Demilich's

2. Кровь Альдора

Раеген и Веритас Светлая остановились у подножия монументальной башни Альдора, на вершине которой дожидался их император сей державы. «Поистине, никогда бы не предположила, что однажды мы будем сражаться за одно и то же начинание», - молвила Веритас, и Раеген согласно кивнул: «Верно, наконец-то наши пути пересеклись».

К ним приблизились остальные четверо Веритасов, остановились у врат башни. Многое изменилось здесь за прошедшие 700 лет, однако твердыния сия ничуть не изменилась. «Теперь она называется ‘Башней Альдора’», - изрекла Веритас Водная, - «и является символом избранных». «Сложно поверить», - вздохнул Веритас Небесный. – «Отсутствовали мы совсем немного, а в Паладии установилась тирания».

Предстояло им великое сражение... и именно по этой причине были они возрождены – дабы принести радикальные перемены в свой родной мир, Паладию, достигли которой на борту «Неуязвимого» через созданный Сакурой разлом в пространственно-временном континууме. «Но сражаемся мы не ради мщения, а ради освобождения Паладии», - напомнил Веритасам Раеген.

Короткое заклинание... и оказался облачен Раеген в доспехи Веритаса Темного. «Мы низвергнем императора Альдора!» - постановил он, после чего наряду со сподвижниками проследовал в пределы башни. Элеватор позволил героям достичь верхних этажей, вот только пришлось Веритасам сразить по пути немало солдат противника, преступивших им путь.

На верхнем этаже башни лицезрели Шестеро Присяжных Паладии тяжелую металлическую дверь, за которой – вне всяких сомнений – пребывают покои императора. Ограждало дверь силовое поле; Веритас Пламенный попытался было уничтожить его, но безуспешно.

«Реликты? Или, возможно, призраки?» - прозвучал под сводами башни бесплотный голос. – «Ровно как ваше оружие, ваши навыки, заклинания... Все вы – реликты древней эпохи...» Веритасы переглянулись: неужто обращается к ним сам император Альдора?.. «За прошедшие 700 лет цивилизация Альдора познала немалое развитие», - продолжал вещать тот. – «И боле вы недостойны предстать предо мною! Вы можете лишь преклонить колено и присягнуть мне на верность. Лишь в этом случае вы останетесь живы... став моими рабами».

Раеген не удостоил монарха ответом. Призвав все свои магические силы, он направил их на силовое поле, уничтожив его, чем заслужил восхищенные взгляды Веритасов. «Может, ты и прав, наши навыки за 700 лет устарели», - бросил Раген, - «но кровь Альдора, текущая в наших венах, осталась прежней. Слушай же внимательно, император! Именно эта кровь Альдора покончит с твоей тиранией... ради будущего Паладии!»

В ответ раздался хохот, и двери приглашающе распахнулись. «Заходите», - пригласил император гостей. – «Я покажу вам, что означает – познать совершенное отчаяние». Раеген нахмурился: сей индивид готов противостоять Шестерым Присяжным, и, похоже, уверен в собственных силах... А ведь прежде для того, чтобы справиться с ними, понадобилась бы совокупная мощь Восьмерых Мудрецов Хесса... Ощущал Раеген, что впереди ожидает их невообразимая сила, и предчувствие у него было крайне плохое... Но повернуть сейчас назад, признавая поражение, было невозможно.

«Вы, именовавшиеся некогда Восьмерыми Присяжными Паладии», - хохотал император, когда приближались Веритасы к его покоям. – «Вас разорвут на клочки избранные нынешней эпохи – воители Ордена!»

Веритасы не сбавили шаг...


Небеса расчертил метеор, и Лоссвел вздохнул. Метеоры – частое явление в Паладии... Каждый раз, когда он наблюдал подобное, то вспоминал о Рейне.

И сейчас вместе с Финой пребывал он здесь, на континенте Георл незнакомого мира, в руинах города Весты. В то время, как Шестеро Присяжных устремились прямиком в Альдор, Лоссвел и спутники его занялись поисками Рейна, исчезнувшего полгода назад. Однако умудрились угодить в засаду, и, противостоя солдатам, настроенным весьма недружелюбно, оказались разделены.

С тех пор Лоссвел и Фина пытались отыскать Лид и остальных – пока безуспешно. «Странно все это», - молвила Фина, обращаясь к спутнику. – «Прежде мы с тобой никогда не странствовали вместе». «Да», - отозвался Лоссвел. – «С нами был Рейн». Фина погрустнела, тихо произнесла: «Я часто вспоминаю, как встретила вас двоих. Хотела бы я когда-нибудь снова отправиться в путь... лишь мы втроем...» «Уверен, так и будет», - попытался обнадежить девушку Лоссвел. – «Рейн наверняка где-то здесь, в Паладии. Сакура не могла ошибиться».

Перед тем, как устремиться закрывать врата между мирами, Рейн тайно оставил на палубе «Неуязвимого» кристалл, пребывало в котором видение, созданное им самим. Но неведомо, чье именно видение, и вопросом сим Лоссвел и Фина продолжали задаваться. То могло быть видение Лоссвела, светлой или темной Фины, или же Раегена – гадать можно бесконечно.

«Мы должны призвать видение», - постановила наконец Фина. – «Ты ведь и сам сгораешь от любопытства, желая узнать, о ком думал Рейн перед тем, как исчезнуть». «Да, сгораю, но ни в коем случае!» - постановил Лоссвел. – «Когда мы снова встретим Рейна, я верну ему кристалл в целости и сохранности! По этой же причине я не могу позволить призвать видение сие тебе!»

В руинах послышался крик, и двое бегом бросились в сторону, откуда донесся он. Лоссвел мастерски орудовал двумя клинками – как своим, так и Рейна, - разя гигантских инсектоидов, в сих руинах обитавших. Конечно, когда отыщет он названного брата, то непременно вернет и кристалл, и клинок...

Как оказалось, вопила донельзя напуганная Лид, которой некий жук забрался под одежду, чем привел девушку в панику. Подоспел и Джейк, вздохнул с облегчением, увидев, что подруге его ничто не угрожает.

Покамест четверым не удалось отыскать никаких зацепок о местонахождении Рейна; быть может, Николю и Сакуре повезло больше? С тех пор, как герои приняли решение разделиться и прочесать земли Георла, прошло уже немало времени...

Покинув руины Весты, они продолжили странствие по разоренным пределам континента, где означились осколки погибшей цивилизации, ныне занятые монстрами. Лоссвел предполагал, что товарищи их наверняка отыщутся в крупном городе – ведь именно в подобных местах велика вероятность обрести необходимые сведения.

Шагали они по заброшенной, поросшей травой магистрали; если верить словам Сакуры, подобными связаны все крупнейшие города Паладии. «Паладия, которую ты наблюдал в воспоминаниях Фины, весь отличается от той, кою зришь ныне?» - поинтересовалась Лид, обращаясь к Джейку, и тот утвердительно кивнул: «Верно. Прошло 700 лет, и изменения просто невероятны». «Что же происходит с Паладией?» - выдохнула Фина, однако Лоссвел напомнил спутникам о предмете их поисков: «Давайте оставим судьбу Паладии отцу и остальным. Ведь именно по этой причине мы разделились на два отряда». Да, их задача – отыскать Рейна, а пресечь тиранию императора надлежит Веритасам...

Лид остановилась ненадолго, сверилась с показаниями устройства, которое всегда носила с собой, после чего заверила остальных, что врата между мирами остаются открыты, и вернуться в Ляпис они могут в любое время. Герои вздохнули с облегчением: перемещение в Паладию стало возможным для них благодаря Сакуре, которая в кратчайшие способы сумела понять двеомер заклинания открытия врат и воспроизвести его, создав таким образом коридор между двумя мирами.

Мили развалин из бетона и металла... устремляющиеся к далекому городу рельсы, по которым давно перестали ходить транспортные средства... Все здесь дышало тленом и запустением...

Заметили четверо мужчину, бегущего по направлению к ним по магистрали. Лишившись последних сил, человек пал наземь, прохрипев: «Бегите... Они... идут...» И действительно: подоспели солдаты Альдора, потребовав, чтобы чужеземцы передали им беглеца, самовольно покинувшего трудовой лагерь.

«Как вы поступите с ним?» - осведомилась Фина, и отвечали солдаты: «Согласно закону, наказание за побег – смертная казнь!» Лоссвел вздохнул: подобное происшествие замедлит их поиски, но... рыцарь Грандшелта никогда не оставит в беде слабого. Да и Рейн наверняка бы поступил в точности так же, будь он здесь...

Сознавая, что заявляют о себе как о врагах Альдора, герои, тем не менее, сразили солдат сей державы. После чего беглец поведал своим спасителем, что в заключении в трудовом лагере остается еще множество несчастных. Лид бросила умоляющий взгляд на Лоссвела, и тот покачал головой: «Сперва нам следует поскорее убраться отсюда. Уверен, в любой момент здесь может появиться еще больше солдат. К трудовому лагерю мы выступим, когда этот человек окажется в безопасности».

Фина, Лид и Джейк с сим согласились; ныне видели они в Лоссвеле своего лидера, уверенного в принимаемых решениях. Прежде роль эту играл Рейн...

Беглец благодарил чужеземцев за помощь, просил сопроводить его до близлежащей Драконьей Деревни, где сумеет он схорониться от преследователей. Так, небольшой отряд вновь выступил в путь... не ведая, что издали с удивлением наблюдает за ними альдорский офицер. Кем могут быть эти люди, совершенно не страшащиеся могущества Альдора?

Обратившись к одному из солдат, входящих в его отряд, офицер потребовал: «Расскажи мне все, что тебе известно об Ордене!» «Орден – элитный отряд, входят в который шестнадцать Звездных, и верховодит ими непосредственно император», - отрапортовал солдат. – «Каждый из Звездных обладает невероятной силой, о которой мы и помыслить не можем. Также Звездным присуща система рангов. Чем могущественнее Звездные, тем меньше число тех, кто разделяет с ними один и тот же ранг. И тот, кто обралает рангом «Альфа-Звездный» - тот, кто может стать следующим императором!» «Верно», - подтвердил офицер. – «Именно поэтому все в Ордене стремятся к рангу Альфа-Звездного. Самый могущественный индивид, который получит власть над той планетой. Разве это не прекрасно?..»

Сам офицер – Галас - занимал ранг Омикрон-Звездного, и был пятнадцатым в иерархии Ордена. Но, быть может, судьба послала ему сих престранных чужеземцев... и это – его шанс возвыситься в Ордене? Быть может, достичь ранга Альфа-Звездного?.. Воодушевившись, Галас приказал подначальным выступить по следу чужаков. Охота начиналась...

...Довольно скоро альдорские солдаты настигли чужеземцев, бредущих по пустоши, атаковали их. В сражении сем героям пришлось нелегко: технологии сего мира значительно превосходили те, кои имели место в Ляписе. Противники были вооружены автоматами, стремляющими сгустками плазмы, энергетическими мечами и щитами... а некоторые – облачены в Магитек-броню.

И когда путь героям преступил командующий отрядом альдорцев, беглец побледнел, прохрипел в ужасе: «Для меня все кончено... Меня преследует Орден – шестнадцать сильнейших воителей-Звездных, служащих императору... И перед нам – один из членов Ордена. Галаз, Омикрон-Звездный».

Галас приблизился к чужеземцам, внимательно воззрился на них. Не похожи индивиды сии на повстанцев, противящихся власти императора... Конечно, это не спасет их от гибели, но все же... «Кто вы такие?» - потребовал ответа Галас. – «Ведь вы явились с иной стороны врат, верно?» «Как ты узнал?!» - опешила Лид, и Галас расхохотался, ибо подозрения его подтвердились.

«Стало быть, вы – уроженцы Ляписа», - довольно потер руки Галас. – «Если я сражу вас, мой ранг непременно возрастет!» Тщеславный Звездный атаковал героев... Довольно скоро обнаружили те, что противник их слишком силен. Галас сотворил гибельное заклятие, повергшее героев; завидев сие, беглец сломя голову бросился прочь.

Усмехаясь, Галас приблизился к беспомощным противникам... когда Лоссвел, превозмогая раздирающую тело боль, поднялся на ноги. «Ох уж эти глаза», - молвил Звездный, наслаждаясь зрелищем. – «В них отражается надежда, а также решимость – продержаться до конца... Но я успел покончить с немалым количеством людей, подобных тебе. Сперва я переломаю тебе ноги... затем – руки. Пока что не встречал ни одного, кто сохранил бы надежду в душе после того, как лишился конечностей».

Галас вознамерился было покончить с отчаявшимся противником, когда возник перед ним сребровласый индивид, облаченный в черные одеяния; один глаз его закрывала повязка. С легкостью оттолкнув Звездного, незнакомец обернулся к уроженцам Ляписа, покачал головой. «Вы слабы», - резюмировал он, после чего велел Галасу убираться прочь, да поскорее.

Звездный колебался, но могущество незнакомца было неоспоримо и многократно превосходило его собственное. Посему Галас самым постыдным образом отступил...

Герои поблагодарили незнакомца за помощь, ведь спас он их от верной гибели. «Я – Акстар», - бросил среброволосый. – «Вам самим не стыдно быть столь слабыми? Будь я таков, вообще бы никому на глаза не показывался». Лоссвел молчал, не зная, как реагировать на подобные слова, а Акстар продолжал: «Номер, коим обладает каждый член Ордена, показывает, где именно находится он в иерархии. Только что вы противостояли Омикрон-Звездному, и означает это, что четырнадцать воителей занимают более высокий ранг и куда могущественнее вашего противника».

Акстар вновь напомнил выходцам из Ляписа, что они – слабы, и питает он к ним лишь презрение. Посему навряд ли они встретятся вновь, ведь подобные индивиды попросту недостойны его внимания... С этими словами воин исчез...

Лоссвел был донельзя обескуражен встрече с Акстаром, пребывал в смятении. Осознание собственной слабости повергало его в откровенное отчаяние... Беглец, остававшийся поблизости, с опасной вернулся, предложил героям продолжить путь к Драконьей Деревни.

Шагая по магистрали, Лоссвел мало-помалу взял себя в руки. Да, все, что сказал тот воин, - правда. Он действительно слаб. Но он станет сильнее. Непременно. Иначе в Паладии просто не выжить...

...Когда достигли герои затерянного горах селения – Драконьей Деревни, - путь им предградил воин, облаченный в алые доспехи. Бежавший из трудового лагеря мужчина представил защитника селения своим спасителям: «Дюк, долг коего – сдерживать заточенного дракона». Дюка, продолжавшего терзаться подозрениями, мужчина заверил, что спутники его не могу оказаться лазутчиками врага, поклялся в этом.

Дюк долго молчал, после чего кивнул, признавая правоту слов спасенного, отступил в сторону, молвив: «Прости, что не выступил тебе на выручку». «Все хорошо», - улыбнулся беглец. – «Твой долг – надзирать за драконом, и означает это, что покинуть деревню ты не можешь».

Пригласив чужеземцев следовать за ним, мужчина устремился в селение. «То, что вы здесь, доказывает, что я всецело доверяю вам», - говорил он. – «Деревня наша – оплот сопротивления тирании Альдора. Ибо пока правит император, для Паладии нет будущего. Мы готовы принести в жертву все, чтобы низложить его. Обычно мы предлагаем искусным воинам примкнуть к нам, но... вижу, у вас есть собственные цели». «Ты прав», - признал Лоссвел. – «Мы пытаемся отыскать нашего друга, Рейна».

Лоссвел описал внешность исчезнувшего собрата мужчине, и тот задумчиво произнес: «...В трудовом лагере... я видел похожего человека». Лоссвел исполнился надежды, постановил, что наряду с товарищами немедленно выступит к лагерю... несмотря на то, что место это для чужеземцев весьма опасно.

На какое-то время герои задержались в Драконьей Деревне, обиталище драгунов, дабы передохнуть после долгого пути и пополнить припасы. Быть может, удача пребудет на их стороне, и они действительно отыщут Рейна в трудовом лагере, а после воссоединятся с Раегеном и Веритасами, которые уже наверняка успели повергнуть императора...


По мере приближения к чертогам императора Веритас Темный ощущал чье-то невероятное могущество, гадая, кого же встретят они, переступив порог.

У дверей, ведущих в покои сюзерена Альдора, замерли шесть фигур. Пятеро были закутаны в черные плащи с низко накинутыми на лица капюшонами; шестой же индивид, облаченный в черный доспех, выступив вперед, бросил насмешливо: «Герои из прошлого 700-летней давности? Неужто вы еще пребываете в заблуждении о том, что силы ваши мало-мальски значимы? Неужто мы, Звездные высших рангов, действительно должны противостоять столь жалким противникам?»

Звездные обратились к своему предводителю, Хью, Дельта-Звездному, прося того покончить с чужаками, продемонстрировав свои невероятные способности, ведь взлет сего индивида в иерархии Ордена был поистине стремителен. «Мой меч – не для зрелищ», - отрезал Хью, - «а для того, чтобы разить тех, кто стоит у меня на пути. Что ж, нападайте, Шестеро Присяжных Паладии! Я оборву ваши долгие жалкие жизни!»


Веритасы разили солдат Альдора, пытавшихся помешать их продвижению к чертогам императора. С каждым шагом плохое предчувствие снедало Раегена все яростнее, но никто из спутников его не ощущал ничего подобного, что казалось Темному донельзя странным. Почему же лишь он один ощущает некую могущественную сущность, ожидающую их?..


Тем временем в землях Георла отряд Лоссвела, покинув Драконью Деревню, выступил в направлении трудового лагеря. Как и в Ляписе, здесь, в Паладии Лоссвел ежедневно продолжал упражняться во владении мечом, оттачивая боевые приемы. Чувствовал он, что непременно должен стать сильнее, дабы справиться с испытаниями, которые – вне всяких сомнений – ожидают впереди. И осознание того, что на этот раз на стороне их выступает не только сир Раеген, но все Шестеро Присяжных Паладины, наполняло душу уверенностью. Как же все-таки удивительно, что все они оказались живы.

В воспоминаниях Лоссвел воскресил тот день, когда все его товарищи собрались у «Неуязвимого», дабы покинуть, наконец, Ляпис и устремиться в странствие в Паладию – мир чужой и неведомый. «Подождите», - послышался голос, и приблизились к ним пятеро Веритасов – целые о невредимые. Герои опешили – как понимать подобное?.. Зрят они видения, или?...

«Мы и сами не знаем, что произошло», - признался Веритас Пламенный. – «Мы ведь вроде как погибли». «Мы услышали голос во тьме», - добавил Веритас Земляной. – «Он сказал: ‘Я позволю вам пожить еще немного’». «А затем мы обнаружили себя в Святыне Земли, живыми», - закончил престранный рассказ Пламенный.

Фина и Сакура переглянулись: неужто воскрешение Веритасов – дело рук темной Фины?.. Возможно ли, что, обратившись в кристалл, сохранила та подобное могущество?..

Обе стороны не испытывали боле вражды друг к другу, и Веритасы просили Лоссвела и Раегена взять их с собой в Паладию... просто для того, чтобы снова взглянуть на свой родной мир. «Если там царит мир, оно и к лучшему», - изрек Веритас Небесный. – «Отрадно будет осознать, что к становлению его мы были причасны».

Герои Веритасам не отказали в их просьбе, и через воссозданные Сакурой врата между мирами переместились в Паладию, где немедленно приступили к поискам Рейна. Довольно скоро выяснили они, что царит в сем мире тирания...

Усилием воли отогнав непрошенные воспоминания, Лоссвел присоединился к товарищам, сворачивавшим лагерь и вновь выступающим в путь. Потянулись мили руин, испещрявших пределы Георла; казалось, континент сей познал все оттенки серого, и иных цветов здесь попросту не существует... Унылые мертвые земли, не осталось в которых и толики былой радости...

«Интересно, насколько силен император Паладии?» - нарушила затянувшееся молчание Фина, когда наряду со спутниками шагала по выщербленной магистрали. «Не знаю», - пожал плечами Лоссвел. – «Но отец и Шестеро Присяжных одержали верх над Восьмерыми Мудрецами Хесса 700 лет назад. Темная Фина, Сол, Бегемот, Бахамут... Они сумели справиться со всеми! Надеюсь, и императора смогут повергнуть».

И вновь возвращаются воспоминания... С момента прибытия их в Паладию пришло какой-то время, когда Раеген, обратившись к Лоссвелу, постановил, что Шестеро Присяжных отныне устремятся прямиком в Альдор, дабы покончить с тиранией императора. «Я понимаю, отец», - кивнул тогда Лоссвел. – «Мы же продолжим поиски Рейна».

Обратившись к Веритасу Небесному, Лид осведомилась, оставил ли Сид помыслы об отмщении. «Не могу сказать, что избавился от них», - признался тот. – «Однако теперь у меня новый путь в жизни, и не скажу, что это плохо».

Расставание с Веритас Водной наполняло Николя смутной тревогой, и не понимал он, что стоит за этим чувствами... но всем сердцем желал скорейшего воссоединения. «Удачи вам, Светлая Ситра, Водная Фолка», - искренне пожелал тактик, и Веритас Водная изумилась: «Фолка... Ты запомнил мое настоящее имя?» Николь утвердительно кивнул, и обе женщины растерялись, как деревенские девчонки, не зная, что ответить юноше.

...Герои продолжали путь к трудовому лагерю...


Наконец, Веритасы достигли покоев императора, замерли в нескольких десятках шагов от воинов Ордена. Реаген в упор смотрел на предводителя противников, лицо которого скрывал шлем с алым визиром; именно от этого индивида ощущал он могущество, ни с чем не сравнимое.

«Призраки прошлого», - громыхнул под сводами чертога глас императора, - «вы зрите пред собою лучших воинов державы, Звездных. Те, кто полагается лишь на свою силу, встретят незавидный конец, ибо ожидает их сила куда большая... Каковы же ощущения? Нет для вас большего унижения! Ощутите же всепоглощающее отчаяние».

