Demilich's

2. Кровь Альдора

Раеген и Веритас Светлая остановились у подножия монументальной башни Альдора, на вершине которой дожидался их император сей державы. «Поистине, никогда бы не предположила, что однажды мы будем сражаться за одно и то же начинание», - молвила Веритас, и Раеген согласно кивнул: «Верно, наконец-то наши пути пересеклись».

К ним приблизились остальные четверо Веритасов, остановились у врат башни. Многое изменилось здесь за прошедшие 700 лет, однако твердыния сия ничуть не изменилась. «Теперь она называется ‘Башней Альдора’», - изрекла Веритас Водная, - «и является символом избранных». «Сложно поверить», - вздохнул Веритас Небесный. – «Отсутствовали мы совсем немного, а в Паладии установилась тирания».

Предстояло им великое сражение... и именно по этой причине были они возрождены – дабы принести радикальные перемены в свой родной мир, Паладию, достигли которой на борту «Неуязвимого» через созданный Сакурой разлом в пространственно-временном континууме. «Но сражаемся мы не ради мщения, а ради освобождения Паладии», - напомнил Веритасам Раеген.

Короткое заклинание... и оказался облачен Раеген в доспехи Веритаса Темного. «Мы низвергнем императора Альдора!» - постановил он, после чего наряду со сподвижниками проследовал в пределы башни. Элеватор позволил героям достичь верхних этажей, вот только пришлось Веритасам сразить по пути немало солдат противника, преступивших им путь.

На верхнем этаже башни лицезрели Шестеро Присяжных Паладии тяжелую металлическую дверь, за которой – вне всяких сомнений – пребывают покои императора. Ограждало дверь силовое поле; Веритас Пламенный попытался было уничтожить его, но безуспешно.

«Реликты? Или, возможно, призраки?» - прозвучал под сводами башни бесплотный голос. – «Ровно как ваше оружие, ваши навыки, заклинания... Все вы – реликты древней эпохи...» Веритасы переглянулись: неужто обращается к ним сам император Альдора?.. «За прошедшие 700 лет цивилизация Альдора познала немалое развитие», - продолжал вещать тот. – «И боле вы недостойны предстать предо мною! Вы можете лишь преклонить колено и присягнуть мне на верность. Лишь в этом случае вы останетесь живы... став моими рабами».

Раеген не удостоил монарха ответом. Призвав все свои магические силы, он направил их на силовое поле, уничтожив его, чем заслужил восхищенные взгляды Веритасов. «Может, ты и прав, наши навыки за 700 лет устарели», - бросил Раген, - «но кровь Альдора, текущая в наших венах, осталась прежней. Слушай же внимательно, Император! Именно эта кровь Альдора покончит с твоей тиранией... ради будущего Паладии!»

В ответ раздался хохот, и двери приглашающе распахнулись. «Заходите», - пригласил император гостей. – «Я покажу вам, что означает – познать совершенное отчаяние». Раеген нахмурился: сей индивид готов противостоять Шестерым Присяжным, и, похоже, уверен в собственных силах... А ведь прежде для того, чтобы справиться с ними, понадобилась бы совокупная мощь Восьмерых Мудрецов Хесса... Ощущал Раеген, что впереди ожидает их невообразимая сила, и предчувствие у него было крайне плохое... Но повернуть сейчас назад, признавая поражение, было невозможно.

«Вы, именовавшиеся некогда Восьмерыми Присяжными Паладии», - хохотал император, когда приближались Веритасы к его покоям. – «Вас разорвут на клочки избранные нынешней эпохи – воители Ордена!»

Веритасы не сбавили шаг...


Небеса расчертил метеор, и Лоссвел вздохнул. Метеоры – частое явление в Паладии... Каждый раз, когда он наблюдал подобное, то вспоминал о Рейне.

И сейчас вместе с Финой пребывал он здесь, на континенте Георл незнакомого мира, в руинах города Весты. В то время, как Шестеро Присяжных устремились прямиком в Альдор, Лоссвел и спутники его занялись поисками Рейна, исчезнувшего полгода назад. Однако умудрились угодить в засаду, и, противостоя солдатам, настроенным весьма недружелюбно, оказались разделены.

С тех пор Лоссвел и Фина пытались отыскать Лид и остальных – пока безуспешно. «Странно все это», - молвила Фина, обращаясь к спутнику. – «Прежде мы с тобой никогда не странствовали вместе». «Да», - отозвался Лоссвел. – «С нами был Рейн». Фина погрустнела, тихо произнесла: «Я часто вспоминаю, как встретила вас двоих. Хотела бы я когда-нибудь снова отправиться в путь... лишь мы втроем...» «Уверен, так и будет», - попытался обнадежить девушку Лоссвел. – «Рейн наверняка где-то здесь, в Паладии. Сакура не могла ошибиться».

Перед тем, как устремиться закрывать врата между мирами, Рейн тайно оставил на палубе «Неуязвимого» кристалл, пребывало в котором видение, созданное им самим. Но неведомо, чье именно видение, и вопросом сим Лоссвел и Фина продолжали задаваться. То могло быть видение Лоссвела, светлой или темной Фины, или же Раегена – гадать можно бесконечно.

«Мы должны призвать видение», - постановила наконец Фина. – «Ты ведь и сам сгораешь от любопытства, желая узнать, о ком думал Рейн перед тем, как исчезнуть». «Да, сгораю, но ни в коем случае!» - постановил Лоссвел. – «Когда мы снова встретим Рейна, я верну ему кристалл в целости и сохранности! По этой же причине я не могу позволить призвать видение сие тебе!»

В руинах послышался крик, и двое бегом бросились в сторону, откуда донесся он. Лоссвел мастерски орудовал двумя клинками – как своим, так и Рейна, - разя гигантских инсектоидов, в сих руинах обитавших. Конечно, когда отыщет он названного брата, то непременно вернет и кристалл, и клинок...

Как оказалось, вопила донельзя напуганная Лид, которой некий жук забрался под одежду, чем привел девушку в панику. Подоспел и Джейк, вздохнул с облегчением, увидев, что подруге его ничто не угрожает.

Покамест четверым не удалось отыскать никаких зацепок о местонахождении Рейна; быть может, Николю и Сакуре повезло больше? С тех пор, как герои приняли решение разделиться и прочесать земли Георла, прошло уже немало времени...

Покинув руины Весты, они продолжили странствие по разоренным пределам континента, где означились осколки погибшей цивилизации, ныне занятые монстрами. Лоссвел предполагал, что товарищи их наверняка отыщутся в крупном городе – ведь именно в подобных местах велика вероятность обрести необходимые сведения.

Шагали они по заброшенной, поросшей травой магистрали; если верить словам Сакуры, подобными связаны все крупнейшие города Паладии. «Паладия, которую ты наблюдал в воспоминаниях Фины, весь отличается от той, кою зришь ныне?» - поинтересовалась Лид, обращаясь к Джейку, и тот утвердительно кивнул: «Верно. Прошло 700 лет, и изменения просто невероятны». «Что же происходит с Паладией?» - выдохнула Фина, однако Лоссвел напомнил спутникам о предмете их поисков: «Давайте оставим судьбу Паладии отцу и остальным. Ведь именно по этой причине мы разделились на два отряда». Да, их задача – отыскать Рейна, а пресечь тиранию императора надлежит Веритасам...

Лид остановилась ненадолго, сверилась с показаниями устройства, которое всегда носила с собой, после чего заверила остальных, что врата между мирами остаются открыты, и вернуться в Ляпис они могут в любое время. Герои вздохнули с облегчением: перемещение в Паладию стало возможным для них благодаря Сакуре, которая в кратчайшие способы сумела понять двеомер заклинания открытия врат и воспроизвести его, создав таким образом коридор между двумя мирами.

Мили развалин из бетона и металла... устремляющиеся к далекому городу рельсы, по которым давно перестали ходить транспортные средства... Все здесь дышало тленом и запустением...

Заметили четверо мужчину, бегущего по направлению к ним по магистрали. Лишившись последних сил, человек пал наземь, прохрипев: «Бегите... Они... идут...» И действительно: подоспели солдаты Альдора, потребовав, чтобы чужеземцы передали им беглеца, самовольно покинувшего трудовой лагерь.

«Как вы поступите с ним?» - осведомилась Фина, и отвечали солдаты: «Согласно закону, наказание за побег – смертная казнь!» Лоссвел вздохнул: подобное происшествие замедлит их поиски, но... рыцарь Грандшелта никогда не оставит в беде слабого. Да и Рейн наверняка бы поступил в точности так же, будь он здесь...

Сознавая, что заявляют о себе как о врагах Альдора, герои, тем не менее, сразили солдат сей державы. После чего беглец поведал своим спасителем, что в заключении в трудовом лагере остается еще множество несчастных. Лид бросила умоляющий взгляд на Лоссвела, и тот покачал головой: «Сперва нам следует поскорее убраться отсюда. Уверен, в любой момент здесь может появиться еще больше солдат. К трудовому лагерю мы выступим, когда этот человек окажется в безопасности».

Фина, Лид и Джейк с сим согласились; ныне видели они в Лоссвеле своего лидера, уверенного в принимаемых решениях. Прежде роль эту играл Рейн...

Беглец благодарил чужеземцев за помощь, просил сопроводить его до близлежащей Драконьей Деревни, где сумеет он схорониться от преследователей. Так, небольшой отряд вновь выступил в путь... не ведая, что издали с удивлением наблюдает за ними альдорский офицер. Кем могут быть эти люди, совершенно не страшащиеся могущества Альдора?

Обратившись к одному из солдат, входящих в его отряд, офицер потребовал: «Расскажи мне все, что тебе известно об Ордене!» «Орден – элитный отряд, входят в который шестнадцать Звездных, и верховодит ими непосредственно император», - отрапортовал солдат. – «Каждый из Звездных обладает невероятной силой, о которой мы и помыслить не можем. Также Звездным присуща система рангов. Чем могущественнее Звездные, тем меньше число тех, кто разделяет с ними один и тот же ранг. И тот, кто обралает рангом «Альфа-Звездный» - тот, кто может стать следующим императором!» «Верно», - подтвердил офицер. – «Именно поэтому все в Ордене стремятся к рангу Альфа-Звездного. Самый могущественный индивид, который получит власть над той планетой. Разве это не прекрасно?..»

Сам офицер – Галас - занимал ранг Омикрон-Звездного, и был пятнадцатым в иерархии Ордена. Но, быть может, судьба послала ему сих престранных чужеземцев... и это – его шанс возвыситься в Ордене? Быть может, достичь ранга Альфа-Звездного?.. Воодушевившись, Галас приказал подначальным выступить по следу чужаков. Охота начиналась...

...Довольно скоро альдорские солдаты настигли чужеземцев, бредущих по пустоши, атаковали их. В сражении сем героям пришлось нелегко: технологии сего мира значительно превосходили те, кои имели место в Ляписе. Противники были вооружены автоматами, стремляющими сгустками плазмы, энергетическими мечами и щитами... а некоторые – облачены в Магитек-броню.

И когда путь героям преступил командующий отрядом альдорцев, беглец побледнел, прохрипел в ужасе: «Для меня все кончено... Меня преследует Орден – шестнадцать сильнейших воителей-Звездных, служащих императору... И перед нам – один из членов Ордена. Галаз, Омикрон-Звездный».

Галас приблизился к чужеземцам, внимательно воззрился на них. Не похожи индивиды сии на повстанцев, противящихся власти императора... Конечно, это не спасет их от гибели, но все же... «Кто вы такие?» - потребовал ответа Галас. – «Ведь вы явились с иной стороны врат, верно?» «Как ты узнал?!» - опешила Лид, и Галас расхохотался, ибо подозрения его подтвердились.

«Стало быть, вы – уроженцы Ляписа», - довольно потер руки Галас. – «Если я сражу вас, мой ранг непременно возрастет!» Тщеславный Звездный атаковал героев... Довольно скоро обнаружили те, что противник их слишком силен. Галас сотворил гибельное заклятие, повергшее героев; завидев сие, беглец сломя голову бросился прочь.

Усмехаясь, Галас приблизился к беспомощным противникам... когда Лоссвел, превозмогая раздирающую тело боль, поднялся на ноги. «Ох уж эти глаза», - молвил Звездный, наслаждаясь зрелищем. – «В них отражается надежда, а также решимость – продержаться до конца... Но я успел покончить с немалым количеством людей, подобных тебе. Сперва я переломаю тебе ноги... затем – руки. Пока что не встречал ни одного, кто сохранил бы надежду в душе после того, как лишился конечностей».

Галас вознамерился было покончить с отчаявшимся противником, когда возник перед ним сребровласый индивид, облаченный в черные одеяния; один глаз его закрывала повязка. С легкостью оттолкнув Звездного, незнакомец обернулся к уроженцам Ляписа, покачал головой. «Вы слабы», - резюмировал он, после чего велел Галасу убираться прочь, да поскорее.

Звездный колебался, но могущество незнакомца было неоспоримо и многократно превосходило его собственное. Посему Галас самым постыдным образом отступил...

Герои поблагодарили незнакомца за помощь, ведь спас он их от верной гибели. «Я – Акстар», - бросил среброволосый. – «Вам самим не стыдно быть столь слабыми? Будь я таков, вообще бы никому на глаза не показывался». Лоссвел молчал, не зная, как реагировать на подобные слова, а Акстар продолжал: «Номер, коим обладает каждый член Ордена, показывает, где именно находится он в иерархии. Только что вы противостояли Омикрон-Звездному, и означает это, что четырнадцать воителей занимают более высокий ранг и куда могущественнее вашего противника».

