в дом Вэйкрест.

Перевозчик, доставивший искателей приключений из Боралуса в Друствар, рассказывал, что темные слухи о сих землях множатся, и связь с ними фактически пресеклась. Ни фермеры, ни рудокопы больше не пользуются услугами перевозчиков; поговаривают, что и в шахтах, и на селянских скотобойнях ныне безлюдно... Как следствие, окрест развелось дикого зверья...

Простившись с перевозчиком, проследовали герои в Фаллхэвен, с изумлением лицезрев, что все без исключения жители оного находятся под воздействием странной магии – дышат, но не могут двигаться и говорить. В центре города возвышалось зеркало, исходила от которого темная энергия – наверняка это и есть источник злых чар!

Герои не сумели разбить зеркало, посему рассредоточились по селению, изыскивая крупицы сведений касательно вершащегося. К счастью, некоторые селяне вели дневники, и из записей их следовало, что в доме на окраине леса неподалеку от Фаллхэвена поселилась безумная старуха, Елена Гентл, которая, судя по всему, и есть источник всех бед деревушки! Благодаря ее козням гибла скотина, и поставки мяса в столицу прекратились. Возможно, и обездвиженные селяне – ее рук дело.

Заглянули воители в обиталище Елены, и постановила ведьма: «Да, деревня принадлежит мне, ибо так пожелала Мать! Идите прочь, или же разделите судьбу селян!» Герои сразили колдунью, обнаружив в ее книге заклинаний описание ритуала, с помощью которого пленила она мирян деревушки. Стало быть, зеркало в центре селение хранит магия иных зеркал, установленных на отрогах.

Отыскав и разбив их, а также покончив с обезумевшими зверьми, рыщущими в окрестных лесах и подвластными чарам ведьмы. Уничтожив зеркало в центре Фаллхэвена, воители сошлись в противостоянии с воплощением проклятья ведьмы, и изрекло то: «Горак Тул... грядет...»

С гибелью сего порождения проклятие оказалось снято, и старейшина Сирил Вайт сердечно благодарил чужеземцев за чудесное избавление его сородичей. Выслушав рассказ тех о целях визита в Друствар, старейшина всплеснул руками, поведав о том, что незадолго до того, как объяло городок проклятие, ворон принес донесение, согласно которому дочь лорда Вэйкреста, Люсиль, была обвинена в ведьмовстве, взята под стражу и приговорена к повешению.

Герои поспешили к месту проведения казней, где собралось уже множество мирян, а стражи, повинуясь приказу констебля Генри Фрамера, препроводили на помост обреченную. Констебль обвинил Люсиль в ведьмовстве и проклятии, насланном на селение – Лощину Флетчера. Неожиданно послышался стук копыт, и на холм прибыли всадники – стража дома Вэйкрест под началом маршала Эверита Рида. Последний потребовал у констебля немедленно освободить Люсиль, заявив, что в случае отказа отдаст приказ к атаке.

Несомненно, прольется кровь селян Лощины Флетчера, и на землях Друствара наверняка вспыхнет мятеж, ибо распространится весть о том, как сердобольный отец, поправ закон, спасает свою дочь-ведьму. Обратившись к героям, Люсиль заверила их в своей невиновности, однако заявила, что позволит суду свершиться, а чужеземцам надлежит убедить неистового маршала отступить, ведь негоже разить собственных подданных, пусть и введены те в заблуждение.

Эверит Рид почтил волю леди Вэйкрест, отступил, поведав героям, что темные деяния творятся в окрестных землях, посему велел им покончить с воронами да волками, издали наблюдавшими за судилищем – наверняка глазами зверья следят за происходящим иные!.. Высказав надежду на то, что селяне не причинят вреда пленнице, маршал позволил констеблю продолжать, и, обратившись к Люсиль, осведомился тот, какое испытание желает пройти девушка, дабы доказать правоту своего заявления о невиновности?

Ведь издревле селяне Лощины Флетчера были донельзя суеверны, и лишь недавно суеверия их воплотились в реальность, когда темные силы появились в окрестных лесах. Как же доказать, что Люсиль не является ведьмой?.. Прислушались герои к разговорам собравшихся на судилище мирян. Полагали те, что ведьмы не умеют плакать, не болеют, не тонут огонь их не берет и кровавые мухи их не кусают.

Возможно, играя на сих суевериях, удастся доказать селянам ошибочность их обвинений. Так, доказали воители способность Люсиль плакать, дав ей понюхать луковицу, найденную на соседнем поле, изловили нескольких кружащихся окрест кровавых мух, и одна из них укусила девушку; наконец, заставили ее проглотить несколько ядовитых гланд, вырезанных из пасти сауралисков, и Люсиль согнулась в жестоком приступе рвоты.

Леди Вэйкрест с честью выдержала испытание, и селяне уже не были уверены в том, зрят ли пред собой ведьму. Констебль, однако, наотрез отказался отпускать Люсиль из-под стражи, пока не станет ведома истина о происходящем в Лощине Флетчера. Посему девушка просила героев посетить означенное селение да выяснить, что за напасть случилась; Люсиль была уверена, что пока проводят воители расследование, маршал Рид не позволит констеблю причинить ей вред.

Близ деревушки лицезрели искатели приключений наскоро возведенные укрепления, укрылись за которыми селяне, ведомые старейшиной, Эвелин Паре. По словам ее, ныне в Лощине Флетчера хозяйничают пришедшие из лесов престранные конструкты, созданные из древесины и мертвечины. Посему герои наряду с селянами первым делом покончили с рыщущими окрест монстрами, а также спасли полдюжины дровосеков, остававшихся на просеках.

Прежде, чем выступить непосредственно к селению, герои проследили за тем, чтобы селяне отплыли по реке на лодках в направлении Фаллхэвена; конечно, конструкты попытались было помешать бегству намеченных жертв, но были отброшены воителями Альянса и вновь отступили к деревушке.

Проследовав в оную, герои сошлись в противостоянии с наводнившими селение конструктами, а также сразили трех ведьм, порождений своих направляющих. Помнили они, что подобных тварей замечали и близ Фаллхэвена прежде... У одной из сраженных ведьм означалось письмо от некой «матроны Левае», в которой та приказывала сестрам по ковену захватить Лощину Флетчера, ибо рудокопы оной обнаружили в Руднике Древних Камней руины, в пределах которых вполне могут означиться могущественные артефакты.

Покончив с монстрами в селении, воители Альянса спустились в рудник, где покончили с Левае, принадлежавшую к Ковену Проклятия Сердец. Угрозы селению и окрестным землям не существовало боле, и старейшина изложила произошедшее в письме, кое герои не замедлили доставить констеблю. Тот признал, что совершил ошибку, обвинив в ведьмовстве леди Вэйкрест, и, прилюдно извинившись перед нею, приказал стражам даровать пленнице свободу.

А в следующее мгновение ужасающие конструкты, направляемые ведьмами, окружили собравшихся на месте казни селян, атаковали. «Мать получит тебя, Люсиль Вэйкрест!» - завывали одна из ведьм, верховодящая нападением. – «Ковен Проклятия Сердец станет править Кул Тирасом!»

Героям удалось отразить нападение нечестивых порождений, и Люсиль обратилась к маршалу Риду, требуя ответа: «Что за напасть снедает наши земли?!» «Все куда хуже, чем можно себя представить, моя леди», - вздохнул маршал. – «Ковен стремительно распространяет влияние свое в землях Друствара, и ныне принадлежит им большая часть территории за горами. Лишь немного осталось нас, удерживающих Ручей Арома». «А мой отец?» - потребовала ответа леди Вэйкрест. – «Он противостоит этой угрозе?» «Они... захватили его, моя леди», - признался маршал. – «Мы искали способ вызволить его, когда узнали о вашем... судилище».

Что ж, предстояло солдатам дома Вэйкрест и воителям Альянса открытое противостояние ковену ведьм. Велев солдатам благородного дома возвращаться в Ручей Арома и держать там оборону, Люсиль просила героев следовать за нею через дикоземье к древним руинам; тот факт, что искали ведьмы артефакты в развалинах в глубинах рудника Лощины Флетчера, дало девушке идею о том, как возможно противостоять врагу.

Ныне на дорогах и торных трактах не было патрулей, и расплодившиеся монстры – как то горные йети – атаковали странников, не страшась. Окрест означились древние руины, и выступали из них мертвяки, тела которых покрывали странные руны. «Это язык друстов!» - воскликнула Люсиль, приглядевшись к скелетам. – «Должно быть, магия ковена тревожит их души, призывая в мир, дабы вновь сражались они с нами! Еще одна причина, по которой надлежит покончить нам с Проклятием Сердец!»

На вершине одной из гор означилась неприметная лачуга, и поведала Люсиль спутникам, что здесь – по словам ее отца – находится древняя тайна ее дома, относящаяся к эпохе, когда Вэйкресты впервые осели в сих пределах. Означилась в хижине потайная дверь, за которой лицезрели герои тоннель, ведущий к руинам Гол Вар.

«Давным-давно, когда означились на Кул Тирасе первые поселенцы, наш народ столкнулся с воинственными варварами, называвшими себя друстами», - рассказывала спутникам Люсиль, ведя их за собою к сердцу руин. – «Друствар был их родиной, и бесконечно атаковали они наши поселения. Так продолжалось на протяжении долгих лет, когда мои предки, принадлежащие к дому Вэйкрест, решили, что с этим нужно что-то делать».

Люсиль осеклась, ибо нежить и каменные конструкты, потревоженные злой волшбой ковена, вновь атаковали героев, а когда повергли те противников, продолжила рассказ: «Мои предки сражались с подобными конструктами, противостоя друстам. Но магия тех была слишком сильна, и мы проигрывали войну... К счастью, наши школяры обнаружили в волшбе противника слабое место. Знания свои они применили для зачарования оружия наших воинов, а также выработки тактики, необходимой для победы над варварами. Наши люди начали теснить друстов обратно в их горные оплоты... А знание школяры сохранили здесь, вдали их чужих глаз и рук».

Ведомый Люсиль отряд ступил в чертог, последнее обиталище древнего Ордена Пылающих Углей, входили в который воины, всецело посвятившие себя противостоянию друстам. Предполагала леди Вэйкрест, что ковен направляет против них магию друстов, посему надлежит использовать чары и тактику, разработанную школярами дома Вэйкрест, дабы взять верх над противником.

В сей день Орден Пылающих Углей был возрожден; пришла пора покончить с зарвавшимися ведьмами, посему воители Альянса, покинув высокогорные пределы, устремились к Ручью Арома, дабы обучить тактике противостояния порождениям магии друстов подначальных маршала Рида. Если избранная тактика и зачарованное оружие действительно окажут надлежащий эффект, смогут они надеяться на скорое вызволение из заточения лорда Вэйкреста и возрождение былой славы Друствара.

Скрупулезно изучали герои бесценный фолиант «Том Серебра и Праха», обнаруженный Люсиль Вэйкрест в позабытой обители Ордена Пылающих Углей и заботливо доставленный в Ручей Арома. Следуя наставлениям, изложенным на страницах книги, обзавелись они серебряным оружием – весьма действенным как против друстов прошлого, так и против ведьм настоящего. Маршал Рид и его офицеры с готовностью примкнули к возрожденному ордену, и именовались ныне «инквизиторами».

Пришел час выступить к занятому силами ковена особняку Вэйкрестов, однако не следовало атаковать оный безрассудно. Часть героев, исполняя приказ Люсиль, выступила на юг, к городку Соколиная Роща, проживал в котором мастер-алхимик Эштон; надеялась леди Вэйкрест, что по рецепту, обнаруженному в «Томе Серебра и Праха», сумеет он воссоздать ахлимический огонь, с помощью которого воители древности противостояли друстам. Иные же воители, возглавил который маршал Рид, выступали на север к Корлейну, дабы отбить у противника особняк благородного рода.

...Отряд, идущий к Соколиной Роще, следовал старыми дорогами, петлявшими через горные руины древних поселений друстов. Ведьмовство Ковена Проклятия Сердец пробудило души усопших варваров, и наряду с конструктами и нежитью пребывали те в дикоземье.

Достигнув руин Гол Осигр, назначенная леди Люсиль командующая отрядом инквизитор Клирдоун приказала разбить лагерь на осмотреть окрестности, в надежде обнаружить новые свидетельства того, как в древние времена была повержены друсты и их конструкты. Считала она, что заполнение белых пятен в истории окажется ключем к победе.

Изучая наскальную живопись, обнаруженную в руинах, зрели герои образы, относящиеся к давнившей войне первых поселенцев Кул Тираса с друстами. Те с ходу отвергли все предложения о мирном сосуществовании, обрушившись на моряков и фермеров, у которых и оружия-то не было; варвары просто наслаждались резней! Верховодил друстами могучий воин, Горак Тул; именно он, теряя солдат, провел колдовской ритуал по созданию каменных конструктов, дабы восполнили те численность его редеющей армии... В последнем сражении Горака Тула поверг полковник Аром Вэйкрест, ставший позже первым лордом сих земель, и конструкты разом раскололись, будто утратили силу, поддерживающую их существование.

Последний факт весьма заинтересовал инквизитора Клирдоун; исторические хроники утверждались, что после гибели Горака Тула армия его пала, но неужели есть некая связь между жизненной силой полководца и каменными конструктами?..

Исследуя руины, герои даровали мятущимся призракам, продолжающим давнишнее сражение, покой посмертия. Письмена древних друстов, обнаруженных в одной из пещер, утверждали, что Горак Тул был ранен в последнем сражении, но выжил! Однако в хрониках Кул Тираса утверждалось обратное... Кому же верить?..

«Ваши предки были глупцами!» - загремел под сводами пещеры бесплотный глас Горака Тула. – «Чума Кул Тираса будет искоренена, и мы вернем свои предвечные земли!» Глас отдал приказ покарать чужаков, и из теней пещеры выступили могучие конструкты, атаковавшие героев... Воители покончили с сими порождениями, но инквизитор Клирдоун ныне исполнилась тревог и сомнений. Похоже, они действительно заблуждались касательно участи Горака Тула, и существование того не оборвалось в сражении при Гол Осигре.

Покинув руины, герои продолжили путь к Соколиной Роще... обнаружив, что город осажден миньонами ведьм! Более того – злая волшба тех обратила некоторых горожан в бездушных монстров, и инквизитор Клирдон приказала подначальным покончить с несчастными, дабы души тех смогли, наконец, упокоиться с миром.

Следуя по городским улицам, воители уничтожали оставленные ведьмами магические руны, удерживающие мирян обездвиженными. Верховодящая нападением на Соколиную Рощу ведьма Ноелла приказала подвластным ей монстров атаковать подоспевший на выручку горожанам отряд; сама же она отступила в возведеннй на холме особняк.

Воители покончили как с ведьмой, так и с порождениями ее нечестивой волшбы, и городской старейшина, Леандро Ройстон, заверил инквизитора, что возродившая Орден Пылающих Углей леди Люсиль может рассчитывать на его полную и безоговорочную поддержку.

Ступив в лабораторию мастера-алхимика Уоррена Эштона, герои поведали тому о необходимости воссоздать алхимический огонь – средство, оказавшееся в древности весьма эффективным в противостоянии друстам и их деревянным конструктам. Пока Эштон изучал доставленные воителями записи и формулы, те наряду с горожанами тушили пожары, занявшиеся в Соколиной Роще в час недавнего яростного сражения.

Мастеру-алхимику удалось создать снадобье, известное как «жидкий огонь», и герои не замедлили опробовать его на конструктах, рыщущих в окрестных лесах. Результат превзошел все ожидания – зелье буквально испепеляло монстров!..

Но, вернувшись в город, узнали герои от ученика алхимика, Вартена Вебба, что миньоны ковена пленили его наставника, уведя в простирающуюся за Соколиной Рощей чащобу - Алый Лес. Настигнув ведьм, уводивших алхимика вглубь леса, герои сразили ворожей, освободили Эштона, после чего продолжили путь к сердцу чащобы; инквизитор Клирдоун была исполнена решимости покончить с угрозой со стороны ковена раз и навсегда.

По пути рассказывал алхимик о том, что пленившие его ведьмы говорили что-то о великом ритуале, который проводят они в руинах у огромного дерева, дабы призвать в мир своего господина. «Оный ненавидит Кул Тирас всеми фибрами своей души», - говорил Эштон. – «Даже ведьмы – не более, чем марионетки, которыми управляет он, надеясь вернуться в мир. Как я понял, сущность эта как-то связана с друстами». «Ставлю на то, что речь идет о предводителе друстов», - мрачно изрекла Клирдоун. – «Тот самым, с которым некогда сражался Аром Вэйкрест. Мы должны любой целой помешать этому ‘великому ритуалу’!»

В сердце чащобы лицезрели герои огромное число конструктов – к счастью, пока что неподвижных, еще не связанных с духами древних друстов нечестивой ведьмовской волшбой. Посему воители поспешили атаковать вершащих ритуал ведьм, а также освободить плененных теми мирян Соколиной Рощи, ожидала которых незавидная участь – стать жертвоприношениями духу Горака Тула.

Сразив трех матрон Ковена Проклятия Сердец, герои проследовали в руины Гол Инат под корнями гигантского древа... осознав, что опоздали они, и ведьмы успели завершить великий ритуал, даровав новое воплощение сущности Горака Тула. Герои атаковали возрожденного полководца, но тот оступил... а прежде неподвижные конструкты, окружавшие древо, неожиданно ожили!

В разразившемся в сердце Алого Леса сражении силы Ордена Пылающих Углей противостояли порождениям Ковена Проклятия Сердец. Последние потерпели сокрушительное поражение, и герои с победой возвращались в Ручей Арома...

...Тем временем иной отряд воителей Альянса и стражей дома Вэйкрест, ведомый леди Люсиль и маршалом Эверитом Ридом, приближался к занятому силами ковена городу Карлейну, высился на холме за которым особняк правителей Друствара. Захватив дозорную башню на отрогах города, маршал отправил в оный лазутчиков; вернувшись, те сообщили, что их собратья-стражи выступают на стороне противника, ибо разумы их находятся под контролем ведьм. Кроме того, выяснили лазутчики, что большая часть горожан жива и пленена ведьмами, которые успели сотворить некий магический барьер, отрезавший верхний город и путь к особняку Вэйкрестов.

Первым делом герои спасли городского кузнеца, препроводили его к дозорной башне, где тот принялся ковать из серебряной руды, доставленной из близлежащего рудника, клинки на воителей Ордена Пылающих Углей. Кроме того, коваль отлил серебряные ядра для крепящейся на запястье пушки, обнаруженной в арсенале дозорной башни, и герои с помощью сего оружия сумели покончить с матронами ковена, остающимися в Карлейне.

Сражение в городе продолжалось; как оказалось, не все городские стражи были осквернены злою волшбой, принудившей их выступить на стороне ведьм – капитан Гудспид и его люди переметнулись на сторону ковена по доброй воле. Посему маршал Рид велел героям не щадить предателей...

Покончив с лиходеями и зачистив Карлейн от сил противника, герои сокрушили магический барьер с помощью прицельных выстрелов их пушки, после чего продолжили путь к особняку Вэйкрестов. Во дворе оного лицезрели они ведьму, в которой Люсиль с ужасом узнала леди Вэйкрест – свою мать!.. Иные миньоны Ковена Проклятия Сердец почтительно обращались к женщине, именуя «Матерью»!.. Стало быть, перед ними – никто иная, как предводительница нечестивого культа!..