Воин в черных доспехах выступил вперед, и, обращаясь к прибывшим, постановил: «Я - Хью, Дельта-Звездный. По приказу императора я покончу с вами здесь и сейчас!» Сознавали Веритасы, что нынешний противник их многократно сильнее тех, кому противостояли они доселе. Однако, не устрашившись, изготовились они к бою...


Отряд, следующий в южные земли Георла, достиг некоего заброшенного завода. Было принято решение сделать небольшой привал, и Лоссвел, покинув спутников, уединился в одном из помещений обширного комплекса, дабы возобновить упражения с мечом.

«Думаешь, этого достаточно?» - произнес знакомый голос, и из теней выступил Акстар, наблюдавший за тренировкой Лоссвела. «Что ты делаешь здесь?!» - изумился тот, и Акстар пожал плечами: «Возможно, мы направляемся в одно и то же место». После чего постановил, что все приемы, изученные Лоссвелов – детская игра, и в открытом противостоянии Звездным окажутся они совершенно бесполезны. Лоссвел пришел в ярость: что о себе возомнил этот самоуверенный тип, вздумавший насмехаться над ним! Приему, который он применяет, научил его сам сир Раеген, а навыки отца чернить он не позволит никому!

В чертог ступила Фина, и Акстар удалился. Лоссвел, не проронив ни слова, устремился в иную сторону, и Фина долго смотрела вслед товарищу. Почему каждая встреча с этим Акстаром наполняет Лоссвела таким гневом?.. И посему сей незнакомец намеренно выводит друга ее из себя?..

Но все же замечание Акстара не выходило из головы у Лоссвела, и продолжал он задаваться вопросом – что же не так с его приемом. После, покидая индустриальный комплекс, Лоссвел вновь повстречал Акстара, и заявил тот: «Попробуй атаковать меня сейчас, когда я безоружен. Сразу поймешь, что не так с приемом».

Зарычав от гнева, Лоссвел обнажил клинок, метнулся к противнику. Акстар сделал едва заметное движение рукой, и Лоссвел пал, сраженный нечеловеческой силой сего престранного индивида. Продолжая усмехаться, Акстар процедил: «Таков он, Лоссчервь, пресмыкающийся у ног моих пред смертью». «Как ты сделал это?» - прохрипел Лоссвел, изумленный до глубины души, и Акстар презрительно поморщился: «Глупец! Не требуй у меня ответа до тех пор, пока не попытаешься отыскать его сам... Но, в принципе, можешь нанять меня. Если сделаешь это, я расскажу тебе все, что пожелаешь».

Он удалился, а Лоссвел, опустошенный как физически, так и морально, с трудом поднялся на ноги. Как подобный наемник смог отразить голыми руками лучший прием сира Раегена, коему обучил тот Лоссвела?.. Уму непостижимо... Душу вновь захлестывал гнев...

Продолжая путь, миновали герои заброшенную железнодорожную станцию, где на протяжении долгих лет ржавели брошенные поезда, и вскоре достигли отрогов трудового лагеря. Патрулировало пределы сии немало альдорцев, и навряд ли нападение на лагерь увенчается успехом. «Эх, был бы тут Николь», - вздохнул Джейк, коему отчаянно не хватало присутствия друга. – «Уж он бы с ходу придумал подходящую тактику».

Наблюдали герои, как к стражам, несущим вахту у ворот лагеря, приблизился пленник. «Я принес вам воду», - выдавил он, однако стражи с силой оттолкнули несчастного, принялись избивить ногами. «Ты слишком долго!» - глумились они над беззащитным человеком. – «Как посмел ты заставить ждать нас, элитных солдат императора!»

Не в силах выносить подобную сцену, Фина покинула укрытие, бросилась к солдатам, требуя, чтобы прекратили те издевательство над пленником. Лоссвел метнулся следом, и, выхватив Пурпурную Молнию из ножен, одним ударом прикончил обоих стражей. И вновь сомнения захлестнули его разум: почему прием, который он только что успешно применил, оказался с легкостью отражен Акстаром?.. Почему?!.

Исцелив заклинанием избитого заключенного, Фина велела тому укрыться где-нибудь, после чего обратилась к Лоссвелу, молвив: «Я хочу помочь пленникам». «Да, знаю», - отвечал тот сердобольной девушке. – «Но нам слишком мало. Нам следует по возможности избегать схваток, отыскать Рейна и попытаться образовать коридор, через который пленники смогут бежать. После чего мы разделимся на две группы, отвлекая на себя внимание врага. Одна из групп будет противостоять альдорцам, в то время как вторая выведет заключенных». «Да, наверное, это все, что мы можем сделать в этой ситуации», - признал Джейк.

Соблюдая осторожность, герои устремились к лагерю. Конечно, избежать схваток с патрулями им не удалось, посему старались они расправляться с солдатами как можно скорее, после чего прятали тела альдорцев, надеясь, что шум сражений не привлечет костяк остающегося в пределах трудового лагеря гарнизона.

К изумлению героев, пленник, спасенный ими прежде, рассказал о чужаках офицеру, в ведении которого находился лагерь, и тот наряду с внушительным контингентом солдат последовал за заключенным, указавшим альдорцам на противников. «Почему ты предал нас?» - вопросили герои. Пленник стыдливо промолчал; за него ответил офицер гарнизона: «Потому что в Паладии нет места тем, кто выступает против воли императора, и ему известно об этом».

Герои обнажили оружие, но офицер отдавать солдатам приказ к атаке не спешил. Вместо этого он выстрелил из пистолета в ног пленнику, и, обратившись к чужеземцам, буднично заявил, что продолжит расстреливать жертву до тех пор, пока они не сложат оружие.

Лоссвел долго молчал, а после опустил меч, бросив: «Хорошо, мы сдаемся без боя. При условии, что пленник немедленно получит медицинскую помощь». Офицер закатил глаза: как же все-таки просто найти болевые точки у этих слабаков, почитающих себя спасителями мира!

Альдорцы окружили героев, сопроводили в камеры; ни одна из сторон не ведала, что за произошедшим инцидентам с вершины ближайшего утеса зорко наблюдал Акстар...

...Следующие часы четверка героев провела в заключении. Обратившись к товарищам, Лоссвел извинился, считая, что оказались они в сем незавидном положении исключительно по его вине. «Я сделал стратегическую ошибку», - вздохнул он. – «Если бы я только взял в расчет душевное состояние этого пленника...»

К камере приблизились двое стражей, сняли шлемы. То оказались Николь и Сакура, пришедшие на помощь друзьям. Они отомкнули дверь камеры, заявив, что надлежит им бежать отсюда поскорее. «Но как вы узнали, что мы здесь в заключении?» - поинтересовался Лоссвел, и отвечала Сакура: «Ответ – снаружи».

Покинув здание комплекса для заключенных, лицезрели герои Акстара, замершего напротив офицера Альдора и его подначальных солдат. «Мы находились в городе неподалеку», - молвил Николь, и, указав на наемника, добавил: «Этот человек провел нас к трудовому лагерю».

Заметив беглецов, Акстар обернулся к ним, приветственно кивнул. «Ох, жалкий ты человек, Лоссчервь», - вздохнул он. – «Позволяешь бросить себя в тюрьму из-за некоего неблагодарного пленника. Ты даже не представляешь, что являет собой истинная сила!» «То есть, ты утверждаешь, что мне следовало наплевать на жизнь пленника и сражаться с ними?» - сдержавая гнев, вопросил Лоссвел. – «Если в этом и состоит истинная сила, то мне она не нужна». «Ничего ты не понял», - констатировал Акстар. – «Впрочем, я и не удивлен, ведь мозгом-то ты обделен».

«Закончили?» - рявкнул офицер, и вновь направил пистолет на заключенного, которого недавно с таким удовольствием расстреливал. Похоже, альдорец был полностью уверен в том, что сердобольные пленники по доброй воле вернутся в камеру, откуда посмели бежать.

«Ну вот, так же ситуация», - усмехнулся Акстар, в упор глядя на Лоссвела. – «Как поступишь, Лоссчервь?» Лоссвел растерянно молчал, и наемник хмыкнул: «То есть, для тебя истинная сила – просто стоять да гадать, как следует поступить? Тогда молчи и смотри».

Выхватив меч, наемник метнулся к солдатам, и не успели те отреагировать, как нанес удар, оборвавший их жизни. Поражены до глубины души были и пленник, и герои. Заключенный поспешил ретироваться, а Акстар бросил Лоссвелу: «Сила состоит в способности защитить всех, не идя на компромиссы, вне зависимости от ситуации». Осознал Лоссвел, что подобный прием ему не под силу; навряд ли он сможет когда-либо надеяться сровняться в искусстве владения мечом с сим индивидом.

Постановил Николь, что теперь, когда пролита кровь, надлежит воспользоваться ситуацией и зачистить трудовой лагерь от альдорцев. «Акстар, ты же поможешь нам?» - осведомился тактик, и отвечал тот: «Помочь? Вообще-то, я думал, что сделаю все сам... Но так и быть, подыграю вам».

Герои атаковали альдорских солдат, выступивших на защиту каменоломен... когда путь им преградил Галас, Омикрон-Звездный. «Все данные о сражениях, которые ведут Звездные, отправляются императору», - с притворным сожалением сообщил он. – «Другими словами, если я позволю вам бежать, то буду исключен из Ордена. А этого я не допущу!.. Ведь пока ты остаешься в Ордене, у тебя нет недостатка в деньгах, славе, женщинах! Буду честен с вами. Мне глубоко наплевать на императора! Я просто хочу иметь от жизни все! И поэтому мы умрете здесь и сейчас! Ради моего будущего! Ради моих желаний!»

Сакура презрительно хмыкнула: человеческая особь, идущая на поводу у собственных низменных желаний. Что может быть хуже?.. Акстар, сопровождавший героев, отошел в сторону и, скрестив руки на груди, предложил Лоссвелу и спутникам его попытаться покончить с противником, не прибегая к его помощи. «Ведь если мы не сможете сразить Омикрона-Звездного, со Звездными более высокого ранга вам и связываться нечего», - пояснил наемник решение свое пораженным героям. – «Хотя, если вы не собираетесь в будущем противостоять Ордену, я, так и быть, помогу вам». «Акстар», - вздохнул Лоссвел. – «Ты, должно быть, самый раздражащий тип в мире. Но я... не позволю никому встать на нашем пути!»

С этими словами он обнажил меч, и, сделав шаг в направлении замершего в ожидании Галаса, постановил: «Я продолжу двигаться вперед до тех пор, пока не отыщей Рейна, и преодолею все препоны». Остальные пятеро присоединились к Лоссвелу, ибо устремление его всецело разделяли.

В противостоянии герои повергли Галаса, но пав, тот рассмеялся. «Я ведь уже говорил вам», - прохрипел Звездный. – «Все данные о наших сражениях отправляются непосредственно императору. Стало быть, с этого момента вас начнут преследовать Звездные более высоких рангов! Для вас все кончено!»

«Молчать», - поморщился Акстар. – «Твое блеяние режет мне уши». После чего наемник, сохраняя обычное непроницаемое выражение лица, стремительным ударом меча оборвал существование Галаса. И, поскольку гарнизона альдорцев в сем трудовом лагере не существовало боле, Акстар устремился прочь... когда окликнул его Лоссвел.

«Я хочу, чтобы ты стал моим наставником», - произнес он, обращаясь к наемнику. – «Я должен стать сильнее. Я должен... обрести истинную силу – подобную той, которой обладаешь ты». «Стало быть, ты готов нанять меня?»- уточнил Акстар, и Лоссвел отрицательно покачал головой: «Нет. У меня нет таких денег».

Акстар презрительно хмыкнул, вновь вознамерился уйти, и Лоссвел обещал наемнику, что непременно расплатится с ним – сразу же, как только обретет необходимую сумму. «Что ж, почему бы и нет», - пожал плечами Акстар, поразмыслив. – «Поиграться с червем – неплохой способ убить время». Лоссвел задохнулся было от ярости, и Акстар, заметив это, усмехнулся: «Нельзя ученику злиться на наставника. Если уж я буду учить тебя владению мечом, то ожидаю уважения. Если у тебя нет достаточной выдержки, то и говорить нам не о чем». «Я... понимаю», - выдавил Лоссвел, усилием воли взяв себя в руки. – «Понимаю... наставник».

«С этого момента ты, Лоссчервь, мой ученик», - постановил Акстар. – «Стало быть, ты станешь беспрекословно исполнять все мои прихоти, как послушный ученик». Лоссвел кивнул; он готов был пойти на любые унижения, дабы обрести силу, необходимую, чтобы выжить в Паладии и отыскать сгинувшего в сем мире названного брата.

Следовало признать, что Рейна в трудовом лагере не оказалось. Либо беглец, направивший их сюда, обознался, либо же они разминулись с Рейном в хаосе произошедшего только что сражения.

Заключенные, однако, не спешили покидать пределы каменоломни. Один из них, уже однажды предавший героев, подступил к ним, воскликнув: «Что вы наделали?! От императора невозможно бежать, и покидая лагерь, мы подписываем себе смертный приговор... Поэтому мы остаемся. Это вы учинили тут разбой, мы не хотели этого». Герои подобного откровения не ожидали: стало быть, страх пред могуществом Альдора настолько глубоко проник в сердца мирян этого мира, что и не мыслят они для себя иного существования, кроме как покорного подчинения императору и его приспешникам.

«Но если император перестанет существовать, проблема разрешится», - обнадежил товарищей Лоссвел. – «Потому не о чем беспокоиться. Отец и Веритасы наверняка пресекут тиранию императора». Акстар, однако, не был в сем так уверен, однако мысли свои держал при себе...


В противостоянии с воинами Ордена Веритасы довольно скоро ощутили, что противники значительно превосходят их умением, обладают способностью предугадывать все возможные действия. Осознание того, что слова императора о «реликтах прошлого» истинны, снедало души... Один за другим Веритасы оказались повержены.

«Я читал о тебе в исторических книгах Альдора, Раеген», - бросил Хью, обращаясь к Веритасу Темному. – «В Альдоре тебя даже сейчас считают героем». «Меня?» - с горечью усмехнулся Раеген. – «Боюсь, историки позволили себе в этом некоторую вольность». «Герои должны умирать героями», - отчеканил Дельта-Звездный. – «Их благородное прошлое не должно быть запятнано. Нападай, позволь же мне лично покончить с тобой!»

Раегену не давало покое ощущение могущества, исходящего от Хью. Почему-то казалось оно таким знакомым... Но Темный, выбросив из головы все посторонние мысли, атаковал противника...

Долго длилось сражение двух могущественных воинов, когда, наконец, Хью отступил на несколько шагов, уважительно кивнул, молвив: «Неудивительно, что они называют тебя ‘героем’. Тот факт, что ты все еще на ногах, впечатляет. И сражаешься ты с честью. Но когда ты ударил меня мечом, я нанес ответный удар, куда более сильный. И раны твои гораздо серьезнее моих. Раеген... Победа за мной!»

Скрипя зубами, Раеген старался удержаться на ногах, отказываясь признавать поражение, но силы стремительно оставляли его. Не случилось чуда, и пал он...

Шестеро Присяжных Паладии познали сокрушительно поражение от рук Звездных. «Это конец, Раеген», - бросил Хью, и, приблизившись к поверженному, занес меч для последнего удара...


Завершив осмотр трудового лагеря, герои вынуждены были признать: Рейна здесь нет, и, похоже, не было... Лоссвел сокрушенно покачал головой, когда Акстар приблизился к нему, приказав: «Смейся!» «Что?» - опешил Лоссвел, и наемник повторил: «Ты что, не слышал меня? Смейся!» «Зачем мне смеяться, если ничего смешного нет?!» - воскликнул Лоссвел, на что отвечал Акстар: «Ты уже забыл о нашем соглашении? О том, что приказы наставника не подлежат обсуждению? Смейся, или же ученичество твое на этом и завершится!»

Усилием воли Лоссвел выдавил из себя смешок, но Акстар лишь презрительно поморщился, бросив: «Это отвратительно. Хотя ожидаемо, что у жалкого мечника будет столь же жалкий смех». В ответ Лоссвел расхохотался – громко и заливисто...

Фина в ужасе отступила, не в силах поверить в то, что ее друг готов исполнять любую прихоть наемника. Обратившись к Акстару, девушка просила того прекратить; ей больно было видеть, как унижается Лоссвел, жаждущий лишь одного – отыскать Рейна и вернуться домой. Акстар согласно кивнул, приказал Лоссвелу прекратить хохот, а когда последовал тот его воле, изрек: «Каждый может ходить со страдальческим выражением лица, когда все идет не так, как хотелось бы. Но куда большей силы воли требует смех в лицо боле. Чем более безысходной кажется ситуация, тем более невозмутимым и воодушевленным ты должен казаться. Даже если на самом деле это не так. Запомни эти мудрые слова своего наставника!» Лоссвел ошеломленно воззрился на Акстара: стало быть, приказ его был не издевательством, но уроком?!. Ведь слова эти были именно тем, чем руководствовался Рейн во всех своих действиях.

К троице приблизились остальные: Лид, Джейк, Сакура и Николь. Допросив всех до последнего пленника, они вынуждены были признать, что не узнали ровным счетом ничего нового. Забитые, сломленные люди, только и вслипывающие «Я не хочу умирать!» Ничего иного, осмысленного сказать они не могли.

«Мы выяснили, что неподалеку есть место казни для членов сопротивления», - молвил Николь, и Фина встрепенулась: «Если Рейн проходил здесь, то, возможно, направился туда». По крайней мере, это было бы вполне в духе Рейна: если видел он неправедное, то всеми силами старался все исправить. «Нам нужно сохранять осторожность», - напомнила спутникам Сакура. – «Теперь, когда сразили мы одного из воинов Ордена, разумно предположить, что по следу нашему устремятся и остальные». Герои воззрились на Акстара, но тот лишь недоуменно вопросил: «Что? Это вы одержали верх над Омикроном-Звездным, я лишь нанес последний удар».

Покинув трудовой лагерь, герои устремились в направлении места казни. Лоссвел продолжал размышлять над словами, сказанными ему Акстаром. Когда противостояли они Веритасу и Солу, их лидером был Рейн. Теперь же роль эта выпала ему, Лоссвелу... И надлежит ему стать человеком, который одним видом своим придает силы спутникам. Наверное, именно это и хотел донести до него Акстар.

...Герои пересекли безымянную равнину, достигли Казематов Захару, где безжалостные имперцы казнили солдат сопротивления, имевших неосторожность угодить к ним в руки. Фина вознамерилась было незамедлительно броситься на выручку пленникам, здесь содержащимся, однако Акстар предложил повременить да осмотреться: нечего столь скоропалительно соваться в логово врага.

Схоронившись за каменной оградой, наблюдали герои, как двое солдат-альдорцев сопровождают пленника к месту казни. Тот едва передвигал ноги, молил о глотке воды, однако солдаты лишь усмехались в ответ: зачем тратить воду на обреченного?..

Лоссвел постановил, что надлежит им немедленно проникнуть, в казематы, и... «Погоди, Лоссдурень!» - раздался окрик, и Лоссвел, медленно обернувшись к невозмутимому Акстару, отчеканил, едва сдерживая гнев: «Сперва Лоссчервь, теперь – Лоссдурень... Я не потерплю подобного даже от тебя, наставник!» «Разве можно винить меня за то, что я называю лопату лопатой?» - удивился Акстар. – «А теперь слушай меня, и очень внимательно. Все, живущие в этой стране, страшатся императора. Именно поэтому вы и были преданы в трудовом лагере, не так ли?» «Ты говоришь, что нас предадут снова?» - осознал Лоссвел, и Акстар утвердительно кивнул: «Иначе и быть не может. Тебя не посещала мысль о том, что пленники из трудового лагеря могли рассказать здешней страже о вас?»

Николь, Джейк и остальные выжидательно смотрели на Лоссвела, ожидая его решения. Прислушается ли их лидер к словам Акстара?.. Как бы то ни было, это будет его осознанный выбор, и только его. «Мы отправляемся в казематы», - постановил Лоссвел наконец, и уточнил Акстар с усмешкой: «Стало быть, глупый ученик решил не обращать внимания на слова наставника?» «Если прикажешь мне остановиться, я сделаю это», - с вызовом заявил Лоссвел. – «Но если ты лишь высказал свое мнение... Что ж, я тебя услышал, но я не разделяю его. Я считаю, что наша вера в мирян однажды окупится, и на добро нам ответят добром. Неважно, сколько раз мы окажемся преданы. Я продолжу хранить веру на лучшее в сердце. Ведь когда мы сражались с Хаотической Тьмой, именно вера мирян и спасла нас... Именно поэтому я...» «Ты глупец!» - с презрением оборвал излияния Лоссвела наемник. – «Взгляни на меня! Я однорукий, одноглазый, у меня искусственная нога. Напряги воображение и догадайся, как я стал таким. Поддаться эмоциям подобно смерти здесь, в Паладии». Тем не менее, Лоссвел устремился ко входу в казематы; герои последовали за ним, Акстар же остался снаружи.

Ворвавшись в пределы заграждения, герои принялись разить альдорцев, и, подбежав к центру казематов, где солдаты окружали приговоренных к казни пленников, потребовали немедленно освобождения тех. Солдаты, однако, даже не сделали даже попытки отступить в сторону, а героям предстал некий индивид, находящийся в престранном аппарате, парящем в нескольких футах над землею. «Я – Кси-Звездный Гудон, из Ордена», - представился незнакомец. – «Поверить не могу, что мне поручено было дожидаться вас в этом захолустье. Но хватит разговоров, давайте сражаться. Не могу дождаться, когда покончу с вами».

