Demilich's

Антология

~ Междуцарствие ~

История сия начинается в 582 год Второй Эры, в эпоху Междуцарствия, когда на троне Тамриэля нет законного Императора и Драконьи Огни не горят, а власть в Империи сосредоточена в руках правящего дома Тарн. Произошедший за четыре года до этого так называемый Взрыв Душ убил или свёл с ума множество магов. В Тамриэле бушуют войны и конфликты, и три военных блока выясняют между собой отношения на мировой арене.

Вторая Эра, эпоха хаоса, началась после смерти Императора Ремана III и его наследника – принца Джулиека от рук убийц. Власть перешла к Властителю-акавири Версид-Шаю, который жёсткой рукой правил Тамриэлем вплоть до своей кончины от рук убийц из Мораг Тонг в 324 году Второй Эры, после чего эта организация была объявлена вне закона на всей территории Империи.

Однако именно во времена правления Версид-Шая был подготовлен Акт о Гильдиях, подписанный в 321 году Второй Эры, благодаря которому были официально утверждено множество гильдий, включая знаменитые гильдию бойцов и гильдию магов.

После смерти Версид-Шая власть перешла в руки его сына — Савирен-Чорака, который правил до тех, пока его и всех его сторонников не убили в 431 году ассасины Тёмного Братства (по другой версии – Мораг Тонг). Со смертью последнего Властителя-акавири пришёл конец Второй Империи.

Наступил период, известный как "Междуцарствие". Гражданские войны и восстания захлестнули весь Тамриэль. Каждый хотел захватить Рубиновый Трон, и многочисленные "Императоры", сменявшие друг друга, правили так недолго, что их имена даже не попали в хроники.

Эпидемия Кнахатенского Гриппа, начавшая своё шествие в 2Е 560 году, прокатилась по юго-востоку Тамриэля, унося жизни племён котринги (и не только), в итоге полностью их истребив. Отголоски Кнахатенского Гриппа до сих пор отдаются в каждом уголке Тамриэля; и единственными, кто оказались иммунными к этой болезни, были аргонцы, что породило версию о том, что болезнь наслал один из аргонских шаманов.

В 2Е 572 году в северных и восточных регионах Тамриэля происходит второе вторжение акавири под предводительством Ада’Сум Дир-Камаля, которое прокатилось по землям Скайрима и Морровинда.

А в 2E 579 году случился Взрыв Душ - колоссальный магический взрыв, учинённый Маннимарко в Имперском Городе, последствия которого до сих пор отдаются в разных уголках Тамриэля: большинство магов погибло или сошло с ума, катастрофы и ужасная погода ударили по каждой провинции Тамриэля, в небе появилось созвездие Змеи, ставшее столь огромным, что затмило собой все другие знаки вместе взятые. Все эти события Второй Эры предшествовали текущему положению дел в Тамриэле.

***

В эпоху Междуцарствия сформировались три глобальных союза: Доминион Алдмери, Даггерфолльский Ковенант и Эбонхартский Пакт. Каждый был создан при разных обстоятельствах, но именно между этими тремя военными альянсами в 2Е 582 году и произошло основное противостояние. Кроме того, каждый из этих военных блоков считает необходимостью захватить провинцию Циродиил и Рубиновый Трон.

...Доминион Алдмери, самый молодых из союзов, был сформирован между народами алтмер, босмер и каджиит как ответ на внешнюю угрозу Империи и двух других альянсов — Даггерфолльского Ковенанта и Эбонхартского Пакта. Главой Доминиона Алдмери является Эйренн – молодая королева Алинора, коронованная в 2Е 580 году.

Первоначально королем Алинора должен был стать принц Неймон, следовавший за Эйренн по старшинству, поскольку наследница престола исчезла без следа в 2Е 563 году, прямо перед тем, как вся королевская семья собралась в Хрустальной Башне, чтобы отпраздновать поступление Эйренн в Лабиринт Сапиархов, где она должна была посвятить обязательные 3555 дней изучению королевской практики алтмер и церемониархии. Но, покинув дворец, до башни принцесса не добралась. Исчезновению Эйренн сопутствовало множество странных знамений: созвездие Леди словно ехало верхом на созвездии Коня, сферы Великой Обсерватории закружились в обратном направлении, а на вершине статуи Топала Исследователя нашли молодого орлёнка. Но в 2Е 580 году, перед самой коронацией Неймона, Эйренн на лебедином корабле причалила к порту Фэстхолда и предъявила на престол права как старшая из наследников. Верховный юстициарий подтвердил, что она имеет это право, и Эйренн была коронована 7 дня месяца Начала Морозов 2Е 580 года.

...Причиной сплочения королевств Скалистых Земель и подписания ими первого Даггерфолльского Ковенанта послужил поход Дуркораха Чёрного Змея, который в 2Е 541 году повёл свою армию ричменов на города Скалистых Земель. Захватывая и грабя оные, Дуркорах вскоре осадил Вэйрест. Пятьдесят семь дней ричмены, не имея ни флота, ни осадных орудий, безуспешно пытались взять город. Тогда, оставив значительное количество отрядов своих воинов в земляных укреплениях вокруг Вэйреста, Дуркорах отправился к Даггерфоллу, по пути разграбив Камлорн. Однако у стен Даггерфолла армия ричменов Дуркораха столкнулась с армией элитных рыцарей Вэйреста, которые прибыли в Даггерфолл на торговых судах. Среди рыцарей тогда сражался Эмерик — будущий король Вэйреста, и именно он сразил в схватке Дуркораха и обратил его войска в бегство. Через две недели после разгрома армии ричменов короли Даггерфолла, Камлорна, Шорнхелма, Эвермора и Вэйреста подписали первый в истории Даггерфолльский Ковенант, торговый и военный союз между этими королевствами.

На этом история Ковенанта не заканчивается. После смерти правящей семьи Вэйреста от Кнахатенского Гриппа, прокатившегося по континенту в 2Е 563 году, на трон Вэйреста взошёл король Эмерик. Поначалу он собирался жениться на дочери короля Рансера из Шорнхелма, одного из городов-государств Скалистых Земель, входящих в Даггерфолльский Ковенант. Однако впоследствии Эмерик выбрал Марайю — дочь короля Сентинеля Фахара’джада, красота которой покорила его при посещении Сентинеля. Этот брак поспособствовал подписанию торгового соглашения между Вэйрестом и Сентинелем, но испортил отношения с Шорнхелмом и королем Рансером, пришедшим в ярость от того, что Эмерик отверг руку и сердце его дочери. Целый год Рансер собирал войска. Он опустошил казну, покупая услуги наёмных воинов, и в 566 году, без объявления войны, двинулся на юг, в сторону Вэйреста. Так Вэйрест снова оказался в осаде. Рансер, имеющий лучшую военную выучку и дальновидение, чем пределец Дуркорах, пришёл к стенам города с осадными орудиями.

Но в час крайней нужды на помощь Вэйресту пришли редгарды и орки, при поддержке которых Рансер был разгромлен войсками короля Эмерика. После победы над королём Рансером был подписан второй или Великий Даггерфолльский Ковенант, в который, кроме королевств Скалистых Земель, вошло также несколько королевств Хаммерфелла и Орсиниум. На данный момент король Эмерик является не только королем Вэйреста, но и предводителем Даггерфолльского Ковенанта.

В 579 году Эмерик вел переговоры о заключении мира с Императором Циродиила Вареном, однако после исчезновения Императора и перехода власти в руки Кливии Тарн отношения между Империей и Ковенантом резко ухудшились.

...Эбонхартский Пакт был сформирован как невероятный союз между тремя противоречивыми народами: северянами, данмер и аргонцами, которых сплотила общая беда — второе вторжение акавири, произошедшее в 572 году. Предводителем акавири был Ада’Сум Дир-Камаль. Причины его нападения на Тамриэль неясны, возможно, он искал кого-то или что-то, известное под именем "Сосуд Предназначения". Миновав северную часть Тамриэля, войска акавири высадились в устье Белой реки к северо-востоку от Виндхелма. Вторжение стало полной неожиданностью, и город Виндхелм был быстро окружён и взят захватчиками-акавири. При штурме погибла королева Скайрима Мабьярн Огненные Волосы, и её дочь и наследница престола принцесса Нурнгильда, и даже подоспевший в это время на помощь осаждённому городу сын короля Йорунн со своим знаменитым "Отрядом Бардов" не смог предотвратить их гибель. Раненый и истощённый Йорунн смог, тем не менее, выбраться из осаждённого Виндхелма и отправиться за поддержкой к Серым Бородам, которые согласились помочь ему, призвав из Совнгарда героя - Вулфхарта Пепельного Короля.

Вместе с Вулфхартом Йорунн, провозгласивший себя Королём-Скальдом, воодушевил северян восточного Скайрима и поднял их на сопротивление захватчикам-акавири. Когда Дир-Камаль со своей армией дошел до границ Рифта, то решил обойти его стороной и двинулся в Морровинд в сторону Мурнхолда, решив, что северяне будут рады уходу войск акавири со своих территорий.

На территории Морровинда против армады акавири выступила сама Альмалексия, одна из живых богов Трибунала, вместе с генералом Танвалом из дома Индорил, однако Дир-Камаль продолжал свое шествие вплоть до восточного Стоунфоллса, где эльфы отступать прекратили и заняли глухую оборону, что серьёзно замедлило продвижение акавири. В это время в тылу войск акавири показалась армия северян, ведомая Йорунном и Вулфхартом, которые решили преследовать захватчиков до полной победы над ними. Возможно, что Йорунн и Альмалексия заключили ранее тайное соглашение, и охват войск акавири был частью их плана (хотя, согласно «Арктурианской ереси», Альмалексия знала о приходе Вулфхарта, и именно она, а не Серые Бороды, призвала его для совместной борьбы против Ада’Сум Дир-Камаля), а возможно, это была простая случайность. Так или иначе битва была жестокой, акавири бились до последнего, ожидая подкрепления — прибытия флота со стороны Внутреннего Моря. В то время, как флот акавири, уже виднелся на горизонте, произошло еще одно непредвиденное событие – на помощь армиям северян и данмер с юга прибыл отряд морских воинов — аргонцев под предводительством трех боевых магов. С их помощью армия вторжения акавири была разбита наголову, и никто не ушёл живым.

После уничтожения армии захватчиков Дир-Камаля совместными усилиями северян, данмер и аргонцев, Вулфхарт покинул смертный мир, вернувшись в Совнгард, а ещё три недели спустя Йорунн был коронован как Великий Король Скайрима. Вскоре в Эбонхарте был подписан договор между тремя расами о создании военного союза, известного с тех пор как Эбонхартский Пакт. Управляет Пактом Великое Собрание, главой которого также является Йорунн, Король-Скальд. И, несмотря на кажущуюся шаткость этого союза, Пакт остаётся относительно свободным от внутренних противоречий и конфликтов: у северян и Тёмных эльфов так много собственных проблем, что времени на вмешательство в дела друг друга просто не находится.


Варен Аквилариос стал Императором в 570 году, после того как сверг предыдущего Императора Леовика, последнего из Длинного Дома Императоров, династии уроженцев Предела, тянущейся от Дукроача, которая захватила власть в Имперском Городе в эпоху Междуцарствия. Варен поднял восстание, поскольку Леовик узаконил поклонение даэдрам, взял дворец штурмом и лично убил Императора в тронном зале, после чего короновался. Чтобы узаконить свою власть, Варен взял себе в жены вдову покойного Императора – Кливию Тарн.

Взрыв Душ Однако этого было недостаточно, и Варен решил найти Амулет Королей, чтобы провести с его помощью обряд и стать Драконорождённым, и, следовательно, законным Императором. Для этого он собрал группу, известную как Пять Соратников, куда вошёл он сам, Лирис Титанорождённая — телохранитель Варена, в жилах которой, по слухам, текла кровь великанов, Сай Сахан – капитан Драконьей Стражи Варена, Абнур Тарн – Верховный канцлер Совета Старейшин из Дома Тарнов и Маннимарко – легендарный некромант, заявивший, что знает, как провести ритуал возжигания Драконьих Огней.

В 579 году Пять Соратников нашли легендарный артефакт в руинах Санкр Тора и, вернувшись в Имперский Город, решили провести ритуал возжигания Драконьих Огней. Но тут Маннимарко показал свое истинное лицо. Предав Соратников, он в итоге использует ритуал, чтобы извратить магию Амулета, разрушив тем самым барьеры между Нирном и Обливионом, а также вызвав колоссальных размеров бедствие, известное как Взрыв Душ, в результате которого по всему Тамриэлю погибло или сошло с ума множество магов. Маннимарко, Король Червей, сделал это по указу своего господина — Принца даэдр господства и порабощения Молаг Бала, который, воспользовавшись тем, что барьеры между мирами ослабли, принялся использовать ужасные конструкции, известные как "Тёмные Якоря", чтобы отделить Тамриэль от смертного плана и поместить его в Хладную Пристань, одно из царствий Обливиона.

Во время Взрыва Душ Император Варен исчез, Лирис и Сай спаслись бегством, а Абнур Тарн, решив сохранить свое положение, переметнулся на сторону Маннимарко. Это позволило Дому Тарн сохранить номинальные бразды правления над Циродиильской Империей. Кливия Тарн, овдовев во второй раз, стала Императрицей-Регентом Циродиила. Маннимарко же, оставаясь в роли "серого кардинала", быстро установил господство некромантии над всеми остальными формами волшебства в Циродииле, распуская гильдии и убивая любого, кого считал врагом государства. В Циродиильской Империи было вновь установлено даэдропоклоничество. Король Эмерик из Даггерфолльского Ковенанта, ранее намеревавшийся заключить мир с Императором Вареном, отказался иметь дела с Императрицей-Регентом Кливией Тарн.

Сердце Империи постепенно погружается в пучины безумия, убийств и всеобщего упадка...


Помимо стремления слить воедино Тамриэль и Хладную Пристань, Молаг Бал питался душами смертных, обретая тем самым все большее могущество, а поставлял Принцу даэдр оные Культ Червей, ведомый Маннимарко. Множество смертных было принесено в жертву... в том числе и герой сей истории – искатель приключений... В сердце ему вонзился ритуальный кинжал Маннимарко...

В себя герой пришел в Тюрьме Стенаний, что в Хладной Пристани – царствии Молаг Бала. Неожиданно предстал ему Пророк – призрачная фигура старца, соткавшаяся, казалось, из порхающих шелкопрядов. «Как и ты, я узник этого места, но в гораздо большей степени», - изрек он, обращаясь к герою, все еще пытающемуся осознать происходящее. – «Я одновременно и прошлое, и будущее. Я – отчаяние и надежда. Полотно, которое мы пишем, слишком сложно. Ты не можешь увидеть его узор во всей своей полноте. Пока не можешь... Ты должен спасти меня. А я, в свою очередь, - тебя». Пророк велел герою разыскать в пределах тюрьмы Лирис Титанорожденную – одну из Пяти Соратников Императора Варена.

Пророк исчез... а несколько минут спустя двери камеры, в которой был заключен герой, распахнул аргонец, Эр-Джазин, велев узнику как можно скорее бежать отсюда. Наряду с иными заключенными, освобожденными аргонцем, герой устремился вслед за тем по коридорам Тюрьмы Стенаний, покамест лишенных стражи.

«Я, как и вы, пытаюсь сбежать из этого места», - отвечал Эр-Джазин на вопрос героя о том, что делает здесь аргонец. – «Но так как я тут уже не первый день, Высокая попросил меня помочь новым заключенным найти путь. С тех, кого схватят, шкуру живьем сдерут. К несчастью, это не положит конец их мукам. Жертвенная Душа не может умереть». «Кто она, Высокая?» - спрашивал герой, и отвечал Эр-Джазин: «Полувеликанша, Лирис Титанорожденная. Она возглавляет это восстание. Я не знаю, как она здесь оказалась и почему, но для Жертвенных Душ она просто подарок богов. Ведь мы – лишь останки, отголоски тех людей, чьи души были украдены... богом интриг. Я не смею произносить его истинное имя в этом месте. Жертвенные Души обречены навеки быть рабами в Хладной Пристани. И чем дальше мы находимся здесь, тем меньше от нас остается. Наши тела увядают, мы сходим с ума и утрачиваем связь с реальностью. Самые старые Жертвенные Души абсолютно безумны. Мы называем их «одичавшими». Страшатся их даже низшие даэдры. Одичавшие не испытывают страха перед болью или смертью, потому что это единственное, что им известно. Это и бесконечный голод. Они убьют и сожрут все, что попадет им в когти, даже друг друга».

Известие о том, что ныне лишен он души и представляет ныне лишь отголосок смертного, которым был прежде, стало для героя настоящим откровением. Но надлежало принять сию реальность и следовать за беглецами; перспектива обратиться в одичавшего героя не прельщала совершенно.

И искатель приключений, коего в исторических хрониках отныне будут именовать не иначе как «Отголоском», бежал вслед за остальными по лабиринтам Тюрьмы Стенаний...

Лирис Титанорожденная, встреченная героем в одном из коридоров, весьма удивилась тому факту, что Пророк велела одной из Жертвенных Душ разыскать ее, ведь тем самым он подверг себя большой опасности. «Должно быть, он думает, что ты можешь помочь мне», - предположила женщина. – «Нам нужно вытащить его отсюда, ведь этот слепой старец – единственный, кто может помочь нам вернуться домой». Также призналась Лирис, что, в отличие от Жертвенных Душ, они с Пророком не мертвы, и оказались здесь... иным способом, нежели несчастные, принесенные в жертву сектантами Культа Червей.

Искатель приключений обещал Лирис: он сделает все, от него зависящее, чтобы помочь ей, и женщина велела Отголоску продолжать следовать по тоннелям до Башен Глаз, где сумеют они отыскать Стражей – магические конструкции, созданные Молаг Балом для наблюдения за происходящим в Хладной Пристани. Достаточно уничтожить одну из оных, чтобы ослепли остальные – это даст Лирис и герою достаточно времени, чтобы освободить Пророка.

Покинув Тюрьму Стенаний, заключенные, ведомые Лирис, ступили на земли Хладной Пристани, сошлись в противостоянии с низшими даэдрами и одичавшими Жертвенными Душами, пытавшимися воспрепятствовать побегу. Поднявшись на вершину одной из Башен Глаз, Отголосок уничтожил Стража – магическое око, после чего последовал за Лирис, спешившей к тюремной камере, заключен в которой был Пророк. Наверняка Молаг Балу стало ведомо о побеге, посему надлежит спешить!..

Однако проход к камере оказался забран магическим барьером; Лирис выругалась – противник оказался хитрее, чем она полагала, и предусмотрел «ослепление» Стражей, приведя в действие двеомер защитного заклинания. Лирис предложила спутнику обратиться за помощью к Кэдвеллу – самой старой из Жертвенных Душ, безумной, но безвредной, в отличие от одичавших.

Кэдвелл отыскался у речушки; безумец перебирал струны лютни, мурлыкая себе под нос какую-то бессмыслицу... Знавший пределы тюрьмы как свои пять пальцев, Кэдвелл с радостью просветил Лирис о существовании иного пути к камере Пророка – куда более опасного.

Следуя полученным указаниям, двое устремились вниз по течению реки, а вскоре обнаружили склеп, и, ступив в оный, оказались в подземельях под Тюрьмой Стенаний. Проследовав извилистыми тоннелями, Лирис и Отголосок достигли обширного зала, в центре которого медленно вращалась магическая клеть. «Что ж, мы добрались сюда не по частям, и Пророк выглядит целым и невредимым», - констатировала Лирис, узрев внутри клети фигуру старца. – «Но, похоже, защищать его и доставить в Тамриэль придется тебе. Я не смогу отправиться с вами. Ведь единственный способ вызволить заключенного из клети – это найти живую душу, которая займет его место. Мне нужно поменяться местами с Пророком».

Лирис убеждала героя в том, что это – единственный способ вызволить Пророка, ведь наверняка тот остановил выбор свой на сем искателе приключений не просто так, а видит в нем того, кто, возможно, сумеет пресечь воплощение в жизнь замыслов Молаг Бала... Отголосок отключил магические механизмы, окружающие клеть, после чего Лирис переместилась внутрь, а пред искателем приключений возникла фигура Пророка. «Лирис пожертвовала всем, чтобы мы оказались на свободе», - вздохнул тот. – «Ее жертва не должна быть напрасной». «Есть ли способ взять ее с собой?» - с надеждой вопросил Отголосок, но слепой старец печально покачал головой: «Хотел бы я, чтобы это было возможным. Но обещаю тебе, как только мы выберемся из Хладной Пристани, мы вместе найдем способ освободить ее... Твое же появление было предсказано Древними Свитками, хоть я представлял себе все немного иначе». Пророк

«Почему Лирис называла тебе Пророком?» - вопросил герой, и молвил старец: «Потому что так мне суждено называться. Мое настоящее имя утеряно. Даже для меня. Годы мучений взяли свое. А теперь поспешим – нужно поскорее добраться до Якоря! Я могу использовать один из подобных даэдрических механизмов, связавших наш мир и притягивающих его к Хладной Пристани, чтобы вернуть нас в Тамриэль, но ты должен отвести меня к нему».

Взяв слепца за руку, искатель приключений, следуя указаниям спутника, вел того по подземным коридорам темницы. «Откуда ты знаешь Лирис?» - поинтересовался он, не сбавляя шага, и отвечал Пророк: «Когда-то мы с ней были соратниками. Давным-давно нас схватили и заточили в этом месте, чтобы сделать частью коварных замыслов Молаг Бала, властителя сих земель. Больше я пока рассказать не могу. Время еще не пришло».

Добравшись до основания Якоря, с ужасом лицезрел герой призрачную фигуру Принца даэдр, наблюдающего за ними. Молаг Бал призвал могущественную нежить, велев той покончить с беглецами, однако мертвяк оказался повержен.

«Портал Темного Якоря находится высоко над нами», - молвил Пророк, указав под своды пещеры. – «Я подготовлю заклинание, которое поднимет нас к нему. Но сначала тебе надлежит вновь связать себя с Нирном, дабы восстановить физическую форму. Для этого тебе понадобится Небесный Осколок – воплощение аэтерической магии, сокрыта в которой сущность Нирна. Некоторые связывают подобные осколки с Лорканом, исчезнувшим богом. Если отыщешь один из осколков и поглотишь его, он поможет тебе восстановить телесную форму. Я призову один из осколков для тебя».

Пророк сотворил заклинание, и осколок Аэтериуса действительно возник в нескольких шагах от искателя приключений. Энергии предвечной реликвии объяли тело его, возвращая плоть, а Пророк продолжал творить волшбу, взывая к Акатошу, богу-дракону времени, моля того придать ему сил, дабы свершить задуманное, не позволить воплотиться в жизнь зловещим козням Молаг Бала.

Неведомая сила вознесла Пророка и спутника его ввысь, к основанию Темного Якоря, являющегося порталом в мир смертный...


Даггерфолльский Ковенант Отголосок обнаружил себя в корабельной каюте – неведомо где, но определенно в Тамриэле... и одно это радовало донельзя. Поблизости возникла призрачная фигура Пророка, изрекшая: «Мои опасения оправдались – мы появились в разных местах. Я нахожусь в городе у моря, в земле вечной весны. Воздух насыщен запахом океана, а также рынков и садов... Но это не имеет значения. Я же должен сосредоточиться на поиске пути вызволения Лирис, ибо не могу оставить ее на растерзание Молаг Балу... Ты же сам должен решить, каким путем станешь следовать. Исследуй мир. Ищи тех, кому нужна твоя помощь. Объединяйся с другими. Выбор за тобой».

Покинув каюту, обнаружил герой, что корабль, оказался на котором он, пришвартован в порту некоего города. Так начался его долгий путь в мире, истерзанным войной, ибо Доминион Алмери, Эбонхартский Пакт и Даггерфолльский Ковенант схлестнулись в кровопролитном противостоянии за Рубиновый Трон Империи; с каждым днем войска их все ближе приближались к Циродиилу...

Как оказалось, находился герой на борту судна «Острие копья», и пребывало оное в порту Строс М’кай, островной державы редгардов. Капитан Калин, показался которой незнакомец заслуживающим доверия, призналась, что надеется сместить самопровозглашенного губернатора Строс М’кай, Босека Кровавого, а для этого ей нужен тот, кто сумеет проникнуть в крепость правителя и выкрасить корабельные журналы того. Знала Калин, что Босек нарушает прямой запрет короля Сентинеля Фахара’джада на атаку кораблей бретонцев – тем более, делает это исключительно ради личного обогащения.

Под видом слуги герой проник в крепость, разыскал и выкрал корабельные журналы, которые Калин не замедлила передать людям правителя Сентинеля. После чего «Острие копья» покинуло Строс М’кай, устремившись к острову Бетниху – известному также как Бетония, - ибо обитало на нем племя орков – Морских Наездников, все еще не присоединившихся к Ковенанту; Калин намеревалась исправить сей факт.

По прибытии узнал герой и новые спутники его, что сектанты, принадлежащие к культу Кровавого Шипа, недавно атаковали Крепость Каменного Зуба – оплот орочьего клана на острове – и сумели скрыться, унеся с собою некий бретонский свиток. Вождь Тазгол полагал, что сектанты своего не добились, однако не все были в этом столь уверены. Одна из орчих-воительниц, Ламбур, поведала герою, что, по ее мнению, сектанты надеялись заполучить именно свиток, не более. Но почему?

Ламбур просила героя выяснить, что именно замышляет культ, и направила его в области острова, где сектанты были замечены в последнее время: Морисели – руины айлеид, бретонский погост Мрачное Поле, сохраненный завоевавшим остров вождем Язголом столетия назад из уважения к врагам, и дикоземье – Разрозненные Холмы.

Первым делом устремился герой к Разрозненным Холмам. Пожилая шаманка Лаганах, встреченная им, указала герою на тотем, магия которого способна ниспосылать видения. Надеялась она, что таким образом станет возможно связать недавнее нападение сектантов на крепость с нечестивыми ритуалами, кои вершат они окрест, оскверняя землю.

Магия тотема явила герою видение, в котором один из культистов приносил своим набольшим свиток, и те пытались пробудить магию его в руинах айлеид, дабы переместиться в мир духов. Однако ритуал успехом не увенчался, и предводитель сектантов, Вардан, проследовал в тайное убежище культа Кровавого Шипа, дабы предпринять новую попытку перемещения там.

Проникнув в подземелье, герой разыскал обиталище Вардана, лицезрев, как на глазах его сектант исчезает, перемещаясь в мир духов. В сем же помещении означился дневник Вардана; как следовало из записей, намеревался тот вырвать остров из-под власти орков, и, обретя могущество, сокрушить армии Даггерфолльского Ковенанта, завоевав земли Гленумбры.

Но зачем сектанты столь отчаянно стремятся переместиться в мир духов?.. Надеясь обрести ответ на сей вопрос, герой продолжил исследование Бетниха.

У руин айлеид пребывало немало сектантов; творя ритуалы, призывали они духи погребенных орков, сложивших головы в давнишнем противостоянии бретонцам. Спустившись в подземные усыпальницы, Морисели, сразил герой немало сектантов, и обратился к нему за помощью один из пробужденных орочьих духов, принадлежавший Тарготу из клана Морских Наездников. Поведал он, что сектанты, ведомые жрицей Друсиллой, заставляют духи возвращаться в смертный мир вопреки их воле. «При жизни мне принадлежал боевой рог», - вещал дух Тартога. – «И когда звучал он, мои воины немедленно отвечали на зов. И сейчас Друсилла с помощью рога призывает души моих собратьев, подчиняя их своей воле».

Полагал Таргот, что надеется Друсилла заставить армию призраков атаковать своих же потомков – орков, населяющих остров ныне. Разыскав в усыпальнице жрицу культа, герой покончил с нею, но поведал ему Таргот, что все еще ощущает мучения орочьих душ в руинах, именуемых Смертью Карзога.

Покинув руины Морисели, устремился Отголосок на погост Мрачное Поле, где некроманты культа Кровавого Шипа обращали в нежить погребенных здесь бретонцев. В одном из склепов обратился к герою призрак бретонки - жрицы Аркэя и служительницы короля Ренвика, прося покончить с осквернителями с помощью Посоха Аркэя – артефакта, находящегося в сей же усыпальнице. Магия сей реликвии, поглощающей энергию душ, воплотила в смертном мире созданные сектантами сущности гнева, страха и ненависти, и на бретонском погосте вновь воцарился покой.

Предстал герою пробудившийся дух короля Ренвика, поведав о том, как столетия назад орки из клана Морских Наездников захватили остров. Признался монарх, что попытался было отразить натиск противника с помощью некромантии, надеясь воспользоваться реликвией айлеид, сокрытой на острове – именно ее стремится заполучить ныне культ Кровавого Шипа.

Дух Ренвика явил герою видение ушедшей эпохи, и зрел Отголосок Таргота, направляющегося в глубины руин Смерть Казрога. Сородичи сообщили Тарготу, что король бретонцев укрылся в центральной зале руин и готовится произнести некое могущественное заклинание, должное покончить с орочьей армией... Приказав воинам покончить с плененными членами королевской семьи, Таргот с помощью артефакта заставил души бретонцев говорить правдиво, и признались те, что собирается Ренвик призвать армию нежити – Диких эльфов, коя непременно изгонит орков с острова Бетонии... Ворвавшись в центральную залу, вождь клана Иззгол сразил Ренвика, пытавшегося обрести контроль над артефактом айлеид... И сейчас рассказывал дух Ренвика герою, что артефакт сей требует душ – много душ. Подобную цену культ Кровавого Шипа заплатит, и, обретят армию нежити, нанесут удар по силам Даггерфолльского Ковенанта.

Герой поспешил к обширным руинам айлеид в северных пределах острова; минуя крепость, узнал он о том, что вождь Тазгол готовится нанести удар по сектантам, но опасался, что те могут заманить орков в ловушку... Как и ожидалось, духи древних Диких эльфов, ныне исполняющие волю сектантов Кровавого Шипа, не позволили оркам приблизиться к руинам. Отголосок же сумел проникнуть в подземелья айлеид, прежде запечатанные эльфами Балфиеры в час Гегемонии Диренни; теперь же сектанты вознамерились явить миру то, что долгие столетия оставалось погребенным и позабытым.

Как оказалось, Вардан оставался в мире духов, повелевая теми, заставляя убивать орков. Лишь герой, лишенный души, мог пересечь грань между реальностями, что он и сделал, ступив в наведенный во внутренней зале руин портал и покончив с сущностью Вардана.

На постаменте возлежала сфера – реликвия, из-за которой пролилось столько крови!.. Как же поступить – передать ее магам Ковенанта, или же исторгнуть из мира навсегда?.. Отголосок принял решение, и исторг артефакт в мир духов...

Вождь Тазгол поблагодарил вернувшегося в крепость героя за помощь, после чего просил его отправиться в земли Гленумбры и сообщить набольшим Ковенанта, что орки Бетниха готовы примкнуть к альянсу. Так, Отголосок вновь ступил на борт «Острия копья», и устремилось судно к пристани Даггерфолла.

...Проведя время в сем граде, выяснил герой, что сектанты Кровавого Шипа, исполняя приказы своего предводителя в землях Гленумбры, Ангофа, собираются покончить с королем Даггерфолла, Казимиром. Сектанты чинили хаос в сопредельных землях, отвлекая на себя внимание стражи, в то время как небольшой отряд убийц проник во дворец, дабы покончить с монархом... К счастью, герой успел вовремя, и наряду со стражами сумел защитить короля от гибели.

Покинув Даггерфолл, устремился он по следам культа Кровавого Шипа - к городку Алдкрофту. Близ оного разбили лагерь Львиные Стражи, сокрушающиеся о том, что сектантам удалось пленить герцога Камлорна, Себастьена. Следуя по пути похитителей, стражам удалось выяснить, что удерживают те дворянина на старом маяке близ Алдкрофта.

Наряду со Львиными Стражами Отголосок атаковал занявших отроги города сектантов, и вызволил из плена не только герцога, но и некую женщину, Глорию Фаусту, которую сектанты меж собой называли ‘угрозой для предводителя оборотней, Фаолчу’.

Глория немало ведала о занявших ныне Камлорн оборотнях, состоящих в союзе с культом Кровавого Шипа. Более того, подозревала она, что лазутчики сих тварей пребывают и в Алдкрофте, оставаясь в человеческом обличье и выдавая себя из беженцев из Камлорна! Дабы выявить оборотней, Глория передала герою магический амулет – Зов Хирсина; энергиям артефакта твари противиться не в силах, и вынуждены являть истинную свою природу. Кроме того, призналась Глория, что Фаолчу – ее дальний предок, позор рода, потому посвятила она себя охоте на оборотней и искоренению сей угрозы миру.

И действительно, отвечая на зов амулета, многие беженцы обращались в оборотней, и герой наряду со Львиной Стражей и ополчением Алдкрофта разил монстров. Глория же тем временем сумела выяснить, что Фаолчу – нежить, но детали возвращения ненавистного из мертвых были неведомы ей. Зная, что историю эту можно узнать, проведя ритуал на крови порождений Фаолчу, Глория просила героя изловить оборотня.

С помощью чар одного из боевых магов, входящих в Львиную Стражу, сие удалось осуществить, и Отголосок доставил бьющегося в магических путах оборотня в пещеру близ города, где Глория приступила к проведению ритуала. В видении зрела она, что обратил Фаолчу в нежить некромант Ангоф, один из лидеров культа Кровавого Шипа, повелев древнему оборотню сокрушить всякое сопротивление в землях Гленумбры... Пленный оборотень поведал также, что проклятие Хирсина довлеет и над герцогом Себастьеном!

Призналась Глория, что кровь ее в силах исцелить герцога, однако убивать охотницу на оборотней герой наотрез отказался. По возвращении в Алдкрофт Отголосок заставил Себастьена признаться в том, что заражен он, после чего Глория заклинанием обездвижила герцога; последнему было решено сохранить жизнь – Камлорду нужен правитель, и как знать, быть может, герою удастся изыскать способ исцелить Себастьена, избавив от недуга ликантропии?..

Покинув Алдкрофт, Отголосок выступил на север, ведь там – по словам Глории – разбили лагерь нанятые герцогом чародеи гильдии магов, исследующие Топи Гленумбрии – место, где Фаолчу некогда был сражен. Земли здесь оставались прокляты, и призраки алессианцев продолжали вести вечный бой с эльфами клана Диренни в непрерывно звучащем эхо Сражения в Топях Гленумбрии. Надеялись маги вызвать видение последних мгновений смертного существования Фаолчу, дабы понять, как возможно сразить представшего нежитью оборотня.

В качестве предметов, станут кои фокусами для двеомера магического ритуала, подойдут клинки генералов армии алессианцев. Отыскав оные на поле брани, Отголосок преподнес их чародею, сведущему в магии времени – Савриту Юнлину. Тот сумел сотворить заклинание, открыло кое дверь в прошлое... и предстал взорам изумленных магов призрачный образ некой женщины, бретонки. Та назвала свое имя – Алана Релин – после чего, обратившись к отголоску, обещала явить тому обстоятельства гибели Фаолчу, именовавшегося прежде Неуязвимым Генералом. Именно возлюбленный Аланы поверг сего полководца алессианцев, что позволило Диренни вырвать в Сражении в Топях Гленумбрии победу у противника.

Дух Аланы провел героя в древний склеп, велел коснуться доспехов, пребывало в коих истлевшее тело воина... И когда последовал Отголосок ее совету, то обнаружил себя в далеком прошлом – в те страшные годы, когда религиозные фанатики, именующие себя последователями Алессии, желали покончить с эльфами, населяющими сии западные пределы Тамриэля. В решающем сражении силы бретонцев и клана Диренни под началом командующего Пармиона и короля айлеид Лалориарана Динара осадили последний оплот противника – ставку Непобедимого Генерала.

Командующий направил отряд под началом Аланы к оплоту Фаолчу, возлюбленный же ее, очами которого ныне зрел наш герой, оставался близ лагеря клана Диренни, расправляясь с лазутчиками алессианцев. Тем временем отряд Аланы угодил в западня; близ ставки Непобедимого Генерала противники окружили эльфов и бретонцев, покончив со многими – в том числе и с командующим Пармионом. Наверняка Фаолчу намеревался бросить войска в контратаку.

К счастью, Алана выжила, и знала она ныне, что Фаолчу невозможно убить мечом – создание сие страшится лишь огня!.. Проследовав в подземное логовище генерала, герой, творя огненные заклятия, поверг Непобедимого Генерала, решив тем самым исход Сражения в Топях Гленумбрии в пользу клана Диренни и его союзников.

С гибелью Фаолчу прервалось действие и двеомера заклинания, создавшего портал в прошлое. Очнувшись в лагере магов близ поля брани, герой поведал тем обо всем, что узрел и узрел в минувшем, после чего, не теряя времени, выступил на север, к павшему пред оборотнями Камлорну.

Здесь наряду с Львиными Стражами Отголосок ступил в городские врата; противостояние оборотням и их союзникам, сектантам Кровавого Шипа, началось. Разя тварей, солдаты освобождали квартал за кварталом. Гонцы устремились к Алдкрофту, дабы просить гарнизон, остающейся в соседнем городе, о помощи, а покамест Львиные Страши спешно возводили укрепления в занятых кварталах Камлорна; герой же, исполняя просьбу генерала Готье, разыскал в соборе Камлорна отряд Алых Стражей, все это время остававшийся в пределах города и наносящий удары по оборотням.

Верховодил Алыми Стражами Дариен, сын генерала, а остававшийся с сим отрядом алхимик, Алинон, без устали трудился, пытаясь создать целительное зелье, излечивающее от ликантропии Фаолчу. К счастью, старания алхимика увенчались успехом, и исцеление недужных горожан стало возможным!

Тем временем Алые и Львиные Стражи объединились, расправляясь с последними из оборотней. Отголосок же устремился в замок Камлорна, где сошелся в противостоянии с Фаолчу. На помощь к герою пришли лучники; поджигая стрелы, они выпускали их в оборотня-мертвяка, причиняя тому тем самым страшную боль.

Сражение за Камлорн завершилось; поведал генерал Готье Отголоску, что изначально целью противника было разделить силы Львиной Стражи, нанося удары по городам и весям повсеместно в Гленумбре. И герой, покинув город, выступил на север, дабы продолжить поиски Ангофа, сеющего хаос в окрестных землях.

Довольно скоро набрел он на лагерь Львиной Стражи, противостоящей нежити, восстающей на позабытых погостах в сем дикоземье. Командующий сим контингентом поведал герою, что сопровождает отряд чародейка из гильдии магов, Габриэлла Бенеле, утверждающая, что в руинах неподалеку сокрыта реликвия, с помощью которой возможно покончить с Ангофом, схоронившимся в склепе Кат Бедро и оградившим оный магическим барьером.

Выступив по следу чародейки, отыскал герой ее покинутый лагерь, означился в коем дневник; как следовало из оного, разыскивает Габриэлла Талисман Полуночи, и находится реликвия в склепе к северу от лагеря Львиной Стражи... Отголосок продолжил поиски волшебницы, разя как мертвяков, так и некромантов культа Кровавого Шипа, обращающих павших солдат Львиной Стражи в нежить.

Наконец, удача улыбнулась герою, и, ступив в один из склепов, коих в позабытом дикоземье Гленумбры пребывало великое множество, зрел он Габриэллу Бенеле. Последняя призналась, что сумела отыскать Талисман Полуночи – даэдрическую реликвию, способную творить порталы в Обливион, а также позволяющую миновать магические барьеры... как тот, коим Ангоф оградил свой склеп на погосте Кат Бедро.

Проследовав к ближайшему месту силы, Габриэлла начала наполнять талисман магической энергии... когда сущность дреморы, заточенная в артефакте на протяжении столетий, обрела свободу. Отголоску удалось сразить сие порождение Обливиона, после чего чародейка завершила ритуал.

Силы Львиной Страже, примкнули к которым Драконы - рыцари Даггерфолла под началом сира Ланиса Шэлдона, а также воины Камлорна, ведомые Дариеном Готье, выступили к погосту Кат Бедро, где схлестнулись с нежитью, сии пределы заполонившей. К несчастью, гигантские лозы, источающие ядовитые миазмы, вырвались из-под земли в сердце погоста, вынудив солдат держаться поодаль; лишь герой и Габриэлла, защищенные магией Талисмана Полуночи, оказались не подвержены гибельному воздействию.

Прекрасно чувствовали себя и объятые миазмами сектанты, ибо загодя запаслись амулетами, хранящими их от злых чар. Разя некромантов, герой забирал амулеты с тел их, передавая солдатам, и те ступали в пределы погоста, наряду с Отголоском противостоя силам противника.

Воззвав к магии Талисмана Полуночи, Габриэлла сумела развеять защитный барьер, наведенный Ангофом у входа в склеп, наряду с героем и рыцарями Гленумбры спустилась в подземные глубины, где на протяжении столетий обретали покой члены дворянских семей бретонцев. Сир Ланис Шэлдон и Дариен Готье верховодили сражающимися с восставшими мертвяками воинами, в то время как герой наряду с чародейкой проследовал в центральную залу, где положил конец существованию некроманта – Ангофа Могильного Певца.

Солдаты вернулись в лагерь, дабы передохнуть после изнурительного сражения, а после продолжить кампанию, добивая уцелевших сектантов, остающихся в землях Гленумбры. Что касается ядовитых лоз, но сир Ланис был уверен: лишенные магических энергий Ангофа, довольно скоро они увянут, а даже если и нет, гильдия магов сумеет справиться с этой напастью.

Герою же сир Ланис поведал о том, что некая беда произошла в деревушке Коеглин, что в северной Штормовой Гавани – центральной области Скалистых Земель и сердца Даггерфолльского Ковенанта. Посему Отголосок, простившись с командующими союзным воинством, вновь выступил в путь.


Призрачный образ Пророка время от времени являлся герою, направлял, наставлял... Наконец, он сообщил о том, что обнаружил безопасное пристанище, в котором смогут они встретиться и обговорить план дальнейших действий, и то – заброшенная пещера близ Даггерфолла.

Помянутая каверна действительно означилась в дикоземье Гленумбры, и Пророк уже дожидался героя; за прошедшее время старец обустроил в сем подземелье довольно уютное жилье, и сейчас, приветствовав искателя приключений, известил того, что настало время поговорить о прошлом. «Точнее, предлагаю тебе войти в мой разум и пройти со мной сквозь видения прошлого, чтобы понять, какие события привели нас к текущему кризису», - изрек Пророк.

Он сотворил заклинание, и Отголосок обнаружил себя в воспоминаниях Пророка – на равнине, отражении реального мира. Сам Пророк оставался поблизости, и, поманив герою за собою, направился к неким руинам, видневшейся вдали. «Моя роль в истории началась с того, что я проснулся на ступенях аббатства жрецов Шелкопряда без единого воспоминания о прошлой жизни», - говорил он по пути. – «Жрецы сжалились надо мной и привели в свою обитель. Я был слаб и близок к смерти. Именно там я впервые увидел Древние Свитки. Впоследствии я посвятил всю жизнь их изучению. Свитки позволили мне заглянуть в само устройство реальности, но с каждым новым понимаем чего-либо мой взор затуманивался. В итоге я стал полностью слеп к свету этого мира. Пророчества Древних Свитков – живая текучая сущность. Они непостоянны. Во многих моментах истории герои-смертные своими действиями переписывали их... И Свитки дали мне понять, что ты связан с Пятью Соратниками – отрядом искателей приключений, занятых поисками древнего артефакта – Амулета Королей. Они надеялись использовать его для того, чтобы убедить Акатоша, бога-дракона, признать их предводителя Драконорожденным. Таковыми именуются смертные, которыми самой судьбой предначертано стать великими; в их жилах течет драконья кровь. Считается, что лишь истинный Драконорожденный сможет зажечь Драконьи Огни в Имперском Городе... Предводителем Пяти Соратников был Варен Аквилариос, сын коловийского герцога. Он поднял восстание против Императора Леовика и занял его место... Но Варен не был Драконорожденным и не имел права восседать на Рубиновом Троне. И сейчас тебе пришло время лично встретиться с Пятью Соратниками и стать свидетелем их судьбы».

Призрачные образы – отражение воспоминаний Пророка – продолжали представать Отголоску, и узрел он знакомую фигуру Лирис Титанорожденной, а также иные, замершие чуть поодаль. Старец же продолжал вещать: «Первый соратник, северянка Лирис Титанорожденная, дочь великанов, была самым сильным воином на службе у Императора, его личным телохранителем. Следующий – Абнур Тарн, могущественный колдун и Верховный канцлер Имперского Совета Старейшин, отпрыск одной из самых влиятельных семей Циродиила. Сай Сахан, редгард, мастер меча и капитан Имперской Драконьей Стражи. Император Варен Аквилариос, попытавшийся зажечь Драконьи Огни и потерпевший в сем неудачу. И, наконец, предатель Маннимарко, Король Червей, - могущественный некромант и твой палач.

То были Пятеро Соратников, который отправились из Имперского Города в странствие на поиски утраченного Амулета Королей. Маннимарко убедил Варена, что артефакт можно использовать в ритуале, в результате которого зажглись бы Драконьи Огни. Он утверждал, что это придется по душе Акатошу и побудит того принять Варена как Драконорожденного. Ведь по традиции лишь Драконорожденный может занять Рубиновый Трон и быть истинным Императором по воле богов. Да, Варен завоевал Циродиил и взошел на трон, но не будучи Драконорожденным, он боялся навсегда так и остаться самозванцем для своих подданных.

Но когда провели они ритуал, произошла катастрофа... война и мор... Мир был поставлен на колени. Узри же, как амбиции одного человека привели к величайшей угрозе, которую наш мир когда-либо знал».

В видении лицезрел герой, как Пятеро Соратников, обретя Амулет Королей, вернулись в Имперский Город, дабы провести ритуал возжигания Драконьих Огней. Абнур приступил к проведению ритуала, Варен же воззвал к Акатошу, объявив себя Драконорожденным... Но вмешался Маннимарко, постановив, что действия Императора кощунственны, ибо не является он наследником Алессии. Подчинив себе поток магической энергии, изливающейся из Амулета Королей, он разорвал завесу между Обливионом и Нирном, дабы повелитель его, Молаг Бал, смог заполучить смертный мир...

«Ритуал разорвал завесу между Нирном и Обливионом, что позволило Маннимарко начать красть души, необходимые его повелителю, чтобы наделить силой Темные Якоря и начать Слияние миров», - продолжал свой рассказ Пророк. – «Ведь Акатош передал Алессии Амулет Королей в качестве символа своего соглашения с Нирном. Известно, что, пока Амулет оберегают наследники Алессии, а Драконьи Огни горят, Тамриэль будет защищен от даэдр. Маннимарко обманом заставил Варена нарушить это соглашение, и завеса между Обливионом и Нирном была сорвана. Древние Свитки нарекли это событие Взрывом Душ. Это дало возможность Молаг Балу забирать души смертных у их хозяев.

В разразившемся хаосе Варен пропал, Сай Сахан схватил Амулет Королей и бежал, Лирис была пленена Маннимарко и отправлена в Хладную Пристань, царствие Молаг Бала. Тарн остался канцлером Совета Старейшин, а его дочь Кливия стала Императрицей-Регентом. Но истинная власть остается в руках Маннимарко и его Культа Червей...

Когда я узнал правду о Пяти Соратников, я начал тайное расследование. Но, видимо, недостаточно тайное. Маннимарко прознал о моих изысканиях и заточил в Хладной Пристани, где я томился в заключении, пока ты не освободил меня. Маннимарко боялся, что я раскрою его предательство. И если бы все узнали об уязвимости Нирна, планам Молаг Бала мог быть положен конец. А он не из тех, кто любит подобное».

В видении возникли призрачные образы Темных Якорей в небесах, и рассказывал Пророк, что проходят сии появившиеся по всему Тамриэлю механизмы сквозь сорванную завесу, стремясь затянуть Нирн в Хладную Пристань. И если произойдет Слияние, мало кто из смертных сможет пережить это, а выжившие станут рабами навечно.

Постановил Пророк, обращаясь к герою, что лишь им двоим надлежит остановить Молаг Бала с его Темными Якорями, иначе Нирн обречен.

...Видение развеялось, и Отголосок вновь обнаружил себя в тайном убежище Пророка. «Чтобы преуспеть и изменить ход истории, тебе нужно заручиться поддержкой не только слепого старца», - продолжал говорить тот. – «Мы соберем наш собственный отряд соратников. И первой из них станет Лирис, пожертвовавшая собой, чтобы позволить нам бежать. Она все еще остается узником Хладной Пристани. Если мы собираемся ее спасти, мне необходимо определить ее точное местонахождение, а это займет какое-то время. Что до тебя, Отголосок, постарайся изыскивать сподвижников Маннимарко, плетущих паутину лжи и обмана, настраивающих расы Тамриэля друг против друга, чтобы отвлечь их от истинной угрозы, и выводи их на чистую воду».

Пророк обещал искателю приключений связаться с ним, когда будет располагать необходимыми сведениями...

...И несколько недель спустя во сне зрел Отголосок образ Пророка, посему поспешил вернуться в пещеру, сокрытую в дикоземье близ Даггерфолла. «Я рад снова тебя видеть», - приветствовал героя слепец. – «Да, я вижу тебя, но по-своему. Ты рана на теле времени, разрыв реальности, который не может существовать или долго продолжиться». «Пророк, почему ты говоришь загадками?» - вздохнул Отголосок, и отвечал Пророк: «Загадками говорит судьба. Твоя судьба была описана в Древних Свитках давным-давно. Она переплетается с судьбами Пяти Соратников»

Поведал Пророк, что удалось ему обнаружить Лирис в Хладной Пристани, и сейчас она работает в ужасной кузнице - Литейной Скорби, - создавая оружие для даэдр. «Бог интриг, Молаг Бал, множество раз вторгался в мой разум во время заключения», - пояснил старец. – «Это было невыносимо мучительно. Но, прокладывая свой путь у меня в голове, он ненароком открыл мне доступ к своим мыслям, пробив брешь в своей защите. И теперь мы связаны – он и я. Сосредоточившись, я могу видеть его глазами. Он чувствует мое присутствие и от этого впадает в ярость. Когда ты ступишь в Литейную, чтобы спасти Лирис, я сумею удержать его внимание на себе. На какое-то время он останется слеп к твоим действиям».

Пророк сотворил портал в сие царствие Обливиона, и, ступив в оный, герой обнаружил себя в Литейной Скорби, где множество Жертвенных Душ трудились под неусыпным взором охранников сей темницы, дремора-кайтифов; последние истязали рабов своих огненными хлыстами.

Отголосок обнаружил Лирис в одном из помещений, однако девушка призналась, что не в силах покинуть Литейную Скорби. «Они что-то сделали со мной», - молвила воительница. – «Мои воспоминания, чувства... их разделили на части. Вырвали из меня. И все эти части заперты в разных уголках Литейной. Даэдры забрали все: силу воли, мужество, ощущение самой себя. Я – пустая оболочка. Части – отражения моих самых сильных страхов и самых болезненных воспоминаний. Я... не думаю, что смогу встретиться с ними».

Тем не менее, герой убедил девушку попытаться вновь обрести себя, и вдвоем устремились они на поиски осколков личности Лирис. Многие души, трудящиеся в Литейной и встреченные ими, давным-давно позабыли о своей смертности, и, всецело лишенные эмоции, механически исполняли приказы даэдр; покорные, безвольные рабы...

Ступив в одно из помещений, Отголосок и Лирис узрели хижину, как две капли походящую на дом в Скайриме, в котором Титанорожденная провела свое детство. Здесь же находились могилы ее родителей: матери, умершей при родах, и отца, который никогда не был близок Лирис – возможно, винил ее к гибели супруге и потому оставался холоден к дочери. Посему в шестнадцать лет она и сбежала из дома, чтобы стать наемницей; позже узнала, что отец ее был убит старым врагом.

Будто воскрешая воспоминания Лирис, магия сего места явила двоим образы отца девушки, Гьялдера, и его убийцы, Рагьяра – оказавшимся на поверку воплощением горя Титанорожденной. Покончив с оным, Отголосок приблизился к призраку Гьялдера, поведавшему о том, что после смерти оказался в сем нечестивом месте, где даэдры вновь и вновь заставляли его переживать собственное убийство. Очевидно, что обитатели Хладной Пристани использовали Гьялдера, чтобы пленить Лирис, ведь девушка винила себя в смерти отца.

«Ты был так холоден ко мне!» - воскликнула Лирис, обращаясь к призраку. – «Так далек. Моя мать умерла, даря мне жизнь. Это была моя вина! Я не должна была рождаться!» «Лирис, посмотри на меня», - вздохнул дух. – «По моим жилам течет кровь великанов. Твоя мать была северянкой. Я дал ей свое семя, не заботясь о ее безопасности. Именно поэтому она умерла. Не из-за тебя, дитя. Из-за меня!» «Я думала, ты винишь меня», - медленно произнесла Лирис, не ожидавшая подобного откровения. – «Ты... никогда даже не смотрел на меня, папа!» «Разве ты не понимаешь?» - прошептал Гьялдер. – «Когда я смотрел на тебя, я видел ее лицо. Я любил ее, дитя. Так же, как я люблю тебя – больше собственной жизни. Мы не можем изменить прошлое, но и не должны цепляться за него. Ты не должна допускать, чтобы эти чувства преследовали тебя. Позволь им уйти. Позволь мне уйти». Дух исчез, и осознала Лирис, что горе, долгие годы снедавшее душу ее, исчезло бесследно...

Двое продолжили путь по безжизненным пределам Хладной Пристани, и вскоре впереди показались красные шатры Имперского лагеря, в котором Лирис узнала старую ставку, в которой оставалась в дни ее наемничества, когда под началом главнокомандующего Варена сражалась за освобождение Империи из-под гнета Императоров Длинного Дома. Иные солдаты относились к полувеликанше как к прокаженной, и ощущала та всепоглощающее одиночество. Частенько «соратники» прятали ее доспехи, дабы на смотр являлась она без оных...

Воплощение одиночество Лирис приняло образы имперских солдат, ее мучителей. Двое покончили с противниками, после чего Титанорожденная облачилась в свои доспехи, вновь исполнившись уверенности в себе. Оставив лагерь, они продолжили путь по заполоненным даэдрами коридорам рудника... где предстал им призрачный образ Абнура Тарна.

«Я пытаюсь помочь тебе», - заверял девушку чародей. – «Твоя ненависть отравляет тебя! Воины как сталь. Теряя самообладание, ты теряешь свою ценность». «Помочь мне?» - в гневе прошипела Лирис. – «Ты предал нас всех, а затем побежал лизать сапоги Маннимарко, когда еще даже дым не успел рассеяться!» «Я сделал то, что должен был», - возразил Абнур. – «И чтобы доказать, что мои намерения добрые, я подготовил для тебя подарок. Но будь осторожна. Хладная Пристань так просто тебе его не отдаст».

Призрак исчез, в нескольких шагах Лирис с изумлением узрела свою давно потерянную секиру! Стражем оным выступил древний кланфир... Покончив с последним, полувеликанша вновь обрела оружие, однако до сих пор не понимала, почему Тарн помогает ей. Она не доверяла чародею, но, возможно, он прав – ненависть действительно отравляла ее... Как бы то ни было, Лирис ощущала себя практически прежней – бесстрашной воительницей, готовой к любым испытаниям.

И вновь двое углубились в пределы рудников; Лирис безжалостно разила даэдр, преступавшим им путь – огримов и дремора... А вскоре ступили они в чертог, где магические путы удерживали призрачный образ человека... в котором узнала Лирис Сая Сахана!

Обращаясь к редгарду, спрашивала Титанорожденная, где тот находится на самом деле. «Я... не знаю», - прошелестело призрачное видение воина. – «Они пытают меня. Они... хотят заполучить Амулет Королей. Хотят, чтобы я рассказал, где он спрятан. Но я не сломался. Пока не сломался». Лирис обещала товарищу по оружию, что они непременно отыщут его... когда образ редгарда побледнел, а после и вовсе исчез.

Лирис поклялась, что непременно изыщет способ обнаружить, где противник держит ее друга, после чего наряду с Отголоском устремилась к сердцу Литейной Скорби... когда неожиданно ощутила, что сомнения, страх, одиночество вновь захлестывают ее душу. Воплощение страха Лирис предстало им чудовищным монстром... но гибель твари знаменовала окончательное освобождение души Титанорожденной от чувств и эмоций, ее ограничивающей. Поблагодарив героя за помощь в обретении собственного «я», Лирис уверенно направилась к столпу ослепляющей энергии – порталу в мир смертный, в убежище Пророка.

Последний тепло приветствовал Лирис, и та поведала, что именно Отголосок освободил разум ее от контроля со стороны даэдр. «Пророк, Маннимарко пленил Сая Сахана!» - воскликнула полувеликанша. – «Он пытает его, желая узнать, где спрятан Амулет Королей. Мы должны спасти его!» Отголосок подтвердил слова спутницы, рассказав Пророку как о призрачном видении редгарда, представшем им в Литейной Скорби, так и об образе Абнура Тарна, пытавшегося помочь Лирис.

Пророк подтвердил, что Амулет Королей необходим им, дабы восстановить барьер, защищавший Тамриэль от сил Обливиона. А для этого необходимо отыскать Сая Сахана...