Означился подле и лорд Артур Вэйкрест, обращенный супругой в нежить. Приветствовав изумленную дочь, Мать заявила, что вскоре лорд Вэйкрест станет правителем всего Кул Тираса... Маршал Рид выступил вперед, обнажая меч, но ведьма сотворила заклятие, взяв под контроль разум доблестного воителя, приказав тому атаковать своих же союзников. Несчастный подчинился, и героям не оставалось ничего иного, кроме как покончить с ним.

Пока шло противостояние, Мать наряду с неживым лордом Вэйкрестом укрылись в особняке, но Люсиль отдала приказ атаковать оный, и вскоре с предводительницей ковена и ее миньонами было покончено.

Земли Друствара были свободны, и Люсиль, верная долгу, возглавила дом Вэйкрест, обещая, что непременно искоренит зло, остающееся в пределах ее владений. В награду за верную службу нарекла она инквизитора Вэйкрест маршалом, передав под начало ее стражу дома Вэйкрест.

Вернувшись в Боралус, герои поведали Таэлии Фордрэгон о том, что вскоре леди Люсиль Вэйкрест пребудет в столицу и могут рассчитывать они на ее поддержку.


Воители Альянса собирались выступать к Долине Песни Штормов, лелея надежду на то, что заклинатели волн помогут отыскать им затерявшийся в море флот Кул Тираса. Таэлия вызвалась сопровождать героев, и первым делом предложила им навестить монастырь ордена заклинателей волн, пребывающий в Боралусе. «Никто не ведает, куда подевался флот и почему он не вернулся», - рассказывала девушка посланникам Альянса. – «Люди говорят, что заклинатели волн утратили свою магию, но я думаю, они просто хотят власти, как Эшвейн. Как бы то ни было, нам нужна их поддержка. И не только для того, чтобы вернуть флотилию – чтобы Кул Тирас вновь обрел целостность!»

Прибыв в монастырь, герои приступили к расспросам служителей оного, однако те были немногословны, и, похоже, присутствие чужеземцев в святой обители их донельзя раздражало и от прямых ответов они уклонялись. Лишь архивист, брат Ален, поведал прибывшим о том, что флот Кул Тираса удерживается в море колдовским штормом. «Мой народ следует темному пути», - сокрушенно признался он. – «К счастью, среди нас нашлись те, кто посеял семена сопротивления».

Передав героям свой медальон, архивист велел явить его брату Пайку, проживающему в городке Бреннадам, что в Долине Песни Штормов. После чего велел им уходить из монастыря, и как можно скорее; оставаться чужеземцам здесь небезопасно.

Во время переправы из Тирагарда в Долину Песни Штормов рассказывала Таэлия спутникам о том, что лордм Песни Штормов вот уже несколько месяцев не появлялся в Боралусе, и, возможно, стоит за недружественным отношением заклинателей волн как к чужеземцам, так и к иным обитателям Кул Тираса.

Границы долины были закрыты, и героям пришлось атаковать стражу дома Песни Штормов, обратив ее в бегство. Недобрый знак... Как бы то ни было, продолжили они путь, и прибыли вскоре в торговый город Бреннадам. Настроения в селении сем царили удручающие. Миряне роптали, ведь стража здесь практически не появлялось, но исправно забирала у горожан урожай «для нужд солдат».

Брат Пайк подтвердил Таэлии и спутникам ее: действительно, стража боле не защищает горожан от рыщущих окрест перевепрей, но наведывается в Бреннадам за пропитанием. Стражи утверждают, что действуют в строгом соответствии с полученными от заклинателей волн в Святыне Штормов приказами, но сам Пайк ни о чем подобном не слышал. Собратья его приносят клятву служения народу... а происходящее на «служение» походит мало.

Знал Пайк, что неподалеку, на островке Побережье Моряка, пребывают на котором верфи долины, остается брат Аддингтон, принадлежащий к заклинателям волн. Быть может, ему ведомо больше?..

Сопровождая чужеземцев к своему собрату, рассказывал брат Пайк о том, что после исчезновения флота дом Песни Штормов изменился. «Когда я с помощью магии пытался обнаружить флот, то лицезрел темный шторм, туманящий мое видение», - говорил заклинатель волн. – «Ныне же лорд Песни Штормов запретил проводить подобные ритуалы, всецело сосредоточившись на создании новых кораблей».

Достигнув верфи, герои в изумлении лицезрели повешенного на корабельном кране брата Аддингтона. Вероятно, вступился он за мастеровых-корабельщиков, которых стража заставляла работать до изнеможения... и поплатился за это. Пайк просил воителей Альянса передать мастеровым зачарованную морскую воду, один глоток которой вернем им силы – но сделать это надлежит незаметно для стражи. Та следует приказам, не более, почему не стоит связываться с солдатами благородного дома.

Здесь, на верфи, лицезрели герои прибитые к столбам обращения лорда Песни Штормов к подданным. «Дети моря, сегодня мы – на заре новой эпохи!» - значилось в них. – «Дом Песни Штормов должен принять власть над сим расколотым королевством и возродить его былую славу! Не станем больше мы трудиться в полях и строить корабли для Боралуса, не получая ничего взамен. Мы должны сплотиться, дабы Кул Тирас принадлежал его народу! Заклинатели волн принесут нам победу, воззвав к могуществу самого моря!»

Брат Пайк был изумлен: неужто лорд Песни Штормов заявляет о независимости?! Раздробленный Кул Тирас никогда не выстоит против врагов!..

Верховодила стражами, надзирающими за корабельщниками, заклинательница волн, сестра Ава. Именно она, ныне – верная служительница королевы Азшары, приказала покончить со своим же собратом, Аддингтоном, и наряду с единомышленниками претворяла в жизнь грандиозный замысел, согласно которому дом Песни Штормов ставить править Кул Тирасом.

Освободив несчастных мастеровых, Пайк велел тем бежать прочь с верфи – Таэлия отведет корабельщиков в безопасное место, где сумеют те скрыться от гнева дома Песни Штормов. Души же павших от изнеможения мирян брат Пайк посредством колдовского ритуала освободил, направив через Святыню Штормов в открытое море, где познают те благословенный покой.

Тем временем Таэлия сплотила вокруг себя жителей долины, недовольных нынешним укладом. Взяв в руки оружие, выступили те против стражей благородного дома...

Брат Пайк же ощутил присутствие поблизости говорящего-с-волнами Рейда, входящего в круг советников лорда Песни Штормов. Если кто и ведает, где находится исчезнувшая флотилия, то он... Но Рейд остался глух к словам собрата. Пайк говорил о клятвах, согласно которым заклинатели волн обязаны защищать Бреннадам и мирян сего града, но Рейд упрямо качал головой, говоря: «Неужто не ощущаешь ты великую силу в глубинах? Воля ее вновь сделает нас едиными!»

Рейд сумел бежать, но Пайк продолжал ощущать великую тьму поблизости, исходящую от Святыни Штормов. Дабы определить источник ее, вознамерился он обратиться к волнам, свершив ритуал. Наряду с героями Пайк устремился в направлении святыни, рассказывая о том, что прежде орден его прислушивался к морю, дабы направлять как корабли, так и народ долины. Но со временем шепот волн изменился – стал более жестоким, требовательным. Заклинатели волн пытались оградить себя от него, но, похоже, многие поддались его воле, предав себя темным силам, скрывающимся в морских глубинах.

Близ Святыни Штормов лицезрели герои величественный корабль, «Мелодию бездны», на палубе которого пребывал сам лорд Песни Штормов... в окружении к’тиров и Безликих! Изумленный, Пайк поведал спутникам, что создания сии – порождения глубин, средоточия темной магии. И если состоят они в союзе с лордом Песни Штормов, стало быть, флотилия Кул Тираса в опасности!

Предавшиеся тьме заклинатели волн окружили судно защитными барьерами, и двигалось оно в направлении святыни. Воители Альянса сумели развеять чары, ограждающие корабль, сошлись в противостоянии с нежитью, заполонившей доки близ святыни. А после, ступив на борт «Мелодии бездны», покончили с многочисленными к’тирами, осквернившими разумы заклинателей волн, уничтожили судно, не позволив тому достичь Святыни Штормов.

Лорд Песни Штормов сумел избежать гибели и скрыться, но сейчас брат Пайк надеялся привлечь на свою сторону тех заклинателей волн, кто остался неподвержен влиянию тьмы. Посему наряду с Таэлией и героями поспешил к оплоту своего ордена – Замку Мудрецов, где заклинатели учились владеть морской магией.

Рассказывая заклинателям о произошедшем близ святыни, брат Пайк обретал новых союзников, готовых покончит с глубинными тварями, в союзе с которыми выступают ныне многие из дома Песни Штормов. Конечно, приходилось им убивать собратьев – тех, кого поглотила тьма; проводили они нечестивые ритуалы. Верховодил теми – а также призыванными из глубин к’тирами и н’раки - говорящий-с-волнами Рейд, входивший в Совет Пучины – правящий орган ордена заклинателей волн. Рейду лорд Песни Штормов наказал спешить в святыню, где свершится возрождение их флота, и чародей обещал, что непременно последует приказу – как только покончить с докучливыми чужеземцами, посмевшими сеять смуту в его собственном доме!

Замок Мудрецов был свободен от нечестивых служителей лорда Песни Штормов, и герои, сопровождаемые Таэлией и присоединившейся к отряду стражницей волн Викторией, поспешили к Святыне Штормов. По пути Виктория рассказывала спутником, что прежде лорд Песни Штормов был добрым и справедливым правителем, но шепот, зазвучавший в разуме его, привел благородного мужа к безумию. Он начал вещать о Матери Волн, о славном будущем, кое ожидает их в глубинах, и о флотилии, которую обязаны они преподнести в дар могущественной владычице.

Виктория передала героям сокровенный артефакт своего ордена – Желз Волн, с помощью которого открыли те Путь Штормов – магический мост, ведущий в святыню, укрылся в коей лорд Песни Штормов... К несчастью, доблестная стражница волн погибла, сдерживая натиск миньонов обезумевшего лорда и даря героям драгоценные мгновения, которые использовали те, дабы проследовать в чертоги святыни.

Ступив в Святыню Штормов, сразили герои стихийного духа воды Акву’сирра, призванного лордом Песни Штормов, а после покончили с Советом заклинателей волн, вершили кои ритуал, должный даровать флот Кул Тираса Азшаре. Наконец, сразили они самого лорда Песни Штормов, ныне обращенного в к’тира и свято уверенного в том, что народу его суждено возвыситься в морской пучине.

В соседнем чертоге означился могущественный н’раки Вол’зит Шептун – посланник Азжары; именно он подчинил себе разумы заклинателей волн, обратив тех в верных служителей своей госпожи... И когда пало создание сие замертво, зазвучал в чертоге глас Азжары, пребывающей в гневе: «Вы смеете чинить мне препоны? Противиться моей воле? Что ж, упивайтесь своей маленькой победой, она станет последней для вас».

Ощутил брат Пайка, как темная волшба оставляет Святыню Штормов... и заклинание, удерживающее флот Кул Тираса в открытом море, иссякает. Наверняка суда отыщут ныне путь к родным берегам!

Источник безумия, снедавшего Долину Песни Штормов, был искоренен, но пребывала она в плачевном состоянии, посему воители Альянса приняли решение задержаться в сих землях, дабы покончить с иными угрозами краю... первой из которых стало вторжение ордынцев!

Орочьи дирижабли возникли в небесах над Бреннадамом, а городские улицы наводнили орки верхом на волках. Королева-Баньши приказала своим миньонам перекрыть линии снабжения по поставке припасов из долины армии Кул Тираса, а для этого надлежало захватить сии земли прежде, чем припасы сии обретут и силы Альянса.

Воители Альянса присоединились к городскому ополчению, отражая натиск Орды, и вскоре кровопролитное сражение завершилось поражением сил вторжения. После чего герои рассредоточились по окрестностям, расправляясь как с гоблинами, занявшими рудник, так и с Отрекшимися.

Кроме того, воспользовавшись хаосом противостояния сил Альянса и Орды, на побережье показались наги, подчинившие воле своей стихийных духов воды. К счастью, герои подоспели вовремя, покончив с морской ведьмой Са’тресс и ее подручными на побережье, но основные силы наг успели осадить близлежащий форт Делин. Морские ведьмы сумели сотворить колдовской ритуал, призвав в мир воплощение Гордыни Азшары, и возглавило оное силы, атакующие твердыню. Защитники оной наряду с воителями Альянса сдержали натиск, и изрядно потрепанные силы наг отступили, вновь скрывшись в морских глубинах.

Герои же устремились к фермам неподалеку от Бреннадама, подвергшимся нападению перевепрей, отогнали тварей подальше от людских владений. Наконец, отразили они натиск пиратов Железной Волны от городка Отмель.

Долина Песни Штормов была свободна ныне от сил, пытавшихся распространить на нее свое влияние.


В Тирагарде же вернувшаяся в столицу Таэлия убеждала героев, что надлежит тем заслужить доверие Катерины Праудмур, и новый вид пороха, разрабатываемый торговой компанией Эшвейн – лучшая возможность это сделать. Филл полагал, что, бросив посланников Альянса в Тол Дагор, благородная леди совершила большую ошибку, ибо те сумели прознать ее тайну и даже прихватить при побеге немного пороха.

Дабы продемонстрировать сподвижникам возможности оного, Флинн насыпал щепочку в пистолет, произвел выстрел. Разрушительная сила оказалась просто невероятна, и бочка, в которую целился бывший пират, была разбита вдребезги!

Стало быть, в огнестрельном оружии стражей леди Эшвейн - новый вид пороха, а солдаты Кул Тираса, подначальные дому Праудмур, даже не подозревают об этом. Сир Сайрус постановил: им надлежит доподлинно выяснить, каким количеством пороха располагает торговая компания и для каких целей использует.

Рыцарь приказал Флинну сопровождать героев, отправляющихся к литейной дома Эшвейн, возведенной к югу от Боралуса. Проникнув в сей комплекс, лицезрели воители Альянса множество ящиков, готовых к погрузке на корабли, находилось в которых оружие – как огнестрельное, так и холодное, причем последнее было покрыто азеритовой крошкой! Возможно ли предположить, что чудесный минерал ныне входит и в состав пороха?!.

В недрах завода под присмотром наемников трудились дети-сироты, и герои не преминули покончить с надсмотрщиками и вызволить несчастных. Герои покончили с набольшими, поставленными Присциллой Эшвейн руководить литейной, и среди документов тех обнаружили письмо от благородной леди, в котором та подтверждала использование переработанного азерита при создании пороха.

Но куда же отправлялись поставки оружия? Предположил Флинн, что надлежит им наведаться в Мостовой Порт – торговый оплот, у пристани которого пребывает немало перевозящих разнообразные товары кораблей. Город находится под защитой солдат дома Праудмур, и леди Эшвейн, похоже, весьма самоуверенна, если смеет проворачивать свои делишки – вершить поставки оружия втайне от лорда-адмирала – у них под носом.

Воители Альянса, не привлекая к себе излишнего внимания стражи, посетили склады и алхимические лаборатории, принадлежащие дому Эшвейн, обнаружив как кристаллы азерита, так и измельченный минерал, на основе которого и создавалось оружие. Флинну удалось обнаружить корабль контрабандистов, «Добродетель девы», на котором осуществлялись поставки, посему герои укрылись в трюме судна.

Корабль покинул Мостовой Порт, взяв курс на юг... когда окутал судно колдовской туман, и раздалось в нем тихое, чарующее пение. Зачарованный, рулевой направил корабль прямиком на прибрежные рифы...

Судно потерпело крушение, но многие моряки, а также герои сумели выжить и добраться до берега, где обнажили небольшое поселение своих собратьев по несчастью. Поведали те, что окрестные воды принадлежат сиренам, и немало кораблей потерпело крушение здесь. Посему воители Альянса сразили покончили с сими тварями, после чего наряду с Флинном выступили к Свободной Крепости, что в южных пределах Тирагарда, где обретали приют корсары, наемники и даже пираты.

В доках городка царила суматоха, и Флинн был уверен, что именно здесь отыщут они следы поставок оружия торговой компании Эшвейн. Он напомнил героям о необходимости раздобыть неоспоримые доказательства для лорда-адмирала, связывающие леди Эшвейн с местными воротилами. И герои, под покровом ночи прокравшись в дом управляющего пристанью, выкрали бумаги последнего; как следовало из записей, Присцилла действительно продавала оружие пиратам Железной Волны!

Свободная Крепость прежде была действительно свободной, и никакие законы тут не действовали. Но ныне пираты Железной Волны распространили власть свою на городок, и Флинн советовал спутникам выдать себя за новобранцев, желающих присоединиться к знаменитому пиратскому картелю.

Проследовав в городскую таверну, Флинн записал все факты, доказывающие связь леди Эшвейн с пиратами на листе пергамента, после чего передал оный своему старому приятелю, Родриго; на протяжении долгих лет тот обучал постовых попугаев, и заверил героев, что птахи его доставят сообщение адресату – сиру Сайрусу – в Боралус в кратчайший срок.

Пообщавшись в большом зале таверны с былыми подельниками, Флинн выяснил, что пираты Железной Волны объединяются с иными группировками отщепенцев и головорезов, дабы с помощью обретенного ныне оружия провернуть некое весьма крупное предприятие, детали которого пока неведомы.

Вот только пираты узнали во Флинне своего бывшего капитана, однажды попросту оставившего морской разбой, схватили его, препроводили пред очи Харлана Свита, бывшего прежде первым помощником Флинна, а ныне возглавившего Железную Волну. Уверенной в собственной безнаказанности, Харлан рассказывал Флинну о том, что его пираты уже начали атаку на Врата Делина – крепость, защищающую пролив, ведущий во внутренние пределы Кул Тираса. И когда с родом Праудмуров будет покончено, трон перейдет к леди Присцилле Эшвейн, обещавшей назначить его, Харлана, командующим флотом.

Герои наряду с Таэлией сумели вырвать Флинна из лап пиратов, после чего поспешили ко Вратам Делина – ведь если крепость сия падет, флотилия пиратов войдет прямиком в Тирагард!.. Но усиленные азеритом пушечные ядра пробили Врата Делина, и флотилия головорезов устремились в образовавшуюся пробоину.

Воители Альянса присоединились к защитникам Врат Делина – солдатам, морякам, фермерам... Таэлия же сумела захватить один из пиратских кораблей, и с помощью героев открыла огонь из пушек по иным судам захватчиков. Азеритовые ядра с легкостью пробивали корпуса, и корабли шли ко дну.

Атака пиратов захлебнулась, а герои, следуя указаниям Флинна, вернулись в Свободную Крепость, где покончили с капитанами пиратских группировок – в том числе и с Харланом Свитом.

После чего герои наряду с Таэлией вернулись в Боралус, дабы открыть лорду-адмиралу глаза на козни леди Эшвейн. С ужасом наблюдали они на улицах и площадях столицы множество воинов, облаченных в ливреи торговой компании. Герои обратились за помощью к городским стражам, верным дому Праудмур, утверждая, что лорду-адмиралу угрожает опасность; воины немедленно устремились к замку Праудмур, возвышающемуся над Площадью Единства, знаменовала которая союз четырех благородных домов Кул Тираса: Праудмур, Вэйкрест, Эшвейн и Песни Штормов.

Рассказывала Таэлия героям, ее сопровождающим, что и Катерина, и Присцилла потеряли своих мужей в сражении при Тераморе. До лорда-адмирала доходили слухи о коварстве подруги, но по неведомой причине она не обращала на них ни малейшего внимания. Девушка надеялась открыть леди Праудмур глаза на происходящее.