«Ты дожидался нас?» - озадачилась Лид, и Гудон хохотнул: «А вы думали, пленники из трудового лагеря не сообщат о вас куда следует? Вас предали те, кого вы так отчаянно пытались спасти!» Лоссвел скрежетнул зубами: прав был Акстар, от начала и до конца! И почему только он не поверил бывалому наемнику?.. Но... остальные ни в коем случае не должны видеть его смятения...

«Ну и что с того?» - заявил Лоссвел, бесстрашно шагнув в направлении аппарата Гудона. – «Не всем же обладать огромным могуществом. Некоторым придется всякое совершать ради того, чтобы просто остаться в живых. Если это поможет хотя бы одному слабому человеку, я готов обманываться столько раз, сколько потребуется... А теперь подумай. Если мы сразим тебя, значит, казни прекратятся. Осознания сего для меня вполне достаточно».

«Я не ослышался, вы полагаете, что в силах сразить меня?» - усмехнулся Гудон. – «Похоже, Орден не воспринимают здесь всерьез...» От летательного аппарата отделилось внушительное ядро, и стремительно ударило в каждого из героев, повергнув их наземь. С превеликим трудом они вновь поднялись на ноги, обернулись к противнику, который, похоже, откровенно забавлялся.

«Я казню вас всех лично», - посулил Кси-Звездный, и, направив аппарат к едва держащемуся на ногах Лоссвелу, бросил: «И начну с тебя».


Шестеро Веритасов были брошены в тюремный комплекс Медос, возведенный в южных пределах Георла. Раеген, израненный и обессиленный, вновь и вновь возвращался мыслями к последним мгновениям противостояния с могущественным воином, именующим себя Хью.

«Это конец, Раеген», - произнес тогда тот, занося меч для удара, должного оборвать жизнь Темного... Однако неожиданно опустил клинок, и, приказав стажам заточить поверженных Веритасов в тюрьме, устремился прочь. «Подожди...» - прохрипел Раеген ему вслед. – «Почему ты не убил меня?» «Я убиваю лишь достойных противников», - отвечал тот. – «А ты себя таковым не показал. Ты не стоишь затраченных на тебя усилий».

И сейчас Раеген озадаченно покачал головой, с горечью усмехнулся. Он всегда считал себя мастером меча, и познать подобное унижение... казалось немыслимым. «Я осознал, что сила не знает границ», - молвил он, обращаясь к сподвижникам. – «Именно поэтому я должен стать сильнее. И одна мысль об этом воодушевляет меня». Веритас Пламенный поддержал Темного: он также готов был принять вызов, исходящих от столь могущественных воинов – Звездных.

Светлая напомнила Темному и Пламенному, что радоваться нечего, и положение их – не из лучших. Кроме того, магические энергии, коими были наделены доспехи Веритасов, ныне иссякли, а, стало быть, силы их значительно уменьшились.

Неожиданно взвыла сирена, а дверь камеры распахнулась. Веритасы озадаченно переглянулись – это ловущка?.. Или шанс на спасение?.. Навряд ли сбой в системе тюремного комплекса возможен без внешнего воздействия, но кто свершил подобное?.. Впрочем, размышлять над этими вопросами не было у них ни сил, ни желания.

«Мы должны оставить доспехи», - велел Раеген остальным. – «Теперь они – лишь груды металла, и сковывают наши движения. Звездные высших рангов гораздо сильнее нас. Чтобы сравняться с ними силой, мы должны быть готовы рисковать своими жизнями». «И снятие доспехов – ознаменование нашей решимости?» - уточнила Светлая, но Водная кивнула, соглашаясь со словами Темного: «Я понимаю. И, кроме того, для меня это – прекрасная возможность отдалиться от той личности, какой я стала».

Оставив доспехи, оставались в которых на протяжении столетий, Веритасы покинули камеру, сошлись в сражении с многочисленными солдатами Альдора, наводнившими тюремный комплекс.

После, прорвавшись к выходу, Раеген предложил спутникам начать, наконец, называть друг друга по именам, сиречь Веритас Пламенный вновь будет именоваться Игнасио, Земляной – Зекехарт, Водная – Фолка, Светлая – Ситра, а Небесный – Сид. Последний был весьма удручен тем, как изменилась Паладия за последние 700 лет. Практически все, что он любил и чем дорожил в родном мире, прекратило свое существование.

Шестеро направились к гигантскому индустриальному граду Дормдраю, выступающему центром промышленности в землях Георла. Зрелище он являл, прямо сказать, неприглядное: смог, исходящий из труб множества фабрик и заводов, укутывал город из бетона и металла зловонным облаком.

Веритасы – хоть боле и не именовали они себя таковыми, - изумлялись: неужто подобный ужас, коий являла ныне Паладия, - то, за что они сражались 700 лет назад?.. Изменится ли мир, если сумеют они низвергнуть императора, ответственного за подобное положение дел?..

Заметив плачущую у придорожной свалки девочку, Сид остановился, обещал остальным, что нагонит их. После, обратившись к малышке, поинтересовался, что ее так расстроило. Всхлипывая, та отвечала, что наручные часы, которые так хотела она подарить отцу на День рождения, упали и разбились! «Это не так», - улыбнулся Сид. – «Отец будет рад любому подарку от своего ребенка».

После чего, попросив малышку передать ему часы, Сид в два счета починил механизм, и девочка благодарила незнакомца. «Меня зовут Мамир», - представилась она, и Сид, назвав свое имя, веле малышке аккуратно обращаться с часами, ведь утраченное время наверстать невозможно.

Поинтересовался он, что именно изготавливают на заводах Дормдрая. «Не знаю наверняка», - молвила Мамир, - «но вроде они извлекают энергию из кристаллов... или что-то вроде этого». Сид задумчиво кивнул: что же замышляет император?..

Расспросив горожан, выяснил Сид, что именно поглощение энергии кристаллов сделало земли континента столь бесплодными; и направлена энергия сила на поддержание барьера, окружающего башню Альдора – обитель императора. Теперь не сможет Веритасы вернутья в башню и взять реванш... Но очевидно, что в землях Паладии существуют генераторы, поддерживающие энергетический барьер, и если уничтожить их, оный непременно падет.

Не теряя времени, устремились Веритасы к огромному заводу близ города, где находился первый из генераторов. Пересекли они реку Хезнудо, зловонные воды которой были черны от нечистот, благо заводские трубы сбрасывали сюда отходы производства. «Как же загрязнена здесь вода», - сокрушалась Фолка. – «В прошлом Альдор, хоть и почитал науку, никогда не разрушал природу...»

«Ах вы, канализационные крысы», - послышался голос, и уверенной походкой к Веритасам приблизилась девушка, представилась: «Я – Мид, Тета-Звездная, из Ордена. Император приказал мне надзирать за генератором барьера». «Мид?..» - поразился Сид, во все глаза глядя на девушку.

«Эх, не Дельта-Звездный, но все равно...» - вздохнул Игнасио, и Мид презрительно поморщилась: «Дельта?.. Не сравнивайте меня с этим новичком, он всего лишь удачлив». Раеген озадачился: новичком?.. Как может новичок обладать столь всесокрушающей мощью?.. «Моя верность императору куда сильнее, нежели та, которой обладает Хью», - уверенно заявила Тета-Звездная. – «И я намереваюсь доказать это, даровав сюзерену ваши мертвые тела».

Сид сделал шаг в направлении Мид, намереваясь задать ей некий вопрос, но девушка нанесла ему стремительный удар, и Небесный в беспамятстве рухнул наземь... Веритасы атаковали Мид, и та вынуждена была отступить, испытывая жгучий стыд от осознания того, что одержали над ней верх безвестные чужеземцы.

«Кристалл в форме звезды в твоем ожерелье...» - начал было Сид, однако Мид не была расположена вести разговоры. Проницательный Раеген отметил, что сражалась их противница далеко не в полную силу; неужто она не воспринимает их всерьез – их, Шестерых Присяжных Паладии?..

Но размышлять о том, чем руководствовалась Мид, Веритасы не желали, и Зекехарт выступил вперед, намереваясь нанести противнице последний удар; опасно оставлять в живых одну из Ордена. «Погоди, Зек!» - бросился вперед Сид, пояснив: «Кристалл в форме звезды – доказательство того, что Мид – моя дочь!»

Веритасы потеряли дар речи от изумления... Первым в себя пришел Игнасио. «Сид, возьми себя в руки», - молвил он, переводя взгляд с Мид на Сида и обратно. – «Ты оставил семью 700 лет назад. Быть не может, чтобы дочь твоя оказалась жива...» «Нет, есть один способ», - возразил Раеген, испытывающе глядя на Тета-Звездную, и Сид, согласно кивнул, обратился к девушке: «Скажи... ты – как и мы - пошла на усовершенствование тела, чтобы обрести бессмертие?.. Зачем ты это сделала?!»

В гневе Сид метнулся к дочери, однако та сделала резкий выпад копьем, заставив Веритаса отступить. «Дочери, которую ты знал, больше нет!» - отчеканила Тета-Звездная. – «Теперь я – одна из Ордена! И при следующей нашей встрече я стану сражаться в полную силу!»

Девушка взмыла ввысь, расправила металлические крылья, притороченные к ее доспеху и позволяющие ей держаться в воздухе. Сид еще долго смотрел ей вслед, и на лице его отражалось отчаяние... и осознания того, что прошлого не вернуть, и придется принять для себя ужасающую реальность Паладии нынешней...

Ближе к ночи Веритасы разбили лагерь на окраине заброшенного военного гарнизона. Сид не мог сомкнуть глаз, возвращаясь мыслями к сегодняшней встрече с дочерью. О подобном он и помыслить не мог. Мид жива... и – в стане противника...

Вспоминал он, как в ночь перед решающим сражением с силами Хесса вернулся домой, и любимая супруга, укачивая на руках малышку Мид, тепло встретила его. Именно тогда он передал жене кристалл для Мид... Они долго разговаривали в тот вечер, гадая, как сложится судьба их дочурки...

Пребывая в раздумьях, Сид не замечал, как издали с тревогой наблюдают за ним трое – Фолка, Ситра и Зекехарт. Постановил последний, что при следующей встрече с Мид его меч оборвет существование Тета-Звездной, и Сид, остающийся в полной прострации, непременно вернется к ним. Фолке и Ситре идея пришлась не по нраву: уж слишком жестоко и самонадеянно вел себя Земляной...


...Тета-Звездная оставалась близ генератора; под началом ее находилось немало солдат Альдора. Мид знала, что все они погибнут в противостоянии с Шестерыми Присяжнымы, но те потратят на воинов немало сил, и она с легкостью покончит с ними...

Мыслями девушка унеслась к отцу... Осознание того, что вернулся он спустя столько столетий, разрывало ей сердце, но напоминала она себе, что служение императору – превыше всего... И когда лазутчики донесли о приближении к зданию Веритасов, безропотно отдала солдатам приказ атаковать...


С рассветом Шестеро Присяжных продолжили путь к генератору, на местонахождение которого им указывал поток энергии, рассекающий небеса и устремляющийся к башне Альдора. Миновали они полуразрушенный завод Данадея, разя альдорских солдат, преступающих им путь. Похоже, те восприняли угрозу со стороны Веритасов всерьез, и ныне с окрестных земель стягивались армейские подразделения, должные остановить врага...

Оставляя за собой лишь мертвые тела имперцев, Веритасы целенаправленно следовали вперед, и вскоре достигли высокотехнологичного комплекса, находился в котором один из генераторов защитного поля. Оный находился под защитой Мид, и, обратившись к отцу, заявила та, что будет сражаться, не сдерживая сил. «Я знаю», - произнес Сид, глядя дочери в глаза. – «Но сначала выслушай, что я скажу тебе. Семьсот лет назад Альдор предал меня и изгнал в иной мир, Ляпис. Все это время жизнь во мне поддерживали лишь помыслы о мщении Альдору, отнявшему у меня семью. Семья была всем для меня... Я хотел узнать, что произошло с моими любимыми... увидеть хотя бы их надгробия. Вот почему я вернулся в Паладию... Но Мид... ты оказалась жива. Хоть я донельзя удивлен тем, что обрела ты бессмертное тело и присоединилась к Ордену».

«К чему ты клонишь?» - осведомилась Мид, и голос ее дрогнул. «Сейчас мы с тобой враги», - молвил Сид. – «И я скажу тебе лишь одно. Мид, спасибо. Спасибо, что жива». «Это все, что ты хотел сказать?» - раздраженно вопросила Мид, взяв себя в руки, и Сид вздохнул: «Я многое хотел бы сказать тебе. Но сейчас говорить станут наши клинки». «Да, этого более, чем достаточно, чтобы выразить наши мысли», - согласилась Мид.

...В сражении с Шестерыми Присяжными Мид оказалась повержена, и Раеген, не теряя ни мгновения, бросился к панели управления генератором, инициировал взрыв оного путем подачи чрезмерного количества энергии.

Сид же приблизился к раненой дочери, вопросил с искренней заботой: «Ты как?» «Когда ты неожиданно исчез, мама всегда говорила, что папа мой не погиб», - тихо произнесла та в ответ. – «И что однажды он вернется... Но вскоре после этого она умерла... Я поверила мама, и продолжала ждать твоего возвращения. Но этого так и не произошло... Потому я пыталась найти способ продолжить свое ожидание...» «И именно поэтому ты обрела бессмертное тело?» - вопросил Сид, и Мид вздохнула: «Ты сказал, что я глупо поступила, пойдя на этот шаг, но... Но теперь ты здесь. Мы наконец-то встретились. Эти 700 лет... были подобны долгому сну... Может, поэтому я чувствую, что он все еще продолжается, и тот факт, что я вижу пред собой отца – не более, чем наваждение».

«Это не сон», - покачал головой Сид. – «Это не сон, Мид». «Папа...» - прошептала Мид. – «Я действительно так сильно хотела встретиться с тобой!» «И я», - отвечал Сид, в глазах которого стояли слезы. – «Мид, оставь Орден, пойдем с нами». «Я не могу», - тихо молвила Мид. «Но почему?» - удивился Сид.

Вместо ответа Мид поднялась на ноги, лицо ее вновь приняло непроницаемое выражение. «Признаю, ваш отряд силен», - отчеканила она. – «Но на данный момент вы гораздо слабее трех сильнейших Звездных, не говоря уже об императоре. Поэтому прошу, покиньте Паладию. Я ведь для этого и позволила вам совершить побег из тюрьмы...» «Так это была ты...» - выдохнул Сид, и Мид, коротко кивнув, продолжала настаивать: «Немедленно возвращаттесь в Ляпис. Так будет лучше... для всех нас».

Она протянула отцу игрушечные часы, и, смущаясь, пояснила, что сделала их, когда была малышкой, и с тех пор берегла, чтобы однажды подарить Сиду... в благодарность за кристалл в форме звезды. После чего отступила, покинула помещение.

Сид проводил дочь взглядом, поклявшись, что однажды непременно вырвет ее из рядов воинов Ордена...


Аппатар Кси-Звездного завис перед Лоссвелом, и осознал последний, что смертное существование его вот-вот оборвется.

Неожиданно один из пленников, доселе наблюдавший за противостоянием издали, бесстрашно встал перед Гудоном, постановил, что не позволит ему причинить вред чужеземцам. Присоединились к нему и другие... Кси-Звездный устало вздохнул, и ядро его аппарата разметало пленников в стороны.

«Почему ты это сделал?» - обратился Лоссвел к человеку, вставшему на его защиту, а ныне лежащему в грязи, в луже собственной крови. «А ты почему решил помочь нам?» - прохрипел обреченный. – «Спасибо... что простил тех, кто предал тебя... Твои слова о готовности помогать слабым, даже если они окажутся неблагодарный... действительно тронули меня. Молю тебя... спаси остальных... Знаю, ты сможешь».

Он скончался, и Гудон, удовлетворенно хмыкнув, вновь перевел взор на Лоссвела, вознамерившись продолжить казнь дерзких. Неожиданно выросла пред ним фигура Акстара, и удар меча последнего отправил летательный аппарат Кси-Звездного в неконтролируемое вращение.

«Похоже, ты был прав, поверив в этих людей», - бросил наемник, обращаясь к Лоссвелу. «Нет, я ошибался», - отвечал тот. – «Я полагал, что пленников надлежит спасти, потому что они слабы. Но, как оказалось, это не так. У этих пленников... храбрые сердца. Они готовы рискнуть жизнями, выступив против врага... ради меня...» «Действительно», - хмыкнул Акстар. – «И если ты действительно веришь в это, каким станет твой следующий шаг?» «Следующим шагом станет окончательно низвержение этого зла!» - отвечал Лоссвел, указав клинком в сторону Гудона, и Акстар одобрительно кивнул: «Прекрасно. Это верный ответ».

Кси-Звездный атаковал, ведь и помыслить не мог он о поражении... однако познал оное совсем скоро. За противостоянием наблюдали и приговоренные к казни, и их охранники, и когда пал Гудон, возликовали пленники, ибо на их глазах свершилось немыслимое, и один из непобедимых Звездных оказался повержен. Дрогнув, альдорцы бросились прочь, стремясь донести весть о произошедшем своим командующим, а один из пленников, обратившись к героям, признался, что принадлежит к сопротивлению, и предлагал им объединить усилия в противостоянии императору Альдора.

«Императору противостоят люди, которые гораздо сильнее нас», - отвечал ему Лоссвел. – «Мы же пытаемся найти кое-кого». «Конечно, если мы встретим на пути кого-нибудь из Ордена, то непременно зададим ему хорошую трепку!» - обнадежил бойца сопротивления Джейк.

Но вынуждены были герои признать, что здесь нет следов Рейна. Куда же он мог подеваться?.. «Почему бы вам не наведаться в Гунган?» - предложил пленник чужеземцам. – «Это густой лес. В нем немало мест, где можно укрыться. К тому же, это страна зверолюдей».

Обещал пленник, что непременно раздобудет чокобо для своих спасителей, ведь путь до Гунгана неблизок. Лоссвел же убеждал себя в том, что в державе зверолюдей непременно отыщет исчезнувшего друга...


На скальном утесе в землях, далеких от Георла, замер Сол. Устремив неподвижный взор в одну точку, мудрец, казалось, прислушивался к чему-то. «Рейн», - прошептал, наконец, он. – «Я чувствую твое присутствие здесь, в этом мире. Эта отвратительная аура праведности... Ты ничуть не изменился... Но это и хорошо... Рейн, будь уверен: на этот раз я непременно оборву твое существование! Мы с тобой не можем сосуществовать, и сражение наше завершится, лишь когда один из нас будет уничтожен».

***

Шестеро Присяжных достигли земель южного континента Гунган, отделенного от Георла горной грядой. На равнинах Уку разбили лагерь, дабы передохнуть прежде, чем продолжат путь в поисках разбросанных по миру генераторов, поддерживающих энергетический барьер вокруг башни Альдора.

«Сколько еще генераторов нам нужно разрушить?» - спрашивал Сид, и Игнасио хохотнул в ответ: «Будем взрывать их до тех пор, пока барьер не исчезнет!» Зекехарт закатил глаза: поистине, иногда его соратник кажется донельзя недалеким!..

Снявшись с лагеря, Веритасы продолжили путь. До самого горизонта тянулись густые чащобы да благодатные равнины – приятное разнообразие в сравнении с опустошенными, безжизненными пределами Георла. «Сид, помнишь это место?» - обратился к товарищу Раеген, но прежде, чем тот успел ответить, отряд атаковал некий зверолюд.

Веритасы сразили противника, а чуть погодя приблизился к ним иной зверолюд, облаченный в черную ризу, поблагодарил за то, что покончили иноземцы с преступником, которого он преследовал. «Я – Фон, советник короля Гунгана», - представился зверолюд, и счел необходимым уточнить: «Не ложного короля, а истинного – обладающего силой, необходимой для того, чтобы возглавлять наш народ».

«То есть, в Гунгане двое королей?» - уточнила Ситра, и зверлюд подтвердил: «Да, верно. В настоящий момент эта страна разделена на два лагеря, между которыми разгорелся конфликт, и в каждом из них – по королю». «Что?» - поразился Игнасио. – «Неужто за 700 лет ничего не изменилось?» Зекехарт и Ситра шикнули на не в меру словоохотливого сподвижника: иногда разумнее держать рот на замке!..

Фолка просила Фона рассказать им подробнее о происходящем в сих землях, и молвил зверолюд: «Прежде Гугнан был единой державой. Даже Альдор, правящий сим миром, не связывался с нами. Наше географическое положение осложняло вторжение, и зверолюды в сражении в лесах были непобедимы. Гунган был единственной страной на всей Паладии, свободной от ига Альдора. Однако и наша держава не избежала перемен. Под влиянием иноземных культур и технологий наш образ жизни начал изменяться». «И это наверняка привело к конфликту», - резюмировала Ситра, на что Фолка отрицательно качнула головой: «...Непростой вопрос. Перемены – не всегда к худшему».

Фон же, отмечая силу Шестерых Присяжных, просил их встретиться с его королем. «Разве разумно доверять кому-то лишь потому, что они сильны?» - озадачился Раеген, и отвечал зверолюд: «Ну, по крайней мере, вы не из наших земель. Стало быть, вы нам не враги. Противники наши – те, кто поклоняется природе... пламя Натура... Зверолюды Гунгана разделены на два племени: Шибира и Натура. Шибира принимают развитие и технологии, Натура же погрязли в прошлом. В этом и состоит суть конфликта между племенами».

Раеген выразил готовность встретиться с королем племени Шибира, и Фон, велев чужеземцам следовать за ним, устремился прочь. Веритасы с возмущением обратились в Раегену, спрашивая, зачем понадобилось им отвлекаться от цели, однако тот лишь загадочно улыбнулся: «По пути вы все поймете». Обескураженные, Веритасы последовали за своим лидером.