Последующие несколько дней Пророк провел в медитации, пытаясь настроить свой разум на местонахождение плененного Королем Червей капитана Драконьей Стражи. Но – безуспешно. «Сай все еще скрыт от моего взора», - признался Пророк Отголоску, когда тот вновь ступил в его пещеру, - «но до Лирис дошли вести о том, что по Даггерфоллу рыщет вражеский лазутчик. Страх поселился в сердцах жителей, ведь тьма – среди них. Это – рука Маннимарко. И если лазутчик его действительно входит в Культ Червей, он сможет подвести нас к сведениям, которые облегчат наши поиски. Разыщи этого лазутчика, но будь осторожен. Культ Червей – это культ некромантов, а нежить – опасные противники».

Пророк велел Отголоску отправляться в Даггерфолл, и встретиться с людьми, впервые заговорившими о бедах, таящихся в тени. Те поведали прибывшему в город герою, что – действительно – в последние дни означился в окрестностях некий престранный Имперец, видели которого в сопровождении иного мужчины – очень худого и бледного. Свидетели указали, что двое скрываются в одном из домов у южных ворот Даггерфолла; в означенном направлении и поспешил Отголосок.

Ступив в ничем не примечательное внешне здание, герой спустился в подвал, отходили от которого подземные пещеры, и пребывала в оных нежить. Творил скелетов эльф-некромант Алдимион; покончив с культистом, герой обнаружил среди пожитков его шар, используемый для связи с Абнуром Тарном, нынешним владыкой Нибеная и канцлером Совета Старейшин. Отголосок поведал Абнуру, что ищет Сая Сахана, однако маг лишь презрительно хмыкнул, заявив, что поиски редгарда заведомо обречены на провал. После чего, прошептав, что повелитель его вернулся, прервал разговор...

В пещеру ступил пособник покойного Алдимиона, Имперец Северин Фалько. Сразив и сего лазутчика Культа Червей, герои покинул подземное убежище некромантов, устремившись к землям Гленумбры, где возвращения его с нетерпением дожидались Пророк и Лирис. Последним поведал Отголосок об обнаруженном шаре, - одном из артефактов, посредством которых культисты общаются друг с другом. Пророк поморщился: у него было предчувствие, что Абнуру Тарну предстоит сыграть большую роль в грядущих событиях, однако в чем она состоит, слепец не понимал. Тем не менее, он просил героя оставить шар ему, дабы попытаться с помощью артефакта обнаружить Сая Сахана.

Лирис и не пыталась скрыть, сколь неприятно ей слушать об Абнуре Тарне, этом жалком приспешнике Маннимарко. Очевидно, что канцлер культ своего господина не жалует и откровенно побаивается, однако за власть продолжает держаться и на открытое противостояние не решится...

...Когда Отголосок через несколько дней спустя вновь узрел образ Пророка в грезах и поспешил вернуться в занимаемую тем пещеру, то, помимо Лирис, с удивлением зрел подле двоих призрачную фигуру Абнура Тарна! Пророк признался, что, поскольку попытки его разыскать Сая Сахана успехом не увенчались, он использовал шар по назначению и связался с Тарном. Последний говорить с Пророком наотрез отказался, настояв на общении исключительно с Отголоском.

И сейчас, обратившись к герою, канцлер произнес: «Маннимарко и его мерзкий повелитель строят ужасные планы по поводу нашего мира. Если ты хочешь остановить их, тебе понадобится Амулет Королей. Но чтобы отыскать реликвию, сначала тебе нужно найти Сая Сахана... Если Маннимарко узнает, что мы с тобой разговаривали, он казнит меня. Я опасен для него. Я слишком много знаю. Поэтому я, Абнур Тарн, канцлер Совета Старейшин, владыка Нибеная, официально прошу убежища».

Отголосок подумал было, что ослышался, однако Тарн продолжал говорить о том, сколь невыносимо ему зреть то, что творят с Тамриэлем нечестивые некроманты и даэдропоклонники. Абнур Тарн предлагал сделку: Отголосок вытащит его из крепости Маннимарко и предоставит убежище, после чего канцлер раскроет герою местонахождение Сая Сахана... Отголосок не ведал, можно ли доверять магу, однажды предавшему своих соратников, однако выбор у него был невелик...

Пророк велел Лирис сопровождать героя; быть может, Тарн сумеет искупить свою вину... После чего сотворил портал в Хладную Пристань, где возвышался Замок Червей – оплот Маннимарко в царствии Молаг Бала, свидетельство непомерной гордыни некроманта. Построенный рабами – Жертвенными Душами – при помощи темных сил, этот замок служил последней остановкой для множества невинных перед тем, как лишались они душ, обращаясь в безмозглую нежить.

Проследовав в портал, Отголосок и Лирис обнаружили себя в Скверне Отчаяния – городке близ Замка Червей, состоявшего из разваливающихся хибар, обиталища Жертвенных Душ. Здесь их уже дожидалась призрачная фигура Абнура Тарна; последний поведал, что Маннимарко куда-то убыл по поручению своего Принца даэдр, а стража замка нападения не ожидает. Впрочем, надлежит проявить скрытность и даже не пытаться ломиться в замковые ворота – подобное отчаянное начинание обречено на провал.

Побродив по городу, герой и спутница его обнаружила сира Кэдвелла – полубезумную Жертвенную Душу, с которой Лирис свела знакомство в час заточения своего в Хладной Пристани. Кэдвелла преследовали по пятам некроманты Культа Червей под началом надзирателя Корнексиуса; покончив с культистами, Отголосок обратился к сиру Кэдвеллу, весьма благодарному герою за столь неожиданное спасение жизни. Безумец, однако, оказался чрезвычайно полезен, сообщив о том, что в замок возможно проникнуть через канализационный сток, и даже соблаговолил показать, где находится оный.

Оказавшись в пещерах под Замком Червей, Отголосок и Лирис продолжили следовать за Кэдвеллом, который рассказывал, что цитадель воздвигнута на океане некоего нестабильного вещества Обливиона, и даэдры используют трубы, чтобы контролировать ток сей жидкости, перерабатывая ее в пар; двери замка запечатаны с помощью давления именно этого пара.

Герой и полувеликанша разили даэдр, приближающихся к сиру Кэдвеллу; последний же шагал вперед, возясь с управляющими давлением пара механизмами из камня и металла, открывая запечатанные двери. Для безумца сия Жертвенная Душа оказалась на удивление смышленой...

У врат Башни Костей, возвышающейся во внутреннем дворе Замка Червей, Отголосок и Лирис простились с Кэдвеллом; тот утверждал, что Тарн находится на вершине башни, ведь Король Червей поручил ему проверять все без исключения Алмазы Душ, доставляемые в замок.

Преодолев множество ловушек и защитных магических барьеров, а также сразив немало ассасинов Культа Червей, даэдр и атронахов из плоти, двое достигли вершины Башни Костей, где Абнур Тарн, остающийся под неусыпным взором сподвижников Маннимарко, занимался исследованиями Алмазов Душ.

Канцлер приветствовал своих потенциальных спасителей, однако Отголосок был не склонен доверять предателю, поинтересовался, чем тот может доказать свою пригодность и значимость. «Я владею информацией», - отвечал Тарн. – «К примеру, о том, что Маннимарко делает все это не для того, чтобы служить Молаг Балу. Его конечная цель – обмануть богу интриг... и занять его место. И ключ ко всему – Амулет Королей. Думаете, зачем Маннимарко похитил Сая Сахана? Он пытает его. Хочет заставить редгарда раскрыть местонахождение амулета. Ведь тогда Маннимарко сможет пленить с помощью сего артефакта сущность Молаг Бала и обрести его силы. Он хочет сам стать богом!»

Монолог Тарна прервала соткавшаяся в нескольких шагах от него призрачная фигура Маннимарко. Даже находясь вдали от своего оплота, Король Червей ощущал все, происходящее в оном, и сейчас чары его поднимали нежить, выступавшую против Отголоска. Казалось, скелетам не будет конца, но, сразив последнего из них – могучего костяного колосса – герой, похоже, одержал верх в сем противостоянии с мертвяками, сотворенными Маннимарко. В сем сражении Тарн открыто выступил против миньонов Короля Червей, и последний обещал былому сподвижнику поистине страшную расправу.

Сознавая, что вернуться назад по тому пути, по которому пришли сюда, они не смогут, Отголосок и Лирис спрыгнули вслед за Тарном с вершины башни в огромную мусорную яму, где их уже дожидался Кэдвелл. Полубезумный рыцарь поведал, что сии глубинные пределы Хладной Пристани именуются Путем Презренных, и именно здесь остававшийся в Тамриэле Пророк сотворил портал, через который Отголосок, Кэдвелл, Лирис и Тарн вернулись в мир смертный.

Абнур Тарн пребывал в ярости, ибо осознал, что лишился собственных владений, титула и подписан ему Королем Червей смертный приговор... Он отринул все – ради сохранения Империи!.. Отголосок потребовал у опального канцлера рассказать, где удерживают Сая Сахана, и Абнур признался, что не ведает этого.

Зарычав от ярости, Лирис ударила чародея, и тот, поднявшись на ноги, упрямо вздернул подбородок, бросив в лицо воительнице: «Маннимарко хотел моей смерти! Разве я отрицаю, что сдался ему? Нет, не отрицаю. Но знаешь ли ты, сколько жизней я спас, сделав это?» «Единственное, что ты спас – это свои владения и свою задницу, напыщенный осел!» - взорвалась Лирис, готовая растерзать Тарна на части, однако за последнего неожиданно вступился Пророк, постановив: «Довольно! Лирис, у Абнура не было выбора. Да и у нас остались свои скелеты в шкафу, не так ли? Пришло время Отголоску узнать правду».

Несмотря на возражения Лирис и на кривую усмешку, появившуюся на лице Тарна, Пророк, обратившись к Отголоску, признался, что он – никто иной как Варен Акулериос. Герой опешил; в душе его закипал гнев. Варен был прав: узнай он раньше, кто таков Пророк на самом деле, прикончил бы того на месте... и уж точно не вступил бы с ним в союз. А сейчас Варен поклялся, что позволить Отголоску убить себя после того, как все закончится, - если, конечно, тот будет все еще испытывать гнев на павшего Императора.

Отголосок покинул пещеру, дабы собраться с мыслями и многое переосмыслить; Варен же еще долго разговаривал с Тарном, надеясь обрести зацепки, столь необходимые для поисков Сая Сахана.


По пути к Штормовой Гавани повстречал Отголосок солдата, принадлежащего к Львиной Стражей и поведавшего о том, что отряд их был атакован некими бретонцами и даэдрами; перебив практически всех воинов, они пленили капитана... Солдат указал герою на руины, остающиеся на отрогах Коеглин, на самой границе между землями Гленумбры и Штормовой Гавани.

Разбойники, дернувшие атаковать Львиных Стражей, оказались даэдропоклонниками, именующими культ свой «Вознесенными грезящими». Перебив как сектантов, так и даэдр, герой разбудил плененного капитана, разум которого терзали страшные кошмары, и поведал тот, что противники его раз за разом повторяли имя Ваернимы, одной из Принцесс даэдр. Капитан вознамерился незамедлительно спешить в Вэйрест, дабы доложить о произошедшем королю Эмерику; ведь, обладая магией, способной навевать кошмары, даэдропоклонники культа наверняка ввергнуть Штормовую Гавань в хаос.

Сознавал герой, что и культ Кровавого Шипа, и сии грезящие – сподвижники да прихлебатели Манникарко, и единственная цель их – поддерживать раздор в землях Тамриэля, дабы в сию жестокую эпоху беззакония позволить хозяевам достичь их нечестивых целей... И Отголосок был исполнен решимости не позволить этому случиться...

На площади деревни Коеглин герой зрел прикованную к позорному столбу женщину, Дэйм Дабье. Поведала последняя, что недавно селение атаковали работорговцы, и пленил ее местный констебль Паскаль, посчитав, что принадлежит воительница к напавшим. На самом же деле, утверждала Дэйм, она – одна из Рыцарей Пламени, и направлена набольшими из замка Алькайр на помощь к поселенцам Коеглин.

Об ордене сем Отголосок знал: Рыцари Пламени выступали стражами Штормовой Гавани, и долг их состоял в защите членов королевской семьи – короля Эмерика и его брата, герцога Натаниэля, остающегося в замке Альтайр, что к северу от Коеглина. По словам Дэйм, в самом замке неспокойно, и чертоги его полнились всякими слухами – о шпионах при дворец, о покушении на жизнь герцогини, о подступающей к стенам твердыни армии редгардов...

Констебль наотрез отказался отпускать Дэйм, ведь в истории ее ничуть не ведал; быть может, личность леди-рыцаря мог подтвердить недавно прибывший посланник из замка Альтайр, да только его захватили в плен работорговцы-данмер, натиск которых отразили силы ополчения Коеглина. Ныне работорговцы заняли складские помещения близ гавани селения, и Отголосок, перебив противников, разыскал пленного посланника, и тот подтвердил Паскалю личность Дэйм Дабье.

Констебль же продолжал настаивать на том, что слишком уж много совпадений, и наверняка и леди-рыцарь, и иные селяне – сподвижники работорговцев. Раз за разом герой изыскивал доказательства абсурдности доводов Паскаля, но тот отказывался верить очевидному – потому что в пророческих снах открылось ему совсем иное, а именно – заговор против селения!

Одна из селянок сообщила герою, что видела однажды одного из сектантов – Вознесенного грезящего – выходящего из дома констебля. Прокинув в оный и заглянув в опочивальню, Отголосок обнаружил под кроватью даэдрический символ. Наверняка сей артефакт и сводил констебля с ума, посылая ему ночные кошмары!

Горожане и стражи, узнав об этом, приняли решение сместить констебля. Освобожденная Дэйм Дабье постановила, что отныне возглавит стражу, ведь работорговцы могут вернуться и следует мирянам Коеглина оставаться настороже.

Герой же поспешил на север, к замку Альтайр. Рыцари Пламени закрыли врата перед армией редгардов, и те встали лагерем у замковых стен. Одна из рыцарей, Дэйм Фалхат, поведала Отголоску, что герцог Натаниэль женат на Лакане, одной из младших дочерей короля Фахара’джада, и сейчас посланница того прибыла из Аликр’а, заявив, что у нее сообщение для герцога. Сир Хью, возглавляющий орден Рыцарей Пламени, приказал не допускать в стены замка ни одного редгарда, и подначальные волю его исполняли.

Обстановка накалялась, и грозила вылиться в конфликт, который расколет Ковенант. Проследовав в тронный зал, герой поведал сиру Хью о том, что, помимо редгардов, у врат остается и посланница короля Фахара’джада. Почему бы не допустить ее к герцогу?.. Рыцарь обещал, что непременно так и поступит, но просил героя заняться иным, щекотливым вопросом.

«Мы перехватили тайные послания королю Фахара’джаду от некоего человека из замка Альтайр, подписывающегося как ‘Альмандина’», - молвил рыцарь, после чего просил героя спуститься в замковую библиотеку и, просмотрев фолианты, выяснить, что означает сей термин. Отголосок обещал, что непременно исполнит волю рыцаря, и сообщит ему имя шпиона сразу же, как узнает его.

Как следовало из книги о правящей семье Сентинеля, «Звездой Альмандины» именовалась никто иная, как Лакана! О сем герой не замедлил сообщить сиру Хью, и постановил тот – надлежит выяснить, что замышляют король Фахара’джад и его дочь, обменивающиеся тайными посланиями. В настоящее время в покоях герцогини пребывает посланница, пообщавшись с которой, Лакана настаивает на личном разговоре с генералом армии редгардов. Ответственный за безопасность правящей семьи Альтайра сир Хью отказался позволить герцогине покинуть замок; та в ответ отказалась передать сообщение генералу вместе с посланницей.

Герой предложил выступить посредником в сложившейся патовой ситуации, ведь он, чужеземец, не принадлежит ни к одной из сторон, очевидно не питающих друг к другу ни малейшего доверия. В покоях герцогини Отголосок обнаружил как Лакаму, так и посланницу короля редгардов, Дариму; обе женщины были заметно встревожены. Лакама призналась герою, что не может доверять никому в замке, ибо на жизнь ее уже было совершено несколько покушений; в частности, яд из пустыни Алик’р убил одного из дегустаторов герцогини несколько дней назад – несчастный отведал блюдо, предназначавшееся Лакаме. Отец Лакамы пытался выяснить личность убийц, посему надеясь герцогиня переговорить с генералом Тодой, возглавляющим армию редгардов, однако сир Хью запретил ей покидать замок из соображений безопасности.

Дариму отсылать от себя Лакама не хотела, ведь посланница была единственной, кому всецело доверяла она. Посему навестить генерала вызвался герой, и, покинув замок, устремился к ставке командующего армией редгардов. Тода поведал, что его люди с пристрастием допросили схваченного отравителя, и перед тем, как отойти в мир иной, тот назвал имя – «Фалхат». Отголосок опешил: это же одна из Рыцарей Пламени!.. Неужто сия девушка и есть убийца?..

Покинув в лагерь, герой бросился обратно в замок, сообщил о вероятном предательстве Дэйм Фалхат герцогине. «Я знаю, что она высказывалась герцогу против нашего с ним брака», - молвила Лакама. – «Но представить не могу, почему она решила избавиться от меня». Герцогиня просила известить о подозреваемой сира Хью, которому доверяла. Ведь если она обратится за помощью к генералу Тоде и обвинит в предательстве бретонку, это вполне может разжечь конфликт между народами и положить конец существованию Ковенанта.

Сир Хью, выслушав героя, велел тому наведаться в жилище Дэйм Фалхат и привести ее в замок для допроса. Девушка, однако, атаковала Отголоска, стоило тому переступить порог... и пала от его руки. Вероятно, тем самым доказала она свою вину, но сомневался герой, что действовала леди-рыцарь одна, ведь нет у нее очевидных мотивов сеять смуту среди дворян Ковенанта.

Сир Хью с сим мнением согласился, велел герою следовать к его дому, обещав, что присоединиться к нему сразу же, как только уладить незавершенные дела в замке. Отголосок ступил в жилище сира Хью... где с изумлением лицезрел связанную посланницу Дариму. Последняя поведала герою о том, что собирается сир Хью покончить с герцогиней – сподвигли его на это сны!.. И действительно: на прикроватном столике обнаружил Отголосок дневник рыцаря, в котором описывал тот свои ночные кошмары – пылающий замок Алькайр, подступающую армию редгардов и Лакану, повинную в сокрушении твердыни герцога. О подозрениях своих сир Хью сообщил Фалхат, заручился ее помощью, однако та не сумела отравить герцогиню и посему подлежала устранению.

Вновь, как и в селении Коеглин, престранные сны туманили разум мирянам, заставляя их совершать неблаговидные поступки... Герой освободил Дариму от пут, и двое поспешили в замок... Но опоздали: герцогиня была мертва... Отголосок вынужден был сообщить герцогу Натаниэлю о гибели супруги, ровно как и о том, что именнт в снах сир Хью зрел, что Лакана ответственна за скорое разрушение Альтайра, посему и оборвал ее жизнь.

Сир Хью успел покинуть Альтайр, и, по мнению герцога, направлялся в замок Огненного Клейма – оплот Рыцарей Пламени в землях Штормовой Гавани. Герой устремился следом, но когда достиг означенный твердыни, узнал от подначальных сиру Хью рыцарей, что последний отдает странные приказы, заставляя воинов выступать против армии редгардов, остающейся у стен Альтайра. Отголосок попытался рассказать Рыцарям Пламени о произошедшем в сем замке, о гибели герцогини и о роли сира Хью в произошедшем. Многие поверили ему, однако были и те, кто оставались на стороне предводителя ордена.

Сражение вспыхнуло в стенах замка Огненного Клейма; герой и сподвижники его противостояли слепо хранящим верность сиру Хью воинам. Гибель предводителя тех, сира Круа, явилась переломным моментом в битве, и ныне главенство над Рыцарями Пламени принял сир Эдмунд, прежде наотрез отказавшийся следовать безумному приказу сира Хью.

Последний оставался в лазарете замка и пребывал в беспамятстве, терзаясь кошмарами. Прикоснувшись к рыцарю, Отголосок обнаружил себя во сне того!.. Как оказалось, в разуме сира Хью находилась ныне даэдрическая сущность - Знамение Страха, - верховодящая всеми действиями несчастного рыцаря. Именно она внушила сиру Хью, что герцогиня Лакана – шпионка короля Фахара’джада, готовящая почву для вторжения редгардов в Алькайр.

Сразив воплощение Знамения Страха в сей призрачной реальности, герой избавил сира Хью от наваждения, и, пробудившись, осознал рыцарь весь ужас содеянного им, посему вверил себя в руки прибывшего в замок Огненного Клейма герцога Натаниэля, ожидая скорой казни. Отголосок, однако, просил дворянина сохранить опальному рыцарю жизнь: тот был не в себе, когда вершил злодеяния, и покончить с сиром Хью сейчас – значит сыграть на руку зловещему культу Вознесенных грезящих. Ведь продолжают сектанты насылать кошмары на мирян Штормовой Гавани, сея хаос в окрестных землях...

Постановил герцог Натаниэль, что сохраняет Хью жизнь, однако лишает его рыцарского звания и навсегда изгоняет из Алькайра; несчастному остаток жизни предстоит провести в опале. Героя же герцог просил постараться разузнать о «Знамении», и обратиться за помощью к монахам Аббатства Парии, возведенного восточнее и посвященного Азуре. И если туманящая разумы сущность действительно опасна, надлежит незамедлительно о сем известить короля Эмерика.

Осаждали Аббатство Парии воины Союза Полуночи, и не ведали монахи обители, что сподвигло нынешних противников их на столь неожиданное нападение. Присоединился Отголосок к Стражам Духа – защитникам аббатства, выступив против головорезов, воров и контрабандистов, входивших в Союз Полуночи...

Сие отрепье заклинанием погрузило главу святой обители, аббата Дюрака, в магический сон, после чего принялось предавать огню злаки на окрестных полях. И, как оказалось, все это делалось исключительно для отвода глаз: пока монахи были заняты противостоянием неприятелю за стенами Аббатства Парии, агенты Союза Полуночи проникли в здание и выкрали Осколок Грез – бесценную реликвию Азуры, с помощью которой монахи создавали зелья бодрствования, защищавшие от ментальных атак Вознесенных грезящих. Ведь, поскольку не испытывали они нужду во мне, то и магия сновидений не оказывала на них воздействия. Кроме того, зелья сии отправляли монахи в Вэйрест, короля; страшно представить, что произойдет, если сектанты обретут контроль над лидером Ковенанта!

Испив зелье, переданное ему монахами, погрузился герой в мир грез – призрачное отражение Аббатства Парии, где зрел плененного аббата Дюрака. Последнего Отголосок сумел вырвать из тенет колдовского сна, и поведал аббат герою, что за предательством Союза Полуночи наверняка стоит культ Ваернимы, Вознесенные грезящие. И сейчас надлежит как можно скорее известить о похищении Осколка Грез короля Эмерика, а уж после выступать на поиски реликвии.

...Прибыв в Вэйрест, герой проследовал ко двору, поведав монарху о краже Союзом Полуночи Осколка Грез. Эмерик озадачился: прежде контрабандисты сии никогда не доставляли особых проблем, и на подобный шаг не отваживались... «Мы должны дознаться до сути», - постановил король. – «Союз Полуночи ничего не делает без дозволения графа Хосни ат-Тура. Представить не могу, что он стоит за этим, но никогда нельзя знать наверняка».

Странно, но граф Хосни в настоящее время проводит празднование по случаю помолвки в своем особняке, к западу от города, и король передал Отголоску приглашение на сие мероприятие, предложив переговорить с дворянином и выяснить его роль в происходящем.

Проследовав в особняк, герой, понимая, что спрашивать напрямую графа о связах его с Союзом Полуночи неразумно, предложил Хосни свои услуги в качестве наемника, желающего примкнуть к организации, исподволь управляемой дворянином. К счастью, граф питал нужду в людях и просьбу незнакомца счел возможным удовлетворить.

Потребовал Хосни, чтобы герой принес ему кольцо, владеет которым отец графа, лорд Рихард ат-Тура; кольцо сие намеревался граф передать своей невесте, леди Адиме. Отыскав лорда Рихарда в гостевом домике, узнал Отголосок, что обладатель кольца владеет поместьем, и как только окажется она в руках Хосни, тот наверняка покончит со своими родителями. Посчитав, что может доверять лорду Рихарду, герой без утайки поведал пожилому дворянину о краже Осколка Грез.

И Рихард, и супруга его, леди Сирали, полагали, что Адима связана с культом последователей Ваернимы, и манипулирует их сыном, чтобы получить желаемое; ведь Хосни всецело очарован нареченной, исполняет любую волю, ей высказываемую. Знала леди Сирали, что не обошлось тут без магии сновидений...

Навестив лагерь Вознесенных грезящих на побережье близ особняка, перебил герой немало сектантов, и среди пожитков тех обнаружил письма, адресованные леди Адиме. Отголосок передал те леди Сирали, и та наряду с супругом вознамерилась немедленно покинуть особняк и бежать ко двору, дабы просить о помощи... Напоследок леди Сирали открыла Отголоску, что в последнее время сын ее проводит много времени во сне: наверняка Адима управляем им в этом время – возможно, посредством Осколка Грез. Пожилая дворянка предлагала герою изыскать зелья Адимы, и, приняв их, уснуть, дабы переместиться в царствие сна и вырвать лорда Хосни из-под контроля коварной сектантки.

Содеяв сие, обнаружил Отголосок себя во сне графа, где сразил контролирующую разум и действия Хосни даэдру из Квагмира – Знамение Крови, принявшую в смертном мире обличье Адимы!..

Осознал Хосни все злодеяния, совершил которые, находясь под контролем порождения Ваернимы, и, приказав стражам особняка изгнать Вознесенных грезящих прочь с его земель, передал герою Осколок Грез, который тот не замедлил вернуть в Аббатство Парии.

Угроза Меневии – центральным землям Штормовой Гавани – со стороны культа была устранена, но открыла Азура аббату Дюраку, что в землях восточных, Гавадоне, пребывает еще одно Знамение. Но прежде, чем выступить к сим пределам, Отголосок вернулся в Вэйрест, дабы предупредить короля Эмерика о том, что опасность еще не миновала

Поведал монарх герою, что в Гавадоне неспокойно, и силы Ковенанта под началом генерала Годруна противостоят ограм племени Железной Длани, лютующим в тех землях. Тревожило то, что один из офицеров, вернувшийся недавно в Вэйрест из Гавадоне, упоминал о том, что генерал действует несколько странно, и особо не старается покончить с ограми. Неужто знаменитый полководец пребывает под контролем Знамения?!.

По прибытии в лагерь орков клана Муртаг герой обратился к генералу Годруну, предложив свои услуги в противостоянии ограм, спускающимся с Вротгарийских гор. Заметил он, что генерал исполнен горечи, ведь, по его мнению, бретонцы разрушили Орсиниум, почему же орки должны помогать им? Нет, Годрун не собирался забывать удар, нанесенный ему народу, ведь пройдут десятилетия, прежде чем Орсиниум восстановит былую славу.

Присоединившись к рати орков, Отголосок вступил в сражение к ограми, и вскоре те обратились в бегство. Однако генерал запретил солдатам преследовать неприятеля, велев герою в одиночку отправляться в подгорную пещеру и покончить с предводителем огром, Крушителем Черепов. Странно решение, тем более, Годрун раз за разом упоминал о том, что дожидается подкреплений, и вскоре бросит орочье войско на юг, дабы провести иную битву – ту, время которой давно пришло...

Покончив с Крушителем Черепов, герой вернулся в лагерь орков, узнав, что генерал приказал своим офицером готовиться к скорому маршу на Вэйрест. Встревожившись, Отголосок ступить в опочивальню Годруна; последний пребывал в тенетах колдовского сна, а у ложа генерала оставался встревоженный аббат Дюрак. «Знамение Предательства управляет разумом генерала», - поведал он подоспевшему герою. – «Он собирается предать Эмерика и напасть на Вэйрест! Таков замысел Ваернимы – уничтожить Даггерфолльский Ковенант!»

Испив зелье, погрузился в сон и Отголосок, и сознание его переместилось в грезы орочьего генерала. Здесь сразил герой Знамение Предательства – даэдрическую сущность, кою Высокие эльфы Саммерсета знали как «Серый сон», аргонцы – «Яйцо-Ужас», а орки Орсиниума – «Захожий бретонец».

Обратилась к Отголоску Ваернима, постановив, что гибель трех Знамений не изменила ровным счетом ничего. Да, он освободил генерала из-под контроля миньонов Принцессы даэдр... но при этом обрек короля!..

Пробудившись, герой поведал о пережитом во сне Дюраку и пришедшему в себя Годруну, благодарившему Отголоска за свое избавление. Лазутчики из Вэйреста, прибывшие в лагерь орочьего клана только что, сообщили аббату о неожиданном недуге короля. Навряд ли это просто совпадение – Ваернима стремится избавиться от короля Вэйреста!..

Аббат немедленно выступил к Вэйресту, велев герою заручиться поддержкой Азуры, и надлежит для этого покончить с Вознесенными грезящими у ближайшей святыни Принцессы даэдр, осквернившей ее. Отголосок поднялся на вершину скалы, известной как «Плачущий Гигант», и, перебив сектантов, зрел воплотившуюся близ святилища даэдру, одну из ближайших сподвижниц Азуры, голосом коей говорила могущественная Принцесса даэдр. «Ты вернул мой Осколок Грез», - вещала она, - «сразил Знамения Ваернимы, а теперь очистил и мое святилище. Но Госпожа Кошмаров все еще удерживает Штормовую Гавань в своих когтях, верно?»

«Да, она избрала целью своей короля Эмерика», - изрек герой, и молвила даэдра: «Да, король Эмерик всегда хорошо относился к моим Стражам Духов... и я отметила это... Сперва Ваернима нападает на мое аббатство, затем оскверняет мою святыню, а теперь еще и это... Не знай я лучше, то подумала бы, что она выступает против меня».

Устами посланницы Азура обещала помочь герою вырвать короля из тенет колдовского кошмара, но предупредила, что довлеет над разумом Эмерика консорт Ваернимы – Галтис, рекомый ‘Ночным Ужасом’. Посланница передала герою Сумеречный Камень – артефакт, коий позволит Отголоску миновать защитные чары Галтиса, проникнуть в кошмар... и, возможно, спасти короля.

Вернувшись в замок Вэйреста, герой воспользовался артефактом, переместившись в кошмар короля Эмерика – призрачное и зловещее отражение города. В сем видении все отвернулись от короля, предали его: генерал Годрун, королева Марайя... Пав духом, сознавал Эмерик, что недостоин он - править Ковенантом, Вэйрестом... просто недостоин жить, существовать!.. Консорт Ваернимы вновь и вновь являл Эмерику, как сокрушаются все надежды его, обращаясь в страдания, надеясь окончательно сломить волю короля.

Ступив в призрачный замок, Отголосок поверг трех миньонов Галтиса – Рыцаря, Вора и Генерала, представшего ему сиром Хью, графом Хосни и генералом Годруном. Надеялся Галтис сокрушить разум короля, и, пробудившись, править от имени монарха, уничтожив Ковенант раз и навсегда.

Но Отголосок покончил с Галтисом, сохранив Эмерику разум, вырвав его из-под власти консорта Ваернимы. Последняя же переместила героя в Квагмир, свое царствие, надеясь свершить отомщение дерзкому, однако сумел тот бежать через портал обратно в Тамриэль.

Король Эмерик благодарил Отголоска за спасение – и за сохранение Даггерфолльского Ковенанта. После чего просил его выступить к Ривенспайру – северным пределам Скалистых Земель, дабы положить дрязгам между дворянскими домами. Ведь вскоре после завершения Войны Рансера король разделил власть над Ривенспайром между тремя домами, о чем ныне сожалел.

Как оказалось, барон Вайлон Монтклер принял решение занять трон Шорнхелма вопреки мнению иных дворянских домов – Дорелла и Тамрита, посему, подкупив городскую стражу, атаковал противника, и вскоре распространил властью свою на половину столицы. Графиня Тамрит призвала на помощь войска, и откликнулись на зов воители Камлорна под началом Дариена Готье.

Тот сообщил Отголоску, встреченному им на отрогах Ривенспайра, что ожидает графиня в соборе Шорнхелма, и именно туда направил герой свои стопы. Помимо графини Эмельды Тамрит, означились в соборе барон Алард Дорелл и граф Верандис Равенвотч. Дворяне ожесточенно спорили касательно того, как надлежит поступить им, чтобы захватить верхний город, ныне остающийся под контролем сил барона Монтклера.

Обратившись к герою, поведала графиня Тамрит о том, что барон Монтклер разительно изменился, став предпринимать действия, идущие вразрез с достигнутыми договоренностями. Эсельда просила Отголоска попытаться разыскать свидетельства, кои помогли бы понять причину, по которой Монтлер предал остальные благородные дома, решившись на узурпацию власти. Кроме того, графиня упомянула и о двух капитанах стражи, переметнувшихся на сторону барона и принявших непосредственное участие в захвате верхнего города.

Ступив в верхний город, Отголосок отыскал в казармах предателей – капитанов стражи, покончил с ними, а после проник в особняк барона, где обнаружил письмо Монтклеру от некоего генерала Ризал-Джула, аргонца; последний заявлял о том, что продолжает обращать подначальных своих в вампиров, и вскоре, когда Шорнхелм пребудет под их безоговорочным контролем, выступят они на юг, дабы преуспеть там, где потерпел поражение Рансер. Означает ли обнаруженное свидетельство, что и Вайлон Монтклер ныне обращен в вампира?!.

Сам барон покинул город, наказав удерживать его генералу Ризал-Джулу. Солдаты того похищали дворян, дабы, удерживая их, обеспечить бездействие барона Дорелла и графини Тамрит. Как оказалось, пытались выиграть время, дабы провести через портал в одной из пещер поблизости низших вампиров и покончить со стражей Шорнхелма, распространив тем самым контроль на всю территорию города, а после – и Ривенспайра.

Отголосок поведал о сем барону Дореллу, и постановил тот: пришло время действовать! В то время, как силы городской стражи выступили к верхнему городу, дабы покончить с приспешниками Монтклера, герой устремился к пещере, где в год 2260 Первой Эры дворяне и торговцы Шорнхелма укрывались на протяжении пяти месяцев, надеясь спастись от Трассийской Чумы. Здесь повстречал он графа Верандиса Равенвотча, который счел необходимым предупредить героя о том, что находится в пещере и сам генерал Ризал-Джул – искусный воин и алхимик... и, похоже, некромант.

Двое сразили они немало верных Монтклеру воинов и низших вампиров, вызволили из заточения пленных дворян, но покончить с аргонцем не успели: Ризал-Джул скрылся в заранее сотворенном портале. Запечатав оный, Верандис вознамерился незамедлительно приступить к поискам беглого генерала, дабы покончить с ним раз и навсегда.

Герой же вернулся в замок Шорнхелма, из которого объединенные силы дворян Ривенспайра выбили силы Монтклера. В город прибыл король Эмерик со своей свиток, и Отголосок поведал о произошедшем в пещерах и о неожиданной помощи со стороны Верандиса Равенвотча. Монарх поблагодарил героя за роль, кою сыграл тот в освобождении города, однако постановил, что для дальнейшего благоденствия Ривенспайра надлежит разыскать как Ризал-Джула, так и барона Монтклера, ведь те наверняка еще дадут о себе знать, благо амбиции обоих велики.

Король велел Отголоску лично заняться поискам беглых лиходеев, и присоединиться к графу Верандису в его родовом замке, высящемуся к западу от Шорнхелма. Эмерик безоговорочно доверял графу, принадлежащему к старейшему из дворянских родов Ривенспайра, ведь тот одним из первых поддержал его в час образования Ковенанта.

Замок рода Равенвотч высился на скале, у подножия которой пребывала деревушка Крестшейд. Вот только Ризал-Джул успел обрушить на нее огромные валуны со Скалы Рока, а после - сотворить кровавое проклятие, обратив многих поселенцев в низших вампиров, которые стремительно расправились с остальными жителями. Немногим удалось уцелить и бежать в лагерь армии дома Тамрит, разбитый южнее.

Ступив в Крейстешейд и приступив к расправе над вампирами, зрел Отголосок и огромного отвратного голема, созданного аргонцем из плоти мертвецов и заключающего в себе толику душ несчастных селян. Покончив с тварью, даровал герой покой посмертия усопшим мирянам, после чего продолжил восхождение по горной тропе к вратам замка Равенвотч.

Отголосок проследовал в большой зал замка как раз в тот момент, когда обитатели его трапезничали, попивая кровь некоего человека. Герой опешил, осознав, что и граф Верандис, и иные присутствующие – вампиры!.. Приветствовав гостя, Верандис признал свою природу, заметив, что на сокрытии оной настоял король Эмерик; да, монарх прекрасно знал о том, что представляет собой дворинин, и все равно доверял ему, ведь тот принял сторону его в противостоянии королю Рансеру. Да и не походил Верандис на безумных, алчущих крови созданий, творимых Ризал-Джулом; нет, он мечтал лишь о мирном сосуществовании в сем бренном мире.

Верандис предложил Отголоску проследовать к нему в кабинет, дабы пояснить, какими мотивами руководствуется Монтклер в своих поступках, и что послужило тому причиной. Граф заклинанием погрузил героя в сон, позволив ему узреть свои потаенные воспоминания.

Очами Верандиса наблюдал Отголосок, как отчаявшийся Вайлон Монтклер наряду с дочерью, Ллераей, замер у ложа супруги, баронессы Лейлы, находящейся при смерти. Оба настаивали на том, чтобы приняла та зелье, созданное алхимиком Ризал-Джулом, ведь лишь оно способно спасти жизнь обреченной... Отведя Верандиса в сторонку, Вайлон просил друга обратить Лейлу в вампира, однако граф ответил категорическим отказом... Сейчас, созерцая собственные воспоминания, гадал Верандис, правильно ли поступил; быть может, поддайся он на уговоры, удалось бы избежать нынешней войны в Ривенспайре.

Ризал-Джул, однако, полагал, что баронессу может спасти лишь древняя магия Диких эльфов. Аргонец обладал осколком древней реликвии, и убедил Верандиса передать ее Вайлону как средство, должное исцелить баронессу... И, казалось, так и случилось; Лейле действительно стало гораздо лучше. Неужто страшный недуг удалось победить?..

Лейла, однако, призналась Верандису, что чувствует странную пустоту внутри; похоже, магия каменного осколка все же оказалась недостаточно сильна, чтобы сохранить ей жизнь, и баронесса продолжала угасать. Графа и самого тревожил странный, невесть откуда взявшийся осколок, и Ризал-Джул признался, что обнаружил камень среди артефактов айлеид в коллекции историка короля Рансера – в ту пока, когда сам служил при дворе...

Пытаясь понять, частью чего выступает осколок, Верандис прочел обнаружившиеся во владении аргонца манускрипты айлеид, и ошибочно предположил, что речь идем о некоем целительном артефакте, находящемся к вершине Скалы Рока, что в северных горах.

Вайлон, Ллерая, Лейла, а также Ризал-Джул и Верандис устремились к означенному пику, и, разя нежить, поднялись на вершину его, ступили в руины комплекса Диких эльфов. Барон все еще не мог простить Верандису отказа передать супруге его дар вампиризма, и оставалось лишь уповать на то, что целительная реликвия избавит несчастную Лейлу от страданий.

На вершине Скалы Рока означился каменный айлеид, но ощущал Верандис странные – отнюдь не целительные! – энергии, от него исходящие; да и для чего древним айлеид понадобилось скрывать подобную реликвию на вершине сей богами позабытой скалы?.. Велев Лейле приблизиться к монолиту, остальные воззвали к магии его, пробуждая дремлющие энергии.

Однако, когда к ритуалу присоединился Верандис, неким непостижимым образом изменил он могущество реликвии, обратив всех присутствующих в могущественных вампиров! В то время, как Ризал-Джул упивался обретенной силой, отчаявшаяся Лейла обратилась к графу с просьбой сразить ее, ибо не желала подобного существования; Верандис вынужден был подчиниться, а после – бежать со Скалы Рока. Вслед ему неслись проклятия Монтклера...

Отголосок покинул воспоминания вампира, и поведал тот, что собирается заглянуть в руины форпоста айлеид, затерянные в северных холмах, надеясь изыскать там способ одержать верх над Монтклером. Герою же покамест надлежит отыскать безумного аргонца и покончить с ним, ведь в противником случае тот продолжит обращать в лишенных разума вампиров селян Ривенспайра.

Следуя указаниям графа, Отголосок выступил на юг, к организованному домом Тамрит для беженцев и обездоленных лагерю, верховодила которым капитан стражи Шорнхелма Джанева, младшая сестра графини Эмельды... Но вампиры успели нанести удар по лагерю, и когда прибыл в оный Отголосок, то поведала ему Эмельда Тамрит о том, что Джанева и Дариен Готье возглавили солдат, противостоящих нежити. Встревожившись, герой выступил на запад, к реке, земля близ которой была устлана мертвыми телами – как воинов, так и вампиров.

Дариена посчастливилось обнаружить ему живым, хоть и раненым; указав в сторону неких руин, сообщил тот, что Джанева скрылась в пещерах вслед за Ризал-Джуном. Но когда Отголосок, графия Эмельда и сопровождающие их стражи наводнили пещеру, то обнаружили несчастную Джаневу, уже снедаемую проклятием крови. Рано или поздно обратится она в вампира!.. Пока что Джанева сохраняла разум, молила не убивать ее, дать ей шанс... и Отголосок оставил девушку в живых, молясь о том, что о решении своем не пожалеет.

Покончив со схоронившимся в недрах пещер безумным аргонцем, герой и спутники его вернулись в лагерь. Посланница-вампирша доставила Отголоску сообщение от графа Верандиса; тот просил героя присоединиться к несу в руинах бретонской крепости, испещряют кои северо-восточные Холмы Лоркраты. В землях сих пребывали миньоны Ллераи, дочери барона Монтклера, и герой, разя низших вампиров, разыскал дожидающегося его Верандиса, после чего наряду с графом проследовал в подземный комплекс Диких эльфов, означившийся под руинами древней твердыни. По пути рассказывал вампир спутнику, что оплот сей упоминался в том же манускрипте айлеид, из которого почерпнул он знание о Скале Рока; навряд ли это простое совпадение, и два комплекса Диких эльфов должны быть неким образом связаны.

На руины Ллерая успела наложить заклинание иллюзии, затрудняющее перемещение героя и спутника его. Тем не менее, Отголоску удалось развеять волшбу, и достичь центральных помещений руин, где граф заметил книгу преданий айлеид, повествующую о высящемся на Скале Рока монолите – Осколке Света... и о существовании его до оскверенения. Как следовало из фолианта, реликвии сей требовалось смертное вместилище для перемещение в оной могущества реликвии. Похоже, Монтклер стал таковым, ведь между магией монолита и вампирическими способностями барона определенно прослеживается связь. Кроме того, в книге было сказано, что если уничтожить вместилище, окажется уничтожена и реликвия. Граф Верандис заявил, что ему необходимо поразмыслить над последним замечанием.

И пока Равенвотч продолжит изучать обнаруженный фолиант, герою надлежит спешить к Нортпойнту – крепости, захваченной, по донесениям лазутчиков, низшими вампирами и солдатами барона, верховодит которыми Ллерая; местонахождение самого барона Монтклера до сих пор оставалось загадкой – Верандис предполагал, что тот, быть может, продолжает оставаться близ монолита, на Скале Рока...

К означенной твердыне уже выступили войска домов Дорелл и Тамрит, ведь Нортпойнт – родовое гнездо Дореллов, и барон Алард считал делом чести выбить силы врага из своей вотчины... Герой наряду с Дариеном Готье, Алардом Дореллом и графиней Тамрит проникли в город через пещеры контрабандистов. В пределах Нортпойнта хозяйничали лишь вампиры; немногочисленные выжившие горожане схоронились в домах своих и не отваживались показываться на улицах. Страже дома Монтклер было приказано покинуть город и оставатья у врат его на случай возможного противостояния объединенным силам дворянских домов Ривенспайра.

Сын барона Аларда, Эллик, позволил Ллерае остаться в Нортпойнте и вершить свое черное дело; возможно, магия реликвии айлеид затуманила молодому Дореллу рассудок, и теперь горожане поплатились за это, ибо оказались обращены в низших вампиров.

Исследуя город в поисках выживших, Дариен был атакован вампирами, и лишь своевременно подоспевший Отголосок спас молодому человеку жизнь, после чего препроводил во временный оплот союзников в одном из неприметных домов, где и вверил заботам Эсельды Тамрит. На постоялом дворе держал оборону мастер меча Карьяр; последний поведал барону Дореллу, что когда Ллерия приказала подначальным закрыть врата Нортпойнта и принялась обращать горожан в вампиров, он наряду с выжившими стражами начал увожить мирян в гостиницу и иные зданиях, где скрывались те от богомерзкой нежити. Мастер меча сообщил барону и герою, что Ллерия заняла родовой особняк Дореллов, и молодой Эллик пребывает рядом с нею – юноша, похоже, очарован прекрасной девой, и не осознает бесчинства, что творит та с его людьми.

Поспешив в особняк Дореллов, лицезрели герой и спутники его дворян Нортпойнта, собравшихся в большом зале, и Ллераю, уставшую от игр с ними и намеревающуюся даровать им свое благословение – обратить в вампиров. Могущество Осколка даровало девушке власть над разумами, и ныне обнаружил герой, что не может просто обнажить меч да пронзить им сердце вампирши; нахлынувшее ощущение обожания Ллераи туманило разум, заставляло подчиняться коварной бестии.

Ощутил герой пелену иллюзорного заклятия, опутывающую особняк, сумел развеять его, и пока ошарашенные дворяне приходили в себя срализ Ллераю Монтклер. Эллик Дорелл слезно просил прощения у отца, но барон оставался непоколебим: его отпрыск впустил бестию в город, и столо легкомыслие сие жизни огромному числу ни в чем не повинных мирян. На глазах дворян барон отрекся от непутевого сына, приказал стражам увести его.

Армии дворян Ривенспайра устремились к Сокрытому Перевалу, дабы нанести удар по Скале Рока, ведь наверняка именно там скрывается барон Монтклер, сеющий хаос в сих северных пределах Скалистых Земель. Верандис Равенвотч сообщил подоспевшему герою, что книга, обнаруженная ими в руинах Лоркраты, содержала в себе, помимо прочего, карты руин, испещрявших склоны Скалы Рока. Но здесь небезопасно ныне: Монтклер сумел пробудить мертвяков-айлеид, ныне рыщущих по развалинам.

Наряду с графиней Тамрит, бароном Дореллом, Верандисом и ближайшей сподвижницей его, вампиршей Гвендис, Отголосок устремился к руинам; солдаты, служащие дворянским домам Ривенспайра, следовали за ними... Вскоре нежить и воители дома Монтклер на Сокрытом Перевале были уничтожены; герой и спутники его начали восхождение на Скалу Рока, дабы покончить с бароном и оскверненной реликвией айлеид, ныне рекомой ‘Осколком, Лишенным Света’.

Ощущая опасность, Верандис предложил дворянам оставить стражей у подножия скалы, однако те наотрез отказались следовать сему совету. Поднимаясь по ступеням, ведущим, к вершине, лицезрел герой души Диких эльфов, пытающихся остановить его, заставить спуститься вниз. «Мы лишь хотим уберечь вас от судьбы, постигшей нас эоны назад», - вещали духи. – «Это место проклято. Осквернено ужасающей силой... Когда мы пришли в эти земли, но принесли с собою могущественную реликвию, дабы усмирить дикоземье и выжить в сих пределах. В ту пору реликвия именовалась ‘Латтанией’ – ‘Светом Жизни’. Созданная вашими величайшими чародеями, она помогала расцветать растениям, исцеляла недуги; она вдохнула жизнь в сии бесплотные пустоши... Но на нас напали дикари, обитавшие здесь. Много крови было пролито, много жизней утрачено. Кровь и смерть осквернили Свет Жизни, и реликвия... изменилась. Она стала ‘Абагандрой’ – ‘Осколком, Лишенным Света’, светочью смерти. А когда коснулся ее вампир, скверна лишь усилилась. Но если реликвия будет уничтожена, проклятие крови изольется в сопредельные земли».

Духи истаяли... а вскоре герою и спутникам его предстал им призрачный образ самого барона Монтклера. Осознал Верандис, какую ошибку они совершили: ведь реликвия питается жизнью, и по мере приближения к ней разумы вампиров – его и Гвендис – начнет захлестывать жажда крови, и тогда сопровождающие и солдаты станут – вполне возможно – их несчастными жертвами... Знал об этом и Монтклер, посему, не тратя времени на разговоры, обратил воинов в низших вампиров, после чего перенес графиню, барона и Гвендис в один из чертогов руин. Поток энергий оскверненной реликвии сводил вампиршу с ума, и из последних сил сдерживалась она, отказываясь растерзать дворян... На Верандиса Монтклер смотрел с нескрываемой ненавистью: его лучший друг... своими руками оборвавший жизни супруги барона и его дочери... Что еще оставалось в сей жизни у несчастного барона, если не это нечестивое могущество?..

Отголосок и Верандис успели спасти как Гвендис, так и графиню Тамрит и барона Дорелла, вверили обоих заботам Дариена Горье, наказав тому увести обессиленных дворян прочь, в лагерь у подножья скалы. После чего, поднявшись на вершину Скалы Рока, сошлись в противостоянии с бароном Монтклером, сразили его.

Ныне могущество Осколка, Лишенного Света, прежде сдерживаемое Монтклером, могло вырваться потоком гибельных энергий, обращаясь мирян Ривенспайра в низших вампиров... Но Верандис поведал герою, что Молаг Бал согласился принять и его, и реликвию в Хладную Пристань. Таким образом Нирн будет спасен, и Верандис жертвовал собою, покидая сей мир навсегда...

Оскверненная реликвия исчезла, и прежде, чем переместиться в Хладную Пристань вслед за нею, Верандис магией своею перенес Отголоска к подножию Скалы Рока. Земли Ривенспайра были спасены. Король Эмерик, прислушавшись к совету героя, назвал графиню Эсельду Тамрит королевой Шорнхелма, правительницей Ривенспайра.

Королева Марайя, отозвав героя в сторонку, просила того о помощи, ибо тревожные вести пришли из Сентинеля: похоже, старые враги ее отца, короля Фахара’джада, вернулись, и это – некроманты. Вера редгардов не позволяет им осквернять мертвых, даже если это – нежить, потому вернувшиеся в Хаммерфелл некроманты могут стать весьма серьезной проблемой для сопредельных земель.


...А несколько дней спустя герой повстречал Абнура Тарна в обширной библиотеке гильдии магов Даггерфолла, ибо вернулся в город, дабы пополнить припасы перед грядущим походом в земли Хаммерфелла. «Надеюсь, тебе очевидно, что во всех этих катастрофических событиях виноват твой Пророк-Император», - с ходу заявил чародей, обращаясь к Отголоску. – «Все это произошло по его вине». «Маннимарко обманул его», - возразил герой. – «Вины Варена в этом не было». «Конечно, Маннимарко может быть очень убедительным и харизматичным, когда захочет», - пренебрежительно хмыкнул Тарн. – «Мы все поверили ему, когда он сказал, что мы сможем изменить родословную Варена с помощью Амулета Королей».

«Но почему ты винишь во всем Варена?» - все еще не разумел Отголосок, и Тарн пояснил: «Ты спасла ему жизнь, вытащив из Хладной Пристани. А по возвращении он скрыл от тебя свою истинную личность и соврал о своей причастности к Взрыву Душ. Он манипулировал тобой с самого начала. Наверное, лучше будет спросить, почему ты не винишь Варена?» И чародей испытывающе воззрился на героя, но видя, что тот продолжает хранить угрюмое молчание, продолжил: «Варен хочет собрать новую группу соратников в духе первоначальных пяти. Утверждает, что это исполнение пророчества, написанного в его жалких свитках. Все это суеверная чушь, но в одном он прав: нам нужно найти Сая Сахана. Ведь в хаосе, который последовал за Взрывом Душ, именно он украл Амулет Королей и бежал из Имперского Города. Нам нужно найти эту реликвию, а он – единственный, кто знает, где она находится».

Абнур Тарн не ведал, где содержат плененного капитана Драконьей Стражи, однако знал о тайном логове даэдрических культистов в руинах Норвалк, что в Штормовой Гавани; именно там Маннимарко прячет свои самые секретные документы.

Да, Абнур Тарн был высокомерным, заносчивым и самовлюбленным негодяем, однако вместе с тем – патриотом своей державы, и желал освобождения Империи из-под власти даэдропоклонников больше всего на свете. Отголосок обещал опальному канцлеру, что к Штормовой Гавани выступит незамедлительно...

Минуло еще несколько дней, когда Отголосок добрался, наконец, до места – центра Скалистых Земель, где высилась столица Даггерфолльского Ковенанта – Вэйрест. Здесь, в восточных пределах Штормовой Гавани, означились древние руины айлеид, Норвалк, однако название сие получили они много позднее – во времена Второй Империи в подземелье обосновался весьма эксцентричный волшебник, Норвалк Книголюб... Здесь героя уже дожидался Абнур Тарн, и вдвоем спустились они в мрачные глубины занятых культистами и даэдрами руин.

Среди обнаруженных в руинах артефактов означились зачарованные камни, содержались в коих краткие видения о Маннимарко. Последний стремился сломить волю Сая Сахана, дабы вызнать сведения об Амулете Королей – покамест, безуспешно... Сам же Король Червей жаждал заполучить столь могущественную реликвию как для того, чтобы обрести божественность, так и для того, чтобы не позволить противостоящим ему силам исправить произошедшее в час Взрыва Душ... Посему поспешил передать Сая Сахана в Залы Мучений, дабы властительница оных, Герцогиня, вырвала наконец признание у редгарда касательно местонахождения вожделенной реликвии.

Тарн пояснил герою, что речь идет о самой страшной тюрьме в Хладной Пристани, где даэдры истязают не тела пленников, но их разумы, вызывая видения самых потаенных страхов своих жертв. Что-то подобное произошло и с Лирис Титанорожденной...

Покинув руины айлеид, Отголосок выступил в обратный путь к землям Гленумбры; Абнур Тарн предпочел воспользоваться заклинанием телепортации... К тому времени, когда герой добрался до убежища Пророка, последний наряду с Тарном, скрупулезно изучив обнаруженные в Норвалке записи Маннимарко, сумели определить местоположение Залов Мучений, где даэдры вот уже около двух лет удерживали Сая Сахана, все это время пытаясь сломить волю редгарда.

Варен сотворил портал, ступив в который, Отголосок и Лирис, вызвавшаяся его сопровождать, обнаружили себя в Залах Мучений – ужасающей пыточной Хладной Пристани. Здесь плененному Саю Сахану ежедневно являлся Абнур Тарн, высмеивающий редгарда, принижая все его подвиги и достижения, заставляя уверовать в то, что прожитая жизнь - бессмысленна. Из последних сил противился несчастный столь изощренной пытке...

Подоспевшие герои сразили даэдру, принявшую иллюзорный образ Тарна, и Герцогиня Страданий не замедлила заклинанием переместить Сая в иные пределы пыточной, не желая расставаться с любимой своей игрушкой... Здесь миньон Герцогини принял образ Лирис – как оказалось, возлюбленной редгарда, и пыталась та выпытать у пленника местонахождение Амулета Королей.

В ярости Титанорожденная атаковала своего двойника, сразила его, в то время как Отголосок покончил с иными даэдрами, означившимися в каверне... Герцогиня Страданий вновь телепортировала прочь Сая Сахана, однако Отголосок и Лирис сумели разыскать его вновь, и на этот раз сразили саму Герцогиню, а также даэдру, скрывавшуюся за наведенным обликом Варена Аквилариоса.

Изможденному капитану Драконьей Стражи поведал Отголосок, что выступает он исполнителем воли Варена... Последний не замедлил сотворить в сем же чертоге портал, посредством которого вернулись трое в пещеру, убежище лишенного трона Императора. Варен Аквилариос был несказанно рад видеть старого друга, сердечно поблагодарил героя за помощь.

Сай Сахан поведал соратникам, что сокрыл Амулет Королей в руинах Санкр Тор, передав ключ от оных одному из своих ближайших товарищей – старой наставнице, Касуре. Отголосок и Варен советовали воителю как следует отдохнуть и набраться сил, прежде чем отправляться к помянутой женщине, ведь пережитые страдания полнили тьмою душу редгарда.

...Спустя несколько дней Отголосок и Сай Сахан выступили в горы Хаммерфелла, где пребывал древний торговый узел, Долина Клинков, оставалась в котором мастер клинка Касура; несмотря на то, что редгард заявлял – в Долине Клинков безопасно – Варен настоял на том, чтобы присоединились к ним в пути Тарн и Лирис. Рассказывал Сай соратникам о том, что незадолго до пленения сумел передать Касуре зачарованное кольцо, являющееся ключом к потайному чертогу, сокрыт в котором Амулет Королей. О Касуре отзывался редгард с нескрываемым благоговением, ибо выступала воительница наследницей певчих мечей древности, владея сим позабытым искусством и обучая оному молодых сподвижников.

