Demilich's

6. Закат вечности

Призрачные стрелки бесшумно отмеряют ход времени на гигантском циферблате, но осталась ли толика смысла в сем вековечном движении?.. Здесь, в незримом мире, фундаментальные концепции иного пласта реальности, принадлежащего смертным, не имеют ни малейшего значения...

Дева, облаченная в сияющие доспехи, склоняется пред пустующим кристаллическим троном. "Богиня Этро, познай же покой", - тихо шепчет она. - "Я буду стоять на страже твоего наследия".

Покинув тронный зал, дева устремляется к дворцовому парапету, увитому пожухлым плющом, и, облокотившись на него, всматривается вдаль; в очах ее отражается тревога. Весь этот бесконечный мир объят печалью... Жизнь и смерть теряют всякий смысл при накатывающихся волнах хаоса... Оные точат границы Вальхаллы - пространства, неподвластного времени, находящегося за пределами его... В этом мире утраченных мгновений она заново начала свою жизнь, всецело посвятив себя служению богине.

Сколько она пробыла здесь?.. Неведомо, ибо не озаряет солнце серые пределы кажущегося бесконечным города-призрака, протянувшегося до самого горизонта, границы которого омывает столь же бесцветное мертвое море. Воистину, мир этот принадлежит усопшим, и священная миссия ее - оградить реальность от воспрявшего хаоса, грозящего поглотить все сущее...

Но иллюзорная безмятежность мира незримого раскалывается на мириады осколков, ибо на дворец богини устремлен недобрый взгляд облаченного в темные доспехи могущественного воителя. Мертва Юл, и вернуть ее невозможно... посему счет предъявит он богине, сокрушив обитель ее до основания.

"Богиня-воительница... теперь мы скрестим клинки!" - возвещает воин, обнажая меч, и алое око в изысканной рукояти ярко вспыхивает. Повинуясь его жесту, из хладных глубин морских вырываются монстры и, воспаряя в небеса, устремляются ко дворцу Этро... где встречают их защитники богини, направляемые девой-валькирией.

Несмотря на разразившееся сражение, зрит она лишь одного-единственного противника - Кайеса Баллада, и знает, что взор того прикован исключительно к ней. Верхом на верном скакуне, Одине, дева устремляется к немезиде, и следуют за нею тысячи защитников Вальхаллы. Губы воителя кривит усмешка; он жаждет этого поединка, предвкушает его, сознавая, что вечность стремительно близится к завершению и торжество хаоса неминуемо.

Две волны - орды чудовищных порождений - схлестываются на поле брани, обращается в кое Вальхалла; сама реальность содрогается от высвобожденных магических энергий, но два столпа остаются незыблемы в бушующем вихре - дева-валькирия и ее противник. К последнему бросаются сестры-Шивы, но тот отмахивается от них, как от надоедливых мошек, сражая точными ударами острейшего колдовского клинка, и развоплощаются эйдлоны, но воитель не удостаивает их даже мимолетным взглядом, ибо истинная противница его стремительно приближается.

И дева, и воитель без устали творят заклинания, и разверзаются небеса, и десятки комет устремляются к земле, разя сошедшихся в противостоянии миньонов. Но двое не замечают их, и скрещивают наконец клинки...

Магические энергии буквально разрывают мир на части, раскалывая земную твердь, но в изумлении зрит дева, как под доспехами воина разливается алое, знакомое сияние. "Покончим с этим", - ухмыляется ее противник, воплощаясь в могущественного эйдлона - Бахамута Хаоса.

Дева в замешательстве, и удар когтистой лапы предвечного монстра отбрасывает ее далеко в сторону. Но, извернувшись в воздухе, валькирия опускается на спину Одина, и скакун резко устремляется прочь, преследуемый по пятам темным воплощением Короля Драконов.

Мимо проносятся серые, мертвые полуразрушенные здания, но дева стремится как можно скорее достичь дворца - средоточия могущества ее богини. Бахамут, однако, не собирается отпускать свою жертву, посему продолжает изрыгать потоки пламени, бездумно разрушая этот град, столь отвратный призвавшему его.

Дева, однако, принимает вызов эйдлона, сражает его... но цена одержанной победы - развоплощение Одина, ибо получает тот тяжелейшие раны в последнем противостоянии. Шум сражения, казалось, стихает, и дева замирает на одном из дворцовых перекрытий, пытаясь определить местонахождение истинного противника. Тот не заставляет себя ждать, и двое сходятся вновь, а вокруг рушится Вальхалла...

"Ты стремишься все уничтожить?" - вопрошает дева, и противник ее, взывающий к могуществу хаоса, утвердительно кивает: "Угасание и забвение - судьба всего тварного".

Для двоих останавливается время, и продолжают они обмениться стремительными ударами... Наконец, дева повергает противника, и оказывается погребен тот под тоннами камня и металла, в кои обращаются разрушенные здания. Неужто противник ее действительно мертв, или это - лишь временная передышка пред неизбежным продолжением судьбоносного поединка?..

Внимание девы привлекает сияние, разлившееся от пребывающих в небесах Врат Этро, и зрит она, как открывается пространственно-временной портал, и появляются в оном очертания юноши. Она знает, кто это, знает его имя... Но медлить не приходится, ибо юноша, отведена которому Судьбою ключевая роль, камнем устремляется к земле, а навстречу ему спешит воспрявший Бахамут Хаоса, стремящийся уничтожить зарождающуюся надежду...

Призвав мистическую птицу рух, дева вспрыгивает ей на спину, и крылатое создание стрелой пронзает небеса, успевая достичь человека, лишь на считанные мгновения опередив эйдлона хаоса... "Где я?" - растерянно вопрошает юноша, устраиваясь на спине рух позади девы, и отвечает та: "В Вальхалле. Ты молился на чудо, и это привело тебя сюда. Или я ошибаюсь?" "Как ты узнала?" - продолжает спрашивать спасенный, и молвит валькирия: "Из Вальхаллы я вижу все". "Но... кто ты?" - произносит человек, и дева удостаивает его ответом: "Лайтнинг".

Вальхалла Птица достигает дворца, и дева наряду с юношей спрыгивают на одну из площадок оного. Лайтнинг озирается по сторонам в поисках угрозы, но темного воителя не замечает, ровно как и миньонов его. Конечно, глупо надеяться на то, что повержен Кайес... "Как нам победить его?" - нарушает затянувшееся молчание юноша, и Лайтнинг отрицательно качает головой: "Это не твоя битва... Но кое-что ты можешь сделать. Приведи ко мне мою сестру. Ее зовут Сэра".

Она кивает в сторону и, проследив за взглядом ее, юноша замечает сияющее устройство, в котором узнает портал - Врата, магия которых искривляет временной континуум. Все еще пытаясь осмыслить происходящее и ситуацию, в которой оказался, вопрошает он: "Но... почему я?" "Потому что ты - единственный, кому это по силам", - отвечает Лайтнинг. - "Ты пересек Пустоту и достиг Вальхаллы. Ты можешь найти Сэру, и, возможно, вместе вы измените будущее". "Я могу изменить будущее?" - изумляется юноша, и дева утвердительно кивает, после чего призывает миниатюрного мугла, который тут же превращается в изысканный арбалет. Лайтнинг протягивает оружие юноше, прося передать арбалет Сэре, и обещает тот спасительнице непременно разыскать ее сестру...

Энергии хаоса обволакивают все вокруг, и в десятке шагов от Лайтнинг воплощается Кайес, целый и невредимый. Велев юноше как можно скорее бежать к Вратам, дева устремляется к противнику, дабы продолжить бой, который - вполне возможно - ознаменует закат вечности...

В небесах над Вальхаллой образуется гигантская кристаллическая глыба, и, повинуясь жесту Кайеса, устремляется вниз, сокрушая дворец богини. Из последних сил Лайтнинг сдерживает разрушительные энергии, высвобожденные ее немезидой, а юноша, пребывают с которым ее надежды на вероятную победу, спешит к временному порталу. "Стань стрелой во времени, Ноэль Крейс", - звучат в разуме его слова Лайтнинг. - "Разыщи Сэру... и защити ее... потому что я не могу этого сделать".

Ослепительное сияние двеомера Врат обволакивает юношу, а за спиной его рушится Вальхалла...

***

"Сэра. Правда все еще жива. Но лишь ты помнишь ее".

Сэра Фаррон пробудилась, рывком села на кровати. Отрывочные образы сна все еще оставались в сознании - ее сестра, бесследно исчезнувшая три года назад, сражающаяся с каким-то воителем...

Девушка перевела взгляд на забранное жалюзи окно, с изумлением наблюдая, как некое огромное тело, оставляя за собой пламенный след, стремительно приближается к земле. Сон все еще продолжается?.. Реальность подернулась рябью, преображаясь, но в мелочах: предметы обихода, мебель в комнате немного изменили местоположение...

С оглушительным грохотом неведомое тело ударилось о землю неподалеку от кристаллической колонны Кокона, и Сэра проснулась окончательно. Что происходит?.. Поднялась с кровати, лишь сейчас заметив, что облачена в платье, подобного которому у нее не было никогда. Что означает происходящее? В снах ей являются далекие реальности, теперь еще и платье... Может ли случиться, что это - некое послание от Лайтнинг, смысл которого ей лишь предстоит постичь?.. Несмотря на исчезновение старшей сестры, Сэра отказывалась верить, что та мертва...

Девушка открыла входную дверь, выглянула наружу... и вскрикнула в изумлении. Нео-Бодам исчез. Повсюду расстилалась серая равнина; видение колебалось, непрерывно видоизменяясь пред очами потрясенной девушки. Сэра сделала несколько шагов, пытаясь осознать происходящее. Наверняка это сон, дурной сон... Она непременно проснется, и все вернется на круги своя... Но если предположить, что все ее прежние воспоминания - ложь, а это - истинная, настоящая реальность?..

В отчаянии Сэра опустилась на колени, когда серая хмарь преобразилась, и возникли в ней статические образы зданий Нео-Бодама, а также жителей, с оружием в руках отражающих натиск механических монстров. На застывшей картинке, представшей ей, девушка заметила и верных товарищей - Гадо, Маки, Лебро, Юджа...

А в следующее мгновение все пришло в движение, и мир наполнился красками, звуками автоматных очередей, криками... Ребята из "Бродяг" пытались организовать оборону, уводя паникующих горожан под защиту зданий, то противники их, похоже, обладали способностью мгновенно перемещаться в пространстве, посему возникали пред мирянами, отрезая им пути к отступлению.

Один из механических монстров метнулся к Сэре; та отступила на шаг, споткнулась о мертвое тело некоего несчастного... но прозвучали выстрелы, и тварь замерла, с надрывным скрежетом рухнула наземь. К Сэре спешила Лебро; рывком подняв паникующую девушку на ноги, прокричала: "Лайтнинг не спасет тебя сейчас! Поняла? Твоя сестра мертва, и ты сама должна помогать себе!" Сэра, сдерживая слезы, кивнула, понимая, что подруга столь жестокими словами лишь хочет привести ее в чувство. Но почему они - все они! - столь уверенно заявляют о гибели Лайтнинг; почему воспоминания их отличаются от ее собственных?

Иной монстр взмахом крыла отбросил Лебро в сторону, но был немедленно поражен арбалетными болтами, выпущенными неким молодым человеком. Последний приблизился к Сэре, и та выдохнула в изумлении: "Я знаю тебя. Видела во сне..." "Позже", - отмахнулся юноша, протянул девушке арбалет: "Сражаться умеешь?.." "Ну, если должна..." - кивнула Сэра, принимая оружие, но незнакомец, кивнув на окружающих их механических монстров, лаконично констатировал: "Тебе придется. Никогда не стоит сдаваться и покорно ожидать смерти".

Обнажив меч, юноша стремительно атаковал меонектонов - так он назвал механических монстров, в то время как Сэра поддерживала нового знакомого прицельной стрельбой, не позволяя тварям зайти ему за спину. То сражение навсегда отпечаталось в памяти девушки, ибо стало первым в длинной череде, когда на кону стояла как ее собственная жизнь, так и жизни иных, вовлеченных в трагическую череду событий.

Неожиданно все закончилось; пребывая в состоянии шока, Сэра могла лишь наблюдать, как "Бродяги" рассредоточились по залитому кровью побережью в поисках раненых, дабы как можно скорее доставить их в лазарет. Павшими займутся позже - когда можно будет с уверенностью сказать, что угроза миновала.

Сэра Фаррон Гадо объявил горожанам, что возглавит отряд, который, не мешкая, проследует к месту падению метеорита; ведь, скорее всего, оное напрямую связано с нападением на Нео-Бодам.

Незнакомец, появившийся пред Сэрой столь своевременно, удостоверился, что раны Лебро не смертельны, после чего счел необходимым представиться девушке, защитить которую ему было велено: "Ноэль Крейс. Кстати, можешь поблагодарить и этого малыша..." В изумлении Сэра наблюдала, как арбалет ее обратился в презабавного мугла - Мога, и Ноэль, улыбнувшись, добавил: "Он должен стать твоим охранным амулетом. Его дала мне твоя сестра".

Смысл сказанного не сразу дошел до Сэры; крепко прижав мугла к груди, она выдохнула: "Ты... знаешь Лайтнинг?" Ноэль утвердительно кивнул: "Это она велела мне явиться сюда". "Но где же ты ее видел?" - продолжала спрашивать Сэра. - "В... Вальхалле?" "Да, а как ты догадалась?" - опешил Ноэль. "Видела во сне", - призналась девушка. - "Видела, как сестра передала тебе мугла. А затем появился метеор..." "...И притащил меня сюда... наверное", - неуверенно произнес Ноэль. "Ты что, на самом деле прибыл сюда на метеоре?" - изумилась Сэра, но Ноэль лишь передернул плечами: "Может быть. Не знаю. Не могу вспомнить. Пойдем, посмотрим?"

Сэра кивнула, и двое устремились в направлении падения небесного тела. В душе девушки занималась надежда: стало быть, сны ее действительно были посланием от сестры, находящейся в мире, рекомом Вальхаллой. И пусть знает она Ноэля не больше часа, доверяет ему безоговорочно... даже если рассказ юноши донельзя фантастичен... Ведь кажется, будто они с Лайтнинг расстались лишь вчера; сестра дала свое благословение на их со Сноу бракосочетание... но оказалась, что помнит об этом лишь Сэра. А иные, присутствовавшие тогда, утверждают, что не было ничего подобного. Иллюзия, говорят они, сон, коий зрела ты, пребывая в кристалле. Настаивают, что три года назад Лайтнинг принесла себя в жертву, дабы остановить падение Кокона, обратившись в кристаллическую колонну, удерживающую гигантскую сферу над поверхностью Пульса.

Пребывая в раздумьях, Сэра следовала за новым знакомым вдоль морского побережья к месту падения метеора. Бодамцы были совершенно обескуражены ночным нападением: монстры в считанные секунды расправились с их охранными роботами, после чего атаковали горожан... Оставалось надеяться, что отряд Гадо сумеет выяснить что-либо касательно произошедшего...

Покинув прибрежный город, Сэра и Ноэль углубились в дикоземье, начали восхождение по горной тропке. "Откуда ты?" - спрашивала девушка. - "Откуда-то из Кокона?" "Кокона?" - нахмурился Ноэль, перевел взгляд на кристаллическую колонну, поддерживающую гигантскую сферу. - "А, стало быть, он все еще существует в эту эпоху... Ну, честно говоря, я много странствовал, с самого рождения". Из прозвучавшего ответа Сэра не поняла ровным счетом ничего: спутник ее хотел сказать, что родом из Пульса? Какой же он, все-таки, странный!.. В сущности, как и все без исключения события, происходящие этой ночью...

Ноэль то и дело заворожено смотрел на Кокон. "Как он прекрасен", - выдохнул юноша. - "Точно как в легенде. Поверить не могу, что я здесь". "В какой еще легенде?" - озадачилась Сэра, и Ноэль отвечал: "Легенде о Коконе, который удерживает в небесах кристаллическая колонна. Мы все знали эту историю". "Странно, что ты называешь это легендой", - улыбнулась девушка. - "Ведь три года всего прошло". Ноэль промолчал...

Они продолжили путь; здесь, на горном склоне, находилось немало "Бродяг", образовавших оцепление опасной зоны. Сэре и спутнику ее они советовали вернуться в город, но и восхождению их не препятствовали. Гадо, заметив девушку, не преминул напомнить, что подле равнины, на которой упал метеорит, остается еще немало монстров. Подозрительный взгляд лидера отряда остановился на незнакомце, но Сэра заверила Гадо, что Ноэль спас ее и Лебро в случившемся сражении. Гадо лишь хмыкнул: что ж, будем надеяться, что этот паренек сумеет защитить Сэру в случае чего, в противном случае босс с него шкуру спустит... Не прибавив ничего к сказанному, Гадо устремился прочь, дабы продолжить выискивать здесь, на горном склоне, захожих монстров.

Ноэль же и Сэра направлялись к основанию кристаллической колонны, отмечая визуальные искажения пространства - сродни тем, кои заметила девушка еще в Нео-Бодаме. Неужто... иллюзия, мираж?.. Воистину - безумная, безумная ночь... но в то же время, впервые за три года Сэра была исполнена надежды. Ведь рано или поздно все наверняка встанет на свои места, и узнает она, что в действительности стряслось со старшей сестрой.

Следующее потрясение не заставило себя ждать, и на глазах изумленных людей Кокон исчез! А на горной тропе пред двумя опешившими путниками разверзся межпространственный рифт, и возникли в оном очертания чудовищного создания - Гогмагога, силящегося прорваться в мир. Сей гигант Внешней Пустоты был изгнан из этой реальности за нарушение установленных законов времени, и жаждал вернуться обратно. Некоторые исследователи, однако, полагают, что имя "Гогмагог" может относиться не к индивиду, но к роду гигантов, а иные предполагают, что сия сущность - фал'Си, наказанный за попытку перемещения во времени. Неведомо, зачем Гогмагог так стремится вырваться из Внешней Пустоты; согласно легенде, "Гогмагог прежде полагал, что нашел свою утраченную половину во Внешней Пустоте, но то оказалась всего лишь тень его прежнего, занятая бесконечными поисками в туманах времени"... В ожесточенном противостоянии Сэра и Ноэль повергли могучее порождение, и возникшая было пространственно-временная аномалия бесследно исчезла.

Наконец, они достигли бесплодной серой равнины, где высилась громада метеорита, исходило от которого слабое сияние; Сэра встревожено озиралась по сторонам, ибо прежде ничего подобного здесь не наблюдалось. Мертвые, безжизненные пределы... "Ноэль, что это за место?" - в вящем изумлении выдохнула девушка. - "И куда подевался Кокон?" "Ты видишь перед собой иную эпоху", - отвечал Ноэль. - "Мир, из которого я явился. В моем мире Кокона не существует. Когда я родился, небо уже было пусто... Напомни, сколько минуло лет с явления Рагнарёка и падения Кокона?" "Три года", - молвила потрясенная Сэра, пытаясь осмыслить услышанное, и Ноэль, тяжело вздохнув, признался: "А для меня это произошло семь столетий назад. Да, я родился в иную эпоху, отстоящую от твоей на 700 лет. И я - последний представитель рода людского".

К ним быстрым шагом приближался Гадо в сопровождении Мако и Юджа; не обращая внимания на "Бродяг", Ноэль вновь обратился к Сэре: "Я могу привести тебя туда. Вместе мы сможем отыскать Лайтнинг. Я знаю, она хочет встретиться с тобой". Гадо наряду с товарищами принялись наперебой убеждать девушку, что этот проходимец наверняка хочет вовлечь ее в какую-то авантюру, но Сэра, качнув головой, обратилась к Ноэлю: "Ты знаешь, где моя сестра?"

Вместо ответа юноша взял ее за руку и, подведя к метеориту, приложил ладонь девушки к каменной породе. На глазах присутствующих глыба изменила очертания, обратившись в изящные Врата Времени. "Нечто сродни порталу", - пояснил Ноэль бодамцам. - "Лайтнинг находится в иной реальности, Вальхалле".

В восхищении Сэра воззрилась на сияющие Врата. Она знала, что за ними лежат ответы на все ее вопросы, сомнения и грезы. Тогда, три года назад, ее сестра неожиданно исчезла, и никого, кроме нее, факт этот не удивил. Но... действительно ли Лайтнинг там, за Вратами? Приснился ли ей тот первый день на Пульсе, или же все действительно произошло так, как она помнит? Что означают возникающие временные аномалии, когда эпохи накладываются одна на другую? И... правду ли говорит Ноэль, утверждающий, что отправился назад во времени, надеясь изменить мрачное будущее, уготованное ее миру?

"Когда пересекаются различные эпохи, случаются самые невероятные парадоксы", - позже объяснял Ноэль Сэре и "Бродягам", собравшимся в доме девушки. - "Объекты из различных времен перемешиваются. Если хочешь открыть Врата и отправиться в странствие через время, необходимо обнаружить один из подобных объектов. Они называются "артефактами", ключами к будущему. Они - анахронизмы, реликвии иного мира. Другими словами, предметы, не принадлежащие вашей эпохе. Если сможем отыскать один из них, активируем Врата и сумеем пересечь время, чтобы достичь мира Лайтнинг".

Гадо, слушая подобное, взорвался, назвав Ноэля авантюристом, забивающим им головы всякой чепухой; Лебро, Маки и Юдж начали жаркое обсуждение, переросшее вскоре в ожесточенный спор. Одна лишь Сэра позволила себе искренне надеяться на то, что сестра ее жива, и ждет ее - в ином мире, в иной эпохе... Имеет ли она право на подобные чаяния, или это - не более, чем самообман?.. Но как же хочет она питать надежду, как жаждет вернуть сестру!

...Так, в обсуждениях, спорах, сомнениях и домыслах минула ночь, но наутро Сэра, и глаз не сомкнувшая, чувствовала себя прекрасно. Уж не привиделось ли ей все произошедшее?.. О ночном сражении ничто не напоминало, и громада Кокона вновь пребывала на своем исконном месте. "Честно говоря, уж не знаю, смогу ли поверить в истории об артефактах, Вратах и путешествиях во времени", - призналась девушка Ноэлю, когда тот разыскал ее на морском побережье. "Многого я и сам не понимаю", - пожал плечами Крейс. - "Если мы действительно сумеем найти артефакт, я получу лишнее подтверждение своим словам. И когда откроем Врата, ты сможешь отринуть снедающие тебя сомнения".

Сэра согласно кивнула: нет смысла забивать себе голову излишними вопросами... В нынешней ситуации она, несмотря на яростные возражения подозрительного Гадо, доверится Ноэлю и позволит тому доказать справедливость сказанного. Большого вреда в том не будет... По крайней мере, Сэре хотелось в это верить.

Мугл заверещал, указывая лапкой на камень у основания одной из пальм на побережье. Приблизившись, Сэра с удивлением осознала, что зрит ничто иное, как нож Лайтнинг, должный храниться в ее комнате. Как он оказался здесь, на берегу?.. Ведь тогда, три года назад, когда их с Дожем кристаллический сон прервался, они встретили Лайтнинг, Сноу, Хоупа и Сажа у основания колонны... Но всего несколько минут спустя Лайтнинг бесследно исчезла, а Хоуп протянул Сэре охотничий нож. "Должно быть, она внутри колонны", - скорбно заметил Сноу. - "И держит Кокон наряду с Ваниллой и Фанг". "О чем ты говоришь?" - изумилась Сэра. - "Она же только что была здесь!" Но все они отводили глаза... Сэра разрыдалась, не понимая, что происходит; неужто воображение сыграло с нею злую шутку?.. Но нет, то был не сон. Лайтнинг искренне, открыто улыбалась, когда Сэра и Сноу испросили ее благословения. Но никто не помнил об этом... Никто... кроме Сэры...

"То есть, все твои друзья полагают, что Лайтнинг внутри колонны", - задумчиво произнес Ноэль, когда Сэра закончила свой рассказ. "Они говорят, что мне все приснилось", - тихо молвила девушка, крепко сжимая в ладонях нож, ставший последним напоминанием об исчезнувшей сестре. - "Говорят, что я сама это придумала, ибо не в силах принять правду". "Твои воспоминания истинны", - уверенно заявил Ноэль. - "Лайтнинг жива. Вопрос в другом: почему ты - единственная, кто помнит об этом?" "Возможно, история каким-то образом изменилась?" - предположила Сэра; в свете последних событий подобная мысль вполне имела право на существование. "То есть, твои воспоминания истинны, но после произошедшее оказалось изменено?" - уточнил Ноэль, но девушка и сама не знала, как объяснить произошедшее. Почему лишь ее воспоминания отличаются от тех, коими обладают остальные свидетели случившего в судьбоносный день обращения Кокона в исполинский кристалл?

Навряд ли обнаруженный нож можно отнести к артефактам, помянутым Ноэлем, посему поиски были продолжены. Сэра, пришелец из будущего и неотступно следующий за ними мугл Мог методично осматривали пределы Нео-Бодама и прилегающие территории. Приусадебные участки, на которых бодамцы выращивали овощные культуры, весьма впечатлили Ноэля: в его эпоху почва умирающего мира не могла породить ничего растительного, и добывать пропитание оставалось возможно лишь посредством охоты... "Вчера ты сказал, что являешься последним представителем рода людского", - вспомнила Сэра. - "Что ты имел в виду?" "Именно это и имел", - отвечал Ноэль. - "Когда я родился, во всем мире оставалось меньше людей, чем в вашем селении. А вскоре... остался один лишь я. Нападения монстров, болезни... уносили людские жизни. Но перед смертью все они говорили одно и то же: "Будущее за тобой".

В процессе поисков Сэра рассказывала Ноэлю о жизни здесь, в Нео-Бодаме. Конечно, бытие осложнилось, ведь теперь все приходится создавать самим, не полагаясь на фал'Си, но общие тяготы объединили мирян, и стали они себя одной большой семьей. Конечно, отсутствие Лайтнинг и Сноу Сэра ощущала остро, но ребята из "Бродяг" не оставляли ее, поддерживали... а недавно и котенка подарили, чтобы жилось ей не так одиноко... Зверушку она назвала "Сноу".

Заметив на берегу своих учеников, Сэра улыбнулась с облегчением; к счастью, в ночном нападении никто из них не пострадал. "Моя бабушка тоже была учительницей", - признался Ноэль, когда Сэра поведала ему об избранной профессии. - "Она научила меня всему, что я знаю - о Гран Пульсе и об истории нашего мира". "То есть, ты знаешь о том, что произойдет в дальнейшем?" - полюбопытствовала Сэра, но Ноэль лишь пожал плечами: "Я все еще не уверен в том, что это место - прошлое моего мира. Но если так, хаос обрушится на Кокон, и случится бедствие, о котором говорится в пророчестве..." Он запнулся, ощутив, что не может выразить мысль словами; как будто воспоминания ускользают...

У отрогов гор Сэра заметила старшего из учеников - Рета, улепетывающего от Маки. Настигнув мальчугана, девушка потребовала объяснений, и сорванец признался, что прихватил кое-что без спросу из мастерской Маки - кулон, исполненный в форме Кокона. Сэра поразилась: этот кулон Сноу передал ей при расставании, когда отправлялся на поиски Лайтнинг. Он один поверил в то, что воспоминания ее об исчезнувшей сестре истинны...

"И Лайтнинг, и Сноу нет уже давно", - констатировал Ноэль, когда Сэра поведала ему о возлюбленном. - "Почему же ты не последовала за ним?" "Сноу велел мне ждать его", - неуверенно молвила Сэра, но Ноэль лишь качнул головой, отметая подобный довод: "Может, ты просто не хотела никуда идти и используешь этот предлог?" На лице Сэры отразилось откровенное возмущение - как можно предположить подобное?! - и Ноэль поспешил извиниться. Может, так оно и лучше; мир велик, и разминуться в нем проще простого.

Они продолжили осмотр предгорий, где виднелись проржавевшие механизмы погибшей цивилизации Гран Пульса. Артефакта иной эпохи не наблюдалось, но мыслями Сэра продолжала возвращаться к находкам сегодняшнего утра: нож, а теперь еще и кулон... Вещи, должные находиться в ее комнате, оказываются в самых неожиданных местах. Неужто и это - следствие пространственно-временных аномалий, случившихся ночью?.. Иного объяснения происходящему Сэра дать не могла...

Искомый артефакт означился в месте, где Сэра вела бы поиски в последнюю очередь - в ее собственной комнате! Вернувшись домой, она с изумлением узрела причудливое зеркало в углу помещения, исходило от которого призрачное сияние. Протянув руку, Сэра осторожно коснулась предмета; поверхность зеркала подернулась рябью, и в ладони девушки оказалось небольшое кристаллическое образование - сродни структуре, образовывавшей вчерашний метеорит. "Это... искажение во времени", - пояснил Ноэль. - "То, что не принадлежит этой эпохе. Думаю, это и есть артефакт".

Последние сомнения в справедливости слов юноши оставили Сэру... Стало быть, перемещения во времени действительно возможны. Но если осмелится она ступить во Врата, то оставит друзей, учеников, селение... кто знает, как надолго? Быть может... навсегда? И... может ли она доверять этому человеку, Ноэлю?

"Я собираюсь открыть Врата этим артефактом, но ты... все еще не доверяешь мне?" - осведомился проницательный Ноэль, будто прочитав ее мысли. - "Вижу по глазам. Если продолжаешь питать сомнения, спрашивай, и я попытаюсь дать тебе исчерпывающие ответы". "К чему стремишься ты сам?" - вопросила Сэра, и Ноэль отвечал: "К будущему, в котором есть люди. Я жил в последние дни существования цивилизации. Был последним родившимся ребенком. Я рос, а все, кого я знал, умирали. Наконец, остался один лишь я. Все их грезы легли бременем на мои плечи. Я стал их последней надеждой. Это было слишком тяжело... поэтому я покинул свой мир. Может, я не мог вернуться назад, не мог всех сделать счастливыми... но я, по крайней мере, могу попытаться изменить будущее так, что человечество сможет выжить в нем. И я ступил во Врата. Я слабо представлял, что меня ожидает. У меня была сокровенная мечта, но не сознавал я, как именно ее реализовать. Но когда я оказался здесь и увидел, как вы здесь живете, я понял, что мечта моя исполнится. В Вальхалле твоя сестра дала мне шанс. Дала мне надежду. Будущее изменить возможно. Эти слова сказала она, и я верю ей".

Сэра искренне поблагодарила Ноэля за этот рассказ; подозрения ее развеялись, как утренний туман. Она доверится этому человеку... и вместе они даруют миру новое, светлое будущее.

...Девушка и спутник ее оставили Нео-Бодам, вновь проделали путь до равнины, возвышались на которой ныне Врата Времени - преобразившаяся аномалия, принятая мирянами за метеор. Сэра заворожено воззрилась на сияющий портал, но Ноэль счел необходимым поинтересоваться: "Ты уверена, что готова? Ведь если мы пройдем во Врата, назад можем и не вернуться". "Я готова", - кивнула девушка. - "Ведь это ни сон, ни обман. Я знаю, моя сестра жива и ожидает меня. Прости, что сомневалась в тебе. Уж кто-кто, а я-то должна была понять, сколь трудно жить, когда тебе никто не верит. Сноу доверился мне... а теперь - моя очередь довериться тебе. И во Врата мы с тобой пройдем вместе". "Я не предам твоего доверия", - с горячностью произнес Ноэль. - "Мы найдем Вальхаллу, обещаю".

К Вратам подоспели верные "Бродяги" - Гадо, Лебро, Маки и Юдж; на руках у последнего мурлыкал котенок Сноу. Гадо признался, это он наточил охотничий нож Лайтнинг: ведь если они отыщут девушку, оружие ей наверняка понадобится. Что до кулона, оказавшегося в мастерской Маки... паренек просто взял его, чтобы приделать к украшению новую цепочку... Стало быть, вещи, обнаруженные Сэрой не на своих местах - результат не аномалий, а искренней заботы друзей, провожающих ее в путь сквозь время.

"Спасибо вам", - улыбнулась Сэра. - "Не знаю, что ждет меня в будущем, между мирами... но я так хочу снова увидеть Лайтнинг! И если мне предоставляется шанс, я им воспользуюсь!" "Иди, конечно, но обещай, что вернешься назад", - молвила Лебро, и Сэра кивнула, перевела взгляд на кристаллический артефакт, который сжимала в ладонях: "Обещаю. Если я буду всей душой верить, может, произойдет чудо".

"Будущее не изменится, если не сделаешь первый шаг", - резонно заметил Ноэль, и Гадо, пытаясь скрыть снедающую его тревогу, осведомился: "Ты ведь знаешь, что делаешь?" "Не совсем", - признался юноша. - "Я впервые сам открываю Врата Времени". "А Сэра?!." - завелся Гадо, но Ноэль, глядя ему прямо в глаза, твердо произнес: "Я буду оберегать ее. Обещаю. Клянусь, я не допущу, чтобы с ней стряслась беда. Поверьте мне. Ради Сэры". Лебро кивнула, коснулась ладонью плеча Габо.

Ноэль и Сэра приблизились к Вратам; ярчайшее сияние исходило от артефакта, и Врата пришли в движение. "Бродяги" отступили, наблюдая, как двое странников во времени поднимаются в воздух... и энергии Врат Времени поглощают их.

И Лайтнинг, продолжающая сражение на закате вечности, знала, что сестра ее всем сердцем поверила в обещание, в будущее, которое не могла увидеть... а она, в свою очередь, поверит в младшую сестру...


Странствие во времени походило на стремительное перемещение по тоннелю, состоящему из массивных дисков, пребывающих в непрерывном движении. Неужто несовершенный человеческий разум подобным образом пытается визуализировать то пространство, существование которого фактически невозможно объяснить?

"Это - Вехи Истории", - поведал Ноэль спутнице, с откровенным восхищением озирающейся по сторонам. - "Перекрестки временного континуума". "Стало быть, именно так ты переместился в прошлое из будущего?" - выдохнула Сэра, и Ноэль кивнул: "Да. Просто пролетел через это ирреальное пространство. А теперь пришла и твоя очередь". Сие измерение, связующее эпохи, выступало границей Вальхаллы, и лишь индивиды, несущие в себе хаос, обладали способностью перемещаться сквозь время; посему, для богоподобных фал'Си Вехи Истории оставались закрыты.


Ноэль Крейс Восхитительное путешествие завершилось довольно скоро, и Ноэль наряду с Сэрой обнаружили себя в обширных руинах некоего города. Девушка сразу же поняла, что находятся они в пределах Кокона, ибо земли Гран Пульса виднелись высоко в небесах. Ноэль восхитился: быть не может, он - внутри легендарного Кокона!

Но в следующее мгновение из недр руин поднялась гигантская рука древнего механизма; с легкостью разламывая окрестные строения, она обрушилась вниз, и путешественники во времени вполне могли бы расстаться с жизнями, если бы не своевременно подоспевшие воздушные корабли. "Замечен "эффект парадокса", - прозвучала передача. - "Цель: "Атлас".

Суда открыли огонь по воспрявшей руке; возникшее было искажение пространства исчезло, и гигантская длань вновь пала - мертвая реликвия давно минувшей эпохи. Солдаты в желтых униформах окружили чужаков, вскинули автоматы, приказывая двоим незнакомцам немедленно сдаться, после чего повели прочь от зоны раскопок, к ставке командования. Из скупых переговоров солдат Сэра уяснила немногое: те полагали, что чужаки каким-то образом связаны с "эффектом парадокса", проявившимся в активации части гиганта Атласа.

Ее и Ноэля поместили в тюремную камеру, выставив у ржавой металлической решетки оной охрану. Немногословный страж сообщил пленникам, что эти руины у кристаллизовавшегося озера Билджи исследует научная организация, именуемая Академией, занятая поисками древних научных секретов и созданная при непосредственном участии финансового советника временного правительства - экономиста Бартоломея Эстхайма. Ведь лишь пять лет минуло со дня кристаллизации Кокона, и человечеству, вознамерившемуся создать социум, базирующийся исключительно на собственной технологии, приходится нелегко. После случившейся катастрофы власть оказалась сосредоточена в руках Гвардейского корпуса и его элитного подразделения, Кавалерии, и сведения о подчинении Правительства фал'Си и расстреле невинных в час Очищения стали достоянием общественности; и сейчас, годы спустя, временное правительство, возглавляемое капитаном Ригди, передавало бразды правления социумом Академии, ратующей за восстановление цивилизации, свободной от владычества фал'Си. Многие из бывших солдат PSICOM вошли в состав Корпуса Безопасности Академии; иные, как то старшина Амодар, продолжали нести службу, защищая людские поселения, что продолжали строиться близ кристаллической колонны.

"Вы двое прибыли на Гран Элеваторе?" - полюбопытствовал страж. Ноэль сути вопроса не уяснил, и Сэра шепотом сообщила ему, что подобное устройство должно связать Кокон и Пульс, и в ее родную эпоху, отстоящую от нынешней на два года, оно лишь созидается.

К стражнику приблизилась молодая девушка, представившаяся Алиссой Зайдель, интерном Академии. Пленников она назвала приглашенными высокопоставленными гостями Академии, и настаивала на их немедленном освобождении. Извинившись за случившееся недоразумение, страж распахнул дверь камеры, и Алисса увлекла Сэру и Ноэля прочь из ставки командования. Зарядил дождь; по пути Алисса рассказывала об аномалиях - странной энергии, искажающей само время, когда поблизости от Врат происходят поистине немыслимые события. Ученые называют подобные явления "эффектом парадокса", и, если подумать, существование Сэры и Ноэля на этом чужом для них временном отрезке тоже можно окрестить подобным образом. Сэра приуныла: она-то надеялась, что немедленно переместится к сестре, однако перекрестки временного континуума оказались куда более извилисты, чем она могла предположить.

Алисса передала Сэре и Ноэлю коммуникаторы сотрудников Академии, но юноша, коему происходящее казалось донельзя странным, не преминул осведомиться: "Почему ты помогаешь нам?" "Я видела, как вы появились из той штуковины", - призналась Алисса. - "Она выступает связующим звеном с иным миром, верно? Здорово, что теперь мы хоть немного понимаем, для чего предназначены эти... Врата".

"Стало быть, помощь нам - часть твоих исследований", - заключил Ноэль, оглядывая руины, сотрудников Академии и солдат, спешащих по своим делам. - "И, полагаю, у тебя остаются вопросы". "Остаются", - призналась интерн. - "О Вратах, о парадоксах". "Но сейчас, когда Атлас сам собой активируются, персонал будет выдворен из руин и шанс получить ответы не представится боле", - продолжал Ноэль, и Алисса заметно помрачнела, утвердительно кивнула. К изумлению Сэры, Ноэль широко улыбнулся, после чего заявил, что проблему с воспрявшим гигантом он берет на себя.

Спутнице он пояснил, что они должны сами исследовать эти руины: как знать, быть может, здесь отыщутся иные Врата, что приведут их непосредственно в Вальхаллу?..

Земля ощутимо содрогнулась, и гигантская ладонь Атласа вновь пришла в движение... но несколько мгновений спустя бесследно исчезла. "Похоже, вновь соприкоснулись две реальности", - высказал предположение Ноэль. - "Атлас исчез то ли в ином мире, то ли в ином времени... Честно говоря, я слышал легенды о том, что Атласа создали люди столетия назад, но относительно моего прошлого! Полагаю, исследователи этой эры заблуждаются, ибо зрят пред собою оружие из будущего!" Ноэль, однако, как ни старался, не мог вспомнить, был ли применен Атлас в одной из войн; по неведомой причине воспоминания его о прошлом сделались донельзя туманны. Одно, правда, он знал наверняка: за столетия до его рождения случился масштабный конфликт, и Кокон рухнул на Пульс; быть может, дабы предотвратить подобную трагедию, они ныне и странствуют во времени?..

Сэра покачала головой: как, все-таки, тесно переплелись между собою эпохи... такое чувство, будто сама реальность трещит по швам, и вот-вот обратится в хаос! Но если предположить, что Атлас действительно не принадлежит этому времени, он может оказаться тем самым артефактом, который необходим им с Ноэлем, чтобы продолжить путешествие по Вехам Истории... К тому же, наблюдали они иные Врата Времени, воплотившиеся в различных кварталах руин, активировать которые покамест возможным не представлялось.