Вскоре достигли они оплота племени Шибира, и Фон указал путникам на чертог, в котором ожидал их король. Отозвав Раегена в сторону, Ситра шепнула: «Ты ведь знаешь, эти племенные конфликты никогда с легкостью не разрешить». «Да, представляю...» - кивнул Раеген, и продолжала Ситра: «К тому же, если речь идет о том, чтобы принять для себя современные технологии, мы вообще не можем здесь никому давать советы, будучи посторонними...»

«Ситра, я знаю, к чему ты клонишь», - отозвался Раеген. – «Но в этом вопросе я не считаю себя посторонним. Нет ‘их’ или ‘нас’ – лишь обитатели Паладии. Вне зависимости от обстоятельств, мы обязаны помогать друг другу, верно?» Ситра долго молчала, размышляя, а после недоверчиво покачала головой: «А ты на самом деле ничуть не изменился. Даже по прошествии 700 лет ты обладаешь этим наивным чувством справедливости». «Разве это плохо?» - осведомился Раеген, и улыбнулась Ситра: «Нет, совсем нет. Это – одно из тех твоих качеств, которое я...» Она осеклась, зарделась, посчитав, что и так сказала слишком много.

Шестеро Присяжных приблизились к трону, на котором в окружении стражи из зверолюдов восседал человек! «Я – Палте, король Шибира», - представился тот, обращаясь к пораженным гостям. – «Фон рассказал мне о вас, и я хотел с вами встретиться».

Утратив дар речи, Веритасы взирали на человека, выступавшего правителем племени зверолюдов...


Лоссвел и спутники его добрались, наконец, до земель Гунгана, и близ леса Тирам они остановили ездовых чокобо, чтобы продолжить странствие на своих двоих. С непривычки герои едва держались на ногах, все тела их болели; все-таки преодолеть столь значимое расстроение верхом на чокобо – вполне себе достижение!.. Лишь Акстар не разделял состояния спутников, и лишь насмехался, наблюдая страдания тех.

Лес Тирам являл собою образец нетронутой цивилизацией, девственной природы, и был поистине прекрасен... и опасен: огромных насекомых и прочего зверья в чащобе обитало предостаточно!

В сердце лица лицезрели герои зверолюдов, пререкающихся друг с другом. «Нам надлежит просто переговорить», - настаивала одна из них. – «Противостоянием ничего не решить». Двое зверолюдов, принадлежащих к племени Шибира, наотрез отказывались вести переговоры с презренными Натура, ведь именно они расставили ловушку на церемонии подписания! Зверолюдка из племени Натура ужаснулась подобным обвинениям, но Шибира вознамерились преподать ей урок, здесь и сейчас.

Лоссвел наряду с товарищами приняли сторону девушки, сразили Шибира, однако зверолюдка, похоже, осталась весьма недовольна подобным исходом. «Почему вы так поступили?!» - напустилась она на людей. – «Вы сражаетесь, полагая, что насилием возможно решить любую проблему...» «Но если бы не мы, они вполне могли бы тебя убить», - резонно заметил Лоссвел, но зверолюдка возразила: «Не обязательно. К тому же, я могла бежать». «Конечно», - не удержался, съязвил Акстар. – «Бегство – это такой вид победы. Просто прекрасная стратегия! Но вижу, что твои лапы ранены. Думаешь, в таком состоянии сумела бы бежать?»

Зверолюдка потупилась, признавая правоту слов незнакомца. Обратившись к ней, Николь предложил сопроводить девушку к сородичам. Та не разумела, посему чужаки столь пекутся о ней, но возражать не стала. «Мое имя – Куншира», - представилась она. – «Куншира из племени Натура».

Следуя на юг, герои покинули лес Тирам, и вскоре достигли руин Копана – древнего града, о котором мало кто из ныне живущих ведает. Здесь, сразив каменного конструкта Брутаса, выступающего стражем позабытых развалин, продожили они путь в южные земли Гунгана.

В сердце сих благодатных пределах возносило кроны свои к небесам Древо Натурии, и именно к вершине его повела за собою героев Куншира. Последняя поблагодарила спутников за то, что сопроводили те ее до самого оплота племени, поинтересовалась, куда же направятся они теперь. «Мы странствуем в поисках исчезнувшего друга», - признался Лоссвел, - «и будем продолжать поиски». «А есть у вас предположения, где он может находиться?» - осведомилась Куншира. «К сожалению, нет...» - отвечал Лоссвел.

Услыхали они злые голоса; зверолюды племени Натура ожесточенно, с ненавистью отзывались о коварных Шибира, воспользовавшихся церемонией подписания мирного договора для того, чтобы напасть на них! И теперь столь многие собратья их мертвы, но король племени продолжает молчать, единолично принимая решения. Подобный уклад зверолюдов никак не устраивал...

Сакура шепнула Лоссвелу, что хотела бы задержаться немного здесь, в Натурии, ибо есть вещи, весьма ее тревожащие. «Давным-давно я сражалась здесь», - молвила она. – «И не могу просто взять да отвернуться от бед сего племени». «Ты сражалась здесь?» - поразилась Куншира, и Сакура кивнула: «Долгая история». «Тогда почему бы вам не встретиться с нашим королем, Яшкой?» - предложила зверолюдка. – «Он вам расскажет все о том, в каком состоянии пребывает ныне племя Натура».

Не тратя боле времени, Куншира провела героев в просторное помещение в стволе исполинского древа, где представила их королю племени. «Прошу прощения за задержку», - изрекла она. – «На меня напали Шибира...» «Напали?» - встревожился Яшка. – «Это может быть как-то связано с нападением, случившемся на церемонии?» «Вполне возможно», - предположила Куншира. – «Но они утверждают, что нападение – наших рук дело!»

Король просил Кунширу – как оказалось, его ближайшую помощницу, - занять место подле трона его, а после, отвечая на просьбу Николя, поведал чужеземцам о произошедшем. «Я пытался заключить перемирие с Шибира», - рассказывал он. – «Моему народу эта идея пришлась не по нраву...» «Но ты единолично принял решение и претворил его в жизнь?» - уточнил Николь. Король промолчал, вместо него ответила Куншира: «Я не верюв в то, что решение короля было неверным».

«Наши попытки заключить мир – не причина нынешней паники в племени», - наконец, продолжил Яшка. – «Мы организовали церемонию подписания мирного договора, когда произошел взрыв. Многие из моих сородичей погибли». О том, кто стоит за столь вероломным нападением, неведомо до сих пор. «Мы предполагали, что взрыв – дело рук Шибира, противящихся перемирию», - изрекла Куншира. – «Глупо возлагать вину на короля лишь за то, что он предложил заключить мир... Но не желал ничего дурного!»

Выступив вперед, Сакура поинтересовалась, что могут сделать они для племени Натура. «700 лет назад здесь, в Паладии, произошла страшная война между Альдором и Хессом», - молвила она. – «Пламя ее затронуло и эти земли». «О деяниях Восьмерых Присяжных, защитивших сии пределы от зла Хесса, глаголят по сей день», - с благоговением прошептала Куншира. «В таком случае вы должны знать, что я – одна из Восьмерых Присяжных», - заявила Сакура, и, отвечая на изумленный взор короля Яшки, продолжала: «Я рисковала жизнью, чтобы защитить эти земли. И не могу допустить, чтобы здесь продолжался конфликт».

«Я слышал, что Восьмеро Присяжных Паладии бессмертны», - медленно проговорил король, в упор глядя на Сакуру. – «Но в это непросто поверить». После чего обещал поразмыслить над словами гостьи, а покамест предлагал чужеземцам задержаться в Натурии.

Куншира вызвалась сопроводить героев к своему скромному жилищу. По пути слышали те недовольный ропот обитателей Натурии, открыто называющих своего короля «тираном». «Они разгневаны не только из-за навязанного перемирия и взрыва на переговорах», - призналась Куншира, когда ступили герои в ее обиталище. – «Король неожиданно объявил наши охотничьи угодья ‘Запретными Землями’. Никто не имеет права ступать туда боле. Одно следовало за другим. Народ находится в шаге от мятежа, ведь недоверие к королю все растет».

«Но в чем они неправы?» - поинтересовался Джейк. – «Из твоего рассказа следует, что гнев зверолюдов вполне оправдан. Король взял да лично принял некие странные решения, и они привели в итоге к гибели его подданных в час взрыва. По мне, не самый мудрый правитель. Он обратил племя свое в бомбу и своими же руками поджег фитиль». «Ты ничего не знаешь!» - с неожиданной яростью прошипела Куншира, и пораженный Джейк отступил на шаг. – «Король искренне печется о благополучии своего народа! Но... с тех пор, как вернулся из Запретных Земель, совершает он странные поступки...»

Не добавив больше ничего к сказанному, она выбежала из жилища. Обескураженные, герои последовали за зверолюдкой, но догнать ее не удалось. Зверолюды, встреченные героям у основания древа, поведали, что Куншира бежала в направлении Запретных Земель – их бывших охотничьих угодий. Джейк, полагая, что его резкие слова стали причиной срыва Кунширы, просил Лоссвела отправиться вслед за зверолюдкой, дабы смог он извиниться перед нею.

«Какие мягкосердные», - покачал головой Акстар, и Лоссвел обратился к нему: «Наставник, хочешь сказать, что нам не следует отправляться вслед за ней?» «Нет, я не против помощи другим», - отозвался наемник. – «Ведь иначе ни за что не взял бы дурня вроде тебя к себе в ученики». Лоссвел поймал себя на мысли, что издевки Акстара больше не задевают его – привык, наверное. Но странно: когда наемник обращается с ним таким образом, испытывает Лоссвел странное чувство... как будто в разум пытаются вернуться некие давно позабытые воспоминания...

Покинув Древо Натурии, герои продолжили путь в южные земли, углубились в причудливые, ирреальные пределы Петры – Леса Иллюзий. Здесь обнаружили они израненную, обессиленную Кунширу. Последнюю Фина незамедлительно исцелила заклинанием, а Джейк не преминул произнести слова извинений. «То, что ты сказал, было правдой», - отвечала ему Куншира. – «Народу не нравятся решения, принимаемые правителем. Но король Яшка прежде всегда ставил желания подданных превыше всего. Потому... я хотела выяснить, что так изменило его...» «И поэтому ты устремилась к Запретным Землям...» - констатировал Николь.

«Но почему ты все это делаешь ради своего короля?» - вопросила Фина, и молвила Куншира: «Потому что я в долгу перед ним. Ведь я сама родом из племени Шибира». Рассказывала она, как некогда оставила свое племя, ведь природа была для нее куда дороже, нежели налет цивилизации. Зверолюды племени Натура, однако, велели одной из Шибира убираться прочь, изгнали ее из Древа Натурии. Растерянная, Куншира шла по гиганской ветки, зная, что уже не сможет вернуться к родному племени. Пребывая в собственных мыслях, она сорвалась, едва успела зацепиться за лиану... От гибели спас ее король Яшка, с интересом воззрился на Шибира, ведь прежде не встречал он представителей сего племени, желающих примкнуть к Натура. «Куншира, с этого дня ты станешь одной из моих советниц», - постановил король. – «Своим выбором ты доказала, что привержена природе всей душой». «Но... я Шибира», - выдавила потрясенная Кушнира, но король лишь мотнул головой: «Натура, Шибира – это не важно. Пути наши – все одинаковы». Куншира приняла великодушное предложение короля, и с тех пор служила ему верой и правдой.

Герои подтвердили свое стремление сопровождать Кунширу в Запретные Земли, дабы вернуть королю Яшке его доброе имя. «Ты уверен?» - шепнул Акстар Лоссвелу, когда остальные удалились на достаточное расстояние. – «Мы немало отклонимся от цели». «Рейн часто совершал подобные отклонения», - отвечал Лоссвел. – «Он останавливался, чтбоы помогать нуждающимся... И всегда преуспевал в своих начинаниях – неважно, сколь тяжело это было для него. Я думаю, он обладал истинной силой, наставеник. Как и ты. Посему, если я стану помогать нуждающимся так же, как это делал Рейн...» «...Ты считаешь, что однажды непременно его встретишь, так?» - закончил за него Акстар, и Лоссвел утвердительно кивнул. «Понятно», - произнес наемник. – «Вижу, ты очень хочешь снова с ним увидеться. Уверен, Рейн разделяет твое стремление». С этими словами он устремился вслед за остальными, и Лоссвел удивленно глядел ему вслед. А как же оскорбления, саркастичные замечания?..

За чарующим Лесом Иллюзий начинались Джунгли Бодун – место весьма дикое и гибельное. Немало монстров – в том числе и растительных – пришлось сразить героям прежде, чем продрались они через растянувшиеся на много миль заросли.

Наконец, достигли они Запретных Земель, и Куншира остановилась на границе оных в вящем изумлении. Там, где прежде простирались благодатные лесные угодья, ныне тянулись пески пустыни! «Как возможно подобное?» - выдохнула зверолюдка. – «Еще недавно здесь были леса, и животные водились в изобилии».

В подобное поверить было сложно; герои не знали, что и сказать. «Как объяснить подобное соплеменникам?» - горестно вздыхала Куншира. – «Быть может, именно поэтому король Яшка нарек сию область ‘Запретной Землею’?» «Возможно, он не хотел, чтобы народ ударился в панику», - предположил Джейк, а Николь предложил остальным продолжить путь к сердцу Запретных Земель – быть может, удастся понять, что стало причиной столь разительных перемен, приведших к опустошению.

Лоссвел и Акстар переглянулись, одновременно ощутив присутствие некой силы – злой и могущественной. Лоссвелу природа оной была знакома, но делиться подозрениями с наемником он не спешил – хотел сперва подтверить их для себя.

...Самые худшие подозрения Лоссвела оправдались, и в сердце пустоши лицезрел он Сола! «Твоя работа?» - осведомился Лоссвел, делая широкий жест. Мудрец, однако, ответом его не удостоил, внимательно оглядел всех без исключения членов отряда, после чего изрек: «Не вижу с вами Рейна. Где же он?.. Без Рейна вы мне неинтересны. Уходите, пока я не уничтожил всех вас».

«Но зачем тебе Рейн?» - осведомился Лоссвел, и отвечал Сол: «Это ведь очевидно. Хочу с ним повидаться». «И зачем же?..» - настаивала на ответе Фина. «Чтобы свести с ним счеты, конечно же», - как само собой разумеющееся, заявил Сол. – «Я хочу сокрушить это его отвратное стремление к справедливости, а также изуродовать тело его так, что он взмолится о пощаде! Но пощады он от меня не дождется... Лишь одно предвкушение этого наполняет меня радостью!.. Ныне цель моя – не уничтожение вселенной, нет. А абсолютное унижение Рейна, а после - уничтожение самого его существования». «Не обманывай себя, этому не бывать!» - постановил Лоссвел, обнажая клинок. – «Я собираюсь прикончить тебя здесь и сейчас, и замыслы твои не осуществятся!»

Герои, примкнул к которым и Акстар, сошлись в противостоянии с мудрецом, показавшим себя противником еще более могущественным, нежели в час их предыдущего сражения в Ляписе... Сол оказался повержен, но когда Лоссвел вознамерился нанести мудрецу последний удар, путь ему преградил наемник, заявив, что если ученик его сделает это, то непременно погибнет.

Сол, как ни в чем не бывало, поднялся на ноги, одобрительно кивнул Акстару, распознавшему его игру. «Лоссвел, сегодня ты избежал смерти», - буднично заметил он. – «Если бы ты вознамерился сразить меня, то сейчас бы твоя отсеченная голова пала бы наземь». «То есть, он просто притворялся?» - изумилась Лид, но Акстар, не отводя от противника цепкого взгляда, отрицательно покачал головой: «Не совсем. Мы сумели нанести ему раны».

«А ты силен», - одобрительно заметил Сол. – «Должно быть, даже сильнее, чем Рейн. Но уж слишком скучен для меня и неинтересен. Разве не должен ты противостоять этим глупцам вместо того, чтобы объединяться с ними?» Акстар промолчал. Обратившись к Солу, Лоссвел потребовал у того пояснить свои слова... когда земля у них под ногами сотряслась.

«Иссякли энергии кристалла сих земель», - резюмировал Сол. – «Природа Паладии поддерживается силой кристаллов. И когда один из таковых исчезает, приходит опустошение». «Но почему... энергии кристалла иссякли?..» - вопросил Лоссвел, и Сол пожал плечами: «Бессмысленный вопрос. Все рано или поздно умирает. Таков закон природы... Но... если взглянуть на окрестные земли... мы увидим, что пустыня распространяется окрест с невероятной скоростью».

«Теперь я понял, что он пытался сделать», - молвила Куншира, и когда взоры героев обратились к ней, пояснила: «Король Яшка пытался защитить свой народ. Шибира обладают технологией, которая может заменить кристалл... Именно поэтому король Яшка и предложил заключить мирный договор. Он хотел остановить распространение опустошения земель как можно скорее». «Но церемония так и не состоялась», - произнес Джейк. – «Стало быть, технология вашему племени недоступна».

«Неужели нет никакого способна остановить расширение пустыни?» - в отчаянии молвила Фина. «Есть один способ», - отвечал ей Акстар. – «Но силой заберем эту технологию у Шибира». Подобное предложение откровенно претило героям... но есть ли у них иной выбор?..


Утратив дар речи, Веритасы взирали на человека, выступавшего правителем племени зверолюдов.

«Да, я человек, но я пекусь о будущем этого племени», - заверил чужеземцев Палте. – «Однако это жалкое отродье, Яшка из племени Натура, попытался устроить нам ловушку, организовав церемонию подписания мирного договора. Ради будущего Гунгана мы должны покончить с этим коварным племенем раз и навсегда!.. И мы только что направили племени Натура объявление войны!»

Поднявшись с трона, король Палте приблизился к Веритасам, и, низко поклонившись им, произнес: «Шестеро Присяжных Паладии, от лица племени Шибира я смиренно прошу вас о помощи. Ведь вас, легендарных воителей, привела сюда сама судьба. Примкните же к нам в противостоянии Натура... защитите эту землю так же, как сделали 700 лет назад...»


Лоссвел и спутники его вознамерились вернуться в Натурию, дабы обсудить иссякание энергии кристалла и стремительное распространение пустынных земель в южном Гунгане с королем Яшкой.

«А с ним что делать?» - Акстар кивком указал на Сола, и произнес тот: «Моя единственная цель – отыскать Рейна. Ради достижения ее я примкну к вам». Подобного откровения герои не ожидали: мысль о том, что в отряд их войдет тот, кто жаждет покончить с Рейном, откровенно претила. «Мне кажется, это логично», - Сол не разумел изумления недавних противников. – «Ведь мы стремимся к одной и той же цели». «Сходство наших целей завершается на встрече с Рейном», - пояснил Николь. – «Дальнейшие цели, мягко говоря, в корне различны. Ты хочешь уничтожить Рейна... а мы не можем допустить этого».

Приблизившись к Солу, Лоссвел постановил: «Хорошо, ты можешь примкнуть к нам». Спутники его лишились дара речь: неужто лидер их обезумел?.. А Лоссвел не преминул пояснить: «Кто знает, что он сделает, если мы оставим его здесь. Я лучше буду держать его под присмотром». «Неплохо, для дурака-ученика», - одобрительно кивнул Акстар. – «Как вариант, можем остаться здесь и продолжать сражение с ним до тех пор, пока одна из сторон не будет уничтожена...»

Сол пожал плечами: и подобный вариант его вполне устраивал. Лоссвел же, вновь обратившись к мудрецу, озвучил свое условие: если тот станет членом их отряда, то не вправе действовать по собственной воле, без дозволения остальных. «Не помню, чтобы я позволял тебе приказывать, но хорошо», - безразлично отозвался Сол. – «Меня интересуют исключительно поиски Рейна».

Лоссвел кивнул, устремился прочь, провожаемый взглядами пораженных до глубины души героев. Фина шепотом обратилась к Лоссвелу, спрашивая, действительно ли это хорошая идея – позволять Солу оставаться рядом, и отвечал юноша: «Если он продолжит поиски самостоятельно, есть вероятность, что он отыщет Рейна раньше, чем это сделаем мы. В этом случае Рейну придется сразиться с Солом в одиночку, и мы не сможем поддержать его... А я не хочу повторения произошедшего. Рано или поздно мы сведем счеты с Солом, вне всяких сомнений. Но сделаем это, когда Рейн вновь будет рядом». «Да, ты прав...» - признала Фина.

...Выступив в обратный путь, герои вновь миновали причудливые чащобы Петры. «А как именно король Яшка собирался остановить опустошение?» - поинтересовалась Лид у Кунширы, и напомнила та: «Скорее всего, он надеялся воспользоваться Катализатором Шибира. Это технология, которая преобразует энергию драгоценных металлов в используемый ресурс. В землях Натура подобных ископаемых предостаточно, но у нас нет технологий, чтобы воспользоваться ими. Шибира применяют Катализатор на своих заводах, чтобы производить еду, и недостатка оной никогда не испытают. Думаю, король Яшка полагал, что, обладая Катализатором, он сможет управлять энергиями кристалла, не черпая их при этом». «Понятно», - кивнула Лид, поразившись, сколь продвинуты технологии в сем мире – даже те, обладают коими зверолюды. – «Ведь кристалл, в сущности, тоже своего рода ископаемое».

«Твоя история помогла нам понять происходящее», - с благодарностью обратился Николь к Куншире. – «Натура надеялись на мирные переговоры, чтобы пресечь распространение пустыни... но почему на них согласились Шибира? Вопрос этот не дает мне покоя». «Возможно, Шибира тоже для чего-то нуждались в помощи Натура», - предположил Джейк, и Николь согласно кивнул: «Да. Вероятно, они нацелились на залежи драгоценных металлов в землях Натура». «Возможно, вы и правы», - подтвердила Куншира. – «Для того, чтобы использовать Катализатор по назначению, им нужно весьма большое количество металлов». «Если это так, нельзя тратить время на противостояние!» - с жаром воскликнул Джейк. – «Обе стороны должны помочь друг другу!»