Но когда достигли герои гор Драконьего Хвоста, лицезрели они обвал, преграждавший им путь к Аббатству Клинков. Сай Сахан задумчиво покачал головой: прежде никогда не случалось здесь ни лавин, ни оползней... Однако, ступив в Долину Клинков и приблизившись к Аббатству, узрели четверо, что оное было предано огню!.. Вскрикнув в отчаянии, редгард очертя голову бросился вперед, вознося мольбу Восьмерым о том, чтобы сохранили они жизнь Касуре.

К счастью, последнюю удалось обнаружить близ одного из разрушенных зданий, и поведала женщина, что в Аббатство Клинков вторглись культисты, перебив немало ее учеников; открывали они рифты в Обливион, призывая в мир даэдр... А в следующее мгновение порталы сии возникли вновь, и бесплотный голос Маннимарко приказал миньонам своим завершить начатое, перебив врагов Молаг Бала, всех до единого.

Некроманты Культа Червей наряду с даэдрами-атронахами атаковали как героев, так и немногочисленных выживших воителей – обитателей Долины Клинков. Присоединилась к противникам защитников Аббатства гигантская рептилия – титан самого Маннимарко!..

Героям удалось обратить в бегство атакующих, но очевидно, что Касуре и сподвижникам ее предстоит немало работы, чтобы восстановить Аббатство Клинков. Обратившись к наставнице, Сай Сахан просил женщину вернуть ему Кольцо Милосердия Стендарра, и призналась Касура, что спрятала реликвию в своем родовом склепе, в подземелье в Аббатством.

Старая крипта всегда наполняла Сая ощущением единения с предками, ибо именно здесь были захоронены величайшие воители и певчие меча его рода. Минуя захоронения, редгард рассказывал спутникам о погребенных здесь героях. О Диваде Хандинге, сыне Франдара до Хандинга Хель Ансея Но Ширы, величайшем Святом Меча. О Ра Абе – воине, сражавшемся вместе с Франдаром Хандингом против армий Хиры и выжившему, когда в последней битве у горы Хатту сложили головы более трехста тысяч его соратников. О близнецах меча и копья, Ра Хасе и Ра Хузаре, и их матери Ансее Сатамей, Тигрице Драконьей Звезды. Об Ансее Каламе, мастере древкового оружия, и его дочери, Ра Адии, покончившими с разбойничьими племенами, более двух десятилетий нападавших на народ редгардов. Вся история наследников древних йокуданцев пребывала здесь, в потаенных подземных глубинах, священных для редгардов.

В сундуке, оставленном в одной из келий обнаружили герои как Кольцо Милосердия, так и зачарованный клинок отца Сая, Назира Итафа Сахана. Приняв меч в руки, редгард поклялся уничтожить Маннимарко и освободить Тамриэль от тирании бога интриг, Молаг Бала.

Но возникший в склепе призрачный образ Короля Червей потребовал у героев передать кольцо ему, а, услышав отказ, поднял нежитью славных воителей древности. Сай Сахан был изумлен до глубины души, ибо и помыслить не мог о подобном святотатстве!..

Ценой неимоверных усилий героям удалось отразить натиск мертвяков, не позволив тем подобраться к Кольцу Милосердия. После чего Сай Сахан просил героя вернуться в убежище Варена, дабы передать тому артефакт на хранение; сам же он наряду с Лирис и Тарном намеревался задержаться в Долине Клинков, дабы помочь Касуре похоронить павших и позаботиться о раненых – к тому же, миньоны Маннимарко могли нагрянуть вновь...

...Минуло несколько недель, когда герои вновь собрались в убежище Варена. «И вот мы пришли к тому, с чего начинали», - грустно улыбнулся слепец, обращаясь к сподвижникам – Отголоску, Лирис, Тарну и Саю. – «Я повел изначальных пять соратников на поиски Амулета Королей. Тогда я твердил себе, что делаю это во благо всего Тамриэля. Я ошибался, и теперь весь мир страдает из-за моей гордыни». «Теперь у нас есть возможность все исправить», - заметил Отголосок, и Варен неуверенно кивнул: «Возможно. Но мне интересно – история повторится или все же будет переписана?.. По правде говоря, я боюсь снова использовать амулет. Его сила одновременно велика и ужасна. Судьба может сокрушить нас как отказывая нам в наших желаниях, так и исполняя их». Маннимарко

«Расскажи мне о Санкр Торе», - просил Отголосок, и Варен, согласно кивнув, молвил: «В Первую Эру Санкр Тор был священным городом, основанным самой королевой Алессией, и находится он в горах Коловии. С тех пор он обратился в руины. Перед своей поимкой Сай Сахан спрятал Амулет Королей в катакомбах под городом». Редгард подтвердил слова Варена, поведав, что находится амулет в склепе, защищенном магией Стендарра, бога справедливости и милосердия.

Варен сотворил портал, через который Отголосок, Лирис, Сай Сахан и Абнур Тарн проследовали в руины Санкр Тора, древнего оплота алессианского ордена. Но не успели герои сделать и несколько шагов, как предстал им призрачный образ Маннимарко. «Что вас привело в Санкр Тор, друзья мои?» - буднично осведомился Король Червей. – «Наверное, ищете амулет? Неужели ты, Сай Сахан, полагал, что я позволю тебе бежать из Залов Мучений, если не смогу отслеживать каждый твой шаг?»

Магические энергии, направляемые Маннимарко, ударили в редгарда, и лицо того исказилось от страшной боли. Некромант требовал открыть ему, где находится Амулет Королей, но Сай упрямо молчал... Лирис требовала у Маннимарко прекратить издеваться над редгардом, Тарн же спрашивал, действительно ли Король Червей полагает, что сумеет предать Принца даэдр, заняв его место?.. «С Амулетом Королей возможно все!» - воскликнул некромант. – «Целые народы будут дрожать и преклоняться передо мною! Я стану богом!»

Образ Маннимарко исчез, а Сай Сахан, отдышавшись и придя в себя, напомнил спутникам, что им необходимо спешить, ведь противник их достаточно силен, чтобы рано или поздно преодолеть оберег Стендарра. Посему надлежит получить благословение сего божества, что позволит отряду миновать защитный оберег, сохранив его, что определенно на какое-то время задержит Маннимарко.

Образ последнего продолжал представать четверке героев, доказывая, что все происходящее – часть его собственного замысла. Ведь именно оберег Стендарра не позволит Молаг Балу вмешаться в происходящее, а когда Король Червей заполучит артефакт, Принц даэдр уже не сможет что-либо изменить. «Чим-эль Адабал, красный камень в центре Амулета Королей – это самый мощный Алмаз Души из всех, когда-либо созданных!» - говорил Маннимарко, с готовностью посвящая противников в детали своего плана, ибо был уверен, что те не в силах помешать претворению его в жизнь. – «Заполучив амулет, я поглощу силу Молаг Бала, оставив от него лишь пустую оболочку из неосязаемой плоти. А потом я пленю его сущность с помощью алмаза! Со временем имя Молаг Бала будет позабыто! И весь Тамриэль склонится передо мной. Скоро у бога интриг будет новое имя: Маннимарко!»

Прислужники Короля Червей телепортировались в Санкр Тор, атакуя героев, но те, разя некромантов, продолжали продвигаться к цели – святилищу Стендарра. Сай Сахан попросил товарищей о короткой передышке, заверяя, что с ним все в порядке и нужно ему лишь немного отдышаться. Сознавал редгард, что чары, наводимые Маннимарко, возвращают всю боль и неуверенность, которые испытывал он прежде в Залах Мучений.

Но, усилием воли взяв себя в руки, Сай напомнил спутникам, что для того, чтобы открыть склеп, им надлежит освятить два святилища Стендарра. И первое находится в гробнице Драконьей Стражи, где похоронено немало павших товарищей редгарда. Маннимарко, однако, поднял тех нежитью, и ныне мертвяки атаковали героев, дерзнувших ступить в их владения...

Покончив с противниками, герои проследовали в святилище Стендарра, где Сай Сахан вознес молитву сему божеству, освятив алтарь и обретя благословение. После чего в сопровождении соратников устремился в склеп Ремана, находилось в котором второе святилище.

Освятив и его, герои, противостоя поднимаемым Королем Червей мертвякам, устремились в подземные пределы Санкр Тора, где, воззвав к магии Кольца Милосердия, сумели ступить в Склеп Королей, защищенный оберегом Стендарра. Но здесь предстал им Король Червей во плоти – сумев прорваться через оберег вслед за героями, Маннимарко атаковал тех.

Но, оказавшись повержен, предстал четверке призраком, постановив, что смерть не властна над ним – самым могущественным некромантом Тамриэля, и является лишь шагом на пути к истинному бессмертию. Но возник в чертоге рифт, сотворенный Молаг Балом, который заполучил душу представшего его наместника, дабы обречь ту на вечные мучения в Хладной Пристани.

Отголосок же, забрав с постамента Амулет Королей, наряду со сподвижниками вернулся в убежище Варена, передав последнему артефакт. «Всем нам нужно передохнуть», - улыбнулся тот. – «Теперь мы можем спать намного спокойнее, зная, что Король Червей повержен... Но Молаг Бал все еще представляет собой огромную опасность, и нам следует остановить Слияние Миров, иначе все то, чего мы достигли, будет напрасным».


Снаряженный корабль, должный доставить Отголоска к вотчине редгардов – пустыне Алик’р, оставался у пристани Нортпойнта, посему герой, не мешкая, покинул Шорнхелм, устремившись в новое странствие – на этот раз к пустыне Алик’р...

Корабль бросил якорь у доков Сентинеля, и с изумлением зрел герой зомби, рыщущих по дощатым настилам. Редгарды-стражи растерянно держались в сторонке, не осмеливаясь поднять руку на ‘ра-нету’ – почитаемых мертвецов, ведь в противном случае, согласно повериям, они навлекут на себя проклятие!

Герой же к подобным суевериям оставался равнодушен, посему, сойдя на берег, принялся методично расправляться с зомби, а после покончил с некромантом, остававшимся на берегу и призывавшим утопленников. Проследовав в замок Сентинеля, Отголосок поведал о произошедшем на пристани королю Фахара’джаду.

Последний рассказал о том, как несколько лет назад некромант Сутура, бывший одним из королевских визирей, возглавил армию нежити, выступив против Сентинеля. Сутура был повержен, но, согласно слухам, сыновья некроманта – Уваха и Аласан - продолжили его дело, встав во главе культа Иссохшей Длани. И, поскольку для уроженцев Алик’р противостояние мертвым равносильно бесчестию, король просил Отголоска выступить против культа, и перевым делом – переговорить с его сыном, Азой, который занимался в последнее время поиском сведений о нечестивых сектантах.

Расспросив короля подробнее о противостоянии Сутуре, узнал герой, что ключевую роль в низвержении некроманта сыграли аш’аба – воины, лишенные чести, скрывающиеся в тенях и не гнушающиеся разить нежить, благо суевериями не связаны они. Миряне Алик’р презирают аш’аба, и король не отваживался просить тех о помощи, ведь это может стоить ему трона! Посему и заручался помощью чужеземца... И следует отметить, что восстание Сутуры – не первое противостояние нежити, случившееся в сих пустынных землях. В далекую Первую Эру прибывшие в Алик’р уроженцы Йокуды сражались с мертвяками, тогда-то и создали они Обереги Ансеев. Оные заключают в себе дух трех великих воинов, пожертвовавших собою для защиты потомков – ведь они заключили договор с богами, согласно которому освященные тела усопших невозможно обратить в нежить. Посему некроманты Иссохшей Длани изыскивают трупы, не прошедшие обряд освящения именем Ту’вакки, и обращают их в зомби.

Проследовав к жилищу принца Азаха, герой узнал от перепуганной служанки, что буквально несколько минут назад какие-то люди ворвались в дом, скрутили Азу и увели его с собой. Преследуя похитителей, Отголосок спустился в пещеры, простирающиеся под городом. Ему удалось настичь лиходеев, сразить их и спасти наследника престола Сентинеля, однако тот поведал, что похищение его было совершено исключительно для отвлечения внимания от истинной цели сектантов – Неприступного Хранилища; врата оного магически защищены, однако внутрь, как оказалось, возможно попасть, совершив подкоп! Рассказывал принц, что пребывают в хранилище Обереги Ансеев, и именно сии артефакты рассчитывают заполучить Увафа и Аласан. Ведь тогда сумеют они обратить в нежить легендарных воителей редгардов, заставив тех покончить с обитателями Алик’р!

Бросившись ко дворцу, герой поведал королю Фахара’джаду об опасности, угрожающей Неприступному Хранилищу, и велел монарх Отголоску незамедлительно обратиться за помощью в гильдию магов – лишь чародеи способны развеять чары, преграждающие вход в здание.

В оплоте оной приветствовала героя старая знакомая, чародейка Габриэлла Бенеле; выступив наряду с Отголоском, королем и стражами к Неприступному Хранилищу, она сумела на время развеять двеомер заклятия, и герой, отворив врата, ступил внутрь. Худшие опасения его подтвердились: в чертогах подземного комплекса уже хозяйничали некроманты!

К несчастью, предводители культа Иссохшей Длани уже успели выкрасть Обереги Ансеев и покинуть Неприступное Хранилище. Отголоску же предстал дух ансея Радана, поведавший, что посредством магии артефактов защищали освященных мертвых, н надлежит вырвать Обереги из рук некромантов как можно скорее...

Узнав о произошедшем, постановил король, что нет у них иного выбора, кроме как обращения за помощью к аш’аба. Отголосок вызвался стать посланником монарха, и просил тот разыскать предводителя аш’аба, Маримаха; последний наверняка находится в оазисе Щедрость Морвы, к югу от Сентинеля, где кочевые аш’аба обычно разбивают лагерь. Несколько дней назад Маримах прислал ко двору Фахара’джада свою дочь, дабы предупредила та монарха об угрозе, которую несет культ Иссохшей Длани; ныне сокрушался король, что в гордыне своей не внял предостережениям.

Достигнув лагеря, узнал герой от воителей-аша’ба, что вождь Маримах наряду с верными его сподвижниками был отравлен, и находится ныне при смерти! Дождь вождя, Талия ат-Маримах, поведала Отголоску, что единственный колодец с пресной водой в сем оазисе был отравлен – наверняка некромантами культа Иссохшей Длани, кои страшатся, что выступят аша’ба против нежити, заполоняющей Алик’р.

Наряду с Талией отыскал герой в сопредельных землях лекарственные растения, изготовила на основе экстракта которых девушка целительное зелье, спася таким образом жизнь своему отцу. Вернее... полагала, что спасла. Обратившись к Отголоску, признался умирающий вождь, что времени ему отведено немного, и надлежит герою стать одним из аша’ба, а после – покончить с нечестивым культом. Что до лекарственных растений, из которых Маримах велел дочери изготовить зелье, но предназначено оно не для исцеления, но для прохождения Отголоском ритуала посвящения в аша’ба.

Надеялась Талия, что вера, кою выказывает отец ее герою, обоснована, посему передала ему зелье. Испив оное, узрел Отголосок видение далекого прошлого, 853 года Первой Эры, и отведена была ему роль крон-принца Самира, старшего брата принца Хакмира и сына короля Ксахвана. Принадлежали они к Ра Гада, и, обнаружив на побережьях Хаммерфелла эльфийские поселения клана Корелании, занимались искоренением сей расы, ведь память о конфликте с Леворукими эльфами, случившемся в землях Йокуды, была еще слишком свежа.

Обратившись к сыновьям, король повелел им вести Ра Гада в бой и очистить окрестные пределы от эльфийской падали. Возглавив воинов, принцы атаковали эльфов, и, очистив побережье от противников, спустились в древнюю крипту, где укрылись мер... Здесь лицезрели они ближайшего сподвижника монарха, визиря Йекдаха. Поведал последний, что эльфы, воспользовавшись отсутствием сил Ра Гада в лагере, нанесли удар, покончили с королем... после чего эльфийский некромант обратил его в нежить!

Визирь убеждал принца Самира, что, несмотря на произошедшее, надлежит чтить законы Ра Гада; король теперь – почитаемый мертвый, и выступить против него – святотатство. Визирь не видел для своего народа иного выхода, кроме как покинуть сие побережье и продолжить поиски нового дома.

Несмотря на протесты брата, Самир сразил как некроманта, Венериэна, так и обращенного в нежить короля. Честь принца Хакмира осталась незапятнана, и именно ему надлежит отныне возглавить народ Ра Гада; Самира же, нарушившего священный закон, ожидало изгнание, и безропотно принял он свою участь. Так, крон-принц Самир из Йата стал первым из аш’аба...

Видение развеялось, и герой вновь обнаружил себя в лагере аш’аба. Рассказ продолжила Талия, и говорила она, как правил король Хакмир на протяжении многих лет... когда вновь столкнулся с угрозой со стороны некромантов и нежити. Колония Ра Гада непременно пала был, но на помощь брату пришли Самир и его племя, аш’аба. Не думая о чести, разили они мертвяков, дабы спасти сородичей...

И сейчас Талия называла Отголоска «аш’аба», принимая его в племя. После чего велела герою спешить к священным руинам в сердце пустыни, рекомым «Троном Ту’вакки». Именно там погребено множество героев редгардов, и надеялась Талия, что не успели еще сектанты осквернить те пределы.

Увы, надеждам сим сбыться было не суждено, и даже освященные тела усопших редгардов были обращены в нежить некромантами. Наряду с воинами-аша’ба Отголосок разил мертвяков, в том числе и могущественных героев сей расы: оруженосца Рину, принадлежащей к Ордену Диагны и погибшей в последние дни Осады Орсиниума; Йокеду Разула – первого Старейшину, сражавшегося рядом с Дивадом Хандингом, ведущего за собой Ра Гада на завоевание пустыни Алик’р; королеву Афсар, занявшую трон в конце Первой Эры, когда предыдущий король умер, не оставив наследников, и, покончив с противниками, правившую мирно и справедливо.

Покончив с мертвяками-редгардами, герой продолжили путь к Трону Ту’вакки, где хранитель Фарвад поведал ему о том, что культ Иссохшей Длани под началом Увафы захватил древний храм и продолжает обращать в нежить почитаемых мертвых. Отголосок, в свою очередь, просветил хранителя касательно кражи Оберегов Ансеев, что сделало возможным применение заклятий некромантии к освященным мертвецам.

Фарвад просил героя зажечь священные жаровни в храме, ведь тогда Дыхание Ту’вакки непременно покончит с сектантами, вернув мертвецов в пески пустыни. Ступив в святилище, Отголосок сразил множество мертвяков и некромантов, а после, когда пламя священных жаровень очистило храм, упокоив нежить, проследовал во внутренние пределы древней обители, где покончил с Увафой, одним из предводителей культа; на теле того означился Оберег Ансея Радана. Артефакт сей был очищен от скверны ныне, однако два оных все еще оставались в руках сектантов, и отыскать их лишь предстояло.

Наряду с хранителем Фарвадом, утверждавшим, что направляет его Ту’вакка, выступил герой к восточным руинам, именуемым Дозором Хандинга. Пребывало здесь множество духов – героев величайших воинов, и множество паломников со всего Хаммерфелла приходили к Дозору, дабы поклониться им. «Если суждено тебе стать чемпионом Алик’р, ты должен понять дух этой пустыни и ее народа», - говорил Фарвад Отголоску. – «Ту’вакка говорит, что должен ты повторить путь героев, сразиться с духами их врагов».

В сопровождении Фарвада устремился герой в руины, лицезрев противостояние Ра Гада и недов – первого из народов, с которым схлестнулись йокуданцы, прибыв к берегам Тамриэля. Сразив духи недов и вождя их, Хаакона, Отголосок лицезрел противостояние редгардов – и огромных гоблиноидов, чьих оплотов было немало в землях Хаммерфелла в ту далекую эпоху. По словам Фарвада, Франдар Хандинг повел за собой Ра Гада, дабы покончить с гоблиноидами... В той кампании пал он, но сын Франдара, Дивад, продолжил дело отца, и, возглавив Поющих, искоренил гигантских гоблиноидов... И сейчас герой, повторяя путь воителей древности, разил души сих зверолюдей.

Следующим испытанием, выпавшим на долю йокуданцев, стало противостояние оркам Орсиниума. Наряду с бретонцами осадили они вотчину орков, пребывающую у Вторгарийских гор, но лишь спустя три десятилетия смогли разбить стены Орсиниума и ворваться в город... Отголосок покончил с немалым числом душ орков, представших ему здесь, в руинах Дозора Хандинга, в том числе и с предводителем их – сущностью полководца Тешаги.

После чего поведал Фарвад о войне между йокуданцами и бретонцами, когда по завершении Осады Орсиниума король Даггерфолла Джойль обратился против недавних союзников; один из Поющих покончил с монархом в Сражении на Перевале Бангкорай... И когда сразил Отголосок духи бретонцев и их короля, поведал Фарвад, что предательство бретонцев научило его народ с опаской относиться к иноземцам.

«Величайший урок, которому должно было научить тебя это место, в следующем: войны мимолетны, честь же вечна», - наставлял герой Фарвад, когда поднялись они на вершину Дозора Хандинга. – «Пески времени – все время в движении. Короли восходят на троны и низвергаются с них, города разрушаются и восстанавливаются, альянсы созидаются и раскалываются. Но, честь, слава... и легенды продолжают жить».

Духи величайших героев редгардов, Поющих – Франдар и Диван Хандинги, Макела Леки и Дерик Халлин, - явились Отголоску, наставляя его в ценностях воинов, пришедших из древней Йокуды. Фарвад поведал герою, что Ту’вакка считает ныне, что присущи ему честь и верность. «Но самый главный урок состоит в том, что легенда всегда имеет свою цену», - назидательно произнес хранитель Трона. – «И ты должен быть готов заплатить ее».

Вернувшись в Бергаму, узнал герой о том, что немало горожан бесследно исчезли за последние дни, а правители не предпринимают ничего, чтобы узнать причины сего. Магистрат Сульма, правительница города, заверила Отголоска, что проблема сильно преувеличена, и исчезнувших совсем немного – в основном, бродяги да нищие. К тому же, расследованием произошедшего занимается ревнитель правосудия Истах, и наверняка скоро все тайное станет явным.

Высказав надежду именно на это, герой покинул Зал Правосудия, разыскал Истаха, который помощь чужеземца лишь приветствовал. Рассказывал он, что в связи с последними событиями в Бергаме усилился раскол между поддерживающими короля Старейшинами и Венценосцами, требующими отречения его от трона – ведь Фахара’джад бездействует, позволяя культу Иссохшей Длани продолжать чинить бесчинства в пустыне Алик’р. И, поскольку сам Истах и подначальные его принадлежали к Венценосцам в городе, расколотом на две фракции, расследование это значительно затрудняло. Посему и просил ревнитель правосудия помощи у захожего героя.

По просьбе Истаха Отголосок наблюдал за представителями как Старейшин, так и Венценосцев, внимательно прислушивался к их разговорам... и узнал немало интересного. Так, судя по всему, в местах, где происходили исчезновения мирян, находили обрывки одеяний, присущих лишь Венценосцам, а один из констеблей, Факималь, был замечен в городе в изрядно потрепанной ливрее. Могут ли два факта эти как-то связаны?..

Выяснив, где находится жилище Факималя, герой поспешил навестить констебля... но обнаружил его мертвым. Обыскав дом, обнаружил он ключ и записку, следовало из которой, что Факималь закрывал глаза на похищения горожан сектантами – для того, чтобы культ оставил Бергаму в покое.

Надеясь поделиться сведениями сими с Истахом, Отголосок поспешил к Залу Правосудия... Но магистрат Сульма обвинила ревнителя правосудия в создании препятствий расследованию и заговоре против мирян Бергамы, приказав стражам схватить Истаха и приковать к позорному столбу на городской площади... Герою Истах сообщил, что выяснил: магистрат тайно встречалась с Факималем, одним из констеблей, и когда он поинтересовался у Сульмы о причинах сего, та и обвинила его в измене.

Вздохнув, Отголосок поведал заключенному, что именно Факималь стоял за злодеяниями, передавая мирян в руки сектантов. Истах просил героя проникнуть в дом магистрата и осмотреть его, и Отголосок не отказал ревнителю правосудия... В жилище Сульмы означилось письмо от Аласана, одного из предводителей культа, в котором тот отвечал отказом за предложенный магистратом откуп в золоте, требуя мертвых тел и обещая пощадить город, если пожелание его будет удовлетворено.

Ключ, найденный героем в доме Факималя, отмыкал люк, ведущий в подвал, и именно здесь пребывали трупы исчезнувших мирян. На глазах героя из портала выступили сектанты, надеющиеся забрать мертвые тела для последующего обращения их в нежить...

К тому времени, как Отголосок сразил нечестивцев и покинул подвал, домой вернулась Сульма, осознав, что ведома ныне чужеземцу ее тайна. Призналась магистрат в содеянном, ведь полагала она, что ничто не в силах противостоять могуществу культа – ни король, ни аша’ба. Потому и заключила сделку с сектантами, зная, что в противном случае те попросту расправились бы с горожанами. Отголосок ответил категорическим отказом на просьбу магистрата сохранить ее тайну; и надеялся он, что сумеет отыскать и сразить Аласана прежде, чем прикажет тот армии нежити атаковать Бергаму. Конечно, герой незамедлительно поведал офицерам городской страже о преступлении магистрата, и ревнитель правосудия Истах был освобожден.

Последующие несколько дней Отголосок провел в Бергаме, в то время как проживающая в сем граде мудрица Зохрех пыталась найти в древних книгах ответ на вопрос о том, где может находиться тайный оплот культа... Но вскоре прибыл в город прибыл посланник из приморского города Благословение Тавы, сообщив, что захвачен оный некромантами. Вести тревожили, ведь именно с верфей сего града спускались на воду суда Ковенанта.

Покинув Бергаму, герой выступил на север, к Благословению Тавы; близ города разбили лагерь воины под началом принца Азаха, сообщившего Отголоску о том, что находится в Благословении Тавы сам Аласан, после гибели брата единолично возглавивший культ. Некроманты перебили горожан, однако обращать в нежить их не стали; как следовало из донесений лазутчиков, Аласан, осквернив один из Оберегов Ансеев, стремится использовать реликвию как фокус для заклинания, должного поглотить энергию мертвых, а после с ее помощью обратить себя в лича!.. Рассказывал принц, что и в Сентинеле неспокойно: вести о краже Оберегов распространились, и ныне Венценосцы – и даже некоторые Старейшины – призывают короля Фахара’джада отречься от престола.

Отголосок ступил в город, и, разя встреченных некромантов, достиг маяка на побережье, где вершил колдовской ритуал Аласан. Последнего герой сразил ударом меча, но, поскольку Аласан уже успел связать сущность свою с оскверненным Оберегом – мечом Ансея Маджи, оный оказался расколот, а предвоитель культа продолжил существование в обличье не лича, но могущественного призрака... Представ Отголоску, дух Маджи поведала, что высвобожденные некротические энергии обратили в нежить – Ра Неда – погибших жителей города. Ансей просила героя восстановить расколотый клинок – лишь в этом случае сможет она остаться в сем пласте реальности и пленить сущность Аласана.

Следуя наставлениям Маджи, герой заручился поддержкой древних йокуданских богов, обретя необходимые для ритуала восстановления Оберега предметы, а после – перековав меч в городской кузне, возложил его на Алтарь Ансеев в центре Благословения Тавы. Вновь обретя силу, дух Маджи пленил сущность Аласана в Обереге, и, будучи освященным вновь, артефакт энергиями своими защищал пределы пустыни Алик’р.

Что касается третьего Оберега, то ощущала Маджа: пребывает он в руках опаснейшего и сильнейшего из родичей Аласана. Недоумевал Отголосок: он же сразил Увафу у Трона Ту’вакки, о ком же может идти речь?..

Азах, услышав рассказ героя, припомнил, что, помимо сыновей, была у Сутураха еще и дочь, а остававшаяся с отрядом принца Шири, помощница мудрицы Зохрех, поведала, что обнаружила внутри маяка заметки Аласана, согласно которым сектанты собирались сокрыть третий из Оберегов Ансеев в руинах Дозора Хандинга. Лишь в тех местах, где родились легендарные Ансеи, возможно осквернить реликвии, а третья из воителей древности, Халела, родом именно из означенных пределов.

Выступив к Дозору Хандинга, Отголосок не обнаружил и следа присутствия сектантов... Но встреченный им по пути страж из Бергамы с тревогой сообщил, что Шири не возвращалась в город, и мудрица Зохрех отправила его на поиски своей ученицы, ведь, но ее словам, записи Аласана, обнаруженные девушкой, ни в коем случае не должны попасть в руки сектантов. Зная, что в Сатакалааме – городе в северных пределах пустыни – проживает кузина Шири, Нахира, страж просил героя навестить ее, узнать, не видали ли та исчезнувшую ученицу мудрицы.

...Неподалеку от Сатакалааме заметил герой лагерь редгардов под началом генерала Тоды. Поведал последний, что город заняли Имперцы, состоящие в союзе с культом Иссохшей Длани!.. Дабы оградить себя от вторжения со стороны редгардов, Имперцы взяли в заложники дворян Сатакалаама.

Раздобыв Имперские доспехи и выдавая себя за одного из циродиильцев, герой ступил в Сатакалаам, и, держась подальше от патрулей, разыскал дом Нахиры... обнаружив ту мертвой. Но означился в жилище дневник Нахиры, следовало из которого, что Шири – младшая сестра Увафы и Аласана, дочь Сутураха!..

Отголосок разыскал и освободил удерживаемых Имперцами заложников, выяснив при этом, что проникли солдаты в город через старый тоннель, использующийся контрабандистами и проходящий под горами между Сатакалаамом и Бангкораем. Сообщили дворяне герою, что вход в тоннель наверняка находится в подвалах особняка Магнифико Хоршада, предавшего город... Подозрения сии полностью оправдались, и Отголосок, обнаружив тоннель, сумел обрушить его; таким образом, на прибытие подкреплений Имперцы рассчитывать не могли, и силы генерала Тоды, ворвавшись в город, покончили с захватчиками.

Вскоре в Сатакаал прибыл принц Азах, сообщив герою, что путь беглянки Шири ведет в обширнейший в пустыне Алик’р некрополь Мотальон, к северу от города. Шири и сектанты уже приступили к нечестивым ритуалам, и нежить заполонила некрополь; силы под началом принца Азаха и хранителя трона Фарвада наряду с присоединившимся к ним аш’аба, ведомыми Талией ат-Маримах, противостояли мертвякам, зная, что при жизни те были головорезами, разбойниками и прочими отбросами общества редгардов.

Отголосок выступил на стороне противников культа, и в ходе жестокого сражения сумели те отбросить противника к центральному мавзолею некрополя, укрывалась в котором Шири. Последней удалось пленить принца Азаха и Фардвада, забрать у них Обереги Ансеев, переданные тем на хранение героем. Шири показала себя весьма коварной противницей: выдавая себя за смиренную ученицу мудрицы Зохрех, она сопровождала силы принца в Благословение Тавы, где раздобыла книгу своего брата, Аласана.

И теперь Шири претворяла в жизнь свои замыслы, проводя ритуал возрождения своего отца, Сутуруха, в образе могущественного лича!.. Ступив в склеп некроманта, герой и спутники его атаковали Шири, но в считанные мгновения до того, как жизнь ее оборвалась, девушка сумела завершить ритуал, и Сутурух восстал нежитью, обратив гнев свой на палачей дочери.

Существование лича, однако, продлилось недолго, и вскоре пал он, сраженный Отголоском. Культ Иссохшей Длани был обезглавлен, и навряд ли его существование продлится долго... В склепе обнаружил герой Обереги Ансеев; дух Ансея Халелы просил его вернуть очищенные от скверны реликвии в Неприступное Хранилище, дабы воители прошлого вновь смогли бы встать на защиту потомков и земель Алик’р.

Просьбу Ансея герой исполнил, проведя церемонию, собралось на которую множество редгардов – как Венценосцев, так и Хранителей. Король Фахара’джад сердечно благодарил чужеземца за избавление его державы от угрозы со стороны нечестивого культа.

По завершении церемонии монарх отозвал героя в сторонку, сообщив о том, что король Бангкорая Эамонд убить предельцами; те давно хотели заполучить для себя северные земли Бангкорая, и война в Циродииле предоставила им прекрасную возможность нанести удар. Насколько было ведомо Фахара’джаду, силы предельцев выступили на Эвермор, столицу Бангкорая. Навряд ли силы Ковенанта успеют достичь города вовремя, посему король и просил Отголоска незамедлительно отправляться в Эвермор и сделать все возможное, чтобы город выстоял.

Присутствовавшая на церемонии чародейка Габриэлла Бенеле сотворила портал, пройдя в который, герой обнаружил себя близ Эвермора. Миряне города были в отчаянии: король и наследники его мертвы, враг на подходе, а чернокрылые вороны кружат над Эвермором; бразды правления державой перешли к браду Эамонда, герцогу Ренчанту, ведь после гибели супруга королева Аржела – кузена короля Эмерика – сама не своя, и остается в церкви, предаваясь скорби. Солдаты, принадлежащие к городской страже, спешно возводили баррикады у врат, ведь предельцы были уже совсем близко – рыскали в окрестных лесах и даже сумели захватить маяк у реки. Капитан стражи, северянин Хьюрран, однако, приказал подначальным не предпринимать никаких действий против врага – оставаться на позициях да наблюдать. Солдаты роптали, однако ослушаться приказа не могли... в отличие от Отголоска, в рядах стражи не состоящего.

Выступив к маяку, герой перебил занявшего оный предельцев, о чем не преминул сообщить капитану Хьюррану. Последний посоветовал Отголоску заглянуть в замок да представиться герцогу: наверняка тот вознаградит чужеземца за содеянное.

Но у врат замка обратилась к герою орчиха, назвавшаяся ‘Гларихой, горничной королевы‘. Последняя ухаживает за ранеными в церкви и, хоть и остается правительницей королевы, не может публично оспаривать решения, принимаемые регентом – герцогом Ренчантом. Но сейчас Глариха передала Отголоску просьбу королевы: осторожно, не привлекая внимания, осмотреть укрепления у восточных врат, а после – разыскать прежнего капитана стражи, сира Джарнота, да поинтересоваться, что тот думает о стратегии, избранной герцогом. Не то, чтобы подозревала она его в некомпетентности, но хотела удостовериться, что силы Эвермора, разбитые в предыдущем сражении с предельцами, сумеют отстоять город.

Сир Джарнот пребывал в таверне, предаваясь возлияниям. Оставался он в печали, ведь принцесса Элара была убита в то время, когда находилась под его защитой, и королева потребовала, чтобы оставил он свой пост... Герою поведал он, что новый капитан стражи, Хьюрран, недавно отверг предложение о помощи в защите города, поступившее от гильдии бойцов, сказав, что рассматривает иные варианты... Ворона, восседающая на столе и внимательно наблюдающая на сиром Джарнотом, неожиданно заговорила с героем человеческим голосом, молвив: «С вершин открывается обширный вид, но надлежит спуститься вниз, чтобы разглядеть скрывающееся в тенях».

У врат обнаружил герой ящики с припасами, доспехами и оружием; судя по всему, доставили их сюда с пришвартованного в порту корабля, «Королева Бьюлса». «Новые безделушки», - каркнула ворона, замершая на одном из ящиков, - «но ящики еще не открывали. Время для подарков еще не настало». Вновь спрашивал герой, кто она – ворона, но собеседница упрямо отмалчиваясь, говоря лишь о том, что находится здесь, чтобы слушать... и наблюдать.

На городской площади заметил Отголосок заключенного; закованный в колодки, уверял он, что не совершал никаких злодеяний, и говорил лишь правду – о том, что Имперцы проникли в город Лагерь Халлина в южном Бангкорае, захватили его и поработили добрую половину горожан. Пленник сумел бежать из означенного града, добрался до Эвермора, но когда поведал о случившемся стражам, те заковали его в колодки, заявив, что нечего пугать лживыми и речами и без того обеспокоенных вестями о предельцах горожан!

«Когда правду пытаются задушить, людей помещают в оковы», -каркнула уже знакомая ворона, прислушивавшаяся к разговору. – «Люди со страхом смотрят на север, но буря приближается с юга».

Ступив в часовню Святого Пелина, герой попытался было поведать о том, что ему удалось выяснить, королеве, но, похоже, та была совершенно сломлена горем, посему просила Отголоска доложить обо всем герцогу.

Последний приветствовал героя, весть о котором уже успела распространиться в землях Ковенанта, и тот поведал регенту обо всем, что удалось ему выяснить. Герцог знал о предложении со стороны гильдии бойцов, но заявил: плату за услуги свои эти наемники потребовали непомерную. Ведал он и о беженце из Лагеря Халлина, и решение стражей заковать его приветствовал: люд Эвермора и без того в отчаянии, нечего пугать мирян пустыми россказнями о несуществующей угрозе со стороны Имперцев. Что касается поставок оружия, доставленных на корабле «Королева Бьюлса», то исходят они от нового союзника, личность которого герцог покамест держал в секрете.

На все подозрения Отголоска у герцога нашлись ответы, и просил он героя держаться подальше от корабля в порту, говоря о том, что претворяет в жизнь свой план по защите от предельцев, и не хочет, чтобы народ прознал о нем раньше времени. Герой, однако, продолжал настаивать, требуя, чтобы регент открыл ему детали замысла, и Ренчант признался: неделю назад к нему обратились Имперские дипломаты, завявив, что сумели заключить сделку с Пределом. Потому герцогу было предложено передать Эвермор Имперцам; в этом случае предельцы не станут атаковать, и сохранит город относительную автономию. Иной альтернативы выжить и спасти город от разрушения регент не видел.

Несмотря на настоятельные просьбы не приближаться к кораблю в порту, герой, сопровождаемый престранной говорящей вороной, проследовал на борт, спустился в трюм, где, сразив нескольких Имперцев, обнаружил плененную теми Глариху. Кроме того, в ведении одного из Имперских офицеров означились приказы, подписанный самой Септимой Тарн – магом-генералом Имперской армии и племянницей Абнура Тарна. Как следовало из бумаг, Имперцы, прибывшие на «Королеве Бьюлса» под видом членов команды, проникли в Эвермор, и именно им адресованы поставки доспехов и оружия, а не городской страже. В определенный момент они захватят город, обратив население оного в рабство.

Капитан корабля Ахну сошла на берег; Глариха устремилась на поиски сира Джарнота и иных стражей, сохраняющих верность королеве, дабы предупредить их о новой угрозе, герой же проследил за капитаном, обнаружив, что та встречается на задворках у постоялого двора с капитаном стражи Хьюрраном, рассчитавшимся с ней за оказанную услугу по доставке в Эвермор «союзников». Как следовало из слов Хьюррана, переворот свершится уже через несколько часов, когда Имперские агенты, находящиеся в городе, будут вооружены.

Отголосок поспешил поведать о происходящем королеве Аржеле, передав в качестве доказательства своих слов обнаруженные на корабле Имперские приказы. Королева и помыслить не могла, что ставленник ее окажется столь наивен, что решится избрать меньшее из двух зол, и обречет мирян Эвермора на рабство. Ведь если Имперцы захватят Бангкорай, Ковенанту будет нанесен поистине сокрушительный удар!.. Что ж, королеве не остается ничего иного, как вернуть себе престол, посему просила она героя разыскать Глариху и сира Джарнота, и с их помощью попытаться изобличить проникших в город Имперцев.

Но, выступив на поиски, обнаружил герой Глариху и сира Джарнота мертвыми, а подле тел их оставалась ворона. Призналась последняя, что устами птицы говорит Уела, предводительница предельцев, ведущая рать для захвата города. И сейчас предлагала она Отголоску временный союз против общего врага – Имперцев!.. Обещала Уела, что ее вороны покончат с лазутчиками, герою лишь предстоит их обнаружить.

На задних аллеях города и площадях замечал Отголосок людей, призывающих к союзу с Циродиилом, ведь лишь в нем – спасение от не знающих пощады предельцев. Изобличая Имперских шпионов, герой подавал знак вороне... и десятки чернокрылых пернатых нападали на неприятелей, заклевывая их до смерти на глазах пораженных подобным зрелищем горожан.

Путь герою преградил капитан Хьюрран, которому герцог приказал покончить с индивидом, пытающимся помешать претворению в жизнь его планов... Сразив стражника, Отголосок вернулся в замок, где доложил королеве о гибели Имперских лазутчиков, остававшихся в стенах Эвермора. Герцог Ренчант попытался было укрыться в замковых подвалах; полагал он, что действовал правильно, и королева наряду с чужеземцем обрекли город на уничтожение, лишив Эвермор защиты со стороны Империи.

Королева сразила регента, назвав того «предателем королевства», после чего объявила о своем возвращении на престол. Ворона, однако, заявила, что правление Аржелы будет недолгим; с устранением Имперской угрозы союз их завершается, и вскоре рать предельцев сокрушит Эвермор.

...Покидая город, герой устремлялся к Нортглену, где продолжалось противостояние изрядно потрепанной королевской армии с силами Предела. Капитан Эвгьен Гэркрофт, верховодящий обороной селения, доложил посланцу королевы, что предельцы – ведьмы да ведьмаки – непрестанно атакуют позиции стражи, а одна из лазутчиц, Изабет, ослушалась приказа и ныне остается на территории врага. В задачу лазутчиков входило обретение сведений о силах предельцев и спасение мирян с окрестных ферм.

Устремившись к территориям, контролируемым неприятелем, герой обнаружил одну из лазутчиц стражи, поведала которая о том, что Изабет надеялась заключить союз с лесными ворожеями, остающимися в близлежащих руинах айлеид... Близ оных путь Отголоску преступила ворожея Астерия, сообщив, что Изабет сумела спасти от ведьм одну из селянок, однако та оказалась поражена неким неведомым недугом.

Названная сестра Астерии, остающаяся в руинах ворожея Дельфика, попыталась было очистить селянку от зла, но магия ведьм Предела обратила несчастную в нежить – послушную марионетку своих создателей. «Теперь понятно, почему мы не видели пленников», - хмыкнула ворожея Дельфика, обращаясь к герою. – «Они обратили их в мертвяков, рыщущих по Нортглену. И армия их продолжает расти, ровно как и угроза, идущая из Виридийских Лесов».

В окрестных полях ведьмы взрастили немало лоз, исполненных нечестивой магии, и надеялись осквернить сии земли, прежде им принадлежавшие. Семена растений помещали ведьмы в тела своих пленников – прямо в сердца, и считали ворожеи, что исцелить зараженных несчастных невозможно.

Повстречал герой и лазутчицу Изабет – как оказалось, дочь капитана Гэркрофта. Сообщила та, что предводитель сил предельцев близ Нортглена, Дюрэг, собрал немало ящиков семян, с помощью которых надеется обратить жителей окрестных земель в своих послушных рабов. Сама Изабет едва держалась на ногах, ведь она лишь недавно сумела бежать из плена, и не ведала, удалось ли безжалостному Дюрэгу поместить семя и в ее тело.

Отыскав близ фермерских угодий ящики со зловещими семенами, находяшиеся под охраной ведьм и нежити, Отголосок предал их огню, а предельцев – мечу. После чего сопроводил Изабет в лагерь сил Эвермора, где сообщил капитану Эвгьену Гэркрофту о союзе, заключенном с ворожеями, ибо согласились те примкнуть к армии Бангкорая и открыто выступить против предельцев.

Но подоспевшая ворожея Дельфика сообщила капитану страшную новость – дочь его заражена злым семенем, и надлежит покончить с ней, здесь и сейчас. Эвгьен пришел в ярость от подобного предложения со стороны новой союзницы, однако Изабет подтвердила, что иного выхода попросту нет, после чего безропотно позволила ворожее сразить себя магией...

Отголоску пришлось приложить немало усилий, чтобы успокоить отца, на глазах которого ворожея только что хладнокровно убила его дочь, убедить его в том, что союз с чародейками сими необходим Эвермору. Однако предельцы продвижение свое не замедлят, и надлежит покончить с предводительницей их – ведьмой-вороном Уелой. Охранные чары последней не позволяли ворожеям обнаружить местонахождение ее с помощью заклинаний, а множество воронов, круживших над землями Бангкорая, выступали лазутчиками Уелы, с точностью знала та обо всех действиях противников.

Следуя совету Дельфики, герой выступил на север, где близ основного лагеря армии предельцев в рощице схоронились ворожеи. Последние поведали герою о том, что нечестивые тотемы ведьм Предела, установленные в лагере, ослабляют их собственную магию, не позволяют воспользоваться силами природы.

Посему Отголосок, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания со стороны предельцев, проник в лагерь тех, принявшись предавать огню помянутые ворожеями тотемы; сопровождала его одна из молодых ворожей, Рашан, остающаяся в обличье волчицы. Ощущала та, как магия природы возвращается к ней, однако для искоренения скверны надлежало покончить с Уелой, ибо кровь ведьмы-вороны – то, что требуется лесу для очищения.

Злые чары Уелы наполняли скверной душу любого, кто ступал в башню ведьмы, высящуюся на островке неподалеку. Но Отголосок был души лишен, посему, ступив в полуразрушенный шпиль, сразил ведьму, и, вырезав сердце ее, преподнес оное ворожеям, дабы свершили те колдовской ритуал по очищению окрестных лесных пределов от скверны, несомой ведьмами.

Вороны, прежде порабощенные Уелой, обрели свободу; предельцы же, прознав о гибели своей предводительницы, бежали в панике, скрывшись в северных чащобах.

Вернувшись в Эвермор, Отголосок поведал королеве Аржеле о том, что угрозы городу со стороны ведьм Предела не существует боле. Поделилась добрыми вестями и правительница: маг-генерал Септима Тарн испросила ее о проведении переговоров, и надеялась Аржела, что обсудят они перемирие. Однако королева Имперцам не доверяла, посему просила Отголоска, а также воителей гильдий бойцов и магов сопровождать ее к месту встречи, должной состояться на нейтральной территории – в одном из ущелий центрального Бангкорая.

Силы гильдий магов и бойцов возглавляли Габриэлла Бенеле и Дариен Готье соответственно; наряду с Отголоском и королевой проследовали они в сотворенный портал, замерли поодаль, у запертых врат оплота двемер Нчу Дуабтар, в то время как Аржела проследовала в центр ущелья, где должна была состояться встреча.

Наконец, из портала выступила Септима Тарн, заявив, что требует безоговорочной капитуляции Эвермора – в противном случае королева умрет. «Твои угрозы бессмысленны, Септима», - отвечала Аржела. – «Между нами и Циродиилом возведен Гарнизон Бангкорая, и захватить эту твердыню непросто. Неужто история тебя ничему не учит?» «Гарнизон Бангкорая уже пал», - хмыкнула маг-генерал. – «Мои легионеры ныне занимают эту крепость».

В ярости Аржела попыталась нанести удар Имперке... с изумлением обнаружив, что говорит с ее иллюзорным образом!.. А в следующее мгновение силы Седьмого Легиона, подначальные Септиме Тарн, ворвались в ущелье, сошлись в сражении с воителями гильдий... Те сумели сдержать противника достаточно времени, чтобы Габриэлла успела сотворить портал в Эвермор, через который Аржела, Отголосок и остальные отступили.

Если слова Септимы правдивы, и Гарнизон Бангкорая действительно пал, означает это, что рати Циродиила вскоре непременно осадят Эвермор. К счастью, воители Львиной Стражи под началом Великого Короля Эмерика подоспели весьма своевременно, и наряду с Отголоском выступили на юг, к стенам занятой Имперцами твердыни.

Проникнув в гарнизон через канализационные стоки, герой сумел открыть врата его изнутри, и Львиная Стража сошлась в ожесточенном противостоянии с Имперскими легионерами и даэдрами, призванными на бастионы крепости Септимой Тарн. Отголосок спустился в темницу гарнизона, освободил плененных Имперцами рыцарей Святого Пелина, и те немедленно присоединились к солдатам королевы Аржелы и короля Эмерика.

Боевой маг Папус – ставленник Септимы Тарн – укрылся в склепе, где надеялся обратить в нежить погребенных там правителей Бангкорая, но пал от руки Отголоска... После чего разверзлись небеса, Темные Якоря упали во внутренний двор гарнизона, вонзившись в землю, и даэдры низринулись из Хладной Пристани в мир смертный.

Объединенные силы Львиной Стражи и защитников Бангкорая сумели отразить натиск, уничтожить Темные Якоря. С последними Имперцами было покончено, и надеялась королева Аржела, что, получив столь сокрушительный удар, циродиильцы не отважатся боле на захват земель Бангкорая.

Конечно, противостояние еще не было завершено, ведь южные пределы Бангкорая все еще оставались под контролем солдат Седьмого Легиона, и Эмерик был исполнен решимости обратить их в бегство. Ныне укрылись Имперцы за стенами Лагеря Халлина, и Великий Король просил героя проникнуть в сей град, возведенный некогда редгардами в дикоземье, и выяснить, находится ли в пределах его Септима Тарн, верховодящая нынешней кампанией.

...Армия под стягами Даггерфолльского Ковенанта встала лагерем в южных пределах Бангкорая, в то время как герой, облачившись в доспехи Имперского легионера, ступил в Лагерь Халлина, разыскал ставку командования. Но Септима Тарн уже покинула город; возглавив отряд легионеров и ученых, маг-генерал устремилась к легендарному Залу Героев – подгорному комплексу, погребены в котором величайшие воители народа редгардов.

О сем сообщил Отголосок Великому Королю, и постановил Эмерик: армия снимается с лагеря и следует к Залу Героев, где даст бой силам Имперцев... Но на подходе к усыпальнице возникла пред воинами Септима Тарн. Магия последней сразила немало солдат, а чародейка исчезла в портале... наряду с Великим Королем!..

Офицеры Эмерика не решились атаковать лагерь Имперцев близ Зала Героев, ведь ряды их поредели, и в сражении ветераны-легионеры непременно одержат верх. Посему было решено разбить лагерь поодаль, отправить гонцов в Эвермор с просьбой о подкреплении.

Сознавая, что медлить нельзя, Отголосок в одиночку проник в Имперский лагерь, пребывало в котором немало как солдат, так и даэдр; миновав оный, ступил он в Зал Героев, где, согласно легендам, проходила граница между планами бытия, и души павших редгардов отправлялись в последнее странствие к Дальним Берегам.

Имперцы наряду с даэдрами были заняты поисками тайного механизма, открывающего врата в Чертог Перехода. Надеялись легионеры, что древние ритуалы, описанные Маннимарко, окажутся действенны, и сумеют они призвать армию призраков редгардов на свою сторону, сделав тех послушными рабами.

Пожилой редгард - хранитель Зала Героев – сокрушенно поведал герою, что Септима Тарн, нарушив все мыслимые запреты, ступила в Чертог Перехода, однако для того, чтобы Отголосок смог последовать за нею, надлежит ему обрести благословение героев древности.

Пройдя испытания духов Франдара Хандина, Дивада Хандинга и Макелы Леки, и обретя их благословение, герой проследовал во внутренние пределы храма – Чертог Перехода. Здесь на глазах Отголоска Септима Тарн вонзила кинжал в сердце короля Эмерика, а после – скрылась в столпе энергии.

Проследовав за нею, герой обнаружил себя на Дальних Берегах, где лицезрел бьющуюся в магических оковах душу павшего Великого Короля. «Твоя смерть мало что значит», - говорила ему маг-генерал. – «Будут и другие короли. Нет, мне нужен был он – тот, кто не раз спасал Ковенант. Отголосок из Хладной Пристани». Септима знала, что в Мундусе не может покончить с индивидом, лишенным души. Но здесь, в Аетериусе он был отрезан от Хладной Пристани... и от своей сущности, там остающейся...

В небесах соткался образ хранителя Зала Героев, предложившего Отголоску сделку: если сумеет тот покончить с Септимой Тарн, то сумеет вернуться в Мундус с наряду с душой Эмерика... Маг-генерал, призвав на свою сторону души редгардов, атаковала...

И когда герой сразил противницу, то обнаружил себя подле Зала Героев, в окружении рыцарей Львиной Стражи, оплакивающих своего сюзерена. На глазах пораженных воинов Великий Король поднялся на ноги, и, обратившись к Отголоску, сердечно поблагодарил того за спасение.

***

Ступив в даггерфолльскую ветвь гильдию бойцов, герой свел знакомство с новой главой оной, аргонкой по имени Зрит-Все-Цвета, занявшей сию должность после несвоевременной кончины Джофнира Ледяного Клинка. Последняя объявила непримиримую войну даэдрам и их Темным Якорям, надеясь очистить от напасти сей земли Тамриэля.

Отголосок принял решение примкнуть к гильдии, и аргонка отправила его в помощь к двум воителям гильдии, редгарду Меррику и каджиит Аелиф, которые недавно выступили, дабы проверить слухи о Якорях близ Даггерфолла. Подобный заказ оставила в гильдии влиятельная благодетельница, однако имя ее Зрит-Все-Цвета новичку называть не спешила.

Когда разыскал герой помянутых воителей неподалеку от города, те как раз закончили сражение с несколькими сектантами Культа Червей. Меррик и Аелиф не позволили нечестивцев создать святыню во славу Молаг Бала, а, стало быть, навряд ли в скором времени падет в сии земли Темный Якорь.

Меррик поспешил прочь, ведь, согласно имеющейся у него информации, сектантов видели севернее, у Алдкрофта; вероятно, именно там те вознамерятся возвести святыню, готовясь к появлению очередного Темного Якоря, дабы приблизить Слияние Миров.

Отголосок же наряду с Аелиф осмотрел тем времени мертвые тела сектантов; на одном из них означилась реликвия, коснувшись которой, зрел герой призрачное видение дремора, в котором утверждала та, что душа редгарда послужит топливом для Мортуум Вивикус. Аелиф ужаснулась: неужто сектанты и их иномировые повелители стремятся заполучить душу Меррика?..

Каджиит устремилась следом за Мерриком, дабы сообщить товарищу тревожные вести; Отголоску же выпала честь поведать о сем главе гильдии бойцов. Завершив доклад, поспешил он к Алдкрофту, где надеялся воссоединиться с Мерриком и Аелиф.

Последние противостояли окружившим их даэдрам, когда поблизости возник призрачный облик дреморы. Та постановила, что у Молаг Бала большие планы на чистую душу редгарда, после чего, произнесла заклинание, телепортировала Меррика прочь. Припомнив предметы, обнаруженные прежде на телах сектантов близ Даггерфолла, постановила каджиит, что логово культа вполне может означиться в полуразрушенной башне на острове неподалеку от Алдкрофта. А ведь действительно: навряд ли дремора сумела бы переместить Меррика на значительное расстояние.

Обещав, что приведет в помощь Отголоску главу гильдии и входящих в сию организацию бойцов, Аелиф устремилась в направлении Даггерфолла, в то время как герой вплавь направился к острову. У стен башни, прежде бывшей Имперским форпостом, предстал ему дух Джофнира Ледяного Клинка, прежнего главы гильдии бойцов. «Дремора Дошия забрала Меррика в подземелья башни», - изрек он. – «Она вытягивает из него душу, необходимую ее темному господину. Спаси Меррика, останови дремору. Остерегайся последователей Молаг Бала...»

Спустившись в подземелья башни и разя рыщущих в чертогах форпоста скампов, достиг герой помещения, проводила в котором Дошия нечестивый ритуал, вытягивая душу из обездвиженного редгарда. Заметив Отголоска, обратилась дремора в чудовищное четырехрукое создание со змеиным хвостом, атаковала... Герой сразил противницу, и Меррик, придя в себя, поведал, что, насколько понял он, Молаг Балу необходимы души праведных для воплощения в жизнь некоего зловещего замысла. В сем же помещении заметил Отголосок дневник дреморы, однако язык, на котором были сделаны записи, был ему незнаком.

Когда покидали герой и Меррик руины башни, к оной уже спешили бойцы гильдии, ведомые самой Зрит-Все-Цвета. Последней Отголосок передал дневник Дошии, поведав, что та пыталась извлечь душу редгарда для ‘Мортуум Вивикус’ – что бы это ни было. Аргонка заверила героя, что немедленно изыщет магов, которые смогут прочесть дневник дреморы.

...Позже сие было сделано, и глава гильдии поведала герою, что, как следовало из дневника Дошия занималась для своего темного господинами поисками чего-то, сокрытого в руинах двемер, Мзенелдт. Судя по всему, это как-то связано с Мортуум Вивикус – неким оружием, коим жаждет обладать Молаг Бал; возможно, имеет оно некое отношение к изобретениям исчезнувшей расы.

Зрит-Все-Цвета сотворила портал, посредством которого наряду с героем переместилась в обширный комплекс Мзенелдт, пребывающий в землях Хаммерфелла, в южных пределах гор Драконьего Хвоста. Здесь, в руинах лицезрели двое магические отголоски некогда произошедшего – образы нескольких эльфов-айлеид, пытающихся сокрыт в сердце комплекса останки оружия. Защитные конструкты двемер и нежить разили айлеид одного за другим, но выжившие упрямо следовали вперед, зная, что если отступят сейчас, падут от рук преследующих их служителей Молаг Бала.