Акстар вновь напомнил выходцам из Ляписа, что они – слабы, и питает он к ним лишь презрение. Посему навряд ли они встретятся вновь, ведь подобные индивиды попросту недостойны его внимания... С этими словами воин исчез...

Лоссвел был донельзя обескуражен встрече с Акстаром, пребывал в смятении. Осознание собственной слабости повергало его в откровенное отчаяние... Беглец, остававшийся поблизости, с опасной вернулся, предложил героям продолжить путь к Драконьей Деревни.

Шагая по магистрали, Лоссвел мало-помалу взял себя в руки. Да, все, что сказал тот воин, - правда. Он действительно слаб. Но он станет сильнее. Непременно. Иначе в Паладии просто не выжить...

...Когда достигли герои затерянного горах селения – Драконьей Деревни, - путь им предградил воин, облаченный в алые доспехи. Бежавший из трудового лагеря мужчина представил защитника селения своим спасителям: «Дюк, долг коего – сдерживать заточенного дракона». Дюка, продолжавшего терзаться подозрениями, мужчина заверил, что спутники его не могу оказаться лазутчиками врага, поклялся в этом.

Дюк долго молчал, после чего кивнул, признавая правоту слов спасенного, отступил в сторону, молвив: «Прости, что не выступил тебе на выручку». «Все хорошо», - улыбнулся беглец. – «Твой долг – надзирать за драконом, и означает это, что покинуть деревню ты не можешь».

Пригласив чужеземцев следовать за ним, мужчина устремился в селение. «То, что вы здесь, доказывает, что я всецело доверяю вам», - говорил он. – «Деревня наша – оплот сопротивления тирании Альдора. Ибо пока правит император, для Паладии нет будущего. Мы готовы принести в жертву все, чтобы низложить его. Обычно мы предлагаем искусным воинам примкнуть к нам, но... вижу, у вас есть собственные цели». «Ты прав», - признал Лоссвел. – «Мы пытаемся отыскать нашего друга, Рейна».

Лоссвел описал внешность исчезнувшего собрата мужчине, и тот задумчиво произнес: «...В трудовом лагере... я видел похожего человека». Лоссвел исполнился надежды, постановил, что наряду с товарищами немедленно выступит к лагерю... несмотря на то, что место это для чужеземцев весьма опасно.

На какое-то время герои задержались в Драконьей Деревне, обиталище драгунов, дабы передохнуть после долгого пути и пополнить припасы. Быть может, удача пребудет на их стороне, и они действительно отыщут Рейна в трудовом лагере, а после воссоединятся с Раегеном и Веритасами, которые уже наверняка успели повергнуть императора...


По мере приближения к чертогам императора Веритас Темный ощущал чье-то невероятное могущество, гадая, кого же встретят они, переступив порог.

У дверей, ведущих в покои сюзерена Альдора, замерли шесть фигур. Пятеро были закутаны в черные плащи с низко накинутыми на лица капюшонами; шестой же индивид, облаченный в черный доспех, выступив вперед, бросил насмешливо: «Герои из прошлого 700-летней давности? Неужто вы еще пребываете в заблуждении о том, что силы ваши мало-мальски значимы? Неужто мы, Звездные высших рангов, действительно должны противостоять столь жалким противникам?»

Звездные обратились к своему предводителю, Хью, Дельта-Звездному, прося того покончить с чужаками, продемонстрировав свои невероятные способности, ведь взлет сего индивида в иерархии Орденов был поистине стремителен. «Мой меч – не для зрелищ», - отрезал Хью, - «а для того, чтобы разить тех, кто стоит у меня на пути. Что ж, нападайте, Шестеро Присяжных Паладии! Я оборву ваши долгие жалкие жизни!»


Веритасы разили солдат Альдора, пытавшихся помешать их продвижению к чертогам императора. С каждым шагом плохое предчувствие снедало Раегена все яростнее, но никто из спутников его не ощущал ничего подобного, что казалось Темному донельзя странным. Почему же лишь он один ощущает некую могущественную сущность, ожидающую их?..


Тем временем в землях Георла отряд Лоссвела, покинув Драконью Деревню, выступил в направлении трудового лагеря. Как и в Ляписе, здесь, в Паладии Лоссвел ежедневно продолжал упражняться во владении мечом, оттачивая боевые приемы. Чувствовал он, что непременно должен стать сильнее, дабы справиться с испытаниями, которые – вне всяких сомнений – ожидают впереди. И осознание того, что на этот раз на стороне их выступает не только сир Раеген, но все Шестеро Присяжных Паладины, наполняло душу уверенностью. Как же все-таки удивительно, что все они оказались живы.

В воспоминаниях Лоссвел воскресил тот день, когда все его товарищи собрались у «Неуязвимого», дабы покинуть, наконец, Ляпис и устремиться в странствие в Паладию – мир чужой и неведомый. «Подождите», - послышался голос, и приблизились к ним пятеро Веритасов – целые о невредимые. Герои опешили – как понимать подобное?.. Зрят они видения, или?...

«Мы и сами не знаем, что произошло», - признался Веритас Пламенный. – «Мы ведь вроде как погибли». «Мы услышали голос во тьме», - добавил Веритас Земляной. – «Он сказал: ‘Я позволю вам пожить еще немного’». «А затем мы обнаружили себя в Святыне Земли, живыми», - закончил престранный рассказ Пламенный.

Фина и Сакура переглянулись: неужто воскрешение Веритасов – дело рук темной Фины?.. Возможно ли, что, обратившись в кристалл, сохранила та подобное могущество?..

Обе стороны не испытывали боле вражды друг к другу, и Веритасы просили Лоссвела и Раегена взять их с собой в Паладию... просто для того, чтобы снова взглянуть на свой родной мир. «Если там царит мир, оно и к лучшему», - изрек Веритас Небесный. – «Отрадно будет осознать, что к становлению его мы были причасны».

Герои Веритасам не отказали в их просьбе, и через воссозданные Сакурой врата между мирами переместились в Паладию, где немедленно приступили к поискам Рейна. Довольно скоро выяснили они, что царит в сем мире тирания...

Усилием воли отогнав непрошенные воспоминания, Лоссвел присоединился к товарищам, сворачивавшим лагерь и вновь выступающим в путь. Потянулись мили руин, испещрявших пределы Георла; казалось, континент сей познал все оттенки серого, и иных цветов здесь попросту не существует... Унылые мертвые земли, не осталось в которых и толики былой радости...

«Интересно, насколько силен император Паладии?» - нарушила затянувшееся молчание Фина, когда наряду со спутниками шагала по выщербленной магистрали. «Не знаю», - пожал плечами Лоссвел. – «Но отец и Шестеро Присяжных одержали верх над Восьмерыми Мудрецами Хесса 700 лет назад. Темная Фина, Сол, Бегемот, Бахамут... Они сумели справиться со всеми! Надеюсь, и императора смогут повергнуть».

И вновь возвращаются воспоминания... С момента прибытия их в Паладию пришло какой-то время, когда Раеген, обратившись к Лоссвелу, постановил, что Шестеро Присяжных отныне устремятся прямиком в Альдор, дабы покончить с тиранией императора. «Я понимаю, отец», - кивнул тогда Лоссвел. – «Мы же продолжим поиски Рейна».

Обратившись к Веритасу Небесному, Лид осведомилась, оставил ли Сид помыслы об отмщении. «Не могу сказать, что избавился от них», - признался тот. – «Однако теперь у меня новый путь в жизни, и не скажу, что это плохо».

Расставание с Веритас Водной наполняло Николя смутной тревогой, и не понимал он, что стоит за этим чувствами... но всем сердцем желал скорейшего воссоединения. «Удачи вам, Светлая Ситра, Водная Фолка», - искренне пожелал тактик, и Веритас Водная изумилась: «Фолка... Ты запомнил мое настоящее имя?» Николь утвердительно кивнул, и обе женщины растерялись, как деревенские девчонки, не зная, что ответить юноше.

...Герои продолжали путь к трудовому лагерю...


Наконец, Веритасы достигли покоев императора, замерли в нескольких десятках шагов от Орденов. Реаген в упор смотрел на предводителя противников, лицо которого скрывал шлем с алым визиром; именно от этого индивида ощущал он могущество, ни с чем не сравнимое.

«Призраки прошлого», - громыхнул под сводами чертога глас императора, - «вы зрите пред собою лучших воинов державы, Орденов. Те, кто полагается лишь на свою силу, встретят незавидный конец, ибо ожидает их сила куда большая... Каковы же ощущения? Нет для вас большего унижения! Ощутите же всепоглощающее отчаяние».

Воин в черных доспехах выступил вперед, и, обращаясь к прибывшим, постановил: «Я - Хью, Дельта-Звездный. По приказу императора я покончу с вами здесь и сейчас!» Сознавали Веритасы, что нынешний противник их многократно сильнее тех, кому противостояли они доселе. Однако, не устрашившись, изготовились они к бою...


Отряд, следующий в южные земли Георла, достиг некоего заброшенного завода. Было принято решение сделать небольшой привал, и Лоссвел, покинув спутников, уединился в одном из помещений обширного комплекса, дабы возобновить упражения с мечом.

«Думаешь, этого достаточно?» - произнес знакомый голос, и из теней выступил Акстар, наблюдавший за тренировкой Лоссвела. «Что ты делаешь здесь?!» - изумился тот, и Акстар пожал плечами: «Возможно, мы направляемся в одно и то же место». После чего постановил, что все приемы, изученные Лоссвелов – детская игра, и в открытом противостоянии Орденам окажутся они совершенно бесполезны. Лоссвел пришел в ярость: что о себе возомнил этот самоуверенный тип, вздумавший насмехаться над ним! Приему, который он применяет, научил его сам сир Раеген, а навыки отца чернить он не позволит никому!

В чертог ступила Фина, и Акстар удалился. Лоссвел, не проронив ни слова, устремился в иную сторону, и Фина долго смотрела вслед товарищу. Почему каждая встреча с этим Акстаром наполняет Лоссвела таким гневом?.. И посему сей незнакомец намеренно выводит друга ее из себя?..

Но все же замечание Акстара не выходило из головы у Лоссвела, и продолжал он задаваться вопросом – что же не так с его приемом. После, покидая индустриальный комплекс, Лоссвел вновь повстречал Акстара, и заявил тот: «Попробуй атаковать меня сейчас, когда я безоружен. Сразу поймешь, что не так с приемом».

Зарычав от гнева, Лоссвел обнажил клинок, метнулся к противнику. Акстар сделал едва заметное движение рукой, и Лоссвел пал, сраженный нечеловеческой силой сего престранного индивида. Продолжая усмехаться, Акстар процедил: «Таков он, Лоссчервь, пресмыкающийся у ног моих пред смертью». «Как ты сделал это?» - прохрипел Лоссвел, изумленный до глубины души, и Акстар презрительно поморщился: «Глупец! Не требуй у меня ответа до тех пор, пока не попытаешься отыскать его сам... Но, в принципе, можешь нанять меня. Если сделаешь это, я расскажу тебе все, что пожелаешь».

Он удалился, а Лоссвел, опустошенный как физически, так и морально, с трудом поднялся на ноги. Как подобный наемник смог отразить голыми руками лучший прием сира Раегена, коему обучил тот Лоссвела?.. Уму непостижимо... Душу вновь захлестывал гнев...

Продолжая путь, миновали герои заброшенную железнодорожную станцию, где на протяжении долгих лет ржавели брошенные поезда, и вскоре достигли отрогов трудового лагеря. Патрулировало пределы сии немало альдорцев, и навряд ли нападение на лагерь увенчается успехом. «Эх, был бы тут Николь», - вздохнул Джейк, коему отчаянно не хватало присутствия друга. – «Уж он бы с ходу придумал подходящую тактику».

Наблюдали герои, как к стражам, несущим вахту у ворот лагеря, приблизился пленник. «Я принес вам воду», - выдавил он, однако стражи с силой оттолкнули несчастного, принялись избивить ногами. «Ты слишком долго!» - глумились они над беззащитным человеком. – «Как посмел ты заставить ждать нас, элитных солдат императора!»

Не в силах выносить подобную сцену, Фина покинула укрытие, бросилась к солдатам, требуя, чтобы прекратили те издевательство над пленником. Лоссвел метнулся следом, и, выхватив Пурпурную Молнию из ножен, одним ударом прикончил обоих стражей. И вновь сомнения захлестнули его разум: почему прием, который он только что успешно применил, оказался с легкостью отражен Акстаром?.. Почему?!.

Исцелив заклинанием избитого заключенного, Фина велела тому укрыться где-нибудь, после чего обратилась к Лоссвелу, молвив: «Я хочу помочь пленникам». «Да, знаю», - отвечал тот сердобольной девушке. – «Но нам слишком мало. Нам следует по возможности избегать схваток, отыскать Рейна и попытаться образовать коридор, через который пленники смогут бежать. После чего мы разделимся на две группы, отвлекая на себя внимание врага. Одна из групп будет противостоять альдорцам, в то время как вторая выведет заключенных». «Да, наверное, это все, что мы можем сделать в этой ситуации», - признал Джейк.

Соблюдая осторожность, герои устремились к лагерю. Конечно, избежать схваток с патрулями им не удалось, посему старались они расправляться с солдатами как можно скорее, после чего прятали тела альдорцев, надеясь, что шум сражений не привлечет костяк остающегося в пределах трудового лагеря гарнизона.

К изумлению героев, пленник, спасенный ими прежде, рассказал о чужаках офицеру, в ведении которого находился лагерь, и тот наряду с внушительным контингентом солдат последовал за заключенным, указавшим альдорцам на противников. «Почему ты предал нас?» - вопросили герои. Пленник стыдливо промолчал; за него ответил офицер гарнизона: «Потому что в Паладии нет места тем, кто выступает против воли императора, и ему известно об этом».