Выйдя посредством коммутатора на связь с Алиссой, Ноэль осведомился, когда впервые в руинах появились Врата, но интерн внятного объяснения дать не могла. "Такое чувство, что они всегда здесь находились", - молвила она, - "и однажды мы их заметили". Ноэль нахмурился: либо все обстоит так, как она говорит, либо... кто-то скрывал порталы до настоящего момента, когда временные линии пересекаются самым причудливым образом. "Определенно, именно Врата Времени вызывают "эффекты парадокса", - говорил Ноэль, размышляя над природой порталов и над причинами их повсеместного появления. - "Я видел, как от них исходят искажающие время энергии". "Возможно, ты и прав", - отозвалась Алисса. - "Но возможно и обратное. Быть может, именно энергия и привела к появлению Врат".

Сэра и Ноэль продолжали спуск в руины, покинутые со времен Великой Войны. То и дело наблюдали они искажения пространства, но мугл Мог, как оказалось, обладал возможностью сглаживать подобные аномалии, восстанавливая пространственно-временную ткань. "Думаешь, мы можем доверять Алиссе?" - спрашивала Сэра, но Ноэль лишь пожал плечами: "Похоже, она использует нас, да? Не стоит на этом зацикливаться. Когда я был ребенком, один человек всегда пытался заставить меня сделать часть своей работы. Однажды он велел мне отправляться с ним на охоту, но я отказался - надоел он мне со своими указаниями. Так, на охоту он отправился один... и больше я его не видел. Возможно, если бы я подчинился и сопровождал его, он мог бы остаться в живых... Поэтому сейчас я стараюсь всем помогать. Это лучше, чем принимать последствия собственного бездействия".

Приближаясь к глубинным пределам руин, они повстречали солдата, который предупредил путников - поблизости был замечен шигай, впервые за долгие годы. Подобной твари находиться здесь не должно в принципе, но факт этот вкупе с "эффектом парадокса" заставляет проявлять повышенную осторожность: как знать, каких еще сюрпризов стоит ожидать в подобном нестабильном пространстве?..

Ожил коммуникатор, и Алисса сообщила Ноэлю, что на поверхности вновь возник Атлас - на этот раз материализация оказалась куда более успешна, хоть и не окончательна, и сотрудники Академии воочию лицезрели иномировое оружие, восставшее во весь гигантский рост. Но, как следовало из показаний сканеров, одновременно с Атласом в сердце руин воплотился иной механизм, и предположила Сэра, оный вполне может оказаться ключом к управлению гигантом. Как же следует поступить - немедленно возвращаться на поверхность, дабы сойтись с могучим Атласом в сражении, или же продолжать спуск, надеясь на то, что им удастся взять оружие под контроль, пока не уничтожило оно все в округе?

Приняв решение продолжать путь к центру руин, Сэра и Ноэль продолжили спуск, лицезрели помянутый Алиссой престранный механизм... когда пространство вокруг исказилось, а соткавшаяся, казалось, из воздуха длань Атласа обрушилась на ужаснувшихся молодых людей... а в следующее мгновение те обнаружили себя в ирреальности иномирья. В восприятии их пространство сие представляло собой бесконечный набор квадратных платформ, простирающихся во все стороны; кое-где виднелись Врата Времени, поблескивали кристаллы...

"Думаю, мы оказались внутри парадокса", - мрачно резюмировал Ноэль, и Сэра в ужасе закрыла лицо ладонями, страшась представить даже, что это может означать. "Временной лабиринт, купо", - пришел на помощь растерявшимся спутником всезнающий Мог. - "Мы должны решить его загадки и найти выход отсюда".

Двое немедленно приступили к исследованию сего пространства - одного из многих временных рифтов, пребывающих во Внешней Пустоте. Довольно скоро определили они верный путь по платформам, ведущих от одних Врат Времени к следующим, и таким образом сумели разрешить возникшую аномалию, после чего обнаружили себя в тот самом помещении в руинах, где прежде были захвачены ею.

Приблизившись к причудливой консоли в центре помещения, Сэра неуверенно коснулась ее ладонью... и вышедшая на связь Алисса сообщила, что Атлас замедлил свои движения. Стало быть, права оказалась интерн, и обнаруженный механизм действительно напрямую связан с управлением оружием, воплотившимся из будущего.

Покинув подземные пределы, Сэра и Ноэль поспешили вернуться на поверхность руин, где воочию лицезрели манифестацию гиганта, Атласа - оружия, кое будет создано много лет спустя исследователями Академии для противостояния фал'Си, пробудить которых попытаются силы, ратующие за возрождение старого Кокона... К счастью, сигнал, посланный Сэрой с сенсорной панели управления, блокировал большинство оружейных систем гиганта, и повергнуть его не составило труда.

С уничтожением Атласа парадокс исчез бесследно, и руины древнего града вернулись в свое изначальное состояние. Наблюдая за тем, как окружение их обретает завершенность, Сэра гадала, что изначально могло стать причиной возникновения эффекта парадокса. "Возможно, кто-то пытается изменить историю и смешать временные линии", - предположил Ноэль. - "Потому здесь и появились столь неожиданно как Атлас, так и Врата". "Быть может, этот "кто-то" и ответственен за исчезновение Лайтнинг?" - риторически вопросила Сэра, и Ноэль согласно кивнул: "Вполне вероятно. Ты ведь помнишь встречу со своей сестрой, верно? Твои воспоминания относятся ко времени перед тем, как весь континуум разладился". Однако вопрос о том, почему воспоминаниями сими обладает лишь Сэра, так и оставался без ответа.

Поблизости молодые люди обнаружили кладбище, прежде сокрытое от исследователей эффектом парадокса. Приблизившись к одному из каменных могильных камней, Ноэль узрел выбитую у основания эпитафию: "Здесь покоятся невинные жертвы, отринутые и изгнанные. Да отыщут их души путь, который ведет домой". "Отринутые..." - прошептала Сэра. - "Должно быть, жертвы Очищения".

Подоспевшая Алисса подтвердила догадку девушки, поведав о том, что погребена здесь ее подруга, пытавшаяся в час Очищения бежать от безжалостных солдат Правительства. "Я одна из тех, кто сумел выжить", - со слезами на глазах молвила интерн. Сэра молчала, отведя взгляд; ведь отчасти и ее вина в том, что Очищение свершилось - тогда она оказалась обращена в эл'Си, что и стало причиной объявшей Кокон истерии. "Пять лет назад город Бодам был блокирован армией", - продолжала изливать душу Алисса, не замечая смятения собеседницы. - "Я как раз находилась там, навещала подругу. А затем разразился ад. Мы бежали и спрятались в подвале и иными горожанами. Но когда солдаты уже покидали город... потолок нашего убежища рухнул. С тех пор меня постоянно преследует один и тот же сон. Я лежу под завалом. Вокруг темно, мне больно, трудно дышать. А затем душа моя отделяется от тела и вижу я перед собой эту самую могилу. Но имя, выбитое в камне... мое собственное. Я столько раз видела этот сон, что стала сомневаться: быть может, я действительно умерла в тот день. А нынешняя жизнь моя - не более, чем иллюзия". Что-то подобное ощущала и сама Сэра...

Опустившись на колени перед надгробьем, Алисса тихо молвила: "Даже если все они забудут... я не смогу забыть никогда". Мысленно слова ее повторила Сэра, всем сердцем сопереживающая несчастной девушке; события пятилетней давности оставили шрамы в душах каждого из них... Если бы в тот судьбоносный день она прошла мимо иноруин... тогда, быть может, и не обратилась бы в эл'Си, и не случилось бы Очищения... Может ли она надеяться искупить страдания, причиненные мирянам?..

Ноэль напомнил спутнице, что теперь, когда парадокса в сей временной линии не существует боле, им необходимо сосредоточиться на поисках артефакта и активации одних из Врат Времени... С помощью мугла обнаружить не принадлежащую сей эпохе реликвию удалось довольно скоро, после чего Ноэль и Сэра поспешили к одним из Врат, вернувшись посредством оных в ирреальность Вех Истории. Девушка не понимала, почему обладает способностью восстанавливать временные аномалии... но то - лишь один вопрос из многих, ответа на которые у нее не было. Конечно, хотелось бы сразу же оказаться там, где ожидает Лайтнинг, но... в свете последнего приключения надеяться на подобную удачу не приходилось. "Как считаешь, где мы окажемся - в прошлом или в будущем?" - обратилась Сэра к Ноэлю, но тот лишь передернул плечами: "Без понятия. Со всеми этими перемещениями я уже не уверен, где мы можем оказаться. Но прошлое - то, что делает нас теми, кто мы есть, определяет нас как людей. Будущее - то, к чему мы стремимся, то, что можем надеяться изменить. Неважно, как все было непросто, без прошлого я не стал бы тем человеком, которого ты видишь перед собой. Поэтому, Сэра, ты не должна считать, что мы теряем время, посещая различные эпохи. Даже если мы не достигнем сейчас Вальхаллы, каждый избранный нами путь по своему ценен". "Да, наверное, ты прав", - улыбнулась девушка.


...Реальность предстала странникам неожиданно, и двое с изумлением лицезрели солнечное затмение, омрачающее горную гряду одного из регионов Гран Пульса. "В древние времена фал'Си поглотил свет", - припомнил Ноэль одно из преданий своего времени, - "тьма объяла небо и знала земля лишь ночь. 500 лет назад относительно моей эпохи воспрял гигантский фал'Си и на некоторое время затмил собою солнце". "Стало быть, это событие должно произойти через 200 лет после кристаллизации Кокона", - медленно произнесла Сэра, пытаясь сопоставить слова Ноэля с наблюдаемым явлением.

Похоже, однако, что пребывают они в ином временном отрезке, ибо затрагивало затмение лишь ограниченную область поверхности. Судя по всему, очередной парадокс... Решив не предаваться досужим домыслам, а попытаться все выяснить наверняка, Ноэль и Сэра устремились к близлежащим руинам древнего города. Девушка рассказывала спутнику, что ее сограждане лишь начали постигать тайны погибшей цивилизации Гран Пульса, но, похоже, ныне исследования идут полным ходом, если судить по активности, наблюдающейся у развалин.

Молодых людей приветствовал один из исследователей Академии, с готовностью сообщил, что находятся они на горном массиве Ящас, что в южных пределах Гран Пульса, и на дворе - десятый год от кристаллизации Кокона. Человеческая цивилизация продолжает развиваться; механизмы, прежде приводимые в действие фал'Си, ныне базируются на новых технологиях. В вопросах управления социумом лидирующую роль продолжает играть Академия, пытающаяся разрешать пространственно-временные парадоксы, которые - увы! - продолжают возникать с завидным постоянством... как, например, недавнее затмение.

Поблагодарив словоохотливого исследователя за предоставленные сведения, Сэра и Ноэль углубились к сердцу руин города Паддра, стараясь держаться подальше от монстров, рыщущих в округе. К изумлению своему, лицезрели путники стремительно расширяющийся рифт в ткани реальности, и гиганта, силящегося ступить в оный. Не ведали они, что зрят пред собою могучего Алоейдая, смертного врата Гогмагога, исторгнувшего последнего во Внешнюю Пустоту. К счастью, рифт оказался нестабилен, и двое сумели противостоять гиганту достаточное время для того, чтобы разрыв в реальности начал исчезать.

Понимая, что поражение неизбежно, Алоейдай взревел, создал пространственную воронку, и осознали ужаснувшиеся противники гиганта, что наряду с оным затягивает их в рифт!.. Бумеранг ударил в голову иномировой твари, и та обмякла, после чего оказалась исторгнута из этого пласта реальности; искривление пространства прекратилось.

Бумеранг же вернулся в ладонь среброволосого молодого человека, с интересом разглядывавшего странников во времени, все еще приходящих в себе после противостояния. "Подобные пространственно-временные воронки обычно нейтрализуются электромагнитным полем", - буднично произнес он, с искренней улыбкой обернулся к Сэре: "Привет. Давненько не виделись". "Хоуп? Это ты?" - выдохнула девушка, и молодой человек утвердительно кивнул: "Рад, что ты меня не забыла".

Ноэль просил спутницу познакомить его с их спасителем, но тот представился сам: "Директор исследовательского отряда "Альфа" Академии, Хоуп Эстхайм. А ты, должно быть, Ноэль". "Откуда знаешь?" - с нескрываемым подозрением осведомился Ноэль, и Хоуп пояснил: "Вы с Сэрой пару лет назад появились у руин Билджи. После чего мы провели исследование Врат и пришли к выводу, что в будущем вы окажетесь здесь. Благодарить за это стоит, в первую очередь Алиссу. Честно говоря, не думал, что перемещение во времени возможно, но вы - лучшее тому доказательство... И я рад, что ты здесь, Сэра. Ведь для меня время словно остановилось. Всех, кого я знал... больше нет рядом".

В глазах Хоупа блеснули слезы; отвернувшись от внимавших ему молодых людей и устремив взор в пространство, он продолжал: "Сэра исчезла. И Сноу. И Саж со своим мальчуганом... Все вы исчезли из моей жизни... И вот прошло уже 10 лет". Сэра не знала, что на это ответить: для нее самой минуло лишь несколько часов!.. "Когда несколько лет назад начали возникать парадоксы, я подумал, что если смогу разрешить их, вы все вернетесь назад", - продолжал Хоуп.

Он оказался внимательным слушателем, а Сэра рассказала ему все без утайки - об исчезновении Лайтнинг, о Сноу, отправившемся на поиски ее старшей сестры, и о Ноэле, пришельце из будущего. Весть о появлении странников во времени, которых и дожидался директор, стремительно облетела лагерь исследователей Академии, и чуть позже к ним присоединилась Алисса Зайдель; похоже, девушка имеет на Хоупа вполне определенные виды, и с тех пор, как бывшая одноклассница Эстхайма - Элида Кармик, певица, родом из Палумполума, - познакомила их, не отходит от молодого человека ни на шаг...

Сэра закончила рассказ, и Хоуп предложил ей проследовать вглубь руин, ибо кроется там нечто весьма интересное. Следуя по возведенным учеными платформам, девушка заметила остов гигантского фал'Си, который, по уверениям Хоупа, был тесно связан с народом Паддры, и ныне находятся они в центре некогда великого королевства "Видящих". "Видящих?" - поразился Ноэль. - "И они были столь многочисленны, что сумели построить целый город?" "Согласно нашим исследованиям, они представляли собой целую нацию, правила которой провидица", - пояснил Хоуп новому знакомому, и тот, в восхищении воззрившись на древние руины, тихо прошептал: "Можешь ли ты помыслить... Юл? Я нахожусь здесь..."

"Право на правление всегда передавалось от одной провидицы к следующей", - продолжал рассказывать Хоуп, не замечая смятения Ноэля. - "Каждая из них брала имя "Юл". "Но если они могли заглядывать в будущее, почему же народ их погиб?" - озадачилась Сэра. - "Провидицы же могли предвидеть опасность и сделать что-нибудь, чтобы ее избежать!" "Нет, они были уничтожены именно потому, что могли зреть будущее", - молвила Алисса, и Хоуп, согласно кивнув, изрек: "Провидица Юл предвидела разрушение города в будущем. Некоторые миряне возжелали попробовать предотвратить катастрофу. Иные полагали, что следует просто оставить дома и бежать. Кое-кто отчаялся и вовсе свел счеты с жизнью. Жители схлестнулись друга с другом; нацию расколола гражданская война". "Заглядывать в будущее чрезвычайно опасно", - обратилась Алисса к помрачневшим гостям, и Ноэль, угрюмо кивнув, молвил: "Уж я-то знаю. Держава распалась, и выжившие бежали в дикоземье, избегая всяческих контактов с иными нациями".

Также поведал Хоуп, что среди древних письмен им удалось обнаружить свидетельства, указывающие на нападение на Паддру могучего монстра, угаллу. Многие эл'Си и сильнейшие воины племени выступили против твари, но не сумели одержать верх над нею. И лишь провидицы Паддры, Нсу-Юл, знала истинные масштабы угрозы, ибо угаллу - монстр из будущего, и само присутствие его на сем временном отрезке было аномалией. Понимая, что существование чудовища рано или поздно приведет к поглощению всего королевства разрывом в пространственно-временном континууме, провидица приняла судьбоносное решение - презрев собственные клятвы, она заточила угуллу во Внешней Пустоте.

Наконец, они достигли здания, в котором находился артефакт, обнаруженный исследователями в сердце парадокса - "устройство-оракул". "Но как вы?!." - вырвалось у Ноэля, с изумлением воззрившегося на чудесный объект, и Хоуп с надеждой вопросил: "Ты знаешь о подобных устройствах?" Усилием воли взяв себя в руки, Ноэль лишь пожал плечами, пробормотав: "Читал что-то в книгах..."

Не скрывая досады, Хоуп вновь обернулся к объекту. "Похоже, устройства-оракулы - древние механизмы для записи и хранения информации", - продолжил он. - "Здесь, на раскопках, мы обнаружили несколько подобных устройств. Однако, записи отражают... то, что невозможно в принципе".

Выступив вперед, Ноэль коснулся устройства-оракула, активировав его. Кристалл на лбу находящегося в отдалении остова фал'Си воссиял, и в ночном небе предстала проекция записи... отражающая недавние события - кристаллизацию Кокона!.. Образы стремительно сменяли друг друга, но Сэра заворожено наблюдала Рагнарёк, медленное падение Кокона, сотворение кристаллической колонны... и, наконец, Лайтнинг.

"Мы отыскали это устройство в древнейшем квартале руин", - резюмировал Хоуп, когда трансляция завершилась. - "Запись была сделана несколько столетий назад. Кто-то в прошлом сумел записать видение грядущего. Возможно, это сделала сама провидица, Юл... Но меня заботит иная запись".

Хоуп возобновил трансляцию, и ныне наблюдали присутствующие за образом облаченной в доспехи Лайтнинг, пребывающей на каменистой равнине во главе армии механических монстров. Пламя низвергалось с небес, и в хаосе рушащегося мироздания дева скрещивала клинки с темным воителем...

Единственное объяснение существованию подобных записей - эффект парадокса. Поскольку сам пространственно-временной континуум искажен в этой области, он оказывает прямое влияние на устройство-оракул. Но если парадокс удастся устранить, быть может, запись изменится и явит им новую информацию?..

Хоуп передал Сэре кристаллический артефакт, обнаруженный в руинах; исследователи Академии пытались было активировать с его помощью одних из Врат Времени, но безуспешно. Девушка понимала, по какой причине молодой директор счел необходимым продемонстрировать ей устройство-оракул: все эти годы он посвятил себя поискам Лайтнинг, и, обнаружив подобную запись, получил призрачный намек на ее нынешнее местонахождение.

Простившись с Хоупом и его очаровательной спутницей, Ноэль и Сэра устремились к следующим Вратам, дабы возобновить странствие свое по Вехам Времени. Ноэль оставался мрачен и сосредоточен, но когда Сэра осведомилась - в чем дело, лишь упрямо качнул головой: "Это личное". "Дело в провидице?" - не отставала девушка, и Ноэль невольно улыбнулся, признавая проницательность спутницы: "Угадала... Видишь ли, Лайтнинг сказала мне, что из Вальхаллы видит весь ход истории". "Если это так, то Лайтнинг и провидица из Паддры видели одно и то же!" - воскликнула Сэра, но следующая мысль, озвученная ею, была несколько... пугающей: "Стало быть, Лайтнинг знает, что произойдет с нами..."

Они покинули эту эпоху посредством Врат, но вопросы оставались... как, впрочем, и всегда. Посему-то история о провидицах из Паддры встревожила Ноэля, а Сэра гадала: действительно ли зрела она в древней записи свою сестру, сошедшуюся в сражении с темным воителем?.. Пусть на данном этапе им не удалось разрешить вызвавший затмение парадокс, они непременно вернутся в эту эпоху... и узнают истину...


Иной временной отрезок явился странникам... и Сэра вскрикнула, объятая ужасом. Они с Ноэлем находились на равнине, устланной кристаллической пылью, но знакомое голубое небо заменила бездна ирреальности, перемежающаяся островками тверди. Казалось, весь мир расколот на части... Далекое ли это будущее, когда мир будет уничтожен?.. Или же - прошлое, в котором мира цельного еще попросту не существует?..

На помощь растерявшимся молодым людям пришел многомудрый Мог, сообщив о том, что парадокс в сей эпохе воздействует на сам континуум; прошлое и будущее тесно переплелись и оказались замкнуты сами на себя.

С превеликой осторожностью Ноэль и Сэра приступили к исследованию чрезвычайно нестабильного пространства, в то время как мугл продолжал наставлять спутников. По словам сего создания, находятся они в Оербе - области на севере Гран Пульса, укрытой кристаллической пылью, сохранившей шрамы древней войны. Академия ограничила доступ к сей территории, ибо то - священная земля, родина двух героинь, обратившихся в кристаллы и удерживающих Кокон в небесах. Но сейчас, 200 лет спустя после кристаллизации Кокона, Оербу всецело поглотил межпространственный рифт, что привело к возникновению множества аномалия.

То и дело, в точках сильнейшего искривления пространства, путники обнаруживали себя во Временных Рифтах, и лишь разрешая загадки оных, восстанавливали осколки мироздания. Как следствие, продвижение по землям Оербы проходило весьма и весьма неспешно...

Исследуя застывшие во времени руины селения Оерба, Ноэль и Сэра сумели развеять парадокс, вернув область Гран Пульса из межпространственного рифта в мир. "Здесь они жили прежде", - говорила девушка, рассказывая спутнику о Ванилле и Фанг. - "Они спали долгие столетия, пробудились же в мою эпоху... Явившись из Гран Пульса, они выступили спасителями Кокона. Но теперь они навечно слились с кристаллической колонной Кокона". "То есть, прошли через время, дабы спасти будущее?" - осведомился Ноэль, и Сэра кивнула: "Да. Можно и так сказать". Действительно, одиссея уроженок Оербы чем-то походит на их собственное нынешнее начинание...

Продолжая поиски артефакта, что позволит им продолжить странствие во времени, молодые люди заметили на крыше одного из зданий устройство-оракул. "Остановись!" - прозвучал женский голос, но Сэра уже прикоснулась к механизму ладонью, и проекция, возникшая в воздухе, отразила эпизод их счастливого воссоединения с сестрой, случившегося сразу же после кристаллизации Кокона... А затем... Лайтнинг, противостоящая темному воителю в ином пространстве, иной реальности... Сэра, рыдающая у основания кристаллической колонны в окружении друзей, не помнящих о том, что Лайтнинг только что была вместе с ними...

Стало быть, воспоминания Сэры действительно истинны, и некий фактор повлек за собою изменение реальности, что привело к исчезновению Лайтнинг!.. "Если изменяете будущее, то изменяется и прошлое", - произнес глубокий голос, и взору Ноэля и спутницы его предстал темный воитель - Кайес. - "Перемены постоянны".

"Я видела вас обоих", - тихо молвила среброволосая девушка, прежде пытавшаяся предотвратить активацию устройства-оракула, и глаза Ноэля, заметившего ее, расширились от изумления: "Юл?.." "Я не та Юл, которую ты знаешь", - качнула головой дева, и, приблизившись к Кайесу, замерла подле темного воителя, коий не преминул заметить: "Юл существует множество".

Ноэль был столь обескуражен происходящим, что мог лишь растерянно созерцать представшую им странную пару. В человеке, названным Ноэлем "Кайесом", Сэра узнала безжалостного противника Лайтнинг, сражение той с которым лицезрела она в видении. Но... что он делает в этой эпохе?.. "Странствуя во времени, я узнал о вас", - поведал темный воитель, обнажая клинок. - "Юл наблюдала за всеми вашими действиями. Думаю, вы понимаете значение этого факта, ровно как и то, что я нахожусь здесь не без причины. За свое бездумное вмешательство в ход событий вы должны быть наказаны, ибо я стремлюсь сохранить целостность времени! И за свершенные злодеяния вы заплатите кровью!"

Кайес атаковал, и с легкостью поверг обоих противников. "Кайес..." - прохрипел Ноэль, силясь подняться на ноги. - "Я не хочу сражаться с тобой..." "Времена изменились", - процедил тот, занося клинок для последнего удара. - "Я не тот Кайес, которого ты знал когда-то... Изменять историю - страшный грех".

"Слишком поздно", - тихо молвила Юл, все это время издали наблюдавшая за противостоянием. - "Временная линия уже изменена". Отступив от Ноэля, Кайес вонзил клинок в землю, опустился на колено перед провидицей. "Но... должны ли мы это принять, Юл?" - вопросил он, и дева кивнула, произнесла, устремив взгляд в пространство: "Если изменяете будущее, то изменяется и прошлое. Вы можете воссоздать историю так, как посчитаете нужным".

"Пойдем... пока тебе не пришлось узреть больше", - предложил Кайес, и, обняв провидицу за плечи, взмахнул рукой, разорвав пространство и образовав рифт, посредством которого оба покинули сию эпоху. До глубины души изумленные неожиданной встречей, Ноэль и Сэра еще долго не могли придти в себя...

"Кто он, этот Кайес?" - вопросила девушка, и Ноэль неуверенно отвечал: "Я думал, что узнал его. Но не думаю, что это тот человек, что был мне знаком. Тот не может быть здесь... в этой эпохе... А вот Юл... была той же. То же лицо, тот же голос... Но она не знала меня". Опечаленный, Ноэль просил Сэру не приставать к нему с дальнейшими вопросами касательно встреченной провидицы; со временем он сам все расскажет...


Разыскав артефакт, они покинули Оербу, и, странствуя по Вехам Истории, обнаружили, что успешное разрешение парадокса в далеком будущем действительно изменило прошлое, что привело к сотворению новой временной линии, параллельного мира. Посему, вернувшись в год 10 после кристаллизации Кокона, лицезрели странники по времени, что затмения над горным массивом Ящас не существует в сем пространстве. Быть может, именно об этом пыталась сказать им Юл - "Если изменяете будущее, то изменяется и прошлое"... Ибо континуум устроен так, что при изменении будущего выстраивается иным образом и череда предшествующих событий, дабы сохранить логику временной линии; преображаются даже воспоминания смертных.

Надеясь, что экспедицию Хоупа обнаружат они в руинах Паддры, путники устремились в означенном направлении, однако к удивлению своему лицезрели на горной тропке провидицу Юл. "Вы встречали иную Юл, из будущего", - просветила та Сэру, когда осведомилась та, воспользовалась ли провидица Вратами Времени, чтобы оказаться здесь. Ноэль тяжело вздохнул, поинтересовался: "Стало быть, я тебе не знаком?" "Я знаю о вас", - молвила Юл. - "Я наблюдала за вами обоими".

"То есть, ты можешь видеть будущее?" - уточнила Сэра, и отвечала провидица: "Я могу следить за временной линией. Я вижу будущее и направляю иных на верный путь. Я здесь, чтобы убедиться в том, что я уже знаю". В очах Юл вспыхнули золотые огоньки, и, обратившись к Сэре, изрекла она: "Мы с тобой одинаковы. Ты тоже можешь направлять иных".

Не прибавив ничего к сказанному и игнорируя настойчивые вопросы Сэры, провидица устремилась прочь. Стало быть, в этой эпохе существует иная Юл... но Сэра отказывалась понимать, что та хотела сказать своими словами. Одинаковы... в чем? Означает ли это, что судьба ее - отыскать истинную временную линию, изменяя будущее?..

Заметив подле руин исследователей Академии, Сэра облегченно вздохнула: она предполагала, что в этой реальности, где парадокс не случился, отряда Хоупа может и не быть в древней Паддре... к счастью, ошибалась. Поскольку странники во времени прежде сей параллельный мир не посещали, воспоминаниями о них ученые не обладали; встреча Сэры с Хоупом прошла так же, как и в прошлый раз - первое воссоединение за десятилетний период времени. Девушка не поленилась вновь поведать молодому человеку историю их с Ноэлем путешествия во времени, а также рассказала об устранении затмения, вызванного эффектом парадокса.

Нсу-Юл Хоуп поверил каждому ее слову, после чего активировал устройство-оракул, явив Сэре сохранившееся в памяти реликвии визуальное пророчество... вот только отличалось оно от того, что девушка видела прежде. Представшая картина отражала продолжающееся противостояние Лайтнинг и темного воителя, Кайеса - вне всякого сомнения, видение будущего.

"В моих воспоминаниях Лайтнинг исчезла сразу же после битвы с Орфаном", - напомнил Сэре Хоуп. - "Но она продолжает жить в какой-то из будущих эпох". Юноша был уверен, что рано или поздно Сэра отыщет старшую сестру; в конце концов, его самого ей удалось найти!.. "Наконец-то многолетние исследования принесли плоды", - продолжал воодушевленно говорить Хоуп. - "Ведь этому устройству-оракулу несколько сотен лет, однако образы, хранящиеся в его памяти, отражают Кокон, поддерживаемый кристаллической колонной. Это казалось совершенно невозможным! Невозможным... но фактом. Тогда-то я и понял, что должен сделать. Если странствовать во времени и заглянуть в будущее возможно, стало быть, возможно отправиться в прошлое и изменить его. Я хотел изменить историю, изменить к лучшему мир. Вернуть не только Лайтнинг, но и Ваниллу, и Фанг... и мою маму". "Так вот какова цель твоих исследований", - выдохнула Сэра, и Хоуп, покачав головой, молвил: "Стремление к невозможному, должно быть. Но ты заставила меня кое-что осознать. Теперь я точно знаю, что мы не одни, кто встревает в происходящие на разных временных отрезках события. Ибо прошлое уже было изменено. Сэра, ты единственная, кто помнит о том, что Лайтнинг выжила при падении Кокона..."

Он осекся, ибо устройство-оракул неожиданно активировалось, явив присутствующим новый фрагмент сохраненного в нем пророчества. Продолжается противостояние Лайтнинг и Кайеса, но последний сотворяет разрыв в реальности, и зрит пораженная дева, как рушится кристаллическая колонна, и Кокон низвергается на земли Гран Пульса...

"Что это?"- в ужасе вопросила Сэра, не в силах отвести взгляд от пугающей картины. - "Пророчество оказалось... перезаписано?" "Не обязательно перезаписано", - задумчиво возразил Ноэль. - "Возможно, это изначальное пророчество, восстановленное... Быть может, наблюдали мы продолжение первой записи". "Если это видение будущее, то означает оно, что однажды Кокон падет", - Сэра все никак не могла придти в себя от увиденного; одно дело - узнать о низвержении Кокона от Ноэля, совсем другое - наблюдать сей судьбоносный момент собственными глазами. Но... неужто за неминуемым падением Кокона стоит Кайес?..

Алисса в панике бросилась к Ноэлю, спрашивая, скоро ли произойдет катастрофа, и успокоилась, лишь узнав, что отстоит она от нынешней эпохи на несколько столетий... Но Сэра, зная, что падение Кокона приведет в итоге к гибели человеческой цивилизации, вознамерилась во что бы то ни стало предотвратить грядущее бедствие. Ведь им по силам изменить будущее!..

Алисса резонно поинтересовалась, каким образом Сэра собирается осуществить сие благое намерение: неужто отправится она прямиком к низвергающемуся Кокону и сама удержит его?.. Не обращая внимания на откровенный сарказм коллеги, Хоуп предположил, что, возможно, это и не требуется, ведь будущее определяют деяния, вершащиеся здесь и сейчас. "Зная о падении Кокона, мы можем заняться этим вопросом немедленно", - говорил директор. - "Начать необходимые исследования, дабы в случае неизбежного минимизировать масштабы трагедии - защитить планету и спасти множество жизней". "Что ж, начинай", - улыбнулся Ноэль, приветствуя энтузиазм Хоупа. - "А мы попытаемся исправить ситуацию там, в будущем".

"Да! Давайте изменим будущее!" - воскликнул Хоуп, и испытала Сэра необъяснимую тревогу, ибо в разуме вновь зазвучали слова, сказанные Кайесом, и походящие на злое пророчество: "Если изменяете будущее, то изменяется и прошлое". Не замечая смятения девушки, Хоуп продолжал говорить о новом начинании, но... порой будущее оказывается гораздо страшнее прошлого...

Вернувшись к разговору о Лайтнинг, Ноэль поведал Хоупу, что повстречал девушку в Вальхалле, незримом мире, где та велела ему разыскать Сэру. Возможно, Лайтнинг стремился восстановить нарушенную временную линию, поэтому и даровала сестре возможность странствия по Вехам Истории. Хоуп с подобным предположением согласился, отметив, однако, что великое множество вопросов остаются безответны...

Ноэль не ведал, является ли пророчество, явленное им устройством-оракулом, истинным будущим, поскольку отличалось оно от того, кое было ведомо ему. На что Хоуп заметил: "Мы уже выяснили, что когда случается парадокс, образы, транслирующиеся устройством, становятся смазанными и нечеткими. Думаю, по этой же причине твои ты утрачиваешь определенные воспоминания, ведь временная линия продолжает претерпевать изменения". Ноэль согласно кивнул: это объясняет его нынешнюю... забывчивость; ведь порой возникает чувство, что парадокс пребывает в его собственной голове.

Подводя итог выясненному, Хоуп резюмировал: "Устройство-оракул записывает истинное будущее, но иногда оно оказывается подвержено изменениям. В итоге и записи, и воспоминания искажаются. И это - важнейшее свидетельство того, что историю действительно можно изменить".

Прощаясь с Сэрой, Хоуп заклинал ее верить в будущее, ведь она обязательно вернет своих любимых. Окрыленная надеждой, девушка молвила: "Я отправилась в это странствие, надеясь разыскать сестру. Но теперь... я хочу спасти будущее!" "Как и я", - отвечал Ноэль...

Покинув сию реальность с помощью очередного обнаруженного артефакта, молодые люди продолжили странствие во времени. И не ведали они, ступая во Врата, что в эпохе, только что ими покинутой, на руках Кайеса скончалась провидица Юл. Устремив исполненный мрачной скорби взгляд на сияющие Врата, темный воитель прошептал: "Сколько раз я должен наблюдать это?.."


На этот раз потоки времени привели их в пространство во Внешнюю Пустоту - тварное пространство между Вратами. Здесь, в вековечном сумраке, до самых горизонтов простирались руины, донельзя походящие на Вальхаллу... однако не являющиеся ею, ибо измерение сие являло сбой лишь тень незримого мира. Похоже, временные потоки не прямы, но извилисты, и нынешний привел их в тупик... Да, отыскать Лайтнинг, похоже, окажется непросто...

Сэра присела отдохнуть подле поблекшего массивного трона; чуть позже они вновь ступят во Врата, но постоянные перемещения между эпохами утомили девушку. "В моем народе из поколения в поколение передавалась легенда о богине", - заговорил Ноэль, нарушая царящую во Внешней Пустоте звенящую тишину. - "Мы говорили: "Некогда не сдавайтесь, ибо богиня Этро присматривает за вами, но помогает лишь тем, кто помогает себе сам".

Сэра усмехнулась, понимая, что спутник лишь пытается подбодрить ее. "Не очень-то похоже на легенду", - молвила она. - "Скорее, здравый смысл". "Просто продолжай убеждать себя в том, что, в очередной раз ступив во Врата, мы непременно приблизимся к Лайтнинг", - отвечал Ноэль.

Вскоре двое покинули сию тень Вальхаллы, вернувшись на Вехи Истории и продолжив путь к следующему временному отрезку; следуя замечанию Ноэля, Сэра продолжала уповать на то, что родной человек, не видела которого она долгие годы, вот-вот встретится ей...


Но теперь ждало их далекое будущее, и перенеслись странники во времени в год 300 после кристаллизации Кокона, оказавшись в башне Августа. Возведенная в 13 году исследователями Академии, эта массивная структура под управлением развитого искусственного интеллекта должна была стать центральным комплексом по обработке и хранению информации. Однако сейчас, столетия спустя после создания, система ИИ вышла из-под контроля - результат атаки, последовавшей из будущего. Исследователи попыталась было отключить систему управления башней, но было поздно; искусственный интеллект обрел контроль над большей частью систем Академии.

Появление в стенах башни Августа двух индивидов стало испытанием для логики ИИ, ибо факт одновременного сосуществования людей, принадлежащих разным эпохам, невозможен, но если подобное все-таки произошло, стало быть, противоречия, что возникнут в истории, могут привести к краху мироздания. ИИ пришел к выводу, что ситуация требует дополнительного анализа, но первая гипотеза предполагает, что двое прибывших создали аномалию во времени и являют собой воплощение парадокса.

Исследуя башню, Сэра и Ноэль отметили, что воздействие извне обратило коридоры Августа в лабиринт, а охранные роботы, находящиеся под контролем ИИ, атаковали чужаков, лишь завидев... Разрешить аномалии в системе они сумели, но так и не выяснили, кому понадобилось осуществлять из будущего захват систем башни, и с какой целью?..

Тем временем ИИ завершил анализ странников во времени, отметив, что действия их привели к тому, что одно из возможных будущих оказалось стерто из временной линии. Стало быть, эти двое представляют собой серьезную угрозу континууму, и подлежат незамедлительному устранению.

Добраться до вершины башни Августа Ноэль и Сэра так и не сумели, ибо ключевые элеваторы структуры оказались блокированы; посему молодым людям не оставалось ничего другого, как вернуться к Вратам Времени, дабы продолжить странствие по Вехам Истории...


Путешествие во времени завершилось, и двое обнаружили себя в сердце диких джунглей. Множество подобных на плотоядные томаты фланов пребывало в округе, а людей не было видно вовсе. Ноэль покачал головой: подобный "конец света" не походит на его собственную эпоху...

Неожиданная вспышка боли заставила Сэру прижать ладони к вискам, опуститься на колени. "Дщери павшего Кокона принесены в жертву тварям, кои искажают само время", - нараспев произнесла она, устремив в пространство отрешенный взгляд. - "Колонна рушится на пепельный песок, и наземь низвергается Кокон". Видение снизошло на нее: Сноу, противостоящий гигантскому флану...

В ужасе Сэра бросилась прочь, а Ноэль, пораженный до глубины души, провожал ее взглядом. Неужто спутница его обладает способностями к предвидению... как и Юл?.. Но почему проявились они именно сейчас?..

Устремившись следом за девушкой, Ноэль продирался сквозь джунгли, а, выбежав на поляну, лицезрел Сэру, обнимающую израненного молодого человека подле упирающейся в землю кристаллической колонны; чуть поодаль возвышалось чудовище - симбиоз растительного и животного начал. "Сэра! Это действительно ты?" - прохрипел Сноу, нежно проводя ладонью по щеке нареченной. - "Или ты снова мне снишься?"

Однако времени на разговоры не было, ибо флан, вознамерившийся пожрать беспечных людишек, ожидать не собирался. К счастью, Ноэль подоспел вовремя, и наряду с Сэрой и Сноу атаковал чудовищное порождение. Оное удалось повергнуть, но заметили трое, что на поляну стекаются маленькие плотоядные фланы, сливаясь воедино, дабы вновь образовать гигантскую особь...

Следуя настоянию Ноэля, Сэра и Сноу бежали прочь, и остановились лишь тогда, когда угроза осталась позади. "Знаешь", - обратился Ноэль к новому знакомому, - "горячие головы, которые не знают, когда следует отступить, долго не живут на этой планете". "Может быть", - усмехнулся Сноу. - "Но иногда стоит принять бой". "Ты меня не слушаешь", - процедил Ноэль, чувствуя, как в душе закипает раздражение. - "Люди не сильны. Их легко убить". "Ну, некоторые из нас сильнее, чем другие", - возразил Сноу, и Ноэль нахмурился: и как Сэра могла влюбиться в столь легкомысленного субъекта?!.

"Я столько слышал от Сэры, какой он классный парень, этот Сноу", - произнес он. - "А ты взял да оказался здесь, в далеком будущем". "А ты сам чем думал, когда приводил Сэру сюда?" - завелся Сноу. Сэра примирительно положила ладони на плечи обоим молодым людям, прожигающим друг друга взглядами, после чего поведала Сноу обо всем, что с ней приключилось после того, как молодой человек покинул Нео-Бодам, отправившись на поиски Лайтнинг... Сноу, в свою очередь, просветил прибывших, что находятся они в Санлесе - прежде, заповеднике, находившемся под надзором фал'Си, - где среди руин городов Кокона истовое буйство флоры и фауны достигло расцвета. В эту эпоху, отстоящую на 300 лет от образования кристаллической колонны, потрясения преображают мир человека, а природа непременно берет свое.