Обнаружил герой дневник одного из айлеид, и следовало из записей, что сонм нежити, изливающейся из города Абагарласа, подступал к оплоту Диких эльфов, Делодиилу. Уроженцев сего града Меридия предупредила, что король Абагарласа, Анумарил, готовится провести магический ритуал – Мортуум Вивикус, который покончит со всем живым в пределах Делодиила. Король Сенеделин наказал отряду доблестных воинов сему воспрепятствовать, и те, создав могущественное оружие, проникли в обитель врага... Ритуал удалось пресечь, однако в процессе чего оружие было разрушено. Эльфам удалось спасти лишь его призматическое ядро, после чего они, преследуемые миньонами Молаг Бала, бежали в сии руины, надеясь сокрыть кристалл, а однажды и восстановить оружие. Жрица Меридии, входившая в сей отряд, пожертвовала жизнью, дабы вновь наполнить кристалл энергией.

«Все начинает проясняться», - заметила Зрит-Все-Цвета. – «Два города: один поклоняется Меридии, другой – Молаг Балу. Абагарлас, город нежити, создает реликвию, чтобы покончить с последователями Меридии. Те, в свою очередь, создают собственное оружие, в сердце коего – кристалл».

Как оказались, последний из выживших айлеид сокрыл кристалл в теле парового центуриона, но после был сражен оным. Ныне же, повергнув сие творение двемер, обрели Отголосок и спутница его как кристалл, так и фолиант с инструкциями воссоздания оружия.

Зрит-Все-Цвета сотворила портал, ведущий в здание гильдии Вэйреста, велев герою передать обнаруженные артефакты Меррику, дабы редгард незамедлительно приступил к изучению их. Сама же аргонка, заявив о некоем важном деле, скрылась в ином портале... Отголосок вознамерился было ступить в рифт, когда вновь предстал ему дух Джофнира Ледяного Клинка. «Ты в опасности», - прошелестел призрак. – «Но я не могу осознать, откуда исходит она. Кто-то, близкий к тебе, вынашивает планы... на нас обоих. Собирается предать нас. Моя душа пленена, удерживается...».

Дух исчез, оставив героя в смятении...

...Когда герой в следующий раз заглянул в оплот гильдии бойцов, Зрит-Все-Цвета поведала ему, что Меррик отнес кристалл и фолиант в древнюю кузню, где пытается воссоздать оружие. Сама же аргонка предложила Отголоску посетить руины Абагарласа, ведь именно туда некогда устремились айлеид, дабы уничтожить Мортуум Вивикус. «Вместе мы сумеем понять, несут ли события прошлого угрозу настоящему», - заверила спутника глава гильдии, после чего сотворила портал, ступив в который, двое обнаружили себя в руинах Абагарласа, древнего прибежища некромантов и последователей Молаг Бала.

Зрит-Все-Цвета сообщила герою, что, побывав в Мзенелдте, научилась управлять видениями – отголосками древних событий, и ныне намеревалась явить Отголоску произошедшее в древние времена, посредством заклинание слив разумы героя и солдата-айлеид по имени Остаранд – того, коий владел Призматическим Оружием. «Древние противостояли Вивикусу и выжили», - молвила аргонка. – «Ныне Молаг Бал вновь собирается обратить сие оружие против Тамриэля. Надеюсь, что доблесть давно ушедших сможет спасти ныне живущих».

Глава гильдии бойцов провела колдовской ритуал... и зрела наряду с Отголоском отряд айлеид, проникший в Абагарлас, дабы устранить угрозу их родному граду. Разя нежить, выходцы из Делодиила следовали к центральной зале дворца, где королева Палолел плела двеомер заклятия, ведомого как Мортуум Вивикус. Защитников тронного зала возглавлял принц Малион, отпрыск короля Анумарила; повергнув его, эльфы проследовали в следующий чертог, где лицезрели огромную сферу вихрящихся магических энергий.

Айлеид сразили королеву Палолел, но Молаг Бал переместил Мортуум Вивикус из Тамриэля в Хладную Пристань, посулив, что придет день, когда обратит он оружие сие против мира смертного... Видение прервалось, и изумленная Зрит-Все-Цвета призналась, что и помыслить не могла о таком исходе! Стало быть, ошибались они, и Вивикус не было уничтожено айлеид; Молаг Бал в последний момент сумел сохранить творение своих последователей, надежно сокрыв его в ином плане бытия.

Аргонка велела герою отправляться в Кузню Земли, дабы помочь Меррику восстановить Призматическое Оружие; сама же аргонка намеревалась попытаться выяснить, где именно сокрыт Мортуум Вивикус – древнее заклинание, способное заключить в себе тысячи душ умерших; страшно представить, что произойдет, если Молаг Бал высвободит их здесь, в Нирне.

Зрит-Все-Цвета сотворила портал, доставивший героя в Кузню Земли – комплекс двемер, обнаруженный Мерриком во время странствий. Наряду с последним Отголосок трудился у кузни, надеясь воссоздать Призматрическое Оружие, когда глас Молаг Бала громыхнул под сводами пещеры, призывая мертвых Абагарласа покончить с теми, кто смеет чинить препятствия воплощению в жизнь замыслов Принца Лжи.

Нежить, ведомая восставшей мертвяком королевой Палолел, хлынула в каверну, и герою с Мерриком пришлось принять нелегкий бой. Завершить создание оружия они не сумели, но заверил редгард, что призовет в Кузню Земли немало соратников по гильдии, дабы те защищали центральную залу, пока кует он оружие... Но сейчас обоих терзал иной вопрос: как прознал Молаг Бал о том, чем заняты они?..

О случившемся Отголосок поведал Аелиф, ожидающей близ кузни... когда в нескольких шагах вновь возник дух Джофнира Ледяного Клинка. «Я не могу обрести покой посмертия», - прошелестел он. – «Я был убит. Найдите моего убийцу. Позвольте же мне упокоиться». Призрак исчез; и Меррик, и Аелиф были несказанно поражены сим откровением, ведь считали доселе, что прежний глава гильдии мирно скончался во сне.

Вернувшись в оплот гильдии, Отголосок поведал Зрит-Все-Цвета и об атаке нежити на Кузню Земли, и о словах Молаг Бала, и о кратком появлении духа Джофнира. Аргонка поблагодарила героя за сведения, обещав, что незамедлительно соберет совет полководцев гильдии, на котором примут они решение касательно нынешних шагов в сложившейся непростой ситуации.

...Позже, прибыв в Сентинель, герой проследовал в оплот гильдии бойцов, где только что завершилась встреча полководцев, на которой Меррик поведал тем о призраке Джофнира и о нападении на Кузню Земли. Полководцы согласились, что надлежит выяснить истинные обстоятельства гибели прежнего главы гильдии. Что до Аелиф, то каджиит была убеждена, что именно Зрит-Все-Цвета расправилась с Джофниром – тем более, чем аргонка бесследно исчезла вскоре после нападения на Кузню Земли.

Осмотрев жилище Джофнира, Аелиф и Отголосок обнаружили артефакты двемер, а также дневник покойного главы гильдии; как следовало из записей, Джофнир помещал комплекс двемер, Рагнтар, и вскоре собирался вернуться туда, чтобы – как он писал – «покончить со всем раз и навсегда». По пути к руинам Джофнир собирался навестить оплот гильдии в Бергаме, и именно туда устремились герой и каджиит.

Воитель гильдии, остающиеся в Бергаме, поведали Отголоску, что на момент гибели Джофнира в стане их начинались споры о том, действительно ли следует им примыкать к альянсам, уничтожать Темные Якоря, разить даэдр... пусть и за хорошие деньги; не проще было бы, как и прежде, заниматься простыми и понятными контрактами – разить монстров и разбойников, и не вмешиваться в мирскую политику?..

Что до руин Рагнтар, то, насколько было ведомо воинам, пребывают оные за пределами пространственно-временного континуума, и ступить в них можно во множестве мест Тамриэля... Но никто не ведает, где руины находятся в действительности... Посему устремился Отголосок к месту, где дожидалась его Аелиф, и каджиит уверенно повела за собою спутника ко входу в руины двемер. По пути непрерывно ворчала Аелиф о том, как усложнилась жизнь воителей гильдии после того, как начали они принимать контракты от правителей альянсов на уничтожение Темных Якорей; а ведь открытое противостояние могучему Принцу даэдр смерти подобно!

Остановившись у одной из скал, Аелиф каким-то непостижимым образом сумела с помощью заклинания явить взору героя каменные врата, ведущие в Рагнтар; похоже, каджиит не так проста, как могло показаться. Двое проследовали в подземный комплекс, и, покончив со множество конструктов, созданных двемер, а также с даэдрой-аврораном, лицезрели они в центре помещения огражденный магическим барьером скелет северянина, а подле – знак гильдии бойцов.

Развеяв барьер с помощью магии, Аелиф постановила, что принадлежат останки Джофниру, и, возможно, именно чары не позволяли ей прежде призвать дух почившего главы гильдии... Странно, ведь, насколько было известно, тело Джофнира было найдено в его доме; как же оказались останки в сем подземелье?..

Аелиф произнесла заклинание, призывая дух Джофнира, и, представ каджиит, поведал оный о том, что убийца его – Зрит-Все-Цвета!.. Каджиит велела герою сообщить о сем откровении Меррику и полководцам гильдии; сама же она намеревалась задержаться в Рагнтаре и осмотреться здесь повнимательнее.

Вернувшись в Сентинель, Отголосок поведал Меррику обо всем, что ему удалось узнать. Редгард был поражен, узнав, что Аелиф владеет магией... более того – некромантией!.. Но, как бы то ни было, если исчезнувшая аргонка действительно стоит за гибелью Джофнира, надлежит разыскать ее как можно скорее и свершить правосудие.

... Прошло несколько недель, когда Аелиф разыскала героя, предложив тому вновь наведаться в Кузню Земли, где Меррик продолжает трудиться над призматическим ядром... Редгард создание оружие завершил, и тогда Аелиф вновь призвала дух Джофнира, и, сковав его магическими цепями, потребовала ответа: где скрывается предательница Зрит-Все-Цвета, приговоренная полководцами гильдии к смерти?

Терзаемый магией каджиит, поведал Джофнир, что аргонка – там же, где и Мортуус Вивикус... в Залах Принуждения, что в Хладной Пристани!.. Аелиф сотворила портал в сии пределы, через который проследовала наряду с Отголоском и Мерриком.

Действительно, Зрит-Все-Цвета означилась близ обширной пещеры, пребывало в которой Мортуум Вивикус. Призналась аргонка, что она – последовательница Меридии, и когда в мире появились Темные Якоря, всеми силами пыталась убедить Джофнира сплотить гильдейцев для противостояния Молаг Балу и миньонам его. К несчастью, северянин попросту отмахнулся от аргонки... и она была вынуждена убить его... И сейчас призналась, что не могла довериться ни Аелиф, которая, возможно, служит Молаг Балу, ни Меррику, служителю Стендарра, который воспримет ее поклонение Принцессе даэдр крайне отрицательно. Меридия ниспослала видение своей служительнице, явив ей путь через царствия Обливиона сюда – к пещере, оставалось в которой столь ужасающее оружие как Мортуум Вивикус.

Постановил Отголосок, что определяет судьбу аргонки – сохраняет ей жизнь. В гневе Аелиф призналась, что действительно служит Молаг Балу, и призвала миньонов его в сию каверну. Сама же она обратилось в гигантское даэдрическое создание, сойдясь с героем в поединке...

И когда пала Аелиф, Отголоску и спутникам его вновь явился дух Джофнира, заявив, что свободен как от магического барьера Рагнтара, так и от нечестивой волшбы каджиит. Приблизившись к Мортуум Вивикус, герой швырнул в средоточие магического двеомера оружие, выкованное Мерриком, в основе которого – призматическое ядро.

Покинув Залы Принуждения через портал, Отголосок, Меррик и Зрит-Все-Цвета вернулись в Кузню Земли, где их уже дожидалось пятеро полководцев гильдии бойцов. Говоря от их имени, графиня Хакруба велела опальной главе гильдии приблизиться, постановив: «Совет решил почтить контракт, согласно которому продолжаем мы противостоять даэдрам. Через своих мирских служителей Меридия продолжает пополнять монетой нашу казну. Но мы не можем допустить, чтобы убийца оставалась главой гильдии. Посему отныне у тебя новое звание: Свет Гильдии. До скончания дней своих ты пребудешь советницей нового главы гильдии в вопросах, касающихся даэдр. Станет это твоим искуплением за кровь на руках».

Аргонка безропотно приняла приговор, поблагодарив графиню и героя за проявленное в отношении ее милосердие. Совет полководцев же нарек следующим главой гильдии бойцов благородного Меррика, подобной чести не ожидавшего, наказав тому следить за исполнением принятого Зрит-Все-Цвета контракта по искоренению миньонов Молаг Бала. Ведь гильдия бойцов остается щитом для всех народов Тамриэля.

Отголоску же вновь явился дух Джофнира – в последний раз, ибо отправлялся он в Совнгард, дабы обрести покой посмертия. Но передал он герою свой последний дар – призматическое оружие, уничтожившее Мортуум Вивикус и ныне обретшее магические свойства.

***

В гильдии магов героя, изъявившего о желании вступить в сию фракцию, приветствовала Высокая эльфийка Валаста, одна из старейших чародеек, хранительница знаний, прибывшая в Даггерфолл, дабы осмотреть Арканеум – библиотеку гильдии. Первой миссией, кою вверила она Отголоску, стал поиск древних свитков и фолиантов в руинах айлеид Силумм, затерянных в дикоземье Гленумбры.

В подземных пределах отыскал герой необходимые книги, когда явилось ему видение архимага Шалидора. «Скажи Валасте, что огонь укажет ей слова», - напутствовал он Отголоска, который только что взял в руки книгу, страницы которой были пусты.

Валаста поразилась, узнав, что говорил Отголосок с создателем знаменитого Лабиринта, одного из наиболее могущественных чародеев Первой Эры! Выслушав послание архимага, алтмер подтвердила, что чародеи Первой Эры использовали особые чернила, проявляющиеся лишь при поднесении книги к волшебному огню.

Здесь же, в одной из жаровен гильдии магов полыхал волшебный огонь, и когда поднес к нему герой найденную в руинах книгу, на страницах возникли слова неких могущественных заклинаний. Одно из них весьма заинтересовало Валасту: ритуал, с помощью которого возможно соприкоснуться с разумом самого Шалидора!

Высокая эльфийка сотворила заклинание, и в чертоге возник образ архимага. Тот устремил взор на героя, молвив: «Вскоре разразится буря. Война пришла в Тамриэль, и маги сей гильдии должны укрыться от нее. Я хочу предложить им безопасную гавань: убежище, где смогут продолжать они свои изыскания... Убежище сие я сотворил столетия назад, но выкрал его у меня посланник Хаоса и перенес на Дрожащие Острова. Чтобы вернуть утраченный остров, надлежит нам обрести четыре фолианта, и пребывают они в царствии Шеогората, Безумного Бога».

Говорил Шалидор о том, что вернулся в мир, дабы защитить свое наследие. Ведь перед смертью окружил он усыпальницу свою могущественными чарами, и двеомеры тех пробуждали дух архимага, возвращая его из Аетериуса в час великой нужды... О том, как созданное им убежище для магов, Эйеви, оказалось в царствии Шеогората, Шалидор умолчал, но, скорее всего, Безумный Бог сумел каким-то образом перехитрить чародея.

Дух Шалидора сотворил портал, ступив в коий, обнаружил себя Отголосок на Дрожащих Островах. Разя обитающих здесь даэдр, достиг он постаментов, пребывали на которых искомые фолианты. Но на глазах героя исчезли те, а возник пред ним сам Шеогорат, потребовав объяснений: кто же этот тамриэлец, бесчинствующий в сей реальности?..

Узнав о том, чего добивается Отголосок, Шеогорат постановил, что первый из фолиантов готов передать ему, остальные же три он получит, исполняя его поручения. Кроме того, признался даэдрический Принц Безумия, что наложил на книги небольшое проклятие, и Шелидор не сможет прочитать их.

Вернувшись в Тамриэль через портал, герой передал Валасте обретенную книгу, поведав о встрече с Шеогоратом и о том, что Безумный Бог наверняка еще заявит о себе. Тяжело вздохнув, Высокая эльфийка приступила к переводу фолианта...

Как оказалось, включал он в себя детские сказки данмер, однако каждая из них имела тайный смысл, отсылки к магическим преданиям и историческим событиям. Да, Шеогорат безумец, но в то же время Валаста считала его гением... Наконец, Высшая эльфийка сумела определить область Дрожащих Островов, где ожидает героя первое из испытаний, и Шалидор сотворил портал, ведущий в сию область Обливиона.

Здесь приветствовал их Хаскилл, сварливый привратник Безумного Бога, передав, что его господин желает, чтобы Отголосок доказал свою пригодность, отыскав два предмета: вилку и посох. Вилка означилась в Вулднграве - древней гробнице драконьего жреца Кортора, обитали в которой ныне лишь мертвяки-дрогры, посох же – в некрополе Асакала в пустыне Алик’р, владел которым прежде принц Малил ал-Акир, именуемый ‘Серпом Йокуды’. Повергнув восставших нежитью двух полководцев принца Сахдину Скорпиона и Рашомту Паука, герой пробудил магию их статуй, высящихся в долине, и двеомер заклинаний открыл путь в гробницу Малила ал-Акира... Ступив в оную, Отголосок сразил принца, на теле которого означился искомый посох, Ваббаджэк.

Шеогорат несказанно обрадовался возвращению двух артефактов, после чего передал герою вторую из книг Шалидора. Отголосок же, в свою очередь, по возвращении в Тамриэль вверил фолиант Валасте, и Высшая эльфийка незамедлительно приступила к изучению сведений, в нем содержащихся.

И когда нашла способ пробудить магию книги, с помощью оной переместился Отголосок в иные пределы Дрожащих Островов, рекомые ‘Слабоумием’ – низины, испещренные руиными и сокрытые туманом.

Шеогорат приветствовал героя в Цирке Веселой Резни, где начинался показ пьесы под названием «Глупость одиночества», написанной самим Принцем Безумия и повествующей о гильдии магов, желающей остаться в стороне от трех враждующих альянсов в Тамриэле. Основную роль в спектакле Шеогорат отводил отголоску как представителю гильдии, в задачу которого входило убийство солдат альянсов и их правителей – всех, кто поступается на нейтралитет чародеев.

Волей-неволей, пришлось герою принять участие в сем безумии. Шагая по руинам, лицезрел он воплощенные волею Принца даэдр города Пакта, Ковенанта и Доминиона, в каждом из которых правители фракций просили или требовали гильдию о союзе, и, получая отказ, атаковали Отголоска.

Кроме того, витали окрест отголоски прошлого – Вануса Галериона, Валасты, Шалидора, коего Шеогорат обвел вокруг пальца, заполучив Эйеви. В очередной иллюзии, созданной Принцем Безумия, король Эмерик вознамерился сжечь означенных трех чародеев за магические практики, и пришлось Отголоску спасать набольших гильдии, а после – сражаться с королем.

Шеогорат получил огромное удовольствие, наблюдая за цирком безумия, принимал в котором участие герой; посему, исполняя обещание, по завершении постановки передал ему третий из фолиантов Шалидора.

...Изучив книгу, Валаста вздохнула: похоже, предстоит Отголоску отправиться в один из наиболее отвратных уголков Дрожащих Островов – Замок Голодного Грызуна. Выглядела Высшая эльфийка неважно, но заверяла героя, что беспокоиться не о чем: сказывается усталость, ведь провела она за изучением книг немало бессонных ночей, и в снах является ей безумие Мании да Слабоумия – областей царствия Шеогората.

Последний приветствовал героя, когда ступил тот в сотворенный Валастой портал, вновь переместившись на Дрожащие Острова. Замок, который предложил Отголоску посетить Принц даэдр, был полон опасностей, гибельных ловушек да безумцев, атаковавших героя, лишь замечая его.

Миновав гостевой дом, а после – лабиринт, герой ступил во врата замка, где сразил атронаха из плоти, которого Шеогорат называл «дядюшкой Лео». Принц Безумия передал Отголоску последний из фолиантов Шалидора, и тот, вернувшись в Тамриэль, передал книгу Валасте.

Воодушевившись, чародейка исполнилась надежды, что теперь-то им непременно удастся разыскать остров Шалидора!.. На протяжении долгих дней изучала она обретенные книги, и сумела отыскать сокрытый в них тайный ритуал, должный вернуть Эйеви из Обливиона в Тамриэль; вот только изыскания сии весьма тлетворно воздействовали на тело и разум Высокой эльфийки – Валаста едва держалась на ногах.

Тем не менее, момент был поистине историческим, и Шалидор, проведя ритуал, сумел переместить остров в пределы Мундуса, после чего, сотворив портал, проследовал в оный наряду с Отголоском и Валастой... На Эйеви пребывало множество даэдр, что донельзя возмутило Шалидора – Шеогорат вновь обвел его вокруг пальца!

Принц Безумия, явившись герою, велел тому закрыть порталы в Обливион; кроме того, намекнул он, на что книгах, переданных Валасте, было проклятие... Наряду с Высокой эльфийкой герой выступил в путь, разя даэдр и закрывая порталы. И когда задача сия была завершена, ступил он наряду с Валастой в оплот гильдии магов, возведенный в центре острова; здесь Высокая эльфийка совершенно утратила разум – наверняка сказывалось проклятие Шеогората.

В зале героя дожидались как сам Принц Безумия, так и его верный дворецкий, Хаскилл. Шеогорат предложил определить право на владение Эйеви в поединке, и чемпионом своим заявил старику Хаскилла... Последний оказался повержен Отголоском, и Шеогорат, признавая поражение, постановил, что удаляется на Дрожащие Острова... и забирает с собой Валасту, ныне совершенно обезумевшую.

Впрочем, в на этот раз Принц предлагал герою сделку: он может исцелить разум Валасты, если решит Отголосок, что следует чародейке остаться в Тамриэле. В том случае, если отпустит герой эльфийку, Шеогорат в качестве прощального дара преподнесет ему фолиант Фолиум Дискогнитум, содержащий в себе невероятные откровения безумцев, на которой тысячелетия назад Шалидор променял Эйеви... Отмечал Шеогорат, что, наблюдая за странствиями Отголоска, прекрасно повеселился.

«Не соглашайся!» - настаивал Шалидор. – «Когда-то он предложил мне то же самое, и я потерял Эйеви!.. Жизнь архимага измеряется десятилетиями, а не годами. Ритуалы, творимые мною, продлевали жизнь, позволяли продолжать магические изыскания... но все же я старел... Я начал изучать могущественный артефакт, Гламорил - ключ к познанию самой природы жизни. Но ни знаний, ни магии не хватало мне, чтобы продвинуться в познании этой реликвии». Тогда-то и предложил Шеогорат магу книгу, должную помочь ему в исследованиях артефакта – в обмен на зачарованный остров. Шалидор пошел на эту сделку... о чем сейчас, тысячелетия спустя, горько сожалел.

Приняв окончательное решение, постановил Отголосок: желает он, чтобы безумие оставило Валасту. Верный данному слову, Шеогорат исцелил эльфийку, после чего наряду с Хаскиллом не преминул откланяться.

Испытания Безумного Бога завершились, и остров Эйеви был вновь перемещен в мир смертный. Множество магов, принадлежащих к гильдии, собрались на нем, и отныне станет остров оплотом для них. Временное воплощение Шалидора, ставшее вместилищем для его духа, со временем исчезнет, но в качестве прощального дара великий чародей обучил героя заклинанию «Библиотека разума»; отныне станет помнить тот обо всем пережитом и утратит возможность забывать.

***

Доминион Алдмери Оставив земли Даггерфолльского Ковенанта, устремился Отголосок к владениям иных альянсов, надеясь, что сумеет избавить оные от приспешников Молаг Бала, и, обратившись к правителям, убедит их объединиться пред лицом угрозы, исходящей из Хладной Пристани.

Морской вояж привел его на остров каджиит Гнездовье Хенарти, названный в честь богини погоды и моря, и находящийся к югу от побережья Элсвеира. Здесь, в старом, полуразрушенном форте Побережья Орла пребывали солдаты Доминиона Алдмери под началом Высокой эльфийки Каринит. Последняя предложила герою, высказавшего желание примкнуть к ее отряду, выступить к Изломанному Мелководью, где предположительно находятся пираты, именующие себя Морскими Змеями и принадлежащие к расе маормер Морских эльфов. Командующая желала знать, что понадобилось сим лиходеям на острове, и обещал герой, что непременно исполнит волю ее.

Означился в форте и Эалсил чародей, принадлежащий к расе Высоких эльфов. Поведал он Отголоску о том, что в руинах близлежащего святилища каджиит Храма Скорбных Истоков удалось ему обнаружить один из Скорбных Камней, магия которого порождала бесконечный источник пресной воды. Эалсил жаждал как можно скорее явить находку свою собратьям из гильдии магов. Пиратов в храме он не заметил, а вот мертвяков повстречал немало.

Стало быть, угрожают Гнездовью Хенарти как пираты, так и нежить. Один из офицеров Доминиона, каджиит Разум-дар, сообщил Отголоску, что недавний шторм разметал суда флотилии «Малый Алкош» альянса, проходящие поблизости, и ныне пираты грабят потерпевшие крушение корабли. Поспешив на западное побережье, именуемое «Изломанным Мелководьем», герой сумел спасти от рук пиратов немногочисленных выживших моряков и солдат Лесных эльфов.

В прибрежной пещере обнаружил Отголосок свидетельства проведения нечестивых колдовских ритуалов. После чего, объединившись с выжившими моряками, а также корсарами на службе у Доминиона, устремился на островок близ побережья, где вершили волшбу пираты - Морские эльфы, творя разбивающие суда ураганы. Герой и сподвижники его покончили с Морскими Змеями, а также освободили пленных моряков с корабля корсаров «Бродяга», которых маормер намеревались использовать в качестве жертв в проводимом ритуале.

В восточных пределах острова означился Храм Скорбных Истоков, восстала в котором нежить. Поблизости от оскверненной святыни повстречал Отголосок Лесную эльфийку Гатвен, признавшуюся, что входила она в состав экспедиции, отправившейся из Побережья Орла на исследование храма. Когда восстали мертвяки, спутники ее бежали... но набольший над экспедицией, чародей Рурелион, остался внутри; и сейчас Гатвен просила героя о помощи, ведь наставник ее крайне важен для Доминиона он обучил искусству магии великое множество неофитов, в том числе и некоторых советников самой королевы Эйренн!

Отголосок и Гатвен ступили в храм, схлестнулись с нежитью; близ пустующего пьедестала, где прежде пребывал Скорбный Камень, обнаружили двое Рурелиона, однако овладел последним дух чародея древности, маормер Улдора, остававшийся в заточении долгие столетия и освобожденный в то мгновение, когда несведущие магии экспедиции вынесли из храма Скорбный Камень!.. И теперь Улдор руками своей новой оболочки творил ритуалы предела, призывая все больше и больше мертвяков.

Гатвен сумела разрушить двеомер заклятия призыва, и Рурелион исторг дух Улдора из своего дела; призрак вернулся в глубины подземелий храма, однако, поскольку мог он с легкостью овладевать любым вместилищем в том числе и мертвяками, - очевидно, что сущность сия далеко от поражения, и от идеи распространить властью свою на весь остров не откажется. «Но есть у него одна слабость», - рассказывал Рурелион герою. «Бесконечный водный запас Скорбного Камня привязывал дух Улдора к его телу. Когда Эалсил забрал артефакт с собою, он даровал духу свободу».

Вернувшись в Побережье Орла, Гатвен забрала с собою Скорбный Камень, принесла его в храм ведь некогда маормер передали сию реликвию каджиит, дабы стала она ключом к тюрьме тирана. Герой же, приняв из рук чародея несколько алмазов, направил с их помощью энергии артефакта в нужном направлении, дабы восстановить охранные чары, удерживающие злобный призрак в пределах подземелья. К несчастью, Рурелион вынужден был пожертвовать собою, вновь позволив духу Улдора обрести власть над его телом; таким образом, и маг, и дух были заточены Отголоском в усыпальнице под Храмом Скорбных Истоков.

Покинув храм, воцарилась в коем звенящая тишина, выступил герой на север, к городу Мистраль, где, вновь повстречав Разум-дара, поведал ему о случившемся как на Изломанном Мелководье, так и в Храме Скорбных Истоков. Каджиит, в свою очередь, советовал Отголоску сохранять осторожность, ведь в тенях Мистраля таится немало опасностей. Ведь город сей свободный торговый порт, заходят в который суда доброй половины народов Тамриэля; недавно прибыли сюда посланники Доминиона, дабы обсудить вопрос вхождения острова в сей альянс. Вот только Гнездовье Хенарти связано с маормер древним договором, и утверждают Морские эльфы, что флот Доминиона вторгся на их территорию.

Разум-дар просил героя оказать всевозможную помощь правителю Мистраля, Сильвенару гласу, выражающему волю Лесных эльфов, - ведь, если властям острова не удастся заключить договор с Доминионом Алдмери, позиции оного в южных морях окажутся чрезвычайно зыбки.

Посланники Доминиона не понимали, почему Сильвенар занят переговорами с маормер, ведь те предатели и убийцы, не более. Однако Сильвенар сознавал, что прибытие сил альянса на остров встревожило местных обитателей, и пытался сгладить острые углы, проводя переговоры как с посланником маормер Улондилом, так и со старейшиной каджиит Харрани. Но ни один из них не согласился предъявить Сильвенару копию договора, заключенного островитянами с Морскими эльфами, что посланника Доминиона озадачивало и настораживало. Улондил утверждал, что остров изначально принадлежал его народу, и если Высокие эльфы посмеют оспорить сей факт, каджиит кровью заплатят за нарушение договора; Харрани и рада была помочь, но страшилась гнева Морских эльфов, ведь защищали те мирных поселенцев-каджиит на протяжении поколений.

Разум-дар предложил Отголоску простое решение: почему бы тому не проникнуть в посольство маормер на окраине Мистраля и попросту не выкрасть копию договора, чтобы Сильвенар смог изучить его?.. Тем более, что хранящаяся в здании копия принадлежит Харрани, и была украдена у нее «верными союзниками». Разум-дар предполагал, что стоит за этим Улондил...

Поблагодарив каджиит за совет, герой ступил в посольство маормер, пробрался в личные покои Улондила, где действительно обнаружил копию договора о союзе между обитателями Гнездовья Хенарти и Морскими эльфами. После чего устремился к дому городского бронника, где для Сильвенара и Зеленой Леди были отведены покои; сопровождавший Отголосока Разум-дар был уверен в том, что в договоре полно недоработок, и столь опытный политик как Сильвенар непременно избавить островитян от опасного союзника, убедив принять защиту со стороны Доминиона.

Сильвенара герой обнаружил мертвым; пребывая в ярости, неистовая Зеленая Леди жаждала покарать убийцу, и требовала, чтобы Отголосок выяснил, кто стоит за гибелью ее возлюбленного... Проведя расследование, герой обнаружил неопровержимые связи между маормер, остающимися в посольстве на острове, и Морскими Змеями; кроме того, выяснил он, что Сильвенар был убит с помощью яда на основе крови даэдр.

Наряду с Зеленой Леди в одном из неприметных окраинных зданий обнаружил Отголосок убийцу, принадлежащую к маормер, и следы ритуала, с помощью которого та сотворила ядовитое облако, направив оное в обиталище Сильвенара. По словам убийцы, Улондил приказал ей покончить как с Сильвенаром, так и с Зеленой Леди. Последняя презрела все законы дипломатической неприкосновенности, и, устремившись в посольство Морских эльфов, вознамерилась прикончить Улондил, но Отголосок сумел убедить ее в том, что подобное решение крайне опрометчиво, и не пойдет на пользу ни островитянам, ни Доминиону. Зеленая Леди доводам вняла, отступила, позволив страже заключить Улондила в городскую темницу.

Харрани открыла герою, что в свете текущих событий подписала договор о союзе с Доминионом Алдмери... и в тот же день маормер нанесли удар. Флотилия Морских эльфов оставалась близ Гнездовья Хенарти, и как только приспешники Улондила подали собратьям сигнал, те не преминули нанести удар, надеясь вернуть свои прежние владения. Командующая Каринит верховодила обороной в доках Мистраля, куда заходили корабли противника, и Морские эльфы вступали в противостояние с солдатами Доминиона.

Следуя приказу Каринит, герой устремился на рынок, примостившийся у доков, дабы увести ни в чем не повинных мирян под защиту стен Мистраля, в то время как сама командующая была занята координацией прибывших на остров сил Доминиона, спешно организуя оборону. После чего наряду с немногочисленными солдатами, к нему примкнувшими, Отголосок проследовал на опустевшую пристань, ныне занятую Морскими Змеями. Пираты уже успели установить в пещерах, простирающихся под городом, тотемы, кои сочетали в себе стихии воды и ветра; по мнению чародея Эалсила, противники их собираются сотворить морской шторм куда более страшный, нежели тот, коий разметал недавно флотилию Доминиона. На мысе к северу от города вершили они ритуал, призвав в мир атронаха бурь; ныне маормер щедро вливали источаемые тотемами энергии в сию сущность, и предполагал Эалсил, что вскоре энергии вырвутся на свободу, и земли Гнездовья Хенарти будут опустошены.

К счастью, Отголосок успел пресечь ритуал Морских эльфов, и атронах был развоплощен; энергии стихий ветра и воды, пребывавшие в его оболочке, опустошили мыс, уничтожив чародеев-маормер и призванных теми змей обитателей морских глубин, но город уцелел. Выжившие Морские эльфы бежали в страхе.

Власти Гнездовья Хенарти незамедлительно подписали соглашение о вступление в Доминион Алдмери. Разыскав героя, Разум-дар просил того отправиться на Ауридон один из островов Саммерсета, коий вскоре собирается навестить королева Эйренн.

...По прибытии на Ауридон, в портовый город Вулхельский Дозор, герой, следуя совету Разум-дара разыскал капитана стражи Астанию, поведал ей о нападении маормер на Гнездовье Хенарти. Имя Разум-дара заставило Высокую эльфийку довериться незнакомцу хоть и не понимал тот, кем на самом деле является каджиит; неужто он доверенное лицо королевы?.. Астания подтвердила подозрения Отголоска: да, Разум-дар личный шпион королевы Эйренн.

В городе были введены усиленные меры безопасности по случаю скорого прибытия на остров королевы, и Астания просила Отголоска немного подсобить страже, ответив на поступившие недавно запросы о помощи. Так, герой навестил двух придворных королевы, советника Нориона и стюарда Эминву.

По словам советника, некий вор выкрал у него планы расстановки сил стражи на выступлении королевы; отыскав похитителя в одном из портовых складских помещений, лицезрел герой, как неведомый ассасин перерезал тому горло, после чего скрылся. На теле убитого обнаружил Отголосок украденные записи, после чего поспешил к стюарду Эминве. Та призналась, что двое из ее поваров, должных готовить яства для королевы, неожиданно тяжело занедужили, и просила посланника капитана Астании проверить продукты, недавно доставленные.

Подозрения стюарда оправдались: действительно, в одном из ящиков обнаружил Отголосок отравленное мясо. Более того, атаковал его некий алтмер, но герою удалось сразить противника. Кто это был?.. Рядовой головорез, которых предостаточно в доках любого города?.. Либо некие силы пробуют на прочность силы защиты, коими окружила себя королева?..

Вновь разыскав капитана Астанию в городском парке, узнал герой, что воины ее окружили здание, укрылся в коем негодяй, злоумышляющий против королевы и отказывающийся вести переговоры со стражей, угрожая покончить с собой в случае, если та попытается выломать дверь. Отголосок сумел убедить эльфа впустить его в дом, и тот, назвавшись ‘Фасионом’, быстро заговорил: «У нас мало времени. Капитан Астания принадлежит к фракции под названием ‘Тайное Наследование’. Они хотят покончить с королевой в городском храме, где та станет произносить речь».

В это мгновение в дом ворвались стражи, и, оглушив Фасиона, вынесли его из здания, чтобы по их словам допросить. Отголосок же поспешил разыскать капитана Астанию, но та его даже слушать не стала приказала страже бросить чужеземца в темницу, ведь в заплечной суме у него планы расстановки воинов на выступлении королевы.

В камере, куда стража бросила Отголоска, зрел тот мертвое тело Фасиона... А вскоре к решетке приблизился Разум-дар, сообщив, что и он, и Фасион были прежде доверенными агентами Очами Королевы, и слова эльфа о предательстве Астании, судя по всему, правдивы. Каджиит вскрыл замок на двери камеры, моля героя предупредить королеву о покушении, которое Астания и сподвижники ее готовят в храме Аури-Эля. Поскольку сам он известен при дворе, Разум-дар не желал открыто появляться на публике, дабы не спугнуть злоумышленников и не заставить их действовать преждевременно. Ведь радикалы, входящие в Тайное Наследование, считают ошибкой возвышение босмер и каджиит до уровня Высоких эльфов потомков самих аэдр! - и идею равенства рас в Доминионе называют «исключительно абсурдной».

Центральный район города был оцеплен стражей, но Отголосок, раздобыв у одного из торговцев сподвижников Разум-дара офицерскую форму, сумел проследовать на площадь перед храмом, куда уже прибыла королева Эйренн и ее свита. Отозвав в сторонку верного телохранителя королевы, Урселмо, герой поведал о том, что выступает посланником Разум-дара, и о готовящемся покушении на королеву. Урселмо с ходу отверг даже мысль об этом, не в силах поверить в то, что капитан стражи может действовать заодно с радикалами!

К счастью, прозвучавшее имя Разум-дара привлекло внимание Эйренн, и королева, приблизившись, потребовала, чтобы герой и телохранитель ее внимательно осмотрели внутренние помещения храма. Ступив в святилище, лицезрели двое лежащую на полу стюарда Эминву; пред смертью подтвердила та факт предательства Астании.

Последняя наряду с воинами Тайного Наследования выступали из теней, атаковав Отголоска и Урселмо. Те сразили предательницу и пособников ее, и, покинув храм, сообщили ожидающей снаружи королеве о заговоре. Эйренн предложила герою примкнуть к Глазам королевы, выступив отныне в качестве доверенного ее агента, и Отголосок подтвердил свое желание поступить в услужение к правительнице.

Та же намеревалась усилить свои позиции в качестве королевы Доминиона, а для этого продолжить странствие по Ауридону, обращаясь к подданным. Ныне путь ее лежал к древнему погосту Танзелвилу, ведь, согласно традиции, каждый новый монарх обязан обратиться к предкам, дабы получить их благословение. Эйренн ожидала осложнений, ведь Тайное Наследование не остановится, и наверняка последуют новые покушения на ее жизнь; посему и просила героя оставаться подле и не ослаблять бдительность.

Покинув Вулхельский Дозор, кортеж королевы выступил на север, и вскоре достиг отрогов Танзелвила. Однако духи предков наотрез отказались благословить Эйренн на правление Саммерсетом, заявляя, что истинная правительница - Тайная Королева, и Норион покончит с правлением самозванки Эйренн. Последняя озадачилась: проводимая ею церемония должна показать всему Ауридону, что чтит она традиции предков, и духи тех должны были признать ее наследницей трона. Почему же они не желают делать этого?.. К тому же они поминают Нориона, советника Эйренн, коего Отголосок уже встречал в Вулхельском Дозоре... Неужто обратился тот против своей королевы? Подобную возможность Эйренн не сбрасывала со счетов, ведь прежде Норион выступал советником ее отца короля Тамлиэна, а после брата, Неймона; когда же Эйренн вернулась на Острова Саммерсет и взошла на престол, Норион открыто смел выражать свое недовольство.

Следуя указаниям королевы, герой разыскал на погосте двух верных жриц ее, вершащих ритуалы, должные умиротворить призраков. Предполагала Эйренн, что именно Норион - весьма искусный маг - управляет волей духов, заставляя тех отвергать ее.

И когда жрицы завершили свои ритуалы, Отголосок сообщил о сем королеве, после чего сопроводил ее в подземные склепы Танзелвила, где Эйренн намеревалась свершить последнюю церемонию и обрести благословение призраков, необходимое для признания притязаний на трон властительницы алтмери. В центральном чертоге герой сразил Нориона, признавшегося, что выступает на стороне Тайной Королевы, и Эйренн провела ритуал, обретя, наконец, благословение предков.

Ныне кортеж королевы покидал погост, дабы продолжить странствие по городам и весям Ауридона; вскоре надеялась Эйренн достичь Небесного Дозора, где состоится празднество, на котором она должна появиться на публике наряду со своей невесткой, Эстре последняя наверняка не в восторге от возвращения Эйренн ко двору, ведь прежде сама метила на место королевы. Подобные многочисленные церемонии отвлекали Эйренн от конфликтов, снедающий Тамриэль, но сознавала та, что прежде всего должна завоевать верность и уважение собственного народа.

Урселмо поведал герою, что получил весть от Разум-дара, который ныне пытается понять, в чем именно кроются замыслы Тайного Наследования. Недавно каджиит прибыл в городок Матиисен, и Урселмо предлагал Отголоску присоединиться к шпиону.

Предполагал последний, что в кузнях именно сего городишки куется оружие для воинов, принадлежащих к Тайному Наследованию. Одна из агентов Доминиона, Фисталь, следила за ковалями, и Отголосок выступил к ее жилищу, дабы узнать, что удалось ей выяснить за время пребывания в Матиисене... К несчастью, обнаружил герой Фисталь мертвой; на теле женщины означилась зашифрованная записка, прочтя которую, Разум-дар сделал вывод о том, что в городе находятся двое индивидов, выступающих ключевыми фигурами в Тайном Наследовании.

Проникнув в кузню, отыскал Отголосок документ, следовало из которого, что Тайное Наследование нанесет удар, когда Эйренн ступит на земли Ауридона, а отвечают за вооружение солдат Кондалин - мастер над кузней, и Малани - каноник. Узнав о сем от героя, Разум-дар нахмурился: насколько он знал, Эйренн и Малани часто обмениваются письмами; печально сознавать, что каноник приняла сторону противников королевы.

Дабыпроверить подозрения сии, Отголосок проскользнул в дом Малани, где отыскал униформу офицера Тайного Наследования. Весть об этом разгневала Разум-дара - стало быть, каноник действительно возглавляет силы фракции в сем насквозь прогнившем городишке!.. Каджиит предложил герою избавиться от набольших Тайного Наследования, а для этого - вломиться в казармы и позволить воинам противника пленить себя. Ведь если Кондалин и Малани будут сознавать, что бросили в темницу героя, выступающего сподвижником Эйренн, то непременно ослабят длительность... позволив остающемуся в тенях Разум-дару сделать свой ход.

Ступив в казармы, герой обвинил Малани в предательстве, и та зло прошипела: «Эйренн, ты, маленькая дура! Вот кто настоящая предательница! Она предала алтмери – свой собственный народ! Вскоре Тайная Королева взойдет на престол, и ты не сможешь остановить нас!»

Исполняя приказ каноника, воины-алтмери бросили Отголоска в темницу, однако того вновь вызволил из заточения Разум-дар. Теперь, когда Малани публично призналась в своих связях с фракцией противников королевы, руки у агентов Эйренн были развязаны. Покинув темницу, герой разыскал Кондалина и прикончил его; Малани попыталась было укрыться в старых тоннелях контрабандистов, простирающихся под городом и выходящих в залив, но и здесь ее настигли Глаза королевы.

С пособниками Тайного Наследования в Матиисене было покончено, и сейчас Отголосок и Разум-дар выступали в Небесный Дозор, дабы продолжить искоренение фракции противников королевы Эйренн. В городе как раз начиналось Празднество Непокорности, посвященное освобождению Небесного Дозора от слоад, именуемых иначе ‘бетмер’, или же Звериные эльфы. В Первую Эру слоад создали Трассийскую Чуму, заразив тварей морских и заставив тех атаковать прибрежные поселения; ответ тамриэльцев, пострадавших от чумы, не заставил себя ждать, и Флот Всех Флагов нанес слоад сокрушительный удар, и захваченные теми города – в том числе и Небесный Дозор – были освобождены.

Прибывшую в замок ЭйреннЭстре заверяла, что, насколько ей известно, в Небесном Дозоре нет анархистов, входящих в Тайное Наследование; Разум-дар же не был в этом столь уверен. Каджиит полагал, что фракция непременно нанесет удар во время празднества, на котором королева собирается возвысить Эстре в иерархии Талмора. Разум-дар передал герою волшебную серьгу, с помощью которой возможно обрести иллюзорный облик.

Так, Отголосок, представ в обличье Высокого эльфа, разыскал в городской таверне индивида, принадлежащего – по словам Разум-дара – к Тайному Наследованию, и занимающегося поиском тех, кто готов примкнуть к движению, выступив за сохранность Саммерсета от иных народов. Заявив о своем желании вступить во фракцию, герой был препровожден на Тайный Остров – клочок земли у побережья, в непосредственной близости от Небесного Дозора, где офицеры Тайного Наследования обучали новобранцев воинскому искусству.

Следуя их настояниям, герой принес клятву на верность фракции, а после прошел нехитрые испытания силы, ловкости и мудрости. Оставшись довольны новобранцев, офицеры направили того в подземелье, именуемое Тайным Замком, где собрался Тайный Совет – ближайшие сподвижницы набольшей фракции – Тайной Королевы; прежде располагалась здесь Академия Эрринорн, однако она была разрушена слоад наряду с Небесным Дозором в 1301 году Первой Эры, и остается в руинах до сих пор.

В центральном зале библиотеки лицезрел герои троицу набольших фракции, говорящих с призрачным образом Тайной Королевы... Эстре! Заметив Отголоска, постановила та, что с помощью слуг Мехрунс Дагона она покончит с Эйренн взойдет на престол Саммерсета!..

Покончив с офицерами Тайного Наследования, герой поспешил покинуть остров, вернуться в город. Наряду с Разум-даром проследовал он во дворец, где пред королевой Эйренн и иными дворянами назвал Эстре ‘Тайной Королевой’, предводительницей анархистов. Поняв, что личина ее раскрыта, Эстре произнесла заклинание, исчезла.

Обратившись к Отголоску и Разум-дару, Эйренн благодарила своих агентов на помощь в разоблачении предательницы. Навряд ли затаится та, вполне возможно – соберет сподвижников, решившись на открытое противостояния... И сейчас велела королева Глазам своим спешить в город Рассвет, куда вскоре собиралась прибыть сама с кортежем. Насколько было известно Эйренн, каноник Рассвета, Синион, поддерживает Тайное Наследование, и Эстре вполне может обратиться к нему за помощью.

Покинув Небесный Дозор, устремился герой к Рассвету; горожане бежали из сего града, ибо в пределах оного ныне хозяйничали даэдры. Каноник Синион ныне горько раскаивался в пособничестве Эстре, ведь та приказала даэдрам разорить его город! Неведомо, почему предводительница Тайного Наследования атаковала неприметный городок близ торного тракта, соединяющего Небесный Дозор с северным Фэстхолдом.

Присоединившись к немногочисленным городским стражам, герой противостоял даэдрам, а после, ступив в пещеры близ Рассвета, покончил с дреморами, вершащими ритуалы призыва – открывающими порталы в Нирн сородичам. Рассвет удалось защитить от даэдр, но, похоже, нападение сие было сделано лишь для отвлечения внимания от истинной цели Эстре – Фэстхолда!..

К несчастью, запоздал Отголосок, и когда прибыл он к стенам Фэстхолда, вторжение даэдр уже случилось. Порталы в Мертвые Земли – царствие Мехрунс Дагона - открывались повсеместно, и выступавшие из них дреморы противостояли Высоким эльфам, защищающим град. Эстре укрылась в замке Фэстхолда, наведя магический барьер, не позволяющий приблизиться к цитадели и порталам в Обливион.

В городской гильдии магов оставался Урселмо наряду с чародеями под началом Синиен, Глазами королевы – Лесными эльфами и каджиит, а также Когтями – отрядом элитных солдат, подчиняющихся приказам самого Урселмо. Лучше воины Ауридона выступали против миньонов Мехрунс Дагона, и Отголосок примкнул к ним, дабы выбить даэдр из Фэстхолда.

Первым делом герой и сподвижники его уничтожили камни, выступающие фокусом для поддержания заклинания барьера, а когда оный оказался развеян, устремились замок, находились в котором порталы в Мертвые Земли. Ступая в сии рифты, Отголосок находил магические камни, поддерживающие существование порталов, разбивал их, и врата меж мирами прекращали свое существование.

Эстре укрылась в Мертвых Землях, но возмездие настигло ее; ступив в портал, Отголосок, Разум-дар, Урселмо и Синиен разыскали самопровозглашенную Тайную Королеву, положили конец ее существованию. Фэстхолд был спасен, и лорд Рилис – правитель города – восстановлен в своей роли.

Прибывшая в город королева Эйренн поблагодарила героя и сподвижников ее за то, что поддержали те ее начинание, и зыбкий альянс трех рас, именуемый Доминионом Алдмери, продолжает набирать силу. Принц Неймон, однако, преисполнился горечи, узнав о гибели супруги, Эстре. На какие еще крайности готова пойти его старшая сестра ради сомнительного альянса?..

Поведала Эйренн герою, что король босмер, Каморан Аэрадан, прислал весть о том, что в Древнем Корне – столице Доминиона - неспокойно ныне, посему просила она своего агента отправиться в плавание к далеким землям Валенвуда. Так, вернувшись в Небесный Дозор, взошел Отголосок на борт корабля, доставившего его в портовый городок Гавань, что в землях Грахтвуд, к югу от Древнего Корня. Здесь величественные вековые дубы попирали кронами небеса, и в древесных стволах обитали Лесные эльфы.

Входящий в Гавань корабль атаковали пираты. В отражении нападения присоединились к Отголоску и каджиит – личная стража лорда Гареш-ри, Говорящего за Гриву, прибывшего в город для знакомства с иными народами Доминиона. Каджиит озадачены: как пираты сумели захватить Гавань столь стремительно?.. Ведь в городе должен был оставаться гарнизон генерала Эндаре, вот только оного не означилось – Нефритовые Драгуны покинули Гавань, оставив город легкой добычей для пиратов.

Наряду с одной из солдат-каджиит, лейтенантом Казарги, герой разыскал выживших босмер, сопроводил их в лагерь, разбитый на берегу. После чего устремился во внутренние кварталы гавани, где держали оборону Гареш-ри и его стражи.

Как удалось выяснить Отголоску, пираты действовали в союзе с некромантами, и свозили мертвые тела в форт Гавани для проведения некоего ритуала. Проникнув в крепость через подземный тоннель, герой открыл изнутри врата, и в форт проследовали силы лорда Гареш-ри, схлестнувшись с занявшими сей оплот пиратами и некромантами.

Предводительница пиратов намеревалась заполонить Гавань мертвяками, и некроманты его творили нечестивые ритуалы в здании гильдии бойцов. Ступив в оное, Отголосок сразил немало некромантов, а также набольшую тех – Гьярму Вороновласую. Пираты бежали из Гавани; город был спасен. К несчастью, лейтенант Казарги получила в сражении тяжелые раны, и неведомо, сможет ли оправиться от них. Гареш-ри приказал целителям из гильдии магов немедленно заняться офицером; сам же, поблагодарив героя за неоценимую помощь Доминиону, просил того выяснить, что же все-таки сподвигло генерала Эндаре вывести гарнизон из Гавани, оставив город беззащитным.

...Покинув прибрежное селение, устремился Отголосок к сердцу Грахтвуда, и вскоре достиг Древнего Корня. В сем исполинском древе ступил он в тронный зал, где сообщил королю Каморану Аэрадану о том, что выступает посланником королевы Эйренн. Монарх поведал герою, что еще год назад Эйренн обещала, что в Древнем Корне будет построено посольство каджиит, однако слова сии так и остались пустыми. Каджиит роптали, считая, что высокомерные эльфы указывают тем самым на их место в Доминионе, и Каморан надеялся с помощью агента королевы понять, что в действительности мешает возведению посольства осуществиться.

Присутствующий при дворе принц Неймон, отвечая на вопрос Отголоска, заявил, что сестра его поручила заняться вопросом посольства каджиит посланнице Таринве, набольшей в посольстве алтмер. Сам же он не желал вникать в сей вопрос, ибо был всецело занят подготовкой к церемонии босмер, на которой королева Эйренн должна быть признана достойной стать Императрицей Тамриэля. Последняя ратовала за равенство рас, и именно поэтому избрала столицей Доминиона Древний Корень – вотчину Лесных эльфов, и прилагала усилия для возведения здесь посольства каджиит. Нельзя, чтобы попытки ее примирить народы канули втуне, ведь в этом случае альянс наверняка прекратит свое существование!..

Посланницу Таринве возмутило предположение о том, что именно она повинна в нежелании возводить в городе посольство каджиит. Алтмер обвинила во всем местных мастеровых, не желающих приступать к работе, заявив, что и материалы, и припасы для посольства давным-давно находятся на складе.

Вот только лгала она, и, посетив склад, обнаружил герой лишь кучу хлама. Посетив близлежащие руины, где, по словам посланницы, мастеровые добывали камень для строительства посольства, лицезрел герой лишь мертвые тела несчастных босмер да разбитые телеги... К Отголоску приблизился Лесной эльф – Азарет, следопыт, один из агентов короля Каморана. Последний приказал ему разыскать исчезнувших мастеровых, ибо подозревал, что за последними событиями стоит посланница Таринве, всеми силами стремящаяся не допустить строительства посольства, дабы стравить между собой народы Доминиона Алдмери.

Знал следопыт, что Таринве покинула посольстве Высоких эльфов, и теперь наверняка обратится за помощью к контрабандистам, дабы тайно вывезли те ее из Грахтвуда. Азарет сопроводил героя к области к корням исполинского древа, где среди гор мусора ютились обездоленные... и вершили свои дела те, кто находился по ту сторону закона.

Отголоску удалось разыскать беглую посланницу, и, сразив вставших на защиту ее контрабандистов, передать в руки Азарета. Ныне судьбу предательницы решит король босмер, коему герой не замедлил поведать о произошедшем.

Принц Неймон встревожился: посланница Таринве знала все детали церемонии, кою намеревалась пройти его сестра, дабы почтить тем самым Сильвенара и Гриву.«Церемония завершается у Планетария – устройства под Древним Корнем», - рассказывал Неймон. – «Именно оно определяет, достойна ли Эйренн стать Императрицей. Но приготовлениями к церемонии занималась посланница Таринве, и, боюсь, каким-то образом попыталась повлиять на ее исход».

Если от церемонии отказаться сейчас, королева Эйренн предстанет слабой в глазах правителей каджиит и босмер, посему принц просил героя обратиться к Мереласу – босмер, весьма сведущем в устройстве Планетария. И, поскольку Сильвенар погиб в Гнездовье Хенарти, а Грива присутствовать на церемонии не будят, свидетелями оной выступят король Каморан да принц Неймон.

Планетарий – устройство древнее, и - по словам Мереласа - для того, чтобы привести его в действие, необходимы источник магических энергий айлеид, искусный чародей и «божественная искра». В качестве чародея Мерелас видел консерватора Даранет, весьма сведущей в сути Планетария и ритуалах айлеид; вот только волшебница была срочно призвана в родной городок Саузпойнт – бывшую Имперскую колонию, в южных пределах Грахтвуда. Источник магических энергий - то, по заверениям Мереласа, Сердце Анумарила – утраченный артефакт, коий некогда привел Планетарий в действие; одна из чародеев местной ветви гильдии магов, Ланаральда, полагала, что реликвия может быть сокрыта неподалеку, в руинах айлеид. И, наконец, «божественной искрой» может оказаться священная реликвия бога воров каджиит, Плащ Раджхина, пребывающий на Зимней Стоянке Фалинести.

Поспешив к Саузпойнту, узнал Отголосок, что жители сего города – коловийцы да босмер - неожиданно обезумели, принявшись убивать друг друга. Немногочисленные выжившие и стражи, не затронутые сумасшествием, в ужасе бежали, разбили лагерь у городских стен. Даранет полагала, что виной тому – воздействие Шеогората, и была исполнена решимости избавить родной город от чар Принца Безумия.

Наряду с героем чародейка ступила в Саузпойнт, надеясь разыскать исчезнувших здесь прежде лазутчиков, в задачу которых входило наблюдение за происходящим в городе. Один из лазутчиков означился в заточении, и поведал Отголоску, что новый градоначальник каким-то образом обратил его собратьев в медведей, а после – скрылся в городском соборе, двери которого ныне запечатаны магией.

Даранет воодушевилась: несмотря на царящее вокруг безумие, получала она удовольствие от происходящего! Первым делом чародейка и Отголосок разыскали рыщущих в городе двух медведей, и, пока герой сдерживал зверюг, Даранет развеяла чары градоначальника, вернув лазутчикам их родной облик. После чего двое поспешили к старой лаборатории чародейки, в подвалах которой хранился свиток с заклинанием, кое позволит им снять магические печати с дверей собора.

У лаборатории свирепствовал магический шторм; молнии неустанно били прямиком с безоблачных небес, и становилось очевидно, что ступить в здание возможным не представится. Даранет предположила: тот, кто творит сие заклинание, наверняка находится там, откуда может видеть все, происходящее в Саузпойнте. Посему увлекла за собой Отголоска к старой коловийской башне – самому высокому из строений в городе.

На вершине оной означился Руфинус – местный забулдыга, который невесть как обрел способности к сотворению молний, и ныне развлекался от души, низвергая оные на городок. К счастью, герой сумел убедить его прекратить бесчинства, и пристыженный Руфинус, спустившись с башни, отправился восвояси.