Герои обнажили оружие, но офицер отдавать солдатам приказ к атаке не спешил. Вместо этого он выстрелил из пистолета в ног пленнику, и, обратившись к чужеземцам, буднично заявил, что продолжит расстреливать жертву до тех пор, пока они не сложат оружие.

Лоссвел долго молчал, а после опустил меч, бросив: «Хорошо, мы сдаемся без боя. При условии, что пленник немедленно получит медицинскую помощь». Офицер закатил глаза: как же все-таки просто найти болевые точки у этих слабаков, почитающих себя спасителями мира!

Альдорцы окружили героев, сопроводили в камеры; ни одна из сторон не ведала, что за произошедшим инцидентам с вершины ближайшего утеса зорко наблюдал Акстар...

...Следующие часы четверка героев провела в заключении. Обратившись к товарищам, Лоссвел извинился, считая, что оказались они в сем незавидном положении исключительно по его вине. «Я сделал стратегическую ошибку», - вздохнул он. – «Если бы я только взял в расчет душевное состояние этого пленника...»

К камере приблизились двое стражей, сняли шлемы. То оказались Николь и Сакура, пришедшие на помощь друзьям. Они отомкнули дверь камеры, заявив, что надлежит им бежать отсюда поскорее. «Но как вы узнали, что мы здесь в заключении?» - поинтересовался Лоссвел, и отвечала Сакура: «Ответ – снаружи».

Покинув здание комплекса для заключенных, лицезрели герои Акстара, замершего напротив офицера Альдора и его подначальных солдат. «Мы находились в городе неподалеку», - молвил Николь, и, указав на наемника, добавил: «Этот человек провел нас к трудовому лагерю».

Заметив беглецов, Акстар обернулся к ним, приветственно кивнул. «Ох, жалкий ты человек, Лоссчервь», - вздохнул он. – «Позволяешь бросить себя в тюрьму из-за некоего неблагодарного пленника. Ты даже не представляешь, что являет собой истинная сила!» «То есть, ты утверждаешь, что мне следовало наплевать на жизнь пленника и сражаться с ними?» - сдержавая гнев, вопросил Лоссвел. – «Если в этом и состоит истинная сила, то мне она не нужна». «Ничего ты не понял», - констатировал Акстар. – «Впрочем, я и не удивлен, ведь мозгом-то ты обделен».

«Закончили?» - рявкнул офицер, и вновь направил пистолет на заключенного, которого недавно с таким удовольствием расстреливал. Похоже, альдорец был полностью уверен в том, что сердобольные пленники по доброй воле вернутся в камеру, откуда посмели бежать.

«Ну вот, так же ситуация», - усмехнулся Акстар, в упор глядя на Лоссвела. – «Как поступишь, Лоссчервь?» Лоссвел растерянно молчал, и наемник хмыкнул: «То есть, для тебя истинная сила – просто стоять да гадать, как следует поступить? Тогда молчи и смотри».

Выхватив меч, наемник метнулся к солдатам, и не успели те отреагировать, как нанес удар, оборвавший их жизни. Поражены до глубины души были и пленник, и герои. Заключенный поспешил ретироваться, а Акстар бросил Лоссвелу: «Сила состоит в способности защитить всех, не идя на компромиссы, вне зависимости от ситуации». Осознал Лоссвел, что подобный прием ему не под силу; навряд ли он сможет когда-либо надеяться сровняться в искусстве владения мечом с сим индивидом.

Постановил Николь, что теперь, когда пролита кровь, надлежит воспользоваться ситуацией и зачистить трудовой лагерь от альдорцев. «Акстар, ты же поможешь нам?» - осведомился тактик, и отвечал тот: «Помочь? Вообще-то, я думал, что сделаю все сам... Но так и быть, подыграю вам».

Герои атаковали альдорских солдат, выступивших на защиту каменоломен... когда путь им преградил Галас, Омикрон-Звездный. «Все данные о сражениях, которые ведут Звездные, отправляются императору», - с притворным сожалением сообщил он. – «Другими словами, если я позволю вам бежать, то буду исключен из числа Орденов. А этого я не допущу!.. Ведь пока ты остаешься в Орденах, у тебя нет недостатка в деньгах, славе, женщинах! Буду честен с вами. Мне глубоко наплевать на императора! Я просто хочу иметь от жизни все! И поэтому мы умрете здесь и сейчас! Ради моего будущего! Ради моих желаний!»

Сакура презрительно хмыкнула: человеческая особь, идущая на поводу у собственных низменных желаний. Что может быть хуже?.. Акстар, сопровождавший героев, отошел в сторону и, скрестив руки на груди, предложил Лоссвелу и спутникам его попытаться покончить с противником, не прибегая к его помощи. «Ведь если мы не сможете сразить Омикрона-Звездного, со Звездными более высокого ранга вам и связываться нечего», - пояснил наемник решение свое пораженным героям. – «Хотя, если вы не собираетесь в будущем противостоять Орденам, я, так и быть, помогу вам». «Акстар», - вздохнул Лоссвел. – «Ты, должно быть, самый раздражащий тип в мире. Но я... не позволю никому встать на нашем пути!»

С этими словами он обнажил меч, и, сделав шаг в направлении замершего в ожидании Галаса, постановил: «Я продолжу двигаться вперед до тех пор, пока не отыщей Рейна, и преодолею все препоны». Остальные пятеро присоединились к Лоссвелу, ибо устремление его всецело разделяли.

В противостоянии герои повергли Галаса, но пав, тот рассмеялся. «Я ведь уже говорил вам», - прохрипел Звездный. – «Все данные о наших сражениях отправляются непосредственно императору. Стало быть, с этого момента вас начнут преследовать Звездные более высоких рангов! Для вас все кончено!»

«Молчать», - поморщился Акстар. – «Твое блеяние режет мне уши». После чего наемник, сохраняя обычное непроницаемое выражение лица, стремительным ударом меча оборвал существование Галаса. И, поскольку гарнизона альдорцев в сем трудовом лагере не существовало боле, Акстар устремился прочь... когда окликнул его Лоссвел.

«Я хочу, чтобы ты стал моим наставником», - произнес он, обращаясь к наемнику. – «Я должен стать сильнее. Я должен... обрести истинную силу – подобную той, которой обладаешь ты». «Стало быть, ты готов нанять меня?»- уточнил Акстар, и Лоссвел отрицательно покачал головой: «Нет. У меня нет таких денег».

Акстар презрительно хмыкнул, вновь вознамерился уйти, и Лоссвел обещал наемнику, что непременно расплатится с ним – сразу же, как только обретет необходимую сумму. «Что ж, почему бы и нет», - пожал плечами Акстар, поразмыслив. – «Поиграться с червем – неплохой способ убить время». Лоссвел задохнулся было от ярости, и Акстар, заметив это, усмехнулся: «Нельзя ученику злиться на наставника. Если уж я буду учить тебя владению мечом, то ожидаю уважения. Если у тебя нет достаточной выдержки, то и говорить нам не о чем». «Я... понимаю», - выдавил Лоссвел, усилием воли взяв себя в руки. – «Понимаю... наставник».

«С этого момента ты, Лоссчервь, мой ученик», - постановил Акстар. – «Стало быть, ты станешь беспрекословно исполнять все мои прихоти, как послушный ученик». Лоссвел кивнул; он готов был пойти на любые унижения, дабы обрести силу, необходимую, чтобы выжить в Паладии и отыскать сгинувшего в сем мире названного брата.

Следовало признать, что Рейна в трудовом лагере не оказалось. Либо беглец, направивший их сюда, обознался, либо же они разминулись с Рейном в хаосе произошедшего только что сражения.

Заключенные, однако, не спешили покидать пределы каменоломни. Один из них, уже однажды предавший героев, подступил к ним, воскликнув: «Что вы наделали?! От императора невозможно бежать, и покидая лагерь, мы подписываем себе смертный приговор... Поэтому мы остаемся. Это вы учинили тут разбой, мы не хотели этого». Герои подобного откровения не ожидали: стало быть, страх пред могуществом Альдора настолько глубоко проник в сердца мирян этого мира, что и не мыслят они для себя иного существования, кроме как покорного подчинения императору и его приспешникам.

«Но если император перестанет существовать, проблема разрешится», - обнадежил товарищей Лоссвел. – «Потому не о чем беспокоиться. Отец и Веритасы наверняка пресекут тиранию императора». Акстар, однако, не был в сем так уверен, однако мысли свои держал при себе...


В противостоянии с Орденами Веритасы довольно скоро ощутили, что противники значительно превосходят их умением, обладают способностью предугадывать все возможные действия. Осознание того, что слова императора о «реликтах прошлого» истинны, снедало души... Один за другим Веритасы оказались повержены.

«Я читал о тебе в исторических книгах Альдора, Раеген», - бросил Хью, обращаясь к Веритасу Темному. – «В Альдоре тебя даже сейчас считают героем». «Меня?» - с горечью усмехнулся Раеген. – «Боюсь, историки позволили себе в этом некоторую вольность». «Герои должны умирать героями», - отчеканил Дельта-Звездный. – «Их благородное прошлое не должно быть запятнано. Нападай, позволь же мне лично покончить с тобой!»

Раегену не давало покое ощущение могущества, исходящего от Хью. Почему-то казалось оно таким знакомым... Но Темный, выбросив из головы все посторонние мысли, атаковал противника...

Долго длилось сражение двух могущественных воинов, когда, наконец, Хью отступил на несколько шагов, уважительно кивнул, молвив: «Неудивительно, что они называют тебя ‘героем’. Тот факт, что ты все еще на ногах, впечатляет. И сражаешься ты с честью. Но когда ты ударил меня мечом, я нанес ответный удар, куда более сильный. И раны твои гораздо серьезнее моих. Раеген... Победа за мной!»

Скрипя зубами, Раеген старался удержаться на ногах, отказываясь признавать поражение, но силы стремительно оставляли его. Не случилось чуда, и пал он...

Шестеро Присяжных Паладии познали сокрушительно поражение от рук Орденов. «Это конец, Раеген», - бросил Хью, и, приблизившись к поверженному, занес меч для последнего удара...


Завершив осмотр трудового лагеря, герои вынуждены были признать: Рейна здесь нет, и, похоже, не было... Лоссвел сокрушенно покачал головой, когда Акстар приблизился к нему, приказав: «Смейся!» «Что?» - опешил Лоссвел, и наемник повторил: «Ты что, не слышал меня? Смейся!» «Зачем мне смеяться, если ничего смешного нет?!» - воскликнул Лоссвел, на что отвечал Акстар: «Ты уже забыл о нашем соглашении? О том, что приказы наставника не подлежат обсуждению? Смейся, или же ученичество твое на этом и завершится!»

Усилием воли Лоссвел выдавил из себя смешок, но Акстар лишь презрительно поморщился, бросив: «Это отвратительно. Хотя ожидаемо, что у жалкого мечника будет столь же жалкий смех». В ответ Лоссвел расхохотался – громко и заливисто...

Фина в ужасе отступила, не в силах поверить в то, что ее друг готов исполнять любую прихоть наемника. Обратившись к Акстару, девушка просила того прекратить; ей больно было видеть, как унижается Лоссвел, жаждущий лишь одного – отыскать Рейна и вернуться домой. Акстар согласно кивнул, приказал Лоссвелу прекратить хохот, а когда последовал тот его воле, изрек: «Каждый может ходить со страдальческим выражением лица, когда все идет не так, как хотелось бы. Но куда большей силы воли требует смех в лицо боле. Чем более безысходной кажется ситуация, тем более невозмутимым и воодушевленным ты должен казаться. Даже если на самом деле это не так. Запомни эти мудрые слова своего наставника!» Лоссвел ошеломленно воззрился на Акстара: стало быть, приказ его был не издевательством, но уроком?!. Ведь слова эти были именно тем, чем руководствовался Рейн во всех своих действиях.

К троице приблизились остальные: Лид, Джейк, Сакура и Николь. Допросив всех до последнего пленника, они вынуждены были признать, что не узнали ровным счетом ничего нового. Забитые, сломленные люди, только и вслипывающие «Я не хочу умирать!» Ничего иного, осмысленного сказать они не могли.

«Мы выяснили, что неподалеку есть место казни для членов сопротивления», - молвил Николь, и Фина встрепенулась: «Если Рейн проходил здесь, то, возможно, направился туда». По крайней мере, это было бы вполне в духе Рейна: если видел он неправедное, то всеми силами старался все исправить. «Нам нужно сохранять осторожность», - напомнила спутникам Сакура. – «Теперь, когда сразили мы одного из Орденов, разумно предположить, что по следу нашему устремятся и остальные». Герои воззрились на Акстара, но тот лишь недоуменно вопросил: «Что? Это вы одержали верх над Омикроном-Звездным, я лишь нанес последний удар».

Покинув трудовой лагерь, герои устремились в направлении места казни. Лоссвел продолжал размышлять над словами, сказанными ему Акстаром. Когда противостояли они Веритасу и Солу, их лидером был Рейн. Теперь же роль эта выпала ему, Лоссвелу... И надлежит ему стать человеком, который одним видом своим придает силы спутникам. Наверное, именно это и хотел донести до него Акстар.

...Герои пересекли безымянную равнину, достигли Казематов Захару, где безжалостные имперцы казнили солдат сопротивления, имевших неосторожность угодить к ним в руки. Фина вознамерилась было незамедлительно броситься на выручку пленникам, здесь содержащимся, однако Акстар предложил повременить да осмотреться: нечего столь скоропалительно соваться в логово врага.