На землю перед отрядом опустилась птаха, в которой Куншира узнала одну из птиц-посланников короля Яшки. К лапке пернатой была приторочена записка; прочтя ее, Куншира потрясенно выдохнула: «Шибира и Натура собираются воевать...» «Потрясающе», - хохотнул Сол, нарушив воцарившееся потрясенное молчание. – «Народы, которые нужны друг другу, выбирают войну вместо сотрудничества».

Лоссвел призвал спутников ускорить шаг: им нужно как можно скорее добраться до Древа Натурии...


«Легендарные воители, услышьте меня!» - обращался король Палте к внимавшим ему Шестерым Присяжным. – «В скором будущем племени Шибира суждено завершить свое существование. Издревле Шибира пополняли свои запасы продовольствия с помощью технологии передачи энергии под названием ‘Катализатор’. Но залежи редких металлов, используемых для этого, практики иссякли на наших землях». «Это стало одной из причин, по которым король Палте согласился позабыть о разногласиях и подписать с племенем Натура мирный договор», - добавил Фон.

«Но церемония подписания оказалась ловушкой», - вздохнул король. – «Использовав взрыв как диверсию, Натура выкрали ядро управления Катализатором из нашего комплекса по передаче энергии». Игнасио возмутился подобной беспринципности Натура; Раеген же хранил молчания, полагая, что любые выводы покамест делать преждевременно.

«Только что мы объявили войну Натура», - продолжал Палте. – «Легендарные воители, я обращаюсь к вам снова: сразитесь ли вы на нашей стороне, дабы защитить сии земли так же, как сделали 700 лет назад?» «...Да, мы поддежим Шибира», - принял решение Раеген. Король вознамерился было незамедлительно перейти к обсуждению стратегии нападения на Древо Натурии, однако Раеген упреждающе поднял руку, заявив: «Но сперва мы бы хотели выступить по следам того, кто выкрал ядро вашего Катализатора».

Палпе и Фон переглянулись, после чего поинтересовались, зачем нужно подобное, ведь очевидно, что это – один из зверолюдов племени Натура. «Есть ли у вас доказательства этого?» - напрямую вопросил Раеген, и, видя, как Фон замешкался с ответом, пояснил: «Если начнется война, будет пролито немало крови. И все окажется впустую, если выяснится, что подозрения ваши необоснованы. Король Палте, дай нам немного времени. Мы выясним правду об исчезновении ядра».

Король возражать не стал, но все же взял с Шестерых Присяжных обещание: если выяснится, что злодей действительно принадлежит к племени Натура, воители безоговорочно примут сторону Шибира.

Покинув дворец, Веритасы ступили на шумные улицы метрополиса Эставилла – столицы зверолюдов племени Шибира. «Фон, а как так получилось, что человек Палте стал королем зверолюдов?» - обратился Раеген к советнику монарха, и отвечал тот: «Деталей в точности не знаю, но, насколько мне ведомо, Палпе был брошен еще ребенком, и выразил его ученый-зверолюд. Должно быть, названный отец оказал на него большое влияние, ибо Палпа тоже стал исследователем, и лично разработал технологии Катализатора. Способность передачи энергии таким образом оказала огромное влияние на процветание и развитие нашего пламени. Показав, что принадлежность к той или иной расе ничего не значит, он был избран королем зверолюдами нашего племени».

Шестеро Присяжных приступили к расспросам горожан, надеясь, что сумеют отыскать зацепку к поискам виновных в случившемся. Сид полагал, что инцидент был специально срежессирован исключительно для того, чтобы посеять вражду между двумя племенами. Такого же мнения придерживался и Раеген.

«Кстати, а как король Палте узнал, что мы – Шестеро Присяжных?» - вопросил он у Фона. «У короля есть шпионы, следящие за творящемся в землях, подвластных Альдору», - отвечал зверолюд. «Шпионы...» - хмыкнул Сид. – «Думаю, они жизненно необходимы ныне каждой свободной державе в Паладии». «Один из шпионов и доложил о вашем возвращении в Паладию», - молвил Фон, после чего поспешил оставить Веритасов: ему надлежало заняться приготовлениями к военной кампании.

Расспросив горожан, узнали Веритасы о городе Туке - трущобах, проживают в котором воры и негодяи всех мастей; именно там расположен крупнейший в Гунгане черный рынок, торгуют на котором краденым.

Покинув город, Шестеро Присяжных выступили на запад, миновали Гигантский Лес, где деревья попирали кронами своими небеса, и вскоре ступили в Туке. Здесь разыскали они сведущего торговца информацией, и, заплатив ему кругленьку сумму, узнали, что некоторое время назад в городе появились двое индивидов, хваставшихся за выпивкой, что собираются похитить ядро Катализатора для некоего весьма состоятельного нанимателя. О том, где они сейчас, торговец информацией не ведал – двое попросту бесследно исчезли. Однако указал Веритасам на дом, в котором те останавливались – находился оный на отшибе, за городом – близ озерца.

В хижине Шестеро Присяжных обнаружили мертвое тело зверолюда, однако было то все еще теплым – смерть случилась недавно. Ни второго вора, ни ядра Катализатора в доме не оказалось, зато заметили Веритасы кровавый след, коий привел их в песчаную пещеру, близ которой была выстроена хижина.

В клубинах каверны кровавый след обрывался, и лицезрели Веритасы чье-то обиталище: помимо прочего, находились здесь даже детские игрушки и одежда!.. А на лапке плюшевого мугла была написано имя: «Палте». Неужто действительно принадлежал он человеку, ставшему королем племени Шибира?..

Означился в помещении и компьютер, в котором Раеген обнаружил информацию, соласно которой мальчик по имени Палте был действительно усыновлен ученым-зверолюдом, и проживали они здесь, в пещере. Среди записей означилось и голосое сообщение с пометкой «Моему сыну».

«Любимый мой Палте», - зазвучал из динамиков компьютера голос. – «Моя жена тоже была ученой, и когда она умерла, я утратил всякую надежду. И тогда я нашел тебя – маленкого человечка. Ты не представляешь, сколь много раз твоя невинная улыбка спасала меня от отчаяния, и сколь много радости принесла мне. Наше происхождение неважно. Ты дал мне силы продолжать жить. Мы не связаны кровью, и ты не принадлежишь к расе зверолюдов, но ничто не изменит того факта, что ты – мой сын. И я передаю сво й факел тебе. Если наша разработка Катализатора окажется успешной, это принесет процветание стране. Возможно, Шибира и Натура даже прекратят свое противостояние и станут единым народом. Однако, если даже один шаг окажтся неверен в технологии передачи энергии, весь мир окажется в опасности. Именно поэтому мы занимаемся исследовании в этом отдаленном месте, ведь технология еще далека от практического применения. К несчастью, я навряд ли доживу до завершения создания Катализатора. Болезнь подкосила меня, и осталось мне лишь несколько месяцев. Но я не беспокоюсь о будущем наших изысканий. Ибо я оставлю Катализатор тебе, своему наследнику. Когда я умру, отправляйся к племени Шибира. Если ты расскажешь им обо мне и о Катализаторе, они с радостью примут тебя... Сейчас я живу не ради исследований, я лишь ради тебя – люблю смотреть, как ты растешь. Палте, я счастлив, что повстречал тебя».

Сообщение завершилось. Судя по истории запусков его, заметил Раеген, что время от времени Палте возвращается сюда, чтобы прослушивать запись вновь и вновь. «Возможно, он скучает по отцу, или же не хочет забывать о своей жизни здесь», - предположила Фолка, и Ситра добавила: «Будучи человеком, принятым зверолюдами, король Палпа наверняка создаст страну, свободную от предрассудков и притеснений». «Поверить не могу, что ему придется возглавить одно из племен зверолюдов в войне», - вздохнула Фолка.

Услышав какие-то звуки в соседней пещере, Веритасы поспешили к источнику их... лицезрев Фона, склонившегося над телом некоего зверолюда – возможно, второго из воров. «Было нелегко, но я сумел вернуть ядро», - обратился к Шестерым Присяжным советник короля Палте. «Фон...» - с подозрением произнесла Ситра. – «Ты же сказал, что собираешься готовиться к войне. Как же ты оказался здесь?» «Я хотел попытаться остановить войну прежде, чем она начнется», - отвечал зверолюд. – «Думаю, встреча с вами изменила меня... Я все еще не знаю, кто украл ядро, но раз мы вернули его, возможно, война не случится. Но нельзя терять времени. Я передам ядро королю Палте». С этими словами он устремился к выходу из пещеры.

Поспешили вернуться в Эставиллу и Веритасы. Лишь ступив в город, узрели они шеренги зверолюдов, готовых выступить к землям Натура. Возглавлявший войско король Палте обратился к Шестерым Присяжным, спрашивая, удалось лишь им что-то выяснить о похитителях ядра Катализатора. «Да, и Фон забрал ядро, чтобы передать его тебе», - растерянно отвечала Фолка, сознавая, что по какой-то причине этого не произошло. «Вы уверены?» - нахмурился Палте. – «Он еще не возвращался... Но если вы обнаружили ядро, удалось ли вам выяснить цели похитителей?» «Боюсь, что нет», - признался Раеген.

Король настаивал, что у них нет иного выхода, кроме как сразиться с Натура – тем более, что – согласно донесениям лазутчиков – силы племени противника уже покинули Древо Натурии, выступив в направлении земель Шибира. Палте напомнил Раегену о его обещании, и Темный согласно кивнул, подтвердив, что наряду с соратниками исполнит его и выступит на стороне Шибира, дабы защитить сии земли.

Войска Шибира покидали Эставиллу, выступая к восточным равнинам. «Что ты задумал?» - шепотом обратился Сид к Раегену, задумчиво смотревшего в сторону отдававшего приказы солдатам короля Палте. «У нас остался лишь один выход...» - отвечал Раеген... и к сказанному боле ничего не добавил.

...Великое множество зверолюдов племен Шибира и Натура замерли друг напротив друга на равнине; сражение вот-вот начнется. Подобное напряжение в воздухе вызывало у Шестерых Присяжных воспоминания о давнишнем противостоянии Альдора и Хесса, но сейчас не чувствовали они себя частью конфликта.

Заявив, что в одиночку разберется с авангардом противника, Раеген бесстрашно выступил вперед, зычно возвестил: «Услышьте меня, Натура! Я – Раеген, один из Восьмерых Присяжных Паладии! Я вызываю одного из вас на поединок!»

«Я принимаю вызов...» - прозвучал ответ; зверолюды Натура расступились, и взору Раегена предстал Сол. На лице Темного отразилось крайнее изумление, но тут же к Солу приблизился Лоссвел, бросив: «Сол, отступи. Мы договорились, что ты не станешь действовать без дозволения».

«Лоссвел?» - удивлению Раегена не было предела. – «Да что тут вообще происходит?!» Сол, переводя взгляд с Лоссвела на Раегена, безразлично хмыкнул, отошел в сторону, пробормотав: «Да, забавно посмотреть, как отец и сын будут убивать друг друга».

Лоссвел приблизился к Раегену вплотную, осведомился: «У тебя есть какой-то план?» «Да», - отозвался тот. – «Этот поединок необходим, чтобы остановить войну». Лоссвел долго молчал, а затем на лице его отразилось пониманию, и, обнажив клинок, он изготовился к бою. Оба сознавали, что станут сражаться в полную силу, иначе гамбит их будет лишен всякого смысла.

На глазах сотен зверолюдов двое сошлись в противостоянии...

«Кто этот молодой человек, противник Раегена?» - поинтересовался Палте, не отводя глаз от сражающихся, и отвечал ему Сид: «Это сын Раегена, Лоссвел. Хоть и не кровный». «Что?» - поразился Палте. – «Стало быть, исход войны зверолюдов регают люди, да еще отец и сын...» «Да», - подтвердила Ситра. – «Все ради тебя и твоего народа... Таков уж он человек, наш Раеген». Палте молчал...

В стане же клана Натура король Яшка молвил, обращаясь к Куншире: «Как и 700 лет назад, Восьмеро Присяжных проливают кровь ради нас». «Но сражение нынешнее отличается от того, что было тогда», - напомнила ему зверолюдка. – «На этот раз мы сражаемся с собственными родичами». «Ты права», - вздохнул Яшка. – «Восьмеро Присяжных защищали Натура, Шибира и всю Паладию...»

Наблюдая за сражающимся Раегеном, констатировал Сол, что тот не утратил сил за последние семь столетий. Да, стоило выбрать в противники его, а не Рейна... «Будь ты на месте Лоссвела, поединок не был бы столь завораживающим», - осадила Сола Фина, когда открыто высказал тот свое сожаление. – «Она столь зрелищна лишь потому, что Раеген и Лоссвел понимают и чувствуют друг друга так, как способны лишь отец и сын».

«Что? Они – отец и сын?» - поразился Яшка, услышав слова Фины. – «Что же я наделал! Кем мы стали, если заставляем людей сражаться со своими же родичами?!»

...В противостоянии Раеген поверг Лоссвела, констатировав, что стал тот куда сильнее, чем прежде. После чего обратился к зверолюдам обоих племен, осведомившись: «Утолил ли наш поединок ваш гнев? Вашу жажду крови? Если нет, я продолжу сражаться со своим противником до тех пор, пока это не произойдет!» И Палте, и Яшка возразили против подобного исхода, заявив, что не желают, чтобы люди сражались за них безо всякой на то причины.

«Король Яшка, король Палте, услышьте меня!» - продолжал говорить Раеген. – «Племени Шибира необходимы ископаемые Натура, а племя Натура нуждается в технологии Шибира. Сейчас не до войны! Вам следует помочь друг другу». «Король Яшка, ведь ты сам говорил это Куншире», - добавил Лоссвел. – «’Натура или Шибира – неважно. Мы все следуем одним и тем же путем’». «А ты, король Палте», - обратился Раеген к правителю Шибира. – «Уверен, ты не забыл: любовь твоего отца превзошла все препоны, и передал он тебе дело всей своей жизни».

Выдержав паузу, продолжал Раеген: «700 лет назад на этой земле мы сражались с Хессом. И чего ради?.. Ради одной-единственной причины: покончить со всеми войнами в этом мире! И я прошу вас, короли: не допустите, чтобы кровь была пролита зря».

Приблизившись к Лоссвелу и Раегену, Яшка и Палте заявили о нежелании своем продолжать конфликт. Яшка заверил Палте в том, что его племя не несет ответственности за случившееся в час мирных переговоров, и Раеген просил монархов позволить им выяснить, кто же в действительности стоит за взрывом и последующим похищением ядра Катализатора.

Оба племени отвели свои войска с равнин; войну между Натура и Шибира удалось предотвратить...

...И Веритасы, и ведомый Лоссвелом отряд вернулись в Натурию, где поведали друг другу о приключениях, которые им довелось пережить за время пребывания в Паладии. Ситра беседовала с Сестрой, Сакурой, но лишь заметив, что Николь уединился с Фолкой, тут же бросилась к тактику, предлагая тому прогуляться и на время забыть обо всем. Опешившая Фолка лишь проводила глазами не меньше изумленного Николя, увлекаемого прочь излишне практичной Ситрой.

Сол объянял Зекехарту, что народу и державы достойны лишь гибели, ведь энтропия поистине прекрасна! «Я не согласен», - отвечал мудрецу нарцисс. – «Прекрасен лишь я, и ничто в мире не способно превзойти это!» «Да ну?» - зло прошипел Сол. – «Тогда твоя гибель станет поистине восхительна! Если хочешь, я могу даровать тебе смерть». «Восхитетельна?» - скривил губы Зекехарт. – «Я подумаю над этим». Двое прожгли друг друга взглядами – похоже, они поладят.

Лишь узрев наставника Лоссвела, Раеген нахмурился, воскликнул: «Что это значит?!» Акстар молчал; Лоссвел попытался было вмешаться, но Раеген приказал юноше оставаться поодаль... Наставник Лоссвела – необычный человек, и Раеген сознавал это в полной мере. Он, обучивший названного сына всеми приемам обращения с мечом, сознавал, в чем именно они несовершенны, но держал знание это при себе. Подумать только, этот искалеченный наемник разглядел несовершенство приемов сразу же. Кто же он такой?.. Почтительно поклонившись Акстару, Раеген дозволил тому и впредь обучать Лоссвела – с его благословения.

Куншира сообщила Джейку, что взрывчатое вещество, которое было использовано при взрыве на мирных переговорах, может быть найдено лишь в одном-единственном месте: в подземных тоннелях на самой границе земель двух племен зверолюдов. Поскольку земли были прежде оспариваемы обеими сторонами, никто не удосужился осмотреть тоннели, но теперь, когда короли пришли к единому мнению, герои получили их дозволение на сие.

Покинув Натурию, Шестеро Присяжных наряду с Лоссвелом и сопровождавшими того воителями выступили к южным пределам континента, спустились в заброшенный рудник. Здесь разыскали они Фона, вздохнули с облегчением – зверолюд жив!

«Да, но к несчастью, я не сумел вернуть ядро королю Палте», - признался Фон. – «Хотел бы я обо всем вам объяснить, но есть вещи, поведать о которых не могу». Он резко метнулся к Раегену, занося клинки для удара, но Темный, уже давно питавший подозрения в отношении советника, парировал удар, оттолкнул противника.

Отринув иллюзорное обличье смиренного советника, тот предстал героям в истинном своем облике – могущий воин, облаченный в доспехи. «Я – Назуу, Каппа-Звездный, из Ордена», - представился он. – «Втравив оба племени Гунгана в войну, я намеревался заполучить как их природные ресурсы, так и технологии после того, как уничтожат они друг друга». «Как жаль», - вздохнул Зекехарт. – «Такой план провалился!» «Разве?» - изогнул бровь Назуу. – «Я так не думаю. У меня ведь все еще остается ядро. Король Яшка полагал, что с его помощью он сможет пресечь иссякание энергий кристалла. И если ядро способно на это, значит, способно и на обратное. Обладая ядром, я обрету власть над невероятной мощью кристалла!»

С этими словами он исчез; Куншира предположила, что отправился Назуу на энергостанцию – единственное место, где сможет он воспользоваться ядром. «И если он высвободит его силу там, все земли Гунгана стремительно обратятся в пустыню!» - воскликнула зверолюдка.

Покинув песчаные пещеры, герои устремились к землям Шибира. Куншира указывала путь, благо прекрасно ведала о том, где именно находится энергостанция – неподалеку от Эставиллы, за холмами Фалфай.

Ступив в здание энергостанции, герои настигли Назуу, однако тот лишь усмехнулся, заявив, что угодили преследователи в ловушку. Каппа-Звездный продемонстрировал кристалл, молвив: «Внутри этого кристалла – видение монстра, который, не первый взгляд, не слишком впечатляющ». Но, воздействовав на кристалл энергией ядра Катализатора, Назуу преобразил видение, и воплотился пред героями огромный дракон.

Обратившись к Раегену, Лоссвел велел тому наряду с иными Присяжными продолжать преследование Назуу; собственный же его отряд сошелся в сражении с чудовищем...

Веритасы же одержали верх над Назуу, и зверолюд сей, отринувший наследие и вставший на службу к императору Альдора, метнулся к устройству, управляющему потоками энергии. Сознавал он, что остаются ему лишь минуты жизни, но намеревался перед тем, как покинет этот мир, обратить с помощью ядра Катализатора земли Гунгана в пустыню... Но путь ему преградил Лоссвел; воин сумел рассечь тело Назуу за мгновения до того, как поместил тот ядро в устройство.

Подобрав ядро, Раеген вознамерился передать оное королю Палте; Лоссвелу он предлагал вернуться в Натурию и поведать королю Яшке о произошедшем.

...А несколько дней спустя в Эставилле состоялось подписание мирного договора между племенами Шибира и Натура. Присутствовали на церемонии как Шестеро Присяжных, так и выходцы из Ляписа. Казалось – все хорошо, что хорошо кончается, однако Зекехард не был исполнен оптимизма, сознавая, что Альдор не оставит попыток обрести столь чудесную технологию как Катализатор – любыми способами. Да и навряд ли племена зверолюдов в одночасье отринут прошлую неприязнь и станут едины.

«Да, это так», - согласился Раеген. – «Но я все-таки верю, что смогут они разрешить все свои разногласия». «И Катализатор они защитят», - добавила Фина, обращаясь к сомневающемуся Зекехарту. – «Натура и Шибира, вместе!»

Куншира заверила героев, что приложит все усилия к единению племен. Гунган станет землею, как и племена, и даже зверолюды с людьми смогут мирно сосуществовать и созидать для потомков своих светлое будущее.

Пришла пора прощаться: Веритасы вновь расставались с отрядом Лоссвела, дабы продолжить странствие. Ныне путь их лежал за океан, и пересекут они его верхом на черных чокобо, коих Шестерым Присяжным пожаловала Куншира. Лоссвел и остальные же продолжат поиски Рейна...


Хью – Дельта-Звездный – получил приказ непосредственно от императора, и намеревался исполнить его без отлагательств. Ведь повелел ему сюзерен покончить с Лоссвелом...

***

Герои, ведомые Лоссвелом, наряду с Веритасами прибыли на небольшой островок в океане – Кристаллис, один из континентов Паладии. Впрочем, на континент сей клочок земли походил мало...

Ступив в пещеру на островке, зрели герои гигантский разлом в земле, и элеватор, который, судя по всему, доставит их в подземный мир. Именно здесь – как заверял остальных Сол – находился Рейн. «Рейн – исключительный человек, способный всецело пробудить могущество крови Альдора», - говорил Сол. – «И все же он продолжает цепляться за преотвратное чувство праведности. Посему он должен быть уничтожен!» «Ах ты сволочь!» - завелся Лоссвел. – «Прекрати оскорблять Рейна!» «Оскорблять?» - удивился Сол. – «Я сделал ему комплимент. Если он подобен солнцу, то я – луне. Луне, которая озаряет истину. Свет и Тьма, извечное противостояние... Будучи полной его противоположностью, я понимаю его лучше, чем кто бы то ни было. Ты, Лоссвел, Рейна никогда не понимал. Мы с ним созданы для противостояния друг с другом». Лоссвел метнулся было к Солу, выхватывая клинок, но Лид удержала его.