Забрав из лаборатории Даранет магический свиток, Отголосок снял чары с дверей Собора Золотого Пути, проследовал внутрь. Здесь лицезрел герой градоначальника Аулуса, который, обратившись к Даранет, возопил: «Шеогорат использовал меня! Он обещал мне власть, уважение... а вместо этого проклял мой язык безумием и заставил принести хаос в город!»

От тела Даранет отделилась призрачная фигура Шеогората; воплотившись пред изумленным Аулосом, Принц даэдр постановил, что, если отвергает тот его дар, так и быть, он наделит оным Отголоска. После чего направил на героя потоки магических энергий...

Придя в себя, Отголосок обнаружил, что находится в одной из камер в подземелье собора – наряду с Даранет. Будучи одержимой прежде, чародейка не помнила ровным счетом ничего из произошедшего после того, как вернулась в свою лабораторию в Саузпойнте и обнаружила там Шеогората... Но ныне надлежит им выбраться из темницы и покончить с Аулосом, служителем Принца Безумия.

Последний возник пред дверью камеры, заявив, что Аулус наскучил ему, и, чтобы вернуть утраченную забаву, градоначальнику будет предложено столкнуться с беглым пленником. Отголосок на предложение согласился, но взял с Шеогората обещание: если покончит он с Аулусом, Принц даэдр оставит город в покое. Даранет Шеогорат приказал остаться в камере: если Отголосок свернет с предопределенного пути, он обратит чародейку в гусыню.

Подземелья собора Шеогорат наводнил даэдрами, и, расставив таким образом все фигуры, наслаждался представлениям. Надеялся он, что Отголосок предстанет достойным героем, а ставленника его, Аулус, возьмет себя в руки и даст противнику зрелищный бой. И герой не разочаровал Принца Безумия: выбравшись из подземелий, он сразил градоначальника в честном противостоянии. Верный данному обещанию, Шеогорат, будучи полностью удовлетворенным представлением, оставил Саузпойнт; покинула город и Даранет, устремившись к Древнему Корню, дабы у Планетария дождаться возвращения Отголоска.

...Тот же устремился к Зимней Стоянке Фалинести, где пребывал прежде в зимние сезоны знаменитый «шагающий город» босмер. Ныне же стекались сюда паломники из числа Лесных эльфов, молящиеся за возвращение града. Предводитель тех, Брелор, поведал герою, что солдаты Доминиона под началом генерала Эндаре заставили паломников приступить к раскопкам, ибо полагали, что в подземельях под Зимней Стоянкой сокрыт Плащ Раджхина – весьма опасный артефакт, принадлежащий богу-плуту. Но не ожидали ни паломники, ни солдаты, что в пещерах, откроются кои при раскопках, обитают свирепые ледяные тролли...

Возведенные окрест магические камни хранили воспоминания о событиях прошлого, произошедших в Фалинести. Пробуждая их, зрели Брелор и Отголосок образы Лесной эльфийки Найруме, возжелала которую Тень Раджхина. В позабытые годы Первой Эры тень бога-плута заточила ее в ледяных подземельях под шагающим городом, где оставалась несчастная на протяжении долгих столетий.

Разыскав вход в катакомбы, лицезрел герой ледяное создание – Найруму. Поведала последняя о том, что генерал Эндаре находится в недрах сего комплекса, разыскивая артефакт; Найрума обещала провести Отголоска к артефакту, ибо тот – ключ к ее освобождению от долгого заточения. Раджхин в жестокости своей сотворил проклятие, от действия которого эльфийку мог освободить лишь иной.

В пределах темницы Найрума предстала герою созданием из плоти и крови – не ледяным порождением, как за пределами комплекса. Вместе устремились они в глубины подземелий, разя горгулий и мертвяков, здесь пребывавших. Призналась эльфийка, что за века заточения сумела она немного обучиться магии, творя свое ледяное подобие, обладало которое способностью поглощать жизненные энергии живых созданий.

В пещерах сих лицезрел герой немало мертвых тел солдат Доминиона, сопровождавших генерала и расставшихся с жизнями, казалось бы, в противостоянии монстрам. Но – нет... Желая обрести могущество, генерал Эндаре оказалась под воздействием Плаща Рахджина, и своею рукою сразила верных воинов!.. Ныне реликвия порождала тени генерала, живущие собственной жизнью, и Эндаре, цепляясь за угасающее создание, молила Отголоска покончить с нею, оборвав столь мучительное существование.

Сразив Эндаре, герой, следуя указаниям Найрумы, возложил Плащ Раджхина на жаровню, и магическое пламя оной разрушило проклятие, удерживавшее Лесную эльфийку в заточении. Возникла над жаровней призрачная Тень Рахджина, постановив, что, если отвергшая его любовь Найрума попросит прощения, он вернет в мир Фалинести – город, украденный им. Отголосок советовал эльфийке прежде переговорить с чародеем Брелором – тот наверняка поведает больше о судьбе, постигшей шагающий город.

По возвращении в лагерь паломников герой передал Плащ Раджхина Брелору, и тот выступил к Древнему Корню, обещав, что маги его гильдии непременно сдержат тлетворное влияние артефакта на окружающих.

Отголосок же направился к северным пределам Грахтвуда, где находились руины айлеид – Реликварий Звезд. Ларанальда и ее сподвижники-чародеи занимались исследованием сего подземного комплекса, обретя доказательство того, что архивы оного созданы самим Анумарилом – одним из величайших зодчих айлеид Первой Эры.

Ныне в Реликварии Звезд владычествовала даэдра Укэзай, называющая себя «хранительницей». Будучи призраком, ибо древние айлеид отделили дух ее от тела, она, тем не менее, сохранила власть над магией, обратив в камень прежних своих господ. Ларанальда узнала о сем создании из книг, обнаруженных в Реликварии: похоже, Укэзай обладала способностью подчинять себе разумы иных существ, и даже айлеид страшились ее!

Дух Укэзай вселился в тело одного из сопровождавших Ларанальду чародеев, наряду с Отголоском спустился в потаенный чертог комплекса, где схватил Сердце Анумарила, пустился наутек. С помощью реликвии даэдра надеялась вновь обрести воплощение!.. Преследуя Укэзай, герой сразил ее, и Ларанальда, с благоговением взяв в руки Сердце Анумарила, заверила Отголоска, что немедленно вернется в гильдию магов Древнего Корня.

...Наконец, все было готово к церемонии. Королева Эйренн, король Каморан, принц Неймон и помощник его, Пелидил, а также чародейка Даранет спустились в пещеру под корнями исполинского древа, где пребывало устройство айлеид – Планетарий. Магия Плаща Раджхина и Сердца Анумарила привели оный в действие, и магия Планетария пробудилась! Теперь королеве Эйренн оставалась лишь ступить в поток магической энергии...

«Как я могу позволить тебе так рисковать, дражайшая сестра?» - недобро усмехнулся Неймон, и, обездвижив присутствующих заклинанием, проследовал к Планетарию. В видении предстала ему Башня Белого Золота... а после принц преобразился, обратившись в ужасающего монстра!..

Отголоску пришлось сразить порождение, и Эйренн тяжело вздохнула: правдивы легенды – Планетарий действительно являет миру то, что сокрыто в душе смертного. Так устройство поступило с Неймоном... так же поступит и с нею... Верная своему слову, королева Эйренн приблизилась к Планетарию, и магические энергии омыли ее... Зрела королева мир, царящий в Тамриэле, объединенном под стягом Доминиона. У присутствующих не осталось сомнений в том, что Эйренн на роду начертано стать Императрицей.

Обратившись к Отголоску, поведала королева, что ныне путь их лежит в Зеленую Тень – именовались так благодатные равнины в юго-западных пределах Валенвуда. Там, в гильдии магов города Марбрука, хранится могущественный артефакт – Посох Магнуса. Просила королева героя сохранить сию реликвию до ее прибытия.

...Прибывшего в город Отголоска приветствовал капитан стражи Сарандил, сопроводил в хранилище гильдии магов. По пути рассказывал он, что многие Лесные эльфы выступают против возведения городов в сих землях, ратуя за сохранность дикой природы. Спустившись в хранилище, обнаружил Отголосок, что Посох Магнуса исчез, а на месте его витал лишь иллюзорный образ артефакт!

Капитан Сарандил припомнил, что некоторое время назад в хранилище спускался Пелидил – прибывший, по его собственному заявлению, по воле королевы. Неужто помощник погибшего принца Неймона похитил реликвию?!. Но зачем?..

Вскоре в Марбрук ступил кортеж королевы Эйренн, но Пелидил, должны доставить в город тела Неймона, после смерти вновь принявшего свое обличье, так и не появился. Сопровождавший королеву Разум-дар, узнав о произошедшем, тяжело вздохнул: Посох Магнуса украден... как будто одних мятежных босмер им недостаточно!.. Рассказывал каджиит, что Лесные эльфы Зеленой Тени не признают власти над собой короля Каморана, а поклоняются некоему Королю Дикоземья – неведомому лесному духу. Один из солдат Доминиона, Хазази, выступил в лагерь местного клана босмер, дабы провести переговоры с ними, но успехом оные не увенчались.

Разум-дар просил героя разрешить проблему с мятежными эльфами, дабы не нанесли те удар в спину королеве Эйренн в самый неподходящий момент. Ведь кланы босмер, обитающие в сих пределах Валенвуда, противостояли королю Каморану в Восстании Черного Сока – и – вполне возможно – затаили злобу на правителя и его нынешних союзников. Сам же Разум-дар отправлялся на поиски Посоха Магнуса; он и прежде подозревал, что Тайное Наследование не удастся искоренить так просто, и кража реликвии – лишнее тому доказательство.

Разыскав Хазази в лагере клана босмер, узнал герой, что те наотрез отказались вести переговоры с посланником Доминиона, заявив, что исполняют волю Короля Дикоземья, и никого иного. Обратившись к предводительнице клана, Нириэль, Отголосок высказал желание узреть Короля Дикоземья, и Лесная эльфийка, с нескрываемым сомнением воззрившись на чужеземца, постановила, что прежде следует заслужить доверие клана – изгнать с земель босмер Лесных орков.

Ступив в лагерь орков, Отголосок покончил с вождем тех, Трагдошем; Нириэль указала ему на валун близ селения босмер, где сородичи его обращались к Королю Дикоземья. Последний редко отвечал своим последователям, но все же Отголосок решил попытать счастья, и, приблизившись к камню, коснулся поверхности его...

Над валуном возникла облаченная в доспехи фигура Короля Дикоземья, приветствовавшего героя при своем дворе. Отголосок убеждал индивида сего заключить союз с Доминионом Алдмери против общих врагов – выживших анархистов, принадлежащих к Тайному Наследованию. Поведал Король Дикоземья, что фракция сия ему ведома, ведь в Валенвуд прибыла одна из агентов оной.

Король Дикоземья явил Отголоску воспоминания женщины, о которой упомянул – Араниас, посланница лидеров Тайного Наследования. Желали те нанести Доминиону сокрушительный удар, внеся раскол в ряды босмер. Эстре велела Араниас разыскать Короля Дикоземья и убить его; таким образом, Лесные эльфы Зеленой Тени впадут в ярость, и – вполне возможно – нападут на собратьев, сплотившихся за королем Камораном. Посеяв подобный хаос, Тайное Наследование непременно обратит его себе на пользу. По следам Араниас Эстре направила одного из наиболее искусных воинов фракции: он удостоверится в том, что Араниас покончит с Королем Дикоземья... или же – в противном случае – сразит ее саму.

Покамест Араниас еще не добралась до сих земель, но личность ее весьма интересовала Короля Дикоземья, и не знал он, стоит ли считать агента Тайного Наследования своим врагом. Постановил Король Дикоземья, что судьбы его, Отголоска и Араниас переплетены, посему велел герою разыскать сказителя-босмер Маруина в южных пределах Зеленой Тени.

Последний поведал Отголоску, что начнет рассказывать историю о прошлом Араниас, и герой сыграет в ней важную роль, выступив для эльфийки верным сподвижником. Таким образом, сможет он изменить прошлое Араниас, ее мотивы и стремления.

И действительно: магия сказителя перенесла героя на благодатный островок Силатар в архипелаге Саммерсет. Именно здесь проживала Араниас – алтмер, обладающая поистине невероятными магическими способностями. Обладая неразрывной связью со стихиями, она сумела как поднять остров со дна морского и обратить его в сказочный уголок, так и разбить торговый корабль о рифы; сородичи страшились Араниас и ее магических сил. Молодая женщина ощущала землю – радость ее и боль...

Араниас оставалась на островке совсем одна – даже родители оставили ее. Время от времени Силатар навещали иные – как то разбойники-босмер, жаждущие поставить способности алтмер себе на службу. Араниас расправлялась со всеми недоброжелателями, и пережитое полнило ее горечью, ведь чужаки желали лишь использовать ее в своих целях – раз за разом.

Отчаявшись обуздать магию дочери, родители Араниас привели на остров тех, кто - как они надеялись – сможет помочь ей: чародеев, принадлежащих к Тайному Наследованию... в том числе и леди Эстре. Постановила последняя, что желает узреть, сколь сильна Араниас духом, а для этого велела одному из своих сподвижников, Андуру, привести к особняку супругу одного из селян-босмер.

Собравшись в саду, лидеры Тайного Наследования приказали Араниас хладнокровно убить беспомощную селянку, говоря о том, что та ничем не отличается от разбойников, прежде напавших на фермы Силатара. В сей истории Отголосок выступал для девушки лучшим другом, и сумел убедить ее в том, что защита земель от разбойников кардинально отличается от убийства. Осознала Араниас, что никому не позволить управлять собою, посему наотрез отказалась чинить расправу над Лесной эльфийкой.

История завершилась, и сказитель Маруин поздравил героя с успехом: ведь характер Араниас изменился, и она вполне может предать своих господ, дабы встать на защиту Короля Дикоземья... Но следовало спешить к престолу властителя Зеленой Тени, ибо Араниас и Андус уже почти достигли его; ведь если падет Король Дикоземья, ярость Валенвуда вырвется из-под контроля и уничтожит очаги цивилизации в сих пределах.

Следуя наставлениям Маруина, устремился Отголосок к южным пределам Зеленой Тени. Образ Короля Дикоземья вновь предстал ему; поведал тот, что двое посланцев Тайного Наследования, владеющие магией земли и пламени, безжалостно расправляются со служителями его, приближаясь к престолу. Сознавал Король Дикоземья, что существование его вскоре оборвется, и открыл герою – Араниас суждено стать следующей хранительницей Валенвуда. Конечно, Андур сему воспротивится, и надеялся властитель, что герой сумеет покончить с неистовым воином, позволив Араниас принять уготованную ей судьбу.

По мере приближения к трону Короля Дикоземья осознала Араниас свое предназначение, обратилась против Андура. Объединив силы с Отголоском, сумела она достичь трона Короля Дикоземья, и поведал тот, что на протяжении веков защищал Валенвуд – как он внешнего мира, так и от самого себя. Ибо сей предвечный волшебный лес и обитатели его не желали зреть цивилизацию, посему Королю Дикоземья приходилось обуздывать ярость подданных, указывая им на то, что с разумными расами можно и нужно сосуществовать. И теперь Араниас надлежит стать Королевой Дикоземья; сам же монарх упокоится с миром.

Сразив Андура, Отголосок сопроводил Араниас на вершину башни Короля Дикоземья, где свершилось вознесение и преображение чародейки; отринув свою личность, она позабыло о прошлом, обратившись в Королеву Дикоземья и став единой с Валенвудом. Постановила она, что принимает союз с Доминионом Алмери, и отныне Валенвуд – всецело на стороне королевы Эйренн. Прежде, чем воспоминания Араниас окончательно угасли, Королева Дикоземья успела сообщить герою о том, что похищенный Тайным Наследованием Посох Магнуса следует искать на западе – в портовом городе Лесном Очаге.

...Разум-дар дожидался прибытия героя в оплоте Талмора, что в Лесном Очаге. Поведал каджиит Отголосоку, что ныне Пелидил возглавил Тайное Наследование, и среди дворян Лесного Очага хватает предателей, злоумышляющих против королевы Эйренн. О том, с какой целью Пелидил выкрал Посох Магнуса, Разум-дар не ведал: даже если удастся возродить павшего принца Неймона нежитью, то тот все равно не сможет править Доминионом!..

Поинтересовался герой, почему в Лесном Очаге находятся входящие в Талморалтмер, и рассказал каджиит, что торговый порт сей – один из важнейших форпостов Доминиона, и вполне может стать целью для вражеских шпионов – и для маормер. Посему входящие в Талмор дворяне помогают укрепить обороноспособность города, ведь Морские эльфы наверняка воспользуются любой возможностью захватить сии берега.

Древесный вождь босмер Лесного Очага, Фариэль, подтвердила слова Разум-дара, поведав о том, что остающиеся в городе предатели пытались поднять мятеж с тех самых пор, как король Каморан объявил о своем решении примкнуть к Доминиону. Разум-дар полагал, что среди дворян Талмора есть члены Тайного Наследования, посему решил вывести предателей на чистую воду распространив весть о том, что ввиду угрозы со стороны маормер в скором времени в город прибудет сама королева Эйренн, дабы лично провести инспекцию Имперского Подземелья – стоков, построенных циродиильцами в эпоху Второй Империи.

Приказав одному из чародеев навести на него иллюзорное обличье Эйренн, Разум-дар наряду с Отголоском проследовал в стоки, где дожидалась одна из офицеров Талмора, Астерил, которую агент королевы считал предательницей. Заметив, что сопровождает королеву лишь один-единственный воин, Астерил нанесла сокрытому иллюзией Разум-дару удар заклинанием. «Подарок в память о принце Неймоне...» - с ненавистью прошипела она. – «Пелидил посылает тебе свой привет. Ты умрешь, а истинный король Алинора возродится вновь!»

С этими словами офицер растворилась в тенях подземелья. Разум-дар остался жив, занялся своими ранами, в то время как Отголосок устремился по следу Астерил, надеясь настичь ее и выяснить, где скрывается Пелидил. Разя остающихся в тоннелях ассасинов Тайного Наследования, герой разыскивал беглянку, но той удалось улизнуть.

Вернувшись к ожидающему его у входа в Имперское Подземелье Разум-дару, герой поведал о том, что в тоннелях пребывало немало воинов Тайного Наследования. Каджиит встревожился: согласно донесениям лазутчиков, на случай гибели принца Неймона у фракции был некий иной план. Неужто именно оный претворяется в жизнь здесь, в Лесном Очаге?.. Быть может, полагают лидеры фракции, что если не смогут они править Доминионам, то надлежит уничтожить его, атаковав Валенвуд?..

Разум-дар и не мыслил, что обладает Тайное Наследование столь большим числом воинов, посему, наряду с героем вернувшись в оплот Талмора, поведал о произошедшем в подземелье Фариэль. Один из главнокомандующих силами Талмора в Лесном Очаге, Оромин, наотрез отказывался верить в предательство Астерил, ведь, по его мнению, воительница была всецело предана Доминиону. Ведь все без исключения агенты Талмора не раз доказывали свою абсолютную преданность короне.

Посему Отголосок, Разум-дар и Оромин выступили к жилищу Астерил, надеясь обнаружить в нем необходимые свидетельства, которые позволили бы им ответить на вопрос о том, кому в действительности принадлежит верность офицера... В комнатах, отведенных Астерил, лицезрели они мертвое тело воительницы; Оромин с облегчением вздохнул – стало быть, его предположение верно, и агенты Талмора не могут оказаться предателями! Но... кто же тогда атаковал Разум-дара в Имперском Подземелье?..

В подвале дома Астерилкаджиит обнаружил тайный ход, ведущий в иную область канализационных стоков.Здесь же означилась записка от Пелидила, адресованная Лариарил – сестре-близнецу Астерил. Именно она выдавала себя за офицера Талмора и пыталась покончить с королевой!.. Пелидил писал Лариарил о том, что Глаза королевы – Отголосок и Разум-дар – обвели ее вокруг пальца, и назначал встречу в Старой Имперской Тюрьме, за пределами стоков.

В одной из камер оной томилась Лариарил – избитая, израненная. Тайное Наследование не прощало неудач, и Пелидил назначил Высокой эльфийке встречу там, где дожидались ее ассасины фракции. Чудом оставшаяся в живых, Лариарил осознала, как расплатились с ней набольшие за верное служение, поведала герою о том, что союзники Пелидила уже вторглись в портовый город Приморское Убежище, который собираются использовать как форпост для последующего завоевания Валенвуда. Рассказывала Лариарил о том, что заключил Пелидил союз с Морскими эльфами, а с помощью Посоха Магнуса намеревается призвать армию нежити, возглавит которую принц Неймон, полностью послушный его воле.

Отголосок оставил Лириарил, проследовал к выходу из подземелий; обе сестры-алтмер поплатились жизнями за то, во что верили...

Узнав о том, что вторжение маормер началось, Фариэль приказала офицерам немедленно заняться обороной Лунного Очага; часть гарнизона под началом Высокой эльфийки Сиренвы направила она к Приморскому Убежищу – туда же выступили и Отголосок с Разум-даром...

Ларирил не лгала: селение было захвачено Морскими эльфами, а горожане оставались в заложниках у них. Разум-дар наряду с героем, раздобыв доспехи маормер, проникли в город, занявшись выводом из оного мирян, а также устранением командующих офицеров Морских эльфов. Вскоре прибыли и подкрепления из Марбрука, и Сиренва приказала подначальным атаковать. Воины Доминиона сошлись в противостоянии с маормер на улицах и площадях Приморского Убежища.

Пленные маормер поведали, что Пелидил сумел возродить принца Неймона нежитью, однако, вопреки ожиданиям советника, тот не желал исполнять его волю – возможно, овладел им некий злой дух. Теперь же, видя, что союзники его терпят поражение, Пелидил взошел на борт корабля, и оный отошел от берега.

Понимая, что предводителя Тайного Наследования нельзя отпускать, ведь донельзя опасен он для Доминиона, герой начал преследование Пелидила, ведь по счастливой случайности означился у пристани Приморского Убежища старый-добрый «Бродяга»! Судно вышло в Абесиновое море, настигло корабль маормер.

Морские эльфы творили порталы, позволявшие им ступать на палубу судна-преследователя, где сходились они в противостоянии с воинами Доминиона; кроме того, маги-маормер призывали из пучин морских гигантских змей, атаковавших корпус «Бродяги».

Не мешкая, герой воспользовался одним из наведенных порталов, и, переместившись на борт судна маормер, сразил Пелидила. Вернувшись в Приморское Убежище, поделился он сей новостью с Сиринвой; к тому времени сражение за портовый город завершилось, и с Морскими эльфами, захватившими его, было покончено. Хочется верить, что с маормер и Темным Наследованием покончено, но радость победы омрачала весть о возвращении принца Неймона из мертвых...

А вскоре стало ведомо о том, что нежить заполонила Перевал Дриладан, и ведет мертвяков за собой лич-лорд, облаченный в доспехи с символом правящей семьи Саммерсета. Навернека то – Неймон, и никто иной...

К тому времени, как Отголосок достиг означенных пределов, нежить вплотную подступила к северным вратам Марбрука. Здесь держала оборону как городская стража, так и следопыты, присланные королем Камораном из Грахтвуда... Разя мертвяков и некромантов Тайного Наследования, Отголосок сумел достичь старого тоннеля у северного перевала, где оставались Грива Акхуз-ри и его солдаты – кои прибыли в Валенвуд, но оказались захвачены врасплох маршем нежити через лесные пределы.

Поведал Грива Отголоску, что сам принц исчез, оставив воинство нежити, и неведомо, в чем кроются истинные его цели. Он представил героя одного из своих спутников – Лесному эльфу Индэниру, обладающему невероятным – даже по меркам его народа – единением с природой. Силы Гривы устремились к Марбруку, дабы присоединиться к защитникам города; Отголосок же наряду с Индэниром выступил в северные пределы Зеленой Тени, откуда продолжала изливаться нежить. Говорил босмер о том, что противостоит им Тень – сущность, сохранившая частично воспоминания Неймона, однако мотивы ее кардинально разнятся от тех, руководствовался коими павший принц.

Обратившись к душам усопших, при жизни нарушивших Зеленый Пакт и в посмертии остающихся в сем мире, близ собственных истлевших останков, с ужасом узнал Индэнир, что Тень Неймона собирается обратить Валенвуд в Лес Теней – призрачное отражение реальности. Мертвяки открывали окрест порталы в родное пространство Тени, и изливающиеся оттуда энергии наполняли Валенвуд, оскверняя и преображая его. Поистине, возрождая Неймона, Пелидил и помыслить не мог, к сколь страшным последствиям приведет его деяние!

О замыслах Тени поведал герой остающейся в Марбруке королеве Эйренн. Стало быть, нападение нежити на Перевал Дриладан – не более, чем отвлекающий маневр, призванный не позволить силам Доминиона помешать неотвратимой трансформе Валенвуда в Лес Теней!

А скверна продолжала распространяться, сводя с ума лесных обитателей. Пробуждая древнюю магию стоячих камней, Отголосок и Индэнир защищали босмер, неразрывно связанных с Зеленью, от ярости леса. Злая волшба Тени наполнила скверной и Старейшего – древнее растение, прародитель жизни в сей области Валенвуда. С тяжелым сердцем постановил Индэнир, что надлежит им нарушить Зеленый Пакт и покончить со Старейшим, дабы пресечь дальнейшее распространение скверны. Фигурально выражаясь, отсечь больную ветвь, чтобы спасти ствол.

Сразив Старейшего, наблюдал герой преображение окрестных земель в Лес Теней, наполненный оскверненными духами... Покончив с тенью – служителем Неймона, - Отголосок разорвал связь с пластом реальности, исходили из которого злые энергии. Сей уголок Валенвуда был спасен, однако кампания против возрожденной Тени Неймона и миньонов ее оставалась весьма далека от завершения.

Отголосок и Индэнир выступили к обиталищу мертвяков-босмер, при жизни принадлежащих к яростному и жестокому клану Черного Корня. Некогда – в час межплеменных войн босмер - напали они, ведомые полководцем Малготом, на одну из деревень, Вуллайн, и жители ее приняли яд – элексир нереид. Воины Черного Корня, воспользовавшись правом победителей, пожрали тела усопших... обрекая тем самым себя на гибель... Таким образом, доблестные Лесные эльфы спасли иные селения Зеленой Тени... но сейчас, годы спустя, некроманты Тайного Наследования вернули воинов Черного Корня к нежизни, и вновь явили те угрозу Валенвуду. Ибо одна из теней, служителей Неймона, выкрала лук Малгота, и, воззвав к Праву Кражи, приказала мертвякам выступить против сил Доминиона; чтя древний обычай, те подчинились.

В поисках украденного оружия герой ступил в близлежащий храм нереид, сокрытый в дикоземье. Служитель Неймона, остающийся в сих кавернах, обратил оные в Лес Теней, наводнив оный оскверненными древесными духами... Сразив тень, Отголосок очистил окрестности Вуллайна от энергий теней, и, обретя лук, преподнес его духу генерала Малгота; воззвав к Праву Кражи, он велел призракам воинов клана Черного Корня обратиться против миньонов Неймона во имя Доминиона Алдмери.

...Разгромив воинство нежити, силы Доминиона, ведомые королевой Эйринн, подступили к вратам Гектахейма, что на языке айлеид означает «дом изгнанников»; именно сюда отступили Дикие эльфы, когда вспыхнуло в Циродииле восстание рабов, ведомых Святой Алессией. Индэнир полагал, что именно здесь укрывается Тень Неймона наряду с многочисленными некромантами Темного Наследования. Обладая Посохом Магнуса, обращенный в лича принц продолжал возвращать к жизни мер, тел коих в сем мавзолее оставалось предостаточно.

Кроме того, находилось в Гектахейме Сердце Валенвуда, кое осквернял Неймон; посему воины, ступавшие в руины, теряли разум, поддаваясь слепой ярости. И если магия Сердца Валенвуда иссякнет, обратится он в Лес Теней окончательно и бесповоротно...

Воспользовавшись своей связью с Зеленью, Индэнир обратил окружающую его реальность в Лес Теней, и таким образом наряду с Отголоском проследовал в пределы Гектахейма, избежав воздействия скверны. Тень Неймона пыталась вырвать дерзких из сопредельной реальности, вернув в мир смертный, но Индэниру удавалось поддерживать чары, хранящие сущности их в Лесу Теней.

В противостоянии Отголосок сразил Тень Неймона, покончив с личем-лордом, однако скверна наполняла Сердце Валенвуда, распространяя тьму над сей благословенной чащобой. И тогда Индэнир приблизился к реликвии, и, жертвуя жизнью, поглотил энергии скверны, забрав их из Сердца Валенвуда и приняв в себя... После чего пал замертво...

В чертог ступили воины, ведомые Гривой Акхуз-ри; злой двеомер, окружавший пределы Гектахейма, не существовал боле, и солдаты Доминиона заполонили руины, разя уцелевших некромантов... На глазах пораженных мирян тело Индэнира воссияло; доблестный босмер воскрес, и осознали находящиеся в каверне Лесные эльфы, где спасло его Сердце Валенвуда, и зрели они рождение нового Сильвенара!.. Индэнир, все еще пораженный чудесным своим спасением, смиренно принял уготованную ему роль... Ныне надлежит ему сочетаться браком с Зеленой Леди, и станут они представлять Валенвуд в Доминионе Алдмери.

Посох Магнуса герой передал королеве Эйренн; поведала последняя, что, насколько известно ей, Зеленая Леди остается в портовом городе Велин, что в Малабал Торе – северо-западной области Валенвуда. Вот только донесли лазутчики, что подвергся городок нападению редгардов; королева велела Отголоску выступать к Велину, дабы разрешить возникшую проблему... сама же она с Сильвенаром прибудет позже.

...Достигнув Велина, герой примкнул к защитникам города, принадлежащим к Кулакам Талмора, в противостоянии редгардам, объединившихся скланом Лесных орков. Освободив захваченных в плен противником горожан и ополченцев, герой сопроводил их к солдатам, остающимся близ здания гильдии бойцов, кои вооружили мирян, организовав сопротивление захватчикам. Кулаки Талмора – воины, коих Эйренн выслала в Велин для обеспечения эскорта Зеленой Леди в священный город Сильвенар – попытались прорваться докам; в сражении с редгардами пал лейтенант Эхран, и отряд Кулаков Талмора возглавила сержант Линаари.

Отголосок разыскал и устранил предводителей сил противника: орочьего вождя Махуга и капитана редгардов аль-Халлена, жаждавшего предать Велин огню. Орки бежали из города, в то время как солдаты под началом Линаари перебили оставшихся редгардов в порту.

Зеленая Леди предстала герою – новая, не та, кою тот встречал в Гнездовье Хенарти; согласно поверьям босмер, следующие Сильвенар и Зеленая Леди наследуют души своих предшественников, выступая средоточием духовной и материальной сущностей народа Лесных эльфов. Предыдущая Зеленая Леди, Финориэль, погибла в странствиях, и ныне таковой именовалась ее племянница, Гвэринг.

Зеленая Леди просила Отголоска сопровождать ее в Дра’бул – ближайшее поселение орков, дабы понять, почему клан, выступавших прежде в союзе с ее народом, обратился против босмер. Вождь орков Аграх, однако, не пожелал держать ответ ни перед героем, ни перед Зеленой Леди, заявив лишь, что соплеменники его лишь желали поставить зарвавшихся Лесных эльфов на место.

Понимая, что вождь что-то скрывает, Зеленая Леди магией изменила облик героя, и теперь тот походил на орка. Теперь тот получил возможность перемещаться по селению, не страшась быть узнанным; на вершине дозорной башни зрел он зажженные свечи – свидетельства колдовского ритуала. Предстал ему призрачный Пес, заявив, что клану надлежит пленить Зеленую Леди – в противном случае орки кровью заплатят за неповиновение. Если же они останутся верными союзниками, то Велин станет лишь первым даром, и ожидает их сотня городов и весей на славном пути к завоеванию. Заявив, что в Сильвенаре остается у него немало дел, Пес исчез. Молодая орчиха Року, дочь шамана Глазулга – брата вождя, зрела сквозь двеомер иллюзии, и, обратившись к Отголоску, поведала, что вождь, верный данному Псу слову, пленил Зеленую Леди и ныне пребывает та в магической ловушке на арене. Року провела героя к отцу, и тот передал ему сосуд с начертанными на нем даэдрическими символами, велев окропить жидкостью тотемы, выступающие в магической сети краеугольными камнями.

Наряду с Року проследовав на арену, Отголосок исполнил волю шамана, и, оросив тотемы зачарованной жидкостью, развеял двеомер заклинания, даровав Зеленой Леди свободу. На арене возник призрак Пса, приказав вождю покончить с теми, кто дерзнул встать на пути претворения в жизнь его планов. В ярости Аграх задушил несчастную Року прежде, чем выступили против него шаман и соплеменники.

Зеленая Леди обратилась к Отголоску, с тревогой поведав о том, что Сильвенар исчез! Зная, что представляет собой Пес, эльфийка надеялась переговорить с ним и разрешить дело миром; герой же выступал в юго-восточные пределы Малабал Тора – к Джатсогуру, ибо именно туда – по словам шагам – вождь Аграх отправил воинов. Возможно, именно они пленили Сильвенара...

Последний сумел направить свое сознание на поиски помощи, и, представ подошедшему к Джатсогуру Отголоску, поведал, что действительно оказался пленен орками наряду с двумя доверенными советниками – Раэном и Сариэль. Обоих герой обнаружил в одной из хижин орков, построенных в Джатсогуре; поведали советники, что орки жаждут заполучить жизненные энергии Сильвенара и обречь тем самым народ босмер на гибель. В час нападения лицезрели советники, как орк-шаман свершил колдовской ритуал, заключив жизненные энергии Сильвенара в огромные кристаллы... после чего орки унесли прочь бесчувственное тело Лесного эльфа.

В пределах Джатсогура герой отыскал книгу, описан в которой был ритуал, а после с помощью Сариэль обратил оный вспять, вернув Сильвенару похищенные энергии. Вот только для того, чтобы подобная волшба стала возможной, Отголосок вынужден был пожертвовать одним из спутников - Раэном, жизненные силы которого стали катализатором для проведения даэдрического ритуала, должного вернуть целостность сущности Сильвенара.

Духовный лидер босмер содержался в небольшом форте; перебив орочьих воителей, ведомых вождем Наготом, и босмер, именующими себя ‘прислужниками Пса’, герой спас Сильвенара, восстановившего, наконец, связь свою с Валенвудом. Поведал тот, что противник их – служитель Хирсина, жаждущий занять место его рядом с Зеленой Леди; Пес даровал своим верным последователям-босмер дар ликантропии, обратив их в свирепых оборотней.

С орками было покончено; покинув Джатсогур, Отголосок выступил на север, к городу Сильвенар, где духовный лидер Лесных эльфов сочетается браком с Зеленой Леди. Конечно, был уверен герой, что рано или поздно он еще услышит о Псе... но тот успел нанести удар, и ныне город Сильвенар пребывал в его власти. По тропам монументального древесного селения бродили оборотни и служители Хирсина, а лесные духи – защитники города – оказались осквернены, и обратились против Сильвенара и его сподвижников.

Развеяв защитные чары, герой ступил в пределы Сильвенара, где выяснил, что миньоны Пса пленили трех могущественных чародеев-сказителей из Лесных эльфов, что сделало захват города возможным. Отголосок вызволил сказителей из магических ловушек, и развеяли те колдовской барьер, созданный Псом у входа в зал для аудиенций в сердце города, на вершине Великого Древа.

Служителю Хирсина удалось подчинить дух прибывшей в Сильвенар Зеленой Леди, и ныне атаковала та героя, стоило тому переступить порог зала. Сопровождавший Отголоска Сильвенар сумел вырвать эльфийку из-под контроля соперника. Последний в ярости атаковал Отголоска, но Пал, сраженный им.

Поведала Зеленая Леди, что Пес – то был его друг Ультрон; надеялась она убедить его в неразумности служения Хирсину, однако тот подчинил разум женщины магией, дарованной ему Принцем даэдр. Ощущала она лишь зов охоты – так чувствовали себя древние босмер в эпоху до становления Зеленого Пакта.

Сказители провели церемонию единения Сильвенара и Зеленой Леди, прибыло на которую немало гостей из земель Доминиона... в том числе – делегация каджиит, израненных и донельзя подавленных. Лорд Гареш-ри поведал герою, что Грива Акхуз-ри неожиданно обезумел, и атаковал своих же сородичей темной магией! Перебив стражей, он бежал на север, к Простору Смерти – так именовались северные пределы Валенвуда, граничащие с Элсвеиром и Циродиилом, где после падения Второй Империи произошло столь много сражений, что земли сии обильно пропитались кровью.

Гареш-ри полагал, что Грива укрылся в крепости Мрачный Дозор, и именно в сем направлении устремился Отголосок.Увы, крепость пала, и возглавлявшие гарнизон сестры-каджиит - Лунные Чемпионы, Шазах и Хали – вынуждены были отступить, дожидаясь подкреплений. Лунные Чемпионы поведали Отголоску, что прибыли в Мрачный Дозор, прознав о том, что коловийцы вторглись в северные пределы Простора Смерти. Зрели они, как в небесах над крепостью возник Грива – Акхуз-ри! Объятый темными энергиями, сотворил он колдовской ритуал, и раскололась земля, явив взору древние руины... Форт наводнили злые духи, в оных витающие - Дро-м’Атра.

Направляемый каджиит Шазах, герой ступил в пределы форта, где закрывали они разломы в реальности, исходили из коих духи. Неожиданно предстал им дух Рид-Тар-ри’Датты, Первого Гривы, велевший Отголоску выступать к поднявшемуся из подземных пределов храму, ибо в нем – источник тьмы, снедающей крепость.

Герой наряду с Шазах и Хали ступил в сердце руин Хадж Ролит – самого западного оплота, возведенного каджиит в час Завоеваний Анеквины и ныне вновь явленного миру близ стен Мрачного Дозора. В сердце храма означился алый кристалл, исполненный нечестивых энергий Дро-м’Атра; Отголосок расколол реликвию, и злые духи оставили форт.

Хали, воспитывавшаяся в монастыре, поведала герою, что, согласно поверьям, в темные времена миру является предвестник; благословленный Гривами прошлого, он определит становление Гривы следующего. Отголоска именовала она «Лунный герольдом» или «Благословленным Лунами», считая таковым; но подтвердить сие могут лишь жрецы, посему Хали предлагала герою выступить к Озаренной Лунами Поляне, что к северу от Сеналаны, где пребывают священнослужители народа каджиит.

...Жрецы усомнились в притязаниях героя, когда ступил он на священную Поляну, но все же предложили тому преклонить колени у алтаря, вознеся молитвы божествам. Отголосок последовал их воле... и на глазах изумленных служителей возник пред ним призрачный образ Рид-Тар-ри’Датты. «Ты прибыл на Простор Смерти в час нужды», - произнес Первый Грива. – «Душа народа каджиит – и Доминиона в целом – в опасности. Грива Акхуз-ри осквернен злом, и никогда боле не сможет возглавлять наш народ. Надежды наши пребывают с двумя женщинами, Лунными Чемпионами. Одной из них суждено стать следующей Гривой. Ты должен помочь им пройти по пути... ибо ты – Благословленный Лунами! И если явления Гривы не служится, каджиит падут... ровно как и Доминион».

Признав, что слова героя о становлении его Благословленным Лунами истинны, жрецы поведали ему о том, что Акхуз-ри, именуемый ныне «Темным Гривой», объединился с коловийцами, и захватили они Арентию – город, возведенный в северных пределах Простора Смерти.

Подле сего селения дожидалась Отголоска босмер Кариэль – одна из Глаз королевы Эйренн, сопроводившая сподвижника в здание, где укрывались бойцы сопротивления силам захватчиков, ведомые воительницей-каджиит Казиррой. «Коловийцы обмануты, и если мы явим им истину, они отступят», - молвила та, обращаясь к герою. – «Кариэль выяснила, что за нападением на Простор стоит культ Каменного Огня! Оный поддерживает Культ Червей, а в ухо генералу Лавинии – предводительнице сил Коловии – нашептывает Явад Тарн». Казирра знала, что коловийцам присуща честь, и если узнают они, что выступают марионетками даэдропоклонников, то откажутся от завоевательных планов; конечно, генерал Лавиния не сознается в связях с сектантами, потому надлежит приложить все усилия, чтобы вывести ее на чистую воду.

Отголоску и Кариэль удалось захватить в плен ближайшего сподвижника Лавинии – центуриона Гаво. Казирра лично допросила с пристрастием изрядно струхнувшего солдата, и признание его в сговоре с сектантами герой сохранил в магический кристалл, коий генерал коловийцев использовала, дабы являть на площадях города свои иллюзорные образы. Но теперь исчезли оные, а ошарашенным захватчикам предстал образ их центуриона, в подробностях вещающего о сговоре Лавинии с культом Каменного Огня.

Воспользовавшись замешательством противника, силы сопротивления нанесли удар, и сражение вспыхнуло на городских улицах. Отголосок сразил генерала Лавинию, и подначальные ее бежали прочь из Арентии. Ныне сектанты, занявшие храмовый квартал город, оказались в окружении; надеясь обрести поддержку из Обливиона, они проводили колдовской ритуал, призывая в мир Темный Якорь, должный вскоре выступить порталом в Хладную Пристань!

Отголосок покончил с заклинателями, а после уничтожил артефакт, выступающий фокусом для наводимого теми двеомера. Проследовав в подземелья храма Восьмерых, сразился герой с Акхуз-ри, одержимым Темной Гривой. Могучий каджиит оказался повержен, и злая сущность оставила его, посчитав вместилище сие слишком слабым и недостойным. Поведал Акхуз-ри герою, что Темная Грива правил народом каджиит в древние времена, но предался злу и лишился благословения Лун. И теперь призрачная сущность его, пробудил кою Явад Тарн, жаждет отомстить народу, ее отвергнувшему.

Поверив словам Гривы, Отголосок сохранил ему жизнь, и двое направились к выходу из храма. К тому времени сражение в Арентии завершилось, и воины Казирры обратили коловийцев в бегство.

Дабы понять, какая участь ныне ожидает каджиит, герой наряду с Гривой выступили к Раул’ха – священному городу Простора Смерти, пребывал в котором Храм Танца. Сознавал Акхуз-ри, что в глазах соплеменников оказался слаб, ибо не смог противиться темному духу, и недостоин боле оставаться Гривой своего народа.

В Храме Танца собрались правители Доминиона Алдмери, а также двое Лунных Чемпионов, одной из которых – по словам священнослужителей – уготована честь стать следующей Гривой. Королева Эйренн, Зеленая Леди, Сильвенар прибыли, чтобы поддержать каджиит в столь переломный момент в их истории. Ведь познал Доминион немало испытаний: против становления его выступали консерваторы в Ауридоне, правлению короля Каморана противились некоторые кланы Лесных эльфов... и сейчас духовный лидер каджиит стал одержим темным духом.

Сестры – Лунные Чемпионы – приблизились к алтарю, и жрица Козанаби-джо велела испить им, а также Отголоску, эликсир лунного сахара. Поскольку никогда прежде не существовало сразу двух испытуемых на роль Гривы, велела священнослужительница Благословленному Лунами сопроводить каждую из каджиит на пути очищения от сомнений и сожалений, выступив проводником. После того, как очищение завершится, Лунным Чемпионам придется столкнуться с испытаниями, определят кои избранные ими жизненные стези. И, наконец, последнее, третье испытание состоится в храме Дюны, где либо Шазах, либо Хали пройдет по Пути Двух Лун. И решение о том, какая из сестер достойна именоваться Гривой, останется за Благословленным Лунами.

В коридорах Храма Танца лицезрела сопровождаемая героем Шазах видения прошлого – селения, опустошаемого Кнахатенским Гриппом, а после предстало ей призрачное видение отца, Убраза. 17 лет назад он – будучи искусным алхимиком - возглавил небольшой отряд и выступил из Дюны в Оркрест, надеясь погасить вспышку гибельного недуга в том селении... Но все они умерли...

Шазах и Отголоска атаковали зомби – Убраз и спутники ее. Сознавала каджиит, что то – лишь страхи, порожденные ее сознанием, и противостояла им, разя мертвяков. Ведь отныне надлежит ей двигаться вперед, не оглядываясь...

Хали же в час испытания лицезрела образы прошлого, в которых нападали на Оркрест и Речную Крепость – элсвеирские города к востоку от Дюны - коловийцы, и предводитель последних – генерал Квинтилиус - мечом разил ее мать, Наму. Полагая, что каджиит, населяющие северные пределы провинции, слишком ослаблены недавней вспышкой Кнахатенского Гриппа, коловийцы надеялись распространить власть свою на часть земель Элсвеира. Именно тогда малышка Хали преисполнилась ненависти в отношении коловийцев, и, разя представший ее призрачный образ генерала, избавлялась от оного, очищая тем самым душу.

Постановила Козанаби-джо, что свершен ритуал очищения, и не являются сестры Лунными Чемпионами боле, ибо сделали первые шаги на новом для себя пути. И ныне предстоит им следующее испытание – луны открыли жрице, что Темный Грива наряду со множеством злых духов - Дро-м’Атра – пребывает в священном храме Лунной Горы, что в южных пределах Простора Смерти. Сестрам наряду с Благословленным Лунами надлежит очистить святилище от скверны, лишь тогда получат возможность они ступить на Путь Двух Лун, дабы выдержать последнее испытание.

Разя мертвяков, сестры и сопровождающий их Отголосок очистили от скверны внешние пределы храма, и, проследовав во внутреннее святилище, сразили призрачного Темного Гриву. Последний вознамерился бежать к Тарну, однако дух Рид-Тар-ри’Датты пленил злобную сущность, после чего, обратившись к герою, постановил: тот должен выбрать, кто из сестер станет вместилищем для Темного Гривы и проведет остаток дней своих в заточении под храмом Лунной Горы. Поскольку Темный Грива – существо, не принадлежащее сему миру, в пределах Нирна уничтожить его невозможно, лишь заточить.

Каждая из сестер с готовностью предлагала себя в кажется вместилища для злой сущности. С тяжелым сердцем Отголосок избрал Хали для столь страшного бремени, и сущность Темного Гривы оказалась пленена в ее теле. Неведомо, сломит ли она волю каджиит... посему Хали молила Отголоска и Шазах покинуть храм как можно скорее.

Ныне путь их лежал к Дюне, где Шазах надлежит пройти по Пути Двух Лун и завершить становление своей Гривой. Близ города лицезрели Отголосок и спутница его лагерь сил Доминиона; королева Эйринн поведала герою, что силы Явада Тарна нанесли удар, и наводнили город как сектанты, принадлежащие к культу Каменного Огня, так и призванные ими даэдры – огненные и ледяные атронахи.

Наряду с Шазах и иными воителями Доминиона Отголосок ступил в город, где вступил в противостояние с сектантами и даэдрами. Как оказалось, порталы в Обливион были сотворены одной из чародеек, принадлежащей к гильдии и переметнувшимися на сторону Тарна - Байей. Сразив ее и уничтожив тотем Темной Луны, удерживающий магов в заточении в здании гильдии, Отголосок с помощью Когтя – священной реликвии каджиит, обнаруженной в хранилище городского храма – закрывал порталы в городских кварталах.

В храмовом квартале Отголосок очистил от скверны святилища Джоуд и Джоун, а в святилище Лорхаджа лицезрел призрачный образ Явада Тарна близ гигантского Темного Якоря. Вот-вот вторжение из Хладной Пристани начнется, и заполонят Дюну миньоны Молаг Бала!..

К счастью, герой успел уничтожить Темный Якорь, после чего проследовал к городскому Храму Танца, где уже собрались лидеры Доминиона, дабы наблюдать становление нового Гривы. Путь Двух Лун, которым надлежало проследовать Шазах и Отголоску, не принадлежал сему миру, и неведомо, происходит ли странствие в действительности или же исключительно в разумах испытуемых.

Спустившись в подземелья храма, двое лицезрели дух Первого Гривы, поведавшего о том, что в чертогах сих – испарения лунного сахара, и надлежит вдохнуть их, дабы ступить на путь. Видение представали Отголоску и спутнице его... Соглашение, заключенное королевой Эйренн и Гривой Акхуз-ри... Лунный епископ Хунал, нарекший сестер-близнецов ‘Лунными Чемпионами’... Становление Рид-Тар-ри’Датты Первым Гривой...

Ступив в портал, означившийся в подземельях храма, двое переместились в карманное измерение Джоуд. Здесь лицезрели они образы будущего, в которых становления Гривы не свершится, и после смерти лорда Гареш-ри народ каджиит покинет Доминион Алдмери. Ковенант и Пакт начнут атаку на сей альянс, а народу босмер не останется иного выбора, кроме как обратиться к Дикой Охоте. Обезумевшие, Лесные эльфы обратятся против Зеленой Леди и Сильвенара, те пустятся в бега...

В сем ирреальном царствии герой и Шазах сопровождали Сильвенара и Зеленую Леди, разя преследующих тех босмер и оборотней... Но, к несчастью, не избежал ликантропии и Сильвенар, и Отголосок был вынужден сразить его, обрывая страдания доблестного эльфа...

Будущее Лесных эльфов казалось незавидным, но каким окажется грядущее алтмер?.. Преобразилась реальность, и леса Валенвуда обратились в чарующие пределы Саммерсета. Но и здесь царил хаос: Тайное Наследование набирало силы, и теперь все острова архипелага восстали против королевы Эйренн. Верной последней остались лишь немногочисленные Глаза; смертельно раненый преследователями Разум-дар поведал Отголоску и Шазам, что против Эйренн обратился даже верный ее сподвижник, Урселмо. Последний пал в противостоянии герою, и Эйренн постановила, что мечта ее мертва... великий союз, именуемый ‘Доминионом Алдмери’, не случился: разум босмер поглощен Дикой Охотой, каджиит укрылись в своей пустыне, а алтмери восстали против своей королевы. К тому времени, как берегов архипелага достигнут силы Пакта и Ковенанта, от некогда могучего альянса останется лишь пепел.

Постановила Шазах, что подобного будущего не допустит, и непременно пройдет Путь Двух Лун до конца. «Мы завершили путь Джоуд и Джоун», - молвила она. – «Но есть и третья, Темная Луна, враг каджиит. Это – Лорхадж, исчезнувший бог. Такова истина, завершающая Путь... мы должны ступить в Логово Лорхаджа! Согласно легендам, исчезнувший бог мертв, а Логово – это его тело. Великая пустота Логова – разлагающийся труп мертвого божества».

Отголосок и Шазах обнаружили себя в ином карманном измерении, где в горном ущелье высился храм. У входа в оный заметили они фигуру Хали, которая скрылась за вратами обители. Здесь путь им преградил Явад Тарн, заявивший, что душа Хали ныне всецело омыта тьмою, и ныне она – воплощение Темной Гривы!..

В противостоянии Отголосок и Шазах сразили как Явада Тарна, так и Темную Гриву. И, поскольку сущность сия оказалась повержена за пределами Мундуса, возвращение ее в смертный мир невозможно... Пред героем возникли призрачные образы Хали и Рид-Тар-ри’Датты; последний заверил Шазах, что душа сестры ее очищена ныне от скверны и познала покой посмертия. И Шазах, и Хали прошли Путем Двух Лун до конца – каждая по-своему. Дух Хали простился с Шазах, заверив, что станет та достойной Гривой – сильной и мудрой, истинным лидером своего народа.

...Отголосок и Шазах обнаружили себя в храме Дюны. Лунный епископ Хунал нарек Шазах «Гривой», и дух Рид-Тар-ри’Датта на глазах всех присутствующих на церемонии даровал ей своего благословение. Обещала Шазах, что здесь, на Просторе Смерти приступит к исцелению души народа каджиит.

Отголосок же покидал земли Доминиона Алдмери; ждали его иные свершения...

***

Эбонхартский Пакт Странствия привели Отголоска на неприметный островок, рекомый Блеклой Скалой. Сей заснеженный клочок земли пребывал у северо-восточного побережья Скайрима, между Виндхелмом и Солстеймом, и населен был фермерами да рыбаками. Небольшой гарнизон солдат Эбонхартского Пакта защищал мирян от атак пиратов и разбойников.

Исследуя островок и сводя знакомство с поселенцами, набрел герой на заброшенную шахту, где – по словам местных – пребывал некий Ледяной Человек, пленяющий каждого, кто дерзнет ступить в его владение. Осмотрев пещеры шахты, выяснил Отголосок, что прежде Ледяной Человек был магом – шпионом Доминиона, посланным на остров Блеклой Шкалы, и плененным в сем руднике после случившегося обвала. Обезумев, он скончался, но дух его остался в шахте, и именно он выступал ‘Ледяным Человеком’.

Покинув рудник, узнал Отголосок от одного из северян, что поблизости замечен был отряд воинов Ковенанта – возможно, лазутчики, появление которых предваряет скорое вторжение на остров сил альянса.

Последующее события сие подтвердили. Некромант, принадлежащий к Ковенанту, поднял мертвяков на древнем погосте – Небесном Покрове, а разбойники, нанятые генералом Ковенанта Сериен, наводнили усыпальницу северян в поисках даэдрического артефакта.

Вскоре солдаты Ковенанта высадились на остров, атаковали селение. Жители оного держали оборону, но капитан-данмер Рана наряду с Отголоском выводили мирян прочь из обреченного городка – через подземный тоннель в тайную бухту, используемую контрабандистами, где находились готовые к отплытию корабли.

Сознавая, что корабли Ковенанта непременно перехватят их, если направятся суда прямиком к Дозору Давона, что в Стоунфоллсе, Рана постановила, что устремятся они к Далморе – небольшому прибрежному городку в землях Бал Фойена, что на южном побережье Внутреннего Моря Морровинда.

Ныне владели селением сем аргонцы; Великие Дома Морровинда передали городок своим бывшим рабам. По прибытии капитан Рана велела герою незамедлительно выступать к дозорным башням близ Далморы, дабы солдаты, приписанные к оным, зажгли сигнальные огни, предупредив тем самым гарнизон Дозора Давона о приближении флотилии Ковенанта.

Солдаты Ковенанта атаковали Бал Фойен, и Отголосок выступил на стороне защитников, противостоя захватчикам у стен форта Зерен, укрылись за которыми поселенцы, и в доках Далморы. Капитан Рана сразила командующего силами противника – генерала Ветте, прежде предавшего огню Блеклую Скалу.

Вскоре подошло судно Пакта, и солдаты оного, ведомые центурионом-аргонцем Мобаридом, присоединились к защитникам Бал Фойена; силы Ковенанта потерпели поражение, выжившие бежали. Герой же устремился в земли Стоунфоллса, покрытые пеплом, извергали который вулканы гор Велоти; в сих негостеприимных землях Морровинда захлебнулось недавнее вторжение армий Акавира.

Холгунн – страж-командующий Дозора Давона – поблагодарил ступившего в город героя за столь своевременно зажженные сигнальные огни, что позволило офицерам гарнизона отрядить солдат в помощь мирянам Далморы и не допустить вторжения Ковенанта на земли Эбонхартского Пакта...

Но вскоре силы Ковенанта подошли вплотную к стенам Дозора Давона, начали атаку на северный квартал города, надеясь захватить сей ключевой порт, выступающий вратами в земли Стоунфоллса. Холгунн представил Отголоска, согласившегося выступить в сем противостоянии на стороне Пакта, Танвалу Индорилу – искусному магу, принадлежащему к расе данмер. Поведал последний герою, что в подземельях под городом пребывает сокровенная реликвия его Дома – Череп Нама Индорила, станет которая погибелью для солдат Ковенанта; сам Танвал был не в силах обрести реликвию, ибо не смел осквернить души предков, ее хранящие.

Спустившись в родовой склеп Индорил, герой отыскал череп предка Танвала, когда лицезрел разъяренный дух Нама, заявивший, что потомок его непременно станет погибелью для всего благородного рода. Танвал, однако, мрачное пророчество предка проигнорировал, и немедленно приступил к приготовлениям к колдовскому ритуалу. Отголосок же наряду с командующим Холгунном и его подначальными противостоял солдатам Ковенанта на побережье, предавая огню осадные орудия, доставленные теми на кораблях.

Продвижение врага удалось замедлить, и наряду с Танвалом герой вновь спустился в склеп, где чародей провел ритуал, призывая из глубин Пепельной Горы могущественную сущность – Балрета! Оной Танвал приказал покончить с силами вторжения, и Балрет, переместившись на корабли сил Ковенанта, обрушил на те пламенный дождь.

Немногочисленные выжившие солдаты Ковенанта бежали прочь; навряд ли дерзнут они вновь попытаться осадить Дозор Давона. Однако ныне у защитников оного появилась новая проблема: вернуть Барлета в пламенные недра Пепельной Горы, высящейся в центральных пределах Стоунфоллса. Препоручил Танвал сие начинание своему сыну, Гарину, коий возглавил выступившую к вулкану экспедицию, надеясь отыскать ответ на вопрос – каким образом возможно избавить мир от столь могущественной сущности, каковой выступает Балрет. Ведь тот – один из двух древних магических конструктов-разрушителей, именуемых ‘Братьями Раздора’ и созданных кимер в далекую Первую Эру для противостояния недам, вторгшимся в Морровинд.