"Лайтнинг появилась и в моих снах", - признался Сноу. - "Она сказала, что я должен защитить Кокон. И я начал перемещаться во времени... а вскоре узнал, что именно этот гигантский флан и низвергнет Кокон". "В мою эпоху легенды гласят, что Кокон пал в разгар войны", - задумчиво произнес Ноэль, но Сноу лишь отмахнулся: "Ну, значит причин тому несколько. Вы видели, что творит твой флан? Он кусочек за кусочком поглощает кристаллическую колонну". "Но Ванилла и Фанг внутри нее!" - воскликнула Сэра, и Сноу утвердительно кивнул: "Верно. Но в результате происходящего люди ощутят дрожь под ногами, начнут паниковать... а после вцепятся друг другу в глотки". "Да, это в какой-то мере совпадает с тем, что мне известно", - признал Ноэль. Действительно... нынешняя эрозия может ослабить кристаллическую структуру колонны, а последующая война приведет к неминуемому падению сферы Кокона, что ознаменует начало эпохи гибели человечества. Ибо в панике пред низвержением Кокона часть социума станет ратовать за возрождение фал'Си, и противостоящие им развяжут конфликт. Обе стороны создадут гигантские боевые машины, подобные Атласу, и обратят Пульс в выжженное поле брани, ибо масштабы конфликта вскоре выйдут из-под контроля.

"Поверить не могу, что Лайтнинг появлялась и в твоих снах", - тихо молвила Сэра, напряженно размышляя. - "Она велела тебе защитить колонну Кокона, должно быть, для того, чтобы ты сумел спасти Ваниллу и Фанг". "Как я сказал, иногда стоит принять бой", - произнес Сноу, кивнув на ярящегося вдали гигантского флана. - "У меня не было иного выбора. Моя миссия в том, чтобы прикончить эту тварь".

Что ж, если Лайтнинг уверена в необходимости уничтожения монстра, надлежит исполнить ее волю. Но странно... тысячи маленьких фланов неожиданно появляются откуда ни возьмись, сливаются воедино, образуя гиганта вопреки всем законам природы. Неужто это... очередной парадокс?!

Как бы то ни было, Сэра была счастлива от осознания того, что вновь - впервые за долгие годы - повстречала любимого, и даже тревоги, снедающие ее, отступили... Заметив множество маленьких фланов, целенаправленно движущихся в некоем направлении, Ноэль предложил последовать за ними: быть может, устремляются монстры к области нарушения пространственно-временного континуума, и там удастся им обнаружить следующий артефакт?

Соблюдая осторожность, трое продирались через кишащие фланами заросли, огибали вековые деревья, стараясь не терять поток причудливых созданий из виду... Предположение Ноэль оказалось верным: монстры действительно стремились к области, находился в которой изящный кристаллический артефакт. Обретя оный, Сэра вспомнила, как сама пребывала в кристаллическом сне; тогда в грезах она зрела, как, пробуждаясь, возвращается к друзьям... И сейчас надеялась, что, находясь внутри колонны, Ванилла и Фанг тоже грезят, и в долгом сне своем не одиноки, но счастливы...

Они с Ноэлем возвращались на Вехи Истории, надеясь в иных эпохах изыскать способ сразить гигантского флана и разрешить парадокс, которой тот являет собою. Прося Сноу, остающемуся в Санлесе, не наделать глупостей, изматывая себя в противостоянии монстру, Сэра вслед за Ноэлем проследовала во Врата Времени...


По завершении перемещения во времени двое обнаружили себя на равнинах Аркилти Гран Пульса, подле утлой деревушки племени закаленных лишениями, гордых людей, которые охотятся на монстров ради выживания, благо иных источников пропитания в сем дикоземье не сыскать.

Кочевники встретили чужаков с подозрением, но в сии нелегкие времена от помощи отказываться не стали. Ибо выступать на охоту в нынешнюю песчаную бурю, уже несколько недель закрывающую от мирян солнечный свет, непросто, ибо дичь попряталась по норам да берлогам; в итоге запасы пропитания племени стремительно тают.

По мере сил своих и возможностей странники во времени попытались поддержать кочевников в их нехитром бытии: расправились с племенем гоблинов, укрывавшихся в опасной близости от лагеря, остригли отару овец на отдаленных пастбищах. Умения Ноэля - охотника - пришлись как нельзя кстати, и вскоре племя прониклось доверием к двум чужакам, явившимся к ним в час великий нужды.

Неведомо, что вызвало бурю, но заметили кочевники, что появляется та лишь в солнечные и жаркие дни. Отвечая на настойчивые вопросы Ноэля, охотники провели юношу в хижину, находилось в которой устройство, позволяющее управлять погодой. Правда, использовать его стоило с осторожностью, ибо климатические условия в регионе напрямую связаны с вездесущими монстрами, численностью их и поведением.

Охотники известили Сэру и Ноэля, что, судя по всему, причиной появления песчаной бури выступает могущественный монстр, объявившийся на равнинах, целенаправленно поглощающий популяцию фланов. Молодые люди переглянулись, ибо посетила их одна и та же мысль: наблюдают они парадокс, ибо фланы, поглощаемые монстром, отправляются через временной рифт в иную эпоху, где в Санлесе образуют точащую кристаллическую колонну гигантскую особь. Стало быть, если уничтожить монстра, здесь, на равнинах Аракли, парадокс разрешится?..

Прикончив могучего фаерила, они обрели очередной кристаллический артефакт - алмаз черной дыры. Похоже, любящий лакомиться кристаллами монстр случайно проглотил сей камень, обладающий способностью творить песчаные бури... Ноэль горел желанием проверить их теорию касательно связи эпох посредством парадокса, посему предложил Сэре немедленно переместиться в Санлес, где должен оставаться Сноу. "Наверняка ты хочешь поскорее увидеться с ним", - улыбнулся юноша, и Сэра пожала плечами: "Сноу здоровый, как бегемот. Я не особо тревожусь о нем".

"Знаешь, я так не могу", - признался Ноэль. - "Вы каждый целенаправленно идете своим путем, продолжая любить друг друга. Но ведь никогда не знаешь, когда родной человек исчезнет из твоей жизни. Мне кажется, нужно ценить каждое мгновение, проведенное вместе".

И юноша стремительным шагом устремился в направлении Врат Времени...


Вернувшись в джунгли Санлеса в год 300 после кристаллизации Кокона, заметили странники во времени, что хоть и прекратился бесконечный поток маленьких фланов, гигантская особь никуда не делась и все так же возвышалась на поляне подле кристаллической колонны. Быть может, имеют они дело с двойным парадоксом?.. Стало быть, надлежит продолжить поиски разрешения его, и молодые люди, вновь вернувшись на Вехи Истории, устремились в иные, прежде неведомые пределы...

...но обнаружили себя в гигантском Колизее, где обратилась к ним призрачная сущность. "Странники во Внешней Пустоте", - прогремела она. - "Что ищите вы на сей залитой кровью арене?.. Существует она за пределами времени; незримая и неведомая, за жизнью и смертью. И пока не прозвонит колокол богини, живым не место здесь! Посему - прочь отсюда!.. Вы несете с собой лишь беду. В моих залах уже пребывает знамение разрывающего время несчастья". "Знамение несчастья?" - поразилась Сэра. - "То, что не принадлежит этому пространству?"

Даже видя, что неведомая сущность пребывает в ярости, не устрашился Ноэль, произнес: "Ты ведь хочешь, чтобы знамение покинуло Колизей? Отдай его нам, и покинем мы твое владение". Сущность на предложение согласилась, передав юноше кристаллический артефакт, алмаз белой дыры - точную копию обнаруженного на равнинах Аркилти, - после чего велела чужакам незамедлительно убираться прочь.

Что ж, те не замедлили последовать сему предложению, тем более, что в Санлесе их с нетерпением дожидался Сноу. "Навряд ли он расхаживает у Врат", - молвила Сэра. - "Он похож на мою сестру. Очертя голову бросается в бой". "Верный путь в могилу", - отрезал Ноэль, и Сэра осеклась. - "Вечно идет вперед, несмотря ни на что, не думая, что подвергает себя опасности. Наивный дурак! Витает в облаках, полагая, что своим самопожертвованием всем спасет. Но люди все равно умирают..."

Обескураженная поведением спутника, Сэра заметила: "Ноэль, надеюсь, ты не дашь себя убить. Ведь ты не раз рисковал жизнью ради меня". Понимая, какую параллель хочет провести девушка, Ноэль тут же возразил: "Но я могу отделить фантазии от реальности. Я не такой, как Сноу. Я не сорвался с места, бросив тебя... А он поступил так, как хотел. И плевать, кого он оставил, кому сделал больно".

Сэра понимала, почему поведение Сноу так злит Ноэля... Наверняка когда-то Ноэля оставил кто-то, ему близкий... причинив тем самым огромную душевную боль, снедающую юношу до сих пор. Ноэль даже не упоминал об этом, но страдание, отражавшееся в его глазах, сказало девушке куда больше...


Сноу действительно не стал дожидаться возвращения возлюбленной и ее неразговорчивого спутника. Заметив, как гигантский флан, вокруг которого он ходит уже несколько дней, уменьшился в размерах и изменил цвет с красного на ядовито-зеленый, юноша резонно предположил, что странникам во времени удалось разрешить парадокс в сей эпохе, посему, ничтоже сумняшеся, ринулся в бой.

К счастью, Ноэль и Сэра подоспели вовремя, дабы успеть спасти жизнь бесшабашному парню, искренне верящему, что на своих плечах он сможет вынести тяготы всего мироздания... И когда гигантский флан оказался повержен, Сноу нехотя признал, что в одиночку против столь могучего монстра он не выстоял бы... "Но если ты знал, что победа невозможна, зачем ринулся в бой?" - вопросил Ноэль, и Сноу, вздохнув, перевел взгляд на кристаллическую колонну. "Из-за Фанг и Ваниллы, наверное", - помолчав, признался он. - "Знаю, что действовал неразумно. Но эта тварь поглощала колонну, кусочек за кусочком. Я не мог просто стоять рядом и смотреть на это. Ведь девчонкам угрожала реальная опасность".

"И что, не мог немного запастись терпением и дождаться нас?" - фыркнул Ноэль с нескрываемым презрением. - "Ненавижу таких как ты! Думаешь, что всех защищаешь - эдакий герой, но кого ты спасаешь на самом деле? Ты хоть осознаешь, насколько бестолков?! Понимаешь, что творишь с людьми, которых должен защищать?!"

Сноу выслушал тираду Ноэля, сохранив спокойствие, и когда тот остановился, чтобы перевести дыхание, произнес: "Ты присматриваешь за Сэрой. А в своей родной эпохе защищал свое селение и своих друзей. Я прав? По мне, мы оба одинаковы". Вспыхнув, Ноэль отвернулся, выдавил, отрицательно качая головой: "Нет! Ты... ты не понимаешь. Ты ничего не знаешь обо мне. Мы нисколько не похожи... Я никого не сумел защитить".

"Ноэль... знаешь что - забудь об этом", - с улыбкой обратился к юноше Сноу, понимая, сколь тяжкая ноша лежит на душе у Ноэля. - "Может, ты и прав. Но ты должен продолжать жить, ведь иначе не смогут выжить все те, кого ты любишь". Дружески положив руку на плечо обескураженному подобным жестом Ноэлю, Сноу извинился за проявленное в последнем сражении безрассудство. "Присмотри за моей Сэрой, хорошо?" - успел произнести он, прежде чем очертания фигуры его побледнели...

Сэра ужаснулась было, но Ноэль предположил, что теперь, когда парадокс разрешен, временная линия восстанавливается, исторгая объекты и субъекты, сей эпохе не принадлежащие. "Сноу - воплощение противоречия", - говорил Ноэль. - "Он прибыл из прошлого, которого больше не существует". Сэра бросилась к возлюбленному, моля того не оставлять ее, но Сноу усмехнулся. "Герои никогда не умирают", - прозвучали его прощальные слова. Лишь сейчас заметила Сэра метку эл'Си на запястье Сноу, но очертания фигуры парня поблекли окончательно...

"Кто сделал его эл'Си?" - прошептала изумленная девушка. - "И почему?" "Может, никто его не заставлял", - предположил Ноэль. - "Возможно, он сам того просил". "Да ни в жизни!" - выкрикнула Сэра. - "Кто может быть подобным идиотом и безумцем?!" "Даже если это необходимо, чтобы защитить тех, кого любишь?" - риторически вопросил Ноэль. - "И если сделать это можно лишь обладая могуществом эл'Си?"

"Но... все же знают, какая участь ждет эл'Си", - выдавила Сэра, с трудом сдерживая слезы. - "В любом случае, они обречены". "Сноу заботится лишь о людях, которых пытается защитить", - вздохнул Ноэль. - "Плевать на последствия, плевать на себя самого. "Если я тем самым сумею помочь друзьям, я с радостью стану эл'Си". Наверное, он скажет что-нибудь в этом роде?" "И ты... ненавидишь его за это?" - молвила девушка, устремив на Ноэля пристальный взгляд. Тот всплеснул руками, признался: "Да... ненавижу. Но... и понимаю его".

"Я решила", - твердо молвила Сэра. - "Сноу всегда подвергает себя опасности, пытаясь спасти других. Я же спасу его самого. Когда я обратилась в эл'Си, он сделал все возможное, чтобы помочь мне. Теперь моя очередь. Клянусь, я обязательно увижу его снова!" "Хорошо, а я помогу тебе в этом", - с готовностью предложил Ноэль. - "Он ведь просил меня присмотреть за тобой, помнишь?"

Сэра еще долго созерцала кристаллическую колонну, воскрешая в памяти эпизоды столь неожиданной встречи в эту эпоху, на три столетия отстоящую от ее собственной. Ведь когда расстаются двое, каждый следует своим путем, разделяются и их воспоминания. Кто-то жаждет вернуться в прошлое, дабы быть вместе, как и прежде. Иные же ждут наступления того дня, когда смогут встретиться снова...

Уничтожив флана, Ноэль и Сэра разрешили парадокс и исключили один из факторов, могущих привести к низвержению Кокона. Наверняка Хоуп и иные исследователи из Академии приложат со своей стороны все усилия для обеспечения дальнейшего существования кристаллической колонны...

Возвращаясь к Вратам Времени, не замечали двое, что издали за ними пристально наблюдают Кайес и Юл. "Ты допустишь это?" - спрашивал темный воитель, но отвечала провидица: "Это не мне решать".


Тень Вальхаллы во Внешней Пустоте И вновь ступили они в пространство Внешней Пустоты, тень Вальхаллы, затерянную меж временных потоков. Прежде, чем продолжить перемещение по Вехам Истории, Ноэль обратился к спутнице, поинтересовавшись, продолжает ли та видеть сны о Лайтнинг. "Нет", - покачала головой девушка. - "В последний раз сестра снилась мне ночью перед нашей с тобой встречей. А почему ты спрашиваешь?" "Просто так", - пробормотал Ноэль, отводя взгляд, не в силах выбросить из памяти пророчество, произнесенное Сэрой сразу же по прибытии их в Санлес.

"Теперь моя очередь спрашивать", - молвила девушка. - "Я хочу узнать о Юл". "Я не знаю ничего о тех Юл, которых ты встречала", - отвечал Ноэль. "Но ведь она может оказаться странницей во времени?" - настаивала Сэра. - "Как мы с тобой, как Сноу?.." "Нет, не думаю", - отвечал Ноэль. - "Скорее всего, она - реинкарнация. Юл, возрождающаяся снова и снова. В каждом поколении Видящих рождается девушка, выглядящая в точности так же, как предыдущая провидица, и обладающая теми же силами. Эта девушка всегда получает имя Юл".

"То есть, в каждой из посещенных нами эпох мы встречали различных Юл?" - уточнила Сэра. - "Юл из Оербы, Юл из массива Ящас..." "Да, они все - разные личности", - согласился Ноэль. - "И ни одна из них не является той Юл, что была знакома мне... Хоть я и не сразу поверил в это".

Помолчали... Наконец, Сэра неуверенно произнесла: "Ноэль, если мы продолжим странствовать сквозь время, разрешать парадоксы и изменять историю... разве не изменится при этом и то будущее, откуда ты родом?" "Возможно, это станет будущим, где я никогда не существовал", - закончил юноша невысказанную мысль спутницы. - "Что ж, пусть так. Уж слишком много печали в моем будущем. Будет лучше, если оно никогда не случится".

Не желая возвращаться боле к сей мрачной теме, Ноэль предложил Сэре вернуться на Вехи Истории...


В году 100 после кристаллизации Кокона случилась пугающая аномалия пространственно-временного континуума в горном массиве Ящас. Один за другим исследователи Академии, остающиеся в руинах Паддры, начали исчезать во Внешней Пустоте, а вместо них возникают парящие в воздухе алые сферы. Из уст в уста передаются слухи о "проклятии" руин, а мугл Мог, рассказывая о произошедшем оказавшимся в сей эпохе спутникам, назвал сферы "рубинами горестей" - воплощениями печалей и сожалений несчастных, исчезнувших в парадоксе. Эмоции, составляющие сферы, ощутимы, но какую весть несут они?..

Немногочисленные исследователи Академии, остающиеся в руинах, пытались определить свойства алых сфер, но пока безуспешно. Тем не менее, им удалось определить, что сферы несут отголоски сознания смертных; некоторые из исследователей сумели уловить телепатически импульсы, выражения сожалений от несбывшихся надежд безвременно усопших.

О многом узрели странники во времени, разумы которых соприкоснулись с сущностями, воплощенными в алых сферах. Об эйдлонах, обитающих в Вальхалле, бросающих вызов эл'Си, и, будучи побежденными, присягающих на верность победителю, ибо таков закон незримого мира - слабый подчиняется сильному. О фал'Си, направленного в Паддру богом Пульсом для сохранения видений провидицы в устройстве-оракуле и последующего воспроизведения визуальных образов пророчеств. О могущественном заклятии, существующем в древние времена и позволяющем призывать гигантские кристаллические метеориты из иного континуума, дабы обрушить их на головы врагам; на подобных структурах порой встречались кристаллы, именуемые "артефактами", позволяющие открывать порталы в иные пространства и эпохи. О Кайесе, Страже, должном защищать провидицу Паддры, сошедшимся в противостоянии с иным воином народа Видящих, Балладом; последний мог бы одержать верх, но поединок оказался прерван неожиданной атакой врагов, и в сражении с ними Баллад пал, защищая провидицу... после чего Кайес, дабы почтить павшего воина, взял себе его имя. О самом знаменитом из пророчеств провидицы Паддры Нсу-Юл, в котором поминала та двух сестер из далеких северных земель, призовут которые могучего Рагнарёка в великом сражении за Кокон; позже истинность пророчества оказалась подтверждена жречеством Оербы. О пророчестве Нсу-Юл касательно скорой гибели цивилизации Паддры, однако именно эти слова привели к гражданской войне, уничтожившей нацию; осознав, что обладает силой изменять историю, провидица наряду со Стражем Кайесом и немногочисленными последователями покинула город, устремившись в дикоземье, отреклась от трона Паддры и стала именоваться просто - провидица Юл. О возможности странствия по временным потоком, предоставленной богиней лишь благословленным хаосом, и обратить тех против богини не в силах даже фал'Си. О судьбоносном дне, когда эл'Си низвергли Кокон с небес, и богиня простила грехи людские, даровав им прощение; в то мгновение двух сестер коснулась сила Вальхаллы, и хаос проник глубоко в их сердца. О могуществе хаоса в сердцах индивидах, дарующем им власть над монстрами, ибо те следуют закону Вальхаллы, склоняясь пред сильным...


Странники во времени сумели достичь селения Оерба, но в иную эпоху - в год 300 от кристаллизации Кокона. Аномалия, поглотившая область столетие назад, исчезла, но кое-где продолжают встречаться расколы в пространстве, ставящие в тупик ученых. Что это - своеобразные Врата? Или же сингулярности, родятся из которых незавершенные пространственно-временные континуумы?

Прежде Сэра спрашивала Мога, откуда тот взялся в принципе, однако мугл не помнил ровным счетом ничего о своем прошлом. Первые воспоминания его относятся к странствиям во Внешней Пустоте, приведшими его в Вальхаллу - место, по мнению Могу, весьма удручающее.

Ноэль и Сора, как и столетие назад в этой же области, приступили к разрешению аномалий временных рифтов, восстанавливая континуум в изначальное состояние. Во время сих недолгих визитов во Внешнюю Пустоту, Мог испытывал некое знакомое ощущение, но словами его выразить не мог. Нечто, связанное с прошлым - с поисками, случившимися задолго до того, как ступил он в Вальхаллу и познакомился с Лайтнинг...

В сей пустоши странники обнаружили следующие Врата Времени, и посредством оных переместились на столетие вперед - в Оербу, укрытую кристаллической пылью, вновь снедаемую пространственно-временными парадоксами. "Я помню что-то... называемое Океаном Времени", - неуверенно произнес Мог, озираясь по сторонам. Сэра предложила вновь заняться разрешением аномалий, с пугающей регулярностью возникающих в Оербе: быть может, муглу удастся вспомнить еще что-нибудь о своем прошлом...

В одном из временных рифтов Мог внезапно замер, принюхался. "Здесь пахнет слезами", - признался он наконец. - "Я помню, как давным-давно плакал здесь. Я был совсем один. Я был печален... и хотел вернуться домой. Но я не знал, где он, мой дом". Они продолжили странствие по пространствам Внешней Пустоты, и припомнил Мог, что действительно родом из Океана Времени - обиталища муглов...


В 10 году от кристаллизации Кокона в горах Вайл, что в нижних пределах Кокона, возникло пространственно-временное искажение. Академия отправила в означенную область отряд "Блиц" - элитное воинское формирование из Корпуса Безопасности Академии (бывшего Гвардейского корпуса), обученное действовать в условиях эффекта парадокса. Первым их заданием стало возвращение украденного из руин у озера Билджи устройства, управляющего Атласом. Даже после катастрофы на Коконе осталось немало жителей, и многие из них ратовали за возрождение фал'Си. Обнаружить преступников - оказавшихся бывшими агентами PSICOM - и вернуть устройство отряд "Блиц" сумел в течение одного дня. К тому же, помимо монстров и биологического оружия из иных временных периодов, близ Врат Времени появлялись могущественные твари из Внешней Пустоты, честь противостоять которым также выпала отряду "Блиц". В 9 году отряд уничтожил антиправительственную организацию, действующую на Пульсе, обнаружив, что инсургенты раздобыли данные об Атласе и пытались создать собственного мега-солдата; инцидент породил немало дискуссий среди исследователей Академии - многие требовали уничтожить все данные касательно Атласа, иные же настаивали, что создание гигантского робота - необходимое зло, ведь если Атлас действительно явился из будущего, кто-то должен построить его, в противном же случае историю ожидает новый парадокс.

Но сейчас шестеро солдат, входящие в отряд, бесследно исчезли...

По завершении перемещения во времени Сэра сразу же поняла, что находятся они с Ноэлем в заснеженных пределах гор Вайл - сестра в бытность свою солдатом Гвардейского корпуса как-то была направлена сюда с неким заданием. Сразу же молодые люди заметили поблизости рухнувший воздушный корабль Академии, подле которого обнаружили раненого солдата из отряда "Блиц". Последний поведал, что судно их было атаковано некой темной тенью, возникшей в небесах, что и привело к крушению.

Как оказалось, парадокс разметал членов отряда по временной линии, и поиски Ноэль и Сэра продолжили в 200 году после кристаллизации Кокона. Свалка искореженного металла, кою являли собою горы Вайл, совершенно не изменилась по прошествии столетий. Странники во времени сумели обнаружить некоторых солдат отряда "Блиц", а также атаковавшее их воздушный корабль воплощение хаоса, порожденное воспоминаниями костей сего мира и принявшее обличье древней, позабытой сущности - Одина.

Узрев преступившую им путь сущность, Ноэль поразился: неужто за произошедшим стоит Лайтнинг?.. Но Сэра отрицательно качнула головой: нет, это искаженное отражение прошлого - не более, чем пустое, бездумное порождение, лишенное разума и эмоций.

Сразив сию иллюзию Одина, Ноэль и Сэра продолжили поиски исчезнувших солдат. Сержант отряда, как оказалось, служил наряду с Лайтнинг в Бодаме, и ныне восхищался ей, ведь девушка, несмотря ни на что, отстаивала свои идеалы, в одиночку противостоя фал'Си и пытаясь спасти Кокон. Посему, воодушевленные ее примером, солдаты, входящие ныне в отряд "Блиц", и примкнули к Корпусу Безопасности Академии, надеясь сделать мир лучше.

Очередной парадокс оказался разрешен, и все без исключения солдаты отряда "Блиц" вернулись в родную эпоху. На кратчайший момент мир смертных соприкоснулся с миром незримым, и странникам во времени предстала Лайтнинг - фрагмент воспоминаний, позволивший сущности хаоса принять обличье Одина - эйдлона, впервые встреченного девушкой здесь, в горах Вайл. "Я в Вальхалле, одна, продолжаю свое сражение", - вещала дева, устремив взор в пространство, не замечая сестры и спутника ее. - "Я помню тот день, когда стала эл'Си. Я обратила весь мир против себя и в одиночку сражалась за то, во что верила. Я думала, это единственный выход. Но я ошибалась. Иные разделили со мной эту судьбу. И я поняла... что не одна. Вальхалла пуста; здесь нет ни души. Но я храню память о тебе и моих друзьях в своем сердце. И пока воспоминания не забыты, вы всегда пребудете со мной, поддерживая меня. В том числе и ты, Сэра. Но я скучаю по тебе... Все бы отдала, чтобы поговорить, посмеяться с тобой, как прежде. Надеюсь, однажды настанет день, когда мечта эта станет реальностью. Сера, надеюсь, ты услышишь мои слова". Фигура Лайтнинг исчезла, и странники во времени устремились к Вратам Времени, дабы покинуть эту эпоху и продолжить поиски Вальхаллы, где старшая сестра Сэры продолжает растянувшееся на целую вечность противостояние с тем, кто вознамерился уничтожить сущее...


Ноэль и Сэра вернулись в Колизей - арену, лежащую за гранью мироздания, - дабы бросить вызов могущественным выходцам из иных эпох, иных реальностей. Здесь, под пристальным взором безликий сущности, рекомой Судьею Времени, сходились она в поединках - Гильгамеш, воитель, странствующий во Внешней Пустоте, Омега, совершенное оружие, Ультрос, коварный осьминог... и множество, множество иных.

Среди воителей означился и Сноу Виллиарс, и именно со своим возлюбленным желала сразиться Сэра, дабы доказать ему, сколь закалили ее пережитые испытания. Сноу колебался, однако, но отказать Сэре в поединке не посмел... и когда невеста сумела повергнуть его, вновь обретшего могущество эл'Си, искренне поздравил ее с одержанной победой.

Но, не останавливаясь на достигнутом, Ноэль и Сэра бросили вызов самому Судье Времени, и возвестил тот в истовом гневе: "Глупые чада человеческие! Преступление, совершаемое вами, велико. Судья Времени служит богине смерти во всем ее безжалостном величии, и все смертные равны, когда выносится им божественный приговор. Но лишь самые могущественные сущности вправе решать судьбы людские... Ваш грех - непомерная гордыня, ведь вы отважились бросить вызов мне!"

Судья Времени принял свое истинное обличье - Вальфодра, сильнейшего эйдлона Вальхаллы... и когда пал он, поверженный, признал странников во времени победителями турнира, проводимого в Колизее пред неминуемым Судным Днем. "Идите же", - возвестил Судья Времени, указывая Ноэлю и Сэре на сотворенную здесь же, на арене, брешь в континууме. - "Да направит свет душ ваших течение времени и породит новое грядущее".

Сноу, однако, не мог последовать за странниками во времени; потоки хаоса удерживали его в сей ирреальности, и заметила Сэра призрачный образ Юл, отражавшийся в вихрящихся темных энергиях. Неужто сущность провидицы препятствует Сноу, не дает ему последовать за Сэрой?.. Улыбнувшись, юноша заверил невесту, что рано или поздно непременно вырвется отсюда, и Сэра заметила: "Что ж, хорошо. Но если ты задержишься надолго, я сама приду за тобой".

Провожали победителей все без исключения нынешние обитатели Колизея...


Пространство, в котором странники во времени обнаружили себя после очередного перемещения по Вехам Истории, пребывало на границе между жизнью и смертью, между забвением и вечностью. Взору изумленных странников предстал чудесный дворец - величественное казино, у входа в который приветствовали их служащие, служители лишь одной богини - Леди Удачи.

Ноэль и Сэра даже помыслить не могли, что подобное измерение может существовать здесь, за пределами мира присного. Их изумляло буквально все: буйство красок, феерическая иллюминация, обилие разнообразнейших азартных игр и сонм посетителей... Один из последних признался Ноэлю, что мир сей подобен временному рифту: существует лишь в грезах и является воплощением разумов тех, кто стремится хоть на время отрешиться от серых будней.

Довольно скоро Ноэль и Сэра вернулись на Вехи Истории, не ведая, что в в сем ирреальном казино пребывает их старый знакомый - Саж Кацрой. Во время одного из рутинных рейсов воздушный корабль, пилотируемый Сажем, угодил в образовавшуюся в небесах брешь в пространственно-временном континууме, и в себя пилот пришел уже в стенах казино. Совершенно сбитый с толку, обратился он к владельцу заведения с вопросом: жив он или мертв?..

"Ты не жив", - отвечал тот, - "но это не означает, что ты мертв. Взять, к примеру, монетку, подброшенную в воздух. Перед тем, как она упадет на пол, существуют две равновеликие возможности: орел или решка. Ты оказался в сходной ситуации. Для твоего будущего существуют две вероятности: жизнь или смерть".

"А мой сын?" - задал Саж следующий вопрос, благо малыш Дож находился на борту корабля в момент перемещения его в это пространство. - "Что с ним? Где он?" "Вполне возможно, что он здесь", - загадочно отвечал владелец казино. - "Но в то же время возможно, что и нет". "Так все-таки?.." - настаивал Саж, и владелец, указав на игорные столы, произнес: "Все зависит от тебя и твоих действий. Ты должен включиться в игры, дабы выиграть возможности, которые хотел бы воплотить в жизнь. Будущее в твоих руках. Хочешь увидеть сына - выиграй возможность воссоединения с ним".

Саж вздохнул; в жизни Леди Удача редко удостаивала его взглядом, но здесь... как знать?.. Мысленно пообещав Дожу, что вскоре обязательно увидит его, пилот погрузился в мир азартных игр...

В одном из игорных залов Саж повстречал чудаковатую женщину, облаченную в костюм чокобо, - Чоколину, и был несказанно удивлен, узнав, что та - воплощение сущности малыша-чокобо, обитающей в шевелюре пилота; буквально накануне их последнего полета Дож шепотом сообщил папе о том, что питомец их, оказывается, девочка.

"Будучи маленькой чокобо, я была совершенно беспомощна", - вздохнула Чоколина. - "И когда волны времени захлестнули нас, я пожелала обрести силу, чтобы помогать людям. Так же, как они помогают мне. Богиня даровала мне иллюзорное тело, позволяющее мне существовать повсюду - в любую эпоху, в любом пространстве. Конечно, тело это - всего лишь парадокс, порожденный искажением временной линии". Конечно, в этом месте воплощаются вероятности в различных обличьях, но сущности их остаются одинаковы...

...Наконец, Сажу удалось преуспеть во множестве азартных игр, и владелец казино, разыскав пилота в одном из залов, поздравил его с успехом: "Твои победы освободили тебя от оков реальности и изменили правила континуума. И теперь мир преображается согласно твоим желаниям..." Малыш Дож означился у входа в зал, бросился к счастливому отцу, а владелец казино, наблюдая за воссоединением семьи, со значением произнес: "Будущее... определено".

"Я не понимаю", - удержал Саж владельца, вознамерившегося было покинуть зал. - "Что ты имеешь в виду, говоря о том, что "вероятности начали исчезать"?" Обещав продемонстрировать сложившуюся ситуацию наглядно, владелец щелкнул пальцами, и множество монет упало на один из игорных столов... все, как одна -стороной решки. "Разве это возможно?" - выдохнул изумленный Саж, и владелец уверенно кивнул: "Конечно. Попробуй сам, если хочешь. Итог будет одним и тем же. Возможность того, что монеты упадут на сторону орла, исчезла из этого мира". "Но почему?" - настаивал Саж, охваченный недобрым предчувствием, и отвечал владелец: "Будущее исчезло, ровно как и возможность его изменить. Об этом тебе и пытаются сказать монеты. Очевидно, сей факт проявится во всем твоем окружении. Жаль, конечно. Теперь азартные игры станут донельзя скучны".

Саж возражал, настаивая, что непременно должен быть способ изменить ситуацию, однако владелец казино покачал головой: "Увы, нет. Все уже решено. Мы не можем сделать ничего, кроме как позволить предначертанному свершиться". Саж, однако, отказывался безропотно принять страшную реальность, и даже если будущее изменить невозможно, он не простит себя, если не попытается.

"Перенеси меня в эпоху, где я могу повлиять на исход!" - просил пилот у владельца, и тот осведомился с нескрываемым интересом: "Что ты собираешься делать?" "Честно говоря, не знаю", - признался Саж. - "Но что-нибудь придумаю. Должен придумать! Я должен защитить будущее для своего сына, даже если для этого потребуется поставить на кон собственную жизнь".

Владелец казино сотворил в игорном зале брешь в континууме, и Саж, взяв Дожа за руку, вознамерился покинуть сие пространство. Быть может, шанса изменить будущее у него действительно нет. Быть может, живым он не вернется. Быть может, он просто теряет время. Но Сажа это нисколько не тревожило. Пусть он делает неверный выбор... и улучшает шансы на победу для кого-то другого. И, быть может, этот кто-то... действительно сумеем спасти будущее.


Академия Покинув ирреальность измерения, заключавшего в себе казино, Ноэль и Сэра вернулись на Вехи Истории, и последующее странствие по временным потокам привело их в год 400 после кристаллизации Кокона, когда Академия фактически выступала правящим институтом человеческой цивилизации. Ноэль и Сэра воочию лицезрели "Академию" - величественный город, в технологическом плане превосходящий все иные, существовавшие на Коконе в эпоху гегемонии фал'Си.

Небоскребы попирали небеса, а воздушные транспортные средства рассекали небесные магистрали... Сколько же столетий воплощали люди реализацию столь масштабного проекта, видение подобного мегаполиса?.. "Я прежде считал, что единственный способ обрести лучшее будущее - изменить нечто здесь и сейчас, и никак иначе", - признался Ноэль, с восхищением озираясь по сторонам. - "Но создать основу для будущих поколений - здравая мысль. Даже если человеческой жизни не хватит, чтобы завершить подобное начинание, оно достойно того, чтобы приступить к его воплощению. Если верить в то, что кто-то в следующем поколении разделит твои идеалы, тогда мечта продолжит жить!" "Похоже на Хоупа", - улыбнулась Сэра, не ведая еще, что именно Хоуп Эстхайм четыре столетия назад предложил единомышленникам идею созидания города, должного стать светочью человеческой цивилизации, которая ныне сама вершит свою судьбу.

"Жаль, что она этого не видит", - пробормотал Ноэль, понурившись. "Юл?" - уточнила Сэра. - "Она небезразлична тебе, да?" "Была", - последовал короткий ответ. - "Но я не сумел уберечь ее".

Не успели они сделать и нескольких шагов по улице мегаполиса, как гигантская структура в центре Академии ожила, и лучи энергии, исторгнутые ею, обратили окружающих Сэру и Ноэля людей в шигай, немедленно устремившихся в атаку. Монстров удалось сразить, но сознавала Сэра, что подобное деяние под силу лишь фал'Си; неужто одно из подобных созданий вновь обрело господство над человеческим социумом?..

Из соседних кварталов появлялось все больше шигай и боевых роботов; казалось, загадочный фал'Си ни перед чем не остановится, пойдет на любые жертвы, лишь бы умерщвление чужаков свершилось как можно скорее. "Уровень угрозы - "Сигма", - доносился отовсюду механический голос. - "Во всех частях Академии объявлена тревога".

Укрывшись в одном из закоулков, странники во времени получили возможность ненадолго перевести дух. Неужто их появление здесь стало причиной разразившегося хаоса?..

К счастью, далеко не все горожане оказались обращены в шигай, и ныне стремились укрыться в зданиях. Одна из сотрудниц службы безопасности, мисс Хоризон, встретившаяся Ноэлю и Сэре, сообщила, что наряду с коллегами пытается восстановить сеть данных, используемую машинами Академии, ибо неожиданно хлынул в ту поток неверной информации. Возможно, то - побочный эффект проявившегося парадокса, и если заражение сети сдержать не удастся, вскоре контроль над нею окажется утрачен окончательно. Мисс Хоризон известила молодых людей, что парадокс исходит из топографических баз данных Академии, и если удастся заменить оные верными данными, возможно, дальнейшее распространение заражения удастся пресечь.

Сэра вызвалась помочь сотруднице в сем начинании, и наряду с Ноэлем скрупулезно обследовала окрестные кварталы города, собрав о них точные топографические данные, которые не замедлила предоставить мисс Хоризон. Отвечая на вопрос Сэры о вероятном существовании фал'Си, женщина с гордостью призналась, что современная наука позволила людям создать искусственного прото-фал'Си Адама на основе некоторых из модулей памяти фал'Си Эдена, выступившего источником энергии для великого множества механизмов. Возможно, эффект парадокса затронул и эту сущность, сподвигнув ее на изоляцию Академии, активацию охранных роботов и на обращение несчастных горожан в шигай?..

Понимая, что появление их в этом временном отрезке повлекло за собой гибель множества мирян, Ноэль велел Сэре поднять руки над головой, и, совершив точно такой же жест, прокричал в пространство: "Мы сдаемся! Мы не станем больше сражаться! Почему мы тебе не показаться?.."

"Сделали вид, будто сдаетесь, чтобы выгадать время", - послышался знакомый голос, и, обернувшись, странники во времени лицезрели пред собою Кайеса. - "Неплохая стратегия". "У тебя нет причины противостоять мне, Кайес", - начал было Ноэль, но темный воитель оборвал его: "Чушь. Ты - враг. Ты - аномалия на временной линии. У меня есть все причины, чтобы уничтожить тебя. 200 лет назад ты узнал запретную историю, и, как следствие, был заточен в той башне. Но теперь ты вновь передо мной... что это может быть, если не парадокс?"

"Башня и запретная история?" - озадачилась Сэра, бросила на Ноэля удивленный взгляд. - "О чем это он? О каком-то эпизоде из будущего?" "Может быть", - отвечал юноша. - "Быть может, в какой-то момент мы переместимся на 200 лет в прошлое относительно этой эпохи и повстречаем Кайеса там. Но я не позволю ему прикончить нас".

"Вне всяких сомнений", - резюмировал Кайес. - "Ты - та самая личность. Нарушение. Противоречие. Аномалия". Ноэль поинтересовался, почему же темный воитель не прикончит их своими руками вместо того, чтобы насылать полчища шигай? "Подобающая жертва требовалась, чтобы ты осознал свои злодеяния", - произнес воитель. - "Посему я заручился... определенной помощью".

Он указал на гигантскую фигуру прото-фал'Си, возвышающуюся над Академией и, не прибавив ничего к сказанному, устремился прочь. Ноэль вознамерился было последовать за Кайесом, но путь ему преградило множество шигай. Поведение Адама было сродни действиям прежних фал'Си Кокона: любые человеческие жертвы приемлемы для достижения цели... Расправляясь с шигай, Ноэль и Сэра продолжали преследование удаляющегося Кайеса, дабы пресечь происходящее и спасти горожан от чудовищного преображения.

Обернувшись, темный воитель процедил: "Само ваше существование отравляет временную линию и приводит к бедствиям". "Он, похоже, убежден, что мы и есть причина парадокса", - мрачно усмехнулся Ноэль, и Кайес побагровел от гнева. "Дабы завершилась эта трагедия, в сей реальности не должно остаться и следа вашего пребывания", - резюмировал он, после чего вновь зашагал прочь. - "Вы узнали истинную историю. Я не могу позволить вам выжить".

Не понимая, почему немезида избегает открытого противостояния, Ноэль и Сэра продолжали следовать за воителем, то и дело отвлекаясь на сражения с шигай, сеющими панику и хаос в городе. Ни один из странников во времени не понимал, что хотел сказать Кайес касательно "истинной истории". Очевидно лишь, что по какой-то причине воитель считает их своими заклятыми врагами, подлежащими устранению. Что же произошло между ними 200 лет назад в помянутой башне?..