Воители проследовали на площадь, где леди Праудмур и Эшвейн обращались к собравшейся толпе мирян. «Слухи оказались правдивы», - говорила лорд-адмирал. – «Врата Делина пали пред пиратской флотилией». «Пираты?!» - выкрикнул кто-то в толпе. – «Праудмуры ныне даже от пиратов защитить не могут?» «Катерина Праудмур всю свою жизнь ставило благо Кул Тираса на первое место!» - воскликнула леди Эшвейн, всем своим видом изображая праведное возмущение.

«Но этого оказалось недостаточно», - призналась Катерина. – «Мы обсудили это с Присциллой. И, думаю, ради блага Кул Тираса я оставлю позицию лорда-адмирала...» «Я приму на себя сию тяжкую ношу», - с готовностью возвестила Присцилла. – «И смиренно уповаю на то, что окажусь достойна подобной чести». «Леди Эшвейн была моей скалой с тех пор, как обе мы лишились мужей», - продолжала говорить Катерина. – «Ныне же станет она скалой для королевства. Она...»

«Лгунья!» - выкрикнула Таэлия, выступив вперед наряду с героями, и, обращаясь к опешившей Присцилле, возвестила: «Леди Присцилла Эшвейн, вы арестованы за контрабанду, союз с пиратами и предательство адмиралтейства Кул Тираса!» Девушка швырнула к ногам Эшвейн мешок кристаллов азерита, молвив: «У нас есть все доказательства! Ваша торговая компания создавала оружие с помощью этого минерала – оружие, разбившее Врата Делина! Минерал называется азерит... и он уже стал причиной новой войны Альянса с Ордой. Вы наняли пиратский флот, до зубов вооружили головорезов и приказали им атаковать ваших же сородичей!»

«Присцилла...» - задохнулась от возмущения Катерина, обратив взор на заметно нервничающую подругу. – «Как могла ты предать наше королевство?! Как могла ты предать меня?!» «Ты слишком слаба, чтобы править, Катерина», - с ненавистью прошипела Присцилла. – «Твой род всегда был слаб. Наследие Праудмуров погибнет вместе с тобой!» С этими словами Присцилла выхватила пистолет из-за пояса, выстрелила в мешок с азеритом. Минерал взорвался, и Присцилла, воспользовавшись моментом, бежала.

Наемники торговой компании атаковали героев, дабы дать возможность госпоже своей скрыться. Стража же дома Праудмур окружила лорда-адмирала, защищая леди Катерину от убийц. Таэлия попыталась было преследовать Присциллу, но та сумела скрыться от погони.

Узнав о том, что раскрытием заговора обязана она воинам Альянса, Катерина Праудмур согласилась на переговоры с ней фракцией, о чем герои не преминули доложить Генну Седогриву, остававшемуся в убежище близ пристани Боралуса.

...После того, как переговоры о союзе между Кул Тирасом и Альянсом успешно завершились, вознамерился Генн примирить лорда-адмирала с ее дочерью. Катерина была подавлена предательством подруги, когда Генн напомнил ей: «У тебя есть Джайна». «Она предала свое королевство!» - воскликнула Катерина, но Генн покачал головой: «Она следовала зову сердца. И пострадала за это». Генн убеждал лорда-адмирала даровать дочери прощение, ведь семья – это все, что у них есть, и нельзя отворачиваться от родных, лишая их возможности искупления... Но где же Присцилла заточила ее дочь?..

Катерина приказала героям наведаться в столичный оплот торговой компании Эшвейн да скрупулезно обыскать ее в надежде обнаружить зацепки о нынешнем местонахождении Джайны... В оплоте обнаружили искатели приключений контракт, заключенный торговой компании с пиратами Свободной Крепости, согласно которому те должны были переправить чародейку... куда-то.

Наряду с Флинном герои вернулись в Свободную Крепость, и, перебив немало пиратов Железной Волны, проследовали в их оплот, где отыскали шкатулку покойного Харлана Свита. Та оказалась заперта, но припомнил Флинн, что видал скелетный ключ, ее открывающий, на стене в темнице Тол Дагор. Пришлось героям вновь навестить сии мрачные казематы, вступить в противостояние с тюремщиками и надзирателем Коргусом; лишь сразив противников, обрели они искомый ключ и сумели открыть шкатулку. Среди означившийся в оной документов Флинн разыскал тот, коий указывал на местонахождение Джайны, и томилась волшебница на острове Конец Судьбы, что к западу от Долины Песни Штормов, ссылались куда самые закоренелые преступники и предатели – больше их не видели никогда. Моря у сего клочка земли неспокойны, и лишь заклинатели волн способны достичь островка.

Повинуясь приказу леди Катерины, герои устремились в Долину Песни Штормов, дабы молить о помощи брата Пайка – одного из последних остающихся в живых заклинателей волн. Тот с готовностью провел колдовской ритуал, и бури, бушующие близ Конца Надежды, затихли. Рассказывал Пайк, что миряне Кул Тираса не раз пытались осесть на сем островке, но каждое из поселений бесследно исчезало в туманах, будто сам остров избавлялся от смертных.

К берегу причалила лодчонка, управляемая двумя призраками; герои и брат Пайк ступили на борт, и утлая посудина устремилась на запад, к таинственному островку... На побережье лицезрели они посох Джайны... когда атаковала их некая тварь, назвавшаяся Вестником Горака Тула. «Трос поглотит все!» - выло чудовище. – «Она принадлежит нам, и никогда не покинет Моровые Земли!»

Герои сразили Вестника, когда реальность объяла тень и обратился к ним сам Горак Тул. «Думаете, одержали победу?» - хохотнул возрожденный полководец друстов. – «Той, кого вы ищете, здесь нет. Малышка у меня. О, как она страдает!» Тень исчезла, и брат Пайк, наблюдавший за воителями издали, сообщил с тревогой, что те на время исчезли... а после вновь появились на побережье сего безлюдного клочка земли. Возможно здесь, в Конце Надежды находится портал в иную реальность?

О сем не преминули герои поведать леди Катерине по возвращении в Боралус. «Моровые Земли?» - в ужасе вскрикнула лорд-адмирал, выслушав рассказ воителей Альянса. – «Я думала, это просто легенда... Дочь моя... что же я наделала...»

Знала Катерина, что предания о Тросе связаны с культурой Друствара, посему просила героев обратиться за помощью к леди Люсиль Вэйкрест. Последняя велела воителям подняться высоко в горы Друствара, где находится тайный анклав друидов Кул Тираса, верховодит коими таинственный медведь, Улфар, весьма сведущий в древней магии друстов.

Поблагодарив благородную леди за помощь, герои устремились к означенному анклаву, разыскали логово медведя, на поверку оказавшегося друидом-друстом, последним из Говорящих-с-шипами. Поведал Улфар, что не поддерживал своих сородичей в их давнишней войне с поселенцами Кул Тираса, и наряду с иными Говорящими-с-шипами примкнул к ним, дабы наставлять и обучать магии природы последующие поколения.

Поинтересовались герои, возможно ли достичь Моровых Земель... когда воплотилась в логове Улфара тень Горака Тула, атаковала воителей. Те сумели отразить натиск тени и иных порождений Троса, и потрясенный случившемся Улфар признал, что, похоже, твари сии ныне способны пересекать границы Моровых Земель и ступать в мир смертный.

Дабы сотворить портал в Трос, Улфару требовались артефакты друстов, источающие злобу и ненависть, а также средоточие магических энергией самого Горака Тула. Последнего герои настигли в катакомбах под особняком Вэйкрестов, и, сумев повергнуть сие порождение, исторгли сущность его в Моровые Земли.

Улфар сумел сотворить реликвию, должную открыть разлом между реальностями, и возложили ее герои у подножья древа Гол Инат в Алом Лесу, служащего проходом в Трос. Присоединилась к воителям и Катерина Праудмур; исполненная раскаяния, лорд-адмирал вознамерилась лично вызволить дочь из заточения.

Свершив ритуал, герои ступили наряду с Катериной в Моровые Земли – отголосок Изумрудного Кошмара, где по завершении давнишнего конфликта с поселенцами Кул Тираса обрели прибежище Горак Тул и его воины. Зрели они видение Джайны, маленькой девочки, которая в страхе бежала прочь.

Преследуя морок, устремились воители Альянса в сердце Моровых Земель, наблюдая иные видения, воплощенные темной магией и терзающие душу чародейки. Так, души обитателей Терамора обрекали Джайну в том, что обрекла она их на смерть, и сущность чародейки пребывала в отчаянии. Образ короля Вариана Вринна обвинял Джайну в том, что некогда в Подземном Городе не позволила та сразить ему Сильванас и Тралла, и в последующем великое множество доблестных солдат Альянса погибло – последствия ни к месту проявленного сострадания.

Катерина пыталась воззвать к дочери, говоря о том, что всех спасти невозможно, а разум не может знать все возможные последствия единожды сделанного выбора.

Порождения Троса, обращенные в мирян, атаковали героев, и когда те разили их, эхо страданий Джайны исчезали. Ступив в особняк, высящийся в сем блеклом царствии, герои сразили морок, принявший образ Делина Праудмура и обвинявший Джайну в гибели отца и предательстве короля.

Зрела Катерина сонм образов и мороков, терзающих разум ее дочери. Артас Менетил, от которого она отвернулась, когда приказал тот предать огню город... Делин Праудмур, которого не смогла она спасти от себя самого... Множество видений окружило отчаявшуюся Джайну – Ронин, Киннди Искорка, Вариан Вринн, Делин Праудмур, Артас Менетил... «Прости меня, дочь», - сдерживая слезы, молвила Катерина. – «Прости своего отца... И прости себя». Морок рассеялся, и Джайна Праудмур крепко обняла мать...

Атаковал героев Горак Тул, и Джайна, вступив в противостояние с древним полководцем друстов, оборвала его затянувшееся существование – раз и навсегда. После чего чародейка сотворила портал, ступив в который, воители покинули Моровые Земли, вернувшись в Боралус.

Но появились на горизонте корабли под стягами дома Эшвейн. Похоже, Присцилла вознамерилась довести начатое до конца, атаковав столицу Кул Тираса! Таэлия возглавила городское ополчение, и наряду с героями устремилась к пристани, дабы противостоять врагу. Пираты и воины дома Эшвейн схлестнулись с героями Альянса, но когда те отбросили противника, Присцилла свершила ритуал, призвав из морских глубин гигантского кракена, Вик’Гота.

Флотилия дома Эшвейн продолжала приближаться к пристани, и сознавала Катерина, что защитникам города не выстоять своими силами. Посему вернула дочери медальон Делина Праудмура, молвив: «На протяжении поколений был он сердцем флота Кул Тираса. Я надеялась, что с ним вернулась и надежда и смогу я призвать флот домой – так, как делал это твой отец. Но я ошибалась. Он никогда не был предназначен для меня».

Кивнув, Джайна высвободила магию медальона... и корабли Кул Тираса, затерянные в море, нашли свой путь домой, навели бортовые орудия на суда дома Эшвейн. Присцилла пребывала в отчаяние, сознавая, что все замыслы ее рухнули в одночасье... Так, на мачте флагмана его взвился белый флаг, и дом Эшвейн сдался на милость победителя.

Катерина Праудмур с гордостью назвала дочь «лордом-адмиралом Кул Тираса», и благодарная Джайна приняла назначение.

Минуло несколько дней, когда в Боралус прибыла делегация, ведомая Андуином Вринном, дабы формально скрепить присоединение Кул Тираса к Альянсу. «Раскол сделал нас уязвимыми», - обратилась Катерина Праудмур к собравшимся на Площади Единства подданным и гостям из Альянса. – «Атаковали нас враги, пребывавшие среди нас. Кроме того, Орда обозначила свои намерения. Эти дикари желают смерти всем нам. Я прошу вас верить в мою дочь Джайну... истинного лорда-адмирала Кул Тираса. И возобновить связи с Альянсом, герои которого спасли нашу нацию от гибели».

Леди Люсиль и брат Пайк от лица дома Вэйкрест и заклинателей волн заявили о верности своей лорду-адмиралу и Альянсу, и Андуин Вринн сердечно поблагодарил новых союзников за поддержку. Катерина представила королю Шторвинда Таэлию Фордрэгон, и Андуин обещал поведать девушке множество историй о ее доблестном отце, истинном герое Альянса.

Оставалось лишь уповать на то, что заключенный ныне союз поможет Альянсу одержать верх в битве за Азерот...

***

А между тем и Альянс, и Орда всеми силами пытались свести на «нет» заключенные противником новые союзы, и военная кампания стремительно набирала обороты.

Халфорд Проклятие Драконов – Верховный командующий Седьмого Легиона – был назначен Андуином Вринном ответственным за атаку Зандалара, и в распоряжении его ныне пребывали как силы РШ:7, так и лучшие воители Альянса.

Прибыв в земли Зандалара, силы Альянса приступили к созданию оплотов на территории врага. Первым делом воители зачистили от сетраков прибрежные руины в Вол’дуне, после чего построили укрепления, основав таким образом Пристань Расколотого Камня для кораблей Альянса и наладив пути снабжения. В топях Назмира – несмотря на яростное сопротивление со стороны Кровавых троллей - Альянсом был основан Форт Победы, а в землях Зулдазара оплот фракция создала среди останков первого дьявозавра, Зибалы.

В то же время агенты Орды, направляемые Натаносом и Гароной, проникли к земли Кул Тираса, приступив к созданию собственных оплотов. В Долине Песни Штормов ордынцами под началом Рексара была основана Крепость Боевого Клыка, в Друстваре гоблины в кратчайшие сроки возвели Заставу Краззлфразз, в Тирагарде же воители Орды заключили союз с пиратами, и те позволили им занять Пристань Грабежей.

Кроме того, суда Альянса и Орды бороздили Великое Море, изыскивая на островах залежи азерита, снаряжая экспедиции для добычи минерала.


Матиас Шоу выделил ключевые фигуры ордынцев, находящихся и Зандаларе и подлежащих уничтожению. Первым из таковых стал влиятельный Кровавый эльф, Арлетал Солнечный Смотритель, занимавший один из ключевых постов в Реликварии – организации, основанной в Орде по образу и подобию Лиги Исследователей. Ныне Арлетал наряду со сподвижниками занимался раскопками руин в Вол’душе, и Халфорд Проклятие Драконов наряду с Шандрис Лунное Перо, согласно которому прибывшие в пустыню гномы произведут ряд взрывов, дабы выкурить цель из укрытия, а уж после воители Альянса покончат с нею. Казалось бы, какую угрозу могут представлять собою археологи?.. Но Халфорд настаивал: они заняты поисками могущественных артефактов, магию которых непременно обратят против Альянса.

Прибыв в Вол'душ, воители Альянса устремились к лагерю Реликвария, расправляясь с патрульными-гоблинами, дабы не сумели те предупредить основные силы противника о грядущем покушении. Замысел удалось осуществить в лучшем виде: отряд под началом Шандрис разыскал Арлетала и покончил с ним, после чего гномы, исполняя приказ Халфорда, осуществили взрывы в местах раскопок, проводимых ордынцами.

Но в ходе операции был убит один из гномов – и никем иным, как сан’лейном, одним из обращенных в вампиров Кровавых эльфов. Прежде входили они в Плеть... но неужто ныне Сильванас Ветрокрылая обратила сих тварей в своих миньонов?!. Халфорд немедленно отправил послание королю Андуину, извещая того о произошедшем.

...Второй целью для Альянса стала одна из предводительниц темных следопытов Сильванас, пребывающая в Назмире, - капитан Арейэль. Дабы получить информацию об ее местонахождении, Шандрис надеялась заручиться помощью неких благодарных союзников, обязанных ей жизнями, и тортоллане, схваченные Кровавыми троллями, оказались настоящим подарком судьбы.

Узнав, что спасительницей их оказалась Шандрис, спасенных из плена воителями Альянса тортоллане пришли в восторг: занимали их лишь достойные истории, и калдореи, возраст которой превысил десять тысячелетий, ведала многие. В обмен на возможность послушать оные тортоллане с готовностью просветили Шандрис о том, что Арейэль наряду с внушительным контингентом ордынцев находится в Некрополе.

Атаковав лагерь противника, чемпионы Альянса покончили с ордынцами; Шандрис сразила Арейель, обнаружив на теле той послание, согласно которому вскоре в руинах Зо'бала должна была состояться встреча между Роханом, принцессой Таланджи, Арейель и Кровавым принцем Древеном, возглавляющим присягнувший Сильванас контингент сан'лейнов!

Шандрис поспешила к означенным руинам, и, схоронившись близ оных, наблюдала за индивидами, прибывшими на встречу. Древен сообщил Рохану и Таланджи о гибели Арейель. Рохан просил Кровавого принца приказать сан’лейнам расчистить тоннель, связующий Назмир и Вол’дуном, что даст им возможность атаковать основной оплот сил Альянса в Зандаларе. Древен был далеко не в восторге от того, что приказы ему отдает тролль, но сознавал, что если сан’лейны достойно проявят себя в нынешней войне, Сильванас исполнит свое обещание и займут вампиры свое место в Орде.

Призвав Стражниц, Шандрис повела их к означенному тоннелю, где воительницы дали бой Древену и сопровождавшим его сан’лейнам... и потерпели в сем противостоянии сокрушительное поражение. Могущественные вампиры покончили со Стражницами; Шандрис лишь чудом удалось выжить и бежать, дабы доложить о случившемся Верховному командующему Седьмого Легиона.

Настаивала Шандрис, что следующей целью, подлежащей устранению, Альянсу надлежит избрать именно Древена, ибо представляет Кровавый Принц огромную опасность. Халфорд, однако, заявил, что расправиться им надлежит с Галливиксом – торговым принцем гоблинов, финансирующим как военную кампанию Орды, так и изучение азерита. Присутствующая при разговоре Аллерия Ветрокрылая предложила сподвижникам компромисс: ее эльфы Бездны займутся устранением Галливикса, в то время как Шандрис сосредоточится на выслеживании Древена.

Халфорд и Шандрис приветствовали замысел Аллерии, и последняя, сотворив портал и призвав эльфов, обученных магии Бездны, - рен’дореи - постановила, что возглавит миссию магистр Умбрик. Прибыв в оплот Альянса, основанный в останках Зибалы, эльфы незамедлительно атаковали гоблинов, принадлежащих к картелю Трюмных Вод, занятых добычей азерита на морском побережье.

Разорив лагерь гоблинов, рен’дореи обнаружили письмо с приказами от Галливикса, следовало из которого, что торговый принц находится ныне в Золотом Городе. Очевидно, что столь алчный гоблин как Галливикс не смог противиться возможности обрести сокровища Атал’Дазара, ведь не обладал он ни малейшим уважением к культуре новых союзников Орды и их истории.

Сотворив порталы Бездны, эльфы проследовали через оные прямиком ко входу в Золотой Город, атаковав рыщущих в пределах его гоблинов. Струхнув, Галливикс воспользовался телепортирующим устройством, чтобы переместиться в свой дворец в Азшаре; эльфы Бездны последовали за ним, дабы довести возложенную на них миссию до конца.

Настигнув жертву, облаченную в механический скафандр, рен’дореи сразили ее... лишь сейчас обнаружив, что все это время преследовали двойника Галливикса!.. Вернувшись в Боралус, эльфы Бездны поднялись на борт корабля «Искупление ветра», где поведали Халфорду и Аллерии о своем поражении. Тем не менее, информация о том, что Галливикс обзавелся двойниками, весьма важна, и Верховный командующий собирался известить о сем факте РШ:7 как можно скорее.