Схоронившись за каменной оградой, наблюдали герои, как двое солдат-альдорцев сопровождают пленника к месту казни. Тот едва передвигал ноги, молил о глотке воды, однако солдаты лишь усмехались в ответ: зачем тратить воду на обреченного?..

Лоссвел постановил, что надлежит им немедленно проникнуть, в казематы, и... «Погоди, Лоссдурень!» - раздался окрик, и Лоссвел, медленно обернувшись к невозмутимому Акстару, отчеканил, едва сдерживая гнев: «Сперва Лоссчервь, теперь – Лоссдурень... Я не потерплю подобного даже от тебя, наставник!» «Разве можно винить меня за то, что я называю лопату лопатой?» - удивился Акстар. – «А теперь слушай меня, и очень внимательно. Все, живущие в этой стране, страшатся императора. Именно поэтому вы и были преданы в трудовом лагере, не так ли?» «Ты говоришь, что нас предадут снова?» - осознал Лоссвел, и Акстар утвердительно кивнул: «Иначе и быть не может. Тебя не посещала мысль о том, что пленники из трудового лагеря могли рассказать здешней страже о вас?»

Николь, Джейк и остальные выжидательно смотрели на Лоссвела, ожидая его решения. Прислушается ли их лидер к словам Акстара?.. Как бы то ни было, это будет его осознанный выбор, и только его. «Мы отправляемся в казематы», - постановил Лоссвел наконец, и уточнил Акстар с усмешкой: «Стало быть, глупый ученик решил не обращать внимания на слова наставника?» «Если прикажешь мне остановиться, я сделаю это», - с вызовом заявил Лоссвел. – «Но если ты лишь высказал свое мнение... Что ж, я тебя услышал, но я не разделяю его. Я считаю, что наша вера в мирян однажды окупится, и на добро нам ответят добром. Неважно, сколько раз мы окажемся преданы. Я продолжу хранить веру на лучшее в сердце. Ведь когда мы сражались с Хаотической Тьмой, именно вера мирян и спасла нас... Именно поэтому я...» «Ты глупец!» - с презрением оборвал излияния Лоссвела наемник. – «Взгляни на меня! Я однорукий, одноглазый, у меня искусственная нога. Напряги воображение и догадайся, как я стал таким. Поддаться эмоциям подобно смерти здесь, в Паладии». Тем не менее, Лоссвел устремился ко входу в казематы; герои последовали за ним, Акстар же остался снаружи.

Ворвавшись в пределы заграждения, герои принялись разить альдорцев, и, подбежав к центру казематов, где солдаты окружали приговоренных к казни пленников, потребовали немедленно освобождения тех. Солдаты, однако, даже не сделали даже попытки отступить в сторону, а героям предстал некий индивид, находящийся в престранном аппарате, парящем в нескольких футах над землею. «Я – Кси-Звездный Гудон, один из Орденов», - представился незнакомец. – «Поверить не могу, что мне поручено было дожидаться вас в этом захолустье. Но хватит разговоров, давайте сражаться. Не могу дождаться, когда покончу с вами».

«Ты дожидался нас?» - озадачилась Лид, и Гудон хохотнул: «А вы думали, пленники из трудового лагеря не сообщат о вас куда следует? Вас предали те, кого вы так отчаянно пытались спасти!» Лоссвел скрежетнул зубами: прав был Акстар, от начала и до конца! И почему только он не поверил бывалому наемнику?.. Но... остальные ни в коем случае не должны видеть его смятения...

«Ну и что с того?» - заявил Лоссвел, бесстрашно шагнув в направлении аппарата Гудона. – «Не всем же обладать огромным могуществом. Некоторым придется всякое совершать ради того, чтобы просто остаться в живых. Если это поможет хотя бы одному слабому человеку, я готов обманываться столько раз, сколько потребуется... А теперь подумай. Если мы сразим тебя, значит, казни прекратятся. Осознания сего для меня вполне достаточно».

«Я не ослышался, вы полагаете, что в силах сразить меня?» - усмехнулся Гудон. – «Похоже, Ордена не воспринимают здесь всерьез...» От летательного аппарата отделилось внушительное ядро, и стремительно ударило в каждого из героев, повергнув их наземь. С превеликим трудом они вновь поднялись на ноги, обернулись к противнику, который, похоже, откровенно забавлялся.

«Я казню вас всех лично», - посулил Кси-Звездный, и, направив аппарат к едва держащемуся на ногах Лоссвелу, бросил: «И начну с тебя».


Шестеро Веритасов были брошены в тюремный комплекс Медос, возведенный в южных пределах Георла. Раеген, израненный и обессиленный, вновь и вновь возвращался мыслями к последним мгновениям противостояния с могущественным воином, именующим себя Хью.

«Это конец, Раеген», - произнес тогда тот, занося меч для удара, должного оборвать жизнь Темного... Однако неожиданно опустил клинок, и, приказав стажам заточить поверженных Веритасов в тюрьме, устремился прочь. «Подожди...» - прохрипел Раеген ему вслед. – «Почему ты не убил меня?» «Я убиваю лишь достойных противников», - отвечал тот. – «А ты себя таковым не показал. Ты не стоишь затраченных на тебя усилий».

И сейчас Раеген озадаченно покачал головой, с горечью усмехнулся. Он всегда считал себя мастером меча, и познать подобное унижение... казалось немыслимым. «Я осознал, что сила не знает границ», - молвил он, обращаясь к сподвижникам. – «Именно поэтому я должен стать сильнее. И одна мысль об этом воодушевляет меня». Веритас Пламенный поддержал Темного: он также готов был принять вызов, исходящих от столь могущественных воинов – Орденов.

Светлая напомнила Темному и Пламенному, что радоваться нечего, и положение их – не из лучших. Кроме того, магические энергии, коими были наделены доспехи Веритасов, ныне иссякли, а, стало быть, силы их значительно уменьшились.

Неожиданно взвыла сирена, а дверь камеры распахнулась. Веритасы озадаченно переглянулись – это ловущка?.. Или шанс на спасение?.. Навряд ли сбой в системе тюремного комплекса возможен без внешнего воздействия, но кто свершил подобное?.. Впрочем, размышлять над этими вопросами не было у них ни сил, ни желания.

«Мы должны оставить доспехи», - велел Раеген остальным. – «Теперь они – лишь груды металла, и сковывают наши движения. Звездные высших рангов гораздо сильнее нас. Чтобы сравняться с ними силой, мы должны быть готовы рисковать своими жизнями». «И снятие доспехов – ознаменование нашей решимости?» - уточнила Светлая, но Водная кивнула, соглашаясь со словами Темного: «Я понимаю. И, кроме того, для меня это – прекрасная возможность отдалиться от той личности, какой я стала».

Оставив доспехи, оставались в которых на протяжении столетий, Веритасы покинули камеру, сошлись в сражении с многочисленными солдатами Альдора, наводнившими тюремный комплекс.

После, прорвавшись к выходу, Раеген предложил спутникам начать, наконец, называть друг друга по именам, сиречь Веритас Пламенный вновь будет именоваться Игнасио, Земляной – Зекехарт, Водная – Фолка, Светлая – Ситра, а Небесный – Сид. Последний был весьма удручен тем, как изменилась Паладия за последние 700 лет. Практически все, что он любил и чем дорожил в родном мире, прекратило свое существование.

Шестеро направились к гигантскому индустриальному граду Дормдраю, выступающему центром промышленности в землях Георла. Зрелище он являл, прямо сказать, неприглядное: смог, исходящий из труб множества фабрик и заводов, укутывал город из бетона и металла зловонным облаком.

Веритасы – хоть боле и не именовали они себя таковыми, - изумлялись: неужто подобный ужас, коий являла ныне Паладия, - то, за что они сражались 700 лет назад?.. Изменится ли мир, если сумеют они низвергнуть императора, ответственного за подобное положение дел?..

Заметив плачущую у придорожной свалки девочку, Сид остановился, обещал остальным, что нагонит их. После, обратившись к малышке, поинтересовался, что ее так расстроило. Всхлипывая, та отвечала, что наручные часы, которые так хотела она подарить отцу на День рождения, упали и разбились! «Это не так», - улыбнулся Сид. – «Отец будет рад любому подарку от своего ребенка».

После чего, попросив малышку передать ему часы, Сид в два счета починил механизм, и девочка благодарила незнакомца. «Меня зовут Мамир», - представилась она, и Сид, назвав свое имя, веле малышке аккуратно обращаться с часами, ведь утраченное время наверстать невозможно.

Поинтересовался он, что именно изготавливают на заводах Дормдрая. «Не знаю наверняка», - молвила Мамир, - «но вроде они извлекают энергию из кристаллов... или что-то вроде этого». Сид задумчиво кивнул: что же замышляет император?..

Расспросив горожан, выяснил Сид, что именно поглощение энергии кристаллов сделало земли континента столь бесплодными; и направлена энергия сила на поддержание барьера, окружающего башню Альдора – обитель императора. Теперь не сможет Веритасы вернутья в башню и взять реванш... Но очевидно, что в землях Паладии существуют генераторы, поддерживающие энергетический барьер, и если уничтожить их, оный непременно падет.

Не теряя времени, устремились Веритасы к огромному заводу близ города, где находился первый из генераторов. Пересекли они реку Хезнудо, зловонные воды которой были черны от нечистот, благо заводские трубы сбрасывали сюда отходы производства. «Как же загрязнена здесь вода», - сокрушалась Фолка. – «В прошлом Альдор, хоть и почитал науку, никогда не разрушал природу...»

«Ах вы, канализационные крысы», - послышался голос, и уверенной походкой к Веритасам приблизилась девушка, представилась: «Я – Мид, Тета-Звездная, из Орденов. Император приказал мне надзирать за генератором барьера». «Мид?..» - поразился Сид, во все глаза глядя на девушку.

«Эх, не Дельта-Звездный, но все равно...» - вздохнул Игнасио, и Мид презрительно поморщилась: «Дельта?.. Не сравнивайте меня с этим новичком, он всего лишь удачлив». Раеген озадачился: новичком?.. Как может новичок обладать столь всесокрушающей мощью?.. «Моя верность императору куда сильнее, нежели та, которой обладает Хью», - уверенно заявила Тета-Звездная. – «И я намереваюсь доказать это, даровав сюзерену ваши мертвые тела».

Сид сделал шаг в направлении Мид, намереваясь задать ей некий вопрос, но девушка нанесла ему стремительный удар, и Небесный в беспамятстве рухнул наземь... Веритасы атаковали Мид, и та вынуждена была отступить, испытывая жгучий стыд от осознания того, что одержали над ней верх безвестные чужеземцы.

«Кристалл в форме звезды в твоем ожерелье...» - начал было Сид, однако Мид не была расположена вести разговоры. Проницательный Раеген отметил, что сражалась их противница далеко не в полную силу; неужто она не воспринимает их всерьез – их, Шестерых Присяжных Паладии?..

Но размышлять о том, чем руководствовалась Мид, Веритасы не желали, и Зекехарт выступил вперед, намереваясь нанести противнице последний удар; опасно оставлять в живых одну из Орденов. «Погоди, Зек!» - бросился вперед Сид, пояснив: «Кристалл в форме звезды – доказательство того, что Мид – моя дочь!»

Веритасы потеряли дар речи от изумления... Первым в себя пришел Игнасио. «Сид, возьми себя в руки», - молвил он, переводя взгляд с Мид на Сида и обратно. – «Ты оставил семью 700 лет назад. Быть не может, чтобы дочь твоя оказалась жива...» «Нет, есть один способ», - возразил Раеген, испытывающе глядя на Тета-Звездную, и Сид, согласно кивнул, обратился к девушке: «Скажи... ты – как и мы - пошла на усовершенствование тела, чтобы обрести бессмертие?.. Зачем ты это сделала?!»

В гневе Сид метнулся к дочери, однако та сделала резкий выпад копьем, заставив Веритаса отступить. «Дочери, которую ты знал, больше нет!» - отчеканила Тета-Звездная. – «Теперь я – одна из Орденов! И при следующей нашей встрече я стану сражаться в полную силу!»

Девушка взмыла ввысь, расправила металлические крылья, притороченные к ее доспеху и позволяющие ей держаться в воздухе. Сид еще долго смотрел ей вслед, и на лице его отражалось отчаяние... и осознания того, что прошлого не вернуть, и придется принять для себя ужасающую реальность Паладии нынешней...

Ближе к ночи Веритасы разбили лагерь на окраине заброшенного военного гарнизона. Сид не мог сомкнуть глаз, возвращаясь мыслями к сегодняшней встрече с дочерью. О подобном он и помыслить не мог. Мид жива... и – в стане противника...

Вспоминал он, как в ночь перед решающим сражением с силами Хесса вернулся домой, и любимая супруга, укачивая на руках малышку Мид, тепло встретила его. Именно тогда он передал жене кристалл для Мид... Они долго разговаривали в тот вечер, гадая, как сложится судьба их дочурки...

Пребывая в раздумьях, Сид не замечал, как издали с тревогой наблюдают за ним трое – Фолка, Ситра и Зекехарт. Постановил последний, что при следующей встрече с Мид его меч оборвет существование Тета-Звездной, и Сид, остающийся в полной прострации, непременно вернется к ним. Фолке и Ситре идея пришлась не по нраву: уж слишком жестоко и самонадеянно вел себя Земляной...


...Тета-Звездная оставалась близ генератора; под началом ее находилось немало солдат Альдора. Мид знала, что все они погибнут в противостоянии с Шестерыми Присяжнымы, но те потратят на воинов немало сил, и она с легкостью покончит с ними...

Мыслями девушка унеслась к отцу... Осознание того, что вернулся он спустя столько столетий, разрывало ей сердце, но напоминала она себе, что служение императору – превыше всего... И когда лазутчики донесли о приближении к зданию Веритасов, безропотно отдала солдатам приказ атаковать...