Они достигли 500-го яруса Академии, когда с небес спикировали невиданные прежде противники - крылатые шигай. Но самое страшное, сии твари устремились не только к Ноэлю и Сэре... но и к Юл, означившейся в отдалении. Прикончив бестий, молодые люди устремились к провидице... однако у них на глазах за спиной провидицы вырос гигантский шигай - Зенобия. Ударом щупальца он отбросил хрупкую девушку далеко в сторону; ударившись о стену, та замерла у основания ее подобно изломанной кукле...

В неистовой ярости Ноэль атаковал Зенобию, а мгновение спустя к нему присоединилась и Сэра. Вдвоем они сумели повергнуть могучего шигай, после чего юноша бросился к умирающей Юл, обнял ее. "Почему? Почему?" - сглатывая слезы, шептал он. "Я видела смерть", - тихо молвила провидица. - "Если бы я выжила, это создало бы противоречие... на временной линии". "Но почему?" - Ноэль никак не мог осознать смысл сказанного.

"Из-за нас", - неожиданно произнесла Сэра, придя к ужасающему выводу. - "Все так, как говорит Кайес. Мы выступаем причиной возникновения парадокса. И из-за этого Юл... она..." "Кайес?" - с трудом выдохнула Юл; жизнь стремительно покидала ее хрупкое тело. - "Кайеса нет здесь". "То есть, его нет здесь, в городе?" - озадачилась Сэра, но Юл, взглянув Ноэлю прямо в глаза, прошептала: "Я не та Юл, которую ты знал когда-то. Но... спасибо тебе". С этими словами провидица скончалась...

Ноэль и Сэра еще долго оставались подле тела девушки, рыдали, не стыдясь слез. Конечно, не вернешь усопшую, но сознавать, что косвенно стали причиной гибели ее... поистине, страшно... А в воздухе материализовался кристаллический артефакт, и сияние разлилось от Врат Времени, находящихся неподалеку. Казалось, Юл указывает им дальнейший путь...

Ни один шигай не преступил путь двум опечаленным странникам, покидавшим сию эпоху - казалось, гибель провидицы разом остановила яростную атаку, развязанную прото-фал'Си Адамом. На душах у обоих было донельзя тяжело...


Перемещение во времени вновь привело их в башню Августа, однако, как следовало из содержащихся в терминалах структуры сведениях, нынешняя эпоха отстояла не на три, а на два столетия от кристаллизации Кокона. Ноэль высказал вполне логичное предположение: различные эпохи и Врата Времени связаны определенным образом... наверняка Юл хотела, чтобы они переместились именно сюда. К тому же, слова Кайеса о башне позволяли надеяться на то, что обнаружат они здесь некую "запретную историю"... что бы та собой не представляла.

Подключившись в сети данных Академии, Сэра обнаружила информацию касательно прото-фал'Си, созидание которого началось в году 13 после кристаллизации Кокона. Идею проекта предложила Алисса Зайдель, а реализацию ее курировал Хоуп Эстхайм. Исследователи надеялись, что по завершении сего амбициозного начинания им удастся вновь поднять Кокон в воздух.

"Хоуп создал фал'Си Академии" - вздохнула Сэра. - "Он делал это ради Ваниллы и Фанг". "А затем Кайес обрел контроль над искусственным фал'Си", - мрачно резюмировал Ноэль. - "И мы должны узнать, почему".

В одном из терминалов, обнаруженных молодыми людьми чуть позже, хранились видеозаписи, отражающие их предыдущие странствия. Ноэль предположил, что Кайес, должно быть, наблюдал за ними из этой башни... или тот, кто выдавал себя за Кайеса, ибо личность, встреченная ими в мегаполисе Академии, казалось иным индивидом, нежели темный воитель, встреченный прежде. К тому же, Юл перед смертью изрекла: "Кайеса здесь нет". Но тогда... кто же их таинственный противник?..

"Мы с Кайесом оба были Стражами, защитниками провидицы, и немало времени провели вместе", - пояснил спутнице Ноэль. - "Но однажды он покинул нас с Юл. В одиночку я не сумел уберечь ее. И когда в живых остался лишь я один, открылся портал, ступив в который, я перенесся в Вальхаллу". "И встретил их там?" - уточнила Сэра. - "Мою сестру... и Кайеса?" Ноэль утвердительно кивнул, и, помолчав, добавил: "Не знаю, почему я все время продолжаю сталкиваться с ним. Но уверен, но бы не оставил провидицу умирать. Это на него не похоже... Нет, он бы никому не позволил причинить вред Юл". Сэра постановила, что им необходимо отыскать Кайеса, дабы понять суть происходящего.

Они с Ноэлем продолжили исследование башни, когда юноша неожиданно остановился, сообщив, что воспоминания продолжают оставлять его: он не помнит, что случилось после того, как Кайес покинул их... не помнит, как умерла Юл... "Однако помню ее лицо", - прошептал он, - "как будто виделись мы только вчера..."

Поодаль Сэра заметила Кайеса, и наряду с Ноэлем устремилась к отсеку, в котором скрылся темный воитель... если, конечно, это действительно он. Однако некоторые элеваторы башни оказались блокированы эффектом парадокса, и, чтобы активировать их, странникам во времени пришлось вернуться в сию же структуру, но на 100 лет вперед, где отыскались необходимые механизмы.

Здесь, в башне Августа, означилось немало людей... на поверку оказавшихся синтетическими копиями исследователей Академии, созданными на основе их биофизических данных. Копия Алиссы Зайдель, встреченная Сэрой и Ноэлем, призналась, что весь без исключения персонал сего комплекса - искусственные жизнеформы.

"А ты не встречала здесь иных посетителей?" - полюбопытствовал Ноэль. - "Например, мужчину по имени Кайес?" "Недавно здесь проходил субъект по имени Кайес в сопровождении зеленоглазой девушки", - подтвердила копия Алиссы. - "Они проследовали к вершине башни".

Что ж, если кто и знает секреты башни Августа, то только Кайес, посему странники просили Алиссу указать им путь к вершине башни, и синтетик немедленно провела молодых людей к соответствующему элеватору... Но реальность преобразилась, и на краткие мгновения узрели Ноэль и Сэра эпизоды катастрофы, случившейся в башне, и боевых роботов, атакующих исследователей Академии... в том числе и Хоупа.

"Что это было?" - в ужасе выдохнул Ноэль, и копия Алиссы с готовностью отвечала: "Эффект парадокса. Вы наблюдали событие, случившееся на этом месте 187 лет назад". "То есть... Хоуп и Алисса были убиты?" - вопросила Сэра, и синтетик кивнула: "Да. Сразу же по завершении возведения башни. Во время разработки проекта прото-фал'Си возник конфликт между людьми и искусственным интеллектом. Последний настаивал на наделении прото-фал'Си всеми силами истинного фал'Си, но ученые возражали, считая опасные боевые способности ненужными. Компромисс не предвиделся, и проект находился под угрозой закрытия". "И искусственный интеллект убил их потому, что они были у него на пути?" - с горечью произнес Ноэль.

И вновь утвердительный кивок. Стало быть, после гибели Хоупа и иных исследователей в 13 году, ИИ обрел контроль над Академией... и властвует над оной без малого два столетия! Вышедший из под контроля прото-фал'Си Адам, обладающий способностью обращать людей в эл'Си и шигай, был создан искусственным интеллектом, сотворившим копии исследователей Академии (дабы утаить сведения о произошедшем в стенах башни) и исподволь управляющим человеческой расой! Это объясняет и нападение роботов в башне Августа в год 300 после кристаллизации Кокона, и случившееся в год 400 в мегаполисе Академии. Человеческая раса оказалась предана машиной, что в итоге приведет к краху цивилизации! Вот она - запретная история, не предназначавшаяся для человеческого знания.

"Люди, знающие слишком много, должны быть изолированы", - произнесла копия Алиссы прежде, чем исчезнуть. Ноэль и Сэра обнаружили себя на следующем этаже башни, но все возможные выходы из отсека были блокированы. Похоже, ИИ решил обезопасить свое дальнейшее существование, избавившись от двух индивидов, чинящих препятствия на временных линиях. Ныне сказанное Кайесом при последней их встрече в Академии обретало смысл: они действительно узнали запретную историю и были заточены в башне... Но Кайес искренне полагал, что люди, выступающие источником парадокса, мертвы, посему несказанно удивился, узрев их в эпохе будущей. "Да, он встретил нас два столетия спустя, решил, что это - парадокс, и попытался от нас избавиться", - констатировал Ноэль. "Но если мы сумеем выжить в этой ситуации, история автоматически изменится", - закончила Сэра мысль спутника. - "Мы сможем спасти будущее". "Согласен", - кивнул Ноэль. - "Судьбы Алиссы и Хоупа в наших руках. Нет, все еще не закончено!"

Оказавшись здесь, на верхних этажах башни Августа, в сердце парадокса, Ноэль и Сэра не собирались сдаваться, посему приступили к скрупулезному исследованию пространства, им отведенного. Охранные роботы, направляемые искусственным интеллектом, атаковали чужаков, и предположила Сэра, что все без исключения механизмы в стенах Августа управляются Кайесом. Ноэль, однако, в подобную возможность не верил, полагая, что за происходящим стоит не темный воитель, но некто иной...

Получая доступ к сети башни и видоизменяя структуру ее коридоров, Ноэль и Сэра сумели добраться до следующих элеваторов, посредством которых достигли верхнего этажа комплекса, находилось на котором ядро искусственного интеллекта. Здесь же означился портал, ведущий в "виртуальное пространство", находящееся внутри механизма ИИ... а чуть поодаль приближения молодых людей ожидала Юл; Кайеса нигде не было видно.

Провидица протянула Сэре артефакт, молвила: "Вы должны защитить временную линию. Я видела вас в Оербе. Я доверяю вам. Я верю в вас". "Мы сейчас в той же эпохе, в которой находились, когда посещали Оербу", - осознал Ноэль. - "Стало быть, ты - та самая Юл, которую мы встретили в селении".

"Но кто ты?" - продолжала спрашивать Сэра. - "Кто такие Видящие?" "Я - провидица старейшего племени Гран Пульса", - отвечала Юл. - "Мои видения будущего сохранены и хранятся в устройстве-оракуле. Но это... в далеком прошлом. Больше нет нужды сохранять пророчества. У меня теперь есть Кайес, в задачу которого входит защищать провидицу и помнить ее видения. На протяжении вечности он будет помнить события всей временной линии. Ибо смерть не властна над Кайесом". На лице Ноэля отразилось изумление, а провидица продолжала: "Я обладаю Глазами Этро, в груди Кайеса же бьется Сердце Хаоса. Богиня даровала ему проклятие вечного существования, ибо он - Страж, и должен защищать провидицу. Способность зреть будущее - страшное оружие. Она может обратить историю в хаос".

"Но... тогда я не могу понять", - обратилась к Юл Сэра. - "Почему ты помогаешь нам? Ведь ты же знаешь, что мы пытаемся изменить историю?" "История уже нарушена", - молвила провидица. - "Временная линия была изменена еще до нашей с вами встречи. Искажение это ведет к будущему, в котором лишь смерть и разруха. Если вы измените будущее, то тем самым измените прошлое и исправите искажения истории. Чудо, случившееся при кристаллизации Кокона, уже оказалось искажено, и та, которая должна была выжить, не вернулась домой". Сэра понимала, что сейчас провидица говорит о Лайтнинг... Стало быть, если они продолжат странствовать во времени и разрешать возникающие парадоксы... "Если вы измените будущее снова, истинное прошлое будет восставлено", - подтвердила Юл теорию девушки. - "Прошлое, которое остается в твоей памяти, Сэра... Да, вы двое в силах восстановить временную линию".

Обратившись к Юл, Ноэль поинтересовался, кто же прилагает столько усилий, чтобы заточить их в этой башне, и провидица изрекла: "Ваш враг. Он здесь, в башне. Он создал аномалии, несущие угрозу вам". С этими словами Юл указала на ядро искусственного интеллекта, подтвердив, что Кайес, встреченный Ноэлем и Сэрой в Академии - не более, чем образ, сотворенный этой машиной. "А другой Кайес?" - озадачилась Сэра. - "Тот, кого мы видели на одном из этажей башни?" "Он настоящий", - молвила Юл. - "Он привел меня сюда. А когда мы закончим, он заберет меня отсюда".

Прощаясь с провидицей, странники во времени обещали ей, что непременно изменят будущее, после чего проследовали в портал, дабы противостоять сущности искусственного интеллекта. И не видели они, как Юл пала замертво, и на лице ее застыла улыбка, исполненная надежды. Кайес, выступив из теней, поднял тело провидицы на руки; в глазах его стояли слезы. "Я буду помнить твою боль", - прошептал темный воитель. - "Она останется в моем сердце. Наряду с воспоминаниями о каждой Юл, умиравшей подобным образом".

...В виртуальном пространстве Сэре и Ноэлю предстал их истинный враг: прото-фал'Си Адам - разумная машина, управляемся искусственным интеллектом. Именно он обращал людей в шигай и пытался убить двух странников во время восхождения их в башне Августа.

В тяжелейшем противостоянии странники во времени сумели повергнуть прото-фал'Си, но Сэра недоумевала: каким образом машина, созидание которой еще не завершено, смогла оказаться здесь, в настоящем. "Должно быть, это пространство подобно Внешней Пустоте", - предположил Ноэль, отвечая на вопрос спутницы, - "где пересекаются прошлое и будущее". "И возможно перемещение во времени", - продолжала развивать мысль Сэра. - "Ноэль, ты понимаешь, что это означает? Прото-фал'Си мог воспользоваться этим пространством, чтобы переместиться назад во времени и внедриться в искусственный интеллект. Как следствие, он сподвиг ИИ на расправу над всеми исследователями в этой башне и на созидание фал'Си будущего мегаполиса Академии".

"То есть, прото-фал'Си взял ИИ под контроль и приказал ему создать... прото-фал'Си", - нахмурился Ноэль, и Сэра кивнула: "Что привело к возникновению парадокса - временной петли". Очевидно, что всеми своими действиями прото-фал'Си стремился сохранить парадокс, его породивший.

Но подле молодых людей вновь воплотилась фигура прото-фал'Си, целого и невредимого. Ноэль и Сэра изготовились к бою, сознавая, что Адам сохраняет возможность перемещения из будущего в прошлое, и пока это виртуальное пространство не будет уничтожено, одержать верх над прото-фал'Си невозможно!..

Однако, поразмыслив, Сэра пришла к выводу, что, быть может, противостоит им не истинный прото-фал'Си, а его экспериментальные образцы, ибо все они в деталях отличны друг от друга. Посему не остается им ничего иного, как уничтожать копии до тех пор, пока не покажется сам Адам. Возможно, теория ее верна, а, быть может, и ошибочна... ибо разрушение одного из прото-фал'Си знаменовало немедленное воплощение следующего...

Сколь долго продлится это безумие?.. Неужто до тех пор, пока не лишатся они последних сил. В истовой ярости Сэра закричала, обращаясь к Хоупу, требуя прекратить создание подобных адских машин... Неведомо, действительно ли глас ее пронзил потоки времени, устремившись в далекое прошлое... но последний из представших обессиленным странникам прото-фал'Си стремительно развоплотился, и ничто больше не нарушало безмятежности сего виртуального пространства.


Здесь, внутри ядра искусственного интеллекта, означились Врата Времени, ступив в которые, Ноэль и Сэра получили возможность вновь посетить мегаполис Академию в год 400 от кристаллизации Кокона... однако в мире параллельном, где прото-фал'Си Адама не существует, а в небесах парит Тринадцатый Ковчег - древний комплекс Гран Пульса, который в настоящее время продолжают исследовать ученые Академии.

Ступив на улицы города, двое в изумлении лицезрели приближающуюся к ним пару - Хоупа Эстхайма и Алиссу Зайдель. "Добро пожаловать в будущее, спасенное вами", - улыбнулся Хоуп, искренне наслаждаясь выражением лиц Ноэля и Сэры, и, обратившись к спутнице, поинтересовался: "Сколько лет мы с ними не виделись?" "390 лет", - отозвалась Алисса.

Обещав, что объяснит все позже, Хоуп пригласил странников во времени проследовать в его офис в оплоте Академии как можно скорее, после чего наряду с Алиссой устремился прочь. Обескураженные встречей, но воодушевленные тем фактом, что им действительно удалось исполнить просьбу Юл и изменить будущее, Ноэль и Сэра последовали за старыми знакомыми, то ли дело останавливаясь, дабы полюбоваться красотами величественного мегаполиса.

Глядя на Тринадцатый Ковчег, зависший в небесах, Ноэль признал, что никогда прежде не слышал о подобном; должно быть, они приближаются к восстановлению истинной временной линии!.. Но... почему же комплекс оставался невидим во время их прошлого визита в Академию?.. Неужто прото-фал'Си скрывал его от мирян?..

Наконец, двое ступили в оплот организации, создавшей сей мегаполис, проследовали в офис Хоупа Эстхайма, который поведал о том, что сумел создать капсулу времени, посредством которой наряду с Алиссой переместился в будущее. Тогда, в году 13 после кристаллизации Кокона, он вознамерился было претворить в жизнь проект по конструированию прото-фал'Си, однако, активировав устройство-оракул, узрел пророчество, в котором Ноэль и Сэра сражались с Адамом... после чего исследователи Академии приняли решение оставить столь опасное начинание. Мощнейшее гравитационное поле, генерируемое капсулой, замедлило для Хоупа и Алиссы ход времени, что позволило им очнуться лишь четыре столетия спустя... однако вернуться в родную эпоху у исследователей возможности не было. Впрочем, Академия приняла их с распростертыми объятиями, и, обладая новейшими технологиями, пришельцы из прошлого продолжили реализацию амбициознейшего проекта, должного спасти человеческий социум.

"Мы поняли, что избираем неверный путь", - признал Хоуп. - "Если прото-фал'Си сумеет обрести контроль над Коконом, мы получим второго Эдена, и вернемся к тому, с чего начинали - к гегемонии фал'Си". "Подобное было недопустимо", - добавила Алисса. - "Нам следовало поднять Кокон в воздух, используя лишь человеческие технологии". "Верно", - согласился Ноэль. - "К тому же, если бы вы придерживались изначального замысла, машины попросту расправились бы с вами". Подобного откровения Хоуп не ожидал; стало быть, просмотренная запись, оказавшаяся в устройстве-оракуле, фактически спасла им жизни!..

"Мы с Алиссой решили переместиться в будущее, дабы надзирать за исследованием Тринадцатого Ковчега - комплекса, появившегося в небе на этом временном отрезке", - продолжал Хоуп. - "Мы оставили идею восстановить прежний Кокон и решили создать совершенно новую оболочку - Ковчег. Конечно, остается вопрос, как поднять подобное творение в воздух". "Поэтому вы и решили понять, какие именно силы удерживают Ковчег над поверхностью", - предположил Ноэль, и Хоуп утвердительно кивнул: "Точно. Когда мы узнали из пророчества в устройстве-оракуле о появлении Ковчега, то приняли решение переместиться сюда и лично провести исследования этого комплекса".

Новый Кокон, Буниберзе Доводы Хоупа имели смысл. Действительно, для удержания в воздухе прежнего Кокона требовались фал'Си - истинные или же созданные искусственно... но в итоге, как убедились Ноэль и Сэра, реализация подобного проекта приведет к весьма печальным последствиям и, в итоге, к краху человеческой цивилизации... Но помыслить только, сотворение нового Кокона... проект поистине грандиозный...

"Академия добилась определенных успехов в исследовании Тринадцатого Ковчега", - молвила Алисса. - "Мы выяснили, что реактор комплекса приводится в действие рудой, известной как "ядро гравитона". Если отыскать достаточное количество этого минерала, возможно поднять в небеса новый Кокон!" Но здесь возникала проблема: если для левитации Тринадцатого Ковчега руды имелось достаточно, то для вознесения в небеса Кокона минерала определенно недоставало.

Кроме того, Хоуп поделился новостями о разработке Академией нового оружия, использующего нарушающие временную линию энергии. Вполне возможно, в будущем им придется лицом к лицу столкнуться с темным воителем, появляющемся в записях устройства-оракула, и посему необходимо оставаться во всеоружии - ведь сражаются они за свое будущее! Вот только для функционирования подобного оружия исследователям необходим "кристалл хаоса" - воплощение энергий парадокса, а в этом временном периоде подобный артефакт не существует.

Обещав вплотную заняться поисками и ядер гравитона, и кристалла хаоса на различных временных отрезках, Сэра и Ноэль простились с Хоупом и Алиссой, после чего покинули оплот Академии, переместившись посредством Врат на Вехи Истории. Данные, загодя предоставленные им исследователями Академии, указывали, что ярда гравитона могут возникать посредством пространственно-временных аномалий в эпохах, где случаются парадоксы; странникам во времени пришлось немало времени провести в поисках, посетив Нео-Бодам в 3 году, руины у озера Билджи в 5 году, горный массив Ящас в 100 году, деревню Оербу в 200 году, мегаполис Академию, заповедник Санлес и деревню Оербу в 400 году - ныне существующие исключительно в "утраченной" истории, во временной линии, исчезнувшей из-за эффекта парадокса.

...Посетив означенные эпохи и разыскав в них ядра гравитона, Ноэль и Сэра вернулись в оплот Академии в 400 году, передав руду Хоупу и Алиссе. Конечно, создание нового Кокона займет не меньше столетия, и оставалось лишь уповать на то, что кристаллическая колонна продержится этот отрезок времени...

Алисса передала Сэра артефакт, который был обнаружен в городе; интересно, какую временную эпоху открывает он? "Быть может, ту, в которой Кокон падет, что зрели мы в пророчестве", - мрачно предположил Ноэль. - "И где сражается Кайес". "Неужто пришел час последнего противостояния?" - молвила Сэра, и Хоуп воскликнул: "Так сразимся же вместе! Мы последуем за вами в будущее иным путем. Там есть то, что я должен защитить". "Верно", - согласилась Сэра. - "Ваниллу и Фанг, и новый Кокон. Надеюсь, мы сумеем создать будущее, где все будут счастливы".

"Иногда, когда надежды кажется утраченной, люди оборачиваются друг против друга", - вздохнула Алисса. - "Ненависть переполняет их. Но когда они осмысливают свои поступки, то печалятся". "Да, когда-то я чуть было не потерял все из-за лютой ненависти, которую испытывал", - задумчиво произнес Хоуп. - "А затем друзья помогли мне найти выход. Тогда-то все и началось... Сэра, ты ведь первая сказала, что хочешь "спасти Кокон"? Сноу и Лайтнинг поклялись претворить желание твое в жизнь, посему мы и сплотились. И по сей день Ванилла и Фанг удерживают Кокон... Но старая оболочка истощена и вскоре падет. Многим из нас будет тяжело покинуть свои дома". "Но когда вы поднимите в небо новый Кокон, может, сумеете помочь нашим друзьям, облегчив их ношу", - улыбнулась Сэра. - "И, возможно, Ванилла и Фанг вновь пробудятся от кристаллического сна". Хоуп поблагодарил Ноэля и Сэру за то, что показали ему, каким должно быть истинное будущее, тем самым определив цели Академии. "Человечеству суждено повторять ошибки прошлого", - заметил Ноэль. - "Но мы также обладаем способностью строить свое будущее". "Когда приготовления к возведению нового Кокона будут завершены, мы собираемся попытаться переместиться на столетие вперед", - произнес Ноэль. - "Я своими глазами хочу увидеть, как Кокон вознесется в небеса".

Сэра и Ноэль простились с исследователями, высказав надежды, что вскоре встретятся снова, устремились к Вратам Времени. Неужто они действительно близки к тому, чтобы изменить будущее и окончательно вернуть Кокон в небеса? Но не попытается ли Кайес вновь чинить им препятствия?.. На чьей он стороне в действительности?.. С другой стороны, Кайес, стоящий за обращением людей в шигай, оказался творением искусственного интеллекта, но к чему стремится истинный темный воитель?.. К сожалению, Ноэль забывал о том, что прежде был знаком с Кайесом... связано ли исчезновение воспоминаний его с изменением будущего?..

Прежде, чем ступить во Врата - артефакт, активирующий которые, им передала Алисса, - Ноэль напомнил спутнице, что если Кайес остается в Вальхалле, то видит все, происходящее на временных отрезках, и если заметит некую слабость, проявленную странниками во времени, то непременно воспользуется ею.

Двое исчезли во Вратах, а Алисса еще долго смотрела им вслед, мысленно прося прощения за только что совершенное предательство. Ведь артефакт сей передал ей Кайес, сообщив о том, что если Сэра и Ноэль добьются успеха в восстановлении временной линии, Алисса прекратит свое существование. Ведь в истинной истории она погибла в час Очищения, и лишь вмешательство богини Этро, создавшее аномалии в континууме, позволило ей продолжить существование. И сейчас странники во времени устремляются прямиком в ловушку, расставленную Кайесом во Внешней Пустоте...


На этот раз перемещение во времени оказалось невероятно сложным; временные потоки обрели невероятную турбулентность, разнесли Ноэля и Сэру в разные стороны.

Оказавшись на островке тверди во Внешней Пустоте, Ноэль лицезрел пред собою Кайеса, а в следующее мгновение темный воитель пригвоздил его мечом к каменной породе...

Чуть поодаль из пространства Вех Истории оказалась исторгнута Сэра; арбалет-мугл исчез у нее на глазах. В душе занималось отчаяние: происходит нечто ужасное - нечто, о чем она покамест не имеет представления... Как и тогда, в Нео-Бодаме, реальность подернулась рябью, окружающий безжизненный ландшафт казался призрачным, будто множество реальностей накладывались друг на друга...

К вящему удивлению Сэры, здесь, во Внешней Пустоте повстречала она Юл - как две капли воды похожую на иных провидиц, носящих это имя. "Относительно твоей родной эпохи я - Юл из далекого прошлого", - молвила дева. "Но... где мы?" - спрашивала Сэра, и отвечала провидица: "На самом деле меня здесь нет. Я лишь наблюдаю за грядущими событиями из иного времени. А это место - тень Вальхаллы. Я вижу, что ты заточена в глубинах незримого мира. Но видение сие вскоре завершится". "То есть, я не смогу выбраться отсюда?" - голос Сэра предательски дрогнул, и молвила Юл: "Если ты не сумеешь бежать, сон продлится вечность".

Образ провидицы развеялся, но, продолжив странствие по сему ирреальному пространству, лицезрела Сэра иную Юл, призналась которая, что проживает в родную эпоху девушки. "Мы с тобой одинаковы", - изрекла она. - "На нас - благословение Этро. Мы - ее избранные слуги, обладающие способностью выступать за пределы временных линий. Способностью видеть будущее. Это и есть дары Этро". "А какая роль во всем этом отведена моей сестре?" - вопросила Сэра, и прозвучал ответ: "Воительнице? Она - страж храма Этро и не может покинуть незримый мир. Посему и обратилась к тебе за помощью". Поведала провидица, что могущество богини наполняет незримый мир, но с каждой секундой та становится слабее, и ныне сущность Этро пребывает во сне в Сердце Хаоса. И если прекратит она свое существование, силы, которыми наделила она человечество и которые делают сущее цельным, иссякнут, что ознаменует закат вечности.

Третья Юл, встреченная Сэрой во Внешней Пустоте, принадлежала к будущему, девушке неведомому. "Вскоре я исчезну", - молвила она, но успела поведать о том, что когда миряне Кокона ступили на земли Гран Пульса, магия наполнила мир, и время исказилось. Временная линия оказалась изменена, а история - нарушена, а в стене, разделяющей мир духовный и материальный, образовались бреши. Могущество кристаллов, коим прежде обладали лишь эл'Си, проникло в мир, и ныне люди обрели способности творить заклинания. Кроме того, поведала Юл и о том, что душа человеческая - дар богини, частичка хаоса Вальхаллы. Зрит провидица будущее, ибо Вальхалла живет в сердце ее, но Глаза Этро - не некий особенный дар, ибо каждый человек, обладающий душой, может заглянуть в грядущее.

Следующая провидица, означившаяся в ирреальности одной из бесчисленного множества теней, Вальхаллы, изрекла: "Давным-давно существовали шестеро и одна эл'Си, и история их - истинное чудо. Судьбы шестерых были неразрывно связаны - надлежало им завершить миссию, возложенную на одну". "Шестеро?" - озадачилась Сэра. - "Наверняка ты говоришь о Лайтнинг, Сноу и остальных. А "одна", это... я?" Но вместо ответа Юл поведала девушке о том, что тела смертных - суть крови богини, а души созданы из предвечного хаоса. Видящие стали старейшим племенем Гран Пульса, принявшим для себя суть хаоса, и Юл выступила их провидицей.

Наконец, пятая из встреченных Сэрой провидиц открыла девушке истинную подоплеку чуда, произошедшего в час кристаллизации Кокона. "Богиня Этро видела, что эл'Си исполнили свою задачу", - молвила Юл. - "Она видела, сколь доблестны и решительны они, и сжалилась над ними. Она благословила шестерых и одну, и также еще одного, ребенка. И вызволила их из заточения в кристаллах". "То есть, в тот день нас спасла богиня?" - изумилась Сэра. "Да", - кивнула провидица. - "Но сделав это, она тем самым нарушила течение времени. Этро слабеет, и не может восстановить оное. Но, возможно, ты в силах разрешить возникшие по ее вине парадоксы. Возможно, уже разрешила". "Возможно?" - озадачилась Сэра. - "То есть... уже слишком поздно?" "Будущее... я больше не вижу его", - призналась Юл, и, перед тем, как исчезнуть, поведала о том, что в незримом мире существует мир грез, достичь которого стремятся боги. И в сердце сего непостижимого пространства пребывает Буниберзе - истинный Творец сущего.

Заметив вдалеке сияющий кристаллический трон, Сэра поспешила к нему, но подле основания структуры заметила фигурку очередной Юл, поинтересовалась, к какой из эпох принадлежит провидица. "Я живу во всех эпохах", - отвечала та. - "Я умираю во всех эпохах. Я переживаю бесчисленные расставания, вновь и вновь". "Ты... хочешь что-то мне сказать?" - неуверенно вопросила Сэра, и Юл, устремив на девушку пронзительный взгляд, изрекла: "Ты призвала меня сюда. В этом месте ты в силах воплотить все свои желания". "Я... не понимаю", - произнесла Сэра, озадаченная услышанным, и провидица продолжала вещать: "Это место, где текут все временные потоки, куда стекаются грезы и желания человечества. Мир без начала и конца... Мир, замкнутый на самого себя... Почему ты стремишься изменить время? Почему стоишь у него на пути? Почему продолжаешь свое странствие?"

Вопросы прозвучали неожиданно, а Юл, схватив пораженную Сэру за запястье, молвила: "Изменяя временную линию, ты приближаешься к смерти. Но сейчас... твой путь окончен". Очертания провидицы развеялись, а в нескольких шагах от девушки возник Кайес. Обнажив клинок, темный воитель метнулся к Сэре, но в руках той вновь возник верный арбалет (пусть очертания его и оставались призрачны), и девушка приняла бой с немезидой, относительно устремлений которой до сих пор оставалась в неведении.

Оружие Сэры, однако, рассекало лишь пустоту; Кайес мгновенно перемещался с места на место, игра со своей жертвой. Воплотившись на кристаллическом троне, темный воитель буднично заметил: "Ноэль так долго не продержался". "Что ты сделал с ним?!" - исступленно выкрикнула Сэра, и Кайес отвечал: "Он живет во времени и пространстве, где ведает лишь счастье. Он признал свое поражение и теперь пребывает в покое".

Сэра отказывалась поверить в подобную возможность, посему вознамерилась продолжить бой, но Кайесу наскучила эта игра, посему остановил он течение времени, нарочито медленно приблизился к застывшей девушке. "Дитя чудес", - произнес он. - "Странница во времени, направляемая Этро. Слушай меня. Каждый раз, когда воплощаешь ты желание своего сердца, разбиваются чьи-то грезы. Ты творишь чудеса, но тем самым сеешь семена трагедии в жизнях иных людей. Ты готова нести подобную ношу? Подобную ответственность?"

Время возобновило свой бег, и Кайес нанес Сэре страшный удар, отбросив девушку к одной из белокаменных колонн пред троном. "Почему ты противостоишь нам, Кайес?" - превозмогая боль, выдохнула Сэра, и темный воитель снизошел до ответа: "Чтобы спасти ее. Однажды богиня Этро избавила вас, эл'Си, от уготованной участи. Для вас это стало чудом. Для Юл - смертным приговором. Ибо в тот судьбоносный момент история преобразилась, время оказалось искажено. Каждое искажение, возникающее в будущем, забирало жизнь провидицы. Сколько раз она умирала у меня на глазах!.. Когда время нестабильно, будущее изменяется, и жизнь одной из Юл прерывается. Посему я остановлю реку времени и сокрушу основы истории! Лишь тогда страдания Юл прекратятся".

"То собираешься уничтожить историю лишь затем, чтобы спасти Юл?" - изумилась Сэра. "Да", - постановил Кайес. - "Вы же на каждом шагу чинили мне препятствия. Но теперь с этим покончено. Я убью богиню и верну сущее в Вальхаллу. В месте, где нет ни времени, ни будущего, Юл обретет вечность".

С этими словами он пронзил клином тело Сэры, прошипев: "Воплоти же желание своего сердца..."

***

Сэра пробудилась ото сна, осознав, что пребывает на морском побережье в родном Нео-Бодаме. Склонились над нею верные друзья - Лебро, Гадо, Юдж и Маки; именно они разбудили девушку. Неужто странствия по различным эпохам, Ноэль... Юл и Кайес... все это не более, чем грезы?.. Или же... реальность, окружающая ее - морок, наведенный темный воителем?..

О Ноэле "Бродяги" не помнили; стало быть, находится она в прошлом - до того, как поблизости пал метеорит, обратившись во Врата Времени. Или же... реальность вновь оказалась изменена, и событие это как не случилось, так и не произойдет?.. К тому же... Кайес пронзил ее мечом, но ныне раны не наблюдалось... Сэра не ведала боле, что - истина, а что - вымысел; грезит ли она?!.

Вернувшись домой, Сэра лицезрела Сноу собственной персоной, но вместо того, чтобы обнять возлюбленного, выпалила: "Как ты здесь оказался? Ты ведь отправился на поиски моей сестры!" "О чем ты?" - обескуражено вопросил Сноу. - "Насколько я знаю, Лайтнинг никуда не исчезала. Она живет здесь, с нами, с тех самых пор, как мы поженились".

Сэра бросилась к выходу из дома, сознавая, что реальность слишком идеальна, чтобы быть истинной. А пространство стремительно преображалось; горожане бесследно исчезли, ткань реальности опасно истощилась. Казалось, Сэра осталась одна в целом мире, низвергающемся в небытие...

Но нет, на причале замерла знакомая фигура - Лайтнинг! "Это действительно ты?" - со слезами на глазах обратилась Сэра к сестре. - "Почему ты здесь?" "Потому что так захотела ты", - последовал лаконичный ответ.

Сэра замерла, пораженная неожиданной догадкой. "В этом месте ты в силах воплотить все свои желания", - говорила ей провидица, встреченная во Внешней Пустоте. "Воплоти же желание своего сердца..." - молвил Кайес, нанося девушке смертельный удар. Неужто нынешняя реальность - творение разума Сэры?..

"Ты изменила историю и вернулась в родную эпоху", - произнесла Лайтнинг, протянула сестре руку. - "Вот и все. Приключение твое подошло к концу. Пойдем со мной. Твоя семья ждет". Казалось, все так просто: взять Лайтнинг за руку и вместе с нею пойти домой, дабы обрести наконец желаемое счастье... Но глубоко в душе сознавала Сэра, что нереально происходящее... сон, это всего лишь сон. И она прошла через слишком многое, чтобы продолжать жить в самообмане...

Сэра отрицательно покачала головой, отступила на шаг. Нет, не могла она принять для себя такую реальности... Ведь куда утратила она веру в будущее, появился Хоуп и подарил ей надежду. Сноу оставил дом и друзей, устремившись сквозь время, дабы спасти иных людей. Ради спасения Кокона Хоуп работал, не щадя себя. И, наконец, Ванилла и Фанг, пожертвовавшие всем, и теперь, заключенные в кристалл, удерживают Кокон в небесах. Не могла Сэра оставить их, продолжив жить в сем мире грез, не могла предать.

Лайтнинг исчезла, но в разуме Сэры отчетливо прозвучали слова: "Не сдавайся". Отчаяние отступило, и девушка, оставив опустевший город, устремилась в предгорья - туда, где пал метеорит и где впервые узрела она Врата Времени. Но ныне врат не наблюдалось, а равнине Сэру дожидалась... Ванилла?..

"Это действительно ты?" - вырвалось у Сэру, которая терялась, не зная, что считать реальным в этом определенно иллюзорном мире. "Хороший вопрос", - усмехнулась девушка. - "Скажем так: это действительно я, но остающаяся во сне. Я все еще сплю в кристаллической колонне. Ты тоже грезишь, посему разумы наши и сумели соприкоснуться". "Стало быть, это все-таки сон", - констатировала Сэра, поинтересовалась: "Но почему ты пришла?" "Потому что тебе нужна помощь", - отвечала Ванилла, а материализовавшаяся рядом с нею Фанг добавила: "Мы пришли, чтобы вытащить тебя из этих фантазий".

"Ты оказалась заключена в бесконечном сне, где-то во Внешней Пустоте", - разъяснила Сэре Ванилла. - "Без нашей помощи ты никогда не сможешь проснуться". Фанг создала разрыв в пространственно-временном континууме, молвила, обращаясь к Сэре: "Ты приняла решение проснуться и оставить этот мир. Если бы ты не ответила отказом ложной Лайтнинг, мы никогда не сумели бы коснуться твоего разума, и сон продолжался бы вечность". "Я почти поверила ей, ложной Лайтнинг", - призналась Сэра. - "Но затем я вспомнила, что сестра сражается в Вальхалле. Сноу и Хоуп тоже ведут свои сражения. Из всех нас я оказалась единственной, кто бежит от правды".

"Вечно, потому что теперь твоя очередь помогать", - усмехнулась Фанг. - "Потому что ты - не единственная, кто пленен во сне, от которого не может очнуться". "Ноэль!" - воскликнула Сэра, и Ванилла утвердительно кивнула: "Ты должна разыскать его. Уверена, ты сумеешь спасти его, Сэра". Очертания Фанг и Ваниллы поблекли, и Сэра ступила в сотворенный раскол, без сожалений оставляя этот мир ложного счастья и безмятежности...


Девушка обнаружила себя в иной иллюзорной реальности - умирающем мире утраченного будущего, отстоящего от ее родной эпохи на семь столетий. Долго шагала она по бесплодной, усеянной руинами немногочисленных селений равнине, распростершейся под неприветливыми алыми небесами.

Вдалеке Сэра заметила Ноэля; воодушевленный, тот только что прикончил огромного монстра, на которого охотился, и, пробормотав что-то насчет "рагу к столу на день рождения", устремился прочь. Сэру юноша не заметил, всецело пребывая в собственной реальности - должно быть, счастливой, если подобная характеристика может быть применима к подобному миру, знаменующему закат эпохи человечества.

Последовав за Ноэлем, Сэра достигла стен лагеря племени Видящих, подле которых которых заметила Кайеса. Последний тепло приветствовал вернувшегося охотника, постановив, что тот готов стать единственным истинным Стражем провидицы, посему должен сойтись с ним поединке. "Если ты одержишь верх надо мною, право священного служения перейдет к тебе", - говорил Кайес. - "Так же, как перешло ко мне, когда я одержал верх над моим предшественником". "Что с ним произошло?" - вопросил Ноэль, и отвечал Кайес: "Я убил его. Таков закон Стражей - в живых может остаться лишь один. Ноэль, если ты стремишься занять мое место, то должен убить меня".

Ноэль возражал, говоря, что не собирается убивать товарища... но у него на глазах Кайес исчез, растворившись в воздухе. Потрясенный, юноша опустился на колени... Доселе он долгое время тренировался в обращении с клинками, надеясь одержать верх над Кайесом Балладом, а после наряду с ним оставаться подле Юл. Но Кайес исчез... и шанса сойтись в поединке с ним Ноэлю так и не представилось...