Тем временем лазутчики Альянса перехватили послание Сильванас своим подначальным, доставили его Халфорду и Маттиасу Шоу. Согласно письму, военный вождь велела ордынцам искать места старых караблекрушений близ Зандалара. Шандрис припомнила, что искомый ею Кровавый Принц передвигается на корабле наряду с заклинателем волн, переметнувшимся в стан врага. Фальстад Дикий Молот предложил героям доставить их туда, где Древена видели совсем недавно, верхом на грифонах, дабы загнать, наконец, предводителя сан’лейнов в угол.

Забравшись на спины грифонов, Фальстад, Шандрис и герои Альянса устремились на поиски кораблей Орды... и вскоре обнаружили в Великом Море два судна Отрекшихся. Разделившись, наездники грифонов атаковали оба корабля одновременно. На одном из них – «Вое баньши» - означился Натанос Гнилостень, жаждущий поквитаться с докучливыми воителями Альянса, но дворфы из Диких Молотов спасли сподвижников, и сумели те покинуть суда, вновь оседлав грифонов.

Древен означился на борту иного судна, названного «Алым криком». «Вой баньши» - флагман Орды – был защищен чарами заклинателя волн, чего нельзя сказать об «Алом крике». Дикие Молоты атаковали судно, и в палубу оного ударили молнии, уничтожая спасательные шлюпки и отрезая матросам все пути к спасению.

Герои Альянса атаковали сан’лайнов, находящихся на борту, уничтожая наполненные кровью магические кристаллы – источник магических сил эльфов-вампиров. Обнаружив Древена на нижней палубе, воители атаковали его, оборвав затянувшееся существование Кровавого Принца. После чего поспешили покинуть судно и вернуться в Боралус, дабы доложить Халфорду об успехе своей миссии.

Теперь, когда ключевые ордынцы в Зандаларе были устранены, Верховный командующий предлагал нанести удар непосредственно по Зулдазару! Осторожный магистр Умбрик напомнил Халфорду, что еще недавно флот зандалари с легкостью отправил ко дну корабли Альянса, дерзнувшие приблизиться к их владениям. «Согласен», - молвил Верховный командующий. – «Мы с Шандрис и Фальстадом разработали план, который одобрил король Вринн. И если мы преуспеем, у нас появится шанс осуществить задуманное». Андуин справедливо полагал, что не сумеют они низложить верховного вождя Орды, не разорвав прежде установившейся связи той с Зандаларом.

Шандрис сообщила собравшимся, что возглавит небольшой отряд, который разместит на пристани столицы зандалари бомбы и в назначенный час взорвет их. Воцарится хаос, что позволит флотилии Альянса приблизиться к берегу, и воители фракции сумеют сойти на сушу, после чего устремятся к пирамиде.

Наряду с Фальстадом герои верхом на грифонах в ночной час прибыли на Остров Клыков, близ которого оставались корабли зандалари. Скрываясь в тенях и стараясь не попадаться на глаза троллям и могу, заложили они взрывчатку под днищами сих судов. Гномы, разработавшие эту технологию, заверяли, что она – принципиально новая, и детонацию возможно призвести удаленно.

Закончив саботаж на Острове Клыков, герои Альянса устремились к порту Растари, где дожидались их Шандрис и Умбрик. Последний провел ритуал, который узнал в топях Назмира, и приняли воители иллюзорное обличье Кровавых троллей. После чего, пробравшись в город, покончили со шпионами Орды, передававшими зандалари сведения о перемещениях флотилии Альянса.

Заминировав один из флагманов зандалари, остающихся в порту Растари, герои вернулись к набольшим в Зибалу; если и станет известно противнику о деяниях их, то обвинит тот в содеянном Кровавых троллей. Вот только отряд воителей Альянса оказался замечен зандалари, находящимимся на борту проходящего мимо боевого корабля, и ныне тот спешил к Дазар’алору, дабы предупредить короля о готовящемся ударе.

Сознавая, что начинание их под угрозой, Халфорд приказал Фальстаду и его дворфам доставить героев на борт означенного судна – никто из команды не должен выжить!.. Воители перебили зандалари; Шандрис и Фальстад успели пленить капитана корабля, Залкрана, не позволив тому бежать и добраться до Зулдазара. Постановил Халфорд, что пленника доставят они в Штормвинд, судно же пустят ко дну.

Гномы с удовольствием исполнили волю Верховного командующего, не упустив возможности лишний раз испытать свою взрывчатку. Ныне в защите Зулдазара наметилась брешь, и в назначенный час Альянс приведет свой замысел в действие, направив флотию к Зандалару...


Незадолго до описанных событий Орда начала собственную кампанию в землях Кул Тираса. Натанос Гнилостень был исполнен решимости не позволить врагу получить преимущество на море посредством обретения флотилии Кул Тираса. На борту «Воя баньши» ордынцы достигли Тирагарда, и Натанос постановил: надлежит им основать новый оплот в сих землях, отличный от нынешнего – пиратского логова, Пристани Грабежей.

Лазутчики Орды указали своему набольшему на старый лагерь лесорубов, затерянный в чащобах срединных земель Тирагарда. Оный пришелся Натаносу по душе, и вскоре ордынцы, зачистив окрестности от немногочисленных местных обитателей, заявили о принадлежности лагеря их фракции.

Наведались лазутчики и в близлежащий городок, Мостовой Порт, дабы, не привлекая к себе внимания, выяснить, как ныне обстоят дела в землях Кул Тираса. Узнали шпионы о переправляемой через городок взрывчатке, созданной в литейной Эшвейн на основе некоего чудесного пороха. Одну из ближайших сподвижниц Натаноса, Отрекшуюся Лилиан Восс, вести сии живо заинтересовали, посему наряду с героями Орды выступила она к литейной, дабы лично взглянуть на поставки взрывчатки.

Дабы проверить разрушительную силу оной, ордынцы подожгли ящики... с удовольствием лицезрев весьма внушительной силы взрыв. После чего атаковали они литейную, разя мастеровых и стражей, вынося запасы взрывчатки и документы, касающиеся ее разработки, дабы обратить оружие противника против него самого.

По завершении рейда Лилиан приказала подначальным разместить взрывчатку в одном из окраинных кварталов Мостового Порта. После чего ордынцы, показавшись в городе, изобразили панического бегство от стражи, и когда оказалась та в означенном месте, спровоцировали взрыв. Большинство городских стражей – в том числе и верховодившая ими капитан Амалия Стоун – погибли. Впрочем, Лилиан забрала тело Амалии с собою, дабы впоследствии оказалась возрождена та Отрекшейся.

Как бы то ни было, случившейся демонстрацией силы Орды Натанос был доволен, но теперь следовало им спешить в Друствар, дабы наведаться на погост и обрести тело одного из маршалов Кул Тираса, павшего в час Второй Войны; вверяя солдатам сию миссию военный вождь надеялась, что сей индивид, будучи обращен в Отрекшегося, сможет поведать им немало о флотилии островной державы.

Прибыв на погост, Натанос обратился к приведенной Лилиан Амалии Стоун – ныне Отрекшейся – с просьбой поведать им имя самого знаменитого героя войны из здесь захороненных. Амалии понадобилось время, чтобы осознать весь ужас своего нынешнего существования... ровно как и то, что путь обратно в Альянс ей заказан.

Указала Амалия новым сподвижникам на склеп маршала Валентайна, но тела последнего в оном не оказалась. Амалия поведала Натаносу, что погиб маршал в море и останки его наверняка покоятся на дне. Посему, дабы обнаружить их, надлежит заручиться помощью заклинателя волн; Натанос приказал подначальным немедленно возвращаться на борт «Воя баньши», ибо предстоит им скорое плавание в Долину Песни Штормов.

Рексар занимался поисками заклинателя волн, который согласится – по доброй воле или по принуждению – оказать помощь Орде. Подоспевшим героям мок’натал сообщил: обнаружил он лагерь, разбитый в дикоземье, пребывает в котором заклинатель волн наряду с семьей. После чего проводил Лилиан и героев Орды к лагерю, но заклинателя волн там не оказалось: лишь супруга его да малолетние дети. Признались они Рексару, что заклинатель страдает от недуга и находится при смерти; посему и покинул он их, дабы упокоиться с миром в одиночестве, вдали от глаз любимых.

Ордынцы разыскали чародея, Томаса Зеллинга, неподалеку, признался тот, что ни магия стихий, ни чары Бездны окзаались не способны спасти его от неминуемой смерти. Удостоверившись в том, что семья его в безопасности, Томас заинтересовался перспективой обращения в Отрекшегося... и Лилиан заверила заклинателя, что возможно подобное, но сперва надлежит тому проявить свою значимость для орды. «В Замке Мудрецов остаются силы Альянса и Кул Тираса», - просветил ордынцев Томас. – «Они ожидают подкреплений, и в настоящий момент уязвимы. Верховодят ими капитан Майла и командующий Августин. Гибель обоих вынудит обе фракции отступить из замка. Кроме того, Августин прежде конфисковал мою книгу заклинаний. Верните ее, и я помогу вам».

Атаковав Замок Мудрецов, ордынцы покончили как со множеством солдат противника, так и с командующими гарнизоном, и, отыскав среди пожитков Августина книгу запретной магии, вернули ее Томасу Зеллингу. Последний продемонстрировал свое магическое искусство – в частности, владение магией Пустоты, - Лилиан Восс, но последние силы оставили его, и заклинатель волн скончался, моля перед смертью ордынцев возродить его нежитью, дабы и впредь смог он оберегать свою семью.

Лилиан призвала валь’киру Киру, прося ту обратить усопшего в Отрекшегося, ибо был он избран стать таковым. Валь’кира исполнила волю Лилиан, и, восстав, Томас возликовал, ибо от недуга его не осталось и следа. Немедленно устремился мертвяк к лагерю, дабы поделиться радостью со своими любимыми – с супругой, Джулией, и детишками – Матиасом и Анной. Но те видели пред собою лишь ужасающего монстра; в гневе утратил Томас контроль над энергиями Бездны, и обратились те против его семьи... В последний момент чародей сумел взять себя в руки, развеять бурю магических энергий, но было поздно: Джулия и дети бежали прочь, не желая больше видеть то, во что он обратился.

Лишь сейчас с ужасом осознал Томас факт своего перерождения. Лилиан пояснила чародею, что ныне волен он избрать собственный путь в жизни, ибо обладают Отрекшиеся свободой воли. «Я присоединюсь к вам», - с горечью заверил Томас ордынцев, - «и помогу отыскать маршала Валентайна. Если вы гарантируете мне безопасность моей семьи». Лилиан заверила Томаса в сем, после чего велела героям возвращаться в Зулдазар и поведать Натаносу о том, что заручилась Орда помощью заклинателя волн.

Проведя ритуал, Томас сумел определить, где именно на дне морском покоятся останки маршала Валентайна, и Натанос приказал подначальным привести «Вой баньши» в означенную точку. Изобретатель-гоблин велел героям надеть шлемы, связанные с резервуарами воздуха длинными тросами, и те, последовав сему совету, прыгнули за борт, начав погружение в морскую пучину.

Вскоре достигли они дна, где отыскали гниющий остов судна Кул Тираса, потопленного в час Второй Войны. Ордынцы принялись осматривать остающиеся на борту скелеты, читая имена на сохранившихся солдатских жетонах, кои при жизни носили те на цепочках. Вопреки ожиданиям, тело маршала Валентайна обнаружить не удалось, посему герои продолжили осмотр морского дна, ведь в давнишнем морском бою было пущено ко дну не одно судно Альянса...

Близ флагманского судна, означившегося на подводном утесе, пребывал морозный ящер Денистраш; в час Второй Войны был он одним из красных драконов, и, исполняя приказы Орды, атаковал флот Кул Тираса, отправив ко дну немало кораблей... прежде, чем сам был повержен... и обращен в нежить.

Сразив морозного ящера, обнаружили герои два мертвых тела: маршала Валентайна... и Дерека Праудмура, крон-принца Кул Тираса – первенца леди Катерины Праудмур. Вернувшись на поверхность, узнали ордынцы, что, пока находились они на дне морском, суда атаковали воины Альянса, прибывшие верхом на грифонах, но нападение их удалось отразить.

Узнав об обнаружении тела Дерека, Натанос возликовал. Чемпион Сильванас приказал валь’кире Кире возродить маршала Валентайна Отрекшимся, но с обращением Дерека в миньона Орды решил повременить. Тем более, что сейчас надлежит им сосредоточиться на ином. Поведал Томас Зеллинг чемпионам Орды о могущественном артефакте, владеет которым дом Песни Штормов – Скипетре Пучины. «Тот, кто владеет им, обладает властью над морем и штормами», - вещал заклинатель волн. – «Хранится артефакт под замком в сердце Кул Тираса – Боралусе».

...«Вой баньши» вновь бросил якорь у Пристани Грабежей, что в Тирагарде. К оной уже подходили корабли Кул Тираса; весть о том, что обрела Орда тело Дерека Праудмура, достигла леди Катерины устами отправленного Натаносом в Боралус посланника - Валентайна, и намеревались моряки вернуть останки павшего крон-принца. Капитан Амалия Стоун обратилась против былых сподвижников, возглавила атаку на суда Кул Тираса; ордынцы покончили с противником, после чего покинули дрейфующие суда, вернувшись в свой оплот.

Натанос был доволен: власти Кул Тираса и не подозревают об истинной причине нахождения воителей Орды в сих пределах! Предполагают они, что связано это каким-то образом с Дереком, и не мыслят, что цель Натаноса кроется в ином...

Надеясь, что внимание противника останется приковано к Пристани Грабежей, Натанос отправил в Боралус через магический портал небольшой отряд героев Орды, входил в который Томас Зеллинг. Последний сопроводил спутников к монастырю заклинателей волн, в котором, насколько было ему известно, и хранился Скипетр Пучины. Но, чтобы обрести реликвию, необходимо было провести колдовской ритуал, и Томас указал спутникам, где именно в монастыре находятся необходимые для сего действа артефакты.

Разя заклинателей волн, пытающихся помешать ордынцам завладеть реликвиями, герои исследовали монастырь, и вскоре отыскали три реликвии, после чего Томас приступил к проведению ритуала. Вскоре обрели ордынцы Скипетр Пучины, после чего поспешили покинуть монастырь и вернуться на Пристань Грабежей.

За время их отсутствия оную наводнили солдаты Кул Тираса, возглавляемые генералом Кадарином. Последний требовал у Натаноса передать им тело Дерека, угрожая, что в случае отказа покончит с Валентайном. Чемпион Сильванас лишь пожал плечами: жизнь возрожденного маршала ничкего для него не значила теперь, когда во владении его пребывали останки Дерека. Посему Натанос отдал подначальным приказ к началу сражения...

В ходе противостояния генерал Кадарис и люди его были перебиты, а Натанос велел воителям Орды возвращаться на борт «Воя баньши», дабы покинуть Тирагард как можно скорее. Корабль вышел в открытое море... но суда Кул Тираса начали преследование. И тогда, повинуясь отданному Натаносом приказу, воззвали ордынцы к могуществу Скипетра Пучин... Молнии ударили с небес в корабли преследователей, отправляя те ко дну...

По возвращении в Зандалар Натанос отправил героев в Оргриммар, и поведали те Сильванас о новых союзниках, становлении оплотов в землях Кул Тираса и обретении одного из наиболее ценных артефактов сей державы. Внимательно выслушав донесение, военный вождь поблагодарила посланников, заверив, что вскоре представится им возможность использовать обретенное преимущество в нынешней военной кампании...


Дабы покончить с угрозой со стороны Г’хууна, к древнему исследовательскому комплексу титанов, Улдиру, пребывающему срези топей Назмира, выступили как воители Альянса, ведомые Бранном Бронзобородым, так и чемпионы Орды под началом принцессы Таланджи. Из обнаруженных здесь записей узнали они, что некогда титаны изучали энергии Бездны, надеясь покончить со Старыми Богами так, чтобы Азерот при этом уцелел. Своими же руками титаны сотворили могущественное создание: пятого Старого Бога, Г’хууна! Последнего заточили они в глубинах Улдира, сотворив три печати, каждая из которых располагалась в одной из пирамид: Атул’Амане, Назвате и Дазар’алоре. И теперь, когда все три печати были уничтожены, истинное воплощение Г’хууна явилось прямой угрозой существованию Азерота...

Обнаружили герои гиганского конструкта, в теле которого надеялись Кровавые тролли воплотить сущность Г’хууна. В недавнем памятном противостоянии в сердце Назмира конструкт пал в недра пирамиды, однако уцелел и ныне вступил в противостояние с воителями Альянса и Орды. То был Талок, хранитель титанов, должный надзирать за Улдиром, однако за прошедшие тысячелетия внутренние защитные механизмы его дали сбой и оказался конструкт подвержен скверне, источаемой сотворенным титанами Старым Богом.

Сразив Талока, герои продолжили исследование Улдира, повстречав иную хранительницу комплекса, именуемую ‘Матерью’. К счастью, ее защитные протоколы продолжали действовать, и поведала конструкт героям о том, что для уничтожения Г’хууна следует привести в действие управляющие консоли, и, получив с их помощью доступ в глубинное хранилище, активировать устройство реорганизации, которого положит конец существованию особи.

К удивлению своему, у первой из управляющих консолей лицезрели герои чудовищное порождение глубин – Зек’воза, Вестника Н’зота. Вскоре после раскола ступил тот на земли Зандалара, надеясь обратить зандалари в верных служителей своего божества, однако оказался заточен хранителями титанов в Улдире на долгие тысячелетия.

В недрах Улдира пребывали и иные ужасы – следствия экспериментов титанов, изучавших способы сдержать распространение скверны Старых Богов. Так, лицезрели герои треглавую гидру-нежить, созданную из объединенных в одно создание трех трупов лоа, Вектиса – стихийное порождение, сотворенное на основе крови Г’хууна.

Приведя в действие управляющие консоли, герои вознамерились было проследовать в глубинное хранилище... когда путь им преградил Зул, возрожденный Г’хууном нежитью и выступавший ныне вместилищем скверны Старого Бога.

Покончив с Зулом, воители Альянса и Орды спустились в нижние пределы Улдира, где сошлись в противостоянии с Митраксом, выступившим защитником своего божества... Наконец, пал могучий К’Тракси, и атаковали герои истинное воплощение Г’хууна. Мать занялась активацией устройста реорганизации, в то время как противостояли воители тварному Старому Богу.

Последний сумел уничтожить устройство реорганизации прежде, чем оборвало то его существовоние... Впрочем, оное долго не продлилось, и герои, сразив Г’хууна, пресекли дальнейшее распространение скверны его.

Окропив глефу Вол’джина кровью Г’хууна, один из героев Орды по возвращении в Зулдазар передал оружие Таланджи. «То был враг, угрожавший существованию народа троллей на протяжении многих поколений», - прошелестел дух Вол’джина, витавший близ принцессы. – «Прежде мы не знали его имени, но всегда ощущали его скверну. Сегодня свершилось правосудие за тысячи поколений троллей».

Обратившись к Таланджи, дух велел ей продемонстрировать окровавленный клинок своему народу, собравшемуся у пирамиды, дабы даровать подданным душевный покой. «Но то не мое свершение», - молвила принцесса, на что отвечал Вол’джин: «Ты призвала героев на сии берега вопреки воле отца. Ты узнала тайны Г’хууна, когда никто не желал слышать о них. Деяниями своими ты спасла народ зандалари. И сейчас ему как никогда необходим истинный лидер, которого бы они любили и которому доверяли. Яви им клинок. Стань символом, в котором они столь отчаянно нуждаются!»