С рассветом Шестеро Присяжных продолжили путь к генератору, на местонахождение которого им указывал поток энергии, рассекающий небеса и устремляющийся к башне Альдора. Миновали они полуразрушенный завод Данадея, разя альдорских солдат, преступающих им путь. Похоже, те восприняли угрозу со стороны Веритасов всерьез, и ныне с окрестных земель стягивались армейские подразделения, должные остановить врага...

Оставляя за собой лишь мертвые тела имперцев, Веритасы целенаправленно следовали вперед, и вскоре достигли высокотехнологичного комплекса, находился в котором один из генераторов защитного поля. Оный находился под защитой Мид, и, обратившись к отцу, заявила та, что будет сражаться, не сдерживая сил. «Я знаю», - произнес Сид, глядя дочери в глаза. – «Но сначала выслушай, что я скажу тебе. Семьсот лет назад Альдор предал меня и изгнал в иной мир, Ляпис. Все это время жизнь во мне поддерживали лишь помыслы о мщении Альдору, отнявшему у меня семью. Семья была всем для меня... Я хотел узнать, что произошло с моими любимыми... увидеть хотя бы их надгробия. Вот почему я вернулся в Паладию... Но Мид... ты оказалась жива. Хоть я донельзя удивлен тем, что обрела ты бессмертное тело и присоединилась к Орденам».

«К чему ты клонишь?» - осведомилась Мид, и голос ее дрогнул. «Сейчас мы с тобой враги», - молвил Сид. – «И я скажу тебе лишь одно. Мид, спасибо. Спасибо, что жива». «Это все, что ты хотел сказать?» - раздраженно вопросила Мид, взяв себя в руки, и Сид вздохнул: «Я многое хотел бы сказать тебе. Но сейчас говорить станут наши клинки». «Да, этого более, чем достаточно, чтобы выразить наши мысли», - согласилась Мид.

...В сражении с Шестерыми Присяжными Мид оказалась повержена, и Раеген, не теряя ни мгновения, бросился к панели управления генератором, инициировал взрыв оного путем подачи чрезмерного количества энергии.

Сид же приблизился к раненой дочери, вопросил с искренней заботой: «Ты как?» «Когда ты неожиданно исчез, мама всегда говорила, что папа мой не погиб», - тихо произнесла та в ответ. – «И что однажды он вернется... Но вскоре после этого она умерла... Я поверила мама, и продолжала ждать твоего возвращения. Но этого так и не произошло... Потому я пыталась найти способ продолжить свое ожидание...» «И именно поэтому ты обрела бессмертное тело?» - вопросил Сид, и Мид вздохнула: «Ты сказал, что я глупо поступила, пойдя на этот шаг, но... Но теперь ты здесь. Мы наконец-то встретились. Эти 700 лет... были подобны долгому сну... Может, поэтому я чувствую, что он все еще продолжается, и тот факт, что я вижу пред собой отца – не более, чем наваждение».

«Это не сон», - покачал головой Сид. – «Это не сон, Мид». «Папа...» - прошептала Мид. – «Я действительно так сильно хотела встретиться с тобой!» «И я», - отвечал Сид, в глазах которого стояли слезы. – «Мид, оставь Ордена, пойдем с нами». «Я не могу», - тихо молвила Мид. «Но почему?» - удивился Сид.

Вместо ответа Мид поднялась на ноги, лицо ее вновь приняло непроницаемое выражение. «Признаю, ваш отряд силен», - отчеканила она. – «Но на данный момент вы гораздо слабее трех сильнейших Звездных, не говоря уже об Императоре. Поэтому прошу, покиньте Паладию. Я ведь для этого и позволила вам совершить побег из тюрьмы...» «Так это была ты...» - выдохнул Сид, и Мид, коротко кивнув, продолжала настаивать: «Немедленно возвращаттесь в Ляпис. Так будет лучше... для всех нас».

Она протянула отцу игрушечные часы, и, смущаясь, пояснила, что сделала их, когда была малышкой, и с тех пор берегла, чтобы однажды подарить Сиду... в благодарность за кристалл в форме звезды. После чего отступила, покинула помещение.

Сид проводил дочь взглядом, поклявшись, что однажды непременно вырвет ее из рядов Орденов...


Аппатар Кси-Звездного завис перед Лоссвелом, и осознал последний, что смертное существование его вот-вот оборвется.

Неожиданно один из пленников, доселе наблюдавший за противостоянием издали, бесстрашно встал перед Гудоном, постановил, что не позволит ему причинить вред чужеземцам. Присоединились к нему и другие... Кси-Звездный устало вздохнул, и ядро его аппарата разметало пленников в стороны.

«Почему ты это сделал?» - обратился Лоссвел к человеку, вставшему на его защиту, а ныне лежащему в грязи, в луже собственной крови. «А ты почему решил помочь нам?» - прохрипел обреченный. – «Спасибо... что простил тех, кто предал тебя... Твои слова о готовности помогать слабым, даже если они окажутся неблагодарный... действительно тронули меня. Молю тебя... спаси остальных... Знаю, ты сможешь».

Он скончался, и Гудон, удовлетворенно хмыкнув, вновь перевел взор на Лоссвела, вознамерившись продолжить казнь дерзких. Неожиданно выросла пред ним фигура Акстара, и удар меча последнего отправил летательный аппарат Кси-Звездного в неконтролируемое вращение.

«Похоже, ты был прав, поверив в этих людей», - бросил наемник, обращаясь к Лоссвелу. «Нет, я ошибался», - отвечал тот. – «Я полагал, что пленников надлежит спасти, потому что они слабы. Но, как оказалось, это не так. У этих пленников... храбрые сердца. Они готовы рискнуть жизнями, выступив против врага... ради меня...» «Действительно», - хмыкнул Акстар. – «И если ты действительно веришь в это, каким станет твой следующий шаг?» «Следующим шагом станет окончательно низвержение этого зла!» - отвечал Лоссвел, указав клинком в сторону Гудона, и Акстар одобрительно кивнул: «Прекрасно. Это верный ответ».

Кси-Звездный атаковал, ведь и помыслить не мог он о поражении... однако познал оное совсем скоро. За противостоянием наблюдали и приговоренные к казни, и их охранники, и когда пал Гудон, возликовали пленники, ибо на их глазах свершилось немыслимое, и один из непобедимых Звездных оказался повержен. Дрогнув, альдорцы бросились прочь, стремясь донести весть о произошедшем своим командующим, а один из пленников, обратившись к героям, признался, что принадлежит к сопротивлению, и предлагал им объединить усилия в противостоянии императору Альдора.

«Императору противостоят люди, которые гораздо сильнее нас», - отвечал ему Лоссвел. – «Мы же пытаемся найти кое-кого». «Конечно, если мы встретим на пути кого-нибудь из Орденов, то непременно зададим ему хорошую трепку!» - обнадежил бойца сопротивления Джейк.

Но вынуждены были герои признать, что здесь нет следов Рейна. Куда же он мог подеваться?.. «Почему бы вам не наведаться в Гунган?» - предложил пленник чужеземцам. – «Это густой лес. В нем немало мест, где можно укрыться. К тому же, это страна зверолюдей».

Обещал пленник, что непременно раздобудет чокобо для своих спасителей, ведь путь до Гунгана неблизок. Лоссвел же убеждал себя в том, что в державе зверолюдей непременно отыщет исчезнувшего друга...


На скальном утесе в землях, далеких от Георла, замер Сол. Устремив неподвижный взор в одну точку, мудрец, казалось, прислушивался к чему-то. «Рейн», - прошептал, наконец, он. – «Я чувствую твое присутствие здесь, в этом мире. Эта отвратительная аура праведности... Ты ничуть не изменился... Но это и хорошо... Рейн, будь уверен: на этот раз я непременно оборву твое существование! Мы с тобой не можем сосуществовать, и сражение наше завершится, лишь когда один из нас будет уничтожен».

***

Шестеро Присяжных достигли земель южного континента Гунган, отделенного от Георла горной грядой. На равнинах Уку разбили лагерь, дабы передохнуть прежде, чем продолжат путь в поисках разбросанных по миру генераторов, поддерживающих энергетический барьер вокруг башни Альдора.

«Сколько еще генераторов нам нужно разрушить?» - спрашивал Сид, и Игнасио хохотнул в ответ: «Будем взрывать их до тех пор, пока барьер не исчезнет!» Зекехарт закатил глаза: поистине, иногда его соратник кажется донельзя недалеким!..

Снявшись с лагеря, Веритасы продолжили путь. До самого горизонта тянулись густые чащобы да благодатные равнины – приятное разнообразие в сравнении с опустошенными, безжизненными пределами Георла. «Сид, помнишь это место?» - обратился к товарищу Раеген, но прежде, чем тот успел ответить, отряд атаковал некий зверолюд.

Веритасы сразили противника, а чуть погодя приблизился к ним иной зверолюд, облаченный в черную ризу, поблагодарил за то, что покончили иноземцы с преступником, которого он преследовал. «Я – Фон, советник короля Гунгана», - представился зверолюд, и счел необходимым уточнить: «Не ложного короля, а истинного – обладающего силой, необходимой для того, чтобы возглавлять наш народ».

«То есть, в Гунгане двое королей?» - уточнила Ситра, и зверлюд подтвердил: «Да, верно. В настоящий момент эта страна разделена на два лагеря, между которыми разгорелся конфликт, и в каждом из них – по королю». «Что?» - поразился Игнасио. – «Неужто за 700 лет ничего не изменилось?» Зекехарт и Ситра шикнули на не в меру словоохотливого сподвижника: иногда разумнее держать рот на замке!..

Фолка просила Фона рассказать им подробнее о происходящем в сих землях, и молвил зверолюд: «Прежде Гугнан был единой державой. Даже Альдор, правящий сим миром, не связывался с нами. Наше географическое положение осложняло вторжение, и зверолюды в сражении в лесах были непобедимы. Гунган был единственной страной на всей Паладии, свободной от ига Альдора. Однако и наша держава не избежала перемен. Под влиянием иноземных культур и технологий наш образ жизни начал изменяться». «И это наверняка привело к конфликту», - резюмировала Ситра, на что Фолка отрицательно качнула головой: «...Непростой вопрос. Перемены – не всегда к худшему».

Фон же, отмечая силу Шестерых Присяжных, просил их встретиться с его королем. «Разве разумно доверять кому-то лишь потому, что они сильны?» - озадачился Раеген, и отвечал зверолюд: «Ну, по крайней мере, вы не из наших земель. Стало быть, вы нам не враги. Противники наши – те, кто поклоняется природе... пламя Натура... Зверолюды Гунгана разделены на два племени: Шибира и Натура. Шибира принимают развитие и технологии, Натура же погрязли в прошлом. В этом и состоит суть конфликта между племенами».

Раеген выразил готовность встретиться с королем племени Шибира, и Фон, велев чужеземцам следовать за ним, устремился прочь. Веритасы с возмущением обратились в Раегену, спрашивая, зачем понадобилось им отвлекаться от цели, однако тот лишь загадочно улыбнулся: «По пути вы все поймете». Обескураженные, Веритасы последовали за своим лидером.

Вскоре достигли они оплота племени Шибира, и Фон указал путникам на чертог, в котором ожидал их король. Отозвав Раегена в сторону, Ситра шепнула: «Ты ведь знаешь, эти племенные конфликты никогда с легкостью не разрешить». «Да, представляю...» - кивнул Раеген, и продолжала Ситра: «К тому же, если речь идет о том, чтобы принять для себя современные технологии, мы вообще не можем здесь никому давать советы, будучи посторонними...»

«Ситра, я знаю, к чему ты клонишь», - отозвался Раеген. – «Но в этом вопросе я не считаю себя посторонним. Нет ‘их’ или ‘нас’ – лишь обитатели Паладии. Вне зависимости от обстоятельств, мы обязаны помогать друг другу, верно?» Ситра долго молчала, размышляя, а после недоверчиво покачала головой: «А ты на самом деле ничуть не изменился. Даже по прошествии 700 лет ты обладаешь этим наивным чувством справедливости». «Разве это плохо?» - осведомился Раеген, и улыбнулась Ситра: «Нет, совсем нет. Это – одно из тех твоих качеств, которое я...» Она осеклась, зарделась, посчитав, что и так сказала слишком много.

Шестеро Присяжных приблизились к трону, на котором в окружении стражи из зверолюдов восседал человек! «Я – Палте, король Шибира», - представился тот, обращаясь к пораженным гостям. – «Фон рассказал мне о вас, и я хотел с вами встретиться».

Утратив дар речи, Веритасы взирали на человека, выступавшего правителем племени зверолюдов...


Лоссвел и спутники его добрались, наконец, до земель Гунгана, и близ леса Тирам они остановили ездовых чокобо, чтобы продолжить странствие на своих двоих. С непривычки герои едва держались на ногах, все тела их болели; все-таки преодолеть столь значимое расстроение верхом на чокобо – вполне себе достижение!.. Лишь Акстар не разделял состояния спутников, и лишь насмехался, наблюдая страдания тех.

Лес Тирам являл собою образец нетронутой цивилизацией, девственной природы, и был поистине прекрасен... и опасен: огромных насекомых и прочего зверья в чащобе обитало предостаточно!

В сердце лица лицезрели герои зверолюдов, пререкающихся друг с другом. «Нам надлежит просто переговорить», - настаивала одна из них. – «Противостоянием ничего не решить». Двое зверолюдов, принадлежащих к племени Шибира, наотрез отказывались вести переговоры с презренными Натура, ведь именно они расставили ловушку на церемонии подписания! Зверолюдка из племени Натура ужаснулась подобным обвинениям, но Шибира вознамерились преподать ей урок, здесь и сейчас.