Ступив в лагерь, Сэра воззрилась на полуразрушенные хижины, подле которых оставались призрачные силуэты, проклинающие свое жалкое существование на закате вечности. Ноэль же устремился прямиком к хижине Юл, сообщив провидице, что прикончил огромного монстра, и теперь они лихо отпразднуют ее день рождения. "Хотел бы я, чтобы на празднике присутствовало больше народу, как прежде", - вздохнул он. - "Может, день рождения, отмечают который лишь три человека, будут несколько удручающ". Юл, отрицательно покачав головой, возразила: "Да нет же, будет весело. Ведь я отпраздную этот день рождения вместе с тобой и Кайесом".

Но исчезала Юл - как и все иные обитатели сего мира, исполненного печали, и в том, что произошло, винил Ноэль исключительно себя. Не мог он принять судьбы, постигшей провидицу, ровно как и простить Кайеса за то, что покинул их. Но, говоря откровенно, простить он не мог себя, свою беспомощность что-либо изменить...

Иной эпизод утраченной истории предстает Сэре, и зрит она Ноэля и Кайеса. Последний спрашивает, готов ли будущий Страж сразиться с ним, но Ноэль отвечает: "Сегодня день рождения Юл, Кайес, и не время для нашего поединка. Завтра я сражусь с тобой, но не стану тебя убивать. Одержав победу, я приму силу Стража, и тогда мы уйти отсюда и вместе станем защищать Юл". "Уйти?" - удивляется темный воитель. - "Куда?" "Туда, где живут другие люди, конечно же", - с жаром отвечает Ноэль. - "Должны же где-то быть и иные племена! Если мы отыщем их, Юл не будет чувствовать себя столь одиноко. Она снова будет счастлива". "Тщетная надежда, и ты это прекрасно знаешь", - в отличие от Ноэля, Кайес не стремился витать в облаках. - "Единственное, что ты можешь сделать - убить меня. Ибо в груди моей бьется Сердце Хаоса - воплощение Этро. Если оно прекратит свое биение, богиня умрет снова, и хаос Вальхаллы низринется в мир. Хаос, обладающий силой изменить временную линию и уничтожить прошлое".

И вновь Ноэль ответил отказом на призыв Кайеса убить его; обнажив клинок, темный воитель постановил, что в таком случае умереть должен его несостоявшийся наследник... В последовавшем поединке Кайес поверг противника, мрачно резюмировав: "Как я и опасался, ты слишком слаб". "Я тебя не понимаю, Кайес", - выдохнул Ноэль. - "Все эти разговоры про необходимость убить тебя, про уничтожение прошлого... Думаешь, это сделает Юл счастливой?.." "Мне не нужно угождать ей", - отозвался Кайес. - "Я хочу спасти ее". С этими словами он устремился прочь, бросив на прощание: "Я отправляюсь в Вальхаллу. Там я убью богиню и Юл обретет свободу".

Так, Кайес покинул лагерь, и Ноэль наряду с Юл остались двумя последними людьми в целом мире. А вскоре после того, как темный воитель оставил их, Ноэль обнаружил провидицу подле древнего устройства-оракула... Юл скончалась у него на руках, прошептав слова прощания и заверение в том, что однажды они встретятся снова... Лишь после случившегося узнал Ноэль истину о Видящих и о судьбе, уготованной провидицам племени. Ибо каждый раз, когда зреет та видение будущего, утрачивает частичку жизненной силы, и вскорости умирает, будучи молодой. Такова цена, которая должна быть уплачена за дар Этро...

Ноэль не мог простить Кайеса за то, что тот утаил от него сведения о судьбе, ожидавшей Юл, посему покинул опустевший лагерь, выступив в путь, надеясь достичь Вальхаллы. Он полагал, что если станет воителем Этро, как Кайес, то обретет могущество, достаточное, чтобы изменить уготованную Юл участь. Собственная участь Ноэля нисколько не заботило; счастье провидицы - единственное, что имело значение... Возможно, юноша подсознательно стремился исчезнуть из этого мира, принесшего ему столько боли и страданий...

Черные горы попирали небеса, пустыни простирались до самого горизонта... Неважно, сколь долго шел Ноэль, не встретил он ни единой живой души, и не открылись для него Врата богини... Наконец, силы оставили юношу, и ощутил он приближение смерти... но приветствовал ее...

Подобного Сэра допустить не могла. "Ноэль!" - выкрикнула она, и впервые во взоре юноши отразилось узнавание. "Ты живешь во сне, Ноэль", - говорила девушка. - "Ты счастлив здесь, и подобный сон продлится вечность. Но я пришла, чтобы забрать тебя отсюда. Прости". "Все сны рано или поздно заканчиваются", - улыбнулся юноша. - "Ты помогла мне проснуться".

Разверзлась реальность, явив ужасающее, но уже знакомое порождение Внешней Пустоты - Гогмагога, но на этот раз вновь обретшие себя странники во времени были вновь исполнены надежды - они в силах изменить будущее!..

Повергнув гиганта, Сэра и Ноэль вновь обнаружили себя в родной эпохе юноши - мире иллюзорном Девушка обратилась к спутнику, напомнив, что счастливое грядущее зависит от них, но тот отрицательно покачал головой. "Сон... напомнил мне кое о чем", - с горечью признался он. - "Способность видеть будущее - это проклятие. Юл умерла в возрасте 15 лет. Видение временной линии потребовало страшную цену от нее. И, Сэра... ты тоже можешь зреть сквозь время". "То есть... мне суждено умереть?" - ужаснулась Сэра, и Ноэль отвечал: "Ты не наблюдала видения будущего столь долго, как Юл. Поэтому в ближайшее время ты не умрешь. Но это может измениться, и скоро. Если мы изменим прошлое, ты увидишь иное будущее. Тебе не избежать этого видение. Чем больше мы изменяем временную линию, тем больше преображается история... И чем больше ты зришь, тем скорее видения уничтожат тебя. Я знаю, что не сумел уберечь Юл. Но сколько не пытаюсь, я не могу вспомнить, что произошло с ней. Как будто воспоминания о ее смерти были стерты из моего разума".

Потрясение оказалось сильнейшим, но Сэра, усилием воли взяв себя в руки, напомнила спутнику, что надлежит им как можно скорее добраться до Вальхаллы... где участь сущего - ровно как и их собственная судьба - решится окончательно... Но как возможно покинуть этот мир грез?..

Вернувшись в селение Видящих, они проследовали к величественному монументу, у основания которого пребывало устройство-оракул. Коснувшись оного, Сэра явила взору видение, отмечалось в котором их с Ноэлем странствие во времени... Стало быть, Юл сего умирающего мира видела будущее, создать которое стремился Ноэль, и верила, что однажды они непременно встретятся снова. Увиденное заставило Ноэля принять окончательное решение: да, они сойдутся с Кайесом лицом к лицу... и покончат с этим затянувшимся противостоянием.

А в ладонях Сэры вновь воплотился Мог, заявив, что все это время дух его был заточен во Внешней Пустоте, но на помощь к нему пришла Лайтнинг, сумев указать муглу направление пути, ведущего к Сэре. "Я расскажу вам истину о Кайесе", - пропищал мугл, исполняя волю Лайтнинг. - "Миссия Стражей Видящих заключалась в защите провидицы. Они были эл'Си, купо". "Неужто и Кайес - эл'Си?" - поразился Ноэль, и мугл отвечал: "Больше нет. От этого бремени его избавила богиня Этро". "С ним произошло то же, что и с нами", - изумилась Сэра. - "Мы были эл'Си, но богиня спасла нас от уготованной печальной участи".

"Но Кайес обрел бессмертие", - продолжал рассказ Мог. - "На протяжении долгих столетий оставался он подле провидицы. Он защищает ее, бессмертный Страж... купо". "То есть, он слышал все без исключения пророчества провидиц", - заключил Ноэль. - "И знает события всей временной линии. Эти знания наряду с бессмертием дают ему невероятное могущество. Он с легкостью может перемещаться по эпохам и изменять сущее по своему видению. Стало быть, он с самого начала стоял за всем происходящим... Теперь мы точно знаем, кто наш враг... и мы остановим его".

У монумента возник раскол в пространственно-временном континууме, и знали странники во времени, что близок конец их долгого пути. "Стало быть, вот как заканчиваются сны", - грустно улыбнулся Ноэль, но Сэра молвила с нескрываемым воодушевлением: "Нет. Это только начало". Ибо в средоточии отчаяния она обрела надежду...


Ноэль и Сэра обнаружили себя близ руин Нео-Бодама в год 700 от кристаллизации Кокона. Город постигла та же печальная участь, что и родное селение Ноэля, и ныне лишь остовы разрушенных зданий чернели на пустынной, мертвой земле.

В нескольких шагах от молодых людей возник иной пространственно-временной раскол, и в мир ступила Лайтнинг, облаченная в сияющие доспехи. "Лайтнинг..." - выдохнула Сэра. - "Что ты здесь делаешь?" "Это будущее, которое я не смогла спасти", - отвечала девушка, и младшая сестра немедленно засыпала ее вопросами: "Куда ты подевалась? Что происходило во сне, который ты явила мне? Зачем ты привела меня сюда?"

"Я все объясню", - тихо молвила Лайтнинг, - "Все, что произошло со мной в прошлом. И о том, кто стремится уничтожить будущее... В тот судьбоносный день произошло не одно чудо. Жертва Ваниллы и Фанг спасла Кокон от разрушения. Мы пробудились от кристаллического сна, обнаружив, что метки наши исчезли. Благословение Этро стало нашим спасением. Врата в незримый мир открылись, и богиня даровала нам избавление. Я была счастлива, испытывала облегчение от подобного исхода, но где-то в глубине души оставалась необъяснимая тревога. Ванилла и Фанг остались в колонне, и мир объяла тишина. Наше сражение закончилось, но... начиналось новое... События того дня привели к возникновению портала, ведущего в иной мир, и из глубин сего раскола хлынула тьма, которого нет места в нашей реальности - сила, перенесшая меня в эпоху завершения вечности. Предсмертные крики умерших в тот страшный день открыли врата, ведущие прямиком к трону богини. За вратами пребывала Этро, и сотворила чудо в мире смертном. Но тьма, проникшая в оный, грозила поглотить нашу реальность. Этро закрыла врата и исказила временную линию. Поток времени был изменен, и само сущее оказалось преображено... Тьма объяла меня и вычеркнула существование мое из истории... Я пришла в себя в Вальхалле - за пределами времени, за пределами жизни и смерти. В ином мире вечного сумрака, в хаотическом царствии богини Этро. Какая сила привела меня сюда?.. Из Вальхаллы я могла зреть все временную линию; взглянув на будущее человечества, я осознала божественную волю Этро... Богиня умирает, и если дух ее прекратит существование, мир смертный ожидает окончательная гибель... И я сделала свой выбор, приняв решение сражаться за будущее... Кайес Баллад стремится уничтожить всю надежду, не дать грядущему обратиться реальностью. Пусть противостояние это может оказаться бесконечным, я не отступлю никогда. Этро избрала нас - своих чемпионов, и мы не можем потерпеть поражение".

"Все началось в Вальхалле, так?" - вопросил Ноэль, когда Лайтнинг закончила свой рассказ. - "То, что явилось оттуда, создало аномалии, приведшие к созданию Врат Времени и искажению временной линии". "Я не знаю, что это было", - призналась Лайтнинг. - "Некая невероятно могущественная сила, которая не должна существовать в смертном мире. Лишь Этро может обуздать эту силу и сдержать ее в пределах Вальхаллы. Но если богиня исчезнет, сей разрушительный поток тьмы не остановит ничто. Именно этого и добивается Кайес. Он стремится отыскать Этро, спящую в храме, убить богиню и высвободить силу, которую та сдерживает. В этом случае мир людей поглотит хаос, низринувшись в нашу реальность через Незримые Врата".

"Врата?" - озадачилась Сэра, и Лайтнинг пояснила: "Когда человек умирает, ее душа устремляется в иной мир и проходит через этот портал. Если же одновременно из жизни уходят множество смертных, Врата открываются широко, дабы пропустить эти души". "Как, например, в случае падения Кокона", - молвил Ноэль, осознав наконец причину, по которой Кайес так стремится действиями своими разрушить кристаллическую колонну, удерживающую гигантскую сферу.

"Верно", - кивнула Лайтнинг. - "Могущества хаоса хлынет через Врата как водный поток через прорванную плотину. Хаос поглотит все, и мир ожидает окончательная энтропия, где нет ни жизни, ни смерти, ни времени". "Ни жизни, ни смерти?" - эхом отозвалась Сэра. - "То есть... как Вальхалла?.. Ведь если Кайес сумеет низвергнуть Кокон, миллионы людей погибнут, и могущество хаоса обратит наш мир в иную Вальхаллу!"

"Да", - молвила Лайтнинг. - "Кайес стремится создать мир, в котором времени не существует. Если он сможем уничтожить время, Юл будет спасена". "И не только Юл", - скрипнул зубами Ноэль. - "Все иные провидицы, когда-либо существовавшие. Они будут избавлены от своего проклятия... Он хочет принести Кокон в жертву, дабы воссоздать мир по образу и подобие Вальхаллы, и все это - ради Юл".

"Поэтому ты сражалась с Кайесом в Вальхалле", - произнесла Сэра, обретя наконец ответы на вопросы, снедавшие девушку с самого начала ее долгого странствия. - "Ты защищаешь Этро". "Мы должны противостоять Кайесу на двух фронтах", - беспрекословно постановила Лайтнинг. - "В Вальхалле и в мире смертном. В противном случае мы не сумеем изменить будущее. Я не смогу добиться этого одна. Мне нужна ваша помощь".

После чего Лайтнинг поведала сестре и спутнику ее, что случится с Коконом. В 500 году кристаллическая колонна окажется недостаточно прочна, чтобы выдержать вес гигантской сферы, и Кокон падет на Пульс. К тому времени Хоуп и иные исследователи Академии завершает создание нового Кокона, но когда попытаются поднять ее в воздух, вмешается Кайес. Он спровоцирует столкновение старого и нового Коконов, и оба они обрушатся на Пульс...

Сэра постановила, что им необходимо отправиться в год 500 от кристаллизации Кокона, дабы пресечь попытку Кайеса уничтожить Кокон. Если пророчество сие удастся изменить, истинная временна линия будет окончательно восстановлена. "Все будет зависеть от вас", - согласилась Лайтнинг. - "Я же вернусь в Вальхаллу и остановлю Кайеса там".

Пришло время расставаться; каждую из сестер ожидала своя битва, и ставки в них - само существование мира смертного. Но не удержалась Сэра, поинтересовалась, смогут ли они с сестрой воссоединиться в родной эпохе... после того, как все закончится... "Всему свое время", - грустно улыбнулась Лайтнинг и, проследовав в пространственно-временной разлом, исчезла... Быть может, никогда больше Сэра не увидит ее, но девушка убеждала себя, что сейчас надлежит быть сильной... иначе рассчитывать на успех не приходится...

Молодые люди проследовали к возникшим поодаль Вратам Времени, сознавая, что богиня предоставила им второй шанс, дабы спасти оболочку Кокона, спроектированную Хоупом, и даровать человечеству будущее. Сознавал ныне Ноэль, что Кайес в своем маниакальном стремлении уничтожить мир, дабы сохранить жизнь Юл - просто глупец. Ибо провидица не желала гибели для мира смертного, не предавалась отчаянию, а когда умирала в последний раз, улыбалась, ибо зрела надежду в будущем. И Ноэль, вопреки всему, непременно явит Кайесу то самое грядущее...


Академия в год 500 от кристаллизации Кокона предстала странникам во времени градом еще более величественным и прекрасным, нежели тот, зрели который они столетием прежде. Город пустовал: жители были эвакуированы на новый Кокон, и в сей час судьба мироздания колебалась на чашах вселенских весов: вероятные энтропия и возрождение пребывали в зыбком равновесии. Два будущих... и грядущая битва, что определит судьбу смертного мира.

"Похоже, мы прибыли в час свершения пророчества", - молвила Сэра, озираясь по сторонам, ибо встречал их гигантский, но безжизненный город. - "Колонна может пасть в любое мгновение наряду со старым Коконом". Должно быть, Хоуп вот-вот приведет в действие новый Кокон, и Кайес сделает свой ход...

Щупальца хаоса уже просочились в Академию из незримого, и стремительно обращалась она в подобие Вальхаллы. Реальность искажалась на глазах у Сэры и Ноэля: улицы неожиданно изменяли направление, на пути вырастали здания... Очевидно, что время, отпущенное им, неумолимо утекает...

На одной из городских площадей, где пелена тьмы казалась особенно густой, услышали странники во времени глас Юл, раздавшийся в их разумах. "Нет, остановитесь", - говорила незримая провидица. - "Вы не должны продолжать этот путь. Богиня не может быть убита". Смысл сказанного ускользал от молодых людей, но возможности размышлять над услышанным им не представилось, ибо из первозданного хаоса Вальхаллы соткались два кристаллических порождения, один из которых являл собою воплощенный лед из морей энтропии, второй же - раскаленную магму из недр земных.

Сразив иномировых монстров, Ноэль и Сэра продолжили путь по постоянно изменяющим конфигурацию магистралям Академии. "Нет, вы не должны сражаться с Кайесом", - вновь раздался в разумах обоих глас Юл, порожденный, казалось, потоками хаоса. - "Ваш путь ведет лишь ко злу и разрушению. Еще не поздно, вы можете отступиться". "Юл, что это означает?!" - выкрикнул Ноэль в пространство. - "Что произойдет?" "Жестокая судьба", - последовал ответ. - "Бесконечно повторяющаяся, без надежды на избавление. Я не вижу никакого будущего".

"Я не могу повернуть назад", - уверенно произнес Ноэль. - "В моем мире ты больше не существуешь. А мир, в котором нет тебя - мир, недостойный продолжать существование". "У меня нет возможность остановить вас", - вещал глас провидицы. - "Выбор должен быть сделан вами, и только вами. Даже если будущее, избранное вами, обречено".

Впереди выросло знакомое здание - оплот Академии, и странники во времени поспешили проследовать ко входу в него. Но Кайес Баллад был исполнен решимости претворить в жизнь собственные замыслы, посему, обратившись в могущественного эйдлона - Бахамута Хаоса, воспарил над Академией, устремившись к пребывающей близ мегаполиса гигантской сфере - новому Кокону, должному вознестись в небеса.

Ноэля и Сэру приветствовал Хоуп, во главе группы исследователей выступивший им навстречу. Он сдержал свое обещание, сумев переместиться на столетие вперед - в эпоху, когда решится судьба мироздания, и история изберет один из двух вероятных путей.

На платформу пред оплотом Академии опустился воздушный корабль, и Хоуп поторопил странников во времени, велев обоим забираться внутрь. Оказавшись в кабине, Сэра в изумлении воззрилась на пилота, оказался которым никто иной, как Саж! Здесь же находился его сынишка, малыш Дож...

Увы, времени на расспросы и долгие рассказы о пережитом у них попросту не было, посему Саж поднял корабль в воздух, направив его вслед за удаляющимся эйдлоном. Ступив на верхнюю палубу судна, Ноэль и Сэра приняли бой с Бахамутом Хаоса - воплощением Кайеса, и когда сразили его, эйдлон принял облик темного воителя, замершего в нескольких шагах от противников.

"Ты все еще не знаешь всей правды, Сэра", - произнес он. - "Ты - такая же, как и Юл. Ты можешь зреть сквозь время. Даже если ты сумеешь спасти свое будущее, то умрешь, так и не увидев его". Если Кайес полагал, что произнесенные слова сумеют поколебать решимость девушки, он заблуждался. "Я знаю правду, Кайес", - отвечала Сэра. - "Я знаю, что каждый раз, изменяя историю, я теряю частичку собственной жизни. Но это мне безразлично. Я здесь, чтобы защитить будущее. И я сделаю это!" "Как благородно с твоей стороны", - поморщился Кайес. - "Но прежде, чем это случится, ты умрешь!"

Темный воитель устремился в атаку, и жесточайшее сражение разразилось на верхней палубе воздушного корабля, проносящегося над поглощаемым хаосом миром. Кайес сумел повергнуть Сэрой, занес для последнего удара клинок, в рукояти которого пылало алое око, но выпад, должный оборвать жизнь девушки, парировал Ноэль. "Ты сражаешься, как истинный Страж, защищая подругу", - признал Кайес, и Ноэль выпалил в ответ: "А ты сам? Ты же поклялся защищать Юл!" "Я все делаю ради Юл!" - в гневе прорычал Кайес. - "Ее дух связывает проклятие. Я же дарую ей свободу".

"Какое проклятие?" - вопросил Ноэль, и отвечал Кайес: "Скольких Юл ты повстречал за свое странствие? Жемчужина Видящих возрождается бесконечно, в каждую эпоху. Подумай, что это означает! Единственная цель ее существования - умирать вновь и вновь! Даже если она может видеть будущее, она не может избежать собственной печальной судьбы. Она рождается, зная, что ей суждено умереть, даже не пожив как следует. Бесчисленные смерти, а жизни, могущей придать им значение, попросту нет. Я разорву этот круг отчаяния, и неважно, каких жертв потребует это! Я уничтожу само время и пространство... и дух Юл обретет свободу!"

Гигантская брешь образовалась в небесах, и Кайес, вновь обратившись в Бахамута Хаоса, устремился к расколу, а из оного в мир смертный вырывались крылатые монстры. Натиск последних сдерживал боевой флот Академии; Ноэль и Сэра просили Хоупа защищать новый Кокон и проследить за благополучным подъемом гигантской структуры в воздух, а Кайеса предоставить им. Скрепя сердце, Хоуп согласился прекратить преследование флотом Бахамута Хаоса, отдав приказ капитанам кораблей сосредоточиться исключительно на защите нового Кокона от продолжающих атаку монстров.

Саж подвел воздушный корабль к расколу в небесах, и странники во времени сиганули в сию брешь в континууме... оказавшись в Вальхалле - пространстве, где немезида их невероятно сильна. Кайес Баллад дожидался появления противников на затянутой темными волнами равнине. "Здесь, в Вальхалле, хаос - мой союзник", - возвестил он. - "Определим же истинную историю!"

Они вновь сошлись в противостоянии, обмениваясь стремительными ударами. "Думаешь, это сделает Юл счастливой?" - выкрикнул Ноэль, тесня противника, вынуждая того отступать. "Какую из Юл ты имеешь в виду?" - прорычал Кайес в ответ. - "Я знал и защищал сотни Юл. Хоть все они разделяли одну и ту же душу, в то же время были отличны друг от друга. Юл, которая мечтала о странствиях! Юл, которая любила петь! Юл, которая собирала цветы. Все они умерли. Все, у меня на глазах!" "Но, несмотря на это, она выбирала для себя возрождение", - молвил Ноэль, - "чтобы снова быть с тобой! Я же знал лишь одну Юл, но этого было достаточно. Умирая, она улыбалась. Она верила в будущее. Она знала, что мы встретимся снова. Подумай, Кайес: действительно ли это проклятие? Действительно ли прокляла ее Этро? Неужто ты всерьез полагаешь, что Юл хотела умереть окончательно, не возродившись боле?"

Кайес Баллад Кайес угрюмо молчал, ожидая следующего выпада противника, и Ноэль сам ответил на прозвучавший вопрос: "Конечно же, нет. Юл хотела вернуться в мир. Каждый раз, умирая у тебя на руках, она хотела вернуться снова. Она знала, что ее следующая жизнь окажется столь же коротка. Знала! Потому что хотела видеть тебя! Снова и снова, бесконечно!" "Хватит лжи!" - взревел Кайес, потеряв самообладание, стремительно атаковал, но клинок Ноэля рассек его тело, и воитель пал.

Темные энергии хаоса поглотили фигуру Кайеса, преображая, наполняя неимоверным могуществом... и сущность воителя предстала странникам во времени, воплощенная в трех эйдлонах, Бахамутах. Пробил час последней, решающей битвы за судьбу сего истерзанного мира...

И когда пали могущественные рептилии, странникам во времени вновь предстал Кайес в истинном своем обличье. Обессиленный, прижал он ладонь к груди, пламенело в которой Сердце Хаоса, прохрипел, обращаясь к Ноэлю: "Ты говорил, что Юл продолжает возрождаться из-за меня. Стало быть, я должен умереть. Мы должны освободить Юл. Убей меня! Ты - единственный, кто может прекратить эти вечные страдания". Ноэль отступил на шаг, опустил клинок, молвив: "Даже ради Юл я не хочу убивать тебя".

"Лайтнинг мертва", - прошипел Кайес, и, заметив ужас, отразившийся на лице Сэры, продолжал: "Я убил ее собственными руками. Неужто вы позволите мне остаться безнаказанным?" "Он лжет", - отметил Ноэль, дабы успокоить отчаявшуюся Сэру, и Кайес, горько усмехнувшись, изрек: "В Вальхалле время течет не так, как в мире смертном. Задолго до того, как мы сразились здесь, я уже сошелся с нею в сражении. И теперь она спит... безо всякой надежды на пробуждение. То, что должно было случиться в вашем будущем, давно было предрешено... в моем прошлом. Я знаю, как все началось... и как закончится".

"Тогда ты должен знать, что никакие провокации с твоей стороны не заставят меня нанести тебе смертельный удар", - произнес Ноэль. - "Я не собираюсь убивать тебя". "Верно, тебе претит мысль об убийстве кого бы то ни было", - согласился Кайес. - "Ноэль, рожденный на закате мира. Ты понимаешь истинную ценность жизни. Но знай: ты убьешь меня, Ноэль".

Опираясь на меч, Кайес с трудом поднялся на ноги... а в следующее мгновение метнулся к Сэре, занося клинок для удара. Инстинктивно, Ноэль заступил ему путь, парировал удар... а после выбил меч из рук темного воителя. "Впечатляет", - кивнул тот. - "Могущий изменять время, должен сделать выбор между теми, кому суждено умереть, и теми, кто остается в живых. Ты должен принять эту ношу - извечный парадокс!"

С этими словами Кайес резко подался вперед, и клинок Ноэля пронзил его сердце. Ослепительное сияние объяло тело павшего воителя, и странники во времени с нескрываемой грустью наблюдали, как очертания Кайеса бледнеют, знаменуя гибель бессмертного прежде Стража. "Он всегда хотел вернуться сюда, так?" - сдерживая дрожь в голосе, вопросила Сэра. - "Вернуться, чтобы умереть". "Он думал, что таким образом прервет цикл возрождений Юл", - отвечал Ноэль. - "Ибо все Юл, вернувшиеся в Вальхаллу, могут остаться с ним здесь. Им ненужно будет возвращаться в смертный мир, дабы там родиться заново".

"Все-таки в итоге он поверил твоим словам", - вздохнула девушка, и Ноэль, пожав плечами, молвил, кивком указал на простирающийся до самого горизонта серый град, составляющий основу Вальхаллы: "Это мир, порождающий бесконечное число вероятностей. Но они остаются лишь вероятностями. Здесь нет ни смерти, ни истинной жизни. Юл, возвращавшиеся в это пространство, избирали для себя иную судьбу. Они хотели родиться вновь. Им не нужно было бессмертие". "Они хотели для себя страстей мира смертного", - заключила Сэра, и Ноэль печально вздохнул: "Но Кайес стремился к иному - к тому, что, по его мнению, лучше жизни. Мечта, в которой он смог бы оберегать души всех Юл вечно. Но я не таков. Я отыщу ее. Отыщу мою Юл. Нам не нужна вечность. Я просто... хочу быть с ней в будущем".

Сжав ладонь на рукояти клинка Кайеса, Ноэль задумчиво произнес: "Я никому не хотел причинять боль. Не хотел терять мою Юл. Не хотел терять ни одной из них. Никто не заслуживает смерти. Даже ты, друг. Прощай". Юноша вонзил меч в землю, и сияние поглотило как тело Кайеса, так и его клинок.

Преобразилась реальноёсть, и на глазах молодых людей в небесах Вальхаллы возникло множество Врат Времени. Сэра возликовала, ибо гибель темного воителя разрешила последний парадокс и ныне временная линия восстановлена в изначальном виде. Ныне собиралась она отыскать Лайтнинг, но Мог заметил, что, скорее всего, девушки нет в этом мире. Сэра ужаснулась: неужто Кайес не лгал, говоря о том, что сразил Лайтнинг?.. "Думаю, теперь, когда временная линия восстановлена, она вернулась в свой мир", - улыбнулся Ноэль. - "Наверняка она ждет тебя там вместе со всеми остальными".

Поскольку все без исключения парадоксы разрешены, Врата Времени вскоре исчезнут, и молодым людям надлежит поторапливаться, если стремятся они оставить мрачную реальность Вальхаллы. Сэра приняла решение вернуться в год 500 после кристаллизации Кокона; быть может, Лайтнинг тоже пребывает там - ведь это и есть то самое будущее, защитить которая она так стремилась... начало новой эпохи! К тому же, там наверняка находятся Хоуп, Саж... да и Фанг с Ваниллой. Быть может... и Сноу...


Ступив во Врата Времени, Ноэль и Сэра оказалась в году 500 после кристаллизации Кокона, и воочию наблюдали за воплощением в жизнь масштабнейшего проекта человечества. Колонна, поддерживающая Кокон, продолжала разрушаться, но поисковый отряд, ведомый Сажем Кацроем, сумел обнаружить внутри нее погруженных в кристаллический сон Ваниллу и Фанг, и теперь, сумев извлечь тела девушек из обреченной структуры, собирался доставить их на новой Кокон.

Врата Времени еще продолжали существование - стало быть, временная линия не обрела окончательную стабильность... Но Хоуп верил в то, что Ноэль и Сэра справятся со своей задачей, и вскоре следы пространственно-временных парадоксов бесследно исчезнут.

Кристаллическая колонна рухнула, знаменуя низвержение старого Кокона, но столкновение сферы с поверхностью Гран Пульса существенно смягчил разработанный Академией "метащит" - невидимое силовое поле, должное предотвратить необратимые изменения в экосистеме нижнего мира. А в небеса медленно, величаво поднялась иная сфера - новый ковчег человеческой цивилизации, получивший название "Буниберзе".

Оставаясь на верхней палубе воздушного корабля, пилотируемого Сажем, Ноэль и Сэра с надеждой смотрели в счастливое будущее... когда исчезли последние Врата Времени... Девушка неожиданно обмякла, и бросившийся к ней Ноэль с ужасом осознал, что спутница его мертва... Подоспевшему Хоупу, до глубины души шокированному столь неожиданным оборотом событий, Ноэль, не выпускающий бездыханное тело Сэры из объятий, бесстрастно пояснил: "Будущее изменилось. Если изменяется будущее, изменяется и прошлое. Эффекты от подобных перемен распространяются по временной линии в обе стороны. Провидицы вынуждены наблюдать эти видения".

"То есть, Сэра... узрела это видение?" - выдавил Хоуп, и Ноэль кивнул: "Да. И это убило ее. Она знала, что риск огромен. Если мы изменим будущее, жизнь ее окажется под угрозой. Но все же она не колебалась, приняв решение изменить ее. Я хотел защитить ее... Думал, у меня это получилось. Думал, с ней все будет хорошо".

...Серая хмарь объяла мир, преображая его, и в звенящей тишине прозвучал тоненький голосок мугла: "Богиня мертва, купо". На память ужаснувшемуся Ноэлю пришли слова, сказанные Кайесом однажды: "В груди моей бьется Сердце Хаоса - воплощение Этро. Если оно прекратит свое биение, богиня умрет снова, и хаос Вальхаллы низринется в мир. Хаос, обладающий силой изменить временную линию и уничтожить прошлое". Стало быть... гибель темного воителя ознаменовала собою смерть богини Этро...

Потоки предвечного хаоса хлынули в смертный мир, обращая его в подобие мира незримого; оплот Академии преобразился, и в сердце его пребывал ныне кристаллический трон, застыла на котором фигура Лайтнинг, обращенная в несокрушимый кристалл...


Что же случилось в те последние мгновения противостояния ее с темным воителем в Вальхалле?..

"Бессмысленно", - говорил Кайес, скрещивая клинки со служительницей богини. - "Время, отмеренное Этро, прекратит свое существование. Все потенциальные вероятности будут уничтожены. Время прервет свое течение, а будущее - существование". Не удостаивая противника ответом, Лайтнинг продолжала атаковать... когда Кайес неожиданно исчез в сполохе темной энергии, а на тот самом месте, где только что оставался темный воитель, пораженная девушка узрела призрачные очертания младшей сестры... В очах последней отражался символ богини, недвусмысленно указывая на обладание Сэрой Глазами Этро.

В видении, представшем Лайтнинг, зрела она последние мгновения жизни сестры... и столь велико было изумление ее, что атака Кайеса, возникшего за спиной девушки, застала ее врасплох. Клинок темного воителя сразил Лайтнинг, и потоки хаоса поглотили тело ее...

Сознание вернулась, и обнаружила Лайтнинг, что находится у основания кристаллического трона богини, над которым витает в воздухе объятая хаосом безжизненная фигура Сэры. "Твоя сестра - она такая же, как и мы", - прозвучали голоса Юл, доносящиеся из темных, вихрящихся потоков. - "Посему она с нами. Всегда с нами. Пока время не будет уничтожено, она пребудет во сне наряду с нами. Когда мир прекратит существование, она прекратит собственное наряду с нами". "Отпустите ее!" - выкрикнула Лайтнинг, но провидицы, воплощенные в хаосе, продолжали вещать: "Она будет поглощена тьмой. Так же, как и все мы. И ты разделишь ее судьбу".

И потоки хаоса, и фигура Сэры исчезли, а пред Лайтнинг вновь воплотился Кайес Баллад, и дева-воительница изготовилась к бою. Было ли увиденное сном... или реальностью? Станет ли победа в нынешним противостоянии избавлением для Сэры, или же поединок ее с темным воителем лишен смысла изначально, и грядущее уже предрешено? Ни на один из этих вопросов у Лайтнинг ответа не было; все, что она могла сейчас - продолжать сражение.

...Одержав верх над Кайесом, устремилась Лайтнинг к средоточию темной энергии, угадывались в которой призрачные очертания Юл. "Отпустите мою сестру!" - молвила она, и мгновение спустя прозвучал ответ: "По какому праву ты требуешь этого?" Потоки Хаоса устремились к Лайтнинг, объяли ее, а сущности Юл продолжали вещать: "Ты повинна в смерти Сэры. По твоей воле она начала свое странствие... и жизнь ее оборвалась". Тьма захлестнула девушку, поглощая ее сознание, подавляя сущность...

В грезах, больше походящих на смерть, вспоминала Лайтнинг, как, впервые оказавшись в берегу Вальхаллы, взглянула на мир смертный Глазами Этро, и узрела события далекой эпохи, когда хаос, хлынувший в смертную реальность, поглотил бесчисленное количество жизней, и исчезли они в Пустоте. Отвернуться от подобной трагедии оказалось не в ее силах, и, преклонив колени пред кристаллическим троном, Лайтнинг приняла для себя решение: она останется в Вальхалле и воплотит в жизнь волю богини. Страдания мертвых станут ее тяжким бременем, искуплением прошлых грехов. Ибо оные продолжали удерживать ее, не позволяя двигаться дальше, в будущее. Поэтому она и обратилась за помощью к Сэре.

Гибель мироздания ...И сейчас, когда хаос поглощал смертный мир, обращая его в подобие Вальхаллы, Лайтнинг, оставаясь у подножья кристаллического трона, обнимала мертвое тело сестры, шепча бессмысленные ныне слова, моля о прощении. "Не стоит", - донесся до нее знакомый голос, и изумленная до глубины души Лайтнинг воззрилась на трон, восседала на котором младшая сестренка - точнее, воплощение ее бессмертной сущности. - "И не плачь, не нужно слез. Неважно, какое будущее ожидает нас - я ни о чем не сожалею. Неважно, какой исход грядет - я не сошла бы с избранного пути". "Ты знала... что ожидает тебя", - выдохнула Лайтнинг.

Мертвое тело сестры исчезло, а дух ее продолжал вещать: "Ты научила меня, как надлежит жить. Не смотря ни на что, нельзя терять надежду. Я верю в тебя. Ты сохранишь будущее этого мира. Поэтому неважно, если я умру... У меня нет никаких сожалений. Я начала свое странствие, потому что снова хотела увидеть тебя. Но продолжать путь меня заставляло обещание, данное самой себе. Поэтому... не забывай меня, Лайтнинг. Когда Кокон пал и ты исчезла, все были уверены в том, что ты мертва. Но только не я. Я была уверена, что ты жива, и однажды я обязательно отыщу тебя. Я не утратила надежды... и теперь мы вместе. Сохрани меня в своих воспоминаниях. Помни обо мне, и мы обязательно встретимся снова. Неважно, что станет со мной... Даже если я исчезну из этого мира, обещай, Лайтнинг. Обещай, что будешь помнить обо мне".

Потоки хаоса захлестнули фигуру Сэры, а пред Лайтнинг возникли кристаллические ступени, ведущие к прежде недосягаемому трону. Сознавая, что сражение свое она проиграла и поглощения мира хаосом не отвратить, дева-воительница мысленно обещала сестре, что никогда не забудет ее, и сохранит сии драгоценные воспоминания для грядущих эпох... ведь однажды новая заря придет на смену нынешнему закату мироздания.

Способ сохранить сознание существует, ведь несокрушимый кристалл не утрачивает своего блеска даже в море хаоса. Опустившись на трон богини, Лайтнинг начала свое преображение, дабы пронести воспоминания о почившей сестре сквозь века... Это станет наследием ее, и искуплением... Но, самое главное, - ее последней надеждой. Ведь однажды воспоминания эти станут тем самым светом, который приведет к ней душу Сэры.


Восседая на кристаллическом троне в тени Вальхаллы во Внешней Пустоте, возрожденный Кайес Баллад знал, что добился своего, и наряду с Юл освободился от терзавшего их на протяжении эонов проклятия. И теперь богиня мертва, ибо уничтожено Сердце Хаоса, и ожидает их новый мир...

***

Сказания о богах пребывают в кристаллах. Сказание о Буниберзе - божестве, зрящем свой вечный сон. Сказание об Этро - богине, тонущей в море хаоса...

Этро оставила людям свой дар. Будучи незрим, сей дар составляет основу человеческой сущности. Это - постоянное противостояние света и тьмы, силы и хрупкости, красоты и уродства. Это - людская душа. Она придает силы, дабы превозмочь испытания. Но иногда, она - не более, чем проклятие, отвратить которое выше сил смертных, и несет боль и горести. Но в любом случае, она слишком ценна, ибо позволят хранить надежду на лучшее грядущее. В мире, поглощенном хаосом, в мире, где души исчезают... В мире, познавшем закат вечности...

7. Лайтнинг. Возвращение

Огромные часы, установленные на городской площади, отбивали полночь, знаменуя начало нового дня - одного из последних, дарованных сему обреченному на гибель миру. Но Юснаан, Город Удовольствий, казалось, не замечал сего, и жители оного проводили время, нисколько не заботясь об уготованной им печальной участи.

Время... Если, конечно, концепцию оного еще можно применить к пространству, именуемому Нова Крисалией, образовавшемуся 500 лет назад, когда через Врата Этро хаос хлынул в Гран Пульс. Тогда мир смертный слился воедино с Вальхаллой, образовав новую реальность, законы прежней в которой не действовали. Время остановилось... и люди прекратили стареть, но и дети не рождались боле... Вот только все эти годы, складывающиеся в столетия Море Хаоса продолжало поглощать пространство, и ныне лишь тринадцать дней отделяют Нова Крисалию от полного уничтожения... Конечно, отсчет времени люди продолжали, несмотря на то, что по необъяснимой причине сутки сократились на два часа, и ныне составляли 24 часа вместо прежних 26.

Лайтнинг вздохнула: миссия, на нее возложенная, тяжела невероятно, но иного выхода попросту нет... И сейчас, глядя на горожан, празднующих наступление конца света на городской площади, у огромной статуи кактуара, приступила она к исполнению оной.

Девушка шагала вперед, ко дворцу, не глядя по сторонам; в разуме раздался голос дорогого друга, предупреждая, что хаос вот-вот начнет свое проникновение, однако Лайтнинг лишь хмыкнула: слишком поздно для нее поворачивать назад... Празднующие граждане расступались в стороны, а те, кто не успевал сделать это, падали замертво, и бессмертные души их покидали бренные оболочки, устремляясь к Лайтнинг, и бережно принимала та сии бесценные сущности.