Согласно кивнув, Таланджи велела ордынцу воздеть над головой окровавленную глефу, и собравшиеся зандалари, взоры которых были прикованы к принцессе, возликовали. «Узрите же кровь Г’хууна!» - возвестила Таланджи. – «Сущности, стоявшей за смертями Шадры, Хир’еека, Торги, Резана... а также великого множества наших братьев и сестер. И, глядя на эту глефу, мы всегда будем помнить о том, что мы – зандалари! Мы несем потери, но мы всегда изыскивает возможность выжить и стать сильнее! Если бы не герои Орды, наши потери были бы гораздо страшнее. И это доказывает, что пришло время нам принять новые реалии и вновь стать частью этого мира!»

Наблюдая за Таланджи, дух Вол’джина видел в той лидера, который в будущем затмит своего отца, Растахана... пусть пока принцесса сего не осознает...

***

Андуин Вринн и Генн Седогрив наблюдали за кораблями, заходящими в доки Шторвинда. На борту каждого из них находились мертвые тела солдат, погибших в нынешней войне; к пристани прибывали последние воины королевства. Больше рекрутов не предвиделось; если потери продолжатся, придется организовывать отряды из крестьян.

«Когда началась война, я думал, мы сражаемся за мир», - признался молодой король своему советнику. – «Но мы просто... воюем». «Ты делаешь все, чтобы остановить ее», - напомнил Генн, и Андуин, рассеянно кивнул, оставил советника, устремившись к замковой темнице.

Приблизившись к камере, томился в которой Варок Сорфанг, поинтересовался король: «В Лордероне ты мог забрать мою жизнь... может быть даже закончить войну... но не сделал этого. Почему?» «Хочешь – убью», - предложил орк, и король, отомкнув дверь камеры, ступил внутрь, молвив: «я пощадил тебя, потому что верил в твою честь. Я ошибся? Ты бы позволи невинным и дальше страдать? Орда...»

«Я пожертвовал всем ради Орды!» - проревел Варок, приблизившись к Андуину вплотную. – «Убивал, проливал кровь... а Сильванас погубит нас! Она все разрушит... а я хочу вернуть мою Орду!» «Сорфанг, так почемук ты не убил меня?» - вернулся к занимающему его вопросу король, и отвечал пожилой орк: «Я думал, ты остановишь ее». «Я не смогу», - честно признался Андуин, и, со значением глядя Вароку в глаза, добавил: «Мы сможем».

С этими словами король Штормвинда покинул камеру, оставив дверь ее открытой...


О бегстве Варока из заточения вскоре стало ведомо Сильванас, и та, призвав верных своих чемпионов в Крепость Громмаша, велела тем разыскать полководца прежде, чем это сделают солдаты Альянса, которые наверняка прикончат его.

Наряду с темной следопыткой Лианой герои Орды тайно прибыли в Эльвинский лес, где приступили к поискам беглеца. Судя по всему, Варок бежал через канализационные стоки и затерялся в сем лесу... Ордынцы шли по следу полководца... когда неожиданно столкнулись с агентами РШ:7. В противостоянии воители Орды сразили противников, и предположила Лиана, что сии лазутчики также выслеживают Варока, надеясь вернуть пленника в камеру.

Ордынцы продолжили путь на восток, к Красногорью... где темный следопыт оставила их, дабы вернуться с докладом о том, как продвигаются поиски, к Королеве-Баньши. Герои же повстречали тролля-шамана Зехана, признавшегося, что является верным сподвижником Сорфанга – воителя, преданного духу истинной Орды. Заверял Зехан ордынцев, что миссия Лианы состоит в убийстве Варока, видит в котором Сильванас угрозу своему владычеству. И сейчас она отправилась не в Оригриммар, а прямиком в Болоту Горестей, надеясь покончить с опальным полководцем!..

Встревожившись, герои вслед за троллем поспешили к заброшенной ферме в топях, где укрылся Варок... обнаружив, что окружили ту воители-Отрекшиеся, возглавляла которых Лиана! «Варок Сорфанг!» - выкрикнула она. – «Ты обвиняешься в предательстве Темной Госпожи! Выходи из хижины, или я отдам приказ сжечь ее... как дерево, которое было столь дорого Альянсу».

«Да у тебя вовсе нет чести!» - возмутился Зехан, и Лиана обернулась к троллю, недобро нахмурилась. – «Как смеешь ты так поступать с Сорфангом – после всего того, что сделал он для Орды?!» Обратившись к сопровождавшим тролля героям, темный следопыт велела им не вмешиваться, ведь исполняят она приказы, полученные непосредственно от военного вождя.

«И в чем же состоят твои приказы?» - рявкнул Сорфанг, появившись в дверном проеме хижины. «Ты презрел свой долг пред Ордой», - отчеканила Лиана. – «И хуже того, отринув свой народ, ты плел вместе с людишками заговор против твоего военного вождя!»

Не желая слушать столь вопиющей лжи, ордынцы приняли сторону Сорфанга, и в ходе короткого, но ожесточенного сражения покончили с темным следопытом и ее Отрекшимися... Но настаивал Сорфанг на том, что не следует героям вступать в открытую конфронтацию с Сильванас – посему той надлежит поверить в то, что Варок одержал верх над ее чемпионами и сумел бежать от них.

Герои с готовностью пошли на этот шаг, и Сорфанг, нанеся в сражении им несколько ран, отступил, простившись со сподвижниками и Зеханом, веля им возвращаться в Оргриммар и сплотить за собой тех, кто верен духу истинной Орды. Сам же он намеревался продолжить странствие свое в одиночестве, и о том, куда именно стремится, рассказать не пожелал.

По возвращении в столицу Орды герои поведали военному вождю свою версию событий, случившихся в Болоте Горестей. Сильванас не могла поверить в то, что Сорфанг в одиночку покончил с Лианой и Отрекшимися, а отряд лучших воителей Орды едва смог унести от него ноги... Но времени продолжать преследование не было, ведь пламя войны, снедавшей Азерот, продолжало разгораться...

***

Кровопролитное сражение между армиями Альянсом и Ордой продолжалось на Нагорьях Арати, войдя в историю как Битва за Стромгард. Противостояли воители Альянса силам Орды и в Зандаларе... когда Тиранд Шепот Ветра от имени своего народа обратилась к Андуину Вринну за помощью в изгнании сил противника с Темного Побережья.

Король, однако, ничем не мог помочь верховной жрице: армия Альянса не могла позволить себе открыть третий фронт. Но поклялся Андуин, что союзники непременно вернут Телдрассил – несмотря на то, что потери их продолжают расти, а количество припасов, жизненно необходимых для проведения военных действий, все тает. Однако Тиранд, исполненная гнева и горечи, не желала слушать отговорки. «Мы вернем наш дом, и сделаем это немедленно», - отчеканила она. – «Мы отомстим за павших и покажем Сильванас, что победу над нами она не одержала! И если Альянс не поможет нам... что ж, справимся и без него».

Узнав о том, что Тиранд отправилась на Темное Побережье в одиночку, Майев и Шандрис обратились за помощью к героям Альянса. Поразмыслив, Андуин позволил тем последовать за верховной жрицей; покамест силы Альянса не начали атаку Зулдазара, и, возможно, удастся завершить противостояние на Темном Побережье прежде, чем та начнется.

Дождавшись, когда герои покинут тронный зал, Генн обратился к Андуину, напомнив королю, что именно калдореи пришли на помощь гилнеасцам, спасли их от проклятия и приютили в Дарнассусе. «Гилнеас станет сражаться рядом с ними», - постановил Седогрив, и король медленно кивнул: «Я понимаю, Генн. Да пребудет с тобой Свет».

Проследовав через портал, чемпионы Альянсы наряду с Майев, Шандрис и Сирой Лунной Стражницей обнаружили себя в Ясеневом лесу, устремились к Зорамскому Взморью – туда, где заметили прежде лазутчики корабль Тиранд... Вот только судно было пущено ко дну – возможно, самой верховной жрицей, опасавшейся преследования со стороны ордынцев, коих в окрестных землях рыскало великое множество.

На берегу близ остова судна обнаружили герои покинутый лагерь Тиранд, где лицезрели брошенный лук верховной жрицы, а также древнюю книгу, открытую на странице, описывался на которой ритуал по обращению в Ночную Воительницу. Встревожившись, предположила Майев, что собирается Тиранд провести сию церемонию – и от успеха оной может зависеть будущее их расы... ведь ритуал вполне может убить верховную жрицу.

Ночные эльфийки и сопровождавшие их герои Альянса поспешили к Темному Побережью. «Что это за ритуал, Майев?» - спрашивала Шандрис, у обычно собранной, а сейчас донельзя взбудораженной Бдящей. – «Кто такая Ночная Воительница?» «Воплощение гнева Элуны», - отозвалась та. – «Даже просто смотреть на этот ритуал смертельно опасно». «Элуна...» - с горечью бросила Сира. – «Где она была, когда горел Телдрассил?»

Майев приказала Сире обыскать побережье, в то время как сама она наряду с остальными проследует по следам Тиранд. «Встретимся в Лор’данеле», - молвила Майев сподвижнице на прощание, и та, согласно кивнув, исчезла в ночи.

Знала Майев, что Тиранд ищет Око Элуны – необходимый для проведения ритуала артефакт, хранившийся до начала войны в Аубердине. Бежали герои по обезображенным ордынцами землям, разя занявших оные Отрекшихся. С болью в сердце созерцала Шандрис запустение, царящее окрест – а ведь когда-то в сих лесах пребывало сердце цивилизации Ночных эльфов!

Ока Элуны в захваченном нежитью Аубердине не оказалось – возможно, Тиранд успела забрать сей артефакт?.. Посему поспешили чемпионы Альянса в Башал'Аран – вслед за встреченным саблезубом Тиранд, Аш’алой. Знала Майев, что верховная жрица, предавшая огню все мосты за собой, приступит к свершению ритуала у Колодца Чистоты, и молила Элуну – только бы успеть!..

«Но почему ритуал так опасен?» - спрашивала Шандрис у Майев, когда спешили они к Башал’Арану, и пояснила Бдящая: «Легенда гласит, что давным-давно Элуна наделила своей яростью лучших защитниц Калимдора. Сильнейшая из них стала воплощением богини – Ночной Воительницей. Это принесло нам победу. Но с тех пор никто не пережил подобного ритуала. Чистая сила Элуны убивала всех претенденток».

Когда калдореи наряду с воителями Альянса достигли Колодца Чистоты, то лицезрели подле него Тиранд, вершащую ритуал. «Элуна! Твой народ любил тебя!» - в гневе восклицала верховная жрица. – «То ты спокойно смотрела, как мы гибли в муках! Тысячи лет я служила тебе. Но сегодня я не буду ни девой, ни матерью, ни даже жрицей. Даруй мне возмездие! Только тогда я снова стану служить тебе!»

Превосходящие силы ордынцев атаковали Башал’Аран, и герои, возглавляемые Шандрис и Майев, из последних сил сдерживали натиск, не подпуская противников к Колодцу Чистоты, где, омытая лунным сиянием, продолжала проводить ритуал Тиранд.

Опустив Око Элуны в источник, она потребовала у богини даровать ей могущество темнейшей своей ипостаси. И та ответила на зов... обратив свою верховную жрицу в Ночную Воительницу – истинное воплощение мщения Элуны!

Покончив с помощью новообретенных сил с наводнившими Башал’Аран ордынцами, Тиранд приказала союзникам следовать за нею. «Натанос Гнилостень рыщет где-то неподалеку с парой валь’кир Сильванас», - процедила она. – «Мы убьем их всех... Телдрассил сгорел, потому что я пощадила Сорфанга. Тысячи невинных жертв. Целые семьи уничтожены в один миг. Время для жалости прошло».

Ночные эльфы никогда не видели свою повелительницу в столь холодной ярости, но безропотно следовали за нею, ценя великую жертву, принесенную Тиранд ради своего народа... Потоки лунного света, призываемые Тиранд, испепеляли ордынцев, а Ночная Воительница продолжала поиски чемпиона Сильванас.

Присоединился к отряду Малфарион, и Тиранд велела супругу заняться Натаносом... в то время как сама она покончит с валь’кирами. Последних Ночная Воительница обнаружила у побережья... наблюдая, как Натанос прикончил несчастную Сиру...

Тиранд сошлась с Натаносом в поединке, а множество темных следопытов противостояли калдореи окрест. Магия валь’кир обездвижила Ночную Воительницу, и чемпион Сильванас ухмыльнулся: «Скоро ты разделишь судьбу своей подруги Силы... и благородной Деларин».

Подоспевший Малфарион спас Тиранд, атаковав валь’кир, и сражение возобновилось. Одна из валь'кир – Бринья - пала, но другая успела поднять из мертвых Деларин, тело которой оставалось на сем берегу, и Сиру, и теперь та, уверенная, что прежние союзники бросили ее умирать, приняла сторону Орды. Натанос, валь’кира и ордынцы бежали, но Тиранд была уверена, что вскоре они вновь встретятся в бою. Войской Ночных эльфов было на подходе, а, стало быть, сражение за Темное Побережье неизбежно.

«Майев, ты поведешь войска!» - постановила Тиранд, и Бдящая изумилась: «Ты доверяешь мне, несмотря на все, что было?!» «Нельзя жить прошлым, когда на конц будущее», - отозвалась Тиранд. – «Веди наш народ к победе, а мне предстоит утолить гнев Ночной Воительницы».

...Так новое противостояние вспыхнуло на Темном Побережье, где высадились силы калдореи, возглавляемые Майев, дав бой ордынцам, занявшим их предвечные земли. Верховодила миньонами Орды Сира, и была горькая ирония в том, что Бдящие, выступавшие прежде союзницами, ныне оказались по разные стороны баррикад...

***

Сильванас Ветрокрылая прибыла на борт «Воя баньши», дабы воочию узреть столь ценное обретение, как тело Дерека Праудмура, станет который оружием, обращенным против Кул Тираса. «К тому же, Орда заручилось поддержкой флотилии зандалари», - обратилась военный вождь к внемлющим ей чемпионам Орды. – «Надлежит сломить завершить врагов... и можно будет праздновать победу в этой войне».

Поведал Натанос героям, что, благодаря захвату силами Альянса торговой компании, принадлежавшей леди Эшвейн, противник обрел немалые количества азерита, а также оружия, созданного на его основе. Чемпион Сильванас приказывал героям немедленно отправляться в Тирагард и выкрасть или уничтожить сие оружие, ведь в противном случае оно непременно будет обращено против Орды.

Так, прибыв в Тирагард, ордынцы устремились к поместью Норвингтон, у стен которого дожидался их Рексар. Именно здесь находились изделия из азерита, заполучить которые они намеревались... Наряду с Рексаром ордынцы атаковали поместье, разя многочисленных стражей. Томас Зеллинг, присоединившийся к отряду, напоминал остальным, чтобы не забывали те забирать с собою азеритовые ружья и взрывчатку.

Наконец, ордынцы сразили лейтенанта Коула, верховодившего гарнизоном защитников поместья, после чего заполонили внутренние помещения Норвингтона, изыскивая запасы азерита и вынося их наружу, где гоблины вывозили минерал и оружие прочь на гирокоптерах.

Подкрепления Альянса подходили к поместью, и Рексар наряду с воителями Орды принял бой, даря сподвижникам время, необходимое для того, чтобы вывезти запасы азерита с территории Норвингтона. Гирокоптеры обеспечивали поддержку с воздуха, и вскоре армия Альянса была вынуждена отступить, признавая свое поражение.

По завершении боя Томас спрашивал у Рексара, как поживает его семья, и отвечал тот: «У них все хорошо. Твоя жена купила небольшой домик в Друстваре, дети сыты». «Но как такое возможно?» - изумился Отрекшийся. – «Мы же потратили все свои сбережения еще до моей смерти... то есть, преображения». «Ты просил позаботиться о них Лилиан Восс», - произнес Рексар. – «Вот она и позаботилась». Томас сердечно поблагодарил Рексара за сии сведения, хоть немного притупившие боль и тоску в его сердце.

...Хитроумный Галливикс придумал план о нанесении очередного чувствительного удара Альянсу. Азерит, похищенный из Норвингтона, торговый принц использовал для создания устрашающей боевой машины, которую, не мудрствуя лукаво, назвал «Мехом Смерти Галливикса» - или МСГ. Вот только в процессе создания боевой машины местная популяция слизней успела поглотить немалые количества минерала, и ныне создания сии ползали по побережью – назло Галливиксу, наверняка!

Впрочем, и на этот случай у гоблина был план, посему, передав героям устройства, способные извлекать азерит, Галливикс велел им избавить слизней от минерала... После чего гоблины доставили МСГ в Друствар, дабы отразить натиск возглавляемых Меккаторком сил Альянса на оплот Орды в регионе – Заставу Краззлфразз.

Боевая машина прекрасно проявила себя в действии; управляющий ею Галливикс с легкостью разил атаковавших заставу миньонов гномов – мехагорилл и мехаволков, действиями которых те верховодили дистанционно. Мощь МСГ поистине потрясала, и в кратчайшие сроки боевая машина уничтожила десятки противников, вынудив остальных бежать, поджав хвосты.

Упивающийся одержанной победой Галливикс вознамерился немедленно покончить с докучливым Меккаторком, чей воздушный корабль находился поблизости... Король гномов, управляющий подобной механической боевой машиной, атаковал приближающегося противника в воздухе. Слишком поздно заметил Галливикс, что ресурс азерита в МСГ истощен в недавнем бою, а пополнить его он не озаботился.

В противостоянии с мехом Меккаторка МСГ был повержен и рухнул вниз с огромной высоты... Галливикс выжил, и пребывал в еще более скверном расположении духа, чем прежде. Нет, он непременно покончит с королем гномов и его отвратным воздушным кораблем!

Подоспевшие гоблины занялись восстановлением поврежденного МСГ, и вскоре тот вновь поднялся в воздух, атаковав воздушный корабль Меккаторка. Последний принял бой с мехом Галливикса на пылающей палубе судна, применив устройство, создавшее магнитное поле; убедившись, что МСГ надежно пленен и не в силах оторваться от палубы терпящего крушение воздушного корабля, Меккаторк простился с Галликсом, пожелав ему всего самого хорошего, после чего поспешил покинуть судно.

К счастью, подоспевшие ордынцы уничтожили генератор магнитного поля, и мех Галликвикса взмыл в воздух, избежав крушения наряду с кораблем. Хоть и улизнул Меккаторк, операцию в Друстваре можно было считать успешной: армия миньонов гномов была разбита, а воздушный корабль, с борта которого шло управление ею, уничтожен.

...И сейчас Темная Госпожа намеревалась заполучить новую союзницу в противостоянии Альянсу – леди Присциллу Эшвейн, плененную властями Кул Тираса. Натанос велел героям Орды встретиться в Тирагарде с чародейкой Валтроис и Рексаром, которые разрабатывают план по освобождению опальной дворянки.

Валтроис предлагала сподвижникам облачиться в униформу стражей дома Праудмур и проследовать в темницу, выдавая Рексара за своего пленника. Униформу ордынцы раздобыли в литейной, заняли которую стражи, а Валтроис с помощью заклинания придала иллюзорный облик своим сподвижникам.