Лоссвел наряду с товарищами приняли сторону девушки, сразили Шибира, однако зверолюдка, похоже, осталась весьма недовольна подобным исходом. «Почему вы так поступили?!» - напустилась она на людей. – «Вы сражаетесь, полагая, что насилием возможно решить любую проблему...» «Но если бы не мы, они вполне могли бы тебя убить», - резонно заметил Лоссвел, но зверолюдка возразила: «Не обязательно. К тому же, я могла бежать». «Конечно», - не удержался, съязвил Акстар. – «Бегство – это такой вид победы. Просто прекрасная стратегия! Но вижу, что твои лапы ранены. Думаешь, в таком состоянии сумела бы бежать?»

Зверолюдка потупилась, признавая правоту слов незнакомца. Обратившись к ней, Николь предложил сопроводить девушку к сородичам. Та не разумела, посему чужаки столь пекутся о ней, но возражать не стала. «Мое имя – Куншира», - представилась она. – «Куншира из племени Натура».

Следуя на юг, герои покинули лес Тирам, и вскоре достигли руин Копана – древнего града, о котором мало кто из ныне живущих ведает. Здесь, сразив каменного конструкта Брутаса, выступающего стражем позабытых развалин, продожили они путь в южные земли Гунгана.

В сердце сих благодатных пределах возносило кроны свои к небесам Древо Натурии, и именно к вершине его повела за собою героев Куншира. Последняя поблагодарила спутников за то, что сопроводили те ее до самого оплота племени, поинтересовалась, куда же направятся они теперь. «Мы странствуем в поисках исчезнувшего друга», - признался Лоссвел, - «и будем продолжать поиски». «А есть у вас предположения, где он может находиться?» - осведомилась Куншира. «К сожалению, нет...» - отвечал Лоссвел.

Услыхали они злые голоса; зверолюды племени Натура ожесточенно, с ненавистью отзывались о коварных Шибира, воспользовавшихся церемонией подписания мирного договора для того, чтобы напасть на них! И теперь столь многие собратья их мертвы, но король племени продолжает молчать, единолично принимая решения. Подобный уклад зверолюдов никак не устраивал...

Сакура шепнула Лоссвелу, что хотела бы задержаться немного здесь, в Натурии, ибо есть вещи, весьма ее тревожащие. «Давным-давно я сражалась здесь», - молвила она. – «И не могу просто взять да отвернуться от бед сего племени». «Ты сражалась здесь?» - поразилась Куншира, и Сакура кивнула: «Долгая история». «Тогда почему бы вам не встретиться с нашим королем, Яшкой?» - предложила зверолюдка. – «Он вам расскажет все о том, в каком состоянии пребывает ныне племя Натура».

Не тратя боле времени, Куншира провела героев в просторное помещение в стволе исполинского древа, где представила их королю племени. «Прошу прощения за задержку», - изрекла она. – «На меня напали Шибира...» «Напали?» - встревожился Яшка. – «Это может быть как-то связано с нападением, случившемся на церемонии?» «Вполне возможно», - предположила Куншира. – «Но они утверждают, что нападение – наших рук дело!»

Король просил Кунширу – как оказалось, его ближайшую помощницу, - занять место подле трона его, а после, отвечая на просьбу Николя, поведал чужеземцам о произошедшем. «Я пытался заключить перемирие с Шибира», - рассказывал он. – «Моему народу эта идея пришлась не по нраву...» «Но ты единолично принял решение и претворил его в жизнь?» - уточнил Николь. Король промолчал, вместо него ответила Куншира: «Я не верюв в то, что решение короля было неверным».

«Наши попытки заключить мир – не причина нынешней паники в племени», - наконец, продолжил Яшка. – «Мы организовали церемонию подписания мирного договора, когда произошел взрыв. Многие из моих сородичей погибли». О том, кто стоит за столь вероломным нападением, неведомо до сих пор. «Мы предполагали, что взрыв – дело рук Шибира, противящихся перемирию», - изрекла Куншира. – «Глупо возлагать вину на короля лишь за то, что он предложил заключить мир... Но не желал ничего дурного!»

Выступив вперед, Сакура поинтересовалась, что могут сделать они для племени Натура. «700 лет назад здесь, в Паладии, произошла страшная война между Альдором и Хессом», - молвила она. – «Пламя ее затронуло и эти земли». «О деяниях Восьмерых Присяжных, защитивших сии пределы от зла Хесса, глаголят по сей день», - с благоговением прошептала Куншира. «В таком случае вы должны знать, что я – одна из Восьмерых Присяжных», - заявила Сакура, и, отвечая на изумленный взор короля Яшки, продолжала: «Я рисковала жизнью, чтобы защитить эти земли. И не могу допустить, чтобы здесь продолжался конфликт».

«Я слышал, что Восьмеро Присяжных Паладии бессмертны», - медленно проговорил король, в упор глядя на Сакуру. – «Но в это непросто поверить». После чего обещал поразмыслить над словами гостьи, а покамест предлагал чужеземцам задержаться в Натурии.

Куншира вызвалась сопроводить героев к своему скромному жилищу. По пути слышали те недовольный ропот обитателей Натурии, открыто называющих своего короля «тираном». «Они разгневаны не только из-за навязанного перемирия и взрыва на переговорах», - призналась Куншира, когда ступили герои в ее обиталище. – «Король неожиданно объявил наши охотничьи угодья ‘Запретными Землями’. Никто не имеет права ступать туда боле. Одно следовало за другим. Народ находится в шаге от мятежа, ведь недоверие к королю все растет».

«Но в чем они неправы?» - поинтересовался Джейк. – «Из твоего рассказа следует, что гнев зверолюдов вполне оправдан. Король взял да лично принял некие странные решения, и они привели в итоге к гибели его подданных в час взрыва. По мне, не самый мудрый правитель. Он обратил племя свое в бомбу и своими же руками поджег фитиль». «Ты ничего не знаешь!» - с неожиданной яростью прошипела Куншира, и пораженный Джейк отступил на шаг. – «Король искренне печется о благополучии своего народа! Но... с тех пор, как вернулся из Запретных Земель, совершает он странные поступки...»

Не добавив больше ничего к сказанному, она выбежала из жилища. Обескураженные, герои последовали за зверолюдкой, но догнать ее не удалось. Зверолюды, встреченные героям у основания древа, поведали, что Куншира бежала в направлении Запретных Земель – их бывших охотничьих угодий. Джейк, полагая, что его резкие слова стали причиной срыва Кунширы, просил Лоссвела отправиться вслед за зверолюдкой, дабы смог он извиниться перед нею.

«Какие мягкосердные», - покачал головой Акстар, и Лоссвел обратился к нему: «Наставник, хочешь сказать, что нам не следует отправляться вслед за ней?» «Нет, я не против помощи другим», - отозвался наемник. – «Ведь иначе ни за что не взял бы дурня вроде тебя к себе в ученики». Лоссвел поймал себя на мысли, что издевки Акстара больше не задевают его – привык, наверное. Но странно: когда наемник обращается с ним таким образом, испытывает Лоссвел странное чувство... как будто в разум пытаются вернуться некие давно позабытые воспоминания...

Покинув Древо Натурии, герои продолжили путь в южные земли, углубились в причудливые, ирреальные пределы Петры – Леса Иллюзий. Здесь обнаружили они израненную, обессиленную Кунширу. Последнюю Фина незамедлительно исцелила заклинанием, а Джейк не преминул произнести слова извинений. «То, что ты сказал, было правдой», - отвечала ему Куншира. – «Народу не нравятся решения, принимаемые правителем. Но король Яшка прежде всегда ставил желания подданных превыше всего. Потому... я хотела выяснить, что так изменило его...» «И поэтому ты устремилась к Запретным Землям...» - констатировал Николь.

«Но почему ты все это делаешь ради своего короля?» - вопросила Фина, и молвила Куншира: «Потому что я в долгу перед ним. Ведь я сама родом из племени Шибира». Рассказывала она, как некогда оставила свое племя, ведь природа была для нее куда дороже, нежели налет цивилизации. Зверолюды племени Натура, однако, велели одной из Шибира убираться прочь, изгнали ее из Древа Натурии. Растерянная, Куншира шла по гиганской ветки, зная, что уже не сможет вернуться к родному племени. Пребывая в собственных мыслях, она сорвалась, едва успела зацепиться за лиану... От гибели спас ее король Яшка, с интересом воззрился на Шибира, ведь прежде не встречал он представителей сего племени, желающих примкнуть к Натура. «Куншира, с этого дня ты станешь одной из моих советниц», - постановил король. – «Своим выбором ты доказала, что привержена природе всей душой». «Но... я Шибира», - выдавила потрясенная Кушнира, но король лишь мотнул головой: «Натура, Шибира – это не важно. Пути наши – все одинаковы». Куншира приняла великодушное предложение короля, и с тех пор служила ему верой и правдой.

Герои подтвердили свое стремление сопровождать Кунширу в Запретные Земли, дабы вернуть королю Яшке его доброе имя. «Ты уверен?» - шепнул Акстар Лоссвелу, когда остальные удалились на достаточное расстояние. – «Мы немало отклонимся от цели». «Рейн часто совершал подобные отклонения», - отвечал Лоссвел. – «Он останавливался, чтбоы помогать нуждающимся... И всегда преуспевал в своих начинаниях – неважно, сколь тяжело это было для него. Я думаю, он обладал истинной силой, наставеник. Как и ты. Посему, если я стану помогать нуждающимся так же, как это делал Рейн...» «...Ты считаешь, что однажды непременно его встретишь, так?» - закончил за него Акстар, и Лоссвел утвердительно кивнул. «Понятно», - произнес наемник. – «Вижу, ты очень хочешь снова с ним увидеться. Уверен, Рейн разделяет твое стремление». С этими словами он устремился вслед за остальными, и Лоссвел удивленно глядел ему вслед. А как же оскорбления, саркастичные замечания?..

За чарующим Лесом Иллюзий начинались Джунгли Бодун – место весьма дикое и гибельное. Немало монстров – в том числе и растительных – пришлось сразить героям прежде, чем продрались они через растянувшиеся на много миль заросли.

Наконец, достигли они Запретных Земель, и Куншира остановилась на границе оных в вящем изумлении. Там, где прежде простирались благодатные лесные угодья, ныне тянулись пески пустыни! «Как возможно подобное?» - выдохнула зверолюдка. – «Еще недавно здесь были леса, и животные водились в изобилии».

В подобное поверить было сложно; герои не знали, что и сказать. «Как объяснить подобное соплеменникам?» - горестно вздыхала Куншира. – «Быть может, именно поэтому король Яшка нарек сию область ‘Запретной Землею’?» «Возможно, он не хотел, чтобы народ ударился в панику», - предположил Джейк, а Николь предложил остальным продолжить путь к сердцу Запретных Земель – быть может, удастся понять, что стало причиной столь разительных перемен, приведших к опустошению.

Лоссвел и Акстар переглянулись, одновременно ощутив присутствие некой силы – злой и могущественной. Лоссвелу природа оной была знакома, но делиться подозрениями с наемником он не спешил – хотел сперва подтверить их для себя.

...Самые худшие подозрения Лоссвела оправдались, и в сердце пустоши лицезрел он Сола! «Твоя работа?» - осведомился Лоссвел, делая широкий жест. Мудрец, однако, ответом его не удостоил, внимательно оглядел всех без исключения членов отряда, после чего изрек: «Не вижу с вами Рейна. Где же он?.. Без Рейна вы мне неинтересны. Уходите, пока я не уничтожил всех вас».

«Но зачем тебе Рейн?» - осведомился Лоссвел, и отвечал Сол: «Это ведь очевидно. Хочу с ним повидаться». «И зачем же?..» - настаивала на ответе Фина. «Чтобы свести с ним счеты, конечно же», - как само собой разумеющееся, заявил Сол. – «Я хочу сокрушить это его отвратное стремление к справедливости, а также изуродовать тело его так, что он взмолится о пощаде! Но пощады он от меня не дождется... Лишь одно предвкушение этого наполняет меня радостью!.. Ныне цель моя – не уничтожение вселенной, нет. А абсолютное унижение Рейна, а после - уничтожение самого его существования». «Не обманывай себя, этому не бывать!» - постановил Лоссвел, обнажая клинок. – «Я собираюсь прикончить тебя здесь и сейчас, и замыслы твои не осуществятся!»

Герои, примкнул к которым и Акстар, сошлись в противостоянии с мудрецом, показавшим себя противником еще более могущественным, нежели в час их предыдущего сражения в Ляписе... Сол оказался повержен, но когда Лоссвел вознамерился нанести мудрецу последний удар, путь ему преградил наемник, заявив, что если ученик его сделает это, то непременно погибнет.

Сол, как ни в чем не бывало, поднялся на ноги, одобрительно кивнул Акстару, распознавшему его игру. «Лоссвел, сегодня ты избежал смерти», - буднично заметил он. – «Если бы ты вознамерился сразить меня, то сейчас бы твоя отсеченная голова пала бы наземь». «То есть, он просто притворялся?» - изумилась Лид, но Акстар, не отводя от противника цепкого взгляда, отрицательно покачал головой: «Не совсем. Мы сумели нанести ему раны».

«А ты силен», - одобрительно заметил Сол. – «Должно быть, даже сильнее, чем Рейн. Но уж слишком скучен для меня и неинтересен. Разве не должен ты противостоять этим глупцам вместо того, чтобы объединяться с ними?» Акстар промолчал. Обратившись к Солу, Лоссвел потребовал у того пояснить свои слова... когда земля у них под ногами сотряслась.