Правитель Юснаана, Сноу Виллиарс, доселе угрюмо созерцавший предающихся эйфории в преддверии конца света горожан, рывком поднялся на ноги, воззрившись на ту, кою не чаял уже увидеть в этой жизни - Спасительницу. Последняя неотрывно смотрела Сноу в глаза... но исказилась реальность, и потоки хаоса захлестнули Юснаан... что в последнее время случалось все чаще и чаще. Из образовавшихся брешей выступили могучие монстры, анубисы, принявшиеся методично расправляться с ужаснувшимися, бросившимися врассыпную людьми.

Не мешкая, Сноу шагнул вперед, преступив дорогу одной из тварей, и, воззвав к могуществу фал'Си, сразил анубиса сильнейшим ударом. Боль пронзила тело; до обращения его в шигай оставалось совсем немного времени... "Сноу, давно не виделись", - прозвучал тихий, спокойный голос Лайтнинг, и, обернувшись, узрел Виллиарс направленный в его сторону клинок. - "Ты знаешь, что я собой представляю и к чему стремлюсь". "Думаю, хочешь "спасти" меня", - поморщился Сноу, занявшись следующим из монстров.

Легенды Нова Крисалии давно предрекали ее появление - несущей свет, изгоняющей тьму, спасающей души. Она должна была появиться незадолго до конца света, дабы направить души мирян к избавлению... "И когда Спасительница израсходует весь свой свет, прозвенят колокола, и конец света настанет". Сноу, однако, подобного спасения для себя не желал, и, лишь пал последний анубис, атаковал Лайтнинг ледяным клинком.

Однако в противостоянии с посланницей господней потерпел поражение, ощутил острие меча той у своего горла. "Ты самый обыкновенный ангел смерти, Лайт", - устало вздохнул он. - "Ну и что теперь? Душу мою спасать будешь?" "Я могу помочь тебе", - отвечала Лайтнинг. - "Если ты хочешь этого". Лицо Сноу исказилось от ярости. Не обращая внимания на клинок противницы, он схватил ее за ворот, тряхнул, рявкнул в лицо: "Что это еще за ответ?"

Лайтнинг опешила... а в следующее мгновение реальность преобразилась, и вместо Сноу Виллиарса взору Спасительницы предстала девушка в черных одеяниях, угадывались в которой знакомые черты. Губы девушки искривились в усмешке... и лезвие меча Лайтнинг с раскололось. Последняя отпрыгнула в сторону, пытаясь избавиться от наваждения; Сноу вновь стоял пред нею, но взгляд его был устремлен куда-то вверх... на гигантскую люстру под сводом дворца. Здесь, беззаботно качая ногами, восседала престранная девушка, при виде которой Сноу скрипнул зубами, процедив: "Люмина?"

Та усмехнулась, назидательно погрозила ему пальчиком: "Так нельзя. Не следует с легкостью разбрасываться собственной жизнью". Люмина хлопнула в ладоши и тут же исчезла, а монументальная люстра полыхнулась пламенем, начав падение... Сноу выругался - "Клянусь, эта девчонка - сущий демон!", сотворил заклинание, обратив люстру в ледяную глыбу.

"Ангелы смерти и демоны", - молвила Лайтнинг, разглядывая бесполезный теперь осколок меча, который продолжала сжимать в руке. - "Не тех ты к себе притягиваешь, Сноу". Потоки хаоса объяли Сноу, стирая грани между реальностями, и Виллиарс, отступая, бросил Лайтнинг на прощание: "Никто меня не остановит. Слышишь? И уж точно - не она. И если мне придется сразиться со Спасительницей, я сделаю это". С этими словами он исчез в хаосе...

Лайтнинг сокрушенно качнула головой. Все же прошедшие столетия донельзя изменили их обоих. А ведь раньше сражались они плечом к плечу, стремясь превозмочь уготованное судьбою. Теперь же он - правитель города бесконечного пира во время чумы, проходящего в преддверии конца света. Сама же она - Спасительница, посланница бога в мире, поглощаемом хаосом. И сейчас Лайтнинг хотела обратиться к Сноу с вопросом - был ли в жизни его хоть один день, когда не вспомнил бы он о Сэре? О девушке, которую любил?.. Да, вернуть ее она не в силах, но может спасти душу Сноу, даровать ему избавление от долгого, мучительного существования.

Хаос отступил, и в разуме Лайтнинг вновь зазвучал голос Хоупа Эстхайма, велевшего ей преследовать Сноу, ни в коем случае не упускать его. Кивнув, девушка устремилась в коридоры роскошного дворца, по которым ныне разгуливали анубисы. Хоуп подтвердил, что приборы его показывают чрезмерную концентрацию хаотических энергией в сердце дворца, что бы это ни означало... Именно туда ныне стремится Сноу, но зачем?! Попытается ли он сдержать натиск хаоса... или каким-то образом использовать его против Лайтнинг?..

Девушка продолжала преследовать правителя, а Хоуп говорил, что сам Сноу не хотел для себя этой роли: он делал все, чтобы помочь людям, и в итоге те избрали его своим набольшим... Хоть в последние годы Сноу фактически оставил правление, и целые дни проводит, восседая на троне и мрачно наблюдая за пребывающими в состоянии беззаботной эйфории мирянами. Да... заглянув в глаза правителя Юснаана, Лайтнинг не заметила в них намека на прежнего Сноу; добродушный балагур изменился безвозвратно...

Приближаясь к центральным покоям дворца, Лайтнинг вновь получила предупреждение от Хоупа о высокой концентрации хаоса... как бы странно не звучало это. Но подобными вопросами не стоит задаваться в час сражения, к тому же, на незнакомой территории... Но энергии хаоса заглушили сигнал, связующий Хоупа и Лайтнинг, и ментальная связь их прервалась.

Переступив порог следующего помещения, лицезрела Лайтнинг уже знакомую престранную девушку, Люмину, свободно перемещающуюся в заполняющих чертог потоках хаоса. "Кто ты?" - бросила Спасительница. - "И что ты здесь делаешь? Раз уж ты так свободно чувствуешь себя в хаосе, полагаю, ты - не человек". Люмина окинула потенциальную противницу насмешливым взглядом, молвив: "Ты можешь видеть, находясь в этом веществе? Наверняка ты не простая слуга бога, верно?"

Она театрально взмахнула руками, и потоки хаоса соткались воедино, образовав огромную рептилию; сама же Люмина исчезла... Покончив с тварью, Лайтнинг пересекла комнату, но следующую дверь отворить не смогла; Хоуп, вновь вышедший на связь, подтвердил, что именно там наблюдается сильнейшая концентрация хаоса, и именно так находится Сноу Виллиарс... или то, что осталось от его человеческой сущности. "Да, он жил, лишенный всякой надежды, на протяжении долгих столетий", - тихо молвила Лайтнинг. - "И сейчас мир вот-вот погибнет. Должно быть, он окончательно утратил разум". "Думаешь, хаос сумел сломить даже его дух?" - изумился Хоуп, но Лайтнинг лишь пожала плечами: "Надеюсь, что нет. Но..."

Увы, превозмочь последнюю преграду, похоже, ей не под силу... Послышались крики, приближающиеся шаги: дворцовые стражи спешили на защиту своего правителя. Хоуп предложил Лайтнинг немедленно покинуть Юснаан, но примириться с неудачей девушке было нелегко. Как же так?! Ведь для Сноу она - единственная надежда на спасение!.. "Да, ты единственная можешь спасти то, что еще осталось от Сноу", - увещевал Лайтнинг Хоуп. - "Поэтому прежде всего тебе необходимо защитить себя! Ведь если погибнешь ты, это действительно будет означать конец света. И кого ты тогда сможешь спасти?" "Ладно", - кивнула Лайтнинг, примирившись с неизбежностью отступления. - "Перенеси меня в Ковчег".

В следующую секунду Спасительница исчезла, и в зале осталась лишь Люмина. Выступив из теней, последняя всплеснула руками, выражая тем самым свое мнение о полной абсурдности мотивов Лайтнинг...

...Перемещаясь в пространстве, устремляясь к витающей в небесах гигантской сфере, именуемой "Буниберзе", и пребывающему в недрах ее центру управления - Ковчегу, обиталищу Хоупа Эстхайма, Лайтнинг предавалась невеселым размышлениям о прошлом, изменить которое ныне невозможно.

Ведь совершила она поистине страшный грех... Тогда она вела бесконечное сражение, думая, что спасает мир, и отчаянно нуждалась в помощи. И обратилась за оной к Сэре, своей младшей сестре... отправив ту на смерть. Зная, что подобное не может быть прощено, Лайтнинг молилась о том, чтобы получить возможность однажды исправить содеянное. Грезя о том дне, когда сумеет она возродить сестру, Лайтнинг погрузилась в долгий кристаллический сон, лишенный сновидений... темный, как сама смерть.

Проходили века, и каждое столетие казалось вечностью... Но свет коснулся ее, пробудив, и знала Лайтнинг, что обращается к ней бог, всезнающий и всемогущий, творец сущего - Буниберзе. Свет был гласом его, и поведал он, что надлежит содеять Лайтнинг. Станет она его служительницей, и если исполнит волю божества, то наградой ей станет чудо - Сэра возродится... Так, Лайтнинг была избрана богом, дабы спасти души людские и привнести их из мира гибнущего в мир следующий, переродившийся. Отныне именовалась она "Спасительницей"...

Перемещение завершилось, и Лайтнинг обнаружила себя в пределах Ковчега, где приветствовал ее Хоуп... прежде - мальчик, испуганный и озлобленный, затем - молодой человек, ставший ведущий за собой мирян к светлому будущему... Но за пять столетий многое изменилось, и Хоуп божественной волей вновь оказался обращен в мальчишку...

Буниберзе же волею своей изменил изначальное предназначение созданной под надзором Хоупа сферы, превратив ее во вместилище для душ спасенных, ожидающих своего перерождения. За минувшие столетия миряне позабыли о том, что представляет сфера собой, и называют ее просто "луной". И здесь, сердце огромной сферы "Буниберзе", в одиночестве управляет он Ковчегом, и именно он поведал Лайтнинг о планах бога на них двоих - и на обреченный мир.

"Буниберзе, бог света, принял решение", - говорил Хоуп. - "Врата открылись, и хаос устремился в них, поглощая мир и все, пребывающее в нем. Даже бог не в силах прекратить подобное... да он и пытаться не станет. Вместо этого он собирается создать новый мир, но ему нужны души - какой резон в мире необитаемом? И ты, Лайт, последний элемент в этой головоломке. Ты - Спасительница, и должна спасти как можно больше смертных в этом мире, дабы привести их в мир новый. Это уникальная возможность. Ты можешь спасти сотни, даже тысячи человек - и получишь возможность вернуть Сэру. Конечно, нет никаких гарантий, и я понимаю, это недостойно, так манипулировать твоей сестрой, но..." "Это не важно", - качнула головой Лайтнинг. - "Бог торгуется за душу моей умершей сестры. Подобное должно было бы взбесить меня, но... почему-то я не чувствую злости. Просто... ощущение какой-то пустоты".

"Я понимаю тебя", - вздохнул Хоуп. - "Я чувствую то же. Это произошло так давно... Я помню все, но... чувства ушли". "Возможно, именно к подобному бог и стремится", - предположила девушка. - "Эмоции в слугах его лишь отвлекают нас от того, чем, по его мнению, нам следует заниматься. Поэтому он и избавил нас от них". "Возможно", - согласился Хоуп. - "Быть может, сделав меня вновь мальчишкой, он претворил в жизнь некую часть своего замысла. Но мы не можем надеяться понять все его мотивы".

Лайтнинг промолчала; конечно, у нее было иного выбора, кроме как принять предложение бога. Ведь именно она косвенно виновна в гибели сестры, и если единственный способ спасти душу Сэры - следовать воле божьей... что ж, так тому и быть. Она приняла на себя роль Спасительницы, служительницы могущественного Буниберзе. И когда свершится предсказанное и разнесется над гибнущим миром последний звон колоколов, пробудится божество, и волею своей создаст мир новый. А покамест надлежит Лайтнинг спасти как можно больше душ, ведь каждая позабытая будет утрачена навсегда.

"Кстати, в Ковчеге ты можешь оставаться сколь угодно долго", - напомнил девушке Хоуп, прервав цепь невеселых раздумий. - "Ведь время здесь остановлено". "И это все, на что способен бог?" - с горечью вопросила Лайтнинг. - "Здесь он может остановить время, но уберечь мир от гибели - нет". "Да", - согласно кивнул Хоуп. - "Бог пробудится через 13 дней. Тогда все будет кончено, и никакая сила во вселенной не может помешать тому, что свершится. Но, возможно, миру отведено еще меньше времени, ведь наплыв хаоса донельзя ослабил пространство, и скорость, с которой наступает он, все возрастает. И если конец света настанет раньше, ты не успеешь спасти многие души, посему должна приложить все силы, чтобы отсрочить сей момент".

Молодой человек указал Лайтнинг на исполинское причудливое древо, произрастающее в сердце Ковчега, продолжая говорить: "Будучи Спасительницей, ты обладаешь весьма особенной жизненной силой - я называю ее "Эрадией". Сила эта дарована тебе светом бога и наделяет тебя невероятным могуществом. Если ты отдашь толику своей жизненной силы, Эрадии, то передашь миру немного энергии и отсрочишь тем самым ненадолго его гибель". "Но ее-то не избежать", - резонно заметила Лайтнинг. - "Когда бог пробудится на тринадцатый день, мир в любом случае погибнет. Так что какая разница в том, сколько дней осталось? Конец-то в любом случае известен. Зачем мне тратить Эрадию?"

"Потому что если конец света настанет раньше, чем через 13 дней, бог будет считать, что миссию свою ты провалила", - разъяснил Хоуп, весьма сведущий в божественных устремлениях и мотивах. - "И как же тогда ваша сделка? Думаешь, он исполнит свое обещание, если посчитает, что ты свое не исполнила?" "Да", - согласилась Лайтнинг. - "То есть, если через 13 дней он не увидит мир, Сэра потеряна для меня". "И не только Сэра", - мрачно подвел итог Хоуп. - "Вся человеческая раса может познать окончательную гибель. Теперь понимаешь, Лайт? Эрадия - ключ ко всему, и ты должна обрести ее как можно больше. И сделать это можно, спасая души людские". "Значит, буду спасать души, чтобы спасти Сэру", - подвела итог Лайтнинг.

"Да, ты помнишь, как изменился Сноу?" - не преминул заметить Хоуп. - "В эти дни, предшествующие концу света многие люди подобно ему предались отчаянию, сердца их исполнены сожалений и печали. Если ты поможешь им справиться с бедами, то сумеют они превозмочь сии эмоции. И тогда души их обретут свободу и сумеют возродиться в новом мире. А твоя сила как Спасительницы возрастет". Хоуп и сам не ведал, что представляет собой ныне и откуда ведает то, о чем рассказывает Лайтнинг. Какие-то воспоминания о прежней, смертной жизни еще сохранились в разуме его, но не вызывали ровным счетом никаких эмоций, будто принадлежали кому-то другому. "Я знаю, что когда-то жил в огромном городе на поверхности планеты", - говорил он. - "Знаю, что мы объединились со Сноу, дабы противостоять угрозе, несомой хаосом. А затем неожиданно... я оказался здесь. Я пытаясь понять, что произошло. Из уцелевших источников информации следует, что человек по имени Хоуп Эстхайм исчез 169 лет назад. Воспоминания мои заканчиваются на этом моменте. Что произошло после? Полагаю, я оказался во власти бога... Я был частью его замысла, посему он забрал меня, чтобы подготовить к роли, которую мне суждено сыграть".

Простившись с Хоупом, остающимся в Ковчеге, дабы дистанционно надзирать за каждым шагом Спасительницы и при необходимости поддерживать ее - как делом, так и советом, - Лайтнинг посредством телепортирующего устройства вернулась в Нова Крисалию, причем Хоуп напомнил девушке, что должна она возвращаться в Ковчег каждый день ровно в шесть утра... причины сего он обещал разъяснить позже. Тревожась о Сноу, Лайтнинг хотела как можно скорее вернуться в Юснаан, однако Хоуп настоял на том, что перво-наперво следует ей посетить иной город - Люксерион, столицу мира... вернее, того, что от него осталось.

Нова Крисалия

...Так, Лайтнинг обнаружила себя в вагоне поезда, подходящего к железнодорожной Северной Станции Люксериона - священного метрополиса света, последнего оплота мира и порядка в гибнущем мире. Большинство мирян, здесь проживающих, поклоняются всемогущему Буниберзе, а правит городом могущественная религиозная секта, именуемая Орденом Избавления. Последователи оного свято верят в милостью божью, и вера поддерживает пламя надежды в их душах.

У выхода со станции заметила Лайтнинг собравшуюся толпу; напуганные люди вполголоса обсуждали только что случившееся убийство... уже не первое, и вновь жертвой стала молодая девушка. Наверняка это дело рук презренных еретиков, противников Ордена... Раздался истошный крик, и собравшиеся разом воззрились на крышу соседнего здания, откуда падала вниз какая-то фигура.

Но то оказалось куклой в человеческий рост... сделанной по образу и подобию Лайтнинг! Последняя, наблюдая за медленно раскачивающимся на ветру манекеном, шею которого сдавливала веревка, тихо обратилась к Хоупу, спрашивая, сумел ли тот засечь, кто свершил подобный акт устрашения. "Мои сенсоры ничего не зафиксировали", - отвечал тот, не менее Лайтнинг пораженный случившемся. - "Я провожу поиск по городской базе видеоданных, но пока что не могу ничего обнаружить".

В это мгновение в воздухе подле куклы возникли светящиеся буквы, письмена Этро, сотворенные в облаке клубящейся тьмы хаоса: "Нечестивая Спасительница падет от руки Темного Охотника". Лайтнинг нахмурилась: похоже, неведомый противник бросает ей вызов... и не остается ничего иного, как принять его. Поистине, ослепляющий священный свет сего города отбрасывает самые длинные тени...

Приблизившись к месту, где произошло убийство, Лайтнинг, бросив взгляд на мертвое тело девушки, отметила, что цвет волос покойной в точности такой же, как у нее самой. Инквизитор, верховодивший скрупулезно осматривающими место преступления подначальными, сообщил Лайтнинг, что это уже третья девушка, найденная мертвой за последние три дня. К тому же, заметив цвет волос Лайтнинг, инквизитор посоветовал ей проявлять осторожность, ведь вполне она может стать следующей целью убийцы... Последняя жертва, насколько он знал, входила во внутренний круг жречества Ордена, и вполне могла стать следующей верховной жрицей... когда неожиданно оставила служение, сославшись на слабое здоровье. И вот теперь она мертва...

Поблизости, буквально в десятке шагов обнаружила Лайтнинг разбросанные в переулке листы, на каждом из которых значились уже знакомые ей слова: "Нечестивая Спасительница падет от руки Темного Охотника". Кому же принадлежит сей незамысловатый, но откровенно угрожающий слоган?..

Горожане, к которым Лайтнинг обращалась с этим вопросом, поведали, что, согласно слухам, Темный Охотник - предводитель секты еретиков, последователей Этро - богини смерти, - оплот которых находится в городских Трущобах. Немудрено, что именно их считают ответственными в череде жестоких убийств... И действительно, один из сотрудников, работающих на железнодорожной станции, сообщил Лайтнинг, что видел, как куклу с крыши сбросили именно Чада Этро; но чего добиваются эти фанатики, столь устрашившие мирян Люксериона?.. Говорят, что обладают они устройством-оракулом, позволяющим заглянуть в будущее; неведомо, что явила им сия реликвия, раз уж сподвигла на столь жестокие убийства. Набольшие Ордена побаиваются Темного Охотника, ведь однажды, в годы, когда с провизией были перебои и священнослужители старались распределять имеющиеся запасы еды между своими, Темный Охотник впервые заявил о себе, выкрав провиант из оплота Ордена и раздав его Чадам Этро. "Темный Охотник проследит за тем, чтобы свершилась справедливость", - записку с этим текстом он оставил в комнате одного из предводителей Ордена, после чего служители оного действительно старались распределять припасы равномерно между мирянами.

Инквизитору Лайтнинг предложила снять оцепление, выставленное солдатами Ордена, блокировали которые все входы и выходы на Северную Станцию. Ведь в этом случае немногочисленные служители богини, остающиеся поблизости, сумеют покинуть квартал, и не помешает проследить, куда они могут привести тех, кто посмеет последовать за ними. Идея инквизитору пришлась по душе и обещал он немедленно отдать приказ о снятии оцепления; ведь возрастающая активность еретиков, не верующих в спасение божье, не могла не тревожить праведных служителей Ордена.

Истовая вера в Спасительницу согревала сердце инквизитора, и Лайтнинг с благодарностью приняла душу его, дабы возродилась та в мире новом. Здесь, на Северной Станции исполняла она миссию, возложенную на нее богом, ощущая, что толика могущества того передается и ей, и обретает она способности, кои прежде считала поистине невероятными, как то контроль за ходом самого времени, путь и дарованный на краткие мгновения!

А вскоре заметила она группу людей, облаченных в белые одеяния, лица которых скрывали капюшоны. Наверняка это и есть еретики, Чада Этро! Скрываясь в тенях, Лайтнинг, крадучись, последовала за ними, заметила, что собрались сектанты у телефонной будки на самой окраине квартала. Сняв трубку, один из еретиков произнес числа - наверняка заранее оговоренный пароль, и ворота, отделяющиеся сей квартал от кладбищенского, медленно открылись, пропуская предполагаемых убийц, намеревающихся свершить на погосте нечестивый ритуал во славу богини смерти.

Понимая, что единственный способ миновать врата - каким-то образом выяснить вожделенный числовой пароль, Лайтнинг вернулась в центральные кварталы города; расспрашивая горожан обо всем, что ведают они о Чадах Этро. Уверенность в том, что именно этот культ стремится покончить со Спасительницей, все крепла, однако мотивы, коими еретики руководствовались, оставались неведомы.

...Первый день пребывания ее в Нова Крисаллии завершился, и Лайтнинг, вернувшись в Ковчег, даровала обретенную за прошедшее время Эрадию Иггдрасилю, священному древу, жизненная сила которого была неразрывно связана с сущностью смертной реальности. Эрадия давала Иггдрасилю силы и возможность расти, и, как следствие, новые силы обретал и обреченный мир. Именно таким образом Хоуп и Лайтнинг надеялись отдалить конец света, даровав миру время, необходимое для пробуждения Буниберзе... В последующие дни Лайтнинг возвращалась к священному древу, передавая оному обретенную Эрадию, наблюдая, как появляются на Иггдрасиле плоды, знаменуя продолжение отмеренного миру времени...

Подозвав Лайтнинг, Хоуп указал ей на панораму острова, указав, что, согласно показаниям его приборов, существует в Нова Крисаллии пять точек, где активность хаоса максимальна. Это дворец в Юснаане, сердце священного града Люксериона, обжигающие пески Мертвых Дюн , а также две точки в Дикоземье. "Однако активность хаоса связана с индивидами, а не с географическими объектами", - заметил Хоуп. - "Например, воспрявший во дворце Сноу хаос связан именно с ним, с тьмой в его сердце. Подобный же хаос, согласно показаниям моим сенсоров, наблюдается и в четырех иных местах". "То есть, я должна отыскать этих пятерых людей", - предположила Лайтнинг, и Хоуп согласно кивнула: "Да, это твоя первостепенная задача. На плечах этих людей - тяжелая ноша, забота о судьбах многих. Поэтому миссия твоя усложняется. Помочь им непросто - даже для Спасительницы, ниспосланной богом".

Простившись с Хоупом, Лайтнинг ступила в телепортирующее устройство, надеясь вернуться в Нова Крисаллию, где занимался новый день, однако к вящему своему изумлению оказалась в совершенно ином пространстве, походящем на темную изнанку Ковчега, однако вместо центра управления пребывал здесь кристаллический трон. Хоуп, выйдя на связь с Лайтнинг, со страхом в голосе спрашивал, куда она подевалась, ибо, показания приборов его выдавали совершенно невероятные координаты. А затем связь прервалась...

На троне возникла Люмина, объятая хаотическими энергиями, беззаботно пропела: "Нет, Хоуп не слышит тебя. И знаешь почему? Потому что мы сейчас - в твоем разуме. В место, кое не видит бог, и которое вполне подобно "незримому миру". "И что же ты делаешь здесь?" - хмыкнула Лайтнинг, которой эта сумасбродная девчонка очень, очень не нравилась. "Меня зовут Люмина", - сочла необходимым напомнить та. - "И я многое о тебе знаю. Тебе нужен мой совет, а здесь, вдали от всяких наблюдателей, мы можем спокойно поговорить". "Наблюдателей? То есть, Хоупа", - уточнила Лайтнинг, и Люмина согласно кивнула: "Да. Он может не осознавать этого, но все, что он узнает и чему становится свидетелем, незамедлительно передается богу".

"И что с того?" - процедила Лайтнинг. - "У меня нет секретов". "О, да, ведь ты - его верная слуга, так?" - усмехнулась Люмина. - "И даже не мыслишь о том, чтобы предать его". "У меня нет на то причин", - молвила Лайтнинг, и собеседница ее с готовностью закивала: "Ну да, ну да. Очень убедительно. Прячь свои чувства и играй в маленькую верную слугу. Ты хочешь оставаться столь же холодна, как сталь твоего меча. Ты так ведешь себя, и никто даже не предполагает, что таится в твоей душе. Ведь бог не в силах заглянуть в людские сердца, но может читать по твоему лицу и тону, и исходя из этого делать собственные выводы".

"Как я уже сказала, мне нечего скрывать", - повторила Лайтнинг. - "Он обещал вернуть Сэру. И я не собираюсь делать ничего, что позволило бы ему изменить свое решение. С чего бы?" "Лайтнинг, ты все еще здесь? Чего ты боишься?" - всплеснула руками Люмина. - "Пойми же, мы - в твоем разуме. Неужто не понимаешь? Если ты не можешь быть честна сама с собой здесь, где еще сможешь? Я ведь знаю, ты не изменилась - этого ты попросту не можешь сделать".

"Да что ты такое?!" - гневно вопросила Лайтнинг, и молвила Люмина: "Мы - лишь частички пыли, сметенные с длани божьей. Это то, чем мы всегда были. Да, сестра?" Лайтнинг в изумлении смотрела на сие престранное создание, и лишь сейчас осознала, что походит Люмина донельзя на... Сэру?..

...Тьма объяла сущее, и обнаружила Лайтнинг себя в пространственно-временном тоннеле, посредством которого перемещалась в мир смертный. В разуме зазвучал голос Хоупа, в котором слышалось нескрываемое облегчение. "Где ты была, Лайтнинг?" - спрашивал юноша. "Говорила с Люминой", - коротко отвечала та, пытаясь осознать открывшееся ей: может ли сия девушка оказаться новым воплощением ее умершей сестры?.. "Люминой?" - изумился Хоуп. - "С той девушкой? Что ей нужно? Где она сейчас?" "А ты что, ничего не слышал?" - уточнила Лайтнинг, и отвечал Хоуп: "Нет, мои сенсоры ничего не зафиксировали. - "Ты уверена, что общалась с ней? Может, то был только сон?" "Сон? Может, и сон", - лаконично молвила девушка, не желая вдаваться в подробности. Ей о многом нужно было поразмыслить...

...По возращении в Люксерион Лайтнинг немедленно приступила к поиску численного кода, необходимого ей для проникновения в оплот Чад Этро. Ведь если не успеет она узнать оный до заката, наверняка сектанты принесут в жертву очередную невинную девушку, а Лайтнинг не желала быть косвенно повинна в гибели несчастной.

Как оказалось, искомые числа были начертаны на городских стенах и сокрыты тенетами хаоса; лишь посвященные ведали, как отыскать вожделенный код - к счастью, выяснить это сумела и Лайтнинг. На связь вновь вышел Хоуп, сообщив, что заметил некоего индивида, тенью следующего за девушкой, однако сенсоры по-прежнему отказываются фиксировать его; возможно, то и есть именующий себя "Темным Охотником". Но Лайтнинг и сама ощущала на себе чей-то взгляд... и почему-то казалось ей, что человек этот ей хорошо знаком...

Продолжая поиск чисел, Лайтнинг ступила в городские трущобы, где у устройства-оракула вновь повстречала Люмину, кажущуюся совершенно беззаботной и наслаждающейся жизнью... впрочем, как всегда. "Что тебе нужно?" - бросила Лайтнинг, но Люмина лишь улыбнулась: "Я здесь, чтобы помочь тебе. Ну, и повеселиться тоже. Если собираешься заняться чадами богини, то должна кое о чем узнать. Видишь - это устройство-оракул, который хранит в себе записи будущего. Чада поклоняются ему, и образы, им явленные, относят к грядущему, коему суждено случиться".

Люмина активировала устройство-оракул, и Лайтнинг с изумлением наблюдала открывшуюся ей картину: сражается она с Ноэлем, тот пронзает ее клинком... Ноэль... Темный Охотник!.. Пугающий образ померк, а Люмина продолжала разъяснять: "Что, по-твоему, они должны были подумать, увидев это? Как считаешь, Спасительница?" "Согласна", - задумчиво кивнула Лайтнинг. - "Похоже на то, что Спасительница появляется пред концом света и пытается уничтожить мир. Но появляется герой, не позволяющий исполнить ей свои зловещие замыслы. Так ведь?" Люмина с энтузиазмом закивала, а Лайтнинг продолжала: "Нечестивая Спасительница падет от руки Темного Охотника".

Согласно видению, явленному устройством-оракулом, Ноэль убьет меня". "Все верно", - прощебетала Люмина. - "Но, знаешь ли, эти любители Этро слишком уж нетерпеливы, поэтому они начали охоту на тебя, не дождавшись его. Все девушки, похожие на Спасительницу, - их потенциальные жертвы". "Но почему же он сам бездействует?" - спрашивала Лайтнинг. - "К чему стремится? Посему скрывается?" "Сама у него спроси", - усмехнулась Люмина, кивнув в сторону.

Лайтнинг проследила за ее взглядом... и едва успела парировать мечом выпад Ноэля. Последний отпрыгнул в сторону, сверля противницу взглядом, ища малейшую брешь в обороне ее, которой непременно воспользуется; Люмина отошла в сторону, и с нескрываемым удовольствием наслаждалась разворачивающемся пред нею поединком.

"Ноэль Крейс", - процедила Лайтнинг, не опуская оружие. - "Темный Охотник". "Так они называют меня", - признал Ноэль, и девушка хмыкнула: "Готов появиться на сцене в нужную минуту, чтобы сыграть свою роль". "Мы не создаем сами пророчества", - возразил Ноэль. - "Но они существует, и будущее претворяется в жизнь, хотим мы этого или нет. Ты собираешься попытаться уничтожить мир, я же - остановить тебя". "Да не собираюсь я ничего уничтожать", - попыталась воззвать к разуму противника Лайтнинг. - "Но не стану отрицать, я здесь по воле бога Буниберзе. Он назвал меня Спасительницей, и приказал уберечь души людские".

"Да, верно, именно это мы узнали от оракула", - кивнул Ноэль, и, опустив клинок, изрек: "Но еще слишком рано для нашего с тобой противостояния, Лайтнинг. Когда придет время, мы покончим со всем этим". "И после всего, через что тебе пришлось пройти, ты все еще думаешь, что пророчества эти что-то означают?" - осведомилось Лайтнинг, и отвечал Ноэль: "Если честно, до нынешнего момента я так не думал. Кто бы мог представить, что через пять столетий ты вдруг появишься снова? Но, тем не менее, это произошло, и ты явилась как раз вовремя... Ты должна умереть, Лайтнинг".

Ноэль устремился прочь; обернувшись, Лайтнинг не заметила и Люмины. Тем не менее, от первостепенной задачи своей Спасительница не отказалась, и, разыскав начертанные на стенах оставшиеся числа, поспешила к кладбищенским вратам, надеясь раз и навсегда положить конец череде убийств, вершимых Чадами Этро... Встреча с Ноэлем вновь пробудила в Лайтнинг чувство вины, ведь именно она направила его в путь сквозь время, дабы изменить будущее, уготованное миру... что в итоге привело к гибели Сэры. Хоуп, однако, возражал, утверждая, что выбор был сделан самим Ноэлем, и лишь он несет ответственность за принятые тогда решения.

На закате Лайтнинг устремились к кладбищенским вратам, ступила в телефонную будку, назвала невидимому собеседнику из числа последователей Этро числовой код, после чего была допущена в обитель еретиков. Поспела она в самый разгар ритуала, когда сектанты собирались покончить с очередной девушкой, называя ту "Спасительницей" и отправляя в чертоги Этро. Однако нанести удар невинной Лайтнинг не позволила. Встав между нею и еретиками, она процедила: "Я бы представилась... но, думаю, вы и та знаете, кто я такая".

Несколько мгновений потрясенной тишины... "Настоящая Спасительница", - выдохнул кто-то, и обезумевшая толпа устремилась в атаку... Но сектанты остановились, как вкопанные, узрев, как подле Лайтнинг возник Ноэль. Темный Охотник... в точности так, как в пророчестве... "Ответь на наши молитвы и прикончи Спасительницу!" - исступленно вопили еретики. - "Исполни пророчество оракула!" "Вы убиваете невинных и полагаете, что я стану следовать вашей воле?" - в гневе выкрикнул Ноэль, вперив в сектантов обвиняющий взор. "Но, Охотник, мы делали это ради тебя", - растерянно отвечали те. - "Ради пророчества".

"Что, раздор у вас?" - тихо поинтересовалась Лайтнинг, и Ноэль пренебрежительно хмыкнул, обнажая меч и медленно устремляясь в направлении совершенно обескураженных Чад Этро: "Не оскорбляй меня подобными словами, Лайтнинг. Ты что, думаешь, я с ними заодно? С фанатиками, у которых руки по локоть в крови?!"

Сектанты устремились в атаку; встав спина к спине, Лайтнинг и Ноэль держали оборону. "Эти "фанатики" ждали тебя, Ноэль", - говорила девушка, отражая сыплющиеся на нее удары. - "Они думают, что Темный Охотник действует с ними заодно. Но тебя не было слишком долго; они запаниковали и стали убивать всех, кто хоть отдаленно походил на меня". "То есть мне не стало ждать, да?" - прорычал Ноэль, переходя в нападение и безжалостно разя сектантов. - "Я мог разыскать тебя и спасти жизни этих девушек!"

Наконец, с Чадами Этро было покончено, и осведомилась Лайтнинг, что теперь собирается предпринять Ноэль. Сразиться с ней? "Да, верно", - отозвался тот. - "Пророчество... оно должно оказаться истинным". "Должно оказаться?" - покачала головой Лайтнинг. - "То есть, по-твоему, я должна умереть? И ты именно тот, кто сразит меня? Что ж, давай, Ноэль. Я давно противостою уготованной мне судьбе, и весьма успешно, кстати".

Они скрестили клинки... но от кладбищенских врат донеслись крики, и Хоуп сообщал Лайтнинг, что приближаются солдаты Ордена Избавления. Ноэль отступил на шаг, велев Лайтнинг следовать за ним; они закончат начатое, но там, где этому действительно надлежит свершиться. Кивнув, девушка устремилась за Ноэлем, знавшим, похоже, здесь каждую лазейку; надеялась она, что останется незамеченной для солдат Ордена, вознамерившихся, похоже, покончить с еретиками раз и навсегда.

О том, что именно движет Ноэлем, Лайтнинг могла лишь догадываться. Он желал скрестить с ней клинки... но то - наверняка не конечная цель его, а лишь способ достичь оную. В чем же может заключаться она?..

Преследование привело ее в трущобы, находился в которых основной оплот Чад Этро. Здесь Лайтнинг в очередной раз столкнулась с Люминой, как всегда беззаботной и наслаждающейся жизнью. "Здесь не место для детей", - буркнула Лайтнинг, однако Люмина лишь хихикнула: "Отчего же? Чада Этро заботятся обо мне. Сдается это, если уж кому здесь и не место, так это тебе. Чем этот Ноэль так важен, раз уж ты последовала за ним сюда?" "Когда-то мы были с ним на одной стороне", - помедлив, отвечала Лайтнинг. - "Думаю, даже друзьями".

"Но это было очень, очень давно", - не преминула напомнить ей Люмина. - "Думаешь, все еще можешь считать его своим другом? Понимаешь, искренне Ноэль любил лишь одного человека. И она давным-давно мертва. Дети хаоса рассказали мне об этом, грустную историю о доблестном охотнике и его подруге - девушке по имени Юл... Бедная, бедная Юл. Она оставила зияющую рану в его сердце, которая так и не смогла затянуться. Неудивительно... учитывая то, что умерла она у него на руках. И в последние мгновения своей жизни она сказала ему: "Не плачь, Ноэль. Мы снова встретимся в будущем". Ведь Юл была провидицей, и будущее было открыто ей. Ноэль знал об этом, и когда она сказала ему, что они непременно встретятся, он мог лишь поверить ей. С тех пор он ждал ее возрождения. Несчастный, исполненный печали глупец. Долгие столетия провел он в одиночестве, в ожидании".

"Как же я не поняла сразу?" - прошептала Лайтнинг. - "Все это время лишь воспоминания о Юл давали ему силы продолжать жить". "О нет, не воспоминания", - уверенно заявила Люмина. - "Обещание будущее дало ему надежду. Впереди находится еще одно устройство-оракул, и когда увидишь ты его пророчество, то все поймешь. Поймешь... почему он хочет покончить с тобой".

Люмина исчезла; понимая, что Ноэль намеревается добиться исполнения пророчества в точности, Лайтнинг, тем не менее, следовала за ним, ведь ничего иного ей не оставалось. Она должна увидеть пророчество, понять, в чем состоит его суть и к чему так отчаянно стремится Темный Охотник. Возможно, он просто страшится вновь бросить вызов судьбе, ведь однажды уже попытался изменить мир к лучшему, а в итоге Гран Пульс оказался поглощен хаосом. Поистине, тяжкая ноша - жить с осознанием столь страшной вины, но Лайтнинг была уверена: Ноэль не забыл, что именно она вверила ему столь фатально завершившуюся миссию.

Ноэля Лайтнинг обнаружила у устройства-оракула; юноша в который уже раз просматривал запись пророчества - более полного, нежели то, что хранится в ином устройстве, в трущобах. Здесь не заканчивалось пророчество гибелью Спасительницы, и следовало за оным счастливое воссоединение Ноэля с Юл. "Все это время ты мечтал о создании нового мира, где воссоединился бы с Юл", - пришла Лайтнинг к очевидному выводу, и Ноэль покачал головой: "Это не мечта, Лайтнинг. Будущее - здесь, в устройстве-оракуле. Если я убью Спасительницу, мир переродится. И на этот раз все произойдет так, как предполагается. Должно произойти. Тогда, давным-давно, у меня не получилось достичь желаемого, но ты знаешь эту историю. Я сразил друга, потому что полагал, что таким образом сумею спасти все сущее. Но все пошло наперекосяк. Да, я одержал верх в том противостоянии, как и должен был... а затем он умер. И именно это привело к вторжению хаоса, разрывающего мир на части. Так что - именно я уничтожил мир... Правда, Сноу никогда не обвинял меня в этом. И Хоуп пытался сплотить человечество для противостояния хаосу. Конечно, я примкнул к ним... Какими же глупцами мы тогда были! Все было бесполезно, своими действиями я обрек на гибель мир, и то было неизбежно. У нас было лишь пять коротких столетий... а теперь нет и этого".

"Ноэль, это не твоя вина", - возразила Лайтнинг. - "Если кто-то и повинен в случившемся, то только я". "Может, ты и права, но не думаю, что сейчас это имеет какое-то значение", - произнес Ноэль. - "Я стремлюсь лишь к созданию нового будущего. Этот пророчество - ключ к моей мечте вновь увидеть Юл. И я непременно воплощу его в жизнь. Так что... ничего личного, Лайтнинг. Мне действительно жаль, что отражает пророчество твою гибель. Но это так, и я должен претворить сие в жизнь. Пять столетий назад я свершил страшнейший грех, и еще одна смерть на моей совести ничего особо не изменит!"