На случай непредвиденных обстоятельств Рексар советовал воителям Орды прихватить с собою немного азерита, предназначенного для создания взрывчатки. Как знать – вдруг придется прикрывать свое поспешное отступление?..

Поначалу замысел Валтроис герои претворяли в жизнь без сучка и задоринки. Стража дома Праудмур с готовностью пропустила скрытых иллюзией ордынцев наряду с Рексаром в Тол Дагор, и те, спустившись в темницу, вызволили из заточения Эшвейн. Последняя немедля приказала ордынцам выпустить из камер воинов, сохраняющих ей верность, и те вступили в противостояние со стражами темницы, позволяя благородной леди и ее спасителям беспрепятственно скрыться. Пригодился и азерит: взрывчатку, изготовленную на его основе, ордынцы заложили в канализациннных стоках, через которые бежали, и случившийся взрыв унес жизни немалого числа стражей, устремившихся было в погоню.

Герои препроводили леди Эшвейн на борт «Воя баньши», где благородную леди встретила Сильванас. Военный вождь предложила Присцилле обсудить дальнейшее взаимовыгодное сотрудничество, и двое скрылись в каюте судна. Рексар и Валтроис проводили Темную Госпожу взглядом: похоже, Орда вновь на перепутье, и неведомо, приведет ли избранный ею путь к спасению... или же к гибели...

***

Агенты Орды, орудующие в Кул Тирасе, все чаще заявляли о себе. Как следовало из последних донесений, переданных Матиасу Шоу, противники совершили нападение на поместье Норвингтон, где исследователи Альянса проводили испытания изделий, созданных на основе азерита. Матиас велел чемпионам Альянса сообщить сии сведения Джайне Праудмур, и поскорее; взрывчатка, заложенная над ключевые военные корабли врага в Зулдазаре, остается на месте, но перед тем, как бросить все силы на атаку столицы зандалари, надлежит сперва удостовериться в том, что Орда не нанесет удар в спину в самый неподходящий момент.

Героя Альянса устремились в Боралус, прибыли в замок Праудуров, где разыскали Катерину, Джайну и ее брата Тандрера. Последний узнал о том, что ордынцы сумели поднять со дна мертвое тело Дерека, и наверняка воспользуются сим фактом, чтобы принудить их к опрометчивым действиям и заставить совершить ошибку. Впрочем, подобной радости Джайна ордынцам доставлять не собиралась.

Не успели герои доложить Праудмурам о произошедшем в Норвингтоне, как подоспевшая Таэлия сообщила: орда атакует верфь Энглпойнт, и ей наряду с подначальными солдатами пришлось покинуть селение – силы противника оказались велики. Джайна вздохнула: наверняка враг намеревается уничтожить находящиеся там морские врата. Нет, чародейка отправится в Зандалар не раньше, чем угроза ее родным землям окажется устранена.

Посему Джайна наряду с воителями Альянса и Таэлией поспешила к означенной пристани, в то время как Катерина и Тандред занялись мобилизаций солдат Кул Тираса, дабы отрезать ордынцам пути отступления – на суше и на море. Как и Джайна, Таэлия была уверена в том, что противник собирается уничтожить морские врата, дабы получить доступ к сердцу Тирагарда – ведь заметили лазутчики у напавших на верфь ордынцев взрывчатку, усиленную азеритом.

Прибыв в Энглпойнт, лицезрели герои дирижабли Орды, зависшие над городком и ведущие обстрел его. Здания уже занялись огнем, посему Джайна первым делом сотворила портал, ведущий в Боралус, и поддерживала его открытым, позволяя горожанам бежать в столицу, в то время как герои противостояли ордынцам, не позволяя тем приблизиться к чародейке.

И когда последние миряне проследовали в портал, Джайна присоединилась к героям Альянса в противостоянии Орде. Наряду с местным ополчением под началом Розалин Мэдисон разили они противников, надеившихся закрепиться в Энглпойнте. Заклинаниями Джайна уничтожала дирижабли, а солдаты пускали ко дну суда Орды, пытавшиеся войти в морские врата.

Воителям Орды удалось захватить взрывчатку, с помощью которой ордынцы надеялись уничтожить морские врата близ верфи. Джайна приказала приторочить оную к гарпунам и выстрелить теми из пушек по подходящим к Энглпойдну ордынским легионам... пустив те ко дну.

Немногочисленные ордынцы оставили Энглпойнт; вторжение в городок захлебнулось, и герои Альянса возвращались в Боралуну, дабы доложить Верховному командующему Халфорду об одержанной победе. Тот же велел воителям отправляться в оплот Альянса в Ксабале, ибо остающиеся там гномы сообщили о некоем замысле, который позволит им получить тактическое преимущество перед ордынцами.

Прибывшим героям гномы представили свое новейшее изобретение – устройство, увеличавающее в размерах любого, даже самого безобидного зверька, дарующее ему силу и ярость. Признались гномы, что идея создания устройства принадлежит Гронгу – одному из да’кани, гориллоподобных созданий, обитающих в джунглях Зандалара и обретших разум благодаря воздействию каджа’мита.

Перед тем, как приступить к полевым испытаниям устройства, герои наряду с Гронгом перебили рыщущих окрест гоблинов из картеля Трюмных Вод – не стоит представлять изобретение врагу раньше времени. Гронг по доброй воле вызвался стать подопытным образцом, надеясь, что, увеличившись в размерах и обретя новые силы, отплатит Орде за то, как обходится она с его сородичами. Ведь считают гоблины да’кани животными, и обходятся с ними соответственно.

Наконец, гоблины были мертвы, а плененные ими да’кани – свободны. Пришло время испытать устройство, и герои наряду с Гронгом проследовали в грот – обиталище да’кани. «С тех пор, как каджа’мит появился в нашем ущелье, я искал причины сего», - признался Гронг. – «Почему он наделил меня разумом? Каково мое назначение? И это устройство дало мне ответы. Мне было суждено помочь Альянсу одержать верх над Ордой. Если, вызвавшись подвергнуться воздействию устройства, я смогу спасти множество жизней, значит, в том и состоит мое предназначение».

Наряду с героями Гронг проследовал в Ксибалу, и гномы, проведя последние исследования, заключающиеся в измерении показателей силы, скорости и разума да’кани, постановили, что надлежит модифицировать устройство, дабы оказало оно воздействие на сей образец. Посему воители Альянса наведались в лагерь гоблинов неподалеку, где раздобыли начиненную азеритом руду.

Все было готово к проведению эксперимента, и Гронг позволил гномам обратить себя в оружие Альянса: практически лишенное разума, но обладающее поистине внушительными размерами и силой. Наряду с героями гигантский да’кани устремился на север, к Храму Пророка, где оставались ордынцы наряду с зандалари. В тот день Гронг в одиночку сразил сотни врагов, чем весьма и весьма впечатлил союзников.

Дабы не обратилось столь опасное оружие против них самих, гномы временно погрузили Гронга в сон с помощью транквилизатора; герои же доложили Верховному командующему об успехе полевых испытания оружия, которое наверняка пригодится в готовящейся осаде Дазар'алора.

Пока же Халфорд и Джайна намеревались вернуть похищенный ордынцами Скипетр Пучины – ведь в противном случае враг пустит их суда ко дну еще до того, как успеют те приблизиться к берегам Зандалара. Ныне находилась реликвия в сокровищнице зандалари, но Джайна сумела сотворить портал в пределы оной, а магистр Умбрик воззвал к магии Бездны, дабы сокрыть следы волшбы чародейки и позволить воителям Альянса проследовать в разлом.

Сопровождали героев Матиас Шоу и Флинн Файрвинд. Разя охранных големов, обходя многочисленные ловушки, добрались они до центральной залы сокровищницы, где подменили истинный Скипетр Пучин подделкой, загодя изготовленной заклинателями волн. Преследуемые могучим страж-духом, походящим на ожившую гору золота, герои бежали к порталу, и как только проследовали через него, Джайна прервала действие заклинания, заставив рифт исчезнуть.

***

Но даже теперь, когда взрывчатка находилась на боевых судах противника, а Скипетр Волн был вновь возвращен Кул Тирасу, сознавал Верховный командующий Халфорд, что в открытом противостоянии империи зандалари Альянсу не выстоять. Матиас Шоу предложил сподвижникам план, успешна реализация коего должна привести к скорому исходу основных сил зандалари и Орды из столицы Зандалара. «Мы заставим их выступить к Назмиру, подавлять очередную атаку Кровавых троллей», - постановил мастер над разведкой. К тому же, солдаты Альянса станут постоянно наносить удары воинству противника и отступать, а заклинатели волн с помощью Спектра Пучины скроют флот Альянса туманом, и смогут корабли беспрепятственно подойти к Дазар’алору с юга. Быть может, в течение нескольких недель удастся завершить эту затянувшуюся, бессмысленную войну...

Отряд добровольцев, следующих к Назмиру, возглавил дренеи Телаамон. Халфорд предупредил доблестного паладина, что надлежит подначальным тому воинам сыграть роль приманки для Орды, и велика вероятность того, что живыми они не вернутся. «Я это прекрасно понимаю», - отозвался Телаамон. – «Я зрел, как моя планета умирает – и все из-за непомерной жажды власти, присущей некоторым из моих сородичей. Если Орду не остановить, погибнет и твоя планета. Я готов заплатить любую цену, лишь бы этого не случилось, Халфорд».

Минуло несколько дней, когда герои Альянса, ведомые Телаамоном, прибыли, наконец, в топи Назмира, где встретились с Джайной Праудмур и Матиасом Шоу. Первым делом выбили они Кровавых троллей из близлежащей деревушки Заламар, обратили которую в свой оплот. Дабы ордынцы не прознали истинной численности сил Альянса, брат Пайк с помощью магии Скипетра Пучины окутал топи густым туманом – а также создал образы кораблей, подходящих к берегу Назмира. Буровые установки дворфов клана Темного Железа прорыли подземные тоннели, доставив свежие войска прямиком в топи, и присоединилось сие подкрепление к силам Телаамона.

После чего воители Альянса атаковали лагерь Орды в руинах Зул’джан. Противник должен был поверить, что противостоят ему основные силы Альянса, а не небольшой ударный отряд, и Джайна делала все, что в ее силах, дабы ввести врага в сие заблуждение.

Сломив сопротивление ордынцев, силы Альянса нанесли удар по Кровавым Вратам. Гномы воспользовались новой технологией, разработанной ими – «редеформатором»; устройство это позволяло им взять под контроль боевых ящеров зандалари, на спинах которых были установлены мощные орудия.

Множество зандалари и их союзников пало в тот день, и путь из Назмира в Зулдазар был открыт для Альянса. Лазутчики-зандалари доставили весть об идущем сражении в Дазар’алор, и костяк объединенной армии Орды и зандалари покинул столицу, устремившись к Кровавым Вратам, дабы дать бой воинству Альянса. Солдаты сей фракции, возглавляемые доблестным Телаамоном, держали оборону, сознавая, что их задача – задержать врага на время, достаточное для того, флот Альянса подошел к Дазар’алору и успел развязать сражение, станет которое переломным в войне.

Силы зандалари, выступившие к Кровывым Вратам, возглавила генерал Ракера; Натанос обещал устремившейся к Назмиру принцессе Таланджи незамедлительно отдать приказ армии Орды присоединиться к союзникам в топях. Кроме того, согласно донесениям, у побережья Назмира была замечена флотилия Альянса, посему корабли зандалари, оставив столицу, поспешили в означенный квадрат, дабы дать бой противнику.

Ордынцы сумели спасти Рохана, в одиночку противостоявшего Телаамону, и дренеи вынужден был отступить. Зандалари и их союзники продолжали наступление, оттестив силы Альянса от Кровавых Врат, а вскоре выбили те и из Зул’джана. Земли Назмира продолжал скрывать густой туман, и ордынцы наряду с зандалари вынуждены были признать, что не могут определить истинной численности врага, им противостоящего.

Таланджи приказала войскам следовать к Заламару, а после – к побережью, дабы уничтожить источник колдовского тумана и отправить ко дну флотилию Альянса. Ордынцы сразили Телаамона, после чего поспешили к побережью, ибо выяснили, что источник тумана – Скипетр Пучины, похищенный Альянсом из сокровищницы короля Растахана.

Разбив армию Альянса, зандалари и ордынцы обрели артефакт, и Таланджи развеяла туман, уничтожив Скипетр Пучины... с ужасом обнаружив, что флотилия противника – не более, чем морок! Лишь сейчас осознала принцесса, что угодили они в ловушку, и истинная цель коварного врага – Дазар’алор – столица, кою Растахан вынужден ныне защищать в одиночку!

Таланджи отдала приказ подначальным немедленно возвращаться в Зулдазар...

...Тем временем флотилия Альянса подошла к берегам Зулдазара. Гелбин Меккаторк привел в действие механизм детонации, и боевые суда зандалари взорвались, открывая врагу путь к цели. Воители Альянса наводнили нижние пределы Дазар’алора, схлестнувшись с защитниками столицы.

Наблюдая за начавшимся сражением с террасы на вершине пирамиды, Растахан воззвал к Бвонсамди, прося того о помощи. Отвечая на зов короля, лоа смерти призвал множество мертвяков, и выступила нежить на стороне защитников Дазар’алора. В сражении пал Гронг, но магия лоа обратила да’кани в мертвяка, и воителям Альянса пришлось покончить с недавним союзником, добровольно пожертвовавшим собою ради общего блага.

Во внутренние пределы пирамиды герои Альянса проникли через сокровищницу, где покончили со страж-духом, призванным в древние времена королем Дазаром. После же одержали верх над жрецами Конклава Избранных - служителями шестерых лоа, поклонялись коим зандалари. Проследовав в тронный зал, воители Альянса, ведомые Джайной, атаковали короля Растахана. На выручку тому пришел Бвонсамди, даровав монарху толику своего могущества.

Лишь сейчас Растахан с ужасом осознал, что соглашение, заключенное им с лоа смерти – проклятие, не благо. Пал монарх, моля свою дочь о прощении...

Вернувшаяся из Назмира объединенная армия Орды и зандалари достигла столицы, и изрядно потрепанные в недавнем сражении силы Альянса отступали к пристани. Гелбин Меккаторк наряду со сподвижниками прикрывал войска... когда атаковал его Галливикс, жаждущий отмщения. Торговый принц сумел повредить мех, которым управлял Меккаторк, но последний загодя установил в оный спасательную капсулу, в которой и скрылся, избежав гибели.

Ордынцы, ведомые Натаносом, достигли пристани, атаковали покидающие Зулдазар и выходящие в море суда Альянса. Заклинатели волн, находящиеся на одном из кораблей, призвали морское чудовище, Ламинарию, дабы сдержало то натиск противника.

Принцесса Таланджи вбежала в тронный зал, опустилась на колени пред умирающим отцом. И когда скончался тот, ощутила Таланджи, как энергии смерти наполняют ее – следствие сделки, заключенной Растаханом с лоа. «Бвонсамди», - прошипела она, и тот незамедлительно возник в нескольких шагах от зандалари. – «Что ты сделал со мной?» «О, папа не рассказал тебе о сделке?» - усмехнулся лоа. – «Он неисправим». Осознала Таланджи, в чем состоит нечестивый договор – бремя, которые ныне придется нести ей.

Исполненная ярости, требовала Таланджи доставить ей голову Джайны, ответственной за гибель Растахана. На борту одного из немногих уцелевших боевых кораблей зандалари воители Орды устремились вслед за флагманом флотилии Кул Тираса. В последовавшем противостоянии чародейка, в одиночку сдерживавшая натиск противника, была повержена, но каким-то чудом успела тепортироваться прочь. Своей цели она достигла: корабли Альянса сумели скрыться от преследователей...


Битва за Дазар’алор завершилась.

Воители Альянса вернулись в Боралус, где Халфорд Проклятие Драконов и Матиас Шоу доложили Андуину Вринну об успехе удара по Зандалару, высказав уверенность в том, что войну удастся завершить в течение нескольких недель. «Да, но какой ценой?» - отозвался король. – «Многие пали... жизнь Меккаторка висит на волоске. И я боюсь, что смерть Растахана разожжет огонь в сердцах зандалари».

«Он стал жертвой войны, Андуин», - изрек Генн Седогрив. – «Король должен быть готов пожертвовать собой ради народа безо всяких сомнений». «Я знаю это, Генн», - устало вздохнул Андуин. – «Но наша цель заключалась в том, чтобы вбить клин в отношения зандалари и Орды. Но, похоже, мы лишь сплотили их».

«Больше половины боевых кораблей зандалари мы уничтожили еще до начала сражения, а флот Орды изрядно потрепан», - заметил Верховный командующий. – «Их оставшиеся суда не выстоят против флотилии Кул Тираса». «Орда никогда не была столь уязвима», - согласился с Халфордом Генн. – «Мы должны нанести решительный удар... пока Сильванас не осуществила очередной грязный замысел». «Но если мы атакуем, пока зандалари оплакивают своего павшего короля, то опустимся на одну ступить с баньши», - молвила Джайна, и Матиас Шоу согласно кивнул: «Уверен, она уже решает, как использовать случившееся в своих целях».

«Мы должны продолжать сражаться», - постановил король, выслушав советников. – «Но при этом никогда не должны забывать о том, кем являемся и каковы наши идеалы». Присутствующие со словами монарха согласились; война закаляла молодого Андуина, и в глазах лидеров Альянса выступал он достойным приемником Вариана Вринна.

Халфорд, Генн и Матиас устремились прочь, Джайну же Андуин просил ненадолго задержаться. «Быть может, ты что-нибудь можешь сделать для Меккаторка?» - с надеждой осведомился король, но чародейка отрицательно покачала головой: «Механизм, который поддерживает жизнь в его истерзанном теле... я никогда не сталкивалась ни с чем подобным». «И наши жрецы ничем не в силах ему помочь», - вздохнул Андуин. – «В анналы истории войдет наша великая победа в Зулдаларе. Но радости я не ощущаю». «Битва дорого обошлась нам», - согласилась Джайна.

Андуин справился и о здоровье самой чародейки, ведь та в одиночку сдерживала лучших воителей Орды, позволяя флоту Альянса отступить. Джайна лишь устало отмахнулась: она жива, и хватит об этом. «Кстати, до меня доходили слухи о том, что случилось в Арати», - молвила чародейка. – «О моей старой подруге... Калии Менетил...» Андуин обещал поведать Джайне о Сборе и о судьбе, постигшей Калию...


В Дазар'алоре же проходили похороны короля Растахана. Отдать дань памяти великому монарху прибыли Бэйн и Натанос. Таурен разделял с Таланджи боль утраты, ведь и ему случилось лишиться отца, павшего в поединке с Гаррошем. Натанос призывал королеву зандалари к скорому отмщению... когда к каменной плите, пребывало на котором тело Растахана, приблизилась Сильванас. Не думала она, что молодой Андуин решится на подобный шаг, но, как бы то ни было, пролилась кровь, и месть Орды не замедлит себя ждать.

Обратившись к Таланджи, Сильванас высказала свои соболезнования, и поинтересовалась королева, остается ли их союз с Ордой в силе теперь, когда от флота зандалари мало что осталось. «Мы не отворачиваемся от своих союзников, Таланджи», - заверила правительницу военный вождь. – «В военной кампании нас постигла неудача, но... от поражения нам еще далеко».

Натанос осторожно заметил, что, согласно поступающим донесениям, Альянс продолжает атаковать по всем направлениям, и победа в войне для Орды становится все более призрачной. «Возможно, нам стоит начать переговоры?» - осторожно предложил Бэйн, и Сильванас смерила его презрительным взглядом: «Альянс убивает правителя зандалари, а ты говоришь о переговорах? Нет. Эта война не окончится, пока мы не одержим победу. Пока маленький львенок не преклонит колено пред моим троном».