Герои ступили на элеватор и погружение в глубины планеты началось. Подземный мир оказался весьма пустынен, и заметила Сакура, что прежде пребывала здесь буйная растительность. Но теперь, когда энергии кристаллов иссякают, грозит континентам Паладии опустошение...

...Вскоре достигли герои подземного города, Анабета, жители которого ютились в скальных пещерах. «Здесь многое изменилось за прошедшие 700 лет», - вздохнула Фолки, глядя на город. «Еще бы», - добавил Сид. – «Они создали город прямиком в скальной породе». Остальных Веритасов увиденное впечатлило: жители Анабета сплотились, чтобы выжить в подобной среде, а это достойно уважения!

Шестеро Присяжных принялись расспрашивать местных обитателей, надеясь выяснить что-либо о комплексе – генераторе барьера, должном находиться здесь, в Кристаллисе. Глядя на детишек, резвящихся на улицах, Сид возвращался мыслями к Мид – вспоминал, как целовал дочурку каждый вечер перед сном, как колол ее щетиной, а она плакала.

«Ну, 700 лет – долгий срок», - заметил Зекехарт, когда поделился с ними Сид своими переживаниями. – «Думаю, у нее за это время было немало парней. Возможно, она даже крутила роман с одним из Звездных! Что скажешь, если она приведет его домой, с тобой познакомить?» Сид лишился дара речи...

К ним приблизились двое: беловолосый юноша, облаченный в черную ризу, и спутник его – в одеяниях алых. «Ответьте нам на вопрос», - обратились они к иноземцам, - «верите ли вы в абсолютное могущество?» Веритасы озадаченно переглянулись, и отвечал Раеген: «Я верю в то, что могущество не может быть абсолютным. Но оно необходимо, ведь иначе останутся вещи, которые будут нам не под силу».

«Хорошо, тогда следующий вопрос», - произнес один из незнакомцев, испытывающе глядя на Раегена. – «Допустимо ли пользоваться своим могуществом для разрешения проблем?» «Не думаю», - покачал головой тот. – «Думаю, все мы должны стремиться к разрешению проблем мирным путем». «Но если это так... зачем вам могущество?» - прозвучал следующий вопрос сей престранной пары. «Оно – не лично для меня», - отозвался Раеген. – «А для того, чтобы смог я помочь тем, кто действительно в этом нуждается».

Юноши удовлетворенно кивнули, а затем, обнажив клинки, молвили, обращаясь к Веритасам: «Легендарные воители! Просим вас, сразитесь с нами!» Все еще не разумея сути происходящего, Раеген, тем не менее, принял брошенный им вызов.

Лоссвел и спутники его отступили в сторону, позволяя Шестерым Присяжным принять бой. Те противников повергли, и молодые люди отступили, признавая неоспоримое преимущество Веритасов. «Франис, теперь-то ты должен согласиться», - произнес один из юношей, обращаясь к товарищу. – «Это – единственная возможность». «Но они же из Альдора!» - воскликнул тот, кого назвали ‘Франисом’. – «Как можно обращаться за помощью к врагам?» «Да, они из Альдора, но они – враги императора», - прозвучал ответ. – «Уверен, они помогут нам».

«Да кто вы такие?» - вопросил Раеген, не разумея ровным счетом ничего из происходящего. Недавние противники обернулись к нему, представились – Исиль и Франис, Чада Хесса. «Чада Хесса?» - поразилась Ситра, и Исиль утвердительно кивнул: «Страна Хесс потерпела поражение в войне 700 лет назад и была стерта с лица мира... Но не окончательно». «Наша цель – возрождение Хесса», - возвестил Франис.

Игнасио с некоторым презрением взирал на юнцов: ох уж этот максимализм... «Что ж, кто вы такие, понятно», - раздраженно произнес он. – «Но с нами-то сражаться зачем? Хотели отомстить за прошлое?» «Нет, вовсе нет», - покачал головой Исиль. – «Мы слышали истории о вашей силе, и хотели убедиться, правдивы ли они».

Молодые люди просили Шестерых Присяжных о помощи в их начинании. «Мы хотим вызволить Мать Хесса», - признались они, и Раеген опешил: «Она все еще жива?» «Да», - скорбно вздохнул Франис. – «Однако она была приговорена к вечности распятия». «Мы должны спасти ее», - добавил Исиль. – «Спасение последней представительницы правящего рода – первый шаг к возрождению Хесса».

Раеген не успел как следует поразмыслить над предложением, как Ситра постановила: отключение поддерживающих барьер над Альдором генераторов подождет; сейчас выступают они на выручку Матери Хесса... которая может оказаться ценным союзником в противостоянии императору. Иные Веритасы с энтузиазмом поддержали идею, и Раеген, все еще терзаясь сомнениями, возражать не стал. Ведь если Юрайша, Мать Хесса, действительно жива, они обязаны спасти ее...

Шестеро Присяжных простились с Лоссвелом и спутниками того; последние, продолжая поиски Рейна, следовали на юг, достигли обширной Пустыни Небесного Света. Песок здесь сверкал и переливался, что завораживало; конечно, не стоило забывать о том, как гибельны сии лишенные жизни пределы.

Лид споткнулась, монеты высыпались из ее карманов, и девушка, недовольно бурча, принялась их подбирать. Сол не преминул заметить, что деньги не имеют никакой ценности в этом мире. Лид завелась: имеют, лишь с их помощью она может надеяться осуществить свою мечту! «Мечты, деньги...» - пренебрежительно бросил Сол. – «Слова различны, но по сути своей означают одно и то же – твои желания. Из оных ты и состоишь. Все-таки люди невероятно глупы!»

«Прекрати смотреть на Лид свысока!» - встала Фина на защиту подруги, и Сол перевел взор на нее: «Разве ты не согласна с тем, что держаться за грезы и желания – несусветная глупость, присущая людям?» «Не согласна», - отрезала Фина. – «Иметь мечту – это прекрасно. Не забывай, твоя Хаотическая Тьма была уничтожена помыслами и чувствами тех самых людей. Да, согласно, в сердцах людских бытуют Свет и Тьма. Но в итоге Свет всегда побеждает».

«...Какая ирония, подобные слова – из уст той, кто прежде звалась ‘темной Финой’», - процедил Сол, и Фина заявила: «Моя вторая ипостась говорила то же самое. Она действительно любила Рейна, видишь ли». «А ты?» - напрямую вопросил Сол, и вопрос сей привел Фину в полнейшее замешательство. Взяв себя в руки, она выдавила: «Он вдохновляет меня. Но.. почему ты спросил?» «Хотел убедиться в том, что Рейн для тебя дорог», - отвечал Сол. – «Теперь я с куда большим удовольствием уничтожу его».

Герои продолжили путь через пустыню, уповая на то, что при встрече с Рейном сумеют защитить его от Сола. На привалах Лоссвел и Акстар продолжали свои тренировки, сходясь в противостоянии на мечах; пока что Лоссвел не приблизился к тому, чтобы взять верх над наемником, и был весьма раздасадован.

«Ты говорил, что твои приемы – связь, которую ты разделяешь с Раегеном и Рейном», - произнес однажды Акстар после завершения тренировочного боя. – «Именно в этом сентименте и кроется твоя слабость. Навык – он и есть навык. Ни больше, ни меньше. Какое отношение он имеет к твоим связям?» «Да, но...» - неуверенно начал Лоссвел. «Неважно, как ты поступаешь, ты позволяешь своим эмоциям брать верх», - оборвал его наемник. – «Эмоции могут быть как благословением, так и проклятием. Думаю, ты с легкостью можешь вспомнить подобные ситуации. Но разве можно называть нечто столь эфимерное ‘истинной силой’?» «Нет», - признал Лоссвел, и Акстар одобрительно кивнул: «Осознай, что являет собой истинная сила, и тебе не понадобятся эмоции, чтобы одерживать верх в сражениях».

«Тогда научи меня совершенному приему!» - выкрикнул Лоссвел вслед Акстару, повернувшемуся было к нему спиной. – «Это и есть истинная сила, которую я ищу». «Забудь об этом», - отозвался наемник. – «Прием несовершенен...» «Что?» - поразился Лоссвел, пытаясь осознать подобный каламбур. – «Совершенный прием... несовершенен?» «Но сейчас даже он тебе не по плечу», - вздохнул Акстар. – «Продолжай упражняться». Лоссвел безропотно последовал совету...

...Пустыня осталась позади, и ныне герои шагали в обширных кавернах, где нес свои воды водный поток, переливающийся всеми цветами радуги. Поистине – волшебное, завораживающее зрелище!

Ни разу не забыли Лоссвел и Акстар о своих ежедневных тренировках, и ученик делал заметные успехи. Во время одного из поединков он даже сумел коснуться наставника острием меча – впервые! Акстар одобрительно кивнул: Лоссвел становился сильнее, факт сей следовало признать.

«Акстар, сразись со мной!» - потребовал Сол, приближаясь к наемнику, и тот осведомился: «Разве тебя интересует кто-то еще, помимо Рейна?» «Я передумал», - заявил мудрец. – «Жажду узреть прекрасное выражение отчаяния на лице Лоссвела». «Тогда тебе следует сражаться со мной», - растерялся Лоссвел, но Сол отрицательно покачал головой, молвив: «Нет. Я собираюсь повергнуть у тебя на глазах твоего любимого наставника. И тогда познаешь ты совершенное отчаяние».

Акстар усмехнулся, и, не обращая внимания на протесты Лоссвела, принял вызов Сола. «Присоединяйся, Лоссвел», - предложил он ученику. – «Давай-ка вместе сразимся с Солом и поглядим, сколь силен ты стал». «Если Лоссвел увидит твою гибель, Акстар, я буду полностью удовлетворен», - прошипел мудрец.

В противостоянии Акстар поверг Сола с невероятной легкостью, и даже помощь со стороны Лоссвела оказалась совершенно необязательность. «Акстар... Да что ты такое?..» - прошипел изумленный до глубины души мудрец, не мысливший, что простой наемник может обладать столь невероятной силой. «Ты хотел узреть выражение отчаяние на лице Лоссвела, но вместо этого оное читается на твоем», - хмыкнул Акстар в ответ.

«Что ж, наслаждайся победой», - процедил Сол, взяв себя в руки и вплотную приблизившись к Акстару, который и глазом не моргнул. – «Ты пожалеешь об этом, когда я однажды повергну тебя. Семена отчаяния были посеяны». Мудрец удалился, а Акстар, обратившись к Лоссвелу, молвив: «Кое-что из этого поединка я вынес. К худу или к добру, намерения его чисты. Да, он враг нам, но это не делает его злым». «Наставник, уж не позволяешь ли ты говорить своим эмоциям?» - осведомился Лоссвел, и Акстар усмехнулся, признавая правоту замечания. «Но это неважно», - отмахнулся он. – «Я силен – с эмоциями или без них». Лоссвел вздохнул, осознавая, что в сравнении с искусством владения мечом, обладает коим его наставник, его собственные жалкие приемы просто смешны.

«Это было 50 лет назад», - неожиданно произнес Акстар, устремив взор вдаль. – «Я был юн, бесстрашен и полон энергии. Именно тогда я впервые прочел легенду о Восьмерых Присяжных и был захвачен ею... Я хотел прожить свою жизнь именно так. Желая быть таким, как твой отец, я долго и усердно тренировался. Ко мне примкнули друзья, разделяющие мое устремление. Совершенный прием был рожден в те далекие дни». «Я и подумать не мог, что на обретение силы тебя вдохновил мой отец...» - покачал головой Лоссвел, а Акстар продолжал рассказ: «Меня столь захватили сказания о легендарных воителях, что я убедил себя: таковым смогу стать и я! С помощью друзей я попытался низвергнуть тирана, императора Альдора! И в итоге... я лишился всего. Мои друзья погибли, а сам я потерял глаз, руку и ногу... Совершенный прием был той самой связью, которую мы с друзьями разделяли. Но в противостоянии императору он оказался бесполезен. Именно поэтому я считаю его несовершенным... Лоссвел. Осознай, что представляет собой истинная сила. И не повторяй моих ошибок. В противном случае ты потеряешь все, чем дорожишь. А я бы не хотел, чтобы это случилось с тобой». Подобное откровение стало для Лоссвела полной неожиданностью; но, по крайней мере, теперь он понимал своего наставника куда лучше.

...Дальнейший путь привел героев к деревушке капп, но выглядели сии создания донельзя изможденными. Но стоило героям полить макушки сих растительных монстров водой, как те немедленно обретали новые силы.

Приветствовала странников молодая девушка, Потчи, сдружившаяся с каппами и частенько навещавшая их в сем селении. «Как только начал функционировать генератор, создающий барьер над Альдором, каппа весьма ослабли», - сокрушалась она. – «Если так и дальшей пойдет, все мои друзья умрут». Лоссвел постановил, что надлежит им оставить ненадолго поиски Рейна и уничтожить генератор, пребывающий в Кристаллисе: в конце концов, то миссия Шестерых Присяжных, и не будет ничего дурного в том, если они примут часть сего начинания на себя. Не стал возражать и Сол. «Я чувствую, что Рейн неподалеку», - заявил мудрец. – «Возможно, близ генератора». Потчи вызвалась лично провести героев к генератору; родителей, по словам девушки, у нее не было, а единственными друзьями оставались каппы.

...Сам генератор означился неподалеку от деревушки капп. Ступив в комплекс, герои, разя солдат Альдора, устремились к центру управления. Лид отключила генератор, после чего вывела из строя системы; активировать их вновь было невозможно. Потчи тепло благодарила спасителей капп... когда Сол неожиданно обернулся, направился к выходу из здания.

«Я ощущаю его», - произнес мудрец, обращаясь к остальным. – «Уверен в этом. Он очень близко...» Путь ему преградил воин в черных доспехах, и Сол удовлетворенно прошипел: «Что ж, Рейн, наконец-то мы встретились снова».

«Это Рейн?» - опешил Лоссвел. «Все-таки они решили прислать его...» - пробормотал Акстар, и на лице его отразилась тревога – выражение, весьма необычное для наемника. «Прислать?» - озадачилась Лид. – «Да кто это такой?» «Это – Хью, Дельта-Звездный из Ордена», - пояснил Акстар.

Герои пораженно взирали на воина. Раеген упоминал о нем, о невероятной его силе. Ведь именно Хью поверг Веритасов в башне Альдора, и сейчас сей таинственный воитель, коего Сол назвал ‘Рейном’, постановил: «Именем императора я покончу со всеми вами!..» «Да ну, Рейн?» - на Сола слова Дельта-Звездного не произвели ни малейшего впечатления. – «Позволь же мне сперва уничтожить тебя!»

«Сол, прекрати!» - воскликнула Лид, не разумевшая ровным счетом ничего в происходящем. – «Как может Рейн оказаться воином Ордена Императора?» «Шлем скрывает его лицо, но я утверждаю безо всяких сомнений, что это – Рейн», - стоял на своем Сол. Но если это так, то почему же Рейн не узнает их, своих друзей?..

Тело Сола воссияло от переполнявших его магических энергий, и осознал Акстар, что прежде сражался с ним мудрец далеко не в полную силу. Наверняка сохранял ее для нынешнего противостояния...

Поединок начался. Герои наблюдали за сражающимися, не ведая, как следует им поступить. Принять сторону Звездного, который может оказаться Рейном? Но ведь таким образом они сыграют на руку императору, и – вполне возможно - подпишут себе смертный приговор.

Хью одержал верх над Солом, однако тот был готов на все ради уничтожения немезиды. Бросившись к противнику, мудрец схватил его, а после низринулся вниз с утеса. Подобного исхода герои не ожидали, и бросились к основанию скального образования.


...Сол продолжал цепляться за угасающее сознание, но сознавал он, что лежит у самого основания утеса, на берегу подземного моря, а недавнего противника его не видать. Куда же подевался Рейн? Почему не сражается, почему не добивает?..

Мыслями унесся Сол в прошлое, к совету, держали коий мудрецы Хесса 700 лет назад, пред началом войны за независимость от Альдора. «Это все?» - поразилась Юрайша, когда в чертог ступили лишь четверо. – «Где остальные? Где Ровен?» «Ровен и Бахамут – на поле брани», - отвечал ей Сол. – «Сражения уже начались».

«Как все вы, несомненно, знаете, наша война за независимость началась», - изрекла Юрайша. – «Для Хесса нет иного пути». «Мудрое решение», - кивнул могучий Бегемот. – «Мы не можем и впредь не обращать внимание на страдания мирян Хесса». «Клянусь народом темных эльфов, я клянусь, что останусь на защите страны», - заверил Мать Хесса Элдарит. Бегемот тревожился, сумеют ли выжить они в войне, охватит которая Паладию, и Фина заверила его – так и случится.

«Восьмеро Мудрецов Хесса выступят в авангарде», - продолжала говорить Юрайша. – «Альдор наверняка выставит против вас Восьмерых Присяжных. Сражения будут весьма жестокими и кровопролитными». Сол, всецело лишенный эмоций – в том числе и страха, - заверил Мать Хесса, что покончит с Веритасами. «Но говорят, что война являет лучшие и худшее в мирянах», - молвил он, обращаясь к сподвижникам. – «Возможно, оказавшись в авангарде, я познаю, наконец, эмоции. Чистейшие эмоции, как то радость, гнев, печаль». «Да, Сол, непременно познаешь», - изрекла Юрайша, с нескрываемой печалью глядя на мудреца. – «Радость – когда обретем мы независимость...»

И сейчас, столетия спустя, вспоминания о тех событиях, с изумлением сознавал Сол, что в душе его что-то шевельнулось... некие ощущения, прежде незнакомые...

Подоспевшим героям Сол поведал, что сражался он с Рейном, и никем иным. «Вы же видели нас сражающихся», - говорил он. – «Неужто не поняли, что это был он, и никто иной? Хью – это Рейн!» Героям сложно было принять для себя этот факт: Рейн никогда бы так не поступил, не отвернулся бы от них! «А вы просто скрестите с ним мечи, и сразу же поймете – это он!» - настаивал Сол.

«Возможно, оказавшись в Паладии, он лишился памяти», - предположил Николь, пытаясь объяснить происходящее... И Лоссвел признался, что прав Сол, и, наблюдая за Хью в сражении, он действительно видел приемы, применял которые Рейн. «Но я все равно не могу поверить, что Хью может оказаться Рейном», - тихо произнес он, опустив голову; слишком невероятной, слишком пугающей была эта мысль. – «Рейн никогда бы не забыл о нас. Никогда бы не позволил императору манипулировать собой. Только он не... Только не Рейн...»

Неприятие разрывало душу... ровно как и осознание того, что Сол может оказаться прав...

Из теней выступил Хью, и, обнажив клинок, постановил, что теперь-то непременно расправится с уроженцами Ляписа. «Хью, ты действительно Рейн?» - напрямую вопросил Лоссвел...


Покинув Анабет, Шестеро Присяжных выступили в северном направлении, миновали Лес Клинков – так именовались обширные пустынные пределы, испещренные гигантскими сталагмитами. Несколько дней спустя достигли они величественного, на заброшенного ныне и занятого монстрами замка Рунферия.

Именно здесь, по словами Исиля и Франиса, должна была оставаться в заточении Мать Хесса. «Моя встреча Юрайшей должна была стать мирными переговорами», - рассказывал Раеген спутникам, когда шагали они по коридорам твердыни. - «Будучи одним из Восьмерых Присяжных Паладии, по приказу императора я отправился на встречу к Матери Хесса. К несчастью, Юрайша отвергла все без исключения предложения мои о мире. Если бы она была хоть немного готова пойти на компросисс...» «Возможно, мы не оказались бы исторгнуты в Ляпис», - закончила мысль Темного Ситра.

Раеген отстраненно кивнул. Несмотря на то, что встреча их с Матерью Хесса состоялась семь столетий назад, сейчас пребывал он в непоколебимой уверенности в том, что должен спасти ее – несмотря ни на что. Странно... подобное стремление он не мог объяснить даже для самого себя... «Что тут странного», - пожал плечами Сид, когда поделился с ним Раеген своими переживаниями. – «Нельзя искать смысл в любви между родителем и его ребенком». «Возможно, и так», - согласился Раеген.

Следуя ко внутренним чертогам замка, сразили Веритасы гигантского двуглавого дракона, а после, ступив в в зал, лицзрели скованную цепями Юрайшу. Мать Хесса казалась донельзя изможденной, но жизнь все еще теплилась в ее теле. Фолка произнесла целительное заклинание, и глаза женщины открылись.

«Это ты, Раеген?» - прошептала она, воззрившись на склонившегося над нею Темного. – «Но... Это невозможно... Это сон... После всего случившегося... я и не мыслила, что когда-нибудь вновь увижу тебя...» «И я не мыслил», - улыбнулся Раеген. – «Но позже поговорим. Пока нам следует как можно скорее бежать отсюда». «Скажи мне лишь одно», - просила Юрайша. – «Если ты все еще жив... какая судьба постигла Восьмерых Мудрецов?» «...Некоторые выжили», - уклончиво ответил Раеген, и Юрайша тяжело вздохнула: «Судя по твоим словам, ему выжить не удалось». «...Да», - тихо произнес Раеген, склонив голову.

Юрайша зашлась в приступе кашля; похоже, даже ее бессмертие имело свои пределы, и времени Матери Хесса осталось совсем немного... «Но если Мать Хесса умрет, правящий род державы прервется!» - в отчаянии воскликнул Франис. – «И мы не сможем возродить Хесс...»

«Кто ты?» - Юрайша перевела взор на отчаявшегося юношу, и Исиль, выступив вперед, пояснил: «Мы – Чада Хесса, фракция, надеющаяся возродить нашу державу». Мать Хесса скорбно склонила голову: похоже, она ничем не может помочь сим доблестным воинам...