«Иссякли энергии кристалла сих земель», - резюмировал Сол. – «Природа Паладии поддерживается силой кристаллов. И когда один из таковых исчезает, приходит опустошение». «Но почему... энергии кристалла иссякли?..» - вопросил Лоссвел, и Сол пожал плечами: «Бессмысленный вопрос. Все рано или поздно умирает. Таков закон природы... Но... если взглянуть на окрестные земли... мы увидим, что пустыня распространяется окрест с невероятной скоростью».

«Теперь я понял, что он пытался сделать», - молвила Куншира, и когда взоры героев обратились к ней, пояснила: «Король Яшка пытался защитить свой народ. Шибира обладают технологией, которая может заменить кристалл... Именно поэтому король Яшка и предложил заключить мирный договор. Он хотел остановить распространение опустошения земель как можно скорее». «Но церемония так и не состоялась», - произнес Джейк. – «Стало быть, технология вашему племени недоступна».

«Неужели нет никакого способна остановить расширение пустыни?» - в отчаянии молвила Фина. «Есть один способ», - отвечал ей Акстар. – «Но силой заберем эту технологию у Шибира». Подобное предложение откровенно претило героям... но есть ли у них иной выбор?..


Утратив дар речи, Веритасы взирали на человека, выступавшего правителем племени зверолюдов.

«Да, я человек, но я пекусь о будущем этого племени», - заверил чужеземцев Палте. – «Однако это жалкое отродье, Яшка из племени Натура, попытался устроить нам ловушку, организовав церемонию подписания мирного договора. Ради будущего Гунгана мы должны покончить с этим коварным племенем раз и навсегда!.. И мы только что направили племени Натура объявление войны!»

Поднявшись с трона, король Палте приблизился к Веритасам, и, низко поклонившись им, произнес: «Шестеро Присяжных Паладии, от лица племени Шибира я смиренно прошу вас о помощи. Ведь вас, легендарных воителей, привела сюда сама судьба. Примкните же к нам в противостоянии Натура... защитите эту землю так же, как сделали 700 лет назад...»


Лоссвел и спутники его вознамерились вернуться в Натурию, дабы обсудить иссякание энергии кристалла и стремительное распространение пустынных земель в южном Гунгане с королем Яшкой.

«А с ним что делать?» - Акстар кивком указал на Сола, и произнес тот: «Моя единственная цель – отыскать Рейна. Ради достижения ее я примкну к вам». Подобного откровения герои не ожидали: мысль о том, что в отряд их войдет тот, кто жаждет покончить с Рейном, откровенно претила. «Мне кажется, это логично», - Сол не разумел изумления недавних противников. – «Ведь мы стремимся к одной и той же цели». «Сходство наших целей завершается на встрече с Рейном», - пояснил Николь. – «Дальнейшие цели, мягко говоря, в корне различны. Ты хочешь уничтожить Рейна... а мы не можем допустить этого».

Приблизившись к Солу, Лоссвел постановил: «Хорошо, ты можешь примкнуть к нам». Спутники его лишились дара речь: неужто лидер их обезумел?.. А Лоссвел не преминул пояснить: «Кто знает, что он сделает, если мы оставим его здесь. Я лучше буду держать его под присмотром». «Неплохо, для дурака-ученика», - одобрительно кивнул Акстар. – «Как вариант, можем остаться здесь и продолжать сражение с ним до тех пор, пока одна из сторон не будет уничтожена...»

Сол пожал плечами: и подобный вариант его вполне устраивал. Лоссвел же, вновь обратившись к мудрецу, озвучил свое условие: если тот станет членом их отряда, то не вправе действовать по собственной воле, без дозволения остальных. «Не помню, чтобы я позволял тебе приказывать, но хорошо», - безразлично отозвался Сол. – «Меня интересуют исключительно поиски Рейна».

Лоссвел кивнул, устремился прочь, провожаемый взглядами пораженных до глубины души героев. Фина шепотом обратилась к Лоссвелу, спрашивая, действительно ли это хорошая идея – позволять Солу оставаться рядом, и отвечал юноша: «Если он продолжит поиски самостоятельно, есть вероятность, что он отыщет Рейна раньше, чем это сделаем мы. В этом случае Рейну придется сразиться с Солом в одиночку, и мы не сможем поддержать его... А я не хочу повторения произошедшего. Рано или поздно мы сведем счеты с Солом, вне всяких сомнений. Но сделаем это, когда Рейн вновь будет рядом». «Да, ты прав...» - признала Фина.

...Выступив в обратный путь, герои вновь миновали причудливые чащобы Петры. «А как именно король Яшка собирался остановить опустошение?» - поинтересовалась Лид у Кунширы, и напомнила та: «Скорее всего, он надеялся воспользоваться Катализатором Шибира. Это технология, которая преобразует энергию драгоценных металлов в используемый ресурс. В землях Натура подобных ископаемых предостаточно, но у нас нет технологий, чтобы воспользоваться ими. Шибира применяют Катализатор на своих заводах, чтобы производить еду, и недостатка оной никогда не испытают. Думаю, король Яшка полагал, что, обладая Катализатором, он сможет управлять энергиями кристалла, не черпая их при этом». «Понятно», - кивнула Лид, поразившись, сколь продвинуты технологии в сем мире – даже те, обладают коими зверолюды. – «Ведь кристалл, в сущности, тоже своего рода ископаемое».

«Твоя история помогла нам понять происходящее», - с благодарностью обратился Николь к Куншире. – «Натура надеялись на мирные переговоры, чтобы пресечь распространение пустыни... но почему на них согласились Шибира? Вопрос этот не дает мне покоя». «Возможно, Шибира тоже для чего-то нуждались в помощи Натура», - предположил Джейк, и Николь согласно кивнул: «Да. Вероятно, они нацелились на залежи драгоценных металлов в землях Натура». «Возможно, вы и правы», - подтвердила Куншира. – «Для того, чтобы использовать Катализатор по назначению, им нужно весьма большое количество металлов». «Если это так, нельзя тратить время на противостояние!» - с жаром воскликнул Джейк. – «Обе стороны должны помочь друг другу!»

На землю перед отрядом опустилась птаха, в которой Куншира узнала одну из птиц-посланников короля Яшки. К лапке пернатой была приторочена записка; прочтя ее, Куншира потрясенно выдохнула: «Шибира и Натура собираются воевать...» «Потрясающе», - хохотнул Сол, нарушив воцарившееся потрясенное молчание. – «Народы, которые нужны друг другу, выбирают войну вместо сотрудничества».

Лоссвел призвал спутников ускорить шаг: им нужно как можно скорее добраться до Древа Натурии...


«Легендарные воители, услышьте меня!» - обращался король Палте к внимавшим ему Шестерым Присяжным. – «В скором будущем племени Шибира суждено завершить свое существование. Издревле Шибира пополняли свои запасы продовольствия с помощью технологии передачи энергии под названием ‘Катализатор’. Но залежи редких металлов, используемых для этого, практики иссякли на наших землях». «Это стало одной из причин, по которым король Палте согласился позабыть о разногласиях и подписать с племенем Натура мирный договор», - добавил Фон.

«Но церемония подписания оказалась ловушкой», - вздохнул король. – «Использовав взрыв как диверсию, Натура выкрали ядро управления Катализатором из нашего комплекса по передаче энергии». Игнасио возмутился подобной беспринципности Натура; Раеген же хранил молчания, полагая, что любые выводы покамест делать преждевременно.

«Только что мы объявили войну Натура», - продолжал Палте. – «Легендарные воители, я обращаюсь к вам снова: сразитесь ли вы на нашей стороне, дабы защитить сии земли так же, как сделали 700 лет назад?» «...Да, мы поддежим Шибира», - принял решение Раеген. Король вознамерился было незамедлительно перейти к обсуждению стратегии нападения на Древо Натурии, однако Раеген упреждающе поднял руку, заявив: «Но сперва мы бы хотели выступить по следам того, кто выкрал ядро вашего Катализатора».

Палпе и Фон переглянулись, после чего поинтересовались, зачем нужно подобное, ведь очевидно, что это – один из зверолюдов племени Натура. «Есть ли у вас доказательства этого?» - напрямую вопросил Раеген, и, видя, как Фон замешкался с ответом, пояснил: «Если начнется война, будет пролито немало крови. И все окажется впустую, если выяснится, что подозрения ваши необоснованы. Король Палте, дай нам немного времени. Мы выясним правду об исчезновении ядра».

Король возражать не стал, но все же взял с Шестерых Присяжных обещание: если выяснится, что злодей действительно принадлежит к племени Натура, воители безоговорочно примут сторону Шибира.

Покинув дворец, Веритасы ступили на шумные улицы метрополиса Эставилла – столицы зверолюдов племени Шибира. «Фон, а как так получилось, что человек Палте стал королем зверолюдов?» - обратился Раеген к советнику монарха, и отвечал тот: «Деталей в точности не знаю, но, насколько мне ведомо, Палпе был брошен еще ребенком, и выразил его ученый-зверолюд. Должно быть, названный отец оказал на него большое влияние, ибо Палпа тоже стал исследователем, и лично разработал технологии Катализатора. Способность передачи энергии таким образом оказала огромное влияние на процветание и развитие нашего пламени. Показав, что принадлежность к той или иной расе ничего не значит, он был избран королем зверолюдами нашего племени».

Шестеро Присяжных приступили к расспросам горожан, надеясь, что сумеют отыскать зацепку к поискам виновных в случившемся. Сид полагал, что инцидент был специально срежессирован исключительно для того, чтобы посеять вражду между двумя племенами. Такого же мнения придерживался и Раеген.

«Кстати, а как король Палте узнал, что мы – Шестеро Присяжных?» - вопросил он у Фона. «У короля есть шпионы, следящие за творящемся в землях, подвластных Альдору», - отвечал зверолюд. «Шпионы...» - хмыкнул Сид. – «Думаю, они жизненно необходимы ныне каждой свободной державе в Паладии». «Один из шпионов и доложил о вашем возвращении в Паладию», - молвил Фон, после чего поспешил оставить Веритасов: ему надлежало заняться приготовлениями к военной кампании.

Расспросив горожан, узнали Веритасы о городе Туке - трущобах, проживают в котором воры и негодяи всех мастей; именно там расположен крупнейший в Гунгане черный рынок, торгуют на котором краденым.

Покинув город, Шестеро Присяжных выступили на запад, миновали Гигантский Лес, где деревья попирали кронами своими небеса, и вскоре ступили в Туке. Здесь разыскали они сведущего торговца информацией, и, заплатив ему кругленьку сумму, узнали, что некоторое время назад в городе появились двое индивидов, хваставшихся за выпивкой, что собираются похитить ядро Катализатора для некоего весьма состоятельного нанимателя. О том, где они сейчас, торговец информацией не ведал – двое попросту бесследно исчезли. Однако указал Веритасам на дом, в котором те останавливались – находился оный на отшибе, за городом – близ озерца.

В хижине Шестеро Присяжных обнаружили мертвое тело зверолюда, однако было то все еще теплым – смерть случилась недавно. Ни второго вора, ни ядра Катализатора в доме не оказалось, зато заметили Веритасы кровавый след, коий привел их в песчаную пещеру, близ которой была выстроена хижина.

В клубинах каверны кровавый след обрывался, и лицезрели Веритасы чье-то обиталище: помимо прочего, находились здесь даже детские игрушки и одежда!.. А на лапке плюшевого мугла была написано имя: «Палте». Неужто действительно принадлежал он человеку, ставшему королем племени Шибира?..

Означился в помещении и компьютер, в котором Раеген обнаружил информацию, соласно которой мальчик по имени Палте был действительно усыновлен ученым-зверолюдом, и проживали они здесь, в пещере. Среди записей означилось и голосое сообщение с пометкой «Моему сыну».

«Любимый мой Палте», - зазвучал из динамиков компьютера голос. – «Моя жена тоже была ученой, и когда она умерла, я утратил всякую надежду. И тогда я нашел тебя – маленкого человечка. Ты не представляешь, сколь много раз твоя невинная улыбка спасала меня от отчаяния, и сколь много радости принесла мне. Наше происхождение неважно. Ты дал мне силы продолжать жить. Мы не связаны кровью, и ты не принадлежишь к расе зверолюдов, но ничто не изменит того факта, что ты – мой сын. И я передаю сво й факел тебе. Если наша разработка Катализатора окажется успешной, это принесет процветание стране. Возможно, Шибира и Натура даже прекратят свое противостояние и станут единым народом. Однако, если даже один шаг окажтся неверен в технологии передачи энергии, весь мир окажется в опасности. Именно поэтому мы занимаемся исследовании в этом отдаленном месте, ведь технология еще далека от практического применения. К несчастью, я навряд ли доживу до завершения создания Катализатора. Болезнь подкосила меня, и осталось мне лишь несколько месяцев. Но я не беспокоюсь о будущем наших изысканий. Ибо я оставлю Катализатор тебе, своему наследнику. Когда я умру, отправляйся к племени Шибира. Если ты расскажешь им обо мне и о Катализаторе, они с радостью примут тебя... Сейчас я живу не ради исследований, я лишь ради тебя – люблю смотреть, как ты растешь. Палте, я счастлив, что повстречал тебя».

Сообщение завершилось. Судя по истории запусков его, заметил Раеген, что время от времени Палте возвращается сюда, чтобы прослушивать запись вновь и вновь. «Возможно, он скучает по отцу, или же не хочет забывать о своей жизни здесь», - предположила Фолка, и Ситра добавила: «Будучи человеком, принятым зверолюдами, король Палпа наверняка создаст страну, свободную от предрассудков и притеснений». «Поверить не могу, что ему придется возглавить одно из племен зверолюдов в войне», - вздохнула Фолка.