Гарин поведал герою, что ритуал, которым его отец надеялся вновь пленить Балрета, оказался бесполезен, а из недр Пепельной Горы хлынули низшие даэдры, заполонив окрестные пределы; вскоре могут достичь они весей Стоунфоллса!.. Гарин надеялся понять суть происходящего, а для этого – обратиться напрямую с вопросом к духам магов, которые пленили Балрета изначально, столетия назад. Один из сих чародеев погребен в некрополе неподалеку, Отренесе, и именно туда устремился Отголосок наряду с лазутчицей Гарина, аргонкой Онуджей.

Разя мертвяков, остающихся в некрополе, герой и спутница его призвали дух мага, Мавоса Силорета; последний был весьма недоволен столь неожиданным пробуждением, но все же согласился помочь своим потомкам, сотворив видение прошлого. Лицезрел Отголосок, как кимер пытаются совладать с беснующимся Балретом, а тот открывает все новые порталы в Обливион, изливаются из которых низшие даэдры. Наконец, Мавос и сподвижники его призвали двух огненных стражей-атронахов, в тела которых направили энергии Балрета.

Должно быть, в настоящем стражи были развоплощены Танвалом, и Балрет, восстановив утраченное могущество, обрел свободу. Мавос советовал герою изыскать способ восстановить атронахов и повторить древний ритуал. С помощью Гарина сие удалось осуществить, и пламенные стражи были призваны в мир. После чего Отголосок, Гарин и чародейка-аргонка – Шагающая-по-Пеплу – ступили в недра Пепельной Горы, где с помощью огненных атронахов вновь лишили Балрета энергий, пленив его заклинанием. Земли Стоунфоллса были избавлены от конструкта-разрушителя, ибо дух того был снова привязан к Пепельной Горе.

Однако силы Ковенанта продолжали угрожать Стоунфоллсу. Силы противника высадились на побережье к западу от Эбонхарта, и сошлись в противостоянии с воинами Пакта в коралловом лабиринте, известном как «Рога Вивека». Данмер кораллы почитали, считая их даром Вивека, ведь сии образования спасли их в войне с акавири.

И сейчас Отголосок, покинув Пепельные Земли, спешил на запад, где продолжалось сражение; солдаты Ковенанта, числом впятеро превосходящие силы Пакта, медленно, но верно теснили противника. Верховодила армией вторжения чародейка-бретонка Александра Конеле, жаждавшая заполучить Коралловое Сердце – артефакт, коий позволит ей управлять вторым Братом Раздора – Садалом. Последнего она непременно обратит против защитников Эбонхарта, что позволит силам Ковенанта укрепиться на территории Пакта и использовать ее как плацдарм для дальнейших завоеваний.

К счастью, обитавшие близ коралловых образований дреуги внесли в сражение толику хаоса, атаковав воинов обеих сторон. Поющая-с-Тростником – аргонка, выступающая советницей офицеров армии Пакта, полагала, что сам коралл – растительное существо, обладающее сознанием и разумом - призвал дреугов, дабы те защитили его и сохранили реликвию.

Наряду с Отголоском аргонка спустилась в пещеру, где пребывали основания коралловых столпов. Будучи единой с кораллом, ощущала Поющая-с-Тростником, что Александра похитила Коралловое Сердце, и ныне оное медленно умирает... Герой сразил бретонку, бережно взял артефакт в руки; аргонка же свершила магический ритуал, слившись с кораллом воедино и даровав тому новую жизнь.

По возвращении в лагерь сил Пакта, обративших в бегство противника, Отголосок поведал о произошедшем в коралловой каверне командующему Холгунну, а также сообщил о том, что сумел уберечь Коралловое Сердце от посягательств со стороны воинов Ковенанта. Заверил Холгунн героя, что непременно сохранит артефакт; Сагал остается в заточении, и угроза Эбонхарту миновала.

Силы Эбонхартского Пакта выступили к западным пределам Стоунфоллса, ибо форт Вирак, возведенный на границе земель Рифта и Морровинда, был захвачен армией Ковенанта под началом генерала Сериена. Таким образом защитники региона оказались отрезаны от поставок припасов из Скайрима.

Отголосок, Шагающая-по-Пеплу и Гарин Индорил возглавили силы Пакта, атаковали солдат противника... обнаружив, что сражаются с зомби! Поскольку большая часть сил Ковенанта выступила к Рогам Вивека, удерживать форт остался небольшой гарнизон, посему генерал Сериен и вынужден был прибегнуть к некромантии, дабы сохранить численность своих бойцов.

Солдат-мертвяков Ковенанта удалось оттеснить от ворот форта, и внутренний двор оного наводнили силы подкреплений – северяне и данмер, ведомые Холгунном и Танвалом Индорилом. Отголосок сразил генерала Сериена, проводившего колдовской ритуал по обращению павших солдат Ковенанта в нежить. К несчастью, в сражении пал Гарин Индорил...

Над стенами форта Вирак вновь взвились стяги Пакта... но в жаре недавней сечи Танвал, получивший весть о гибели сына и обезумевший от горя, выкрал Коралловое Сердце и исчез. Командующий Холгунн полагал, что маг жаждет освободить и бросить против Ковенанта Сандала – второго из Братьев Раздора, заключенного в Шпиле Страданий – одном из вулканов Морровинда. Очевидно, что если случиться сие и конструкт ступит в Пепельные Земли, терпению аргонцев и северян придет конец – Пакт прекратит свое существования, ибо союзные расы не потерпят подобного своеволия со стороны данмер.

Холгунн был уверен, что Танвал направился в город Крагенмур, что в южных пределах Стоугфоллса, являющийся вратами к Шпилю Страданий. Ведь чтобы миновать охранные чары у основания сей горы, Танвал должен обратиться за помощью к главе Дома Дрес, в ведении которого находится магический ключ к двеомеру.

Ныне Крагенмур находился во власти солдат Дома Индорил, а городским стражам было приказано главой Дома Дрес, Омином, держать клинки в ножнах и сдаться на милость победителей. Почему же терпит он столь вопиющую наглость со стороны Талвина и его приспешников?.. О сем не ведал никто, и даже с Отголоском Омин Дрес отказался говорить на эту тему.

Отозвав героя в сторонку, сенешаль Дену Фарен поведала ему о том, что когда Омин Дрес отказался передать Талвину Индорилу магический ключ, необходимый для восхождений на вершину Шпиля Страданий, тот приказал солдатам взять в заложники сына главы Дома, дабы обеспечить тем самым его послушание.

Проведя небольшое расследование, Отголосок выяснил, что солдаты Дома Индорил удерживают Сена Дреса в древних гробницах к западу от города, возведенных во времена кимер как знак почитания даэдр. Ступив в подземелья, он разыскал пленника, сопроводил к отцу. Немедленно тот приказал страже выбить захватчиков из города; герой присоединился к воинам Дрес, и, наряду с теми атаковав лагерь солдат Дома Индорил, покончил с командующим теми, капитаном Дюнверилом.

Омин Дрес обучил героя магическому заклинанию – ключу, с помощью которого развеял тот охранные чары у основания близлежащего пробудившегося вулкана – Шпиля Страданий. Близ оного уже встали лагерем силы Пакта под началом командующего Холгунна, сошлись кои в сражении со стражами Дома Индорил. В руинах, испещрявших внутренние пределы горы, пребывало немало даэдр. Здесь Отголосок и примкнувшая к нему Шагающая-по-Пеплу обнаружили Танвала Индорила, тяжело раненого.

Глава Великого Дома раскаивался в содеянном, и поведал герою, что, даже обладая Коралловым Сердцем, не смог подчинить воле своей Садала, и призвал тот множество даэдр, которые и нанесли Темному эльфу столь серьезные раны. Аргонка произнесла целительное заклинание, верную Танвалу толику сил, и вызвался тот сопровождать героя, дабы исправить свое постыдное и неразумное деяние.

Ныне сущность Садала оставалась заключена между миром смертным и Обливионом, и Танвал велел Отголоску обратиться к духам магов-кимер, изначально заточивших сего Брата Раздора, дабы просить их о помощи. Духи – Генвис Фаледран, Левисия Гилвейн и уже знакомый Отголоску Мавос Силорет - пребывали в гневе, но герой убедил их отринуть оный, ведь пленение Садала – единственное, о чем стоит беспокоиться сейчас.

Следуя воле духов, разыскал он в пределах Шпиля Страдания магические камни, выступавшие фокусами для ритуала пленения сущности, сотворив с их помощью портал в сердце вулкана, оставался в котором Садал. Отголосок, Танвал, Шагающая-по-Пеплу и Холгунн ступили в оный, сошлись в противостоянии с могучим конструктом. Танвал направлял на противника поток магических энергий Кораллового Сердца, пытаясь пробить ограждающий Садала колдовской щит... но безуспешно. И тогда маг пожертвовал собой, присовокупив к магии реликвии жизненные энергии. Щит оказался расколот, и герой наряду со сподвижниками сразили Садала, а бессмертную сущность конструкта вобрали в себя пламенные атронахи.

Земли Стоунфоллса были спасены от Братьев Раздора и сил Ковенанта. Жертвой своей Танвал восстановил честь Дома Индорил; вскоре главы иных Великих Домов Морровинда изберут следующего наместника Индорил. Перед смертью Танвал назвал Холгунна командующим силами Пакта в Стоунфоллсе, и ныне северянин приступал к своим новым обязанностям, намереваясь обеспечить безопасность вверенного заботам его региона в сие непростое время.

...Следуя на юг, в граничные пределы Морровинда и Черных Топей, достиг герой селения Серкаморы, что в Дешаане, свирепствовала в котором чума Ллодос. Клан данмер, именующих себя «Молоторожденными», утверждал, что ведает об исцелении от недуга, посему разбил лагерь на окраине Серкаморы, близ катакомб. Вот только городские старейшины не доверяли прибывшим, уж слишком сладки были речи Молоторожденных, а в сию жестокую эпоху любое проявление подобного альтруизма вызывает подозрения, и небезосновательно.

Сестра принадлежащего к Дому Редоран градоначальника, Аерона Берендас, приветствовала Отголоска, поведав, что брат ее, Детисам, бесследно исчез. Узнав, что намеревался он навестить недужных горожан, герой повторил путь Детисама. Как оказалось, Молоторожденные даром раздавали мирянам зелья, утверждая, что исцеляют те чуму Ллодос, хоть первое время самочувствие заболевших продолжит ухудшаться. Дядя Аероны, Орнис Веробар, и сам был сражен чумою, но поведал гостю, что Детисам устремился прямиком в лагерь Молоторожденных, разбитый близ погоста, дабы понять, к чему те в действительности стремятся, ведь несколько дней назад ворота лагеря были наглухо заперты, и Молоторожденные оказались впускать горожан в его пределы.

Проникнув в лагерь, герой и Аерона наблюдали как воителей-Молоторожденных, так и множество жертв чумы – обезумевших, исполненных ярости Темных эльфов. Двое спустились в подземные склепы, где алхимики из числа Молорожденных – предположительно – продолжали заниматься созданием целительных зелий. Здесь присоединилась к Отголоску и спутнице его Нилина Хлор – алхимик, надеявшаяся понять, что в действительности представляют собой сии снадобья.

Как следовало из обнаруженных в склепах свидетельства, целительные зелья – яд, являющийся источником чумы и обращающий принявших его в монстров. Нострум Брева – предводительница Молоторожденных в Серкаморе – надеялась испытать снадобье на местных, прежде чем распространять чуму в Мурнхолде.

В одной из пещер герой и Аерона обнаружили Детисама, подтвердившего их подозрения: Молоторожденные распространяют чуму, и причина сего неведома. Градоначальник и сам был заражен ныне, посему сестра сопроводила его к выходу из склепов, в то время как герой предал огню запасы снадобий, уничтожил записи алхимиков по производству их, а также предал мечу Нострум Бреву и многих ее пособников.

По возвращении в городок алхимик Нилина тут же принялась хлопотать над недужными, и вскоре добилась значительных успехов во врачевании чумы – путь целительное зелье она не создала еще, но сумела изготовить снадобья, существенно замедляющие течение болезни.

Отголосок же, покинув Серкамору, выступил на юг, к городу Нарсису. Проведал он, что культ Молоторожденных пребывает повсеместно в Дешаане, отравляя местных жителей в угоду лишь сектантам ведомых целей. Миряне Нарсиса страшились чумы Ллодоса, бежали из города... но многие из них бесследно исчезли. Набольшие дома Хлаалу, в ведении которых находился Нарсис, спорили о том, следует ли им запереть ворота, дабы не допустить в город зараженных, и отрезать тем самым себя от внешнего мира.

Советник Ралден признался обратившемуся к нему герою, что миряне действительно исчезают на улицах города. Обещал Отголосок, что непременно подсобит с расследованием происходящего, и приступил к оному незамедлительно... Выяснил он, что недавно в город были доставлены некие странные припасы, которые затем забрали Молоторожденные, разбившие лагерь у стен Нарсиса. Кроме того, в ходе экспериментов сектанты пришли к выводу, что чума многократно усиливается в телах мертвецов! Неужто исчезновения горожан связаны с ним фактом?..

О результатах расследования своего герой сообщил советнику Ралдену, и тот принял решение закрыть ворота Нарсиса, сделав исключение лишь для Отголоска, коему дозволено как покидать город, так и возвращаться в него. И герой устремился к лагерю Молоторожденных, дабы выяснить, чем заняты сектанты, распространяющие чуму Ллодоса над равнинами Дешаана.

Те отравили чумою воды озера Хлаалу близ Нарсиса, дабы ускорить тем самым заражение недугом местных жителей. Отголосок сразил командующего силами Молоторожденных в лагере, Тандона... и предстала ему воительница-данмер, назвавшаяся Нарью Вириан. Поведала она, что также занята расследованием деятельности культа Молоторожденных, и уверена в том, что ближайший сподвижник советника Ралдена, Гирон – набольший над городской стражей - желает смерти Отголоску, потому и отправил его в сей лагерь, надеясь, что сектанты покончат с не в меру любопытным чужеземцем. Нарью, наблюдавшая за происходящем в Нарсисе на протяжении последних недель, была уверенно в том, что именно Гирон ответственен за изначальное распространение чумы Ллодоса в городе.

О том, к какой организации принадлежит, Нарью умолчала, открыв лишь, что тот, кого преследует она, связан с чумой Ллодос, и на данный момент цели ее и Отголоска совпадают. Один из сподвижников ее, данмер Варон Давель, оставался в городе, и по возвращении героя в Нарсис сообщил тому, что Гирон, похоже, похитил советника Ралдена. Ситуация в сем уголке Дешаана складывалась поистине незавидная: чума продолжала свирепствовать, миряне исчезали, а теперь еще сгинул и советник, принадлежащий к Дому Хлаалу.

Варон Давель поведал Отголоску о горожанах, коим подобное положение дел – ровно как и бездействие Хлаалу - приелось, и решили они действовать. Аргонка Просачивающаяся-сквозь-Пальцы провела героя в тайное убежище недовольных; утверждали те, что знают, где содержатся исчезнувшие миряне – в том числе и советник Ралден!

Варон Давель, в отсутствие набольших выступавший командующим городской стражей, принял решение посодействовать мирянам и попытаться вызволить их плененных Молоторожденными родичей. Так, Отголосок в сопровождении горожан и стражей устремился к занятым сектантами руинам кимер к западу от Нарсиса, где, прикончив Гирона Садри, обнаружил выживших горожан – в том числе и Ралдена; к несчастью, в соседнем помещении означилось множество мертвых тел – Молоторожденные ставили эксперименты над пленниками, умертвляя их и выясняя, сколь велико окажется воздействие чумы на застывающую кровь убиенных. После чего зараженную кровь сливали в водный резервуар близ города – озеро Хлаалу... Именно поэтому Гирон убеждал советника Ралдена закрыть врата – он надеялся заразить гибельным недугом всех без исключения горожан!

Варон и Нарью тем временем внимательно осмотрели лагерь Молоторожденных близ Нарсиса, и выяснили, что внушительный контингент сектантов пребывает подле северного Обсидианового Ущелья; более того, атаковали они отряд воинов, принадлежащих к Дому Хлаалу, и те были вынуждены отступить. Открыла Нарью Отголоску, что цель ее – алхимик, ответственный за создание чумы, и остается он наряду со сподвижниками в означенном ущелье.

Герой отыскал близ Обсидианового Ущелья отряд выживших солдат Хлаалу; возглавлявший воинов капитан Диирил поведал Отголоску, что Молоторожденные удерживают ущелье, являющееся основным торговым путем, связующим Мурнхолд с западными землями. Но что движет сектантами, почему решились они открыть свое истинное лицо?..

Лазутчики воинства Хаалу сумели выяснить, что создатель чумы Ллодоса – алхимик Мердиндрил – пытается усилить формулу недуга и заразить с помощью ее мирян Мурнхолда! Сами же Молоторожденные защищены от чумы, ибо их таинственный покровитель – некто по имени «Вокс» - передал сектантам магические обереги, их хранящие.

Отголосок и капитан Диирил возглавили потрепанный отряд солдат Хлаалу, атаковали лагерь противника; уничтожили они камни-обереги, хранящие сектантов, а после – предали огню ящики с зараженными чумой продуктами, которые предназначались для отправки в Мурнхолд с торговым караваном. Присоединились к воинам Варон Давель и Нарью Вириан, ибо алхимик Мердиндрил был их истинной целью, и упускать жертву ассасины не собиралась.

Капитан Диирил, не обращая внимания на исходящую от чумы опасность, устремился к Апотекариуму - руинам кимер близ лагеря, где в лаборатории своей схоронился Мердиндрил... Но заражение оказалось сильно, и доблестный данмер пал жертвой чумы, обратившись в исполненное ярости, обезумевшее существо... которое предал Отголосок мечу.

После чего покончил герой со злокозненным алхимиком, а заметки того – включающие в себя формулы чумы Ллодоса – передал солдатам Дома Хлаалу; теперь-то, изучив записи, алхимики-данмер сумеют создать целительные зелья, принесут кои избавление недужным.

Отголосок устремился к Мурнхолду – столице Эбонхартского Пакта, но стоило ему ступить в город, как стражи направили его к Храму Трибунала, поведав, что дожидается героя Святая Леди, Альмалексия!.. По пути вновь повстречал Отголосок Нарью, которая предупредила его о том, что зреет некая беда, ибо в Мурнхолд тайно проникли Молоторожденные. Ассасин просила героя не упоминать о ней на аудиенции у Альмалексии, обещая посильную помощь в спасении города и искоренении ячейки сектантов.

Альмалексия поблагодарила Отголоска за недавние свершения в землях Стоунфоллса и Дешаана, и в качестве благодарности даровала ему свою волшебную лампу. Что касается Молоторожденных, то, внимательно выслушав героя, Святая Леди наделила того полномочиями провести расследование в Мурнхолде от ее имени.

Приступили к оному Отголосок наряду с Нарью. Выяснила та, что солдаты, принадлежащие к Дому Дрес, в последнее время чересчур уж рьяно охраняют фермерские угодья за городом... как будто есть им, что скрывать; более того, прознала ассасин, что Дом Дрес подкупает чиновников Мурнхолда, дабы патрули стражи проходили подальше от ферм.

На одной из ферм обнаружили герой и спутница его потайной тоннель в подполе, ведущий прямиком в канализационные стоки Мурнхолда. Именно здесь пребывало прибежище Молоторожденных; даэдрические чары хранили сектантов от обнаружения ординаторами Храма Трибунала. Призналась Нарью, что прежде то был один из оплотов ее организации, Мораг Тонг, и ныне Молоторожденные использовали магию ассасинов в своих целях.

Ступив в логово сектантов, Отголосок покончил со многими из них, в том числе – с командующей Каларой, верховодящей сей ячейкой культа. Неожиданно возникла в чертоге Альмалексия; постановив, что не допустит угроз своего городу, богиня во плоти магией сразила последних Молоторожденных, и тишина воцарилась в чертоге.

В одном из сточных помещений обнаружил герой пленницу Молоторожденных – чародейку Фарону Телванни. Поведала она, что сектанты похитили ее, надеясь выведать сведения о запретной, даэдрической магии...

И, похоже, поиски знания сего оказались успешны, ибо вскоре Молоторожденные нанесли удар. Порталы в Обливион возникли прямо в чертогах Храма Трибунала, и святую обитель наводнили даэдры!.. Спустив в здание, герой выступил против даэдр, закрывая порталы, а после, удостоившись благословений Альмаликсии, а также эха сущностей Вивека и Сота Сила, проследовал во внутреннее святилище храма, где оставался предводитель сил Молоторожденных в Мурнхолде–Сатракс.

Тем временем выяснила Альмалексия, что за столь дерзкой атакой стоит магистр Вокс, выступающая лидером культа Молоторожденных. Стремилась те действиями своими подорвать веру данмер в Трибунал, и после, сим воспользовавшись, способствовать собственному возвышению. В чат атаки на Храм Трибунала завладела Вокс священным артефактом – Правосудием Велота, после чего спешно покинула святилище, устремившись в восточные земли Дешаана.

Выступивший по следу предводительницы культа Отголосок вскоре достиг селения Селфоры, все жители которого были обращены в призраков! Немногочисленные выжившие миряне, укрывшиеся в здании деревенской гостиницы, поведали герою о неком взрыве, случившемся в центре Селфоры, и о последующем обращении их соседей и родичей в яростных духов.

Как оказалось, в подземельях местного храма оставалось Древо Саммерсета, посадил которое сам Святой Велот, когда привел народ свой в земли Ресдайна. Поблизости означился дух жрица, явивший Отголоску видение, в котором магистр Вокс, ступив в селение, потребовала у жителей оного присоединиться к ней, дабы очистить Морровинд от скверны Трибунала. И, получив отказ, с помощью магического молота - Правосудия Велота - покончила с непокорными, обратив их в призраков...

Дух жреца велел Отголоску зачерпнуть освященных вод из источника у основания Древа Саммерсета, и окропить ими остающееся в городе нечестивое эхо Вокс, поддерживающее проклятие. И когда сущность сия была уничтожена, призраки оставили Селфору, познав посмертие.

Продолжая путь на восток, повстречал Отголосок гонца, поведавшего о том, что магистр Вокс достигла Святыни Святого Велота, где призвала дух легендарного пророка. Оный был слаб и медленно развоплощался, ведь Вокс разбила его священный реликварий... Герой ступил в пределы Святыни, где ныне изливались из порталов даэдры, и, покончив с порождениями Обливиона, восстановил реликварий.

Благодарный, дух Велота поведал Отголоску, что стремится Вокс низвергнуть Трибунал, вернув народу Темных эльфов веру в «добрых даэдр». Обретя же молот – Правосудие Велота, коим тот защищал последователей своих, магистр намеревается свершить отмщение ненавистным Трибунам. Говорил Велот, что способен молот поглощать души смертным и с их помощью наделять владельца своего новыми силами; пророк благословил Отголоска, и теперь молот не сможет убить его – но удар сего оружия отправит сущность героя туда, где заточены души жертв Вокс. Надлежит даровать свободу им, ведь это значительно ослабит Вокс и приведет ее к неминуемому падению.

Сообщил дух Велота герою, что пребывает Вокс в Лощине Эйдолона – в восточных пределах Дешаана. И когда добрался Отголосок до означенных земель, предстало ему видение Альмалексии; поведала Мать Морровинда, что примкнули к Вокс даэдропоклонники, сотворив вокруг Лощины охранные чары, защищающие магистра.

Ступив в Лощину Эйдолона, сразил герой немало последователей Вокс – как Молоторожденных, так и даэдр, - и ступил в пещеру, открывались за которой Залы Поклонения – именно там в древности кимер поклонялись Принцам даэдр, именовал которых пророк Велот «добрыми».

Прежде, чем выступить против магистра, жаждущей выступить против Трибунала, ведя за собой армию даэдр и мертвых душ, разыскал Отголосок в сем подземелье кристаллы, хранящие воспоминания, и явили те ему образы прошлого Вокс… Зрел герой, что прежде Урили Вокс выступала смиренной служительницей Трибунала, в отличие от ее сына, Мерама, коему власть ложных божеств претила. Ратовал Мерам, поддавшийся на посулы хитроумной Боетии, за возвращение Принцев даэдр, и потому открыто выступил против Трибунов. Ворвавшись в Храм Трибунала, сразил он немало мирян в надежде обрести Правосудие Велота, но был схвачен и казнен Альмалексией на глазах у матери. Обезумев от горя, решила та продолжить дело сына, основав культ Молоторожденных.

Вступив с Вокс в противостояние, Отголосок позволил магистру покончить с ним; душа его оказались в заключении в ирреальном царствии, томилось в котором множество сущностей тех, кто пал от руки Темной эльфийки. Благословение Велота позволило душе героя сохранить свои воспоминания, ровно как и связь с миром смертным.

Покончив с призрачным Хранителем, удерживающим плененные молотом душе в сем царствии, Отголосок покинул оное, вернувшись в Лощину Эйдолона. В подземельях под Залами Поклонения означился Резервуар Душ, где магистр Вокс надеялась вобрать в Правосудие Велота великое множество сущностей почивших данмер, что позволило бы ей обрести поистине небывалое могущество.

Но герой наряду с освобожденными из молота душами покончил с Вокс, не позволив ей претворить в жизнь замыслы. Сознавая, что Альмалексия непременно займется искоренением останков культа Молоторожденных, покинул он земли Дешаана, устремившись в южное Болото Теней – северные пределы Черных Топей; дошли до него слухи об убийствах и исчезновениях мирян в Штормхолде – «последнем бастионе цивилизации», как именовали данмер сей град, возведенный на руинах поселения айлеид.

Прибыл в город, проследовал Отголосок в оплот гильдии бойцов, где оставались правители Штормхолда – ветераны войны с акавири, вице-каноники, каждый из которых принадлежал к одной из рас Пакта. Северянин Хрондар – вице-каноник, представляющий Скайрим, - поведал герою, что в городе действительно произошло три загадочных убийства; Темные эльфы тут же поспешили обвинить в случившемся аргонцам – дескать, гнусные ящерицы мстят им за столетия рабства... Говорят, в окрестных топях орудуют аргонцы, принадлежащие к клану Тенечешуйчатых, кои безжалостно расправляются со всеми без исключения данмер. Но так ли это на самом деле – повинны ли они в недавних убийствах?.. Как бы то ни было, напряжение в Штормхолде лишь нарастало, и вот-вот грозило перерасти в беспорядки...

Приступив к расследованию, Отголосок первым делом навестил семьи погибших, расспросив о произошедшем родичей. Те были растеряны, не знали что и думать. Если не Тенечешуйчатые покончили с их любимыми, то кто же?.. Навестил герои и городской морг, осмотрел мертвые тела – каждый из данмер расстался с жизнью в результате удара неким тонким острым предметом...

Но затем произошло нечто странное: одну из якобы усопших видели в ее собственном доме... где сражалась она с аргонцем! Поспешив к означенному знанию, герой действительно лицезрел женщину, кою всего несколько часов назад зрел в морге! Та атаковала Отголоска, и тому не оставалось ничего иного, кроме как покончить с ней... Означилось в здании и мертвое тело аргонца, коего сразила данмер. На теле уроженца Черных Топей герой обнаружил дневник: как следовало из записей, принадлежал аргонец к Тенечешуйчатым, и был отправлен сородичами в Штормхолд, дабы выяснить, кто в действительности повинен в злодеяниях, безосновательно обвиняют в коих их клан.

Вернувшись в гильдию бойцов, узнал Отголосок от аргонки – вице-каноника Хейта-Мин, что вице-каноник Хрондар бесследно исчез – и, возможно, повинен в том таинственный убийца, продолжавший орудовать в городе. Агентам вице-каноникам удалось заметить, как некие аргонцы волокли к близлежащим руинам безвольное тело Хрондара; не мешкая, герой поспешил в означенном направлении.

Спустившись в руины айлеид Сильянорн, обнаружил Отголосок, что скрываются в сих подземельях немало воинов Доминиона!.. Покончив с агентами противника, укрывшихся под самым носом у поборников Пакта, герой разыскал в казематах как Хрондара, так и иных похищенных горожан. Уроженцев Штормхолда сопроводил он в город; предположил Хрондар, что если лазутчики Доминиона сумели проникнуть в город, скрываясь под личинами убитых и исчезнувших мирян, стало быть, готовился противник к скорому вторжению. Наверняка лагерь сил Доминиона пребывает где-то здесь, в Болоте Теней.

Вице-каноники возглавили отряд воинов, выступивший к даэдрическим руинам Тен-Маур-Волк, что к юго-востоку от Штормхолда. Но близ развалин угодили в засаду, устроенную воинами Доминиона; те вынудили воинов Штормхолда разделиться и отступить, и когда Отголосок подоспел к руинам, то лицезрели лишь Хрондара – вице-каноников Хейта-Мин и Сервины поблизости не оказалось. Впрочем, северянин был уверен, что живы они и держат оборону в пещере прямиком в Тен-Маур-Волк.

В означенной пещере действительно означился небольшой отряд солдат Пакта и вице-каноник Хейта-Мин велела Отголоску передать Хрондару: надлежит отозвать солдат, ибо нынешняя атака – чистой воды самоубийство, и воины Доминиона перебьют их с легкостью, ибо значительно превосходят числом. Надлежит послать за подкреплением, а покамест силы Хейты-Мин продолжат держать оборону в сей пещере.

Исследовав окрестные пределы, обнаружил герой немногочисленных выживших, поведавших о том, что противники принимают обличья их же сподвижников, нанося удары в спину. Более того, личные стражи велели вице-канонику Хрондару укрыться в подземных руинах... но что, если то были не верные воины, но коварные Высокие эльфы, скрывающиеся под чужими личинами?..

В сердце руин обнаружил Отголосок мертвое тело Хрондара, уже начавшее разлагаться. Но если вице-каноник мертв уже давно, стало быть, в Штормхолде оставался один из похитителей обличий? И именно он возглавил поход к Тен-Маур-Волку, надеясь таким образом избавиться от иных правителей города, заведя их в расставленную его собратьями ловушку?..

Отголосок спустился в недра подземных руин, некогда возведенных данмер во славу Боетии. Здесь обнаружил он плененную чародеями Доминиона дремору, Лирант. Обещала даэдра поведать герою все о замыслах Доминиона и о том, что понадобилось сему альянсу здесь, в Болоте Теней... вот только прежде надлежит тому разрушить чары, удерживающие бессмертную сущность ее здесь в заточении.

Продолжая исследовать храм, занятый чародеями – похитителями обличий, - повстречал Отголосок аргонца, поведавшего, что наряду с товарищами он спустился сюда в поисках даэдрических артефактов. Вот только лицезрел, как чародеи Доминиона заставляют плененную дремору лишать смертных их сущностей, кои помещают они в магические кристаллы; таким образом обретая возможность принимать личины сих несчастных.

В центральной зале руин Отголосок противостоял похитителю обличий Саршару, принявшему облик вице-каноника Хрондара и стоявшему за последними трагическими событиями в Штормхолде. Кроме того, предал он огню чаны, заполненные соком деревьев-хист – ключевым компонентом в магии изменения обличий.

Даровав свободу Лирант, узнал Отголосок о том, что Высокий эльф Руувитар – один из командующих силами Доминиона Алдмери - с помощью сока хист и магии дреморы даровал чародеями Доминиона способности к магии, позволяющей творить ложные личины; сок был необходим ему, чтобы похищать воспоминания жертв. В Болоте Теней же Доминион стремится обрести Мнемическое Яйцо, ведь когда случится это, обретет он власть над Черными Топями.

Когда Отголосок покинул подземные пределы Тен-Маур-Волк, сражение в руинах уже завершилось: прибывшие подкрепления Пакта обратили силы Доминиона в бегство. Вице-каноник Сервина не ведала ровным счетом ничего о Мнемическом Яйце, кое так жаждет заполучить Доминион, посему посоветовала герою навестить хранителей-аргонцев, сведущих в истории и преданиях своего народа.

Посему наряду с силами Штормхолда Отголосок покинул руины, выступив на юг, к одному из поселений аргонцев, сокрытому в дикоземье Болота Теней – Источникам, где хранители надзирали за яйцами - следующим поколением обитателей Черных Топей.

Прибывший отряд Пакта лицезрели, что безжалостные солдаты Доминиона перебили добрых хранителей, помогавших младенцам-аргонцам в первые мгновения появления их на свет, и ныне заняли пределы Источников. Не желая атаковать противников и подвергать риску остающиеся в горящих прудах яйца, вице-каноник Сервина просила героя осторожно проследовать к Источникам и выяснить все возможное о Мнемическом Яйце, которое столь необходимо офицерам Доминиона, дерзнувшим вторгнуться в Болото Теней.

Разыскав одного из немногочисленных выживших хранителей – аргонца Уксит-Эя, Отголосок вопросил, что же понадобилось Доминиону в сих пределах. К несчастью, сего хранитель не ведал, сказав лишь, что воины убили лишь тех его сородичей, кто питался бежать, остальным же не мешают продолжать готовиться к ритуалу рождения младенцев-аргонцев. Подобное поведение казалось Уксит-Эю весьма подозрительным, и просил он героя вызнать планы Доминиона прежде, чем родятся детеныши.

Отголосок сумел подслушать беседу остающихся близ Источников офицеров противника, после чего сообщил хранителю: солдаты Доминиона намереваются перебить всех без исключения аргонцев – в том числе и младенцев, как только те вылупятся из яиц. Кроме того, алхимика Доминиона пытаются создать вещества, могут кои причинить вред деревьям-хист!.. Уксит-Эй мог лишь уповать на то, что подкрепления Пакта скоро подоспеют, ибо пришло время проведения ритуала рождения.

Неожиданно в глазах хранителя отразился ужас: связь аргонцев с деревьями-хист непостижимым образом оказалась разорвана! Осознал Уксит-Эй, что именно таким образом Доминион намеревался избавиться от младенцев: ведь если предвечной связи не существует боле, провести ритуал рождения невозможно, и несчастные детеныши попросту погибнут.

Хранитель воззвал к Ситису, моля защитить нерожденных чад от пустоты; какое-то время ему удавалось поддерживать двеомер сего заклятия, в то время как Отголосок, разя преступавших ему путь воинов Доминиона, выносил яйца из Источников, распространялся над которыми тлетворный туман, в безопасное место.

Поддержание защитного заклинания истощило Уксит-Эя, и хранитель пал замертво. Большую часть яиц герою удалось спасти, и солдаты Пакта вознамерились доставить их в Хиссмир, но надлежит восстановить связь аргонцев с хист, чтобы у следующего поколения была возможность родиться. Единственный выживший помощник погибшего хранителя, Теликсит, поведал Отголоску, что Доминион наверняка содеял сие злодеяние с помощью могущественного артефакта – Мнемического Яйца, хранит кое воспоминания хист.

Стало быть, понадобилась сия предвечная реликвия Доминиону для того, чтобы нанести аргонцам сокрушительный удар, разорвав связь их с хист и лишив следующих поколений. Вице-каноник Сервина предположила, что противник хранит артефакт в западных руинах айлеид, Лориасел, ибо именно там замечен лагерь Доминиона.

Когда герой достиг означенных развалин, его встретили воины Пакта, поведав о том, что вице-каноник Хейта-Мин возглавила небольшой отряд, последовав в Лориасел вслед за солдатами Доминиона... а чуть погодя из руин показалось множество ламий! Последние атаковали силы как Доминиона, так и Пакта.

Наряду с солдатами Пакта, ведомыми Хейта-Мин, Отголосок ступил в руины Лориасела, некогда построенных айлеид как место почитания Десяти Предков, где разыскал и сразил алхимика Руувитара, вершащего нечестивые эксперименты по славу Доминиона.

В сердце руин лицезрели герой и спутники его Мнемическое Яйцо, и Хейта-Мин ощущала исходящую от реликвии неописуемую ярость. Коснувшись Яйца, Хейта-Мин и Отголосок лицезрели ведение, ниспосланное хист. Поведав разуму деревьев о произошедшем в Болоте Теней, они развеяли страх и ярость хист, исцелив таким образом раны, нанесенные Руувитаром.

Силы Доминиона бежали из Болота Теней, а Хейта-Мин и Отголосок отправлялись в плавание к берегам Скайрима, дабы преподнести Мнемическое Яйцо правителям Пакта...

Вскоре прибыли они в Истмарш, где в Виндхелме должна была состояться встреча лидеров Эбонхартского Пакта, на каждой каждый из них преподнесет остальным по реликвии в знак своей доброй воли. Лишь сойдя с корабля, Хейта-Мин, забрав Яйцо с собою, устремилась ко Дворцу Исграмора. Герой же, вняв настойчивой просьбе посла Пакта, встретившего его по прибытии на пристани, разыскал управительницу Виндхелма – тана Меру Плащ Бурь, занятую подготовкой к празднеству Конундейкару в ознаменование десятой годовщины правления Йорунна, Короля-Скальда.

Обратившись к герою, Мера поделилась своими тревогами: клан Кулака Бурь, который вот уже десятилетие не показывался в Виндхелме, неожиданно заглянул на нынешний Конундейкар, и тан опасалась худшего: ведь по городу уже распространяются слухи о ранениях и смертях среди северян. Мира просила Отголоска осторожно выяснить, чем они в действительности обязаны появлением воинов Кулака Бурь, ведь прежде те поддерживали восхождение на престол брата Йорунна, Филдгора. Тогда, десятилетие назад, братья объединились, дабы обратить в бегство акавири, но после сошлись в поединке, Филдгор оказался повержен и был изгнан.

Отголосок выяснил, что воины клана Кулака Бурь спрятали оружие в тайниках по всему Виндхелму, дабы, когда настанет момент, обратить его против Йорунна. Лиходеи исподволь расправлялись с сильнейшими воинами, поддерживающими короля, выставляя происшествия как несчастные случаи на играх.

Открытый удар клан Кулака Бурь нанес в Зале Испытаний – на арене Виндхелма, где в поединках друг с другом сходились лучшие воины Скайрима. Вооруженные отравленными клинками, головорезы Кулака Бурь атаковали Йорунна и его стражей, и лишь своевременное появление Отголоска, обратившего меч против миньонов Филдгора, спасло Короля-Скальда от гибели. Осознал последний, что брат его вернулся из изгнания, дабы получить то, что – по его мнению – принадлежит ему по праву. Ныне именовал Филдгор себя «Таном Орков», ибо заручился поддержкой как клана Кулака Бурь, так и орочьей братии.

Покушение на Йорунна удалось предотвратить, однако Филдгор развязал полномасштабную кампанию в Истмарше, направленную на свержение правителя северян. Вскоре в Виндхелм пришли вести из форта Морвунскар, атаковали который силы клана Кулака Бурь. Филдгор все рассчитал верно: в Виндхелме продолжался совет лидеров Эбонхартского Пакта, и северяне не могли позволить себе рассредоточить силы в различных направлениях.

Посему Отголосок в одиночку выступил в направлении осажденного форта, основное назначение которого – защита подземных усыпальниц королей Скайрима. К тому времени, как добрался он до крепости, та уже находилась под контролем клана Кулака Бурь, а немногочисленные выжившие защитники оказались за пределами стен. Отголосок возглавил сей изрядно потрепанный контингент, и воины, проникнув в форт под покровом ночи, вызволили своих плененных товарищей, а после атаковали противника. Герой сразил предводителя отряда клана Кулака Бурь – Халскара, среди пожитков которого обнаружил реликвии, похищенные тем из подземных склепов.

Обратился к Отголоску дух королевы Нурнхильды, снизошедшей из Совнгарда, дабы просить его вернуть артефакты королей прошлого туда, где и надлежит им быть – в усыпальницы. Обещав, что непременно так и поступит, герой спустился в склепы, и, следуя наставлениям духа королевы северян, возлагал артефакты у усыпальниц тех правителей и ближайших их сподвижников, коим принадлежали они при жизни. Но зачем же Филдгор приказал подначальным разграбить королевские захоронения?.. Этого Отголосок понять не мог...

И когда ступил герой в последнюю усыпальницу, дух Нурнхильды с тревогой сообщил ему, что ни тела королевы, ни Короны Фрейдис здесь нет! Наверняка повинен в том ее брат, злокозненный Филдгор! Отголосок заверил дух Нурнхильды, что непременно отыщет смертные останки ее и короны.

Солдаты, верные королю, вновь заняли форт Морвунскар; герой же выступил к южному форту Амолу, дабы встретиться там с посланниками Пакта. Что касается клана Кулака Бурь, то, согласно донесениям лазутчиков, воины оного отступили в старую орочью крепость в юго-западных пределах Истмарша, и заняты возведением укреплений.

Близ сей крепости означились гиганты; орки пленили их мамонтов, дабы на спинах сих созданий атаковать форт Амол. Отголосок проник в крепость, освободил бестий и открыл ворота, попуская внутрь жаждущих мщения гигантов. Герой поверг в поединке орка-полководца Лоба и ближайших его сподвижников, и иные орки – наемники, сражающиеся на стороне Ковенанта – дрогнули и обратились в бегство.

...Врата форта Амол оказались наглухо заперты; воины как Короля-Скальда, так и прибывших на переговоры аргонцев и данмер разбили лагерь у крепостных стен. Осмотревшись в лагере, Отголосок обнаружил в одном из зданий мертвые тела солдат короля... но двойники их означились здесь же, в казармах! Стало быть, шпионы Филдгора, принявшие иллюзорный облик, проникли в Амол!

Откровением сим Отголосок поделился с лордом Вурлопом – советником ярла Амола, смакующим мед в местной таверне. Тот посоветовал герою поведать о сем тану Харвальду – одному из советников короля Йорунна, остающемся в лагере...

Советник пытался урезонить молодого принца Ирнскара, утверждавшего, что северянам Пакт не нужен вовсе, а союз со слабыми и безвольными аргонцами и данмер обречен. Тан указывал в ответ, что Филдгор заручился поддержкой клана Кулака Бурь и орков, посему отказываться от помощи рас, входящих в Пакт, попросту глупо и недальновидно. Услышав речи неистового принца, послы аргонцев и Темных эльфов покинули ставку северян, вернувшись в свои лагеря у стен форта. Переговоры находились на грани срыва, и все благодаря принцу, упрямо не желавшему внимать голосу разума несмотря на то, что Йорунн просил его обсудить с представителями народов Пакта передвижение войск и планы сражений, в то время как сам он в стенах Амола проводит военный совет с союзниками.

С превеликим трудом Отголоску удалось убедить послов аргонцев и данмер не держать зла на Ирнскара и вернуться за стол переговоров. К удивлению своему, в лагере Темных эльфов лицезрел герой старую знакомую – Нарью Вириан. Поведала эльфийка, что исполняет возложенную на нее миссию, заключающуюся в устранении определенного индивида.

Переговоры между представителями тремя рас возобновились, и тан Харвальд, беспокоясь за Короля-Скальда, велел Отголоску сопровождать лорда Вурлопа в пределы форта Амол; внимания привлекать не следует – у шпионов клана Кулака Бурь должно сложиться впечатление, что союзники Йорунна по сей час остаются в неведении касательно того факта, что пребывают враги среди них, скрываясь за наведенными иллюзиями.

Но стоило двоим приблизиться к вратам форта, как лорд Вурлоп обернулся к спутнику, признавшись, что это он – агент Ковенанта – всеми силами пытался устранить Отголоска, но тот каким-то образом умудрился выжить, да еще примирить посланников Пакта! Вурлоп вознамерился покончить с героем лично... но возникшая за спиной коварного лорда Нарью Вириан перерезала ему горло. После чего поведала Отголоску, что идет по следу иллюзиониста-бретонца по имени Дален, который успел расправиться с несколькими дворянами в Мурнхолде, а теперь, похоже, принял предложение Филдгора и перебрался в Истмарш, дабы продолжить вершить свои черные дела.

Нарью и Отголосок ступили в замок, возвышающийся в центре форта, однако ни короля Йорунна, ни послов Пакта здесь не оказалось – лишь воины Ковенанта несли стражу в коридорах!.. Приветствовал героя и спутницу его Дален, принявший иллюзорное обличье короля Йорунна. Чрезмерно довольный собой, он без утайки поведал, как подкупил лорда Вурлопа, устранил офицеров стражи Короля-Скальда, а теперь, когда истинный правитель Скайрима пленен собственным братом и наверняка казнен, примет он трон северной провинции.

Сразив Далена и его стражу, Отголосок и Нарью отыскали в одном из покоев замка аргонцев и данмер – послов Пакта... а также истинного короля Йорунна, находящегося при смерти. Поведали послы, что Дален обманом вынудил монарха принять некий яд даэдрической природы, и, похоже, Королю-Скальду осталось недолго.

Нарью заметила, что, поскольку миссия ее выполнена и иллюзионист мертв, надлежит ей немедленно вернуться в Мурнхолд. Отголоску эльфийка искренне пожелала удачи, выразив надежду на то, что Йорунна им удастся спасти.

Подоспевшего принца Ирнскара и сопровождавшим его танов герой просветил о случившейся трагедии, и, поскольку состояние короля ухудшалась с каждым часом, тан Ода Волчица, обладавшая умением общаться с духами природы, предложила Отголоску обратиться за помощью к своим сподвижникам, монахам Терниона – древнему культу, поклоняющимся тотемным богам и владеющему целительной магии.

Исполняя волю Оды, герой выступил в северное дикоземье, разыскал небольшую общину вампиров, и, сразив тех, обрел вампирическую кровь, которая могла ненадолго отсрочить гибель Йорунна, замедлив распространение даэдрического яда по венам монарха. Кроме того, разыскал Отголосок чародея-аргонца Буреподобные-Глаза, надзиравшего за грезами обитателей селения Темноводный Перекресток... ныне разоренного троллями. Выступал он Сновидцам, ибо обладал способностью входить в Поток Снов и исцелять недужных.

...В подгорном убежище монахов Терниона на каменной плите покоилось тело Йорунна; рядом нетерпеливо расхаживал принц, сыпя проклятиями и суля смиренным служителям всякие кары, если не сумеют те вернуть к жизни его отца, погруженного в глубокий сон, боле походящий на смерть.

Сновидец приступил к проведению ритуалу, соприкоснувшись с разумом со сном короля и пытаясь очистить оный от скверны; монахи же истово молились у алтарей, посвященным трем богам – Медведю, Лису и Волчице. Зрел Буреподобные-Глаза павших воинов-северян, во сне Йорунна вернувшихся к нежизни... Холод, всепоглощающий холод... и огни костров – единственную возможность согреться в лютую стужу... Красивую женщину, манящую Йорунна к себе – сестру его, Нурнхильду...

Призрачные образы грез короля, вызванные волшбою Сновидца явились взорам собравшихся в пещере; казалось, Йорунн сопротивляется даэдрическому яду и выталкивает из сознания своего исполненные скверны сны в мир смертный. Монахи Терниона полагали, что король обречен, ведь выброс магических энергий ударил в Буреподобные-Глаза, и аргонец лишился чувств.

Занять место Сновидца вызвался Отголосок, и монахи Терниона, восстановив двеомер волшбы аргонца, переместили героя в Поток Снов. Обнаружив себя в кошмарах Короля-Скальда, Отголосок очищал оные от ложных воспоминаний и образов, страхов и сомнений. Разя смертносных созданий – пожирателей снов, герой восстанавливал тем самым разум и душу короля, избавляя того от яда.

Пробудившись ото сна, Йорунн благодарил Отголоска за спасение его жизни, поведав, что Филдгор вознамерился осквернить дух их сестры, колдовским ритуалом его вобрать в себя, дабы обрести возможность надеть Корону Фрейдис, ведь таким образом он заявит о себе как об истинном наследнике престола. В случае, если это произойдет, даже он, Йорунн окажется бессилен что-либо изменить, ибо признают северяне Филдгора своим правителем.

Филдгор и воины клана Кулака Бурь укрылись в драконьей святыне Скулдафн, что в восточных пределах Истмарша. К сим руинам уже подошли силы Пакта, и сейчас Йорунн, Ирнскар и Отголосок спешили присоединиться к союзникам, дабы возглавить последнюю, решающую атаку на оплот противника.

Принц Ирнскар по достоинству оценил усилия, которые аргонцы и данмер прилагали для спасения его отца, и теперь относился к расам сим с уважением. Отголосок, говоря от имени раскаивающегося в неразумных словах своих, произнесенных у форта Амол, принца, обратился к предводителям сил союзных рас: генералу-данмер Йевету Норамилу и аргонке Стальные-Глаза. Оба согласились отринуть прошлые разногласия и взаимное недоверие – ради Пакта.

Кроме того, Отголоску удалось убедить и трех танов Скайрима посетить военный совет, проводимый принцем Ирнскаром. Посетил оный и сам Йорунн, хоть все еще оставался донельзя слаб и с трудом держался на ногах. «Мой брат намеревается вырвать душу сестры из Совнгарда», - поведал король собравшимся. – «Корона Фрейдит зрит душу, а не человека».

После чего воины трех союзных рас выступили к святыне Скулдафн, сошлись в противостоянии с силами клана Кулака Бурь. Те возвели на перевале укрепления, и атака захлебнулась было... но Отголосок наряду с немногочисленными воинами Пакта, находящимися под началом тана Меры, отыскал подземный тоннель, проследовав которым, оказался в пределах руин Скулдафна.

В сердце драконьей святыни Филдгор успел сотворить портал в Совнгард, дабы заполучить душу Нурнхильды. Последовав за изгнанником, герой настиг того, поверг в поединке. Последний сдался на милость победителя, ведь сознавал, что Корона Фрейдис отвергла его... Быть может, брат Йорунн – действительно лучший правитель для мирян Скайрима, нежели он...

Отголосок сохранил Филдгору жить, ведь свершить судьбу того может лишь Король-Скальд, и никто иной; лишить подобного права Йорунна герой не посмел.

Покинув Совнгард, Филдгор преподнес короню дожидавшемуся его брату, чьи войска заняли Скулдафн, сокрушив сопротивление клана Кулака Бурь, после чего опустился пред ним на колени. Вняв совету Отголосока, Йорунн сохранил брату жизнь, постановив, что отныне тот послужит делу Эбонхартского Пакта.

После чего у драконьей святыни Йорунн Король-Скальд, Стальные-Глаза и Йевет Норамил провели церемонию, формально скрепив свой союз, преподнеся артефакты, принадлежащие каждой из рас. Йорунн явил остальным Корону Фрейдис – символ власти и мудрости, который наделит Пакт силой северян древности. Йевет Норамил возложил на поверхность алтаря святыни Правосудие Велота – молот, коий дарует Пакту благословение Трибунана. Наконец, Стальные-Глаза добавила к реликвиям Мнемическое Яйцо – символ рождения и жизни, и присовокупит он мудрость и память хист к Пакту. Подношения сии скрепили Эбонхартский Пакт, и три нации стали едины в своем союзе. Верховным королем Пакта был назван Йорунн.

...Отголосок же выступил к Рифту – южным пределам Скайрима, ибо тревожная весть пришла из городка Камня Шора – он был атакован предельцами!.. Верховодил защитниками селения Вигрод Проклятие Призраков – один из Компаньонов, наследников Исграмора, - поведавший посланцу Короля-Скальда о том, что предельцы, принадлежащие к клану Изменяющих Кусти, сумели захватить рудник и укрепиться в нем. Что понадобилось сему нечестивому племени здесь – в землях, столь далеких от Предела, Вигроду было неведомо.

Оказав помощь чародеям Камня Шора в уничтожении магического щита, созданного темными шаманами и преграждавшего вход в рудник, Отголосок ступил в подгорные тоннели, и, разя ведьмаков-предельцев, достиг древней усыпальницы, где некогда герои Пламенное Сердце и Темный Молот, принадлежащие к Компаньонам, погребли великана Синмура Ужасного. На глазах Отголоска предельцы возродили сие создание призраком, после чего, сотворив заклинание, покинули гробницу наряду с гигантом, надеясь, что станет тот инструментом их возмездия, коий покончит с чадами Исграмора.

Вигрод Проклятие Призраков, узнал о произошедшем, постановил, что надлежит им сплотить Компаньонов – наследников героев древности – и выступить против Синмура. И сейчас воин наряду с Отголоском покидал Камень Шора, дабы спешно выступить к близлежащему замку Фаллоустоун – древнему оплоту Компаньонов, ныне осажденному предельцами. Вигрод тревожился: в подземельях под сей твердыней сокрыто оружие, коим в давние времена был сражен великан!

По пути рассказывал Вигрод спутнику, что возглавляет племена предельцев, вторгшихся в Рифт, Страл Черное Горло – вождь клана Яростного Когтя... К тому времени, как двое достигли замка, предельцы уже хозяйничали в стенах его – ровно как и в подземном хранилище, оставались в коем сокровенные артефакты Компаньонов. Возглавив воинов-северян, Вигрод атаковал противника, и предельцы обратились в бегство, оставив Фаллоустоун.

Отголосок же наряду с Вигродом ступил в хранилище твердыни. Последний поведал герою о Вуутраде – секире, кою кузнец Ингол выковал для Исграмора, и тот, обретя сие могущественное оружие, наряду с Пятистами Компаньонами изгнал предавших огню город Саартал эльфов с земель Рифта.

Как и ожидалось, хранилище оказалось пусто: Страл Черное Горло наряду со сподвижниками выкрал легендарную секиру. Но прежде, чем начинать преследование предельцев, спешно отступавших в западные области Рифта, Вигрод даровал свое благословение скальду Свари, высказавшей желание стать новой Мудрицей Фаллоустоуна и стражем хранилища, ибо предыдущая Мудрица, Тирора, была убита ведьмаками. Свари, вознеся молитвы у святынь близ замковых стен, лицезрела видения прошлого – прибытие Пятиста Компаньонов из Атморы, противостояние их эльфам и полугиганту Синмуру.

Лазутчики донесли весть о том, что предельцы встали лагерем в западном лесу Верним; более того, объединились они с некромантами Культа Червей, и те наделяют их темными силами, дарованными Молаг Балом! Как следствие, обращались предельцы в ужасающих тварей – нежить, всецело подвластную воле сектантов.

Расправляясь как с предельцами, так и с их союзниками, Отголосок углубился в лес Верним, и, отыскав в сердце чащобы древние руины, сразил вождя Страла, прошедшего ритуал преображения. С вторжением предельцев в Рифт было покончено, однако союзники их, принадлежащие к Культу Червей, являли собой куда более значимую угрозу.

Отголосок продолжил путь на запад, дабы предупредить о культистах западные селения и веси; вскоре достиг он городка Нималтена, где он узнал от стражей – недавно на тана Фьору, было совершено покушение, но прибывший в город отряд воинов Пакта под началом сержанта Аэры взял дело в свои руки, постановив, что займется обеспечением безопасности правительницы.

Фьора поведала Отголоску, что покушение на нее совершил один из ассасинов Культа Червей; факт сей она не обнародовала, ведь в городе наверняка воцарится паника! Посему тан поручила двум своим ближайшим сподвижникам – советнику Бородину и придворному чародею Голуну Дрендуфу – провести расследование, дабы определить, остаются ли в Нималтене пособники культа. Ведь если удастся тем осуществить задуманное и покончить с Фьорой, западные пределы Рифта обратятся хаос, и даэдропоклонники обретут форпост в сих областях Скайрима.

В разговоре с героем признался Бородин: в то, что стоит за покушением Культ Червей, он не верит; наверняка тан попросту повздорила со своим стражем, а чтобы не выглядело противостояние их глупо, придумала историю о Культе Червей. Чародей Голун подошел к задаче более вдумчиво, озаботившись вопросами о том, что понадобилось культу в сем захолустье. Обещал он заглянуть в библиотеку тана, дабы подтвердить свою теорию, и о результатах непременно сообщить Отголоску.

Возвращаясь в оплот тана, повстречал герой Аэру, поведав ей обо всем, что удалось ему узнать от советника и мага. Воительницу заинтересовала теория Голуна, но покамест просила она Отголоска заглянуть в жилище Бетар-Неса – стража тана, коего называла она «пособником Культа Червей». Быть может, удастся обнаружить в доме нечто, подтверждающее или же опровергающее домыслы Фьоры?

Действительно, отыскал в жилище Отголосок контракт, подписанный стражем с культистами. Как следовало из него, те намеревались использовать Нималтен как оплот, дабы начать поиски способ восстановить могущество Синмура. Бетар-Несу предлагалось убедить тана примкнуть к ним... а в случае отказа – убить.

Герой бросился на поиски Аэры, и та, дожидающаяся его у дома тана, сообщила прискорбную весть: Голун мертв, убит прямо в библиотеке. Посему Аэра приказала своим солдатам денно и нощно оставаться в жилище Фьоры на случай дальнейших покушений.

Ступив в здание и проследовав в библиотеку, лицезрел Отголосок мертвое тело Голуна. В кармане ризы архимага означился артефакт – хранилище воспоминаний Голуна. Приведя сие устройство в действие, узнал герой, что культисты намереваются придать сил Синмуру, наделив великана душами павших Компаньонов! И прямо сейчас собираются они в обширных склепах под Нималтеном, потайной проход в которые – прямо здесь, за камином в библиотеке. Убийц своих чародей не заметил: те нанесли ему удар в спину.

Разя культистов, означившихся в подземных усыпальницах, лицезрел герой и советника Бородина! Стало быть, все это время оставался тот пособником Культа Червей!.. Покончив с предателем, поспешил Отголосок вернуться в обиталище тана... обнаружив, что сподвижники и стражники Фьоры перебиты, а сама женщина тяжело ранена. Поведала Фьора, что стоит за нападением Аэра: именно она сделала тану последнее предложение допустит культ в город, а когда получила отказ, приказала подручным атаковать. Но в противостоянии Фьоре удалось ранить Аэру, и та бежала, укрывшись в склепах – где, как надеялась, остаются культисты.