Королева-Баньши велела сподвижникам проследовать на борт «Воя баньши», заверив их в том, что род Праудмуров дорого заплатит за смерть Растахана. Поднявшись на корабль, зрел Бэйн валь’киру пред гробом, пребывали в коем бренные останки Дерека Праудмура, и, осознав, в чем кроется замысел Сильванас, обратился к ней, спрашивая, чего она пытается добиться столь недостойным действом.

«Дерек Праудмур был героем Кул Тираса», - отозвалась Королева-Баньши, смерив разгневанного таурена холодным взглядом. – «Узнав о постигшей его судьбе, они непременно попытаются вернуть своего героя. И когда разум Дерека станет всецело принадлежать нам, мы позволим Праудмурам заполучить своего принца... дабы смог он прикончить их во сне». Надеялась Сильванас, что одним ударом покончит и с Катериной, и с Джайной, обратив Дерека в свое покорное оружие.

«Ты заходишь слишком далеко!» - воскликнул Бэйн, не веря ушам своим. – «Как долго ты будешь продолжать втаптывать в грязь нашу честь?!» «Для нас ныне существует или победа, или смерть, Бэйн», - отозвалась Сильванас. – «А над смертью властвую я».

Она сделала жест валь’кире, и та возродила Дерека Отрекшимся. Тот ужаснулся своему преображению, но Сильванас заверила мертвяка, что дает ему шанс воссоединиться с родными, и следует лорду Праудмуру быть благодарным ей за это. Дух Дерека пребывал в смятении: помнил он сражение, драконьих наездников, пламя... И сейчас испытывал ужас... и одиночество... Глядя на несчастного, осознал Бэйн, что Орда продолжает покрывать себя позором, и надлежит вернуть ее на истинный путь, пока возможность для этого еще существует.

Сильванас приказала сподвижникам поместить Дерека в зал ритуалов в Дазар’алоре, где прежде поклонялись зандалари духам-лоа. Стеная, Отрекшийся бился в магических оковах, моля о забвении и избавлении от сего тягостного, отвратного существования...


...Снедаемый подозрениями, Бэйн обратился к Таланджи с просьбой вновь призвать дух Вол’джина, ибо было у него немало вопросов к сущности старого друга. Забрав с собою глефу Вол’джина, ордынцы наряду с Бэйном проследовали в Занчул, где во внутреннем святилище храма уже дожидалась их Таланджи. Последняя провела ритуал призыва... и дух Вол’джина предстал собравшимся в чертоге.

Бэйн приветствовал старого друга, высказав свои сомнения: «Сильванас привела нас к победе над Легионом... Но после... она свершила немало деяний, идущих вразрез с честью, присущей Орде. Я должен знать... когда обратился к тебе голос, веля назвать ее следующим военным вождем... кому он принадлежал?» «Смерть... темна», - медленно произнес Вол’джин. – «Память моя уже не так, что прежде».

«Это был Бвонсамди?» - настаивал Бэйн. – «Он ожидал множество смертей, причиной которым она станет?» «Воспоминания... к ним мешают мне обратиться тени!» - воскликнул дух... а в следующее мгновение множество теневых порождениий возникло в святилище, атаковав героев Орды.

Те покончили с тенями, и дух Вол’джина задумчиво изрек: «Наверное, вы задаете действительно хорошие вопросы, если кто-то готов убить вас за это». Велел Вол’джин героям принести глефу на Изломанный Берег – туда, где некогда пал он в противостоянии демонам Легиона. Возможно, в том месте, где пролилась его кровь, еще живы воспоминания...

Покинув храм, устремились герои наряду с Бэйном на Изломанные Острова, где дожидался их шаман Чернорогий. Поскольку Таланджи осталась со своим народом, именно он, бережно приняв глефу в руки, призвал дух Вол’джина, и ощутил тот отголоски воспомнаний того судьбоносного дня. Клинки демонов пронзают его тело... Ощущение, что лоа отринули его, лишив своего благословения... Лоа хранят молчание... Бвонсамди не отвечает – не слышит или не хочет?..

«Кто-то действительно помогал нашим врагам в тот день», - резюмировал дух Вол’джина, но большего вспомнить он не мог – некая сила упорно продолжала скрывать его воспоминания. Посему Вол’джин просил героев следовать в Оргриммар, где на погребальном костре было предано огню его тело. Возможно, иные образы явят себя ему...

В Оргриммаре дух Вол’джина призвал мастер Гадрин, и сущность увлекла за собою героев в Тени. Обнаружили себя ордынцы в блеклом отражении Оргриммара – мире загробном, обитали в котором лишь бесплотные духи умерших орков. Рассказывал Вол’джин спутникам, сопровождающих его к Крепости Громмаша через Долину Силы, что в посмертии ожидал узреть лоа – Бвонсамди ли, Шадру, Хир’еека или иных...

«Вы ищите запретное знание», - шипели тени, атакуя ордынцев, и растворяясь, когда разили те их. «Я ощущаю некую сущность», - изрек Вол’джин, вспоминая. – «Помню, она увлекла меня куда-то – но не помню, куда именно. Она позаботилась о том, чтобы истина о произошедшем не стала известна...»

Проследовав в теневое отражение Крепости Громмаша, Вол’джин пришел ко вполне очевидному – и откровенно пугающему – выводу: «Возможно, не лоа желали, чтобы Сильванас стала военным вождем, а нечто, куда более могущественное, нежели они».

Запечатанные воспоминания, духи-тени, атакующие героев, а также целый ряд мертвецов, коих оставила за собой Сильванас на пути становления военным вождем. Смерти, слишком много смертей... Предлагал Вол’джин ордынцам перемолвиться словечком с Бвонсамди. Конечно, подобный ход не совсем в его стиле... однако в то же время исключать возможность того, что именно лоа смерти стоит за произошедшим, преждевременно.

Волею духа павшего военного вождя герои покинули Тени, поспешив вернуться в Зандалар, где проследовали в Некрополь Назмира – обиталище лоа смерти. Вскоре прибыли в руины сии Бэйн и Таланджи. Выслушав рассказ ордынцев о недолгом их пребывании в Тенях и предположениях Вол’джина, правительница зандалари скептически нахмурилась, молвив: «Не верю я, что Бвонсамди нашептывал Вол’джину, когда пребывал тот на смертном одре. Назвать Сильванас ‘верховным вождем’... честно говоря, он не очень жалует нежить. А Сильванас, в свою очередь, недолюбливает мертвых».

Проследовав во внутренние пределы Некрополя в сопровождении ордынцев и Бэйна, Таланджи почтительно обратилась к Бвонсамди: «Лоа смерти, твой слуга, Вол’джин, взывал к тебе, но ты остался глух к его мольбам». «Что?» - удивился лоа. – «Поверь, ты ошибаешься, Таланджи».

«Говори напрямую!» - выкрикнул Бэйн, выступив вперед. – «Это ты нашептал Вол’джину назвать Сильванас ‘военным вождем’?» «Да зачем мне это?» - отозвался Бвонсамди. – «Да, я всецело ратую за войны и смерть, но Сильванас... уж слишком далеко она заходит. К тому же, есть у нее отвратная привычка оставлять себе то, что она убивает! Нет, ваш военный вождь не станет другом для старика Бвонсамди».

И все же слова Таланджи весьма встревожили лоа смерти. Предположил он, что сущностью, обращавшейся к Вол’джину, вполне мог быть Король Мертвых, ведь Ледяная Корона выступает якорем, связующим мир живых с миром мертвых. Или же древняя валь’кира Эйр, пребывающая в своем обиталище в Скольд-Ашиле, что в Штормхейме.

Бвонсамди сотворил портал, проследовав через который, герои, Бэйн и Сильванас оказались в цитадели Ледяной Короны, проследовали к Ледяному Трону. Дух Вол’джина обратилась к Королю Мертвых, спрашивая, его ли голос слышал он, находясь при смерти. «Интриги Королевы-Баньши угрожают равновесию в сем мире», - прозвучал ответ того, кто прежде был известен как Болвар Фордрэгон. – «Я непричастен к случившемуся». «А имеешь ли отношение к тому, что мой дух остается в этом мире?» - настаивал Вол’джин, и отвечал Король Мертвых: «Вол’джин, ты побывал на Иной Стороне и вернулся, изменившись... куда больше, чем сам осознаешь».

Король Мертвых велел гостям убираться, и поскорее – им нет места здесь, во владениях Плети. Множество мертвяков устремилось к Ледяному Трону, и ордынцы наряду с Таланджи бежали через портал обратно в Некрополь.

Ныне путь их лежал к Скольд-Ашилу, и, достигнув сих пределов через иной наведенный лоа смерти портал, проследовали они в Хранилище Эйр. Заметила Таланджи, что дух Вол’джина становился все сильнее, и ей уже не требовался ритуал, чтобы удерживать сущность тролля в мире смертном.

Валь’киры не желали видеть в своих владениях Бэйна, коего почитали за служителя Королевы-Баньши, и Таланджи, состоящую в союзе с ненавистным Эйр Бвонсамди. Приблизиться позволила Эйр лишь духу Вол’джина, и поинтересовался тот, не она ли вернула дух его с Иной Стороны в сей мир. «Теневой охотник, ныне ты – не просто дух», - отозвалась великая валь’кира. – «Создать то, чем ты стал, не под силу даже мне».

«Но кто может обладать подобной силой?» - не сдавался Вол’джин. – «Быть может, тот, кто принудил меня назвать ‘военным вождем’ Сильванас?» «Тебя коснулась длань доблести», - изрекла Эйр. – «Подобная благородная сила не плетет интриги ради восхождения на смертные престолы». «Стало быть, тот, кто нашептывал мне – не тот, кто отправил меня назад?» - уточнил дух, и отвечала валь’кира: «Ты получил то знание, которым я была готова поделиться с тобою. Уходи, и никогда боле не возвращайся».

Вернувшись в Некрополь, поведали герои Бвонсамди о речах Короля Мертвых и Эйр, отрицающих свою причастность к произошедшему с Вол’джином. Предположил Бвонсамди, что ответы дух обретет лишь в мире мертвых, но на Иную Сторону должен тот отправиться в одиночку.

«Король Мертвых меня не возвращал», - задумчиво произнес Вол’джин. – «Ровно как и Эйр. Бвонсамби озадачен так же, как и мы сами. И никто из них не желает видеть Сильванас во главе Орды». «Как бы то ни было, она – военный вождь Орды», - напомнила духу Таланджи. – «Я сделаю все, чтобы удостовериться в том, что править она будет справедливо». «Зандалар выстоял благодаря твоей доблести, Таланджи», - почтительно обратился дух к королеве зандалари. – «Твой отец мыслями пребывал в прошлом, грезя о величии древней империи троллей. Но ты смотришь в будущее... на то, чем стали тролли ныне. Призывай мой дух, когда понадобится тебе совет от старого вождя. А сейчас я отправлюсь на поиски ответов. И если в тенях скрываются новые враги, я начну охоту на них... пока они не начали охоту на нас».

Произнеся сие напутствие, дух Вол’джина исчез...


Альянс и Кул Тирас восстановили былые связи, однако Джайна желала сделать символический жест в ознаменование сего союза и даровать Андуину Вринну флагманский корабль, сойдет который с верфей ее державы. Знала лорд-адмирал, что проживает в Кул Тираса непревзойденная мастер-корабел Дориан Этвотер – к сожалению, несколько лет назад отошедшая от дел. Надеялась Джайна разыскать ее и просить верховодить созданием судна, предназначенного для Верховного Короля.

Сайрус Крестфолл сопровождал героев в поисках Дориан. Первым делом направились они в Долину Песни Штормов, проследовали в Бреннадам, и, расспросив люд, сумели отыскать жилище мастера-корабела. Последняя согласилась откликнуться на просьбу адмирала, призналась, что корабли строил она в тайной гавани, до последнего не позволяя никому зреть свои творения.

Воители Альянса расправились с к’тирами и иными порождениями глубин, занявшими гавань, после – не привлекая к себе излишнего внимания – наладили Дориан постоянные поставки необходимого количества древесины и металла.

Когда строительство судно близилось к завершению, Джайна назначила капитаном оного своего брата Тандреда, а тот подобрал себе команду. После чего брат Пайк, стремящийся вернуть славное имя заклинателям волн, благословил величественный корабль, зачаровывая его.

На борту сего судна прибыла Джайна в Штормвинд, поведав пораженному Андуину, что корабль сей дарован ему и выступает формальным подтверждением союза Альянса с Кул Тирасом.


Ордынцы собрались в Зулдаларе, дабы наблюдать церемонию коронации Таланджи, на которой та непременно объявит подданным о союзе с Ордой. Желала принцесса, чтобы в час церемонии, пройдет которая на ступенях Занчула, присутствовали воители Орды, оказавшие немалую помощь ее родине в последние недели и месяцы. В сем священном ритуале лоа заглянут в душу Таланджи и решат, достойна ли та возглавить народ зандалари.

Но когда церемония готова была уже начаться, из Зокало прибыла посланница, и, обратившись к Таланджи, сообщила, что в селении сем начался бунт – далеко не все подданные приветствовали ее коронацию, считая марионеткой Бвонсамди.

Откликнувшись на просьбу Таланджи, воители Орды поспешили в Зокало, схлестнулись с громящими дома и торговые лавки мятежниками, вещавшие о верности своей некоей «Белой Вдове». Повергнув зачинщика мятежа, ликтора Малзона, герои пощадили его, ибо признался он, что Белая Вдова наполнила сердце его ложью.

Но и в иных областях империи троллей вспыхивали мятежи, и сознавала Таланджи, что слишком уж своевременно возникают они. Против власти дочери Растахана выступали не только простолюдины, но и жрецы, прелаты и друиды!

Таланджи проследовала во внутренние пределы Занчула, дабы обсудить происходящее с новым Советом Занчули, вошли в который друида Лоти, тортоллан Лашк, дикий тролль Джо’нок, генерал Ракера и верховный ведун Раал.

Обратившись к Совету, Таланджи – согласно церемонии – вознамерилась просить входящих в него индивидов пред очами лоа присягнуть ей на верность... когда советники оказались заключены в коконы паутины, а из теней зала выступила женщина-зандалари, и, обратившись к пораженной принцессе, насмешливо произнесла: «Позволь представиться. Я – Самара. Я – шепот среди оглушительных воплей. Я паук, а вы – жертвы, бьющиеся в моей паутине». «Это ты виновна в том, что творится в моих землях!» - воскликнула принцесса, и женщина отрицательно покачала головой: «Даже теперь ты не видишь, на ком лежит вина. И за это ты умрешь».

Множество пауков наводнило зал, и герои вступили в противостояние с сими тварями. Сразили они как арахнидов, так и Белую Вдову, после чего Таладжи вознамерилась продолжить церемонию, проследовала в следующий зал, где предстал ей лоа-жаба Краг’ва. «А, маленькая почти королева», - приветствовал он Таладжи. – «Скажи, что ты готова отдать ради тех, кого поклялась защищать?» «Все, что есть», - уверенно заявила принцесса. – «Даже свою жизнь, если придется».

Дабы узреть доказательство сего утверждения, Краг’ва обратил одного из сопровождавших Таланджи ордынцев в насекомое, велев принцессе защитить его от здоровенных жаб, жаждущих отведать сие лакомство. К счастью для означенного героя, Таланджи с вверенной ей задачей справилась, и Краг’ва даровал принцессе свое благословение.

На следующей террасе Занчула Таланджи предстал лоа Гонк, молвил: «Мы сильны в стае. Чтобы защитить наш дом, мы объединились, сражалась вместе. Но кто твоя стая?.. Безусловно, это зандалари... но что насчет союзников? Тортолланы, вулперы?.. А Орда?» Обратив взор на воителей Орды, Гонк велел тем одним присутствием своим напоминать правительнице о том, кому должна принадлежать ее верность, а ответ на заданный лоа вопрос она должна дать для себя сама.

Следующей лоа, вознамерившейся испытать претендентку на престол, стала Па’ку, птеррордакс. Испытание последней заключалось в необходимости подняться по ступеням на следующий ярус пирамиды – вопреки сильнейшему ветру, грозящему сбросить фигурку Таланджи с гигантской высоты вниз... И все же исполненная решимости принцесса исполнила волю Па’ку, обрела тем самым ее благословение.

Последнее испытание прежде проводил Резан, лоа королей, но его больше нет... Посему предстоит Таланджи встреча с лоа, избрал коего для себя Растахан – Бвонсамди. Лоа смерти витал во внутреннем святилище Занчула, и зрелище сие привело принцессу в ярость. Да, выбор, сделанный ее отцом, откровенно претил Таланджи, но навряд ли была она в силах что-либо изменить.

«Если тебе так не терпится от меня избавиться, могу предложить сделку», - буднично заметил Бвонсамди. – «Принеси мне голову военного вождя Орды, и я забуду об уговоре с твоим отцом». Слова лоа смерти поразили Таланджи, и все же ответила она категорическим отказом: «Орды была рядом с нами в самый темный час. Я не отплачу им предательством. Честь для меня превыше свободы». Вздохнув с досады, Бвонсамди отмахнулся: «Ладно, ступай, надевай свою корону».

Лоа, советники и духовные наставники признали новую королеву; мнения народа разделились, но большинство выказало поддержку Таланджи. С вершины Занчула обратилась та к собравшимся у основания пирамиды верноподданным, возвестив: «Народ Зандалара! Я прошла испытания лоа, но осталось последнее – заслужить ваше доверие. Многие сомневались в моем решении заключить союз с Ордой. Но без помощи Орды нас бы сокрушила собственная гордыня. Союзники дали Зандалару новую силу. Нашу империю ждет славное будущее, и мы встретим его вместе. Вы со мной?» Зандалари криками и овациями высказали поддержку своей королеве...

По возвращении в Дазар’алор Таланджи пригласила Сильванас Ветрокрылую в тронный зал, где подтвердила: зандалари выступят союзниками Орды, и станут вместе противостоять Альянсу... на равных. «На равных?» - изогнула бровь военный вождь, ожидавшая, что объявит Таланджи о вступлении Зандалара в состав Орды, но не о союзе равных. «Королеве не годится преклонять колена», - пояснила Таланджи, и Сильванас, не позволяя эмоциям отразиться у нее на лице, склонила голову, принимая озвученное решение.


Действия Сильванас переполнили чашу терпения Бэйна. Да, они находятся с Альянсом в состоянии войны, но есть определенные линии, переступать которые нельзя ни при каких обстоятельствах. Посему, велев Валире Сангвивар отправляться в Боралус, разыскать Джайну и назначить той встречу у побережья Терамора, вождь тауренов обратился за помощью к доверенным героям, просив тех о помощи в освобождении Дерека Праудмура. Считал он, что использовать подобное «оружие» против его же семьи – донельзя низко, и нет в этом чести.

Содержался Дерек в трюме корабля «Сладкая месть», зашедшего в Пристань Грабежей за припасами. Зеллинг, выступавший сподвижником Бэйна, доставил последнего наряду с ордынцами к означенному судну на лодке, и герои, перебравшись на борт, перебили членов команды – всех до единого, ибо возглавляли тех фанатично преданные Темной Госпоже Отрекшиеся.

Ордынцы освободили Дерека из клети, в которой тот содержался, после чего Зеллинг волшбою своей направил захваченное судно к Терамору...