Услышав какие-то звуки в соседней пещере, Веритасы поспешили к источнику их... лицезрев Фона, склонившегося над телом некоего зверолюда – возможно, второго из воров. «Было нелегко, но я сумел вернуть ядро», - обратился к Шестерым Присяжным советник короля Палте. «Фон...» - с подозрением произнесла Ситра. – «Ты же сказал, что собираешься готовиться к войне. Как же ты оказался здесь?» «Я хотел попытаться остановить войну прежде, чем она начнется», - отвечал зверолюд. – «Думаю, встреча с вами изменила меня... Я все еще не знаю, кто украл ядро, но раз мы вернули его, возможно, война не случится. Но нельзя терять времени. Я передам ядро королю Палте». С этими словами он устремился к выходу из пещеры.

Поспешили вернуться в Эставиллу и Веритасы. Лишь ступив в город, узрели они шеренги зверолюдов, готовых выступить к землям Натура. Возглавлявший войско король Палте обратился к Шестерым Присяжным, спрашивая, удалось лишь им что-то выяснить о похитителях ядра Катализатора. «Да, и Фон забрал ядро, чтобы передать его тебе», - растерянно отвечала Фолка, сознавая, что по какой-то причине этого не произошло. «Вы уверены?» - нахмурился Палте. – «Он еще не возвращался... Но если вы обнаружили ядро, удалось ли вам выяснить цели похитителей?» «Боюсь, что нет», - признался Раеген.

Король настаивал, что у них нет иного выхода, кроме как сразиться с Натура – тем более, что – согласно донесениям лазутчиков – силы племени противника уже покинули Древо Натурии, выступив в направлении земель Шибира. Палте напомнил Раегену о его обещании, и Темный согласно кивнул, подтвердив, что наряду с соратниками исполнит его и выступит на стороне Шибира, дабы защитить сии земли.

Войска Шибира покидали Эставиллу, выступая к восточным равнинам. «Что ты задумал?» - шепотом обратился Сид к Раегену, задумчиво смотревшего в сторону отдававшего приказы солдатам короля Палте. «У нас остался лишь один выход...» - отвечал Раеген... и к сказанному боле ничего не добавил.

...Великое множество зверолюдов племен Шибира и Натура замерли друг напротив друга на равнине; сражение вот-вот начнется. Подобное напряжение в воздухе вызывало у Шестерых Присяжных воспоминания о давнишнем противостоянии Альдора и Хесса, но сейчас не чувствовали они себя частью конфликта.

Заявив, что в одиночку разберется с авангардом противника, Раеген бесстрашно выступил вперед, зычно возвестил: «Услышьте меня, Натура! Я – Раеген, один из Восьмерых Присяжных Паладии! Я вызываю одного из вас на поединок!»

«Я принимаю вызов...» - прозвучал ответ; зверолюды Натура расступились, и взору Раегена предстал Сол. На лице Темного отразилось крайнее изумление, но тут же к Солу приблизился Лоссвел, бросив: «Сол, отступи. Мы договорились, что ты не станешь действовать без дозволения».

«Лоссвел?» - удивлению Раегена не было предела. – «Да что тут вообще происходит?!» Сол, переводя взгляд с Лоссвела на Раегена, безразлично хмыкнул, отошел в сторону, пробормотав: «Да, забавно посмотреть, как отец и сын будут убивать друг друга».

Лоссвел приблизился к Раегену вплотную, осведомился: «У тебя есть какой-то план?» «Да», - отозвался тот. – «Этот поединок необходим, чтобы остановить войну». Лоссвел долго молчал, а затем на лице его отразилось пониманию, и, обнажив клинок, он изготовился к бою. Оба сознавали, что станут сражаться в полную силу, иначе гамбит их будет лишен всякого смысла.

На глазах сотен зверолюдов двое сошлись в противостоянии...

«Кто этот молодой человек, противник Раегена?» - поинтересовался Палте, не отводя глаз от сражающихся, и отвечал ему Сид: «Это сын Раегена, Лоссвел. Хоть и не кровный». «Что?» - поразился Палте. – «Стало быть, исход войны зверолюдов регают люди, да еще отец и сын...» «Да», - подтвердила Ситра. – «Все ради тебя и твоего народа... Таков уж он человек, наш Раеген». Палте молчал...

В стане же клана Натура король Яшка молвил, обращаясь к Куншире: «Как и 700 лет назад, Восьмеро Присяжных проливают кровь ради нас». «Но сражение нынешнее отличается от того, что было тогда», - напомнила ему зверолюдка. – «На этот раз мы сражаемся с собственными родичами». «Ты права», - вздохнул Яшка. – «Восьмеро Присяжных защищали Натура, Шибира и всю Паладию...»

Наблюдая за сражающимся Раегеном, констатировал Сол, что тот не утратил сил за последние семь столетий. Да, стоило выбрать в противники его, а не Рейна... «Будь ты на месте Лоссвела, поединок не был бы столь завораживающим», - осадила Сола Фина, когда открыто высказал тот свое сожаление. – «Она столь зрелищна лишь потому, что Раеген и Лоссвел понимают и чувствуют друг друга так, как способны лишь отец и сын».

«Что? Они – отец и сын?» - поразился Яшка, услышав слова Фины. – «Что же я наделал! Кем мы стали, если заставляем людей сражаться со своими же родичами?!»

...В противостоянии Раеген поверг Лоссвела, констатировав, что стал тот куда сильнее, чем прежде. После чего обратился к зверолюдам обоих племен, осведомившись: «Утолил ли наш поединок ваш гнев? Вашу жажду крови? Если нет, я продолжу сражаться со своим противником до тех пор, пока это не произойдет!» И Палте, и Яшка возразили против подобного исхода, заявив, что не желают, чтобы люди сражались за них безо всякой на то причины.

«Король Яшка, король Палте, услышьте меня!» - продолжал говорить Раеген. – «Племени Шибира необходимы ископаемые Натура, а племя Натура нуждается в технологии Шибира. Сейчас не до войны! Вам следует помочь друг другу». «Король Яшка, ведь ты сам говорил это Куншире», - добавил Лоссвел. – «’Натура или Шибира – неважно. Мы все следуем одним и тем же путем’». «А ты, король Палте», - обратился Раеген к правителю Шибира. – «Уверен, ты не забыл: любовь твоего отца превзошла все препоны, и передал он тебе дело всей своей жизни».

Выдержав паузу, продолжал Раеген: «700 лет назад на этой земле мы сражались с Хессом. И чего ради?.. Ради одной-единственной причины: покончить со всеми войнами в этом мире! И я прошу вас, короли: не допустите, чтобы кровь была пролита зря».

Приблизившись к Лоссвелу и Раегену, Яшка и Палте заявили о нежелании своем продолжать конфликт. Яшка заверил Палте в том, что его племя не несет ответственности за случившееся в час мирных переговоров, и Раеген просил монархов позволить им выяснить, кто же в действительности стоит за взрывом и последующим похищением ядра Катализатора.

Оба племени отвели свои войска с равнин; войну между Натура и Шибира удалось предотвратить...

...И Веритасы, и ведомый Лоссвелом отряд вернулись в Натурию, где поведали друг другу о приключениях, которые им довелось пережить за время пребывания в Паладии. Ситра беседовала с Сестрой, Сакурой, но лишь заметив, что Николь уединился с Фолкой, тут же бросилась к тактику, предлагая тому прогуляться и на время забыть обо всем. Опешившая Фолка лишь проводила глазами не меньше изумленного Николя, увлекаемого прочь излишне практичной Ситрой.

Сол объянял Зекехарту, что народу и державы достойны лишь гибели, ведь энтропия поистине прекрасна! «Я не согласен», - отвечал мудрецу нарцисс. – «Прекрасен лишь я, и ничто в мире не способно превзойти это!» «Да ну?» - зло прошипел Сол. – «Тогда твоя гибель станет поистине восхительна! Если хочешь, я могу даровать тебе смерть». «Восхитетельна?» - скривил губы Зекехарт. – «Я подумаю над этим». Двое прожгли друг друга взглядами – похоже, они поладят.

Лишь узрев наставника Лоссвела, Раеген нахмурился, воскликнул: «Что это значит?!» Акстар молчал; Лоссвел попытался было вмешаться, но Раеген приказал юноше оставаться поодаль... Наставник Лоссвела – необычный человек, и Раеген сознавал это в полной мере. Он, обучивший названного сына всеми приемам обращения с мечом, сознавал, в чем именно они несовершенны, но держал знание это при себе. Подумать только, этот искалеченный наемник разглядел несовершенство приемов сразу же. Кто же он такой?.. Почтительно поклонившись Акстару, Раеген дозволил тому и впредь обучать Лоссвела – с его благословения.

Куншира сообщила Джейку, что взрывчатое вещество, которое было использовано при взрыве на мирных переговорах, может быть найдено лишь в одном-единственном месте: в подземных тоннелях на самой границе земель двух племен зверолюдов. Поскольку земли были прежде оспариваемы обеими сторонами, никто не удосужился осмотреть тоннели, но теперь, когда короли пришли к единому мнению, герои получили их дозволение на сие.

Покинув Натурию, Шестеро Присяжных наряду с Лоссвелом и сопровождавшими того воителями выступили к южным пределам континента, спустились в заброшенный рудник. Здесь разыскали они Фона, вздохнули с облегчением – зверолюд жив!

«Да, но к несчастью, я не сумел вернуть ядро королю Палте», - признался Фон. – «Хотел бы я обо всем вам объяснить, но есть вещи, поведать о которых не могу». Он резко метнулся к Раегену, занося клинки для удара, но Темный, уже давно питавший подозрения в отношении советника, парировал удар, оттолкнул противника.

Отринув иллюзорное обличье смиренного советника, тот предстал героям в истинном своем облике – могущий воин, облаченный в доспехи. «Я – Назуу, Каппа-Звездный, из Орденов», - представился он. – «Втравив оба племени Гунгана в войну, я намеревался заполучить как их природные ресурсы, так и технологии после того, как уничтожат они друг друга». «Как жаль», - вздохнул Зекехарт. – «Такой план провалился!» «Разве?» - изогнул бровь Назуу. – «Я так не думаю. У меня ведь все еще остается ядро. Король Яшка полагал, что с его помощью он сможет пресечь иссякание энергий кристалла. И если ядро способно на это, значит, способно и на обратное. Обладая ядром, я обрету власть над невероятной мощью кристалла!»

С этими словами он исчез; Куншира предположила, что отправился Назуу на энергостанцию – единственное место, где сможет он воспользоваться ядром. «И если он высвободит его силу там, все земли Гунгана стремительно обратятся в пустыню!» - воскликнула зверолюдка.

Покинув песчаные пещеры, герои устремились к землям Шибира. Куншира указывала путь, благо прекрасно ведала о том, где именно находится энергостанция – неподалеку от Эставиллы, за холмами Фалфай.

Ступив в здание энергостанции, герои настигли Назуу, однако тот лишь усмехнулся, заявив, что угодили преследователи в ловушку. Каппа-Звездный продемонстрировал кристалл, молвив: «Внутри этого кристалла – видение монстра, который, не первый взгляд, не слишком впечатляющ». Но, воздействовав на кристалл энергией ядра Катализатора, Назуу преобразил видение, и воплотился пред героями огромный дракон.

Обратившись к Раегену, Лоссвел велел тому наряду с иными Присяжными продолжать преследование Назуу; собственный же его отряд сошелся в сражении с чудовищем...

Веритасы же одержали верх над Назуу, и зверолюд сей, отринувший наследие и вставший на службу к Императору Альдора, метнулся к устройству, управляющему потоками энергии. Сознавал он, что остаются ему лишь минуты жизни, но намеревался перед тем, как покинет этот мир, обратить с помощью ядра Катализатора земли Гунгана в пустыню... Но путь ему преградил Лоссвел; воин сумел рассечь тело Назуу за мгновения до того, как поместил тот ядро в устройство.

Подобрав ядро, Раеген вознамерился передать оное королю Палте; Лоссвелу он предлагал вернуться в Натурию и поведать королю Яшке о произошедшем.

...А несколько дней спустя в Эставилле состоялось подписание мирного договора между племенами Шибира и Натура. Присутствовали на церемонии как Шестеро Присяжных, так и выходцы из Ляписа. Казалось – все хорошо, что хорошо кончается, однако Зекехард не был исполнен оптимизма, сознавая, что Альдор не оставит попыток обрести столь чудесную технологию как Катализатор – любыми способами. Да и навряд ли племена зверолюдов в одночасье отринут прошлую неприязнь и станут едины.

«Да, это так», - согласился Раеген. – «Но я все-таки верю, что смогут они разрешить все свои разногласия». «И Катализатор они защитят», - добавила Фина, обращаясь к сомневающемуся Зекехарту. – «Натура и Шибира, вместе!»

Куншира заверила героев, что приложит все усилия к единению племен. Гунган станет землею, как и племена, и даже зверолюды с людьми смогут мирно сосуществовать и созидать для потомков своих светлое будущее.

Пришла пора прощаться: Веритасы вновь расставались с отрядом Лоссвела, дабы продолжить странствие. Ныне путь их лежал за океан, и пересекут они его верхом на черных чокобо, коих Шестерым Присяжным пожаловала Куншира. Лоссвел и остальные же продолжат поиски Рейна...


Хью – Дельта-Звездный – получил приказ непосредственно от Императора, и намеревался исполнить его без отлагательств. Ведь повелел ему сюзерен покончить с Лоссвелом...

  1  2  
Web-mastering & art by Bard, idea & materials by Demilich Demilich