Ноэль бросился в атаку, но выпады его Лайтнинг отразила, и Темный Охотник отступил, признав: "Я бог наделил тебя немалой силой". "Да, сейчас я сильнее, чем когда-либо", - признала девушка, - "но не знаю, остаюсь ли человеком". "Не человек?" - поразился Ноэль. - "Что же ты такое, Лайтнинг?" "И сама хотела бы знать, поверь мне", - отвечала девушка. - "Я забрала множество жизней - больше, чем могу сосчитать. Если бы оставалась во вне хоть толика человечности, то чувство вину уже непременно сокрушило бы меня. Но разве я кажусь тебе сокрушенной? Нет, я непременно увижу Сэру снова. Я буду сражаться так долго, как это необходимо, и все отдам - даже свою человечность... Но ты не такой, как я, Ноэль. Я знаю - ты другой. Даже ради будущего, даже ради встречи с Юл... не в твоем характере хладнокровно прикончить меня... Ты все еще человек".

Ноэль молчал, опустив голову, а Лайтнинг продолжала говорить: "Однажды ты убил друга - ради того, чтобы спасти мир. И снова ты так не поступишь. Ты знаешь, что это так. Я по твоим глазами вижу". "Думаешь, рядом со мной тебе ничего не грозит?" - с неприкрытым вызовом бросил Ноэль, но Лайтнинг покачала головой: "Нет. Но время, отмеренное этому миру, близится к концу... а мне еще многое предстоит сделать. И тебе не стоит вставать у меня на пути, Ноэль. Тебя все еще могут терзать сомнения, но не меня. Уже - нет". "Проклятье, Лайтнинг!" - с неприкрытым отчаянием в голосе воскликнул Ноэль, пораженный ровным, тихим, лишенным эмоций голосом Спасительницы. - "Так вот ты какая теперь?!" "Именно", - отозвалась та. - "Ради Сэры я отрину все. Даже стану послушной марионеткой бога. И никто не остановит меня, даже ты. Хочешь найти Юл? Тогда встреться с ней на том свете!"

Лайтнинг метнулась к Ноэлю, нанося удар, но юноша сумел парировать его, прохрипел: "О, я встречусь с ней, будь уверена. Но оба мы будем живы. В новом будущем... в мире, в создании которого я удостоверюсь! Даже если означает это покончить с тобой!"

Они скрестили клинки; в последовавшем противостоянии Лайтнинг повергла Ноэля, но не стала добивать противника, а, отступив, молвила: "Твоя мечта разбита, Ноэль. Оставь ее. Темный Охотник не сумел покончить со Спасительницей. Твое предсказанное будущее не воплотится в реальность. Все кончено". "Думаешь, я сдался, Спасительница?" - прорычал Ноэль в ответ. - "Нет, не кончено. Я непременно убью тебя". "Что ж, давай", - безразлично передернула плечами Лайтнинг. - "Юл ждет тебя". "Да, я делаю это ради Юл", - произнес Ноэль. - "Даже если означает это замарать руки твоей кровью. Знаю, будь она здесь, попыталась бы остановить меня. Она будет крайне разочарована во мне - по крайней мере, какое-то время. Но она справится с этим. А мне необходимо то будущее!"

С удвоенной яростью Ноэль бросился в атаку; не ожидая подобного поворота, Лайтнинг на мгновение замешкалась... осознала, что выпад Ноэля отразить не сумеет... однако клинок Темного Охотника пронзил не тело девушки, но устройство-оракул. "Почему ты не сделал этого?" - выдохнула потрясенная Спасительница, возвращая меч в ножны, и отвечал Ноэль, в последнее мгновение изменивший принятое решение: "Потому что Юл... Она бы этого не хотела. Она обладала способностью зреть будущее. И каждое ужасное видение мало-помалу забирало ее жизненные силы. Должно быть, она всегда знала, что умрет, и как именно умрет. Но все равно, никогда не оставляла надежду. Всегда пыталась изменить мир к лучшему, ради всех нас. Всегда продолжала улыбаться... А я что сделал? Увидел одно пророчество и позволил ему управлять собой. Я ничего не пытался исправить, просто хотел убить тебя, чтобы оно воплотилось в жизнь! Нет, я не смог бы смотреть ей в глаза, если бы так поступил".

"Но... ты уничтожил устройство", - напомнила Лайтнинг, и Ноэль горько усмехнулся: "Возможно, пророчество было единственной возможностью видеть Юл, но так, наверное, к лучшему. Возможно, лучше никогда больше ее не видеть, чтобы не совершать новых ошибок".

Неожиданно над устройством-оракулом разлилось сияние, и возникли в нем очертания Юл. Что это - очередное пророчество?.. Видение?.. Или же... дух провидицы снизошел к Ноэлю?.. Последний в благоговении воззрился на чудесный образ, протянул к нему руку... "Ноэль, ты поступил правильно", - прошелестела Юл. - "Душа твоя придет ко мне. Мы встретимся снова. Скорее, чем ты думаешь. Обещаю".

Видение исчезло; по лицу Ноэля текли слезы счастья, и на душе - впервые за долгие столетия - стало спокойно. "Прости, что пытался убить тебя", - смахнув непрошенные слезы, обернулся юноша к Лайтнинг. "Даже если я сама сподвигла тебя на это?" - отвечала та. - "Ты пять долгих столетий переживал то, что случилось. А затем появляюсь я и загоняю тебя в угол. Возможно, это мне стоит извиниться. Но Юл права. Ты принадлежишь будущему - и я могу забрать тебя туда. Ты заслуживаешь нового начала, нового мира". "Нового мира", - задумчиво повторил Ноэль. - "Стало быть, твой бог рай нам готовит?" "Не совсем", - усмехнулась Лайтнинг. - "Самый обыкновенный мир, живут и трудятся в котором самые обыкновенные люди". "Не думаю, что Темному Охотнику будут рады там", - отозвался Ноэль. - "Но, с другой стороны, может уже хватит скрываться в тенях, верно, Лайтнинг?"

С этими словами Ноэль устремился прочь, а Лайтнинг еще долго с улыбкой смотрела ему вслед; душа Темного Охотника обрела, наконец, спасение. Хоуп, ставший незримым свидетелем судьбоносного поединка, лишь сейчас смог вздохнуть с облегчением, и спрашивал, почему Лайтнинг была так уверена в том, что Ноэль не сумеет сразить ее. "Я не была уверена", - призналась девушка. - "Я просто рискнула и надеялась, что он примет верное решение. К счастью для нас, так и случилось".

...К своему изумлению, осознала Лайтнинг, что обладает способностью слышать души умерших; неужто то - чудо, свершенное Буниберзе... или же Спасительница более могущественна, нежели представляет бог?.. Души погибших девушек, сраженных еретиками, поведали Лайтнинг, что причина того, что последние 500 лет в мире не рождаются дети состоит не в замысле Буниберзе, а в исчезновении богини Этро, ведь именно она даровала новорожденным души и разум. "И теперь, когда ее нет, любой новорожденный был бы всего лишь пустым вместилищем", - вещали души. - "Реинкарнация боле не вершится в сем мире, и души умерших не возвращаются в новых телах. Беда в том, что сие затрагивает не только наш мир. Легенда гласит, что однажды всемогущий Буниберзе явится нам, и вновь сотворит землю и небеса. Но когда случится это... кто вдохнет жизнь в новый мир? Ведь если никто не займет место богини, круг смерти и возрождения так и останется разорван, и новый мир не познает развития. Посему, Спасительница, ты должна найти способ творить то, что прежде было по силам лишь Этро". Лайтнинг обещала душам, что попытается отыскать замену богине, хоть и не представляла, как это можно сделать.

...На Дороге Паломников - главной улице Люксериона, ведущей к собору Ордена Избавления, повстречала Лайтнинг служительницу оного, Аремию. Последняя казалась весьма обескураженной чем-то, и на вопрос Спасительницы о том, что тревожит ее, призналась: "Я была одной из благословенных членов Ордена, в задачу которым вменялась забота о леди Ванилле". "Ты сказала - Ванилле?" - Лайтнинг подумала было, что ослышалась. "Да, нашей леди Ванилле", - с нескрываемым благоговением молвила Аремия. - "Наша единственная святая, обладающая таинственной способностью слышать голоса мертвых, несомые ветрами хаоса. У нее был камень, отражающий свет радугой, с которым она никогда не расставалась и который был ей донельзя дорог! Но несколько дней назад камень кто-то украл у нее! С тех пор святая ни слова не произнесла, полностью уйдя в себя".

И, поскольку согласно догматам Ордена святая не может покидать пределы собора, по следу вора выступила Аремия, однако покамест поиски ее успеха не принесли. Обещав, что непременно постарается помочь ей, Лайтнинг расспросила служительницу о том, кто занимается поставками припасов в собор и потенциально мог сыграть свою роль в краже камня.

Но заканчивался очередной день странствия ее, и Лайтнинг начала перемещение свое в Ковчег, дабы преподнести обретенную Эрадию Иггдрасилю... Но неожиданно для себя вновь оказалась в престранном пространстве, существовавшем, как прежде утверждала Люмина, лишь в ее разуме; вот и сейчас эта несносная девчонка восседала на кристаллическом троне, глядя на Лайтнинг с откровенной усмешкой. "Итак, триумфальное возвращение!" - возвестила она. - "Правда, все прошло несколько не так, как я полагала. Как считаешь, кто показал Ноэлю запись пророчества в устройстве-оракуле?" "...Думаю, ты", - осторожно предположила Лайтнинг, и Люмина вздохнула: "Эх, я действительно недооценила Темного Охотника. Подумать не могла, что он сам пойдет наперекор пророчеству!"

"А ты потратила такие усилия, чтобы расставить все фигуры!" - с откровенным сарказмом заметила Лайтнинг. - "Сердце мое кровью обливается". "Не пойми меня неправильно", - попыталась оправдаться Люмина. - "Я не больше твоего хотела подобного исхода. И рада, что этого не произошло! Мир в этом пророчестве был не настоящим, а просто красивой подделкой. Как и этот твоей бог, Буниберзе. Ты знаешь, он не всемогущ, и существуют вещи, которые даже он не может увидеть". "Как, например, все это?" - вопросила Лайтнинг, указав на окружающее их пространство, и Люмина довольно хмыкнула: "Умненькая какая, а? Интересно, знает ли бог, что у слуги его есть собственные устремления".

Реальность преобразилась вновь, и Лайтнинг обнаружила себя в Ковчеге, где дожидался ее встревоженный Хоуп. Последний, несомненно, обратил внимание на очередное странное исчезновение Лайтнинг во время телепортации, однако спрашивать ни о чем не стал, рассказав вместо этого о Ноэле, за противостоянием которого со Спасительницей наблюдал посредством установленных в Ковчеге мониторов: "Прежде Ноэль был одним из предводителей человечества, и всеми силами помогал нам противостоять хаосу. А когда к власти пришел Орден, Ноэль ушел в тень, но не исчез, а продолжал свою деятельность, помогая поддерживать мир".

"Если пророчество в устройстве-оракуле истинно, то, возможно, мне следовало умереть", - задумчиво молвила Лайтнинг, воскрешая в памяти события минувшего дня. - "И это было бы к лучшему, если бы смерть моя даровала всем лучшее будущее". "Не уверен", - возразил Хоуп. - "Гибель твоя знаменовала бы поражение Спасительницы и провал вверенной тебе миссии. И ты не смогла бы спасти душу Ноэля. Что тогда с ним стало бы?"

"А ведь образы в устройстве-оракуле могли бы быть и ложными", - продолжала Лайтнинг, мысленно возвращаясь к разговору с Люминой. - "Образы, где все счастливы... Эдакая... "красивая подделка". "То были просто образы", - резюмировал Хоуп, - "и невозможно понять, что творилось на душах у людей, в них отображаемых".

...На следующий день Лайтнинг занялась поисками украденного у Ваниллы камня, и оный действительно обнаружился в коробках с припасами, вынесенными служащими из храма. Однако вопрос о том, кто же все-таки выкрал камень - осколок кристалла - у святой, оставался без ответа; было очевидно лишь одна: похититель вхож в Орден. Вернувшись к Аремии и передав ей камень, Лайтнинг полюбопытствовала, не знает ли служительница Ордена, почему Ванилла столь дорожит этим осколком. "Знаю", - кивнула девушка. - "Святая рассказала мне, что именно этот кристалл был зажат у нее в кулаке, когда очнулась она от кристаллического сна 13 лет назад. Она говорит, что обладает камень особенным могуществом, и время от времени видит в нем она образы своей утраченной семьи". "Семьи?" - удивилась Лайтнинг. - "Должно быть, она Фанг имеет в виду". "О, ты знаешь леди Фанг?" - оживилась Аремия. - "Да, возможно, святая видела в гранях кристалла именно ее". Кроме того, служительница передала Лайтнинг пропуск в собор, отметив, что святая выразила желание непременно встретиться с ней.

Поблагодарив Аремию, Лайтнинг проникла внутрь собора через неприметную дверцу, используемую слугами, пересекла большой зал, достигла атриума, где приветствовала ее никто иная, как Ванилла. Девушки тепло улыбнулись друг другу - еще бы, полтысячелетия не виделись... с тех самых пор, как, жертвуя собой, Ванилла и Фанг сотворили гигантскую кристаллическую колонну, поднимающуюся с равнин Пульса и поддерживающую в небесах целый мир, Кокон.

"А затем тринадцать лет назад она пробудилась", - пропел знакомый голосок, вырывая Лайтнинг из вереницы воспоминаний, и узрела девушка подле Ваниллы Люмину, которая "по-свойски" обняла святую, с хитрецой воззрилась на гостью. "Стало быть, вы друг друга знаете", - нахмурившись, констатировала Лайтнинг, и Ванилла с улыбкой кивнула: "Да. С тех пор, как я пробудилась, мы не расставались".

"Но Фанг здесь нет", - молвила Лайтнинг, оглядевшись по сторонам, и Ванилла вздохнула, молвила: "Ну... Мы пробудились одновременно и какое-то время были вместе, но затем... она ушла". "И ты решила остаться под защитой Ордена?" - уточнила Лайтнинг, кивнув на замерших в отдалении солдат с автоматами в руках, ни на мгновение не упускающих ее из виду. - "Должно быть, у тебя были на то причины". "Есть кое-что, что я должна делать", - осторожно подбирая слова, отвечала Ванилла, избегая встречаться взглядом с Лайтнинг. - "Это должна быть именно я... и случиться сему суждено здесь".

Кивком пригласив Лайтнинг следовать за ней, Ванилла устремилась во внутренне святилище собора; солдаты расступились, пропуская трех девушек, ведь за святой увязалась и Люмина. Лайтнинг оказалась поражена, заметив хаотические энергии в святая святых ордена - о подобном она и помыслить не могла!

"Да, я знаю, больно", - тихо произнесла Ванилла. - "Но скоро все закончится, и вы обретете свободу". "Ванилла?" - с тревогой молвила Лайтнинг, озираясь по сторонам. - "С кем ты говоришь? И что это за вещество?" Ванилла промолчала, устремив взор в пространство; Люмина же не преминула объяснить Лайтнинг, что вихрь хаотических энергий здесь, во внутреннем святилище собора - ничто иное, как ветер горестей, плач усопших. "Неужто ты не слышишь их голоса?" - выдохнула Люмина. - "Голоса потерянных душ, испытывающих боль и страдания".

"Ты хочешь сказать этот ветер... души усопших?" - изумилась Лайтнинг, и Ванилла, обернувшись к Спасительнице, произнесла: "Да. Одна за другой, они слетались сюда. Все те, кто умер после того, как хаос излился через Врата. Всех их поглотил хаос, и теперь они пленены здесь. Я чувствую их. Их печаль... их горести... Они кружатся вокруг меня, и каждый плач для меня сродни удару ножа в сердце..." Будто отвечая ее словам, вихрь набрал силу, и Лайтнинг, пытаясь осознать сказанное подругой, потрясенно покачала головой: "Здесь, должно быть, миллионы душ. И ты чувствуешь страдания всех? Быть такого не может!" "Наш мир гибнет", - смиренно отвечала Ванилла. - "Им некуда возвращаться и нет возможности переродиться вновь. Посему вместе со своею болью они остаются в хаосе и не могут вырваться оттуда".

"Орден считает, что души надлежит избавить от печали", - добавила Люмина. - "И есть лишь один способ сделать это - предать их забвению. Долг Ваниллы - призвать их к себе, чтобы это произошло". "Ванилла, ты сумеешь принять натиск столь огромного числа душ?" - недоверчиво поинтересовалась Лайтнинг, и девушка грустно улыбнулась: "Выбора-то у меня нет".

Опустив голову, направилась она к выходу из внутреннего святилища, а Лайтнинг смотрела ей вслед, поражаясь силе воли и готовности к самопожертвованию этой хрупкой девушки. Но неужто возможно содеять то, что требуют от нее набольшие Ордена?!.. Возможно ли одному человеку сдержать столь всесокрушающий натиск хаотических энергий?!. "А если она откажется, можешь представить, что случится?" - вкрадчиво осведомилась Люмина, будто прочитав мысли Лайтнинг. - "Ведь ветер этот копился здесь долгие годы. Тысячи и тысячи душ, черная дыра боли". Спасительница кивнула, соглашаясь; если ветру горестей удастся вырваться в мир из сдерживающих их стен собора, очевидно, что сущее будет уничтожено безо всякой надежды на будущее возрождение...

Но сейчас Лайтнинг не знала, что можно поделать с подобным невероятным средоточием хаотических энергией. Простившись с Ваниллой, она покинула собор; ей о многом следовало поразмыслить...

Множество душ спасла она в Люксерионе в тот день, а после, вернувшись на Северную Станцию, Лайтнинг купила билет на поезд, следующий до Юснаана. Время, отпущенное им, стремительно утекало, и надлежало ей вновь встретиться с Сноу, правителем Города Удовольствий. Гадала девушка, как прошедшие столетия изменили Сноу; наверняка мужчина, прежде глядевший на жизнь с оптимизмом, изменился после гибели Сэры, и дня не проходит, чтобы не винил он себя в том, что не уберег любимую... Ведь, будучи эл'Си, он вот-вот закончит дни свои, и что тогда - встретит ли Сэру после смерти, или ждет его небытие?.. Подобные помыслы, снедающие разум на протяжении столетий, наверняка необратимо изменили Сноу, и ныне обреченно дожидается он смерти как последнего избавления от мучительного существования, ведь никому не под силу, утратив всякую надежду, смотреть во тьму и остаться при этом самим собой... Хотя... кто может сказать наверняка, что знает о том, что у него на сердце?..

В свете последних событий по периметру дворца была выставлена усиленная охрана, однако Хоуп подсказал Лайтнинг способ проникнуть внутрь, ведь во дворец каждый день доставляются яства и напитки для ежедневных празднеств; наверняка девушка сможет воспользоваться сим фактом и каким-то образом проникнуть внутрь.

Город гудел, как растревоженный улей; миряне, отвлекшись от празднеств и веселья, обсуждали Спасительницу, несколько дней назад ворвавшуюся во дворец и сразившуюся с правителем!.. Ныне на городских улицах было расклеено немало объявлений с описанием предполагаемой преступницы, а патрули солдат Ордена всматривались в лица встречных, надеясь обнаружить оную, дабы взять под стражу.

Доступ в квартал, находился в котором дворец правителя, был ограничен лишь для состоятельных граждан, допускаемых на проводимые празднества, однако ушлые туристические агенты нашли лазейку и на доставляющем припасы во дворец монорельсовом составе перевозили желающих издали поглазеть на страсти богачей и проходящие театральные представления в квартал.

...При следующем возвращении в Ковчег узрела Лайтнинг образ Сэры - наверняка напоминание от Буниберзе о заключенной сделке. Но, посмотрев в лицо сестре, `услышав ее голос, осознала Лайтнинг, что должна была почувствовать какие-то эмоции, но вместо этого - ничего, пустота; и, что странно, подобное ее нисколько не заботило...

"Я видела Сэру", - призналась Лайтнинг Хоупу, делясь своими тревогами. - "Должно быть, я на верном пути, и бог позволил мне одним глазком взглянуть на мою награду. Однако, пробудившись Спасительницей, я перестала ощущать любые человеческие эмоции". "Думаю, дело в том, что ныне человеком в прямом смысле этого слова ты не являешься", - пояснил девушке Хоуп. - "Ты - нечто, больше приближенное к божеству. Ведь Спасительница - избранная служительница божья. Твоя жизненная сила теперь - Эрадия. Это - свет самого божества, пронизывающий каждую клеточку твоего естества. Я имею в виду то, что ты сама обращаешься в божество". "И что же дальше?" - риторически вопросила Лайтнинг. - "Когда все это закончится, я что, займу свое место на небесах рядом с Буниберзе? Не хотела бы я для себя подобной участи".

...Вновь перенесшись в Юснаан, Лайтнинг поспешила разыскать помянутый туристическими агентами состав с припасами, отправляющийся ко дворцу из индустриального района, в центре которого оставался один из последних фал'си гибнущего мира, производящий из энергий хаоса необходимые для существования смертных еду и припасы - Пандемониум. На первый взгляд, казалось невероятным, что потребляют люди продукты питания, созданные из хаоса, но с другой стороны - иного способа выжить в сем мире для них попросту не было. Посему оставалось принять хаос как часть бытия... во всех его проявлениях.

Миновав складскую зону, хранились в которой произведенные фал'Си припасы, Лайтнинг достигла монорельсовых путей, следуя по которым, надеялась достигнуть дворцового квартала. Вышедший на связь Хоуп с тревогой сообщил, что хаотические эманации в городе продолжают распространяться, и, возможно, связано это с отчаянием людей, надеющихся в последний раз взглянуть на прекрасный ночной фейерверк, ежедневно проводимый в верхнем городе.

Наконец, Лайтнинг достигла нависающей над дворцовым кварталом смотровой площадки, собрались на которой горожане, ожидающие начала театрализованного представления и последующих фейерверков... "Ты уверена, что тебе стоит находиться здесь?" - прозвучал знакомый голосок, и, обернувшись, Спасительница заметила Люмину - как всегда, совершенно невозмутимую. - "Ведь скоро это место станет городом хаоса. Море Хаоса у твоих ног - один из самых замечательных видов Юснаана, подобно части представления".

Указав на городские огни далеко внизу и повсеместно возникающие хаотические завихрения, Люмина заметила, что Спасительнице надлежит что-то предпринять, и поскорее, ведь правителю, закрывшемуся в своем дворце, на подданных откровенно наплевать. "А что себе думает Сноу?" - полюбопытствовала Лайтнинг, но Люмина пренебрежительно отмахнулась: "А ничего он не думает. Не о городе, это уж точно. Опустил наш Сноу руки, и ходит кругами в своих комнатах, ожидая конца света. Ты знаешь причину этого, верно? Именно из-за нее душа его мертва".

"Из-за Сэры?" - уточнила Лайтнинг, и Люмина, хихикнув, кивнула: "В точку! Похоже, ты не так уж и глупа! Конечно, из-за Сэры! Сноу так и не сумел отпустить ее. Несмотря на то, что мертва Сэра уже много-много лет, он продолжает грезить и мечтать о ней. Он полностью извел самого себя, и теперь не осталось в нем совершенно ничего от прежнего Сноу. Потому, сестра, почему бы тебе за забрать душу его уже сейчас, для его же блага? Хватит ему жить исключительно воспоминаниями и тоской. Ибо в противном случае останется ему лишь покорно дожидаться гибели сущего".

Неожиданно вихрь хаотических энергий объял Люмину, породив гигантского циклопа; горожане, собравшиеся на импровизированной смотровой площадке, в ужасе бросились прочь, а наглая девчонка, рассмеявшись, велела монстру атаковать Лайтнинг... а сама, помахав Спасительнице ручкой, устроилась поудобнее, дабы наблюдать за противостоянием.

Смотровая площадка не выдержала, рухнула вниз, увлекая за собой как Лайтнинг, так и циклопа; к счастью, девушка сумела сгруппироваться в воздухе и аккуратно приземлиться на тушу монстра, для которого удар о землю оказался последним. Оглядевшись по сторонам, Лайтнинг поняла, что все еще находится в пределах индустриального района города, а Хоуп продолжал вещать о хаотических энергиях, по неведомым причинам заполняющих Юснаан, и о необходимости как можно скорее спешить ко дворцу. Причины подобного оставались неясны: то это очередное вторжение хаоса, то ли... Сноу все-таки обратился в шигай и стал многократно более опасен, ибо лишен души и разума!

Хоуп советовал Лайтнинг покамест отказаться от идеи проникновения во дворец, дабы попытаться узнать о происходящем побольше, тем более, что проходы, через который внутрь ежедневно доставлялись припасы, неожиданно оказались перекрыты, однако девушка была непоколебима в своем решении. "Шигай он или нет, ничего не изменилось", - молвила Лайтнинг. - "В любом случае я собираюсь спасти его. Конечно, предварительно вбив немного здравого смысла ему в голову".

От проникновения во дворец через служебный вход - на монорельсовом составе ли или каким-то иным способом - определенно приходится отказаться, однако наготове у Хоупа был иной план - куда более опасный. Дворец окружен монументальной стеной, весьма хорошо охраняющейся. Близ нее вот-вот начнется театральное представление, в финале которого главный актер, используя ракетный ранец, взлетает на вершину огромной золотой статуи Буниберзе, возведенной на дворцовой площади. Действо сопровождается фейерверками, и если Лайтнинг удастся увеличить число запускаемых ракет, вполне возможно, ей удастся сокрушить статую, дабы рухнула та на дворцовую стену, образовав своеобразный мост.

До начала представления оставались считанные часы; перво-наперво Лайтнинг устремилась в помещения, занимаемые театралами, дабы заручиться помощью руководителя труппы, Саржака. Последнего девушке удалось убедить в том, что снедаемый хаосом город "нуждается в хорошей встряске", и не помешает раза в три увеличить число запускаемых ракет, дабы явить горожанам поистине незабываемый фейерверк - эпическое ознаменование конца света!

Кроме того, Лайтнинг удалось убедить Саржака в том, что она как никто иная подходит на главную роль в сегодняшнем представлении - роль Спасительницы! Вот только необходим ей сценический костюм, и руководитель труппы направил излишне напористую девушку в городской Колизей, где главным призом в противостоянии монстрам было выставлено прекрасное платье. Так, сразив немало тварей и став настоящей героиней игр для собравшейся публики, обрела Лайтнинг платье, облачившись в которое, ступила на сцену в проводившемся на дворцовой площади шоу, сценарий которого воплощал в себе чаяния жителей сего града, надежду на нисхождение Спасительницы. Что ж, предстояло ей сыграть роль... самой себя.

Стоя у подножья золотой статуи, смотря на дворец, с тяжелым сердцем размышляла Лайтнинг о том, как изменился Сноу, всегда с оптимизмом смотревший в будущее, за минувшие столетия. Жаждала она узнать, через что ему пришлось пройти, какие тяготы вынести все эти годы, провела которые она в кристаллическом сне. Нет... душу Сноу она спасет, чего бы это ей не стоило...

...В последовавшем театральном представлении Лайтнинг мастерски сыграла отведенную ей роль посланницы божьей; поднявшись на парящей в воздухе платформе к вершине часовой башни, символизировавшей Буниберзе, возвестила она, что была и остается верной слугою всемогущего божества, но если осмелился он солгать ей - умрет. С этими словами девушка вонзила клинок в голову статуи бога... и фейерверк зажег ночные небеса... сокрушая часовую башню... Потрясенные, наблюдали зрители кульминацию представления, в котором вернувшаяся на небеса Спасительница сокрушала божество, осмелившееся вести с ней нечистую игру.

Как и ожидалось, часовая башня рухнула на дворцовую стен, перемахнув через которую, Лайтнинг вновь оказалась в оплоте правителя Юснаана. Здесь продолжали возникать завихрения хаоса, порождая чудовищных монстров... Проследовав по знакомым по первому визиту коридорам, Лайтнинг достигла внутренних помещений дворца, обнаружился в которых ход, ведущий в укрепленный бункер; средоточие хаотических энергий здесь было куда плотнее, нежели во внешних пределах... Хоуп сообщал, что все еще получает данные о Сноу, находящемся во дворце, но эманации, исходящие от эл'Си, слабеют с каждой минутой - хаос поглощает Сноу, лишая его последних сил.

Лайтнинг достигла двери, покрывал которую толстый слой льда; наверняка кто-то сотворил его, чтобы не позволить Спасительнице проникнуть внутрь... или же наоборот, сдержать то, что находится за дверью. Но иного пути попросту не было, посему Лайтнинг осмотрела прилегающие помещения дворца, и на столике в одной из комнат обнаружила знакомый кулон в форме Кокона. Сноу на протяжении столетий не расставался с ним, почему же снял сейчас?.. Потерял?.. Позабыл о Сэре?.. Или же просто хотел уберечь кулон, связано с которым столь много дорогих воспоминаний, от тьмы, погружался в которую все глубже с каждым днем?..

Вернувшись к покрытой льдом двери, Лайтнинг выкрикнула: "Сноу, слышишь меня?! Если ты укрылся там, думая, что этого хотела бы Сэра, подумай еще. Или же ты так и не сумел узнать ее? Единственное, чего она хотела - быть с тобой. Не оставляй ее сейчас. Не лишай ее этого желания!"

Кулон, который девушка сжимала в руках, воссиял, и лед, сковывающий дверь, с треском раскололся; Лайтнинг, вздохнув с облегчением, распахнула тяжелые створки, шагнув в чертог, заполненный вихрящимися хаотическими энергиями. Объятый оными, Сноу Виллиарс (на шее которого пребывал неизменный кулон) шагнул навстречу девушке, усмехнулся: "Пришла, чтобы даровать мне божественное правосудие? В прошлый раз у тебя не вышло, но сейчас, похоже, ты изменилась. Готова услышать глас рассудка?" "Вообще-то, это должен был быть мой вопрос", - заметила Лайтнинг. - "Глядя на этот город, я начала тревожиться, что, возможно, ты уже не тот Сноу, которого я знала. Но теперь вижу, что навряд ли что-то в силах изменить тебя".

"Да, прости насчет прошлого раза", - виновато улыбнулся Сноу. - "Я должен был испытать тебя. Должен был узнать, настоящая ли ты Лайтнинг. Поэтому я оставил в соседней комнате кулон Сэры и запечатал льдом дверь за собой. Ведь будь ты подделкой, никогда не додумалась бы применить эту безделушку, чтобы расколоть ледяную печать. Но ты точно знала, что означает для меня этот кулон и что с ним следует делать. Стало быть, это действительно ты... наша Лайтнинг. Я рад снова видеть тебя, сестренка. Теперь я могу отринуть последние свои тревоги". "Я не твоя сестренка", - бросила Лайтнинг, но Сноу отмахнулся от ремарки, слышал которую уже не раз: "Но ты понимаешь меня, как никто иной. Думаю, увидев это помещение, ты поняла, что это - тюрьма. Прекрасная могила для монстра, подобного мне!"

С этими словами он распахнул дверь в дальнем конце помещения, и пораженная Лайтнинг наблюдала лишь вихрь хаоса за нею. "Непросто осознать подобное?" - выдавил Сноу. - "Хуже всего то, что он продолжает набирать силу, а я могу лишь пытаться сдерживать его, дабы не вырвался он наружу. И когда я уничтожу последние следы вторжения хаоса в город, то окончательно лишусь дарованный мне сил, и обращусь в шигай... Но ведь я правитель, и мой долг - уберечь подданных".

Осознала Лайтнинг, что все эти годы применял Сноу могущество эл'Си, не позволяя хаосу захлестнуть Юснаан и окрестные земли. И сейчас, когда силы его на исходе, надеялся он на то, что отныне миссия его перейдет к Лайтнинг, а сам он... Девушка бросилась было к нему, но Сноу рявкнул: "Назад! Позволь мне сделать это. Устал я от своей бесполезности. 500 лет я наблюдал, как хаос поглощает мир... как он гибнет! И ничего не мог поделать! Поэтому... позволь мне хоть раз поступить так, как должно!" "Ты не поступаешь, как должно!" - выкрикнула Лайтнинг. - "Просто пытаешься бежать от проблем! Смерти ищешь, которая ничем не лучше самоубийства! И как после этого ты сможешь смотреть в глаза Сэре?!"

"Говори, что хочешь, Лайтнинг", - устало отозвался Сноу; вокруг левой руки его разлилось голубоватое сияние - знак того, что черпает он могущество эл'Си. - "Но того факта, что я поклялся сделать Сэру счастливой и не сумел уберечь ее от гибели, не изменить. Я знаю, что никогда не увижу ее снова. Я заслуживаю лишь такой гибели! И ты, и я знаем это!"

Вихрь хаотических энергий исчез, но Сноу, потративший на отражение атаки хаоса последние силы, предстал Лайтнинг шигай... уже начавшим преображение в чудовище, но все еще сохраняющим разум и волю. И сейчас молил девушку лишь об одном - покончить с ним, пока окончательно не обратился он в монстра! Разгневанная, девушка обнажила клинок, устремилась в атаку: этот сопляк посмел назвать ее "сестренкой", а сразу же после этого столь эгоистично поступил!..

Лайтнинг повергла противника, когда в чертоге возникла Люмина, и, восторженно всплеснув руками, заявила: "Сноу - это действительно что-то, верно? Он поглотил весь этот хаос и продолжал сдерживать его натиск. Он пожертвовал собой, дабы уберечь город. А единственной наградой для него стало преображение в монстра. Лайтнинг, окажи ему услугу? Сделай так, как он просит, ведь это создание - уже не Сноу. Будет благороднее избавить его от подобного существования. Ведь Сноу больше нет, и единственная надежда на спасение для души его - в смерти. Уверена, он обратился в шигай именно сейчас потому что хотел принять смерть именно от твоей руки!"

Лайтнинг, все еще сжимая в ладони кулон Сэры, приблизилась к поверженному, и, бросив Люмине "Ты ничего не знаешь о Сноу!" с силой ударила Виллиарса кулаком по лицу. "Вернись!" - кричала она, но продолжающий неотвратимое преображение эл'Си никак не отреагировал, лишь тяжело дышал, и смотрел на Лайтнинг с нескрываемой тоской...

Отчаявшаяся, Лайтнинг продолжала наносить удары, надеясь каким-то образом удержать Сноу, не позволить ему утратить разум и душу окончательно; Люмина же, отступив на несколько шагом, с интересном наблюдала за происходящим. "И кто из нас ничего не знает о Сноу?" - вкрадчиво осведомилась она. - "Ты сказала, что понимаешь его боль, верно? Как будто можешь ты понять, чем стали для него последние 500 лет - каждый день винил он себя в гибели Сэры, всеми силами пытался спасти этот мир. Он сражался, не щадя себя, ради людей, в то время как ты спала! Уверена, он испытал огромное облегчение, узнав, что ты пробудилась и вернулась в мир живых, и теперь можешь прервать его тягостное существование. Он собрал последние силы и ввернул себя во тьму. Поэтому... почему ты до сих пор не избавила его от страданий? Разве не этого хотела бы Сэра?"

Люмина исчезла... Положив руку на плечо Сноу, Лайтнинг обреченно прошептала: "Я хочу спасти тебя... Но... не знаю, как... Сэра бы знала, я уверена. Будь она здесь сейчас, сумела бы достучаться до тебя, вернуть". Взревев, шигай отшвырнул Лайтнинг в сторону; в алых глазах его исчезли последние проблески разума, и монстр, обратился в коего Сноу Виллиарс двинулся к девушке.

"Но ее здесь нет!" - восклицала Лайтнинг, смахивая непрошенные слезы. - "Не важно, как сильны мы этого хотели бы! Сноу, единственное, что я могу сделать - то, о чем ты просил меня. Но пожалуйста, не позволяй своим чувствам к Сэре исчезнуть в хаосе. Она никогда не переставала верить в тебя. Не важно, как далеко ты уходил в своем царствии, как долго бы находились вдали друг от друга, она надеялась, что однажды вы вновь будете вместе. Я знаю, она все еще верит в это! Душа ее стремится воссоединиться с тобой, болван!"

Шигай, утративший дар речи, исступленно ревел, молотя воздух руками... но неожиданно обмяк, опустился наземь, а Лайтнинг, обняв его, продолжала шептать: "И если тебя здесь не будет, куда же возвращаться моей сестре? Сноу, мою тебя... ты должен жить! Ты нужен мне... чтобы вернуть Сэру". Девушка прижала к груди шигай кулон сестры, и сияние, исходящее от того, охватило и фигуру монстра...

В вящем изумлении наблюдала Лайтнинг, как вершится кажущееся невозможным, и шигай обращается в человека. Обессиленный, Сноу Виллиарс обмяк в объятиях девушки, слабо улыбнулся: "То есть, ты хочешь, чтобы я оставался здесь затем, дабы вернуть Сэру? А как же моя природная неотразимость?" Лайтнинг вздохнула с облегчением, чувствуя, как с души камень свалился, ведь это действительно был он - прежний Сноу, оптимист и балагур. "Да, Лайт, с тобой всегда было тяжело", - признался Сноу. - "На протяжении долгих столетий я наблюдал, как мир ускользает от меня... И даже когда я посвятил всего себя тому, чтобы защитить его, мне никто ни разу даже "спасибо" не сказал. Поэтому я решил - все, хватит! - и нашел себе уютное местечко, чтобы умереть... Но появилась ты и все испортила". "Ну, прости", - улыбнулась Лайтнинг. - "Ты был вынужден сдерживать натиск так долго. Это моя вина... Но, Сноу... мир погибнет, и скоро. Никто из нас не в силах отвратить это. Но не отчаивайся. Ты должен верить - когда этот мир погибнет, будет сотворен новый. И в нем мы вновь обретем надежду. Она не умрет с этим миром. Я об этом позабочусь. Мне просто нужно еще немного времени. Мне нужен ты..."

"Знаю, знаю", - закивал Сноу. - "Чтобы все спасти. Договорились, сестренка. Ведь я все еще остаюсь правителем Юснаана, верно? Но ты слишком уж круто обходишься со старыми друзьями, знаешь ли. А что, если бы ты убила меня? Кому тогда пришлось бы встречать Сэру?" "Да я знала, что с тобой все будет в порядке", - отозвалась Лайтнинг. - "Ты слишком упрям, чтобы просто взять да умереть". С этими словами она вложила кулон сестры в ладони Сноу, молвив: "Позаботься о Сэре. Помоги ей найти путь назад. Оставайся сильным, ведь однажды ты окажешься единственным, кто у нее есть".

Лайтнинг устремилась к выходу из дворца, а Сноу еще долго разглядывал кулон возлюбленной, гадая, захочет ли та возвращаться к нему - к парню, не сумевшему сдержать данное ей обещание. Захочет ли?.. Но отступили сомнения, и пришла уверенность - впервые за долгие столетия. Он непременно вернет ее... как истинный герой.

Так, душа Сноу Виллиарса обрела спасение...

...Лайтнинг же, по возвращении в Ковчег, лицезрела в оном Люмину, которая не преминула осуждающе покачать головой, молвив: "Озвучиваешь за мертвых их желаниях? Это низко. Даже будь Сэра жива, ты не знаешь, чего она бы хотела. Поэтому сочиняешь ложь, тебя устраивающую. "Она хотела бы, чтобы ты поступил так". "Нет, она хотела бы, чтобы ты поступил этак". Как это недостойно!" "Что, хочешь, чтобы я извинилась?" - процедила Лайтнинг, вызывающе скрестив руки на груди. - "Неужто думаешь, Сэра не хотела бы, чтобы я спасла Сноу от этого... ада? Ты сама посоветовала мне поступить подобным образом".

"Прости, я ведь особенная", - скромно отметила Люмина. - "И для меня правила не писаны. Как бы то ни было, Сэра даже не мертва. И я не имею сейчас всякую чушь, вроде "О, она жива у нас в сердцах", поняла?" "Мне не нужно слышать это от тебя", - заметила Лайтнинг. - "Я знаю, что она не исчезла. Знаю, что душа ее здесь, с нами. Я даже сейчас ощущаю ее присутствие". "Может, ты просто хочешь в это поверить?" - вкрадчиво осведомилась Люмина. - "Откуда ты знаешь, что не просто боишься принять правду, не цепляешься за ложную надежду? Знаешь, а ведь ты куда слабее, чем я полагала, "сестренка".