Но, обратившись к Юрайше, Раеген заверил ее, что правящий род не прервется, ибо в Паладии ныне пребывает ее внук. «Это правда?!» - выдохнула умирающая. – «Скажи же мне... как его имя?..» «Лоссвел», - отвечал Раеген.


«Лоссвел, исполняя волю императора, я покончу с тобой», - изрек Хью, проигнорировав предыдущий вопрос Лоссвела.

Двое сошлись в противостоянии, и осознал Лоссвел, что стиль боя противника действительно донельзя знаком ему... «Ты – Рейн?!» - выкрикнул он... и вновь Хью промолчал. «Если ты Рейн, почему атакуешь нас?!» - продолжал спрашивать Лоссвел, отражая удары Дельта-Звездного. «Почему ты присоединился к Ордену императора?!» - сыпал вопросами Лоссвел. – «Какие у тебя могли быть на то причины?!»

Хью отступил, приблизился к Фине, и, обратившись к Лоссвелу, произнес: «Что ж, я дам тебе ответ». В следующее мгновение он нанес девушке удар мечом, и та рухнула наземь. Герои вскрикнули в изумлении и ужасе, а Хью произнес: «Я – не тот, кого вы именуете ‘Рейном’. Вы все для меня – никто и ничто».

Акстар метнулся к Хью, и, велев Сакуре немедленно приступить к сотворению телепортирующего заклятия, оттеснил воина императора подальше, дабы не попал тот под воздействие двеомера. «Я не отправлюсь с вами», - крикнул он героям, не прекращая бой. – «Я собираюсь покончить с ним... ведь иначе он от вас не отстанет». Сол направил на Хью поток магических энергий, отбросивших воина в сторону; Акстар присоединился к остальным, рассудив, что собственной жизнью разбрасывать не следует, и Сакура привела двеомер в действие.

Герои исчезли... К Хью приблизилась Йота-Звездная, Наги. Покачав головой, девушка предложила Дельта-Звездному свою помочь в следующий раз – ведь вскоре они непременно настигнут врагов императора...


Лоссвел и спутники его, вновь оказавшиеся в подземной пустыне, склонились над телом Фины, с изумлением наблюдая, как страшная рана ее обращается в кристалл. Если процесс продолжится, в кристалл обратится все тело Фины!

«Истинная личность Хью подождет», - обратился к остальным Джейк. – «Сейчас наша первоочередная задача – спасение Фины». «Сол, ты знаешь, как возможно прекратить кристаллизацию?» - вопросил Николь, и Сол хмыкнул: «Кто знает? Даже если и так, не вижу причин, чтобы рассказывать вам об этом».

И тогда Потчи предложила героям следовать за нею, заявив, что знает способ спасти свою подругу Фину... Не задавая лишних вопросов, те устремились за девушкой...


«Лоссвел... Имя моего внука... Лоссвел...» - тихо произнесла Юрайша, и Раеген подтвердил: «Да. И сейчас он здесь, в Паладии».

Подобное откровение стало неожиданностью для Веритасов: кто бы мог помыслить, что Лоссвел – потомок одного из Восьмерых Мудрецов?.. «Простите, что утаил это от вас», - молвил Раеген. – «Вообще-то, я и самому Лоссвелу об этом еще не рассказал». Обещал он, что непременно познакомит Юрайшу с внуком.

Исиль с тревогой напомнил остальным – не стоит здесь задерживаться, ведь солдаты Альдора наверняка на подходе. Следует им направиться к городу Ильтея, поблизости от которого находится тайный оплот Чад Хесса. Не ведала Юрайша, сколь еще отпущено ей, но была исполнена решимости продержаться в сем мире до тех пор, пока не узрит воочию своего внука.

...Шестеро Присяжных выступили на юг, через подземные равнины Кристаллиса. Здесь путь им преградили двое: Золулу, Лямбда-Звездная, и Делулу, Мю-Звездный, занимающие ранги 11 и 12 в Ордене соответственно. Они атаковали, и Веритасы вступили в сражение, стараясь не подпустить противников к Юрайше, и так едва держащейся на ногах.

К счастью, оба Звездных особым умом не отличались, предпочитая лобовую атаку некоему подобию стратегии. Потерпев поражение, двое попросту исчезли, предпочтя бегство гибели. Впрочем, Фолка полагала, что Золулу и Делулу сражались не в полную силу, а их скудоумие вполне может оказаться лишь маской, призванной вызвать у противника ложное чувство превосходства.

Продолжив путь, Веритасы, двое Чад Хесса и сопровождаемая ими Юрайша достигли руин древней школы, проходили в которой некогда исследования магии иллюзий, ведомые чародеями Хесса. «В детстве я часто приходил сюда», - поведал Раеген остальным, вздохнув. – «Да, здесь теперь одни развалины, и все же место сие таит в себе немало воспоминаний...» «Согласна», - подтвердила Юрайша.

Мыслями унеслась в прошлое и она. Тогда, в час войны, маги Хесса предполагали использовать магию иллюзий в кампаниях. «Подобная сила была порождения технологией Магитек Альдора, а после – усилена магией», - говорила Юрайша чародеям-исследователям. – «Но она бессмысленна, если невозможно применить ее ради мира. Давайе же ускорим наши изыскания!»

«Конечно», - склонил голову ведущий исследователь, и, помедлив, осторожно заметил: «К слову, насчет того, что короля Альдора сразил недуг...» «Да, похоже, Варенис вскоре взойдет на престол и между нами все станет более-менее гладко», - подтвердила Юрайша. – «К тому же, его сын, Рубенс, станет королевским советником». «Несмотря на то, что Рубенс принадлежит к королевскому роду Альдора, он не питает предрассудков в отношении Хесса», - согласился исследователь. – «Мы и мечтать не можем о лучших правителях». «Да», - улыбнулась Юрайша. – «Он недавно даже навещал меня, и привел с собой своего малыша...»

«Подумать только, мне пришлось растить его сына как своего», - прошептала Юрайша, отгоняя непрошенные воспоминания. – «Никогда бы не подумала, что такое может случиться». Раеген кивнул, и Франис, не сводя с Матери Хесса внимательного взгляда, задохнулся от изумления, выпалив: «Неужто он... Раеген... наследник правящего рода Альдора?!» «Верно», - подтвердила Юрайша, и Сид заметил, что если нынешнего императора удастся сместить, следующими претендентами на престол станут Раеген и его сын, Рейн.

«...Не желаю я править страной», - отрезал Раеген, но Веритасы, обсуждая услышанное, осознали, что Темный сумел вырастить двух удивительных сыновей: Рейна и Лоссвела, в жилах которых текла королевская кровь Альдора и Хесса соответственно.

«Ты вырастил Лоссвела как своего собстыенного сына?» - изумилась Юрайша, и Раеген, склонив голову, подтвердил: «Я лишь следовал твоему примеру». Мать Хесса от всего сердца благодарила Раегена за сей благородный жест, но Темный, оставаясь с Юрайшей на удивление холодным, поторопил спутников: им следует спешить, ведь преследователи наверняка близко. Орден не оставит их в покое, ведь наверняка жаждут Звездные вернуть сбежавшую пленницу...

Но той, которая была послана по следу их, стала Мид, Тета-Звездная. Сид бросился было к дочери, но та отступила, молвив: «Пожалуйта, папа... Просто сдайтесь без боя. Вам дальше не сбежать. Поверьте мне...» «Мид...» - с болью в голове выдавил Сид. – «Я не могу... даже ради тебя». «Но почему ты не слушаешь меня?!» - сорвалась Мид, подступив к отцу вплотную. – «Она идет за вами! Если не сдадитесь, сгините все!» «О ком ты говоришь?» - уточнил Сид, но Мид лишь покачала головой: «Как только она узрит вас, все будет кончено... От нее не сбежать никому...»

Сид вновь просил дочь отправиться с ними, обещая, что защитит ее от любой напасти, но та бросила: «Защитишь меня? Нет, это я заставлю тебя и остальных сдаться! Это единственный способ спасти твою жизнь, папа!»

Неведомо, о ком говорила Мид с таким страхом в голосе, но сейчас размышлять о сем было не время... Шестеро Присяжных повергли дочь Сида в сражении, и тот вновь обратился к ней, моля не растрачивать свои силы в служении императору, но поспособствовать его свержению!.. Мид упрямо молчала, опустив голову, и Раеген, отведя Сида в сторону, просил того не давить на дочь, дать ей время на раздумья.

«Мид, я заставил тебя ждать целую вечность», - шепнул Сид дочери на прощание. – «Теперь пришел мой черед ждать. Я стану ждать твоего возвращения так долго, сколько необходимо». После чего оставил ее, проследовав вслед за товарищами к выходу из руин, начиналась за которыми дорога, ведущая к Ильтее.


Хью и Наги шагали по пескам подземной пустыни; девушка засыпала воина бесчисленными вопросами, желая узнать, как ей можно обрести такую же силу, обладает коей Дельта-Звездный. «Сейчас я – Йота-Звездная», - говорила она, - «но моя цель – стать Омикрон-Звездной, чтобы я могла практически сравниться с тобой рангом».

«Что ж, тогда я дам тебе один урок», - молвил Хью. – «Чтобы стать сильнее, будь готова... отринуть все». С этими словами он устремился прочь, и Наги озадаченно смотрела ему вслед...


Шестеро Присяжных и спутники их продолжали путь, гадая, о ком же все-таки говорила Мид. Неужто о Золулу и Делулу, почему-то скрывавших свою истинную силу?.. Или же о некой иной противнице, пока ими не встреченной?..

Наконец, герои достигли Ильтеи, и Исиль наряду с Франисом вознамерились оставить небольшой отряд, дабы сообщить о возвращении Юрайши своим сподвижниками, Чадам Хесса.

Дождавшись, когда отдалятся они, Мать Хесса обратилась к Раегену: «Я бы хотела сказать тебе кое-что. О твоем отце, короле Варенисе, и отце, Рубенсе... И о том, что стало причиной их гибели...» «Насколько я знаю, то был несчастный случай», - нахмурился Раеген. – «Разве нет?»

...Рассказывала Юрайша, когда в тот судьбоносный день ступила в школу иллюзий, бережно прижимая к груди малыша. Исследователям сообщила она, что сия кроха – последний наследник трона Альдора. «Король Варенис и его советник, Рубенс, погибли не в результате несчастного случая», - молвила Мать Хесса, обращаясь к своим сподвижникам. – «Они были убиты иным советником короля Варениса, Владом. Думаю, он жаждет обретения престола. Я и раньше ощущала исходящую от него угрозу, но... Не думала, что станет прибегать он к подобным недостойным средстам... Я уверена, что этого ребенка Влад наверняка использовал бы как-то в своих злобных замыслах... а может, попросту убил бы... Именно поэтому мой супруг под покровом ночи вынес дитя из замка, а Владу он доложит, что ребенок умер от болезни. Я же стану растить это дитя как свое собственное, лишь так мы сможем обеспечить его безопасность».

«Но это же абсурд!» - воскликнул один из исследователей. – «Ты принадлежишь к королевской семье Хесса, а хочешь взять дитя из семьи Альдора?!» Юрайша же сей аргумент отмела, постановив, что даст ребенку новое имя – Раеген...

Рассказ Юрайши стал для Раегена откровением. «Это правда», - завершила историю Мать Хесса. – «Первый император Альдора, Влад, был тем, кто убил твоих отца и деда». «Какая ирония», - горько усмехнулся Темный. – «Стало быть, будучи одним из Восьмерых Присяжных, я сражался за убийцу своих родичей». «Раеген, мы сражались не за императора», - мягко поправила его Ситра. – «Мы сражались за народ Альдора».

«Что ж, теперь понятно, почему Восьмеро Присяжных и Восьмеро Мудрецов были изгнаны из Паладии в Ляпис», - заключил Сид, и Юрайша утвердительно кивнула: «Да. Должно быть, все вы были неудобны для Влада. Его тирания, начавшаяся сразу же по низвержении Хесса, тому доказательство». «И продолжается она вот уже 700 лет...» - поморщился Зекехарт. – «Отвратительно».

«Все императоры его рода оставались тиранами», - молвила Мать Хесса. – «Посему злая воля Влада продолжает жить и по сей день». «Раеген, одевидна причина, по которой мы должны покончить с императором», - обратилась к Темному Ситра. – «К тому же, ты сможешь отомстить за гибель своей семьи». «Думаю... да», - неуверенно кивнул Раеген. Видя, что Юрайша еле на ногах стоит, Фолка предложила отыскать гостиницу и продолжить разговор уже там.

Поутру, передохнув и набравшись сил, Шестеро Присяжных и Юрайша покинули гостиницу, но, ступив на улицы города, заметили бредущего к ним израненного, окровавленного Исиля. «Золулу и Делулу...» - выдавил тот. – «Они атаковали наш оплот, и... взяли всех в заложники... Сказали, что освободят Чад Хесса... лишь в обмен на Мать Хесса...»

Исиль скончался от ран, и Юрайша приняла решение: если сумеет она спасти тех, кто ратует за возрождение Хесса, то сделает это. «Я уже говорила тебе прежде», - обратилась она к Раегену, - «мое бессмертие не безгранично, и осталось мне немного». «Нет», - отрезал Темный. – «Я хочу, чтобы ты встретилась с Лоссвелом. И прежде, чем это случится, умереть тебе я не позволю».

Велев Юрайше оставаться в гостинице и дожидаться их возвращения, Раеген и сподвижники его устремились к тайному оплоту Чад Хесса...


Темная Фина обращалась к своей светлой ипостаси, говоря о том, что Рейн испытывает страшную боль, и им наряду с Лоссвелом надлежит спасти его. «Обязательно», - молвила Фина. – «Если Рейн нуждается во мне, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ему. Я не могу умереть, пока это не произойдет».

...И Фина отчаянно цеплялась за жизнь, когда Лоссвел нес ее на руках через пустыню, оказалось в которой полным-полно зыбучих песков. Тело девушки медленно, но верно продолжало обращаться в кристалл; малышка Потчи просила спутников поторапливаться – они почти добрались до цели!.. И герои продолжали свой долгий путь через дюны подземных пределов Кристаллиса...

На привалах Лоссвел продолжал упражняться с мечом, скрещивая клинки с Акстаром. Недавнюю встречу с Дельта-Звездным он никак не мог выбросить из головы, гадая, чье же лицо сокрыто под алым визором черного шлема. «Если Хью – это действительно Рейн, он никогда бы не напал на Фину», - пытался убедить в сем себя Лоссвел. – «И все же... когда я скрестил с ним клинки... я ощутил, как будто сражаюсь с самим Рейном». «Как и всегда, ты позволяешь эмоциям управлять собой», - заметил Акстар, после чего велел нерадивому ученику внимать, ибо собирался научить его приему, без которого против Хью выступать бесполезно. И прием сей возможно применить, полностью отринув всякие эмоции и очистив разум от мыслей...

«В этом – душа моего клинка», - произнес Акстар, продемонстрировав прием Лоссвелу. – «А в чем же состоит душа твоего?» «Если честно, не знаю»,- отвечал Лоссвел, обескураженный неожиданным вопросом, и Акстар назидательно заметил: «Об этом я и говорю. Ты даже ни к чему не стремишься. Ох, как же ты глуп! В любом случае, пока не научишься подавлять в себе эмоции, этот прием для тебя недостижим...»

Акстар устремился прочь, а Лоссвел еще долго размышлял над прозвучавшими словами наставника...

...Наконец, герои достигли комплекса, находящегося под контролем альдорцев. Сакура сразу же отметила, что назначение его – изъятие энергии кристаллов, путем обращения их с помощью механизмов в кристаллическую пыль! Возможно, посредством их же удастся избавить несчастную Фину от кристаллизации... Да, идея Потчи вполне имеет право на существование, надлежит лишь добраться до центральных помещений комплекса и попытаться претворить ее в жизнь.

Но как же проникнуть внутрь, не привлекая к себе излишнего внимания?.. Потчи отметила, что в этом она может помочь новым товарищам, ведь является не человеком, но витом – эспером, способым принимать какой угодно облик. Сакура кивнула: она слышала о подобных созданиях, применяющих странную магию, основанную на энергии кристаллов.

Именно так Потчи смогла находиться фактически где угодно в чужом обличье, не привлекая к себе излишнего внимания. И сейчас, обратившись в солдата Альдора, отправилась внутрь комплекса, велев остальным дожидаться возвращения ее снаружи.


Ступив в убежище Ланзатто, находящееся в некотором отдалении от города, лицезрели Веритасы Золулу и Делулу, у ног которых покоился окровавленный Франис; жизнь едва теплилась в теле молодого человека. Юрайша обещала умирающему, что Хесс непременно возродится, после чего, обратившись к ухмыляющимся Звездным, потребовала немедленно освободить иных Чад Хесса.

«Но мы их уже освободили, избавив от страданий», - расхохотались Звездные. – «Сейчас они наверняка наслаждаются посмертием». Ужас отразился на лицах Шестерых Присяжных: немыслимо, что сии воины Орденов способны на подобную бессмысленную жестокость!

Убежище наводнили солдаты Альдора, но исполненные праведного гнева Веритасы покончили как с воинами, так и со Звездными. Умирая, Золулу и Делулу хохотали – вскоре «она» будет здесь, и тогда уже противники их познают сокрушительное поражение...

Достигла убежища и Мид; обратившись к отцу, девушка молила того бежать прочь, как можно скорее. «Она появится здесь в любую минуту!» - в отчаянии восклицала Мид, и спрашивал Сид: «Кто? О ком ты говоришь?!»

Неожиданно ощутили Веритасы волну поистине невероятной силы; ничего подобного они не чувствовали прежде здесь, в Паладии, и даже не мыслили, что сущность, обладающая столь непомерным могуществом, может существовать в этом мире.

Из теней выступила женщина, на плече коей удобно устроился и шевелил щупальцами монстр – мальборо. Лицо Мид посерело от ужаса, а женщина, окинув пронзительным взором противников, представилась: «Я – Йего, Гамма-Звездная». Монстр спрыгнул с ее плеча, раздался в размерах, и предстал Шестерым Присяжным гиганским порождением, на которое Звездная не преминула забраться.

«Йего, наездница мальборо», - дрогнувшим голосом пояснила Веритасам Мид. - «Из всего Ордена она как никто другой близка к тому, чтобы стать наследницей императора». «И волею императора я покончу со всеми вами!» - постановила Йего, намереваясь незамедлительно казнить сих докучливых авантюристов, чинящих препятствия воплощению в жизнь замыслов ее союзерена.


Потчи вернулась, поманила герев, приглашая проследовать внутрь комплекса. Обратившись к Солу, Лоссвел напомнил мудрецу, что тот получил серьезные раны в противостоянии с Хью, и, быть может, не стоит ему сопровождать их. «Не указывай мне», - огрызнулся Сол. – «Думаешь, я останусь здесь, когда меня ждет Рейн?» «Хочешь сказать, Хью здесь, в комплексе?» - поразился Лоссвел, и Сол утвердительно кивнул: «Да. Я чувствую его присутствие...»

Герои последовали за Потчи, и Акстар поинтересовался у ученика, как у того продвигается овладение новым приемом. «Я еще не готов», - признался Лоссвел. Акстар вздохнул: иного ответа он и не ожидал. «Если не сможешь отринуть свои эмоции, то даже царапины Хью не нанесешь», - произнес он. – «Ты не сможешь ни защитить своих друзей, ни спасти Фину. Сможешь ли ты жизнь с осознанием этого?»

«Наставник...» - выдавил Лоссвел, помолчав. – «А что такое – истинная сила?» «Я уже отвечал тебе на этот вопрос», - напомнил Акстар. – «Это – способность защитить тех, кто тебе дорог, вне зависимости от обстоятельств». «А ты способен защитить кого-то, отринув все эмоции?» - продолжал спрашивать Лоссвел. – «Ведь именно эмоции рождают желание защитить, верно?» Акстар молчал, сбитый с толку подобным вопросом, а Лоссвел изрек: «Наставник, неужто истинная сила действительно основывается на полном отрицании чувств? Мне так не кажется. Ведь ты все же что-то чувствует. Будь иначе, ты никогда не взял бы такого дурака как я к себе в ученики». Но Акстар стоял на своем: для того, чтобы овладеть совершенным приемом, Лоссвелу надлежит убить в себе эмоции... иного пути попросту нет...

Следуя за Потчи по коридорам к сердцу комплекса, герои разили альдорских солдат, встающих на защиту столь важного для империи форпоста. Но в центральном помещении путь им преградила Наги, Йота-Звездная. «Надо же, вы действительно пришли, как Хью и предвидел», - изрекла она. «Хью тоже здесь?» - бросил Лоссвел, и Наги кивнула: «Конечно. Но сегодня вы будете сражаться со мной, не с ним».

Надеялась Наги на похвалу и уважение со стороны Хью, который наверняка станет наблюдать за противостоянием. Во-первых, к Хью питала она чувства, а во-вторых – знала, что избранник ее испытывает сильные эмоции в отношении сих чужеземцев; быть может, когда она покончит с ними, Хью станет замечать лишь ее?!

Однако Наги оказалась повержена, и Хью выступил из теней, приказав сподвижнице отойти в сторону. Та безропотно подчинилась, испытывая жгучий стыд за то, что позволила Дельта-Звездному лицезреть свое унижение.

«Рейн... ты все же решил явиться», - процедил Сол, и Лоссвел, обернувшись к мудрецу, бросил: «Сол, он мой. Если вмешаешься, я прикончу тебя». Сол подчинился, сознавая, что сейчас он не в лучшей форме, и не сможет одержать верх как над Лоссвелом, так и над Рейном. К тому же, он был уверен в том, что в противостоянии с Рейном Лоссвелу не выстоять; стало быть, черед Сола непременно настанет.