Весть о побеге леди Эшвейн из Тол Дагора достигла командования Альянса, и Халфорд отрядил одну из своих агентов – гному Келси Стальную Искру – на поиски беглянки. Последняя прислала весть о том, что обнаружила пособников благородной леди в Свободной Крепости, и запросила подкрепление. Командующий велел чемпионам Альянса спешить к означенной твердыне и оказать Келси поддержку.

Поведала гнома прибывшим героям, что окрест пребывает немало верных Эшвейн воинов, но неведомо, знают ли те о местонахождении Эшвейн и ее замыслах. Как бы то ни было, воители Альянса атаковали лагерь сподвижников Эшвейн, и, перебив немало противников, отыскали среди пожитков тех странно письмо, написанное с помощью некоего шифра.

К счастью, ключ к расшифровке оного оказался у предводителя сподвижников Эшвейн, Хаугтона Франсиса, и устройство сие оказалось кольцом. Прикончив последнего, герои передали кольцо Келси, и гнома сумела расшифровать найденное письмо. Да, оно действительно оказалось от Эшвейн, и сообщала та Франсису, что сумела бежать из Тол Дагора, и непременно возглавит своих последователей, но сперва должна встретиться с неким весьма важным индивидом.

Вернувшись в Боралус, герои передали письмо Верховному командующему, Джайне Праудмур и Матиасу Шоу. Предположили те, что Эшвейн ныне состоит в союзе с Ордой... но письмо написано несколько недель назад, и с тех пор от беглянки никаких новостей – возможно, встреча ее с «важным индивидом» прошла не так, как было задумано.

На борт «Искупления ветра» ступила Валира Сангвивар, заявив о том, что должна передать сообщение для лорда-адмирала. «Мы можем доверять ей?» - нахмурилась Джайна, смерив взглядом Кровавую эльфийку, и Матиас утвердительно кивнул: «Король Вариан доверял». «Хорошо, я выслушаю ее», - молвила чародейка.

Обратившись к героям, с Валирой не знакомой, Матиас просветил их: «Будучи гладиатором, известный как Ло’гош, король Вариан сражался с Валирой Сангвивар рука об руку. Он доверял ей, и это позволило РШ:7 установить с ней... определенные отношения. Верность Валиры ныне принадлежит королю Андуину. Во время противостояния Легиону она показала себя... весьма достойно как агент-одиночка. Она может проникнуть туда, куда иные лазутчики даже не надеются. Нам следует выслушать ее послание».

Благодарно кивнув, Валира обратилась к Джайне, молвив: «Бэйн Кровавое Копыто хочет исправить несправедливость, совершенную в отношении твоей семьи. Он хочет тайно встретиться с тобой... на побережье Терамора». Чародейка разгневалась от столь вопиющего предложения, но Кровавая эльфийка пояснила: «У Королевы-Баньши шпионы везде... Терамор – одно из немногих мест, за которым она не следит».

Матиас советовал Джайне прислушаться к словам Валиру, не раз доказавшей свою верность роду Вриннов, и чародейка, поразмыслив, согласилась встретиться с Бэйном. Уж если сам Шоу, известный своим недоверием и паранойей в отношении буквально всех, ручается за эльфийку, значит, та действительно заслуживает доверия.

Так, флагман Альянса отправился к берегам Калимдора, где в означенном месте дожидалось прибытия его судно Орды. С борта на борт оказались переброшены сходни, и на палубу «Искупления ветра» ступил Бэйн... а за ним – Дерек Праудмур. Увидев брата, обращенного в нежить, Джайна пришла в ярость и потребовала ответа: неужто он ныне – послушная марионетка Сильванас?!

«Таков был план», - тихо и печально произнес Дерек, отводя взгляд, и гнев Джайны угас. – «Но Бэйн выкрал меня у Сильванас, и она не успела меня подчинить. Я все еще твой брат, Джайна, и я останусь им навсегда». Чародейка перевела взор на Бэйна, и таурен вздохнул, молвив: «Орду поразила болезнь. Пока мы воюем, Мать-Земля умирает. Мы позабыли о самом важном, и это ранит мое сердце».

«Сильванас убьет тебя за это», - выдохнула Джайна, - «и, возможно, не только тебя». «В чем ценность жизни, если ты идешь против своей природы?» - риторически вопросил Бэйн, после чего, простившись с Джайной и Дереком, вернулся на свой корабль...

Во время обратного вояжа к Боралусу Джайна и Дерек тихо переговаривались, оставаясь на палубе судна. «Поверить не могу...» - говорил Дерек. – «Когда я отправился в плавание, ты была еще ребенком. А теперь... лорд-адмирал!» «Многое изменилось, Дерек», - печально молвила чародейка. – «Я должна сказать тебе...» «Я знаю об отце», - мягко прервал ее Отрекшийся. – «Орда пыталась настроить меня против тебя лживыми речами. Но Бэйн рассказал, как все обстояло на самом деле. Вам с матерью и Тандредом действительно пришлось через многое пройти. Я рад, что вы снова вместе, но... куда ведет мой путь?» «Я не знаю», - честно призналась Джайна. – «Но вместе мы отыщем ответ».

Признала Джайна, что Дереку еще рано возвращаться домой, но теперь, вновь обретя брата, она останется с ним до конца, поможет примириться с осознанием тем своего нынешнего отвратного существования.


Знали Бэйн и Зеллинг, что, пойдя против воли Сильванас, подписали они себе смертный приговор. Однако Отрекшийся надеялся избежать казни, и направил корабль к верфи, которую незадолго до описанных событий захватили пираты Железной Волны. Ордынцам же надлежало сообщить Натаносу о том, что пираты похитили «Сладкую месть» и указать, где именно находится судно теперь. Надеялся Зеллинг, что обратит Сильванас свой гнев исключительно на пиратов...

Герои известили Натаноса о местонахождении корабля, и заверил их чемпион Сильванас, что немедленно отрядит к пристани воинов, чтобы покарать виновных. Но что-то в задумчивом взгляде Натаноса, которым смерил тот авантюристов, заставляло насторожиться...


Вернувшись в Боралус, узнали герои Альянса от лазутчиков, что активность наг в прибрежных водах в последнее время все возрастает... Но сейчас надлежало сосредоточиться на действиях Орды, число воинов которой в Крепости Боевого Клыка, возведенной в Долине Песни Штормов, увеличилось – и многократно.

Халфорд вознамерился заняться противостоянием нагам, в то время как Джайна возглавит отряд чемпионов Альянса, коий проследует к Крепости Боевого Клыка. Ведь лазутчики РШ:7, отправленные в сем направлении, исчезают один за другим. Матиас Шоу наряду с Келси устремился к оплоту Орды в Долине Песни Штормов, и – сгинул бесследно, как и остальные.

Достигнув долины, герои разыскали Келси – живую и невредимую, однако поведала та о том, что иным агентам повезло меньше. Орда всеми силами скрыться скрыть от Альянса суть своей деятельности здесь, в Крепости Боевого Клыка, посему воители сей фракции сразили немало лазутчиков, дерзнувших приблизиться к их оплоту.

Окрест орудовали гоблинские мехи, направленные сюда по приказу Галливикса, валящие деревья в лесах близ крепости, сопровождали механизмы орочьи патрули. Матиас Шоу сумел выяснить, что по неведомой причине военный вождь призвала в оплот всех иных лидеров Орды и их союзников. К сожалению, сил у них недостаточно, чтобы атаковать и надеяться покончить и Сильванас, почему Матиас предложил герою затаиться на нависающем над крепостью скальном утесе и наблюдать за происходящим.

Обратившись к собравшимся на крепостном дворе. сподвижникам, Королева-Баньши отчеканила: «Похоже, среди нас появился предатель. Дерек Праудмур не сумел бы в одиночку добраться до Кул Тираса, верно... Зеллинг?» Сильванас пристально воззрилась на Отрекшегося, а Натанос вскинул лук, готовясь выпустить стрелу в того.

«Хватит!» - выступил вперед Бэйн. – «Это я вернул Дерека его семье. Ты создала его Отрекшимся, но собиралась лишить его свободы воли, подчинить его разум. Я не мог остаться в стороне и позволить подобному случиться». «Спасибо за честность», - прошипела Сильванас, сделала знак Натаносу, и тот выпустил стрелу, покончив с Зеллингом.

На лицах собравшихся отразилось потрясение, а Бэйн взревел в ярости: «Баньши! Неужто все мы – лишь марионетки в твоей игре? Ты предаешь Орду!» «Нет», - отозвалась Сильванас. – «Предал он. Как и ты». Военный вождь приказала воинам заключить Бэйна под стражу, и когда окружили те таурена, с горечью возвестил он: «Остальные поймут, что ты собой представляешь. Ты приведешь Орду к гибели!»

«Среди нас нет места слабым», - произнесла Сильванас, и, пристально вглядываясь в лица лидеров Орды, молвила: «Помните, кому принадлежит ваша верность». Что ж, Темная Госпожа дала понять остальным, что не потерпит неповиновения и инакомыслия, но... не перегнула ли она палку?

О случившемся герои доложили Джайне, остававшейся в Боралусе, и призналась та, что на протяжении многих лет сопереживала Сильванас за то, что сделал с той Артас. И, как оказалось зря... Постановила чародейка: как только отбросят они наг, нанесут противнику последний, решающий удар...


Келси Стальная Искра просила чемпионов Альянса разыскать ее подругу Саффронетту Фливверс, входившую в отряд Лиги Исследователей и бесследно сгинувшую в Танарисе. Знала Келси, что Саффи была схвачена гоблинами, вынуждена сотрудничать с ними... а после – сгинула во взрыве.

Прочесав пески Танариса, обнаружили герои Саффи и сопровождавшего ее гоблина, Гриззека, скрывавшихся от миньонов Галливикса. Саффронетта поведала воителям Альянса, что теперь, когда их считают погибшими, они могут заниматься исследованиями азерита, не опасаясь преследования. Гнома просила рассказать о том, что она выжила, лишь Келси; будет лучше, если все остальные продолжат верить в ее гибель...


Герои как Альянса, так и Орды, повстречали в землях Назмира Магни Бронзобородого, прибывшего сюда в поисках возможного способа спасти Азерот, ведь продолжает планета кричать от боли. Воители сопроводили Вестника Азерот к Улдиру, где приветствовал их Бранн. Поведал последний героям о том, что брат его всегда готов был взвалить на свои плечи тяжесть всего мира – и в бытность королем Железной Кузни, и сейчас, обратившись в Вестника. «Когда он обратился в алмаз, мы думали, что никогда боле не увидим его», - говорил Бранн. – «Что он пожертвовал собою ради нас. Но то оказалось лишь началом. Теперь он может слышать все, что говорит Азерот, ощущать ее боль. Он сделает все возможное, чтобы исцелить наш мир».

Именно Бранн пригласил Магни в Улдир, утверждая, что Мать может оказать им неоценимую поддержку в исцелении планеты. Конструкт титанов, лишь узрев Вестника, осознала, что присутствие его говорит о некой весьма серьезной угрозе миру. «Именно», - подтвердил Магни. – «Нам необходима твоя помощь. Азерот умирает, и мы не можем исцелить ее». «Ошибка», - изрекла Мать. – «Улдир создан для заключения Старого Бога и экспериментов над ним. Восстановление планеты не входит в возможные параметры. Рекомендация: переместить Мать в комплекс ‘Чертог Сердца’».

Указала хранительница посетителя на телепортирующее устройство, позволяющее перемещаться между комплексами титанов, пребывающими в Азероте. Координаты Чертога Сердца находятся в артефакте - Сердце Азерота, и, стало быть, устройство возможно привести в действие.

Бранн пришел в восторг: прежде он и не мыслил о том, что подобные телепортирующие устройства существуют!..

К несчастью, часть систем комплекса оставались поражены тлетворными энергиями Бездны, и когда попытались герои привести в действие портал, возникли в чертоге разломы в реальности, и хлынувшие из них порождения Бездны атаковали Мать. Последняя, активировав протокол сдерживания вероятного заражения, противостояла могучему К’тксу, и когда пал он, чертог оказался очищен он низших порождений и тлетворных их энергий, а в центре помещения возник сияющий портал.

Посредством оного Мать наряду с Магни, Бранном и героями переместилась в Чертог Сердца. «Теперь ты сможешь изыскать способ исцелить Азерот?» - с надеждой обратился Магни к конструкту, и отозвалась та: «Получаю доступ к архивам Чертога Сердца. Полный анализ займет ориентировочно 77 циклов». «Лишь анализ?» - в голосе Магни звучало отчаяние. – «А когда к действиям-то перейдем?» «Вычисляю», - лаконично молвила Мать.

Магни поблагодарил героев за помощь, обещая известить их сразу же, как Мать отыщет ответ...


Воители Альянса и Орды противостояли атакам наг, воспрявших, казалось, повсеместно. Сии обитатели глубин покидали морские пучины, нападали на прибрежные поселения... И однажды, отразив подобную атаку, обнаружили герои металлический медальон, коий не замедлили показать тортоллану Коджо, сведущему в наречии наг.

Изучив медальон, Коджо пришел к выводу, что начертаны на поверхности медальона приказы от королевы Азшары, согласно которым подданные ее должны продолжать атаки, дабы захватить могущественные артефакты, располагает коими противник. Один из подобных артефактов Коджо давеча обнаружил на неком алтаре, означившемся в дикоземье Долины Песни Штормов. Странный кинжал; тортоллан готов был поклясться, что тот нашептывает ему что-то, посему надеялся поскорее избавиться от сей проклятой вещицы.

То оказался Ксал’атат, Клинок Старой Империи, утративший практически все свои энергии, когда несколько месяцев назад герои использовали артефакты, дабы очистить от скверны меч Саргераса. После чего жрец попросту отбросил утративший силы клинок за ненадобностью...

И сейчас жертвенный кинжал молил своих новых владельцев позволить ему поглотить души, дабы восстановить былое могущество. И когда те, сразив клинком немалое число рыщущих окрест монстров и лиходеев, утолили его голод, Ксал’атат согласился дать им ответы на вопросы о происходящем ныне.

«Наги - слуги Н’зота - готовятся к возвращению своего господина», - прозвучал в разумах героев голос кинжала. – «Они собираются создать страшный шторм, погибнут в котором все иноверцы. Для ритуала сего необходимо три древних артефакта: из Пустоты, из шторма и из океана. Я чувствую, как реликвия Пустоты взывает ко мне. Она наделяется силой... или скверной. Вижу, что пребывает она на высоком утесе, нависающем над морем».

Следуя воле Ксал’атата, указывающего направление, герои устремились в земли Друствара, где наги, окружив Камень Пустоты, пытались превозмочь защитные чары артефакта, обрести его могущество. Сразив наг, воители обрели реликвию Пустоты, и Ксал’атат, поглотив толику энергий ее, сумел преобразиться, представ героям в призрачном обличье эльфийки.

Следующим артефактом, указал на который Ксал’атат, стал трезубец; прежде обладал им могущественный нага, теперь же прибрал реликвию к рукам один из пиратов. Разыскав лагерь пиратов Железной Волны, герои перебили тех, обнаружив в сокровищнице корсаров Трезубец Глубокого Океана.

Третьей искомой героями реликвией стала корона, именуемая ‘Призывом Шторма’. «После падения Атал’Грала обрел артефакт прожорливый Тоатана», - изрек Ксал’атат, чье призрачное воплощение стало ныне куда более осязаемым. – «Он всегда был одержим реликвиями морских глубин. Из-за своей жадности Тоатана оказался заключен в пещере, покинуть которую не в силах».

Устремились герои к берегам Вол’дуна. Шепот клинка продолжал звучать в разумах их, и сулил кинжал великую и славную судьбу, им уготованную. Разыскав пещеру Тоатаны – гигантского краба, воители покончили с ним, обретя корону.

«Осталось сделать лишь один шаг, и откроется великая истина!» - возвестил Ксал’атат. – «Нага стремились сотворить свой шторм в месте древней силы. За прошедшие века сменилось оно немало название, но вы, смертные, именуете его ‘Пропастью Забвения’».

Пребывали означенные руины в дикоземье близ Святыни Штормов. Ступив в них и спустившись в Горнило Штормов – ужасающие руины, простирающиеся в глубинных пределах Святыни, обнаружили герои себя в помещении, стены и пол в котором заменяла плоть, и взирал на них гигантский чудовищный глаз. Следуя указания Ксал’атака, герои возложили на пол чертога три реликвии.

Возвестил принявший эльфийское обличье кинжал: «Услышь меня, Бог Глубин! Я привел к тебе Несущего Истину... Факел, Озаряющий Путь!» С ужасом осознали герои, что сковали их некие колдовские силы, невозможно которым противиться, а Ксал’атак продолжал: «Вспомни же наше соглашение... и даруй мне избавление от моей собственной судьбы!»

«Иди...» - прогремел под сводами чертога глас Н’зота, - «но клинок должен остаться... чтобы служить моей воле». «Справедливо», - изрекла эльфийка, и, бросив последний взгляд на героев, не ожидавших подобного исхода, исчезла в сотворенном ею портале.

Чудовищное око Старого Бога воззрилось на обездвиженных героев, и изрек он: «Я грезил о ваших судьбах, смертные. Направлял ваши действия. Близок час, и то, что затонуло, будет явлено миру вновь. Все, что пребывало во сне... пробудится. Примите же мой дар и узрите истину пред собою!» Коснулся Старый Бог разумов героев... и сознание оставило тех...

Придя в себя, поспешили авантюристы покинуть Горнило Штормов, не ведая, что дар Н’зота отныне пребывает с ними и выступают они очами Старого Бога в Азероте. Поспешив вернуться в Боралус, поведали герои о случившемся брату Пайку, и подтвердил тот их опасения: похоже, Н’зот готовится вновь заявить о себе. О том, как избавить авантюристов от дара Н’зота, заклинатель волн не ведал, но ощущал, как щупальца Старого Бога все глубже проникают в разумы и души их.

Коварный разумный кинжал обвел героев вокруг пальца, и ныне артефакты пребывают в руках врага! Надлежит воителям вновь проследовать в Горнило Штормов, вернуть реликвии и удостовериться, что не успеют наши свершить задуманное, призвав свой шторм... или еще что похуже...

Вновь ступив в Горнило Штормов, лицезрели герои двух миньонов Н’зота, Закасжа и Фа’туула, вершащих над реликвиями колдовской ритуал... И когда пали те, разверзлась гигантская пасть под ногами у воителей, и пали они вниз – в глубинные пределы, осознав, что пребывает здесь, в Горнило Штормов, часть исполинской туши пробуждающегося Старого Бога.

Противником героев выступил могучий нага, Уу’нат, выступающий предвестником возвращения в Азерот своего повелителя. Гигантское око Н’зота с интересом следило за противостоянием, и когда сразили герои нагу и вновь обрели три реликвии, в разумах их прозвучал глас Старого Бога: «Вы действительно те, кого я искал. Те, которые обратят волну. Мои грезы отныне станут вашими. Круг звезд, обретший плоть... Она укажет вам путь. Придите же... Близится час, когда все глаза откроются...»

Воители Альянса и Орды покидали Горнило Штормов, терзаемые недобрыми предчувствиями. Сознавали они, что вскоре познает Азерот куда более тяжкие испытания, нежели затянувшееся противостояние двух лагерей смертных рас. И неведомо, удастся ли израненному миру уцелеть, или же гибель его неизбежна...

  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  
Web-mastering & art by Bard, idea & materials by Demilich Demilich