Выступив по следу Аэру, герой настиг воительницу в одной из усыпальниц, и призналась та, что культисты обещали ей возродить мужа и сына, сраженных солдатами Ковенанта – в обмен на сведения о действиях Пакта. Не видя иного смысла в своем существовании, Аэра на предложение согласилась: даже сознавая, что культисты, скорее всего, лгут, цеплялась она за робкую надежду на то, что вновь сможет узреть своих любимых.

Покончив с Аэрой, Отголосок покинул склепы. Тан Фьора заверила его, что жизни ее ничто не угрожает, и уж теперь-то культисты никогда не найдут приют в Нималтене. Вскоре в город прибыл посланник Пакта, разыскивавший сержанта Аэру. Сообщив, что та, к несчастью, погибла, поинтересовался Отголосок о целях визита посла, и сообщил тот о нападении культистов на отряд исследователей у Пещер Соснового Пика, захоронена в которых одна из Компаньонов Исграмора, Хакра. Быть может, стремятся культисты поработить дух павшей воительницы, дабы обрел Синмур новые силы?..

Выступив к пещерам, разыскал герой выживших исследователей, которые передали ему магический осколок, поведав, что с помощью его возможно призвать дух Хакры – возможно, воительница древности расскажет Отголоску о том, как возможно пресечь замыслы пособников Маннимарко.

Свершив ритуал, герой привязал дух Хакры к телу одной из сраженной им культисток, и воительница прошлого провела его через лабиринт пещер к своей усыпальнице. Отголосок успел пресечь творимый некромантами Культа Червей ритуал, должный подчинить дух Хакры их воле и принести его в жертву Синмуру.

К счастью, этого не произошло, и, покинув пещеры, герой устремился на юг, где в пещерах под городком Тааренграв был погребен иной из Компаньонов Исграмора, Валдур. Окрестности близ селения уже наводнили культисты, и нечестивые намерения их были очевидны.

Так же, как и в склепе Хакры, здесь противостояло герою множество культистов, жаждущих поработить дух Валдура. Отголосок, однако, пресек вершимый противниками ритуал, и благодарный Валдур обещал, что поможет своему спасителю в противостоянии Культу Червей. Поведал дух, что ощущает связь с Хакрой, и предупреждает та о темных силах, собирающихся близ восточной башни Хонрих. И, поскольку духи Валдура и Хакры выступали хранителями Рифта, примкнули они к защитникам сих земель, дабы предотвратить торжество культа и возвращение в мир Синмура.

У башни Хонрих встала лагерем армия Пакта, ведомая самим Королем-Скальдом. Признался Йорунн, что превосходящие силы культистов заняли башню и сопредельные территории, и творят они порталы в Хладную Пристань, призывая даэдр в мир. Предводитель сил культа, Талик Отец Червей – тот, кто похитил секиру Исграмора, Вуутрад, и ныне, не таясь, стремится к открытому противостоянию с защитниками Рифта.

В последовавшем сражении у башни Хонрик примкнули к воинам Короля-Скальда призраки, призванные духами Хакры и Валдура – Компаньоны древности, покинувшие Совнгард, дабы встать на защиту своего наследия в мире смертном. Уничтожив порталы, ведущие в Хладную Пристань, Отголосок ступил в сотворенный культистами рифт, ведущий в западные горы – на Пик Арктического Ветра.

Подземелье под оным, созданное во времена правления драконьих жрецов, ныне заняли некроманты Культа Червей. Отголосок настиг Талика, но прежде, чем успел он сразить командующего культистами, тот расколол Вуутрад, и воспользовался высвобожденной магической энергией, чтобы принести свой дух в жертву Синмуру, даровав таким образом великану могущество. Лишь рукоять секиры осталась на каменном полу; иные осколки легендарного оружия попросту исчезли!

Забрав с собою рукоять, герой вернулся в лагерь сил Пакта у башни Хонрих, поведав королю Йорунну о произошедшем в подземельях под Пиком Арктического Ветра. С гибелью Таллика силы вторжения обезглавлены, однако угроза, являемая призрачным гигантом Синмуром, остается. Воины зрели, как сие порождения направляется через горы на восток, к Рифтену!

Лазутчики донесли монарху, что осколки Вуутрада пребывают в горах близ Рифтена, и герою надлежит спешить в сем направлении, дабы отыскать их и восстановить реликвию. Сам же Король-Скальд уводил армию Пакта к Тролхетте, что на границе Скайрима – месту великой магии.

К тому времени, как Отголосок прибыл к Рифтену, внешние пределы города пребывали в руинах, полыхали, и хозяйничали здесь культисты. Выжившие стражи поведали герою, что разруху сию учинил полугигант Синмур. Проломив стену, он ворвался в город, принявшись крушить все вокруг. Маги попытались было сразить создание сие заклинаниями, но не преуспели в этом, ибо темная энергия ограждала Синмура подобно щиту.

Вскоре великан отступил к восточным горам Велоти – на границе Скайрима и Морровинда, и выжившие поселенцы укрылись за стенами Рифтена, опасаясь следующей атаки. Но объявились в городе зомби, разыскивающие осколок Вуутрада. Прочесывая городские кварталы, Отголосок разил встреченных мертвяков.

Впрочем, тем удалось отыскать осколок Вуутрада, и, покинув Рифтен, доставить его своим хозяевам – некромантам из Культа Червей. Отголосок выступил по следу тех, и вскоре достиг лагеря армии Пакта под началом Короля-Скальда, разбитого у Тролхетты – горы, ставшей оплотом культистов в землях Рифтена.

Настал час покончить с прихвостнями Маннимарко раз и навсегда. Отголосок возглавил небольшой отряд воителей Эбонхартского Пакта, углубился в каверны Тролхетты. Разя культистов, миновали они пещеры, достигли плато, кто принадлежащие к Культу Червей некроманты обращали в подвластную воле своей нежить павших гигантов. По следам героя и спутников его следовали основные силы армии Йорунна под началом Вигрода Проклятия Призраков, довершая начатое и расправляясь с культистами и мертвяками. Так, от клинков их пала целительница душ Керелия Лукуллус, верховодящая культистами, занятыми подъятием гигантов, и нечестивое деяние некромантов было пресечено.

На вершине горы означилось даэдрическое святилище, и именно там произошло сражение Отголоска и примкнувшего к нему Короля-Скальда с призрачной сущностью, являвшей собою симбиоз душ Синмура и Таллика... И когда пал возрожденный великан, взору солдат Пакта предстали Исграмор и его Компаньоны, покинувшие Совнгард, дабы приветствовать владыку Севера. В благоговении пред легендарными героями Йорунн опустился на колено, а Исграмор приветствовал единение северян, эльфов и аргонцев в единый Пакт.

Культ Червей потерпел сокрушительное поражение, от которого нескоро оправится. Однако сознавали властители Пакта, что культисты – не более, чем пешки, а истинный повелитель их остается в Хладной Пристани. Посему скорого вторжения в сию реальность Обливиона не избежать...

***

Отголосок посетил небольшой полуостров в землях Хаммерфелла. В начале давнишней завоевательной кампании Ра Гада принц Хабаладжад распространил властью свою на сей предел, однако все его амбициозные начинания завершились неудачей, и миряне начали именовать полуостров «Проклятием Хью».

В поисках работенки герой повстречал в городе Высадка Абы воровку-алтмер, Квен, которая предложила ему принять участие в совместном предприятии: выкрасть реликвию – Череп Джиовессена - из особняка Фулстрома, принадлежащего одному из танов Истмарка. Сам тан ушел на войну альянсов, и в особняке остаются лишь челядь да стражи.

Так, на борту торгового судна прибыли двое к берегам Скайрима, а уж после сумели добраться до означенного особняка. Хоронясь в тенях, проникли они в здание, дивясь тому, что охраняют дом стражи Виндхелма – наверняка один из сильных мира сего пожаловал тану этих искусных воинов.

Но стоило Отголоску и Квен отыскать артефакт, как окружили их наемники, принадлежащие к Железному Колесу, и возглавлявший отряд Верховный инспектор Ранбик обвинил чужаков в воровстве приданого Магнифики Фалоры. Квен понятия не имела, о чем идет речь, но наряду с героем атаковала наемников.

Особняк был окружен, и двоим не оставалось ничего иного, как спуститься в подвал здания... а оттуда – проследовать через подземный тоннель, который тан держал на случай осады. Здесь их приветствовал аргонец Ступающий-Тихо, принадлежащий к гильдии воров; Квен загодя известила сию организацию о том, что собирается обрести Череп Джиовессена, и воры весьма заинтересовались сей реликвией, предложив эльфийке немалые деньги за нее.

В неприметной бухте покачивалось на волнах судно аргонца, и, поднявшись на борту, Отголосок и Квен отправились в обратный путь к Проклятию Хью. Ступающий-Тихо предложил обоим навестить гильдию воров в Высадке Абы, заверив, что глава оной сообщит им весьма интересные сведения о Железной Колесе – ведь теперь организация сия непременно приложит все усилия, дабы покончить с дерзкими, осмелившимися совершить налет на особняк тана. Ведь именно Железное Колесо вынудило гильдию воров оставить прежний оплот и перебраться на полуостров, дабы укрыться в позабытых канализационных стоках.

Глава гильдии – Зейра, принадлежащая к расе редгардов, - высказала восхищение поступком Отголоска и Квен, ведь задумать выкрасть столь охраняемую реликвию как Череп Джиовессена – поступок поистине рискованный... Посему и предлагала Зейра герою и спутнице его присоединиться к организации воров. Кроме того, рассказала она о дворянке из Танета, Магнифике Фалоре, обладающей внушительным приданым, скрытым в фамильном склепе. Гильдия воров попыталась было выкрасть его, но безуспешно, а благородная дама наняла Железное Колеса, дабы наказать гильдию за столь вопиющую дерзость. Кроме того, в склепе остался прежний глава гильдии, Николас, и не ведала Зейра, жив ли он еще – хотя шансов на это мало...

Предполагала Зейра, что без предательства в сем вопросе не обошлось, и надеялась выяcнить: кто же все-таки указал Фалоре на гильдию. Воровка по имени Велса прежде входила во внутренний круг набольших гильдии, однако покинула оную прямиком перед попыткой кражи приданого. Возможно, совпадение, однако Зейра собиралась изучить сию зацепку – ведь вполне возможно, что Велса продала былых товарищей за внушительную сумму.

Отголоску Зейра предложила нанести Велсе визит вежливости. Вдвоем устремились они к особняку означенной особы, пробираясь по узким улочкам и дощатым настилам, соединяющим между собой ярусы и дома походящего на муравейник города.

Близ особняка Велсы лицезрели Отголосок и Зейра миро храпящего на земле наемника, принадлежащего к Железному Колесу: похоже, бедолага угодил в одну из ловушек, коих в сем городе было хоть отбавляй – жители Высадки Абы пеклись о своей безопасности и не желали, чтобы в дела их совали нос посторонние. Обыскав тело воина, Зейра обнаружила ордер на арестВелсы, выписанный самим Верховным инспектором Ранбиком. Стало быть, бывшая воровка – не предательница, а выступает следующей целью для Железного Колеса!

Зейра призналась, что терпеть не могла Велсу, но признавала: та – одна из лучших в их ремесле. И помощь Велсы в восстановлении гильдии воров может оказаться поистине неоценима!.. Зейра не могла участвовать в нынешней авантюре, ведь если погибнет она, гильдия обречена; посему и велела Отголоску предупредить Велсу о том, что заинтересовались ею безжалостные наемники.

Последние стягивали силы к особняку Велсы, перекрывая все возможные пути к отступлению. И все же герой сумел проникнуть во внутренний двор здания, где обнаружил как хозяйку, принадлежащую к расе Темных эльфов, так и ее гостя – торговца-каджиит Серебряного-Когтя.

Отголосок поведал Велсе как о случившемся с Николасом, так и о планах Железного Колеса по взятии бывшей воровки под стражу. Эльфийка поморщилась: не желала она возвращаться к былой стезе, но если жизнь ее действительно под угрозой, выбор невелик. Впрочем, сперва хотела она убедиться в том, что посланник Зейры действительно компетентен в их ремесле, а для этого предлагала ему разрешить проблему, с которой обратился к ней Серебряный-Коготь. Поведал каджиит, как однажды портовый склад его неожиданно перешел новому владельцу, и наводнили его некие наемники. Подобное не является чем-то из ряда вон выходящим для Высадки Ады, но сейчас торговец просил Отголоска проникнуть в здание склада и разыскать там его книгу учета – для Серебряного-Когтя оная была куда ценнее утраченной недвижимости.

Велса вызвалась сопроводить начинающего вора в сем предприятии, и он ее не разочаровал. Прячась от наемников, проникли они на склад, прежде принадлежавший Серебряному-Когтю. Отыскать книгу учета не составило большого труда, а прогремевший снаружи взрыв, загодя подготовленный Велсой, отвлек внимание новых владельцев и наемников от воров. Велса успела услышать, как упоминают они имя – «Кош», принадлежащее индивиду, должному вскоре появиться для осмотра склада. Кто это – торговый принц, новый игрок, коих и без того немало на полуострове?.. Но зачем ему понадобился склад Серебряного-Когтя?..

Последний сердечно благодарил героя за возвращение книги учета, после чего направился в свою лавку – восстанавливать утраченное состояние. Отголосок же наряду с Велсой проследовали в убежище гильдии воров, где воровка и Зейра холодно приветствовали друг друга. Общались они исключительно язвительно, но обе понимали: надлежит объединить усилия – ради дальнейшего существования их фракции.

...Квен призналась, что прежде считала отца своего торговцем, и лишь недавно узнала о том, что связан он с гильдией воров. Потому и надеялась эльфийка, что, выкрав Череп Джиовессена, сможет обменять его на сведения об исчезнувшем отце. Однако никто из оплота в Высадке Абы не узнал по описанию отца Квен; полагала Зейра, что тот мог принять участие и погибнуть при приснопамятной попытке кражи приданого.

Навестив леди Сулиму – осевшую в городе аристократку, скупавшую у гильдии воров различные реликвии, - выяснили Отголосок и Квен, что женщина была хорошо знакомо с отцом девушки, Сарольдо, и он погиб, сорвавшись с крыши, когда преследовали его наемники Железного Колеса. Леди Сулима призналась, что остается пленницей в собственном особняке, и платит немалые деньги стражам; ведь если ступит она на улицы города, ревнители Железного Колеса наверняка арестуют ее, обвинив в связях с гильдией воров. Сулима передала Квен книгу ее отца, вот только записи в оной были зашифрованы; тем не менее, полагала аристократка, что именно за сей книгой и ведет охоту Железное Колеса – какая бы информация не содержалась на рукописных страницах, для фракции она, похоже, весьма важна.

...На протяжении последующих недель агенты гильдии воров пытались выяснить хоть что-нибудь о таинственном «Коше» - вероятно, новом торговом принце в Проклятии Хью, пытающемся сделать себе имя. Ведь если Кош захватил склад Серебряного-Когтя, стало быть, начал он прибирать к себе активы гильдии, и, возможно, надеется стать значимым игроком в торговле скумой или же рабами – деятельность, которой воры откровенно чурались.

Зейра действовала осторожно, и излишнего внимания к поисках сведений привлекать не желала. Полагала глава гильдии, что сперва надлежит выяснить, чем именно занимается Кош, а уж после нанести ему удар, заставить держаться подальше от Высадки Абу.

Аргонец Ступающий-Тихо, зорко следивший за происходящем в порту, поведал Отголоску, что одна из капитанов, промышляющих пиратством, - Эвани, связалась с Кошем, и потребовал тот, чтобы прибыла она в цитадель Но Шира, что на южной оконечности полуострова, - оплот Железного Колеса!.. Не ведая, какое отношение предполагаемый торговый принц имеет к ревнителям закона, капитан подчинилась, зная, что, скорее всего, разговор пойдет о ее поставщике скумы.

Квен, в свою очередь, выяснила, что один из портовых заправил, Зулгух, предоставил горожанам, лишившимся жилищ в час недавнего наводнения, крови и пищу. Но, как стало известно, эльфийке, негодяй договорился с неким индивидом – предположительно, циродиильцем, - что продолжит поставлять ему живой товар для проведения экспериментов. Вот только некий Кош прознал о сем, и приказал Зулгуху немедленно явиться в цитадель Но Шира.

Нечистые на руку дельцы Высадки Абу пребывали в страхе: кто он – Кош, и как связан с Железным Колесом?.. И, будучи призван в Но Шира, сумеют ли вернуться из цитадели живыми?..

Серебряный-Коготь, будучи в отчаянии, признался Отголоску, что к Но Шира выступила и Велса! Устремившись вслед за Темной эльфийкой, герой настиг ее на отрогах цитадели; та надеялась выяснить, зачем Кош угрозами и шантажом принудил нечистых на руку дельцов Высадки Абу собраться в Но Шира. И теперь, когда подоспел Отголосок, Велса велела ему заняться сим вопросом; сама же она останется у стен – продолжит наблюдение.

Наземная часть древней крепости пребывала преимущественно в руинах, но казематы ее сохранились куда лучше, и именно они служили ныне оплотом Железному Колесу. Надеясь понять, кто такой Кош и какова связь его с сей организацией, Отголосок проник внутрь твердыни, устремился к залу, проходила в котором встреча дельцов с их призвавшим.

Схоронившись с тенях, наблюдал он за тем, как Кош приказал дельцам – Зулгуху Эвани - и работать на него – в противном случае обещал передать компрометирующие их документы непосредственно Верховному инспектору Железного Колеса. Двоим ничего не сказалось, как согласиться на предложение, после чего Кош проследовал в соседний зал, как дожидался его Ранбик. Предложение свое Кош озвучил и Верховному инспектору: он отыщет и вернет Ранбику приданое Магнифики Фалоры, после чего Железное Колесо оставить Проклятие Хью, предоставив местным заправилам вести дела так, как им заблагорассудится. Ранбик обещал, что есил исполнит Кош свою часть уговора, фракция его покинет полуостров и вернется в Танет...

В одном из помещений крепости обнаружил герой бумаги, содержались в которых подробнейшие сведения о торговых принцах Высадки Абу, и о нечистых делишках, кои вели они. Наверняка сведения эти и есть повод для шантажа, что таинственный Кош и не преминул сделать.

Сведениями сими, ровно как и рассказом о произошедшем в Но Шира Отголосок поделился с Зейрой по возвращении в оплот гильдии. Зейра озадачилась: она полагала, что Железное Колесо прибыло на полуостров, дабы наказать воров, посмевших попробовать выкрасть приданое. Но... неужто ревнители сами стремятся обрести оное?.. Но зачем же они противостоят гильдии воров с такой яростью и решимостью?.. Неужто кто-то сумел выкрасть приданое и выставил виновными гильдию?.. Похоже, это единственное разумное объяснение. Некто, ведавший о готовящемся ограблении, последовал на отрядом Николаса в гробницу...

Зейра была исполнена решимости выяснить личность похитителя приданого, а также завершить начатое Николасом, и выкрасть оное. Глава гильдии воров предлагала Отголоску и ближайшим своим сподвижникам вернуться в гробницу аль-Данобия и как следует осмотреть сокрытые в глубинах ее сокровищницы в поисках возможных зацепок.

Но дабы начинание сие вновь не закончилось сокрушительным провалом, Зейра надеялась заручиться поддержкой Персиуса Лоше – одного из немногих, кто наведался в фамильный склеп Магнифики Фалоры и вернулся оттуда живым. Что касается помянутой леди, что происходила она из древнего редгардского рода аль-Данобия. Старшая сестра Магнифики, За-Рифа, вышла замуж за короля Фахара’джада. Но скончалась, и после сего прискорбного события Магнифика и монарх весьма сблизились... Именуют миряне сию благородную леди Жемчужиной Танета – прекрасной, холодной и жестокой, скорой на расправу. Однако сомневалась Зейра, что натравит Магнифика на гильдию воров иную организацию наемников, помимо Железного Колеса, посему была исполнена решимости идти до конца.

Наемники Железного Колеса уже успели схватить бедолагу Персиуса Лоше, но Отголосок успел вызволить вора из лагеря противника, разбитого близ цитадели Но Шира, и препроводить ко входу в фамильную гробницу рода аль-Данобия, пребывающую – как и большинство склепов редгардов – в дикоземье, в северных пределах полуострова, где уже собрались воры гильдии – Зейра, Квен, Ступающий-Тихо.

Исследуя гробницу, обходя многочисленные ловушки, лицезрели они мертвые тела своих павших товарищей... однако трупа Николаса нигде не было видно!.. Сразив конструкта – стража усыпальницы, проследовали Отголосок и спутники его в сокровищницу, где обнаружили карту, нарисованную Николасом, страницу из его же дневника, а также скелет Данобии – прародительницы благородного рода, череп коей был отсечен.

Зейра пришла к весьма неприятному выводу: каким-то образом прежний глава их гильдии уцелел, и сумел похитить приданое Магнифики Фалоры, не пожелав делиться оным с товарищами. Изучив карту, Зейра заметила, что указывает та на некое место в дикоземье Проклятия Хью, и именно туда надлежит наведаться им первым делом.

Покинув гробницу, Зейра и Отголосок устремились к означенной точке на карте, обнаружив пещеру, служившей – вне всяких сомнений! – укрытием для Николаса. Обыскав помещения каверны, обнаружили они бумаги, подписанные Кошем, полый кристалл, заполненный чьей-то кровью, а также древние йокуданские монеты – наверняка составлявшие часть приданого!..

Кусочки головоломки складывались для Зейры воедино. Наверняка в кристалле – кровь кого-то из рода аль-Данобии, и именно она позволила Николасу миновать гибельные ловушки и стражей в глубинах гробницы. Очевидно, бывший глаза гильдии хотел заставить сподвижников поверить в свою гибель и умыкнуть приданое; и, похоже, действует он заодно с торговым лордом, Кошем! Именно по их вине Железное Колесо ныне остается близ Высадки Абы, отравляя им существование!

По возвращении в оплот гильдии Зейра поведала остальным о предательстве Николаса. Им оставалось только ждать, когда тот сделает следующий шаг.

...А спустя несколько недель Проклятие Хью облетела весть о том, что таинственный торговый лорд Кош вернул Магнифике Фалоре похищенное приданое, и та согласилась выйти за него замуж – ради укрепления связей между Высадкой Абу и Танетом. Зейра полагала, что за сим гамбитом стоит никто иной, как Николас, и была исполнена решимости вывести его на чистую воду. Судя по всему, Николас передал Кошу украденное приданое, а тот – в свою очередь – вернул оное Верховному инспектору Ранбику, дабы Железное Колесо покинуло Высадку Абу. Сей жест даст Кошу немалое влияние среди торговых лорд ов. Магнифика же, соглашаясь на брак, надеется сделать Коша своей марионеткой; он станет верховодить торговыми лордами Высадки Абу, угроза с их стороны для Танета исчезнет, и благородная леди возвысится среди равных, ведь ныне дворянство сих пределов станет относиться к ней еще более уважительно, нежели прежде. Интерес же Николаса, скорее всего, исключительно меркантильный и исключает всякие политические амбиции; наверняка Кош заплатил былому главе гильдии воров немалую сумму за приданое, и теперь тот попросту осядет, дабы безбедно существовать в некоем отдаленном уголке Тамриэля.

Зейра собиралась открыть Магнифике глаза на происходящее, сорвать свадьбу и спустить Железное Колесо на Коша – все для того, чтобы заставить Николаса сделать ход, покинуть укрытие... и уж тогда-то воры поквитаются] с предателем!

Многие зажиточные торговцы Высадки Абу получили приглашения на церемонию бракосочетания, состоится которая во дворце Хабаладжада. Серебряный-Коготь сумел подделать приглашение для Отголоска, коий выбрал себе в спутницы Велсу. Так, наряду с Темной эльфийкой и Зейрой герой устремился ко дворцу, стража коего была усилена ревнителями Железного Колеса.

Оказавшись в пределах дворцовых стен, трое затерялись среди гостей. Согласно древней традиции, бытующей в Танете, жених должен быть загодя представлен гостям, и Верховный инспектор явил взорам присутствующих лорда Коша... в котором Зейра и Велса с изумлением узнали Николаса! Осознала Зейра, что бывший глава гильдии воров оказался куда хитрее, нежели они представляли. Наверняка замысел свой вынашивал он долгие годы, и сейчас пребывает в одном шаге от того, чтобы стать дворянином Танета!

Воры проскользнули на кухню, а оттуда – устремились прямиком к покоям Коша, оставалась в которых Магнифика Фалора. Последняя заявила незваным гостям: кража приданого серьезно пошатнула ее положение среди дворянства Танета, ведь воры, помимо прочего, осквернили останки Данобии, украв череп и пребывавшую на нем корону, инкрустированную драгоценными камнями. Рассказывал Отголосок, что все произошедшее – дело рук человека, с которым Магнифика собирается сочетаться узами брака.

История казалась аристократке слишком невероятной, чтобы быть правдой, но воры вознамерились доказать ей правоту своих утверждений. В покоях Коша обнаружили они потайную дверь, за которой означилось помещение, в котором новоявленный торговый лорд хранил свои трофеи – в частности, часть приданого, которое он решил сохранить для себя... в том числе и череп Данобии наряду с короной.

Зейра вознамерилась явить сии доказательства Магнифике; Отголосок же и Велса поспешили в большой зал дворца, где уже начиналась церемонию бракосочетания. В самый разгар ее появилась Зейра, держа череп в руках, обвинили Николаса в злодеянии. Не желая разбираться на глазах собравшихся дворян в том, кто прав, а кто – виноват, Магнифика просила Ранбика взять под стражу всех, находящихся во дворце – до выяснения личностей и обстоятельств.

Воины Железного Колеса наводнили зал, и Отголосок с Велсой поспешили ретироваться прежде, чем ловушка захлопнулась окончательно. Следуя на поводу у своих эмоций, Зейра лишь усугубила ситуацию для себя – но, по крайней мере, не позволила воплотиться в жизнь честолюбивым замыслам Николаса.

В любом случае, Магнифика вернула приданое, Николас за решеткой, а Железное Колесо вскоре покинет Высадку Абу. Гильдии остается лишь вызволить из заточения Зейру, посему воры немедленно приступили к выяснению, где именно содержится их глава.

Предсказуемо, оставалась Зейра в темнице цитадели Но Шира, и, судя по слухам, Железное Колесо намеревалось переправить пленницу в свой оплот в Танете, где та предстанет перед судом по обвинению в участии в ограблении гробницы. На выручку главе гильдии воров устремились Отголосок, Квен, ступающий тихо и Велса.

К тому времени, как четверо проникли в цитадель, ревнителей Железного Колеса в пределах оной оставалось немного; большинство уже отплыло к Танету, остальные собирались вскоре последовать их примеру. Первым делом воры устремились к покоям Верховного инспектора, дабы оставить там обнаруженный в убежище Николаса дневник, описывающий детали ограбления; улица сия послужит доказательством того, что преступление от начало до конца спланировано человеком, выдающим себя ныне за торгового лорда Высадки Абу.

В покоях Ранбика оставалась Магнифика, признавшаяся, что на допросах ее бывший жених во всем обвиняет Зейру, и, похоже, Верховный инспектор верит ему. Глашатаи в Танете объявляют во всеуслышание о скором суде над нею, но знала Магнифика, что Николас лжет. И сейчас, увидев дневник негодяя, приняла окончательное решение: она поможет ворам вызволить свою набольшую... во имя справедливости.

Аристократка сопроводила воров ко входу в темницу, и наемники почтительно рассупались пред нею и спутниками ее. В одном из камер лицезрели герои Николаса, потребовавшего отмычку в обмен на информацию о Зейре. Последней в окрестных камерах не наблюдалось, и Отголоску не оставалось ничего иного, как принять условие Николаса. Получив отмычку, рассказал тот, что Ранбик увел Зейру на корабль, и если поспешат воры, что еще могут застать судно у пристани близ цитадели...

Поднявшись на борт корабля и проследовав в трюм, заметили четверо Ранбика близ клети, оставалась в которой хранившая угрюмое молчание Зейра. Велса огрела Верховного инспектора дубинкой, и тот лишился чувств. После чего Отголосок отомкнул замок на клети, и Зейра поведала сподвижников, что в трюмах судна полно контрабанцы, кою Железное Колесо надеется доставить в Танет. Посему гильдия воров попросту украдет корабль у наемников...

Неведомо, удалось ли бежать Николасу, или же предстал он перед судом в Танете и был казнен. Сим вопросом Зейра не задавалась боле. Четверку, вызволившую ее из заточения, нарекла глава гильдии Советом Воров, коией разделит вместе с нею тяготы управления организации, остающейся по ту сторону закона.

***

Прибыл Отголосок на Золотой Берег – западные пределы павшей ныне Империи. Здесь, в прекрасном городе Анвиле – жемчужине Абесинового моря – заприметили его ассасины, принадлежащие к Темному Братству. Надо сказать, ветвь сей организации уже давно досаждала власть имущим региона, но обнаружить логово убийц тем пока не удавалось.

Некий курьер передал Отголоску приглашение посетить маяк, возвышающийся за пределами городских стен, на выдающемся в море мысе. Именно там дожидался героя мужчина, облаченный в темную ризу. Назвавшись «Теренусом, Говорящим за Темное Братство», он без обиняков предложил Отголоску присоединиться к организации ассасинов, и вершить убийства во славу Ночной Матери и Страшного Отца, Ситиса.

«Имперский дворянин, лорд Квинт Ярол, приговорен к смерти Черным Причастием», - постановил Теренус, в детали вдаваться не став. Мотивов тех, кто взывает к Черному Причастию, не спрашивают никогда: Темное Братство не принимает для себя мораль, лишь принимает плату за оказанные услуги. Желая понять, что представляет собой организация ассасинов и могут ли те оказаться для него ценными союзниками, герой согласился исполнить волю Ночной Матери и устранить Квинта Ярола, особняк которого высился в отдалении от Анвила, на побережье.

Воспользовавшись старым тоннелем контрабандистом, выходившим прямиком во двор владений Квинта Ярола, Отголосок проник в особняк дворянина. Помимо пары служанок, внутри боле никого не оказалось, однако в опочивальне лорда герою посчастливилось разыскать письмо от губернатора провинции Фортунаты ап-Дугал – правительницы Анвила, в котором та благодарила лорда Джарола за возможность провести встречу с графом Каролом Аквилариосом и примасом Арториусом Понтийским в тайном помещении, находящимся в подземельях особняка.

Сменув, что, вероятно, жертва его находится именно там, Отголосок спустился в винный погреб, и, стараясь не привлекать к себе внимание означившихся здесь стражей, отыскал тайный ход, ведущий в подземный тоннель и выходящий к бухте. Эхо доносило до героя голоса лорда Квинта и его гостей – графа и губернатора; похоже, дела церковные вынудили примаса остаться в Кватче. Похоже, граф Карос – правитель Кватча, и губернатор Фортуната не ладили, но Квинт убедил собравшихся сосредоточиться на важнейшем вопросе, стоящем на повестке дня: возросшей активности Темного Братства на Золотом Берегу! Воины-жрецы Часового Ордена денно и нощно патрулируют улицы Кватча, надеясь изловить ассасинов – граф Карол наделил церковников обширными полномочиями, что пришлось Фортунате не по душе: уж не армию ли задумал создать благочестивый примас? И не окажется ли та неожиданно под стенами Анвила, отказавшись вернуться в лоно церкви Акатоша после того, как с угрозой будет покончено?.. Граф заверил губернатора, что в плане амбиций и безжалостности им далеко до нее самой, и навряд ли осада Анвила силами Кватча возможна.

Взаимное недоверие и тревога стали основой сей встречи; когда достиг Отголосок подземной бухты, губернатор и граф уже покинули ее на борту судна, и лорд Квинт остался в одиночестве. Подкравшись к намеченной жертве, герой покончил с нею ударом кинжала, после чего поспешил вернуться в маяк, где поведал об успешном завершении своей миссии Теренусу.

Союз Отголоска с Темным Братством был заключен кровью, и Говорящий направил его в тайное убежище ассасинов, находящееся в пещере под Стеной Варена. Надеялся Теренус, что сможет организация упрочить свое положение на Золотом Берегу, и станет оный оплотом Темного Братства на долгие, долгие годы.

Так, ступил герой в убежище Темного Братства, где приветствовала его Астара Кэреллиус – матрона сей ветви организации. Призналась последняя, что некто расправляется с ее ассасинами в Кватче, и как только выяснят они, кто посмел бросить вызов Темному Братству, возмездие последует незамедлительно. Астара представила Отголоска иным убийцам, остающимся в убежище: бретонке Мирабель Мотье, аргонцу Зеленому-Ядовитому-Языку, редгарду Танеку, северянам Кору и Хильдегард – оборотню.

Те просветили Отголоска касательно иерархии Темного Братства, поведав о Ночной Матери, ее Слышащей и четырех Говорящих. К сей странной, квазирелигиозной организации и примкнул Отголосок, приняв для себя ее странные устои.

В последующие недели исполнил он ряд контрактов, покончив с теми, кого Черное Причастие приговорило к смерти. Отголосок не задавался вопросами о виновности индивидов, разимых ими... он просто лишал их жизни...

Матрона Астара поведала Отголоску о тех, свидетелем встречи которых он стал в особняке лорда Квинта – людях, вершащих политику Золотого Берега. Губернатор Фортуната ап-Дукал, именуемая также «Пиратской Королевой», начинала скромной служащей в торговой компании «Золотой Берег», но стремительно возвысилась, а после, заполучив армаду пиратских кораблей, захватила Анвил, и с тех пор правит городом железной дланью. Граф Карол Аквилариос – племянник Варена, коий искренне предан своему городу, Кватчу, и защищает его; будучи человеком веры и убеждений, он терпеть не может Фортунату, а недавно заключил непростой союз с собором Акатоша, наделив защитников оного – воинов-жрецов Часового Ордена – правом помощи гвардии Кватча. Что до главы культа Анатоша - примаса Арториуса Понтийского, то, будучи человеком набожным – даже фанатичным, - он в то же время располагает обширной сетью шпионов по всему Золотому Берегу. Сей индивид мог бы стать серьезной угрозой для Темного Братства, но Астара считала сценарий открытого противостояния с ревнителями церкови Акатоша весьма маловероятным.

А на улицах Кватча Великая Проповедница Фития ат-Хима вещала о слабости Темного Братства, о неведомой силе, разящей ассасинов... Конечно же, столь откровенный выпад в их сторону Астара не могла оставить без внимания, посему приказала сразу двоим подручным – Отголоску и Танеку – отправляться в Кватч и покончить со жрецами, смеющими поносить Темное Братство... в том числе и с Великой Проповедницей. Причин происходящего матрона не понимала, но бездействовать не желала; неужто церковь Акатоша посмеет объявить Черное Причастие незаконным?..

Прибыв в Кватч и нанося удары из теней, Отголосок покончил с тремя жрецами, хулящими Темное Братство на площадях города... после чего поспешил к возведенному за стенами Кватча семейному особняку Великой Проповедницы, за стенами коего та укрывалась.

Множество воинов-жрецов Часового Ордена несли стражу у стен особняка, но внутри их не оказалось. Отголосок и Танек обнаружили помещение, лицезрели в котором распластанного на деревянном столе ассасина Темного Братства, которого Фития с удовольствием пытала, пытаясь вызнать местонахождение убежища убийц. Присоединился к ней воин, облаченный в пластинчатую броню, называла которого Великая Проповедница «Черным Драконом». Именно он охотился на ассасинов, после чего передавал пленников Фития, а уж та приступала к пыткам, надеясь получить интересующие ее сведения.

Дождавшись, когда двое покинут помещение, Отголосок и Танек приблизились к мертвому телу на столе. В убитом редгард узнал Симбара... когда сработала магическая ловушка, и Танек, лишившись сил, рухнул на каменный пол. Услышав шум, в комнату вбежала Фития в сопровождении воина Часового Ордена. Приказав последнему покончить с ассасинами, Великая Проповедница ретировалась.

На помощь к герою пришел Кор; сразив воина-жреца, они помогли Танеку подняться на ноги. Стало быть, прежние убийства ассасинов, проповеди, тело Симбара – все это было ловушкой, расставленной церковниками. Те надеялись заманить в нее убийц Темного Братства, дабы вызнать местонахождение убежища и обезглавить ветвь организации!.. Прекрасный план... но, к несчастью, ассасины остались живы, и миссию, возложенную на них Астарой, намеревались исполнить.

Кор повел обессиленного Танека к выходу из здания, герой же устремился в подземный тоннель, означившийся под особняком – по следу Фитии. Разя преступающих ему путь воинов Часового Ордена, Отголосок настиг Великую Проповедницу, покончил с нею. Последними словами женщины стало обещание отмщения Черным Драконом за ее смерть...

Вернувшись в убежище, герой поведал Астаре о том, что за последними событиями в Кватче стояла Фития, развязавшая противостояние Темному Братству; матрону встревожили вести о неведомом воине в черных доспехах, с легкостью разящем и пленяющем лучших ее ассасинов.

...Вскоре разыскал героя встревоженный Кор, поведав, что Хильдегард отправилась в церковь Дибеллы, что в Анвиле, дабы помолиться за выздоровление Танека, но назад в убежище так и не вернулась. Двое выступили к церкви, где осторожно расспросили прихожан – не видали ли те окрест северянку с цветком в волосах. Она из священнослужительниц припомнила, действительно, сходная по описанию женщина наведывалась недавно, о чем-то шепталась с хористом Немусом, а после расплакалась и выбежала из церкви; Немус же, ухмыляясь, проводил ее взглядом.

Предположил Кор, что Хильдегард направится к землям Скайрима, откуда родом. Она – дитя дикоземья, и жизнь в городах все еще в диковинку для нее. Посему, будучи в состоянии эмоционального потрясения, она непременно попытается вернуться в родные пределы.

Действительно, набольшая одного из торговых караванов призналась, что заплаканная северянка присоединилась к ее отряду, и отправился тот на север, к Джеральским горам. Кроме того, расспрашивая капитанов кораблей в городском порту, узнал Кор, что преследуют Хильдегард охотники на оборотней, принадлежащее к Серебряному Рассвету!

Отголосок и Кор устремились по следу исчезнувшей Хильдегард, и вскоре достигли Джеральских гор, у которых разбили лагерь охотники на оборотней. Прочесывали те окрестное дикоземье, надеясь отыскать северянку; атаковав воинов, Отголосок обнаружил в лагере их письмо от хориста Нимуса, в котором тот – истовый борец с ликантропией – заявлял, что направит Хильдегард в Скайрим, где познала та проклятие, а ревнителям Серебряного Рассвета надлежит выступать по ее следу и прикончить, как только представится такая возможность.

Герою и спутнику его посчастливилось заметить Хильдегард первыми, и поведала та, что хорист убедил ее бежать прочь от людей, ибо природа оборотня непременно приведет к смертям всех тех, кто ей дорог. Откровение о том, что Нимус направил по следу ее охотников, ужаснуло Хильдегард, ведь священнику она доверяла безоговорочно.

Кор убедил Хильдегард вернуться в Темное Братство; Отголосок же вернулся в церковь Дибеллы, где сразил коварного хориста. Среди бумаг последнего обнаружил он письмо, адресованное Верховному Хористу; в нем просил Нимус о переводе своем в собор Акатоша в Кватче, и дабы доказать свою пригодность, обещал в меня сил своих нанести удар Темному Братству, ведь одна из убийц сей организации в час исповеди призналась в нечестивых своих деяниях.

Что ж, стремление жреца покинуть Анвил и возвыситься в церковной иерархии привело его к несвоевременной, но вполне заслуженной кончине. Узнав о сем, матрона Астара призадумалась: почему священники Акатоша противостоят им? Сперва проповедники, теперь хорист... Случайное совпадение ли это, или же происходит нечто большее, покамест ей неведомое?..

...А несколько дней спустя с набольшими Темного Братства связалась Пиратская Королева, предложив организации заключить контракт на убийство некоего индивида в Кватче. Выполнение его Астара возложила на Отголоска, предупредив об осторожности: Фортуната ненавидела как представителей светской и церковности власти Кватча, так и Темное Братства, желая стать единоличной властительницей Золотого Берега. Впрочем, и ассасины платили ей той же монетой: Мирабель частенько шпионила за губернатором, выдавая себя за служанку в замке Анвила, ведь однажды текущая патовая ситуация нарушится, и Темному Братству придется нанести стремительный удар, покончив с предводительницей пиратов Красных Парусов.

В обращении к Темному Братству Фортуната настаивала, что имя избранной жертвы сообщит лишь непосредственному исполнителю в личной беседе, посему Отголосок направился в замок, где удостоился аудиенции у губернатора провинции. Последняя постановила: полномочия, коими граф Карол наделил воинов-жрецов Часового Ордена – прямая угроза ее власти, посему надлежит устранить командора Маркуса Сципиона. После чего ассасину велено сообщить о содеянном непосредственно графу, дабы осознал тот: Часовой Орден не спасет его от Пиратской Королевы.

Вернувшись в Кватч, Отголосок проник в замок, и, прикончив командора, после чего поспешил в покои, занимаемые графом. Каково же было удивление его, когда обнаружил он Карола Аквилариоса проводящим колдовской ритуал и взывающим к Ночной Матери. Появление героя в его Опочивальне граф расценил как то, что Ночная Мать откликнулась его зов, и заявил, что хотел бы заключить договор с Темным Братством... на устранение Фортунаты. Исполняя текущее соглашение, герой сообщил правителю Кватча, что только что покончил он с командором Часового Ордена, и Карос тяжело вздохнул: стало быть, очередное оскорбление и вызов от Пиратской Королевы. Да, слишком долго пытаются сосуществовать они на Золотом Берегу, и пора положить этому конец... Обещал граф, что не только щедро заплатит за смерть Фортунаты, но и откроет Темному Братству личность того, кто столь рьяно расправляется с ассасинами сей организации.

В комнату ступил Теренус, отозвавшийся на Черное Причастие и явившийся, дабы обсудить детали нового договора. И, поскоку душа Фортунаты ап-Дугал обещана ныне Ситису, надлежит Отголоску привести приговор в исполнение. Текущее соглашение, заключенное Темным Братством с Пиратской Королевой, были исполнено в полном объеме, и пришло время заняться следующим.

...У замка Анвила героя встретила Мирабель, через тайные проходы провела его в кладовую, где Отголосок подмешал яд в любимое вино губернатора. После чего проследовал он в покои Фортунаты, известив ту об успешном исходе миссии. Возликовав, губернатор кликнула служанку, приказала принести ей вина, дабы отметить сие знаменательное событие...

Отголосок и Мирабель наблюдали за кончиной Пиратской Королевы; одна из важных политических фигур региона мертва, и очевидно – иные вскоре сделают свой ход, дабы заполнить образовавшийся вакуум. А пока Темное Братство вновь отступает в тень...

...Шли дни... когда Астара приказала Отголоску встретиться с графом Каролом в отдаленных руинах Дасек Мур и выяснить, что тому известно о Черном Дракона – загадочном человеке, чинящем расправу над ассасинами Темного Братства. Как оказалась, за сим индивидом следила Мирабель, и выяснила, что Черный Дракон – женщина, и частенько наведывается та в старый Анклав Песочных Часов, принадлежащих Часовому Ордену. Но Астара запретила Мирабель и впредь заниматься преследованием: недавние смерти друзей сделали бретонку излишне эмоциональной, что ведет к безрассудству, а ассасин обязан сохранять трезвость рассудка.

В означенный час в руинах Дасек Мур героя действительно дожидался граф Карол. Он явился один, без охраны, желая в полной мере исполнить обещание, данное при Черном Причастии, и после не иметь боле с Темным Братством никаких дел. Отголоску поведал граф о том, что Черный Дракон – вовсе не наемница, но Первый Меч Часового Ордена – воительница, страшатся которую даже собратья по оружию. И ныне Карол в полной мере разделял опасения покойной Фортунаты: шпионы донесли ему о том, что ревнители Акатоша копят силы в Анклаве Песочных Часов, и доставляют в сию крепость как осадные орудия, так и новобранцев – пиратов Красных Парусов! - кои обретут прощение за прошлые злодеяния и займут места среди воинов-жрецов. Полагал граф, что примас Арториус вскоре в открытую выступит как против Темного Братства, так и властей Кватча.

Близ Анклава Песочных часов Отголоска дожидалась Мирабель, подтвердившая слова графа о том, что культ Акатоша создает в сем дикоземье армию. Девушка действовала без дозволения Астары, желая посчитаться с церковниками за гибель Симбара – как минимум, покончить с Черным Драконом раз и навсегда.

Ступив во внутренний двор крепости, герой и спутница его предали огню осадные машины, после чего, проникнув в пределы твердыни, разделились. Мирабель выступила на поиски покоев Черного Дракона, герой же наблюдал встречу между капитанами пиратов Красных Парусов и офицерами рыцарского ордена – последние обещали негодяям полное прощение за прошлые злодеяния в обмен на служение. Отголосок сжег заранее подготовленные бумаги, сие прощение гарантировавшие, после чего, хоронясь в тенях, приступил к исследованию анклава.

В одном из чертогов повстречал он служанку, Лиру, которая согласилась провести его к покоям Черного Дракона – кинжал, приставленный к горлу женщины, оказался весьма убедительным аргументом. По пути рассказывала Лира Отголоску, что Черный Дракон прежде была ассасином и принадлежала к Темному Братству, однако по некой причине оставила сию фракцию, и, примкнув к Часовому Ордену, обрела прощение в глазах богов и смертных.

Служанка провела Отголоска в комнату, где Черного Дракона уже дожидалась Мирабель, затаившаяся в тенях. Обыскав помещение, ассасины обнаружили дневнике Черного Дракона, в котором описывала та свое служение Темному Братству, убийство женщины по имени Лира Вирия, последующее принятие в лоно церкви... Отголосок нахмурился: если Лира мертва – убита Черным Драконом, то кто же...

Осознав происходящее, он резко обернулся к служанке, приведшей его сюда, но было поздно: смертельно ранив Мирабель, та попросту исчезла, растворившись в воздухе и прошипев напоследок: «Глупец, я – сама смерть!» Помыслить толку, с какой легкостью Черный Дракон обвела двух ассасинов Темного Братства вокруг пальца!.. Мирабель молила Отголоска предупредить о Черном Драконе Астару... но скончалась, так и не успев открыть ему истинной личности сего ревнителя церкви Акатоша.

Покинув Анклав Песочных Часов и вернувшись в убежище, герой без утайки рассказал Астаре о произошедшем, а также передал матроне дневник Черного Дракона. Похоже, церковь готовится объявить войну Темному Братству, и вскоре на Золотом Берегу может начаться открытое столкновение двух сторон...

Аргонец Зеленый-Ядовитый-Язык вызвался заняться изучением дневника Черного Дракона: быть может, удастся почерпнуть из него некие сведения, кои станут ключом к раскрытию личности Первого Меча Часового Ордена...

Как следовало из дневника, Черный Дракон убила Лиру... хотя Отголосок считал, что Лира и есть Черный Дракон. Зеленый-Ядовитый-Язык Лиру знал лично, и полагал, что девушка погибла в час очищения их прежнего убежища... Но если Лиру убила Черный Дракон, зачем же приняла ее имя?.. Ответов на сии вопросы у аргонца не было, посему предложил он герои отправиться в покинутое убежище Темного Братства в Черных Топях и попытаться понять, что же произошло в действительности.

Выступив к Анвилу, где надеялись примкнуть к торговому каравану, следующему в направлении Черных Топей, двое обсуждали произошедшее с убежищем Зеленого-Ядовитого-Языка. Рассказывал последний, что очищение случается волею Черной Длани, когда ассасины одной из ячеек Темного Братства погрязают в пороке и предательстве своего дела. Тогда верный агент Ночной Матери приходит в убежище расправляется со всеми убийцами, в нем остающимися. Зеленый-Ядовитый-Язык чудом уцелел в час очищения, ибо находился вдалеке от убежища, а когда вернулся, обнаружил лишь множество мертвых тел...

...Караван доставил Отголоска и спутника его к Форту Синей Крови, на границе между Чернолесьем и Аргонией; покинув крепость, двое углубились в топи, простирающиеся к востоку от сего островка цивилизации, спустились в древние руины, где пребывало прежде убежище Ксит-Изкул... витали в котором ныне лишь неупококоенные духи ассасинов.

Зеленый-Ядовитый-Язык поджег загодя припасенный загустевший сок хист, и дым, исходящий от оного, явил призрачные образы прошлого. Наблюдали они, как Лира Вирия, сдерживая слезы и исполняя отданный Черной Дланью приказ, вершила отмщение, разя всех без исключения товарищей и прося у них за это прощение. После, исполнившись сомнений, преклонила Лира колени у статуи Ситуса, спрашивая, действительно ли Ночная Мать отдала приказ об очищении... К ней приблизился Говорящий, Аравен, заверив, что следовала Лира в точности высказанной Черной Дланью воле... и ныне надлежит ей спешить в Кватч, ибо было совершено новое Черное Причастие и определена жертва – примас церкви Акатоша, Джонас.

Дабы узнать, чем закончилась та история, Отголосок и Зеленый-Ядовитый-Язык покинули Чернолесье, вернувшись на Золотой Берег и проследовав в Кватч – прямиком к собору Акатоша. Там аргонец поджег оставшийся сок древа хист, и зрели двое, как приблизился к Лире Арториус, убедив, что само провидение привело убийцу, лишившуюся семьи, к нему. Признался священник, что именно он свершил Черное Причастие – исключительно для того, чтобы объединить усилия с ассасином, ибо такова воля Бога-Дракона. Растерянную Лиру новый примас церкви убедил идти во Свете, ибо лишь так возможно обрести искупление. «Стань моим чемпионом, клинком Акатоша – моим Черным Драконом, коий сожжет тьму зла», - убеждал Лиру Арториус, и та приняла предложение, всецело посвятив себя служению Богу-Дракону.

Стало быть, Лира и Черный Дракон – одно и то же лицо, и ассасин предала Темное Братство. Как и писала она в дневнике – в тот день, когда был рожден Черный Дракон, Лира умерла, и у Темного Братства появился новый враг.

Поспешив вернуться в убежище, Отголосок и аргонец поведали о сем откровении матроне Асторе. Настаивал Зеленый-Ядовитый-Язык – слуга и хозяин должны умереть прежде, чем представится им возможность нанести удар по оплоту Темного Братства на Золотом Берегу, и обещала матрона: вскоре Черная Длань примет решение о том, как надлежит им действовать.

...Наконец, приказ Черной Длани был получен, и Астора, призвав Отголоска, велала тому покончить с Лирой раз и навсегда. Зеленый-Ядовитый-Язык выследил предательницу, и теперь шел по следам ее. Следуя воле матроны, выступил герой к Гробнице Рыцарей – руинам Имперского форпоста, где некогда был основан Часовой Орден, - дабы удостовериться в том, что свершит аргонец волю Черной Длани, и душа Черного Дракона отправится к Ситису.

Спустившись в Гробницу Рыцарей, лицезрел Отголосок статуи воинов-жрецов Акатоша – величайших героев Часового Ордена. Тень Черного Дракона неотступно сопровождала его, вещая о том, что Темное Братство должно быть уничтожено... Однако призналась Лира: Орден также использовал ее, и поняла она это лишь недавно – речи примаса Арториуса оказались не более чем ложью. Посему и укрылась в сих руинах, где оставалась ныне лишь нежить, чтобы понять: как ей жить дальше...

В одном из коридоров развалин обнаружил Отголосок смертельно раненого аргонца; к несчастью, Черный Дракон сумела сразить своего преследователя. «Я зрел Гнев Ситиса», - прохрипел Зеленый-Ядовитый-Язык, обращаясь к герою. – «Срашный Отец тоже преследует ее. Как... в старых историях... Ты – меч Ситиса... убей ее... и Страшный Отец заберет ее душу».

Разыскав Черного Дракона в одном из залов Гробницы Рыцарей, Отголосок сошелся в противостоянии с Первым Мечом Часового Ордена, поверг ее. Умирая, приналась Лира, что, пытая одного из плененных ею ассасинов, все-таки сумела узнать местонахождение убежища Темного Братства на Золотом Берегу, и поведала о сем Арториусу. Посему, вскоре очищение убежища воинами-жрецами Часового Ордена свершится, и ничто не в силах этому помешать... Черный Дракон скончалась... и алая тень - Гнев Ситиса – пленила ее душу...

По возвращении в убежище сообщил герой матроне как о гибели аргонца, так и о устранении Черного Дракона. Очевидно, что атака Часового Ордена случится не сразу - примас не станет нападать, очертя голову. Посему у Темного Братства остается время подготовиться к неминуемому противостоянию...

Постановил Теренус: им надлежит нанести удар первыми, обезглавить культ Акатоша. Ведь примас Арториус, с помощью ассасинов Темного Братства устранивший набольшего и занявший его место, наверняка беспокоится о том, что кто-то из иных церковников может поступить так же, потому и выступает против организации ассасинов, надеясь лишить слишком уж амбициозные священников столь удобного, как оказалось, инструмента для оберетения власти.

Воины-жрецы Часового Ордена охраняли все входы и выходы из собора Акатоша в Кватче... за исключением одного. Обнаружил Танек неприметный ход, ведущий из слепа на городском погосте прямиком в катакомбы собора. Примкнули к герою и иные ассасины Темного Братства, в том числе Кор, Хильдегард, Астара... Организация бросала все свои силы на устранение столь опасного противника, каковым выступал примас Арториус Понтийский.

Сразив капитана Фурию – офицера, верховодящую защищающими собор воинами-жрецами, Отголосок и спутники его проследовали в святилище, где покончили с примасом Арториусом. Ныне надеялись ассасины договориться с графом Каролом и набольшими Часового Ордена о перемирии – во имя завершения затянувшегося противостояния сил на Золотом Берегу.

***

Архимаг Ванус Галерион затеял, казалось бы, немыслимое: организовать встречу лидеров трех альянсов, убедить их сплотиться – хотя бы на время, дабы противостоять Молаг Балу и миньонам его.

Вняв просьбе архимага, на острове Стирк, где некогда была образована Армия Всех Флагов, собрались король Эмерик, королева Эйренн и король Йорунн, а также Отголосок и представители гильдий магов и бойцов – последних возглавляла графиня Хакруба. И графиня, и Ванус считали, что надлежит нанести решительный удар по Хладной Пристани, однако сомневались, что в отсутствие соглашения между тремя лидерами сумеют сделать это, ведь если гильдии заручатся поддержкой одной из фракций, две другие расценят это как предательство, нарушение нейтралитета, коего гильдии доселе придерживались.

В руинах айлеид на острове трое правителей встретились, однако к соглашению не пришли, ибо не испытывали друг к другу ни малейшего доверия, ведь солдаты их и по сей час проливали кровь друг друга в землях Циродиила. Посему лидеры гильдий магов и бойцов предложили правителям, что продолжат они сохранять нейтралитет и возглавят вторжение в Хладную Пристань; Отголосок, слава о котором уже успела распространиться по землям Тамриэля, поведет за собою воителей и чародеев в оплот Молаг Бала, и наверняка сумеют они осуществить задуманное, ведь порой небольшой отряд способен на большее, нежели огромная армия.

Осознав, что не придется им жертвовать войсками и выводить их из Циродиила, трое правителей на предложение согласились... Но потемнело небо, и возник в нескольких шагах от собравшихся призрачный образ Молаг Бала. Принц даэдр ликовал, ведь представилась ему прекрасная возможность одним махом обезглавить народы Тамриэля!..

Однако герой наряду со сподвижниками, принадлежащими к гильдиям, повергли излившихся на остров даэдр, а после – запечатали порталы, наведенные теми. Признали правители, что гильдии – их лучшая надежда на успех, посему благословили начинание глав сих фракций.

В сердце руин Ванус Галерион сотворил портал, ступив в которой, Отголосок наряду с воителями гильдий бойцов и магов переместился в Хладную Пристань... где приветствовал их старый знакомый, Кэдвелл. Последний указал тамриэльцам на город, виднеющийся вдали, и герой в сопровождении гильдейских воителей устремились в означенном направлении.

У врат Пустого Града, защищенного магическим барьером, Отголоска и спутников его приветствовала женщина, принадлежащая к человеческой расе и назвавшаяся ‘Хранительницей’. Полагала она, что сей оплот станет форпостом армии Тамриэля, коя вскоре нанесет Молаг Балу и миньонам его поистине сокрушительный удар, ведь город этот – единственное место в Хладной Пристани, не распространяется на которое власть Принца даэдр.