Лоссвел шагнул было к Хью, но Акстар удержал его, молвил: «Возможно, у меня больше не будет шанса сказать тебе это. Я хочу, чтобы ты превзошел меня во всем. Именно по этой причине я взял тебя в ученики». Подобного откровения Лоссвел не ожидал и буквально лишился дара речи. «А теперь иди и сразить с ним», - велел Акстар. – «И не смей погибнуть у меня на глазах!»

Хью и Лоссвел сошлись в поединке... Движения, выпады, приемы Хью – все это было Лоссвелу донельзя знакомо. Множество тренировочных боев, которые провели они с Рейном, воскресали в памяти...

Отступив от противника, Лоссвел постановил с непоколебимой уверенностью: «Ты – Рейн, иначе и быть не может. И у тебя, должно быть, была веская причина нанести столь тяжелую рану Фине, который ты дорожишь... Ведь ты взваливаешь на себя одну тяжкую ношу за другой, верно? В этом – весь ты...»

Лоссвел теснил противника; Акстар велел своему ученику применить совершенный прием, дабы покончить с Хью, а для этого – очистить разум от чувств и эмоций. «Я так не поступлю», - покачал головой Лоссвел. – «Особенно, если сражаюсь с Рейном. Но я не дрогну. Признаю, отрицание эмоций может быть источником несгибаемой силы. Но я считаю, если ты лишишь себя чувств, то никогда не сможешь достичь истинной силы. Наставник... прежде ты спрашивал меня о душе моего клинка. Сила рождается, когда разум един с чувствами – вот то, к чему стремится мой меч... В этом его душа!» Акстар разинул рот от изумления, но все же взял себя в руки, улыбнулся, кивнул: «Что ж, тогда заверши этот бой!»

Двое продолжали противостояние; остальные же, отступив в сторону, наблюдали за сим поистине невероятным поединком мастеров-мечников... Лоссвел поверг противника, сумев применить совершенный прием, коему обучил его Акстар, и, сбив шлем с головы Хью, зрел знакомое лицо.

«Стало быть, ты готов на любые жертвы для достижения цели, как и прежде», - произнес Лоссвел. – «В этом – весь ты». «Я убил в себе все эмоции, чтобы обрести силу», - отвечал воин, принявший для себя новое имя – Хью. – «Лишь в этом случае мой клинок способен поразить его сердце». «Что?» - озадачился Лоссвел, опустив меч, и Хью немедленно воспользовался этим, метнулся к противнику, занося клинок для удара...

В последнее мгновение Лоссвел успел метнуться в сторону, и меч противника его рассек воздух. Воспользовавшись замешательством, Наги сотворила телепортирующее заклинание, и наряду с Хью исчезла в ярчайшей вспышке.

Усилием воли Лоссвел взял себя в руки: наверняка это не последняя их встреча с Рейном, и уж в следующий раз он добьется от друга ответов – почему тот, презрев все, выступает на стороне императора?.. Но сейчас следовало вернуться к делам насущным; Потчи указала героям путь к машине, с помощью которой возможно исцелить Фину, остановив процесс кристаллизации ее тела.

Подняв безвольное тело на руки, Лоссвел последовал за Потчи, и Акстар проводил ученика взглядом. Хоть Рейн и сумел скрыться, Лоссвел ни на секунду не позволил себе предаться отчаянию, и озаботился вопросом спасения Фины. Очевидно, что ученик его стал гораздо сильнее телом и духом, нежели прежде. Стало быть, его, Акстара, миссия вскоре завершится...

Иные герои гадали: что же в действительности произошло с Рейном?.. Быть может, ему просто промыли мозги, вложив в разум новые доктрины и устремления?.. Или же Хью – воплощение видения Рейна... подобно тому, как Веритас Темный был видением Раегена?..


Магия перенесла Наги и Хью на скальный утес за пределами комплекса. Дельта-Звездный тяжело дышал: оправиться от ран, полученных в сражении, будет непросто. Наги же сыпала проклятиями в адрес ненавистного Лоссвела, посмевшего одержать верх над ее кумиром!

«Жалкое зрелище», - послышался голос, и в нескольких шагах от воинов Ордена возник призрачный образ императора. – «Сильнейшие Звездные – Альфа-Звездный Левнато, Бета-Звездный Зено и Гамма-Звездная Йего... Хью, а ты ведь мог превзойти их всех... Но, похоже, я зря в тебя верил».

Превозмогая боль, Хью рывком поднялся на ноги, не обращая внимание на кровь, сочащуюся из-под черных доспехов. Обратившись к императору, воин смиренно просил даровать ему еще один шанс. Хохотнув, правитель Альдора согласился почтить просьбу своего чемпиона; образ его исчез.

Лишь сейчас Хью позволил себе опуститься наземь, дабы передохнуть и занятьcя исцелением ран. А уж потом он непременно покончит с чужеземцами... Мыслями возвращался он к недавнему поединку и приему, который Лоссвел сумел применить в противостоянии с ним. Что ж, Лоссвел действительно достоин уважения, раз сумел освоить его...


Восседающая на мальборо Гамма-Звездная с легкостью парировала все выпады Раегена, и тот отступил, оценивающе глядя на могущественную противницу. «Сейчас она просто использует силы мальборо», - дрогнувшим голосом молвила Мид. – «Свое истинное могущество она еще не явила!»

Осознали Веритасы, что, если это действительно так, Йего с легкостью прикончит их всех, вместе взятых, ибо значительно превосходит силой. Обратившись к Шестерым Присяжным, Юрайша просила дать ей немного времени: она придумает, как разрешить сложившуюся непростую ситуацию. «У тебя есть план?» - с надеждой осведомился Раеген, и Юрайша кивнула: «Да. Мне понадобится несколько минут».

Мид заверила, что, будучи драгуном, она отыщет слабые точки в обороне Йего, и предоставит Матери Хесса необходимое время. Девушка взмыла высоко в воздух, намереваясь атаковать Гамма-Звездную сверху, дабы избежать щупалец мальборо, но Йено стремительно ударила противницу в полете хлыстом, и та пала наземь, где и осталась лежать, лишившись чувств.

Юрайша успела воспользоваться магией иллюзии и на короткое время как значительно увеличить силы Веритасов, так и ускорить процесс регенерации Мид – вскоре та придет в себя... Раеген и сподвижники его атаковали мальборо, и Йего велела монстру отступить – уж слишком серьезны оказались его раны. Впрочем, Гамма-Звездная оставалась полна сил, а Юрайша едва держалась на ногах – Мать Хесса отдала слишком много сил для поддержания заклятия. Заметив сие, Раеген отдал остальным приказ отступать, и, подхватив Юрайшу на руки, бросился прочь из убежища Чад Хесса. Мид, успевшая за время сражения прийти в себя, успела ретироваться.

Йего спрыгнула со спины мальборо наземь, неторопливо осмотрела раны создания, пробормотала: «Да, ты заслужил передышку». В следующее мгновение монстр исчез, а его миниатюрная копия вновь удобно расположилась на плече у своей хозяйке. «Что ж, охота начинается», - ухмыльнула та, глядя вслед отступившим противникам. В том, каков станет ее исход, Гамма-Звездная не усомнилась ни на мгновение...

Веритасы бежали прочь, через мертвую пустошь, испещренную иссохшими остовами деревьев – Леса Нирваны. Юрайша едва держалась на ногах, но упрямо отказывалась следовать в ближайшую деревушку, дабы передохнуть. «Осталось мне немного», - говорила она. – «И я должна вас отвести в определенное место, пока еще не поздно». «Это еще куда?» - осведомился Раеген, и отвечала Мать Хесса: «700 лет назад я сумела создать заклинание, воссоздающее образы и звуки. Минули столетия, но книга, содержащая в себе описание заклинания, хранится в городе Хеллстии... Я уверена, в сем мире еще остаются наследники Хесса. И, воспользовавшись заклинание, я хотела бы обратиться к ним... Нет, ко всем обитателям этой планеты. Сказать, чтобы хранили они надежду... и в нужное время готовы были восстать. В этом – мой последний долг как Матери Хесса».

Стремление Юрайши Раеген разделял, посему обещал почтить ее просьбу и немедленно выступить в направлении Хеллстии. Спутники отмечали, что Раеген все еще холоден с Юрайшей... хоть и должен теперь понимать, почему та отказалась от мирных переговоров и стала Матерью Хесса. И все же не может Темный заставить себя проявить чувства...


Потчи провела спутников к машине, обращающей кристаллы в пыль и поглощающей их энергии. Поместив безвольное тело Фины в капсулу, искренне надеялись герою, что смогут извлечь кристаллы из тела девушки и спасти ей жизнь.

Тянулись минуты – долгие, мучительные... Наконец, капсула раскрылась, и Потчи, заглянув внутрь, радостно воскликнула: «Сработало! Кристалл обратился в пыль!» «Нет и следа раны», - с удивлением выдохнул Николь. – «Должно быть, кристалл каким-то образом исцелил ее».

Пробудившись, Фина поднялась на ноги, поблагодарила верных друзей, сумевших сохранить ей жизнь. Даже Сол, наблюдая за воссоединением, испытал давно позабытое чувство – каково это, иметь друзей. Некогда они, Восемь Мудрецов, так же были преданы друг другу... Темная Фина и Элдарит чесали спинку Бегемоту, а Раеген и Ровен без устали сходились в тренировочных поединках. С самого детства двое были неразлучны – сыновья Юрайши, биологический и приемный... Да, в ту пору мир был куда проще...

Герои направились прямиком к реактору комплекса, уничтожили его, дабы не имел Альдор возможности впредь поглощать энергию кристаллов для собственных нужд, убивая тем самым Паладию.

Неожиданно Потчи побледнела, осела наземь. «Должно быть, она потратила слишком большое количество магической энергии на преображение», - предположила Сакура. Потчи еле слышна просила героев отвести ее в деревню сородичей, и те с готовностью обещали непременно сделать это – ведь сама вит сделала все возможное, чтобы помочь им... и сохранить жизнь Фине.

«Лоссвел», - тихо обратилась к спутнику Фина, когда спешили они к выходу из комплекса, - «будучи без сознания, я говорила со своей второй ипостасью». «С темной Финой?» - поразился Лоссвел, и Фина кивнула, молвив: «Да. Она сказала, что Рейн испытывает страшную боль, и просила меня помочь ему». «Понятно...» - произнес Лоссвел, после чего заверил девушку: «Мы непременно спасем его – ведь сам он спасал нас множество раз!»

Оставив комплекс, герои выступили на север, к селению капп, где Потчи получит долгожданную возможность передохнуть и восстановить силы...


Веритасы продолжали следовать по пустошам подземного континента в направлении, обозначенном Матерью Хесса. Ночью, на привале Юрайша приблизалась к Раегену, одиноко несущему вахту у костра.

«Я должен кое-что сказать тебе», - произнес Темный, упрямо глядя в сторону. – «О твоем сыне... Ровене... В час войны за независимость Хесса мы с ним стали врагами. Я, один из Восьмерых Присяжных Паладии, противостоял Ровену, одному из Восьмерых Мудрецов Хесса...»

В тот судьбоносный день встретились они на поле брани, и признался Веритас Темный, что для завершения войны собирается заточить Ровена и иных чемпионов Хесса в кристаллы. «Это сделает возможным переговоры», - объяснял он. – «Как только война закончится, я освобожу Восьмерых Мудрецов, даю слово!» «Я тебе верю», - отвечал Ровен. – «Мы братья, хоть и не по крови. Но почему бы нам не разрешить вопрос старым-добрым способом, поединком?.. Если победишь, я позволю тебе поместить мою сущность в кристалл. Если же верх одержу я... то ты отдашь мне свой меч!» «Пурпурную Молнию?» - удивился Веритас Темный. – «Пламенный будет недоволен, ведь он для меня выковал этот клинок».

Двое начали дуэль, получая искреннее удовольствие от поедника... Несмотря на войну, снедающую земли сего мира... Ровен позволил Раегену одержать верх, молвив: «Война должна прекратиться, Раеген». Обещав, что однажды непременно передаст названному брату Пурпупную Молнию, Раеген заточил душу его в кристалл. «Однако война завершилась так, как обе стороны даже не мыслили», - продолжал он свой рассказ. – «Восьмеро Присяжных и Восьмеро Мудрецов были преданы императором Владом. Оказавшись в Ляписе, я пытался отыскать Ровена... Поиски кристалла заняли у меня несколько столетий». Ступив в пещеру, пребывала в коей реликвия, Раеген вызволил из заточения Ровена, однако тот полностью утратил воспоминания о прошлом...

«А дальше что было?» - осведомилась Юрайша, но Раеген отрицательно покачал головой: «Поздно уже. В следующий раз расскажу». «Для меня следующего раза может не быть», - напомнила Мать Хесса, и молвил Раеген: «Ты должна еще передать послание мирянам, помнишь? И встретиться с Лоссвелом». Юрайша кивнула, и Раеген устремился прочь, дабы хоть немного передохнуть перед скорым рассветом...

...Рассказ Раеген продолжил следующим вечером, когда разбили они лагерь в скальном ущелье. «Что произошло после того, как Ровен утратил воспоминания?» - настойчиво спрашивала Юрайша, и отвечал Раеген: «Я все объяснил Ровену. Кто он, откуда родом, что с нами произошло... Но он так ничего и не вспомнил. Потому я решил изыскать способ восстановить воспоминания Ровена и его силы. Сакура сказала, что сделать это я смогу с помощью священного сосуда Паладии. Мне нужно было выяснить, где находится сей артефакт, потому я и стал рыцарем в королевстве Грандшелт... Прошло несколько лет, и я, наконец, смог обрести священный сосуд... Сразу же я вернулся к Ровену... Я принял рыцарство, но он избрал для себя мирную жизнь вдали от полей сражений. Ровен стал трудиться на ферме, а вскоре женился на дочери фермера, Йоне».

Когда Раеген добрался до фермы, приветствовали его Ровен и Йона, бережно прижимавшая к груди младенца – Лоссвела. Раеген поведал другу, что с помощью священного сосуда Паладии сможет вернуть ему как память, так и силы, коими обладал тот в бытность одним из Восьмерых Мудрецов. Ровен, однако, отказался от сего дара: теперь смысл жизни для него составляли Йона и Лоссвел, и прошлое мало что значило. Ни воспоминания, ни силы не были нужны ему – лишь родная ферма да улыбка на лице Лоссвела. Раеген принял для себя точку зрения друга, впервые задавшись мыслью о том, каково это – иметь собственную семью. В разуме возник разум дочери лекаря, Софии...

«Это же прекрасно!» - воскликнула Юрайша, когда Раеген осекся, замолчал. – «Значит, Ровен обрел счастье в Ляписе». «Да, обрел...» - тихо прошептал Раеген. – «Действительно обрел...»

На следующий день Веритасы достигли города Хеллстии, именуемой местными поселенцами «столицей отчаяния», ведь жизнь в сих подземных пределах поистине безрадостна. Юрайша торопила спутников: надлежит как можно скорее добраться до Архивов Элмол, ведь именно там находится искомая ею книга.

Но первым делом Веритасы проследовали к постоялому двору, дабы отдохнуть после изнурительного странствия по землям Кристаллиса. Заглянув в комнату к Юрайше, Раеген поведал ей завершение истории о Ровене.

«Однажды я получил донесение о том, что некие монстры напали на ферму Ровена», - произнес он. – «Я бросился туда... но было уже поздно...» Раеген прикончил тварей, обнаружив, что и Ровен, и Йона находятся при смерти – слишком серьезны были полученные ими раны. Раеген творил целительные заклинания... но безуспешно: Ровен потерял слишком много крови и магия не оказывала на него должного воздействия.

Раеген пребывал в отчаянии: один из Восьмерых Мудрецов погибает, сраженный простым монстром!.. Он должен был воспользоваться священным сосудом Паладии... даже вопреки воле Ровена! Должен был!.. Ровен, однако, примирился с судьбой, ведь познал он истинное счастье: у него были Йона, Лоссвел... и верный друг, Раеген...

Перед смертью воспоминания вернулись к Ровену, и, напомнив Раегену об их давнишнем поединке, он просил друга передать Лоссвелу Пурпурную Молнию – ведь сыну его меч сей непременно понадобится. Пораженный, Раеген поклялся исполнить волю уходящего друга.

«Йона так и не оправилась от полученных ран, и умерла несколько лет спустя», - закончил Раеген свой рассказ. – «Я забрал Лоссвела к себе... Честно сказать, Лоссвел – копия отца, и не только внешне. Он всегда строг к себе, но добр в отношении окружающих. Прекрасный юноша». Юрайша благодарила Раегена за то, что вырастил он ее внука, но воин лишь отмахнулся: «Я тут не при чем. Он стал таким, ибо отцом его был Ровен, а бабушкой – ты... И я прошу тебя лишь об одном. Ты должна встретиться с ним. Ты – единственный родной для него человек...» «Обязательно», - заверила Раегена Мать Хесса, и тот покинул команду... Лишь сейчас Юрайша позволила себе зайтись в приступе кашля, моля высшие силы о том, чтобы позволили ей сохранить в себе искру жизни еще немного...

Поутру поспешили Веритасы к зданию архивов. Юрайша держалась из последних сил, и Игнасио бережно нес ее на руках. Искра жизни едва теплилась в теле Матери Хесса, и сознавали Веритасы: женщина не позволяет себе умереть, надеясь свершить задуманное, обратиться к мирянам Паладии... после чего последнее начинание ее будет исполнено, и остаток жизненных энергий потратит Юрайша на сотворение заклинания, кое донесет ее образ и слова до остальных. И Раеген принимал для себя сделанный ею выбор.

Но Веритасы никак не ожидали, что в архивах их будет поджидать Гамма-Звездная, желавшая закончить затянувшуюся игру в «кошки-мышки». Но сторону Шестерых Присяжных приняла Мид, заявив отцу: «Я задержу Йего». После чего обратилась к Гамма-Звездной, взирающей на нее как на досадный раздражающий фактор, не более: «Император дозволил поединки между Звездными. Лишь так возможно возвыситься в Ордене – одержать верх над вышестоящими Звездными. Уверена, ты поступила так же, став Гамма-Звездной». «Может, и так», - ухмыльнулась Йего. – «Но ты вообще понимаешь, что сейчас погибнешь?!»

Сид принял решение остаться и провести сей бой наряду с дочерью. Оба были драгунами, и если они одновременно совершат прыжки над огромным мальборо, восседает на котором Йего, та сможет ударить хлыстом лишь одного из них, второй же получит возможность нанести Гамма-Звездной чувствительный удар. Иной тактики противостояния Йего Сид не видел...

Пожелав Сиду и Мид удачи, Раеген и спутники его устремились во внутренние пределы архивов, занятых ныне солдатами Альдора. Сие хранилище знаний познало запустение, и множество бесценных фолиантов пребывало ныне на полусгнивших, затянутых паутиной книжных стеллажах.

Покончив с противниками, в центральной зале архивов обнаружили Веритасы искомую книгу, содержащее в себе необходимое Юрайше заклинание. Мать Хесса немедленно приступила к сотворению двеомера... и облик ее возник в небесах, зримый отовсюду.

На всех континентах Паладии обездоленные, угнетенные и теснимые взирали на Юрайшу, и глас той громыхал над миром. «Возлюбленные мои чада Хесса», - вещала Юрайша. – «Миряне, страдающие от тирании императора... Я – Мать Хесса, и прошу вас услышать мои слова. Безжалостная диктатура императора близится к завершению. Низвергнет его тот, кто является моим прямым наследником... Наследником Хесса... Он принесет мир, в котором не будет разделения на Альдор или Хесс... Посему прошу вас... когда настанет время и бросит он вызов императору, поддержите его... Не позволяйте свету надежды в ваших сердцах угаснуть... Ибо мир наш все еще может надеяться на светлое, счастливое будущее...»

С этими словами Юрайша рухнула наземь, и Раеген встревоженно склонился над нею. Похоже, это – конец, оба понимали и принимали сие. «Прости», - прошептал Раеген своей названной матери. – «Я так и не устроил вашу с Лоссвелом встречу...» «Уверена, он видел мой образ», - улыбнулась Мать Хесса. – «Этого для меня более, чем достаточно...» Раеген покачал головой, сознавая собственное бессилие: похоже, оказался он для Юрайши ужасным сыном. Та поспешила заверить его в обратном: «Нет, ты – чудесный сын, Раеген, и я счастлива, что ты сейчас со мной. Ведь за прошедшие 700 лет ты не отринул имени Раеген – а ведь именно так назвала тебя я». Да, чтобы сокрыть истинное происхождение приемного сына, Юрайша дала ему новое имя, и тем самым, быть может, спасла жизнь...

Мать Раеген сжимал в объятиях до самого конца...


Покинув имперский комплекс, пресекли в котором промысел извлечения энергии из кристаллов, герои выступили в направлении деревушки витов. Однако та оказалась покинута... Потчи заглядывала в каждую хижину, но сородичей ее не было и следа. Вокруг царила звенящая, зловещая тишина.

«Лоссвел, будь настороже», - бросил ученику своему Акстар. – «Что-то здесь не так». «Да, я тоже это чувствую», - отвечал Лоссвел... когда Хью стремительно атаковал. Однако за другим, сразил он героев... Сила противника поистине потрясала...

Занеся меч для удара, Хью метнулся к Лоссвелу, однако на пути его возник незнакомец, облаченный в плащ с наброшенным на лицо капюшоном. Хью был отброшен в сторону, а после и вовсе исчез во вспышке магии.

«Будь настороже, Лоссвел», - произнес знакомый голос, и человек отбросил капюшон. Изумленные, герои воззрились на Рейна, а тот продолжал: «...Иначе не сможешь привести ты спутников своих к победе...»

Воссоединение, ждали которого они столь долго, наконец свершилось...

***

  1  2  
Web-mastering & art by Bard, idea & materials by Demilich Demilich