«Давным-давно этот город оставался в Нирне», - рассказывала Хранительница Отголоску. – «Он был полон жизни, и именовался иначе. Миряне поклонялись Принцессе даэдр Меридии, жили они в мире и полагали, что защищены от всяких напастей. Но у Меридии были враги, и один из них – Молаг Бал. Последний приказал порождениям Хладной Пристани уничтожить наш град. Защитники города ничего не могли противопоставить армии Молаг Бала. Все те, кто находился за пределами стен, были безжалостно убиты, но наши воины и чародеи сумели запечатать врата, чтобы защитить остающихся внутри. Как раз в ту пору, когда произошло нападение, город навещал король айлеид Лалориаран Динар. Будучи прекрасным тактиком, он принял на себя командование остающимися в городе силами. Король айлеид в одиночку держал оборону у одних из врат. Разя даэдр, он возносил мольбы о помощи... и те были услышаны. Меридия узрела, что портал, созданный Молаг Балом, остается открыт, и решила, что сражение надлежит продолжиться в Хладной Пристани. Она переместила город в сие пространство Обливиона; тот остался цел, но большинство обитателей его или погибли, или оказались разбросаны по окрестным гибельным пустошам. Даже король айлеид был схвачен противником. Но все же Меридия совершила невозможное – фактически вонзила кинжал в спину Молаг Балу. Часть ее царствия оказалась в его домене – и он не мог ничего с этим поделать... Но горожане утратили веру. Один за одним покидали они город, пытаясь найти способ вернуться в Нирн. Они были глупы, и жизнями поплатились за то, что нарушили законы Меридии... Та же предвидела: настанет день, когда удастся завершить начатое. Самоуверенный Молаг Бал. Чемпионы из смертного плана бытия. В этот день город станет оплотом для тех, кто вознамерится сокрушить злокозненного Принца даэдр».

Считала Хранительница, что день этот, наконец, настал, и просила Отголоска привести в Пустой Город верных союзников, дабы атаковать средоточие силы Молаг Бала в Хладной Пристани, низвергнуть властителя сих безрадостных пределов. Помимо плененного в темной башне короля Динара и Вануса Галериона, герой непременно отыщет и иных сподвижников, и вместе возродят они сей пустующий на протяжении столетий град. Но чтобы освободить короля, говорила Хранительница, Отголосок должен отыскать Свет Меридии – энергетические сполохи, несущие в себе сущность Принцессы даэдр; именно они способны развеять злые чары, ограждающие темную башню.

Покинув Пустой Город, герой выступил на исследование Хладной Пристани. В восточных пределах пустошей лицезрел он Зал Правосудия, где даэдры, ведомые Судьей Ксивеном, пленили отряд чародеев-призывателей, принадлежащих к гильдии магов. Освободив тех из заточения, Отголосок указал им путь к Пустому Городу, сам же продолжил следовать на восток, к Черной Кузне.

Здесь предстал герою дух Вануса Галериона; поведал архимаг, что в одиночку проник в Черную Кузню, дабы уничтожить Темные Якоря и Великие Оковы, ведь в этом случае катастрофическое Слияние Миров непременно завершится. Вот только оказался архимаг схвачен даэдрами, и вознамерились те направить энергии Вануса в Великие Оковы, дабы ускорить Слияние Миров и объединить, наконец, Нирн с Хладной Пристанью; дабы предотвратить столь незавидный исход, тот разделил свою сущность на три фрагмента, и ныне пребывали оные в пределах Черной Кузни.

Отыскав фрагменты, герой восстановил сущность Вануса, освободив того из заточения. После чего, подступив к величайшему из Темных Якорей – Великим Оковам – маг принялся творить заклинание, должное уничтожить сей дьявольский артефакт, направляющий метафизические потоки энергии через планарный хаос прямиком к Нирну; герой же наряду с подоспевшим Кэдвеллом сдерживал бешеный натиск даэдр, вставших на защиту своего творения.

К счастью, Великие Оковы удалось уничтожить; угрозы Слияния Миров не существовало боле. Черная Кузня разрушилась, и Ванус сотворил портал, посредством которого наряду с героем и Кэдвеллом вернулся в Пустой Город. Чародеи гильдии магов были счастливы увидеть своего старейшего собрата целым и невредимым, а весть о свершении в Черной Кузне воодушевила гильдейских воителей; близок час, когда падет Молаг Бал!

Продолжая исследовать окрестные земли, герой ступил в Библиотеку Заката, где вызволил плененных даэдрами членов экспедиции – школяров из гильдии магов да искателей приключений. Кроме того, у стен библиотеки обнаружил отголосок Свет Меридии – артефакт, с помощью которого Принцесса даэдр некогда переместила Пустой Город в Хладную Пристань. Стоило герою коснуться артефакта, как возник в нескольких шагах от него призрачный образ короля айлеид, Лалориарана Динара. «Свет Меридии способен вызволить меня из заточения у Молаг Бала», - изрек монарх.

Выступив в западном направлении, заметил герой лагерь воинов, принадлежащих к гильдии бойцов, однако здесь не было ни души!.. Поблизости повстречал он Лесную эльфийку, Фараниэль, поведавшую, что давным-давно ее клан вызвался стать хранителем окрестных лесов в обмен на могущество и бессмертие, присягнув на верность Молаг Балу; и теперь Теневые Охотники безжалостно расправляются с каждым, кто дерзнет ступит в сии земли. Самой Фараниэль подобное положение дел претило, но открыто выступить против воли клана она не могла. Посему предложила герою свою помощь в поиске воинов, наверняка слепо следующих по лесным тропам – если, конечно, они еще живы и не пали от рук ее сородичей.

Уцелел лишь один из воинов, и ныне он, преследуемый Теневыми Охотниками, бежал через лес к мрачной башне, откуда доносился голос, звучащий в разуме его и молящий о помощи. Отголосок сумел спасти воина – каджиит Каму – от расправы, поведал ему о том, что голос наверняка принадлежит плененному века назад королю айлеид.

Фараниэль просила героя помочь ей убедить старейшин клана разорвать договор с Молаг Балом, ведь, несмотря на то, что Лесные эльфы столетиями охраняли проклятую башню, Принц Хладной Пристани и не думает вознаградить их и вернуть в Валенвуд. Да и как они вернутся в Нирн, если Молаг Бал собирается уничтожить мир смертный?.. Фараниэль поведала Отголоску о том, что в южных топях обитают ламии, с которым его народ враждует уже давно; и если сумеет он покончить с чемпионом сей расы, то старейшины клана босмер непременно прислушаются к его словам. Обещала Фараниэль, что если примет Отголосок ее сторону, то укажет она ему тайный путь в башню, заключен в которой король.

Ступив в топи, герой разыскал сильнейшую из ламий, покончил с нею, чем заслужил уважение со стороны Теневых Охотников, наблюдавших за сим противостоянием. Полагая, что замысел Фараниэль не лишен смысла, поведали они Отголоску о старейшинах и о том, как убедить тех в своей правоте.

Проследовав в сотворенный Фараниэль портал в лагерь клана Лесных эльфов, предстал герой пред советом старейших, сумел убедить тех разорвать договор с Молаг Балом и примкнуть к воителям, прибывшим в Пустой Город.

Благодарная Фараниэль указала герою на вход в тайный подземный тоннель, миновав коий, тот обнаружил себя в пределах башни. Предстал ему призрачный облик короля Динара, приветствовавшего того, приход которого был предсказан Меридией. Пределы башни были погружены в колдовскую сну, и герой, озаряя путь магией Света Меридии, продвигался к чертогу, заточен в котором оставался последний правитель айлеид.

Преодолев ловушки, сразив немало мертвяков и атронахов, а также отыскав второй из артефактов, рекомых ‘Светом Меридии‘, Отголосок с их помощью развеял кристаллизованную тьму, удерживающую Лалориарана Динара на протяжении столетий. Хоть тело последнего и было истощено, разум оставался остер, и постановил король, что непременно возглавит армию Нирна, противостоящую силам Молаг Бала.

По возвращении в Пустой Город постановил король, что примет командование над воинами гильдии бойцов, прибывшими из Тамриэля в Хладную Пристань. Конечно, не все офицеры гильдии были готовы принять над собой командование некоего древнего короля, но тот сумел убедить их в необходимости сего.

Все больше солдат и искателей приключений прибывало в Пустой Город; означился здесь и старый знакомый героя, Дариен Готье. В некогда пустующем граде кипела жизнь, и обитатели его были исполнены решимости положить конец бесчинствам Принца даэдр.

В городском соборе состоялся военный совет, на который король Динар и архимаг Ванус созвали представители различных фракций защитников Нирна. По словам короля, Великие Оковы были уничтожены, но все-таки успели создать планарный вихрь, который вполне способен уничтожить Нирн. Чтобы достичь вихря, надлежит пересечь Пропасть, где наверняка придется схлестнуться им с миньонами Молаг Бала.

Предполагал Динар, что гильдия бойцов примет сей бой, в то время как маги займутся уничтожениям магических барьеров, кои, по словам лазутчиков, преграждают им путь к Пропасти. Сражение предстоит не из легких, и Пропасть – лишь первый его этап; планарный вихрь же пребывает непосредственно в сердце логова Молаг Бала.

Отголоску король велел возглавить авангард армии, и тот, приняв командование, повел за собою чемпионов Нирна к Пропасти. Бастион, возведенный здесь и защищающий подходы к цитадели Молаг Бала, находился в ведении дочери Принца даэдр, Молаг Грунды. Кэдвелл сопровождал героя, указывая путь, ведь знал он земли Хладной Пристани вдоль и поперек.

Гибель Молаг Грунды, павшей от меча героя, знаменовала поражение сил даэдр в Пропасти; пределы оной перешли под контроль чемпионов Тамриэля. Однако путь до цитадели Молаг Бала оставался неблизок и тернист, и заполоняли его вампиры! Ванус Галерион просил Отголоска набрать крови сих созданий в бутыли и пометить ею проходы в логова вампиров – сей компонент был необходим магу для колдовского ритуала. Надеялся Ванус, что магия его обратит вампиров в лишенных разума созданий, и перестанут те представлять угрозу для армии тамриэльцев.

Отголосок выступил в земли, рекомые «Садом», где занялся охотой на вампиров. На горизонте маячило одно из Сердец Жатвы – артефактов, с помощью которых Молаг Бал пленял большое число смертных, и, порабощая их, усиливал свои божественные возможности; Сердце, пребывающее в Саду, многократно увеличивало скорость распространения вампиризма среди мирян.

Предводительница вампиров, Виргар Красная, молила Вануса пощадить ее чад, ведь в этом случае армия вампиров пребудет у чемпионов Тамриэля в неоплатном долгу. Архимаг, однако, наотрез отказался идти на сделку со старейшей вампиршей, и Отголосок поддержал его – слишком рискованно оставлять у себя в тылу подобных созданий. Посему, следуя первоначальному плану, сопроводил он Вануса к Сердцу Жатвы, где архимаг свершил колдовской ритуал, уничтоживший реликвию и наполнивший разумы вампиров Сада безумием, разорвав таким образом связь сих созданий с Молаг Балом.

В тот день в противостоянии герою пало немало вампиров, в том числе и Виргар Красная; миновав Сад, силы под началом короля Динара подступили к стенам Цитадели Грабителя – последней линии обороны дремор пред внутренним святилищем Принца даэдр. Как и Пустой Город, Цитадель Грабителя в незапамятные времена была исторгнута из Нирна, перемещена в Хладную Пристань. Король Динар просил Отголоска проникнуть внутрь через потайной тоннель, отыскать древний оплот гильдии бойцов, все еще защищаемый охранными чарами; после чего чародеи займут оплот гильдии магов в стенах цитадели, и силы чемпионов Нирна нанесут по дреморам удар одновременно с двух направлений.

Одна из дремор, Лирант, ступила в лагерь осаждающих цитадель сил, сообщила, где именно находится тайный ход в пределы оной. О том, какими мотивами руководствуется, передавая противникам сородичей столь ценные сведения, Лирант распространяться не стала – сказала лишь, что, помогая Отголоску, сводит счеты кое с кем.

Пробравшись в цитадель, герой сумел развеять охранные чары, препятствовавшие входу в покинутое здание гильдии бойцов, и через подземный ход достигли оной король Динар наряду с воителями гильдии. Бойцы отвлекли на себя внимание дремор в верхнем городе Цитадели Грабителя, в то время как Отголосок пробудил магию портальных камней близ здания гильдии магия, сотворив портал, проследовали через который Ванус Галерион наряду с чародеями – те незамедлительно примкнули к воинам в противостоянии даэдрам.

Вскоре цитадель всецело пребывало под контролем чемпионов Тамриэля, а Отголосок ступил в пирамиду, венчающую крепость, где покончил с предводителем миньонов Молаг Бала – Валькиназом Серисом. На протяжении всего пути сопровождала героя Лирант, направляя его и наставляя; и сейчас, когда пал Валькиназ Серис, свершилось ее отмщение, ведь именно он прежде уничтожил ее клан, коий считал угрозой власти своей.

Лирант назвала себя новым Валькиназом Цитадели Грабителей, и дремора склонились пред нею. Даэдры позволили воителям беспрепятственно миновать твердыню, и устремились те к полному ловушек Лабиринту. Сопровождал героя небольшой отряд воителей гильдий бойцов и магов, ведомых Хахнином и Габриэллой соответственно; полагал король Динар, что прежде, чем перебрасывать армию к стенам владений Молаг Бала, надлежит прежде разведать сии области. Примкнул к воителям и Дариен Готье, видевший в происходящем прекрасное приключение, пережить кое возможно лишь раз в жизни.

Рассредоточившись у Бесконечных Ступеней, воины расправлялись с даэдрами, уничтожили творимые теми порталы; король Динар отдал приказ о штурме, и чемпионы Тамриэля устремились к оплоту Принца даэдр – в Лабиринт!

Отголосок и верные спутники его следовали в авангарде воинства, и, миновав Лабиринт, достигли Бесконечных Ступеней, где разыскали портал, приведший их к планарному вихрю – магической аномалии, грозящей уничтожить Нирн!.. Сознавая угрозу, Молаг Бал перемещал великое множество даэдр к Бесконечным Ступеням, и чемпионы Тамриэля едва сдерживали натиск противника. Конечно, сие сражение никогда не должно было завершиться безоговорочной победой над порождениями Обливиона, нет; цель противостояния – лишь выиграть немного времени для Отголоска и ближайших сподвижников его, дабы сумели те уничтожить планарный вихрь, отведя тем самым угрозу существования Нирна.

Хахнин пал наряду со множеством воинов гильдии бойцов; выжившие продолжали сражение, в то время как Отголосок, Ванус и Габриэлла бежали во внутренние пределы Бесконечных Ступеней – где к изумлению своему лицезрели Хранительницу Пустого Града! Последняя приветствовала союзников, заявив, что тем удалось проникнуть во внутренние пределы Молаг Бала, не привлекая к себе внимание Принца даэдр, и ныне надлежит им ступить внутрь планарного вихря – искривления времени и пространства, где реальности Нирна и Хладной Пристани сливаются воедино. Лишь уничтожив Темные Якоря, остающиеся в пределах Вихря, и высвободив энергии Света Миридии в фокусирующей точке Слияния Миров, возможно разрушить двеомер аномалии. Возможно, расстанутся они при этом с жизнями, но то – малая цена за спасение мира.

Хранительница сопроводила героя и спутников его в сию искаженную реальность, где открыла им свою истинную сущность – Меридия, Принцесса даэдр! На протяжении столетий оставалась она в домене Молаг Бала, выжидая, и сейчас пришло время нанести немезиде ее решающий удар.

Разя множество даэдр, означившихся здесь, в сердце планарного вихря, Отголосок разрушал Темные Якоря, поддерживающие существование аномалии. На защиту сего пространства встал сам Молаг Бал, сошедшийся с Меридией в противостоянии.

В сопровождении Динара, Вануса, Дариена и Габриэллы продолжал путь, уничтожая Темные Якоря. Выступили против них и трое могущественных дремор, входящих в Совет Молаг Бала: Клорсатари, Кехотар и Веркинвейл. Трое вознамерились воспрепятствовать отголоску высвободить мощь Света Меридии здесь, в сердце планарного вихря. Наряду со множеством даэдр трое атаковали; герои держали оборону близ сияющего кристалла. Воплощение Меридии поддерживало над Светом магический щит, а Ванус творил колдовской ритуал, должный высвободить энергии артефакта.

Даэдры изливались бесконечным потоком, и герои отступали под натиском их. Но Ванус завершил ритуал, и Свет Меридии ослепительно вспыхнул...

...Отголосок обнаружил себя в карманном измерении Обливиона, сотворенном Меридией. Призрачный образ Принцессы даэдр поведал ему, что планарный вихрь был уничтожен, и Слияние Миров боле не угрожает Нирну. Оценивающе глядя на героя, изрекла Меридия: «А ты непрост. Ты ступил в царствие Принца даэдр, собрал армию, способную противостоять его легионам и спас свой смертный мир. Ты окажешься нам весьма полезен». «И что же тебе нужно от меня?» - поинтересовался герой, и отвечала Меридия: «На данный момент – ничего. Но Темные Принцы заметили тебя, и у них свои замысла, и замыслы в замыслах. Будь готов вновь услышать зов Обливиона!»

Помимо героя, в сем карманном измерении означились Габриэлла и Ванус, а также король Динар, умирающий. Наряду с Дариеном айлеид был занят уничтожением порталов, выступали из которых даэдры, и находился за пределами магического щита Меридии. Видя, что тяжело ранен монарх и истекает кровью, доблестный Дариен толкнул его в сторону щита... сам же остался в Хладной Пристани, и судьба его неведома.

В краткие мгновения своего смертного существования сознавал Лалориаран Динар, что он, последний из народа айлеид, сумел сыграть решающую роль в избавлении Нирна от Молаг Бала, и сейчас умирал, не испытывая никаких сожалений.

Придя в себя и исцелившись, Отголосок и спутники его покидали карманное измерение, возвращаясь в Тамриэль...


...В последующие недели вести о гибели Маннимарко распространились повсеместно, и некроманты стремились как можно скорее покинуть Циродиил, дабы укрыться в потаенных уголках мира, ибо – и небезосновательно – всерьез опасались скорого возмездия. Могущественный Культ Червей распадался на глазах...

Однако Молаг Бал все еще представлял угрозу Тамриэлю, а Отголосок так и не сумел вернуть себе душу. Варен обещал герою, что они непременно попытаются пресечь гамбит бога интриг, а покамест явил соратникам видение, кое узрел накануне во сне. В оном душу Маннимарко неустанно истязали даэдры под неусыпным взором Молаг Бала: последний стремился жестоко покарать некроманта за свершенное предательство, преподать наглядный пример тем, у кого зародиться мысль выступить против Принца даэдр.

Обратившись к Отголоску, Сай Сахан почтительно произнес: «Величайший из Святых Меча, Дивад, говорил, что судьба – это цепь, кующаяся по одному звену за раз. Наша цепь практически завершена, осталось лишь одно звено – ты. Когда Император Варен впервые собрал Пятерых Соратников, он сделал это, надеясь создать Тамриэль, где все смертные смогут сосуществовать, сплотившись под единым стягом. Но Пятеро Соратников оказались преданы одним из их числа: Королем Червей, Маннимарко. Все, произошедшее после – результат его предательства. И сейчас четверо из пяти воссоединились, чтобы исправить случившееся. Судьба требует пятого». «Я сочту за честь присоединиться к Пятерым Соратникам», - поклонился Отголосок.

Сай Сахан напомнил сподвижникам, что изначально сплотились они, сражаясь с Императорами Длинного Дома, но сейчас разделяют иную цель. И возвещает он сейчас о возрождении Пятерых Соратников! «Да станет Отголосок, наш общий друг и союзник, острием клинка, пронзит который сердце Принца даэдр!» - закончил свою речь редгард, и заметил Варен, что сбывается предсказанное в Древних Свитках – «лишенный души станет ярчейшей из пяти звезд, и приведут они мирян к новому рассвету».

Абнур Тарн недовольно поморщился, уж слишком пафосным выходило сие мероприятие, однако, сознавая, что это – ради блага Империи, смолчал, и перешел непосредственно к обсуждению последнего удара, коий надлежит нанести по противнику. «Слияние Миров надлежит прекратить», - заявил чародей, пристально глядя на Отголоска. – «В настоящее время армии Тамриэля собираются, дабы нанести удар по Обливину. Ты должен присоединиться к ним, и лишь тогда сумеешь подобраться к Молаг Балу – дабы восстановить защиту Нирна и вернуть свою душу». «Но возможно ли покончить с Молаг Балом?» - вопросил герой, и отвечал Тарн: «Я знаю о даэдрах больше, чем кто-либо из ныне живущих людей или эльфов. К худу или к добру, но моя семья всегда была связана с силами Обливиона, и я уверен в том, что убить Принца даэдр невозможно. Но у нас есть Амулет Королей, и мы, возможно, сумеем ранить Молаг Бала, и весьма серьезно. Тем самым вынудим его расстаться со всеми душами, им поглощенными – в том числе, и твоей... Ритуал, который мы проводили с помощью Амулета Королей, привел к Взрыву Душ и повредил барьер, наведенный между планами бытия. Дабы восстановить его, я должен попробовать провести ритуал снова – и на этот раз, при твоем участии».

«А это не приведет к новому Взрыву Душ?» - поинтересовался Отголосок. «Возможно, если бы мы оставались на Нирне», - молвил Тарн. – «Но если мы переместимся в Хладную Пристань, то сумеем почерпнуть силу реликвии и наделить тебя оной, дабы сумел ты противостоять Принцу даэдр. Однако, подобное обретение могущества амулета лишает смертного души. Всецело, без остатка. Невозможно обрести силу богов, не заплатив за это соответствующую цену. К несчастью, души у тебя нет, я необходим для проведения ритуала – стало быть, один из наших трех соратников должен умереть».

Подобное откровение явилось для героя настоящим потрясением. Однако и Варен, и Лирис, и Сай были готовы погибнуть ради продолжения существования Тамриэля... Однако судьбоносное решение о том, кому из них надлежит расстаться с жизнью будет принято позже, а пока надлежит прекратить Слияние Миров, уничтожить цепи Темных Якорей, продолжающих подтягивать Нирн к Хладной Пристани.

...Армии Даггерфолльского Ковенанта, Эбонхартского Пакта и Доминиона Алдмери разбивали Темные Якоря; и когда Слияние Миров должно было вот-вот прекратиться, Пять Соратников выступили в свой последний бой, дабы наделить Отголоска могуществом Амулета Королей, необходимым для противостояния Молаг Балу. Посему ступили в сотворенный Вареном портал, приведший их в Сердечную Скорбь – именно так именовался дворец Принца даэдр Хладной Пристани.

Сразив могучего титана – стража врат обители Молаг Бала, пятеро ступили внутрь... где в одном из чертогов лицезрели прикованного к каменной плите Маннимарко, истязаемого даэдрами. Удивительно, но Принц даэдр сохранил жизнь Королю Червей, дабы продолжал тот познавать непрекращающуюся страшную боль – плату за совершенное предательство. И сейчас, видя героя, Маннимарко сыпал проклятиями, выказывая надежду, что познает индивид, которого он однажды собственноручно лишил жизни, те же страдания, которые уготованы Молаг Балом и ему самому.

Поддавшись импульсу сострадания, Отголосок освободил Маннимарко от пут, и Король Червей немедленно исчез; иные соратники поступок героя не одобрили – наверняка последующие поколения тамриэльцев еще столкнутся с кознями Короля Червей. Молаг Бал

...В одном из залов Сердечной Скорби лицезрели пятеро Герцогиню Страданий, возрожденную и плененную богом интриг за то, что не сумела удержать Сая Сахана в темнице. Сразив даэдру повторно, герои продолжили исследование твердыни, обнаружив в соседней камере Джавада Тарна, племянника Абнура, добровольно обратившегося к служению Молаг Балу, и ныне удерживаемого Принцем даэдр, ибо не оправдал маг возложенных на него ожиданий. Абнура же совершенно не заботил племянник, посему поторопил он спутников, желая как можно скорее покинуть темницу. Помимо Джавада, содержались в оной и иные даэдропоклонники, кои должны были стать исполнителями воли Молаг Бала в Тамриэле, однако не преуспели в сем, и ныне пребывали здесь, в Сердечной Скорби – как-то каджиит Аелиф или же Высокий эльф, принц Нэмон, считающий себя законным правителем островов Саммерсет.

Вскоре герои достигли некоего храма – то ли втянутого в Хладную Пристань из Нирна, то ли построенного даэдрами в насмешку над Восьмерыми. Как бы то ни было, именно здесь было принято решение провести ритуал по наделению Отголоска божественными силами – действие оных недолго, посему следует воззвать к могуществу Амулета Королей недалеко от тронного зала Молаг Бала.

Жертвой, чья душа будет уничтожена при проведении ритуала, вызвался стать Варен Аквилариос, и, вознеся молитву к Акатошу, заклинал прежний Император божество даровать Отголоску свою божественную силу, дабы восстановил он защиту Тамриэля... Ритуал, проведенный Тарном, оказался успешен, и ныне сила бога-дракона времени наполняла героя.

В одиночку поспешил он к тронному залу Молаг Бала, в то время как Абнур Тарн наряду с Лирис и Саем отступил, понимая, что нет им места в предстоящем поединке... Отголосок с легкостью испепелял даэдр, преступавших ему путь, разил могучих титанов и атронахов, проплавлял огромные отверстия через крепостных стенах, дабы сократить путь к цели...

Наконец, он сошелся в противостоянии с Принцем даэдр, именовавшим себя «Повелителем Обливиона»; в руке Отголоска возник сияющий меч, и рассек он оным тело Молаг Бала надвое...

А в следующее мгновение обнаружил себя в ином царствии Обливиона – Цветных Чертогах, владениях Меридии, образованных из хаоса божественной волею. Здесь, в причудливом пространстве, усеянном осколками земной тверди, зрел Отголосок огонек собственной души, а глас незримой Принцессы даэдр заклинал героя приблизиться и вернуть то, что по праву принадлежит ему.

И когда коснулся Отголосок своей сущности, наполнила та его бренное тело, а поодаль соткался призрачный образ Молаг Бала. «Прими мои поздравления, насекомое», - прогремел бог интриг. – «Твой укус был весьма болезненным. Ты одержал верх надо мной и выпустил тысячи тысяч душ обратно в Мундус. На какое-то время твой мир сохранен, но мой великий замысел лишь начал претворяться в жизнь. И твоя сила окажется весьма полезной в грядущих конфликтах... И у тебя весьма могущественная союзница. Ты знал, что она перенесет тебя сюда? Интересно, какую роль ей предстоит сыграть в этой великом космическом фарсе? Темные махинации Обливиона куда более сложны, чем могут осознать смертные... И сегодня ты обрел поистине страшного врага. Всем было бы лучше, если бы Слияние Миров состоялось. Если бы ты склонился передо мной и поклялся в вечном служении, то обрел бы мою защиту. Есть куда более страшные госпожа, нежели я».

«Ты – всего лишь фантом в моем владении, Каменный Огонь», - зычно возвестила Меридия, чья окутанная золотым сиянием фигура возникла подле Принца даэдр. – «Смертные пророчества, начертанные на Древних Свитках, исполнились. Покинь это место и вернись в свое логово!» «Твое вмешательство и так стоило мне слишком много, проклятое создание из света и пламени», - гневно прорычал Молаг Бал. – «И фарс сей боле меня не забавляет».

Фигура бога интриг исчезла, а Меридия, обратившись к герою, изрекла: «Твоя душа восстановлена, я вижу свет ее в тебе. И ты спас свой мир от великого бедствия. Но знай, смертный. Имя силам Обливиона – легион, и Молаг Бал – лишь один игрок в весьма сложном противостоянии за верховенство. Но сейчас ты серьезно его ранил, и пройдет время, прежде чем былое могущество вернется к нему». «А где сейчас Амулет Королей?» - поинтересовался Отголосок, и отвечала Меридия: «Когда пал твой противник, Абнур Тарн схватил Чим-эль Адабал и бежал. Он возвращается в землю, откуда родом, вы именуете ее «Циродии». Могущество Амулета иссякло ныне, и минует поколение, прежде чем восстановится оно. Имперец не сумеет им воспользоваться, хоть и проведет немало лет, пытаясь это сделать».

«Но сейчас мир спасен?» - уточнил герой, и молвила Принцесса даэдр: «Разрыв в завесе между Обливионом и Нирном запечатан. На данный момент твоему миру ничего не угрожает». «А что сталось с Вареном?» - продолжал спрашивать Отголосок. «Он исчез навсегда, но воспоминания остались», - изрекла Меридия. – «Я вижу пламя, горящее в твоих очах. Твой соратник отныне – часть тебя, а могущество Восьмерых полыхает подобно пламени в твоей возрожденной душе... И твоя история только начинается. У Молаг Бала на тебя особые планы. Случившиеся события каким-то образом сыграли ему на руку. Кроме того, ты заставил обратить на себя внимание и иных Принцев даэдр... Война между королевствами смертных продолжает разрывать Тамриэль, но твои истинные противники к смертным не принадлежат. Если ты действительно хочешь оказаться готов к грядущим конфликтам, то должен понимать, что стоит на кону. Ты должен жить среди тех, кто сейчас выступает твоими противниками».

«То есть, иные альянсы?» - вопросил герой, и Меридия утвердительно кивнула: «Верно. Когда вернешься в убежище Пяти Соратников, то обнаружишь там мой дар. Он позволит тебе перемещаться в иные земли и скрывать свою истинную природу от тех, кто иначе увидел бы в тебе врага».

Принцесса даэдр переместила Отголоска в пещеру, где дожидались того Сай Сахан, Лирис и Кэдвелл. Последний признался, что, заручившись небольшой помощью со стороны Меридии, сумел вытащить теснимых даэдрами соратников из Хладной Пристани. Тарна поблизости не было; Кэдвелл подтвердил, что чародей бежал, унося с собою амулет. О том, почему Принцесса даэдр ответила на его зов, Кэдвелл скромно умолчал, заявив о том, что и сам не понял этого.

И сейчас, когда Слияние Миров завершилось, а бог интриг повержен, Сай Сахан и Лирис Титанорожденная приняли решение отправиться в Аббатство Клинков, дабы присоединиться к послушникам в его восстановлении. После же выступят они на поиски приключений...

Отголосок же покидал соратников, дабы выступить в мир, терзаемый войнами, ибо страшная и кровавая эпоха Междуцарствия продолжалась...

***

В странствиях своих повстречал Отголосок одного из послушников ордена Звездочетов, изучавших звезды и влияние их на Тамриэль. Поведал тот, что некоторое время назад часть звезд из трех созвездий исчезла с небес, а после некие престранные армии вторглись в Краглорн – дикоземье в восточном Хаммерфелле, граничащее с Циродиилом.

Звездочет сопроводил героя в город Белкарт, где одна из набольших его ордена, Хара, верховодила сопротивлением силам вторжения. «Три созвездия Хранителей – Воин, Маг и Вор – исчезли с небес», - поведала Хара Отголоску, когда навестил тот ее в обсерватории ордена Звездочетов. А после трое могущественных создания, именующих себя «Звездными», напали на Краглорн. Двое из них утверждают, что являются Воином и Магом. Третий, однако, называет себя Змеем – как тринадцатое созвездие! А о Воре нет никаких вестей».

Хара не ведала, что происходит, и просила героя о помощи в противостоянии Воину, Магу и Змею, а также в поисках Вора. И первым делом Отголосок прошел обряд посвящения в орден Звездочетов... В час оного зрел он видение, в котором обратилась к нему Вор, Звездная! Поведала сущность сия, что последователи Змея, принадлежащие к Чешуйчатому Двору, разыскивают ее; именно Змей, воплотившись в Тамриэле, пленил Воина и Мага, а теперь стремится проделать то же и с нею, Вором. Звездные нападают на Краглорн помимо своей воли, всеми действиями их верховодит Змей, ведь в основе природы его – хаос, и жаждет он покончить с упорядоченностью творения.

Вор просила Отголоска о помощи в освобождении иных Звездных, но велела ни одной живой душе не говорить о нем. Ведь они, двенадцать Звездных, ограждают с предвечных эпох низшие созвездия от разрушительного влияния Змея; пленение двоих Звездных – страшный удар по равновесию сил во вселенной, и нельзя допустить, чтобы низринулась оная в хаос.

Герой вновь обнаружил себя в обсерватории, и призналась Хара, что, хоть и написано на основе звезд великое множество пророчеств, никто из оракулов не предвидел нынешних событий. Советовала предводительница ордена Отголоску разыскать союзников, которые помогут ему одержать верх над Звездными. Змей укрылся в горах к северу, и пока бездействует; Маг ведет за собою армию атронахов – изначально те были призваны чародеями из Элинира, дабы уберечь Краглорн от Темных Якорей, но Звездная подчинила сих порождений своей воле; Воин же возглавил безжалостных йокуданцев – Анка-Ра. Кроме того, окрест творится что-то странное: в пустыне возник след от некоего могущественного заклинания, а в Белкарте объявились две Высокие эльфийки, каждая из которых утверждает, что она – Маг!

Покинув обсерваторию, Отголосок выступил на север – туда, где чародеями гильдии магов были призваны атронахи, позже подчиненные Звездным. Не преувеличивали Звездочеты: Краглон действительно обратился в хаос! Множество артонахов и искаженных магией, обезумевших монстров заполонили сии земли...

У ущелья, в котором чародеи, воспользовавшись позаимствованной Магом силой, призвали атронахов, дабы уничтожить Темные Якоря в землях Краглорна, герою вновь явилась Вор, поведав о том, что лишь один из заклинателей выжил – остальные были сражены стихийными порождениями, когда оказались те под властью Мага. Выжившего – Келмена Локе - пленили головорезы, принадлежащие к банде Сероплащников, занявшие обширные пещеры, именуемые «Базаром Хаддока».

Здесь разыскал Отголосок Келмена Локе, и Вор, воплотившись в нескольких шагах от призывателя, поинтересовалась, почему атронахи обратились против Краглорна. Рассказывал Келмен, как в час призыва возник в небесах призрачный образ Змея, приказавшего атронахам атаковать чародеев. Устрашившись, Келмен бежал... и угодил в руки разбойникам.

Чародей не ведал, каким образом Змей сумел подчинить атронахов своей воле, но предлагал Отголоску задать сей вопрос непосредственно порождениям стихий. Ведь первые из призванных магами атронахов были поистине древними и обладали ограниченными способностями к мыслеречи. Келмен передал герою загодя спрятанный в сапоге алмаз, с помощью которого возможно подчинить древних атронахов, рекомых «монархами», своей воле.

Сопроводив Келмена к Белкарту, Отголосок выступил на поиски помянутых тем атронахов-монархов, олицетворяющих стихии огня, льда и бурь. Одержав верх над ними, поинтересовался герой, кому служат они ныне. «Магу», - прозвучал ответ монархов. – «Она создала нас. Наделила нас разумом. Но она пала, оскверненная Змеем. Ныне тот обратил ее силы против нас и поработил нас. После чего Змей заставил Мага создать нового монарха из чистейшего воздуха, обладающего всеми нашими силами, вместе взятыми».

Ведали атронахи, что монарх воздуха пребывает ныне в руинах айлеид Баламат, и просили Отголоска покончить с сим порождением. Ныне в Баламате обитали призыватели, не принадлежащие к гильдии магов, и, поскольку грань между мирами здесь была на удивление тонка, сие открывало безграничные возможности для их экспериментов.

В недрах руин герой разыскал атронаха-монарха воздуха и покончил с ним. Возникший поблизости призрачный образ Вора поблагодарил и Отголоска, и сопровождавшего того Келмена Локе за содеянное: теперь Звездочетам очевидна угроза, кою представляют атронахи, и понимают они, к возможно противостоять сим созданиям. Конечно, освободив трех атронахов-монархов из-под контроля Змея, они не пресекли окончательно претворение в реальность безумных замыслов того, и многое надлежит еще сделать для спасения Краглорна.

...Ступив в городскую таверну, Отголосок действительно лицезрел двух Высоких эльфиек – похожих друг на друга как две капли воды. Обращаясь к одному из Звездочетов, они требовали немедленной встречи с Харой, объясняя, что являются частью аспектов Мага, кои стремится подчинить себе Змей! И если преуспеет он и соберет все аспекты воедино, то сумеет воссоздать Мага, обретя над ним власть. Звездочет обещал передать слова эльфиек Харе и поспешил ретироваться, бормоча что-то про безумных алтмер, свалившихся на его голову.

Заметив героя, Высокие эльфийки приблизились к нему, представились – Валла и Алора. «Мы предвидели твое появление», - заявила Валла, пристально глядя Отголоску в глаза. – «Знаем, что бывал ты и в иных планах бытия, и противостоял божествам... Или же мы говорим сейчас о будущем? Среди звезд время течет совершенно иначе».

Эльфийки явили герою видение, в котором Маг противостояла Змею – Малазару. Тот, однако, сумел извлечь сущность противницы из Камня Вершины, ослабив ее и сделав уязвимой. Не в силах поглотить Мага целиком, Змей расколол сущность ее на аспекты, и ныне остаются те в пределах Краглорна. Змей же надеется воссоздать из них «ложного Мага» - всецело ему подвластного.

Валла молила Отголоска отыскать иные аспекты прежде, чем это сделают Змей и его миньоны, посему передала ему реликвию, Взор Искателя – магический компас, который укажет местонахождение частиц сущности Мага. Но в час падения с небес реликвия раскололась, и три алмаза, наделяющих ее силой, были утрачены.

Герой выступил на поиски, и несколько дней спустя, обретя три означенных алмаза, устремился к винодельне близ Белкарта, где от миньонов Змея укрывались Высокие эльфийки.С сожалением констатировали последние – ощущают они, что заполучил Чешуйчатый еще один из аспектов Мага, и сила его возросла. И если продолжит Змей пожирать магические сущности, ничто и никто в Тамриэле не способно будет противостоять ему.

Надлежало наполнить принесенные Отголоском алмазы чистейшей магией; поскольку оная ныне буйствует повсеместно в Краглорне, задача не из сложных. Множество искателей приключений, принадлежащих к различным альянсам, ныне стекались в Краглорн, противостоя атронахам. Гибель тех знаменовала высвобождение огромных количеств магических энергий, и Отголосок воспользовался ими, дабы зарядить алмазы.Для этого поглощал он энергии огромных фокусирующих кристаллов, установленных в окрестных пустошах миньонами Змея; последний вбирал в них магическую эссенцию Мага, дабы обрести больший контроль над аспектами того.

После чего проследовал герой в обсерваторию Звездочетов, ведь именно туда устремились аспекты Мага, благо Хара, наконец, согласилась встретиться с ними. Глава Звездочетов велела Отголоску поместить Взор Искателя на звездную карту, сотворенную магически и витающую в воздухе в центре зала. Энергии алмазов, помещенных в реликвию, явили взору присутствующих местонахождение иных аспектов Мага, пребывающих в землях Краглорна. Двое находились в неких глубоких пещерах – подземелье двемер и логове оборотней, - но один был исполнен скверны и всецело находился под контролем Чешуйчатого. «Утраченная» - так именовали Валла и Алора сию свою ипостась, и с сожалением отмечали, что надлежит покончить с нею, ибо восстановить аспект невозможно.

В подземельях Краглорна разыскал Отголосок два аспекта Мага – Высших эльфиек, именовавших себя Фаян и Малию. После чего четверо аспектов воссоединились на винодельне близ Белкарта, придя к выводу, что Утраченная сильна более, чем все они, вместе взятые. Постановили аспекты: надлежит им слиться с Утраченной, и тем самым противостоять скверне Змея. Таким образом контролируемый им аспект Мага станет разделен внутри себя и уязвим.

Подобный исход Утраченная не исключала, посему и укрылась в место, где сущность Мага сильна – к Камню Вершины. Именно сии артефакты позволяли Звездным воплощаться в пределах Мундуса; осквернив Камень Вершины Мага, Змей надеялся окончательно подчинить воле своей сознание сей Звездной.

Наряду с аспектами Мага устремился Отголосок на восток – к руинам города Элинир, ныне занятого монстрами да темными колдунами, спустился в канализационные стоки и вскоре добрался до обширной каверны, заключающей в себе Камень Вершины. Здесь сошелся герой в противостоянии с Утраченной, и иные аспекты Мага слились с нею воедино, дабы сдерживать скверну, коей Змей поглощает сущность Звездной.

...Звездочет Эролд разыскал Отголоска, заявив, что, похоже, нашел способ понять, что на самом деле представляют собой таинственные Звездные. «Древние записи указывают на то, что Звездные нисходят в Краглорн не впервые!» - говорил он. – «В этих легендах описывается связь между Мундусом и звездами, находящаяся в сих землях – так называемые Камни Вершин. Я знаю об одном из подобных камней, посвященных Воину, и находится он в руинах Кардалы. Но открыть путь к нему возможно лишь с помощью магии Амулета Небесного Камня – подобными артефактами владели древние жрецы-неды».

Знал Элрод, где возможно разыскать один из подобных амулетов: согласно историческим писаниям, Верховный жрец Арнминг был погребен в подземелье двемерМтарназ; именно там трудились неды, порабощенные двемер. Известно, что неды были старейшей расой, осевшей в Краглорне, но в земли сии постоянно вторгались иные народы – двемер, айлеид, йокуданцы, обращая в рабство коренных обитателей...

В одном из помещений Мтарназа герой действительно обнаружил амулет, и возникший поблизости призрачный образ Вора велел ему отправляться к камням Мундуса, посвященным ближайшим сподвижникам Воина: Лорду, Леди и Скакуну. «Амулет Небесного Камня способен поглощать аетерические энергии камней Мундуса», - рассказывала Вор. – «А тебе они необходимы».

Отголосок выступил на поиски разбросанных по землям Краглорна камней Мундуса, а Вор, то и дело возникая близ оных, рассказывала ему о происходящем. По ее словам, Змей подчинил себе разум Воина, заставив того обратиться против иных Звездных, но надеялась Вор, что аетерические энергии ослабят ментальную хватку Чешуйчатого.Ведь приспешники Змея, принадлежащие к Чешуйчатому Двору, отыскали и осквернили темной магией Камень Вершины Воина. Надеялась Вор, что аетерические силы Лорда, Леди и Скакуна восстановят сию реликвию.

Отыскав три камня Мундуса и вобрав в амулет энергии трех Звездных – сподвижников Воина, Отголосок устремился к руинам Кардалы, пребывали в которых усыпальницы древних воителей-йокуданцев. Разя воинов и чародеев Анка-Ра, Отголосок и Тайтус достигли чертога, пребывал в коем Камень Вершины Воина, где высвободили аетерические энергии из Амулета Небесного Камня. Реликвия оказалась очищена от скверны Змея, и последний, воплотившись в чертоге, поздравил Отголоска с успехом, однако посулил, что непременно изловит Вора. К тому же, очищение Камня Вершины мало что меняет: Воин остается низвергнут с небес и заключен в смертную оболочку, принадлежит он Змею.

Амулет Небесного Камня герой передал Эролду, и Звездочет обещал, что наряду с собратьями изучит артефакт; возможно, найдется ему и иное применение.

...Один из встреченных героем горожан поведал, что недавно прямо с небес низвергнулся совершенно голый человек, крича что-то о противостоянии Анка-Ра. Стражи увели его к вратам, ведущим в земли Бангкорая, и Отголосок не преминул устремиться в сем направлении.

Заключенного разыскал герой в одном из шатров стражи в лагере, разбитом у самых западных границ Краглорна, и человек, назвавшись Тайтусом Валериусом, заявил, что он – возможно, единственная надежда для защитников региона одержать верх над армиями Анка-Ра. «Это проклятая армий йокуданцев, вторгшихся в Краглорн, служит Звездному Воину, но на самом деле их повелитель – жестокий полководец древности, Тариш-Зи», - рассказывал Тайтус, добавив, что столетия назад Анка-Ра были частью Ра Гада – сил йокуданцев, захвативших Краглорн. Ныне воины Анка-Ра живыми солдатами не являются, но и нежитью их назвать нельзя.

Утверждал Тайтус, что он – из прошлого, и неведомая сила исторгла его из родного времени, переместив в сию эпоху. Отголосок вздохнул: похоже, в сих землях стали возможны самые, казалось бы, невероятные магические аномалии, и хаос продолжал распространяться. Он освободил Тайтуса от пут, и двое покинули лагерь стражи; пришелец из прошлого устремился к пещере неподалеку, проследовал в усыпальницу, заявив, что принадлежит она ему, и никому иному. В сих подземных пределах означилось немало воинов Анка-Ра, и Отголосок разил их, следуя за спутником в глубины. Рассказывал Тайтус, что возвращение в мир проклятых солдат Анка-Ра, присягнувших на вечное служение своему повелителю, означает, что восстал наряду с подначальными и сам Тариш-Зи. Ведь прежде полководец, нарекший себя «Императором», правил сими землями, и наверняка стремится к тому же снова. После смерти Императора трое его приближенных стражей покончили с собой, и каждый из них был погребен в собственной усыпальнице; в саркофаги троих поместили печати – ключи к склепу императора.

Тайтус Валериус входил в число стражей императора, но на самом деле стремился покончить с Тариш-Зи. И сейчас, глядя на собственные останки в сей усыпальнице, сознавал, что в родную эпоху в сем не преуспел; но, возможно, у него еще остается шанс. Последним, что он помнил, был звук рога, а затем услыхал он голос Воина... и обнаружил себя в ином времени...

Передав Отголоску одну из печатей, заявил Тайтус: надлежит им обрести еще две... Но где же находятся усыпальницы иных стражей Императора?.. Тайтус советовал спутницу навестить древнюю библиотеку Рахни’За в южных пределах Краглорна, ведь в давние времена писцы, повинуясь воле Императора, скрупулезно записывали мельчайшие сведения о его завоеваниях и прочих действиях.

Действительно, в библиотеке удалось Отголоску обнаружить сведения о том, где захоронены иные стражи Императора – Риза и Тахмин... Посетив усыпальницы означенных воинов, ныне восставших, как и иные Анка-Ра, Отголосок сразил проклятых стражей, забрав из саркофагов их печати.

После чего наряду с Тайтусом проследовал в гробницы На-Тотамбу, где был погребен Император Тариш-Зи. Двое повергли возвращенного к жизни сюзерена, и Тайтус, обещав, что станет ждать Отголоска в Белкарте, покинул усыпальницы. Устремился к выходам из подземных захоронений и герой... когда возник пред ним образ Вора. Последняя поблагодарила Отголоска за то, что согласился он помочь Тайтусу, ведь если бы Тариш-Зи успел сплотить за собой силы Анка-Ра, ничто было бы не в силах остановить его.

«Но почему Тариш-Зи и Анка-Ра вернулись в мир?» - спрашивал Отголосок, и пояснила Вор: «Каждый Звездный обладает неким даром, присущим лишь ему. Дар Воина – призывать на помощь воинов через эпохи. Похоже, Змей воспользовался сим даром, приведя в мир злобного Тариш-Зи и его проклятую армию, Анка-Ра. Тайтус был призван в сие время наряду с остальными, однако Змей не сумел обрести контроль над ним – возможно потому, что Тайтус изначально не был верен своему Императору».

Вор велела герою возвращаться в Белкарт, ведь наверняка Звездочеты даруют приют Тайтусу; Отголоску же надлежит продолжать противостоять наряду с Харой миньонам Змея.

В оплоте Звездочетов встретила героя встревоженная Наздура – одна из последовательниц ордера, поведав, что выглядит Хара донельзя уставшей, посему и отправилась в свои покои, где остается наряду со странным гостем – воином по имени Тайтус. Но когда переступил Отголосок порог опочивальни, то зрел Хару, лицо которой искажала гримаса боли; Тайтус растерянно спрашивал предводительницу ордена Звездочетов, что происходит с ней, и прохрипела Хара: «Он нашел меня... Вы должны... отыскать руины... Убежище Рейнхолда...» Тело ее поднялось в воздух, оказалось заключено в магическую сферу... а после и вовсе исчезло.

Признался Тайтус, что прежде слыхал о помянутом Харой месте. Тариш-Зи стремился отыскать его, дабы обрести сокровища, кои, если верить слухам, там находятся; удивляло воина, что столь юная особа как Хара ведает о сем, ведь даже в его родную эпоху Убежище Рейнхолда поминалось лишь в древних мифах. Да, в итоге Тариш-Зи нашел сие святилище недов, однако сокровищ в стенах его не оказалось. Насколько помнил Тайтус, находится оно совсем рядом с Белкартом – сокрыто под водами озера к югу от города.

Дабы понять, как возможно проникнуть в Убежище Рейнхолда, герой и Тайтус заручились помощью Келмена Локе. Поведал последний, что прежде руины сии были мертвы, но сейчас переполняют их магические энергии!.. Посреди озера возник портал, ведущий прямиком в подземные недра, и трое шагнули в него... переместившись в позабытый храм недов.

Ныне заполонен он был воителями и магами, принадлежащими к Чешуйчатому Двору... а в центральной зале лицезрели пораженные герои Камень Вершины Вора, заключенный в кольца призрачного Змея. Неужто именно так сущность сия оскверняет реликвии и порабощает Хранителей?!.

Отголосок, Тайтус и Келмен противостояли как ревнителям Чешуйчатого Двора, так и воплощению скверны Змея, и оная оставила Камень Вершины.Предстал им образ Вора, признавшейся, что Хара – ее личина в смертном мире. Предполагала она, что Змей воспользуется Камнями Вершин, дабы обрести власть над Хранителями, посему переместила свой в Убежище Рейнхолда, где – как надеялась – реликвия пребудет в безопасности. А, выдавая себя за предводительницу ордена Звездочетов, надеялась Хара отыскать смертных чемпионов, ведь Змей, несмотря на все свое коварство и прозорливость, не принимал в расчет жителей Нирна – Вор же, напротив, именно на них возлагала все свои надежды.

По возвращении в Белкарт Вор призналась Звездочетам в том, что прежде скрывалась за личиной Хары; прятаться боле не имело смысла.

В последующие недели Отголосок наряду с защитниками Краглорна и многочисленными искателями приключениями, прибывшими в Белкарт, продолжали противостоять миньонам Змея.

К вящему удивлению Отголоска, обратилась к нему через посланника регент Кассипия, занимающая высокое положение при Чешуйчатом Дворе. Встреча ее с героем состоялась в полуразрушенном сарае у стен Утренней Звезды, где призналась Кассипия: осознала она, что цели ее и Змея разнятся кардинально – она стремится сделать мир лучше, прекратив постоянные войны, в то время как Змей – уничтожить его, погрузив в хаос. Кассипия предлагала Отголоску союз, дабы ослабить Чешуйчатый Двор.

Поведала Кассипия герою о кавернах да недийских руинах, сокрытых в дикоземье Краглорна, где чародеи и алхимики Чешуйчатого Двора, исполняя приказ Змея, творят могучих монстров - мантикор, дабы обратить оных против поселенцев окрестных земель. И начнут они с разрушения Утренней Звезды...

Сопровождаемый Кассипией, Отголосок покончил с монстрами, коих использовали алхимики Чешуйчатого Двора для сотворения мантикор и наделения их новыми силами. После чего Кассипия представила героя своей сподвижнице – босмер по прозвищу Листочек. Та рассказала о том, что Чешуйчатый Двор заручился поддержкой Железных Орков, должных усилить и без того внушительную армию Змея, а те, в свою очередь, привлекли на сторону свою троллей. И сейчас орки, ведомые экзархом Браадотом, обучали троллей воинскому делу и вооружали их в подземельях под башней Илтага, затерянной в дикоземье центрального Краглорна.

Ступив в башню, Отголосок поверг мастера-мечника Илтага Железную Кровь, однако заметила Листочек: надлежит им обезглавить орочью армию, покончив с ее предводителями – экзархом Браадотом и ближайшими его сподвижниками: бронником Утиком и заклинателем рун Култом.

Герой устремился вслед за эльфийкой в Долину Шрамов, где встали лагерем Железные Орки наряду с примкнувшими к ним троллями. Сразили они предводителей орочьей армии, после чего расстались: Отголосок возвращался в Белкарт, в то время как Листочек спешила к своей набольшей, дабы поведать ей о чувствительном ударе, нанесенном Чешуйчатому Двору.

Тайтус дожидался возвращения героя у дверей обсерватории Звездочетов, поведав о том, что Келмен бесследно сгинул, отправившись на поиски своего старого знакомого по гильдии магов близ Небесного Предела; к тому же, Вор ощутила сильное магическое возмущение в сей области – выброс аетерических энергий! Дабы понять, что стало тому причиной, Вор устремилась в одно из захоронений недов, дабы провести колдовской ритуал.

Поспешив вслед за Звездной, лицезрели Отголосок и Тайтус, как пробужденная в древних гробницах Вором магия явила им образы Келмена... а также Кассипии и Листочка! Чародей просил Кассипию оставить задуманное, но та была неумолима в своем стремлении: она обретет силу, сравнимую с той, обладают коей Звездные, и, сравнявшись могуществом со Змеем, провозгласит себя Вознесенной Змеей – той, изменит которая мир по своему усмотрению. И первым деянием ее станет уничтожение Белкарта, ибо, по мнению Кассипии, олицетворяет сей град собою весь тот порок, что свойственен нынешней эпохе... Сознавая, что на свою сторону Келмена ей привлечь не удастся, Кассипия атаковала пожилого чародея заклинанием.

Видение прервалось с гибелью Келмена, и ошарашенный Отголосок покачал головой. Стало быть, все это время Кассипия преследовала собственные замыслы, и оные – ничуть не лучше тех, кои столь старательно воплощал в жизнь Змей. Она стремится не покончить со Змеем, но заменить его!

Постановила Вор, что укрылась Кассипия в пещерах Лот’На, а Отголосок припомнил, что, направляя его расправляться с мантикорами и троллями, бывшая регент Чешуйчатого Круга осматривалась в кавернах, когда с монстрами было покончено, и забирала оттуда некие компоненты – в том числе и минерал, известный как «твердь Нирна». Ужаснулась Вор: стало быть, тайна, утраченная вместе с древними недами, ведомая Кассипии, и предполагаемое вознесение ее может оказаться вполне реальным!

Наряду с Вором Отголосок поспешил в пещеры Лот’На, в глубинах коих означился недийский храм Небесного Предела. В далекую Эльфийскую Эру именно здесь короли недов возвели обсерваторию, где с помощью «тверди Нирна» поглощали энергии звезд, преобразуя оную в создания, станут кои низшими Звездными. Происхождение же Звездных, олицетворяющих созвездия, неведомо, возможно, то были сами неды, поглотившие «твердь Нирна» и вознесшиеся в небеса. Образовали ли они созвездия или же неким непостижимым образом связали себя с ними?.. Но, как бы то ни было, очевидно, что ныне Кассипия намеревалась повторить содеянное древними, заняв свое место среди небожителей.

Вознесение Кассипии вершилось, и воины Чешуйчатого Двора с благоговением наблюдали за обретением госпожой своей могущества Звездной! Не мешкая, Отголосок и Вор атаковали противников, покончили как со вставшей на защиту своей набольшей Листочком, так и с самой Кассипией. Становления последней «Вознесенной Змеей» не случилось.

Вернувшемуся в Белкарт герою предстал Воин, поведав о том, что призванный им из иной эпохи чемпион, Тайтус, погибает, ибо смертный разум его не в силах постичь подобного изменения реальности. И, поскольку Тайтус утрачивает свое «я», связь его с Воином слабеет, и вскоре не сможет Звездный даровать чемпиону свое благословение. Посему пришло время вернуть доблестного воителя в прошлое.

Тайтуса, с трудом цепляющегося за угасающий разум, Отголосок разыскал в северном дикоземье Краглорна, близ могилы любимой жены, скончавшейся столетия назад. Воин, сущность коего ныне могла обращаться к герою после очищения от скверны Камня Вершины сего Звездного, поведала о легендарном клинке, Присяжном, владели которым величайшие чемпионы. Ныне мечом обладает некий орк, но, если вернуть оружие сие Тайтусу, оно непременно восстановит связь между Воином и его чемпионом, и Звездный сможет вернуть того в родную эпоху, восстановив угасающую личность. Ведь миссия Тайтуса в сем времени исполнена, Императора Анка-Ра повержен, а вторжение армии проклятых йокуданцев остановлено.

Разыскав помянутого Воином орка, герой сразил его, после чего передал меч Присяжный Тайтусу. Разум последнего был исцелен, и Воин, сотворив великую волшбу, вернул чемпиона своего в его родную эпоху.

...Возглавив прибывших в Белкарт искателей приключений и солдат альянсов, Отголосок повел их за собою против сил, подвластных Змею. Ворвались герои сии в занятую Анка-Ра полуразрушенную цитадель, и, покончив со множеством возвращенных в мир воителей древности, повергли Воина... вырвав тем самым его из-под контроля Змея. После чего, ступив в Аетерический Архив, покончили с наводнившими комплекс сей атронахами, и, одержав в противостоянии верх над Магом, восстановили ее разум.

Ныне трое Звездных были едины, и, возглавив силы защитников Краглорна, атаковали оплот Чешуйчатого Двора – Санктум Офидиа. Сразив огромное число воинов и магов, выступивших на защиту твердыни, а также могучих мантикор и усиленных чарами, достигли герои внутреннего святилища, пребывало в коем воплощение коварного Змея.

Отголосок и сподвижники его сразили оное, и Звездные заключили сущность Змея в Камне Вершины; никогда боле не сможет тот прорваться в Мундус, дабы продолжать сеять хаос в сем плане бытия. Покидали Краглорн и Звездные; смертные продолжать противостоять силам Чешуйчатого Двора в Краглорне, но силы противника были деморализованы утратой Змея, посему окончательное поражение их случится весьма скоро.

Созвездия же Вора, Воина и Мага вернулись на небеса...

  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  
Web-mastering & art by Bard, idea & materials by Demilich Demilich