Люмина исчезла, а Лайтнинг, покачав головой, проследовала в сердце Ковчега, где возвращение ее дожидался Хоуп. Конечно, последний уже знал о случившемся во дворце Юснаана, и приветствовал Лайтнинг радостной улыбкой. "Я все еще помню нашу первую со Сноу встречу", - с грустной улыбкой заметил он. - "Я был с моей мамой, Норой... В том сражении она присоединилась к Сноу, чтобы защитить меня, и была убита. Все это произошло на моих глазах - и я винил Сноу в случившемся. И долгое время хотел Сноу прикончить, ведь был вне себя от ярости. Я мечтал о том, что вонжу нож ему в сердце, прошептав на ухо мамино имя... Но ты спасла меня. Ты показала мне, как избавиться от снедающего меня гнева. Но, оглядываясь назад... кажется, будто произошло это с кем-то другим. Я помню, что был зол - не уже знаю, каково это - испытывать подобное чувство. Возможно, слишком много времени прошло..."

...На следующий день Лайтнинг, вернувшись в Люксерион, на монорельсовом составе отправилась в Дикоземье - последний клочок первозданной природы в сем истерзанном мире, эхо Гран Пульса. Здесь на зеленых равнинах безмятежно резвились чокобо и иные дикие твари, и казалось, будто грядущий конец света - не более, чем миф, оставшийся позади, наряду с отчаянием и агонией цивилизации. Миряне, населяющие сии пределы, отличались от горожан, и, не желая следовать догмам Ордена, укрылись от мира, посему, по мнению Лайтнинг, явилось Дикоземье истинным укрытием для тех, кто не желал жить укрощенным религиозным течением.

Стоило Лайтнинг покинуть станцию, как контакт с Хоупом неожиданно прервался; невольно обратила девушка взор на причудливую башню, возвышающуюся в сердце Дикоземья, походящую на пребывавший в Вальхалле храм Этро, и в разуме ее зазвучал голос: "Встреча предопределена. Тебя провели к источнику, изливается из которого хаос. Здесь встретишь ты слугу судьбы в белом оперении - Ангела Вальхаллы".

Видение исчезло, и ментальная связь с Хоупом восстановилась. Лайтнинг в точности пересказала другу услышанные слова, однако Хоуп продолжал недоумевать - сенсоры его не зафиксировали ничего подобного. "То был голос молодой девушки", - пояснила Лайтнинг. - "Но не думаю, что она была рядом. Казалось, обращается она ко мне из самого хаоса". Об "Ангеле Вальхаллы" Хоуп не слышал, и поиск по базам данным результата не принес. Возможно, Лайтнинг стоит расспросить о сем индивиде местных жителей...

Как оказалось, селяне действительно ведали об Ангеле Вальхаллы, и именовали так легендарного чокобо, оперение которого бело, подобно облакам - священная птица, несущая избавление и являющаяся в мир в преддверии скорого конца света. Миряне надеялись на сие, молились о том, чтобы существование их поскорее завершилось, ибо то, что случилось 500 лет назад, идет вразрез с законами природы, и жители Дикоземья считали, что недопустимо подобное, и даже боги не должны вмешиваться в однажды установленное. Для них предвечный цикл жизни и смерти выступал основой мироздания, и явление белого чокобо должно было ознаменовать прекращение нынешнего противного природе существования, возвращение в царствие богини смерти Этро. Правда, в отличие от последователей Ордена, жители Дикоземья верования свои никому не навязывали и к иным религиозным течениям относились совершенно спокойно.

Долгое время неизбежное явление Ангела Вальхаллы считалось местной легендой, вариацией на тему "пророчества о Спасительнице", однако в последнее столетие обитатели Дикоземья рассказывают о том, что видели чокобо собственными глазами. Знаменитый ветеринар, доктор Гисаль, занимающийся разведением чокобо, на протяжении долгих лет пытался выяснить, является ли белоснежная птица легендарным "Ангелом Вальхаллы", однако не преуспел в сем начинании; как бы то ни было, во всем Дикоземье именно он может сказать о чокобо что-то определенное, посему Лайтнинг поспешила в деревушку Канопус, дабы пообщаться с помянутым врачом. Ведь даже если легенда о белом чокобо - не более, чем суеверие местных поселенцев, кто-то же обратился к Лайтнинг с упоминанием об Ангеле Вальхаллы... стало быть, необходимо выяснить, что представляет собой оный.

Проследовав по вьющейся меж утопающих в зелени холмов проселочной дороге, Лайтнинг достигла деревушки Канопус; старейшина оной, Гаррет, сообщил по секрету девушке, что ветеринар всецело посвятил себя изучению белого чокобо столетие назад, когда погибла его дочь. Более того, сумел он выяснить, что белый чокобо - всего лишь дикий зверь, и стремится отыскать своего заклятого врага, Пожирателя Чокобо, видели которого в Разрушенном Городе, что в долине к востоку от селения.

Доктор Гисаль изумился, когда Лайтнинг, обратившись к нему, произнесла слова, услышанные в видении: "Встреча предопределена. Тебя провели к источнику, изливается из которого хаос". "Ты слышала голос юной девушки?!" - всплеснул руками мужчина. - "И я тоже! Стало быть, она обратилась к нам обоим. Что ж, я расскажу тебе о том, что знаю сам. Ангел - дикая тварь, живущая на сих равнинах. Сам я видел его множество раз, но изловить не сумел. Говорят, что тот, кто сумеет сломить его волю и стать его наездником, станет и его повелителем. Но я давно оставил надежду, что выступлю сим индивидом. А вот ты вполне можешь оказаться таковой - конечно, если говоришь правду об обратившемся к тебе голосе. Конечно, далеко не все, кто слышит его - избранные. Но будь уверена - "предопределенная встреча" случится! Наши легенды говорят о том, что чокобо отведет своего повелителя к некое место - в храм Этро, источник хаоса!"

Лайтнинг перевела взор на возвышающиеся в отдалении башни помянутой обители - стало быть, после слияния обоих миров храм Этро продолжает свое существование здесь, в Дикоземье. "А глубоко под сим оплотом разрушения - океан хаоса, "великого хаоса" из легенд", - говорил Гисаль. "То есть?" - нахмурилась Лайтнинг. - "Это что, некий иной вид хаоса?" "Увы, легенды на этот счет туманны", - отвечал ветеринар. - "Если хочешь найти ответ на этот вопрос, попытайся узнать истину в храме". "А для того, чтобы достичь храма, необходимо усмирить Ангела Вальхаллы", - резюмировала Лайтнинг.

Еще долго взирала она на высящиеся вдалеке башни храм Этро; прежде сдерживался в нем источник гибельной силы, 500 лет назад выплеснувшейся в мир, коий, как следствие, находится ныне на грани гибели. Возможно, "великий хаос" и есть источник поглощающих мир хаотических энергий - творение тьмы, невидимое богу, но не человеку... В любом случае, чтобы знать наверняка, необходимо разыскать и усмирить Ангела Вальхаллы, посему Лайтнинг приняла решение отправиться прямиком к Разрушенному Городу, где, возможно, отыщет она Пожирателя Чокобо - единственную ниточку, ведущую к белоснежной птице.

Некогда Разрушенный Город был столицей мира, центром человеческой культуры, и именно здесь хаос излился в мир, разрушая град и преображая. Здесь, среди бренных остовов магистралей и небоскребов, расплодились монстры; встречались и небольшие поселения мирян, укрывшихся вдали от суеты городов.

В сердце руин отыскала Лайтнинг монстра, именуемого Пожирателем Чокобо... готовящегося полакомиться белым чокобо, коего тварь сумела изловить. Повергнув монстра, девушка занялась ранами чокобо; по неведомой причине ощущала она в птице нечто донельзя знакомое, как будто некогда вместе сражались они...

Раны несчастного чокобо оказались тяжелы, и было очевидно, что долго птица не протянет; посему, разыскав в окрестностях селян-охотников, Лайтнинг велела им как можно скорее привести в Разрушенный Город доктора Гисаля... Последний не замедлил прибыть наряду с иными селянами, и те те, осторожно погрузив тело чокобо в повозку, устремились к Канопусу, ибо поклялся ветеринар, что не позволит умереть чудесной птице и по прибытии в селение немедленно займется ее врачеванием.

Гисалю удалось выходить чудесную птицу, однако та наотрез отказывалась принимать пищу из рук людей - действительно, столь гордый чокобо наверняка никто иной, как Ангел Вальхаллы. К счастью, от Лайтнинг он пищу принял, и девушка вздохнула с облегчением... ведь теперь птица наверняка пойдет на поправку.

Вскоре раны чокобо затянулись, силы восстановились, и Лайтнинг, оседлав птицу, устремилась к виднеющимся вдали, на высоком утесе башням храма Этро. У подножья оного, как сообщил девушке Хоуп, ютилось небольшое селение Полтэ, обитали в котором последовали исчезнувшей богини, покинувшие Люксерион, дабы обрести свободу от ограничений, налагаемых Орденом.

Один из селян, профессор Латом, поведал Лайтнинг, что в храме Этро сокрыто священное сокровище - Грааль Вальхаллы. "А почему ты мне говоришь об этом?" - осторожно поинтересовалась девушка. "Потому что я чувствую - тебя мог коснуться хаос, что означает - между тобой и сим сосудом, наполненным священной благодатью богини, может быть некая связь", - отозвался профессор. - "Никто и никогда не видел Грааля. Но если ты - действительно избранная, о пришествии которой говорится в легендах, то ангел доставит тебя в храм... и ты сможешь узреть Грааль воочию".

Последователи Этро приветствовали Спасительницу, восседающую верхом на белом чокобо; стало быть, предвестница конца света явилась к ним, и ныне продолжит путь к храму, где свершится предначертанное... Здесь же, в скалистых ущельях, Лайтнинг обнаружила осколки священного грааля, и профессор Латом сумел восстановить сосуд, который, по легендам, должен быть наполнен священной благодатью богини, после чего пояснил, что реликвия - сущность, живущая собственной жизнью. "Но принадлежит он тебе!" - возвестил Латом. - "Ты - та, кто несет на себе благословение Этро. Ты - истинный Грааль Вальхаллы!" Лайтнинг, однако, не разделяла уверенности профессора: если она действительно священный сосуд, должный содержать благодать богини, то сейчас он пуст...

Наконец, Лайтнинг достигла вершину утеса, находился на котором храм богини, реликт мира незримого, в стенах которого пребывает нечто, рекомое "великим хаосом" - наверняка имеющее отношение к силе, разрушившей Гран Пульс. Тогда, 500 лет назад, трагедия случилась по вине одного единственного человека, желавшего остановить ход времени ради девушки, которую он любил... Кайеса Баллада. К несчастью, несмотря на все приложенные усилия, Лайтнинг так и не смогла остановить его...

Оставив белого чокобо у врат храма, Лайтнинг проследовала внутрь... Приборы Хоупа фиксировали присутствие в стенах цитадели некоего индивида, на которое немедленно отозвался хаос. Неужто кто-то обладает способностью управлять хаосом?.. Или... хаос действительно обладает собственной волей?.. Как бы то ни было на самом деле, ясно одно: находящийся в храме хаос отличен от привычного, поглощающего мир...

В центре храма время, казалось, застыло - гигантские каменные блоки замерли в воздухе, расколотые в давнишнем противостоянии. И здесь лицезрела Лайтнинг Люмину... чему, кстати, почти не удивилось - это престранное создание всегда найдет способ оказаться в центре событий. "Кого ищешь?" - вкрадчиво поинтересовалась девчонка. - "Что пытаешься сделать? Здесь нет душ, которые можно было бы спасти. Лишь мертвые, ожидающие конца мироздания". Лайтнинг смерила Люмину взглядом, бросила: "Я так и знала". "Ничего ты не знала", - хохотнула та. - "Ты не знаешь, что это за место. А вот я знаю".

"Это - кладбище живых мертвецов", - отчеканил знакомый голос, доносящийся из средоточия хаотических энергий, витавших в помещении. - "Никто из находящихся здесь не нуждается в твоем спасении. Мы стремимся лишь к забвению". Люмина, хихикнув, исчезла, а взору Лайтнинг предстал никто иной, как Кайес Баллад, выступивший из средоточия хаоса. Древний воин смерил давнюю противнику взглядом, процедил: "Давненько не виделись, женщина, которая могла стать богиней. Но сейчас ты не богиня, а охотница за душами".

Он резко взмахнул рукой, и клинок, сотканный из чистейших хаотических энергий, устремился к Лайтнинг... поразив девушку в самое сердце. Спасительница задохнулась от боли, прижала руки к ране, но не пала, а нашла в себе силы вновь подняться на ноги. "Я думала... ты сдохнешь к этому времени", - выдавила она с ненавистью, но Кайес лишь устало вздохнул: "Ах, смерть... Хотел бы я, чтобы это было так. Но они не позволят мне умереть. Вместо этого я должен находится в этих чертогах - труп, проживающий лишенную смысла жизнь... Спасительница, храм богини обратился в святыню хаоса, обитель мертвых - мир, куда смертные не смеют ступать. Но если все же дерзнут... они должны быть готовы встретиться с хаосом!"

Черные потоки объяли Кайеса, и воитель, пребывающий в средоточии хаоса незримого... а Люмина, выступив из теней, обратилась к Лайтнинг, заявив: "Будучи в храме, ты теряешь свои силы. Ты не принадлежишь этому пространству и должна покинуть его как можно скорее". Лайтнинг, обратно, не обратила на слова докучливой собеседницы ни малейшего внимания, и устремилась вниз, в глубинные пределы святыни хаоса. Обнаружить ненавистного Кайеса среди живых оказалось весьма неприятным сюрпризом... но почему этот человек стремится использовать "великий хаос", чтобы помешать воплощению замысла Буниберзе?..

Рана, нанесенная клинком хаоса, продолжала причинять Лайтнинг боль, но девушка упорно шагала вперед; она приложит все усилия, чтобы раскрыть тайну происходящего здесь. Сенсоры Хоупа оказались бесполезны, ибо не обладали возможностью сканировать пространство, заполненного подобной концентрацией "великого хаоса", принадлежавшего прежде миру незримому.

В одном из чертогов Лайтнинг узрела Юл - как и Кайес, девушка оказалась средоточием хаотической эссенции... "Ты - Спасительница божья", - обратилась она к Лайтнинг, стоило той переступить порог помещения. - "Ты ведешь души в новый мир". "А ты - провидица..." - выдохнула Лайтнинг в изумлении. - "Паддра Нсу-Юл".

"Встреча предопределена", - прошелестела провидица. - "Тебя провели к источнику, изливается из которого хаос. Здесь встретишь ты слугу судьбы в белом оперении - Ангела Вальхаллы". "Так это был твой голос", - осознала Лайтнинг. - "Именно тебя я слышала в Дикоземье!" "Посредством хаоса родилось мое послание", - признала Юл. - "Я произнесла его, дабы могла ты знать будущее. И чтобы поняла ты мое желание и воплотила его в жизнь. Лишь Спасительнице то по силам. Тебе". "Мне?" - удивилась девушка. - "Что ты хочешь, чтобы я сделала?" "Спасти мятущуюся душу", - отвечала Юл. - "Пожалуйста, спаси Кайейса. Он лишился своего бессмертного сердца. Он не хочет больше жить. Он жаждет смерти... но умереть не может. Хаос связывает его и насаждает ему опостылевшую жизнь".

"Стало быть, человек, умудрившийся остановить время, сумел остановить его и для себя тоже", - резюмировала Лайтнинг. - "И теперь оказался в ловушке". "Будучи Спасительницей, ты должна помочь ему", - настаивала Юл. - "Даруй ему избавление, освободи его душу". С этими словами провидица отступила в сторону, позволив Лайтнинг пройти во внутренние чертоги храма.

Спасительница пребывала в полной уверенности в том, что встреча их с Юл - не случайна. Наверняка тем или иным образом та связана с хаосом, средоточие которого остается здесь, в осколке незримого мира. Ведь хаос, по вине Кайеса низринувшийся в мир смертный, был попыткой Стража спаси эту девушку, освободить ее от цикла непрерывного возрождения, ставшего возможным по воле Этро. Но... что она такое?.. Осколок хаоса?.. Мираж, созданный некими силами, остающимися в храме?.. Или же... нечто совершенно иное?.. Ведь Кайес сумел пресечь цикл бесконечных возрождений Юл, и она должна быть мертва... однако предстает во плоти в средоточии сего "великого хаоса".

Лайтнинг замедлила шаг, ибо в следующем помещении узрела Юл. Как та сумела оказаться здесь прежде нее?.. "Мы снова встретились", - осторожно заметила Лайтнинг, однако провидица отрицательно качнула головой: "Нет, мы видимся впервые. Та Юл, с которой ты говорила прежде, была другой". "То есть, ты - Юл из другой эпохи", - уточнила Лайтнинг, и собеседница ее подтвердила: "Да. Я - одна из множества Юл. Обладая всеми воспоминаниями своих предшественниц, мы возрождаемся снова и снова... и умираем - снова и снова. Я - лишь одно звено в длинной череде трагедий. Но у меня было одно собственное желание - я хотела вечно жить вместе с Кайесом. И для воплощения его в жизнь я наделила Кайеса могуществом хаоса... Но я ошибалась. Когда я даровала ему вечную жизнь, он отвернулся от меня, желая лишь одного - покончить со всем сущим".

Больше Юл не добавила ни слова к сказанному, лишь отступила в сторону, позволив Лайтнинг проследовать в иные помещения разрушенного храма. Иная мысль снедала ныне Спасительницу, мысль весьма неожиданная и пугающая. Обратившись к Хоупу, поинтересовалась она: что, если найдутся те, кто контролирует хаос, подчиняет его собственной воле... Подобное показалось Хоупу невозможным: хаос - сила природы, не подчиняющаяся законам физики и логики, ею невозможно управлять. Слушая доводы Хоупа, поняла Лайтнинг, что сенсоры того не фиксируют Юл - стало быть, провидицы, должно быть, действительно являются частью хаоса и невидимы для наблюдателя, остающегося в Ковчеге.

Зрела Лайтнинг и других Юл, с надеждой взирающих на нее, однако разговаривать отказывающихся... Девушка пришла к выводу, что встречают ее в сем святилище не смертные Юл, но души, воплощенные хаосом, заточенные в храме без возможности перерождения в новом теле.

"Он страдает из-за нас, Спасительница", - обратилась к Лайтнинг одна из Юл. - "Можешь ли ты спасти его?" Ответить на вопрос девушка не успела, ибо возникшая у нее за спиной Люмина охотно пояснила: "Провидица умирает в молодом возрасте и возрождается вновь и вновь. Каждое поколение в мире пребывала одна из Юл". Казалось, Люмина незримо следует за Лайтнинг на всем протяжении ее странствия, и получает от наблюдения за действиями Спасительницы истинное удовольствие. "Они все - Юл, но в то же время различны", - добавила Люмина, и Лайтнинг понимающе кивнула: "Верно. Именно поэтому они противоречат друг другу в своих устремлениях. Некоторые из Юл не хотят, чтобы он умер и принуждают его продолжать жить. Иные, наоборот, хотят, чтобы он упокоился с миром и душа его обрела спасение. Огромное средоточие противоречий, не хочу я впутываться во все это". "Поздно", - хихикнула Люмина. - "Ты уже в самом центре этого средоточия".

Помахав на прощание ручкой, несносная девчонка вновь исчезла; Лайтнинг же продолжила путь к внутреннему святилищу храма. Да, очевидно, что возрождающиеся вновь и вновь Юл разделяли разум, но не душу. Каждая из них была индивидуальностью, но на каждой из душ лежала тяжкая ноша... И когда возвращались они в хаос, их влекло друг к другу... И теперь они объединились, обратившись в истинный источник "великого хаоса"!

Следующая Юл из встреченных Лайтнинг, с горечью призналась, что именно ее следует винить за случившуюся катастрофу - и ту роль, которую пришлось сыграть самой Лайтнинг. "Все дело в силе хаоса", - пояснила она. - "Во тьме, пребывающей в наших душах. Это источник наших ошибок, и их результат. Твои страдания, кошмары Кайеса - все они были рождены нами".

Хоуп предупредил Лайтнинг, что в храме нечто происходит: как следует из показаний сенсоров Ковчега, весь незримый хаос стягивается в единую массу во внутреннем святилище... Наконец, очередная Юл, представшая Спасительнице, возвестила: "Время пришло. Мы должны открыть тебе, кто мы такие. Что мы такое".

Рана, нанесенная Лайтнинг Кайесом, вновь напомнила о себе нестерпимой болью, и мысленному взору Спасительницы предстало видение - первое из череды видений Юл, относящееся непосредственно к ней. В сих образах зрела Лайтнинг себя, поглощаемая черными потоками хаоса из незримого мира - событие, случившееся сразу же после сотворения кристаллической колонны, удерживающей Кокон, и прибытия одержавших великую победу героев в Гран Пульс. "Ты были мы", - призналась Юл. - "Мы уничтожили мир".

"Ты - источник изначального хаоса", - констатировала Лайтнинг, сопоставив осколки головоломки в единое целое. - "Хаоса, вырвавшегося из незримого мира. Ты прожила множество жизней, раз за разом возрождаясь с новой душой". "Чтобы жить и вновь видеть Кайеса", - кивнула Юл. - "С каждой смертью мольбы наши становились все более отчаянны. Раз за разом - до тех пор, пока накопленная тяжесть не вынудила их обратиться в единую темную массу. Именно так был сотворен "великий хаос" - незримый хаос - и его невозможно было остановить. Именно он объял тебя, исторгнув в Вальхаллу из мира смертного. Он пробил дамбу, возведенную богиней, разбил границу между мирами".

"Стало быть, все началось потому, что ты была не в силах расстаться с Кайесом?" - выдохнула Лайтнинг. - "Все могущество хаос обрел в результате твоих желаний". "Желаний? Да", - согласилась провидица. - "Я желала остаться с ним больше всего на свете. Он был для меня всем. Страх остаться одной всецело поглотил меня - это и есть незримый хаос, потоки нужды из наших разумов, сплетенные в единое полотно. Мы - едины. Мы - те, кто стремится остаться с ним. Мы - те, кто дает ему жизнь, когда он молит о смерти. Но также мы те, кто молится о том, чтобы он обрел покой. Мы - средоточие противоречий, разрешить которые невозможно. И хаос - наша любовь к нему".

Об откровении сем Лайтнинг немедленно известила Хоупа - о том, что сила, уничтожившая мира, была душами Юл, помыслы которых объединились в незримый хаос, даровав предвечной силе могущество и цель, заставив оную подчиниться их воле. И если "великий хаос", остающийся ныне в пределах храма, обретет свободу, он непременно уничтожит Нова Крисалию. Необходимо остановить Юл, ибо, сотворив "великий хаос" стали они первейшей угрозой мирозданию... Но, похоже, ныне над сим порождением души провидиц не имеют абсолютной власти - обретя подобие воли, незримый хаос живет собственной жизнью. Быть может, единственный способ сдержать натиск незримого хаоса - последовать желаниям Юл. Но, с другой стороны, те донельзя противоречивы...

...Кайес Баллад восседал на пустующем кристаллическом троне Этро, наблюдая за приближающейся Лайтнинг с откровенным безразличием. "Время весьма ценно в этом умирающем мире", - бросил он. - "Зачем тратить его на меня? Не можешь простить мне мою победу? Пришла поквитаться?" "Я здесь не для того, чтобы сражаться с тобой", - отозвалась Лайтнинг. - "Прошлое не изменить". "Стало быть, Спасительница, ты пришла, чтобы предложить мне избавление", - резюмировал Страж, и Лайтнинг утвердительно кивнула: "Да, ради Юл. Она просила меня об этом". "Я отказываюсь", - процедил Кайес, однако Лайтнинг была не в настроении убеждать противника в необходимости сего. "Я не спрашиваю твоего разрешения", - молвила она. - "Незримый хаос необходимо удержать под контролем. И я сделаю то, о чем просит Юл".

Рывком поднявшись с трона, Кайес стремительно метнулся к противнице, на ходу обнажая клинок. "Ты думаешь, что знаешь, чего она хочет", - бросил он, остановившись в нескольких шагах от Лайтнинг и изготовившись к непременному противостоянию. - "Но если одна Юл молится за мое избавление, другая требует совершенно противоположного... Но что ж, охотница за душами, хорошо. Спаси меня - если сможешь! Если хочешь получить мою душу, ты должна будешь сделать это, одержав верх надо мной!"

Удивительно, но Кайес сохранил способность призыва эйдлона - черного Бахамута, однако и король драконов не уберег своего повелителя от неминуемого поражения в противостоянии Спасительнице. "Ты - истинная охотница за душами", - скрежетнул зубами Кайес. - "Но мою душу тебе не получить".

С этими словами он вонзил меч себе в грудь, исчез в водовороте энергий хаоса... а несколько мгновений спустя вновь предстал Лайтнинг, целый и невредимый. "Даже если одна Юл желает спасения для меня, другая молит о возрождении", - мрачно констатировал Страж. - "С каждой смертью и последующим возрождением душу Юл раскалывалась вновь, и осколки сии тонули в океане хаоса. Она одна - и в то же время множество. Средоточие противоречий. Когда Юл молит об избавлении для меня, она говорит искренне. Но в то же время Юл не в силах отпустить меня, она держит меня здесь". "Стало быть, Юл... никогда не отпустит тебя", - молвила Лайтнинг, и Кайес утвердительно кивнул: "Она всего лишь ребенок. А ребенок нуждается в том, чтобы о нем заботились. Особенно, если он обречен остаться в одиночестве в хаосе. Юл - это хаос незримый. А хаос поглотит любой мир, которого коснется".

"Она с самого начала была проклята", - заметила Лайтнинг. "Ее могущество слишком велико", - согласился Страж. - "Даже если она не желает никому причинить вред, само существование хаоса искажает и преображает реальность. Скажи, Спасительница: в мире, который создает тот бог, примут ли ее с распростертыми объятиями?" Лайтнинг молчала, и Кайер констатировал: "Нет. Не примут. Это новое будущее, и ей нет места в нем. Посему мы должны остаться здесь. В хаосе, к которому принадлежим".

"Ты стремишься остаться здесь с Юл, и погибнуть наряду с этим миром?" - вопросила Лайтнинг, но Кайес лишь передернул плечами: "Я - всего лишь пустая оболочка. Душа моя давно умерла. А тело это я ввергну в хаос. Я стану пастырем для всех душ, обреченных на тьму и забвение, безо всякой надежды на возрождение в новом мире". "То есть, именно там ты надеешься снискать воздаяния за свои грехи?!" - выкрикнула девушка. - "Думаешь, единожды разрушив мир, таким образом смыть с души грех?"

Подле Кайеса возникла омытая потоками хаоса фигурка Юл, тихо прошептав о том, что хочет остаться здесь, со своим Стражем. Лайтнинг кивнула: если душа ее не желает обрести спасение, она ничем не может помочь ей. "Оставь нам, Спасительница", - произнес Кайес. - "Не смущай боле Юл своим присутствием".

Энергии хаоса поглотили Стража, унося прочь, а на кристаллическом троне богини возникла фигурка Люмины; Лайтнинг уже перестала удивляться появлению ее в самых неожиданных местах. Усмехнувшись, Люмина указала Спасительнице на иную Юл, выступившую из теней чертога, молвив: "А эта Юл любила кое-кого иного. Интересно, чего же желает она". "Я обещала ему, что мы встретимся снова", - прошептала Юл прежде, чем исчезнуть...

Лайтнинг озадаченно качнула головой: наверняка только что явившаяся ей Юл - соплеменница Ноэля, скончавшаяся у него на руках... Сознавая, что оставаться здесь, в средоточии незримого хаоса, больше не имеет смысла, Спасительница устремилась к выходу из храма, а Люмина продолжала говорить ей вслед: "Понимаешь теперь, верно? Почему время оказалось искажено, почему мир был разрушен? Почему ты оказалась в Вальхалле? Все дело в могуществе незримого хаоса. А он, в свою очередь, произошел от этой девочки, Юл, возрождающейся и умирающей, поколение за поколением. Сейчас он спокоен, но может в любое мгновение вырваться за пределы храма. Стало быть, ты все-таки не сможешь спасти всех. Думаешь, сумеешь жить с осознанием этого?" "Я не могу спасти тех, кто не хочет быть спасен", - отвечала Лайтнинг, не оборачиваясь.

Но у выхода из храма Спасительнице вновь предстала Юл - та самая, что обращалась к Лайтнинг, когда девушка только прибыла в Дикоземье. "Я могу видеть все", - прошелестела воплощенная хаосом душа провидицы. - "Я могла предвидеть, что ты можешь сделать здесь, потому и взывала из хаоса. Ко всех людям, в прошлом и будущем. Я говорила со всеми, кто стал меня слушать". Лайтнинг кивнула, понимая, что немало жителей Дикоземья слышали незримый глас провидицы, и сумела та донести историю свою до мирян.

"И история эта обратилась в легенду об Ангеле Вальхаллы", - осознала Лайтнинг. - "Что ж, спасибо. Иначе мы не встретились бы с тобой". "Я только указала тебе путь к твоей судьбе", - молвила Юл. - "Нити судьбы всегда связывали тебя с ним. Задолго до того, как появилась ты в Дикоземье. Он всегда был твоим. Твой скакун, твой рыцарь, твой чемпион".

Изумленная, наблюдала Лайтнинг фигуру Одина, соткавшуюся над белоснежным чокобо; потому-то она и ощущала в птице что-то знакомое, ведь с эйдлоном сим столь многое связывало ее!

...Завершался очередной день, и по возвращении в Ковчег узрела Лайтнинг призрачные очертания Сэры! "Сэра, ты слышишь меня?" - бросилась девушка к явленному ей воплощению души сестры. "Да, слышу", - отозвалась та, смотря на Лайтнинг с болью и отчаянием. - "Я так долго ждала тебя. Но теперь я возвращаюсь домой. То было долгое странствие, и оно почти завершилось. Я о столь многом хочу рассказать тебе!" "Да и я тоже", - улыбнулась Лайтнинг.

"О, Лайтнинг!" - всплеснула руками Сэра. - "Ты такая же, как я тебя помню. Мы так давно не виделись, но ты все равно держишь под контролем эмоции". "Ты моя сестра и знаешь меня", - пожала плечами Лайтнинг. - "Знаешь, что про меня никогда нельзя было сказать: "Сердце - нараспашку". "Да", - улыбнулась Сэра. - "Уж сколько раз я и Сноу старались вызвать у тебя улыбку, лишь однажды получилось. Ты всегда была такой, с самого детства. Но Лайт, обещай мне - когда ты исполнишь свою миссию и я вернусь, ты улыбнешься снова, хорошо?"

Призрачное воплощение младшей сестры - напоминание о заключенной с богом сделке - исчезло, а Лайтнинг еще долго стояла, опустив голову, размышляя о прозвучавших словах. А ведь права Сэра: всю свою сознательную жизнь она не позволяла себе дать волю чувствам. И сейчас пугающее осознание состояло в том, что, увидев сестру, она не ощутила ровным счетом ничего. Как будто вся любовь, питаемая к Сэра, разом исчезла... И сознавать подобное действительно страшно...

...Вернувшись на следующее утро в Дикоземье, верхом на белом чокобо Лайтнинг устремилась к остову воздушного корабля, где, по рассказам селян, проживал некий отшельник, чурающийся всех и вся. Каково же было удивление девушки, когда помянутым индивидом оказался ее старый знакомый - пилот Саж! Последний сидел в каюте разбитого корабля на диване, понуро уставившись в пол, а рядом, на кровати, тихо посапывал Дож.

"Он в таком состоянии уже несколько столетий", - выдавил несчастный отец, не поднимая глаз на вошедшую Лайтнинг. - "С тех самых пор, как хаос уничтожил мир. Тело его живо, но душа?.. Ее там нет". Пилот указал на небольшой ларец, покоящийся на столице, молвив: "Это ларец душ. Если я соберу достаточно осколков душ, Дож очнется... по крайней мере, так мне было сказано. Конечно, все это может оказаться сущей ерундой".

Лайтнинг с болью взирала на старого товарища: сколько же испытаний выпало ему и малышку Дожу, ведь так и не сумели они познать счастья!.. "Но кто дал тебе этот предмет?" - нахмурилась Спасительница, и прозвучавший ответ был вполне очевиден: "Люмина".

Взмахом руки Саж указал Лайтнинг на дверь, и девушке не оставалось ничего иного, кроме как подчиниться, оставив мужчину наедине с его болью. Обратившись к Хоупу, Лайтнинг просила того выяснить что-либо о причинах подобного состояния Дожа...

Неподалеку от остова корабля Лайтнинг дожидалась Люмина, приветствовавшая Спасительницу кривой улыбкой, сочащейся неприкрытым сарказмом. "Вот уж не ожидала встретить тебя здесь!" - наигранно всплеснула руками Люмина. - "Что, думаешь, я здесь прячу душу бедолаги Дожа, да?" "Что-то вроде", - бросила Лайтнинг, и Люмина хихикнула: "А вот и нет. Я здесь, потому что наблюдаю за тобой. И весьма волнуюсь на предмет, сумеешь ли ты спасти душу Сажа". "Сажа?" - нахмурилась Лайтнинг. - "А Дож как же?"

"Ох, да неважно", - отмахнулась Люмина. - "Хочешь, спасай души обоих. Но ты не могла не заметить, сколь тяжкий груз лежит на душу папаши, не так ли, Спасительница?" Люмина поведала Лайтнинг, что душа Дожа оказалась расколота на пять осколков, и пребывают те ныне в различных пределах Нова Крисалии.

Сей день Лайтнинг всецело посвятила поискам осколков души несчастного мальчугана, после чего поспешила вернуться к основу воздушного корабля, заявив, что собрала все пять осколков. "Ты серьезно?" - выдохнул Саж, не смея надеяться. - "Я весь проклятый мир обыскал, и ни одного осколка не нашел! А у тебя получилось, Лайтнинг. Спасибо. Ты спасла моего сына".

Лишь сейчас Лайтнинг заметила маленького чокобо, порхавшего в каюте корабля. Саж назвал малышку Чоколиной, исчезнувшей столетия назад, но сейчас вернувшейся к его сыну. Но сейчас пилота волновало совершенно иное: действительно ли, поместив осколки души в ларец, удастся пробудить Дожа от сна, столь напоминающего смерть?..

Лайтнинг поместила осколки в ларец, захлопнула крышку, после чего открыть вместилище души стало попросту невозможно. Отчаянию Сажа не было предела, но возникшая за спиной пилота Люмина пояснила: "Душа его восстановилась, но на сердце тяжесть. Малыш Дож напуган и не хочет выходить из ларца. Уж слишком у тебя страшное лицо!"

Саж бросился к кровати, затряс безвольное тело сына, моля того очнуться... когда малышка Чоколина, запищав, подлетела к пилоту, клюнула его в лоб. Саж кричал, угрожал посадить чокобо в клетку, и Лайтнинг, согласившись со сделанным Люминой выводом, обратилась к нему, молвив: "А ведь ты все время хмуришься. Как будто только и ждешь, чтобы накричать на кого-то".

Саж сник, удрученно кивнул. А ведь действительно: все эти годы он оставался один на один со своим гневом, со своей болью... "А ведь раньше я был другим", - признался он. - "Неважно, как плохо все складывалось, я всегда мог найти причину для улыбки и дать понять Дожу - все хорошо. Именно так и должен поступать отец. Да, я был неправ, но сейчас с этим покончено! Дож, помнишь нашу с тобой игру?"

Схватив со стола любимую игрушку сына, воздушный корабль, Саж забегал по комнате, гоняясь за чокобо; даже на лице Лайтнинг появилась слабая улыбка, столь комично выглядел ее старый друг. Ларец воссиял... и душа Дожа, пребывающая в нем, переместилась, наконец, в тело мальчугана. "Папа, это нечестно", - протянул он, зевая и потягиваясь. - "Ты играешь один, а ведь это наша общая игра!" Зарыдав, Саж обнял сына; тяжкое бремя оставило его душу...

"Сам отчаянно жаждал спасти своего сына", - говорила Люмина Лайтнинг, когда девушки покинули остов воздушного корабля, оставляя счастливых отца и сына наедине, - "и отчаяние это практически свело его с ума. Дож видел, что происходит, и испугался, потому и закрыл сердце свое на замок. Быть может, руководят тобой наилучшие намерения, но это не значит, что окружающие поймут тебя. Какая ирония, а? Напоминает мне тебя и Сэру". "Плевать на наилучшие намерения", - процедила Лайтнинг. - "Мне неважно, знает ли Сэра, чего я пытаюсь добиться. Я спасу ее. Даже если она возненавидит меня за это".

...При следующем перемещении в Ковчег Лайтнинг вновь обнаружила себя в престранном пространстве наряду с Люминой, существующем, по словам последней, лишь в ее собственном разуме. "Я хочу помочь тебе вспомнить то, что ты утратила", - пропела девчонка, объятая хаотическими энергиями. - "Ты пробудилась от кристаллического сна, услышав глас божий. Он сказал, что ты должна стать Спасительницей. Но часть того, что составляло сущность Лайтнинг, оказалась утрачена, и в сердце твоем образовалась одна большая дыра".

"Да", - задумчиво кивнула Лайтнинг, сознавая полное отсутствие каких-либо эмоций и переживаний. - "Так и есть. Как будто я позабыто о чем-то очень важном. О том, что мне необходимо". "Да? А я думала, ты будешь отрицать все", - удивилась Люмина. - "Но хорошо, я помогу тебе вспомнить".

Короткий жест, и в памяти Лайтнинг воскресают образы, предшествовавшие долгому кристаллическому сну... Способ сохранить сознание существует, ведь несокрушимый кристалл не утрачивает своего блеска даже в море хаоса. Опустившись на трон богини, Лайтнинг начинает свое преображение, дабы пронести воспоминания о почившей сестре сквозь века... Это станет наследием ее, и искуплением... Но, самое главное, - ее последней надеждой. Ведь однажды воспоминания эти станут тем самым светом, который приведет к ней душу Сэры.

"Ты хотела защитить ее, потому и впала в кристаллический сон", - говорила Люмина. - "Ты стала могилой для воспоминаний. Мгновением, застывшим во времени, внутри которого находилась душа Сэры. Скажи, Лайтнинг, где, как ты думаешь, Сэра находится сейчас?"

"Да... я вспомнила", - произнесла Лайтнинг, в глазах которой отражалось озарение. - "Она была здесь, в моем сердце. Я сохранила ее сознание в себе, и вместе с оным обратилась в кристалл. Тогда она была со мной... Мы должны были оставаться вместе все это время". "Ага, ты схватываешь налету", - закивала Люмина. - "Так что там насчет дыры в сердце?" "Я лишилась души Сэры", - осознала Лайтнинг, и Люмина, кивнув, резюмировала: "И ты ведь знаешь, кто забрал ее, верно? Буниберзе, когда пробудил тебя, чтобы исполнила ты его волю. Похоже, он и на воспоминания твои воздействовал, заставив тебя позабыть об этом".

"И он получил идеальную для меня "мотивацию", - скрежетнула зубами Лайтнинг. - "Точнее, получил заложницу, которую станет удерживать до тех пор, пока я не сделаю то, что ему так необходимо". "О, не знаю, продумал ли он все настолько далеко", - протянула Люмина. - "Этот твой божок не очень хорошо понимает человеческие эмоции. Возможно, он просто выбросил ее душу и ту давно уж поглотил хаос".

"Но он обещал мне", - возразила Лайтнинг. - "Обещал, что, пока я исполняю его волю, он непременно вернет мне Сэру. Если он солгал, я не посмотрю на то, что он - бог". "Я уничтожу его!" - одновременно воскликнули обе девушки, и Люмина довольно хихикнула: "Узнаю прежнюю Лайтнинг! Но ты действительно думаешь, что сумеешь справиться с богом?" "Я бы не стала ставить на него", - недобро усмехнулась Лайтнинг. - "Возможно, я нашла способ покончить с ним. Возможность, к которой прибегну в крайнем случае. Но я еще не решила для себя... Этот мир обречен. Вскоре он исчезнет, и Буниберзе - единственный, кто в силах сотворить для нас новый мир. И когда он сделает это - тогда-то я и приму решение".

"Стало быть, ты станешь играть в его игру до тех пор, пока он не создаст новый мир", - пропела Люмина. - "И тогда вынесешь свое суждение. Ты предашь и уничтожишь его, и заберешь себе новый мир, который он так старался создать. Это и есть твой план?.. А знаешь, мне он нравится! Обратиться против бога, сделать его пешкой в собственной игре. Восхитительно! Но малыш Хоуп будет так разочарован! Ведь он так тебе верит... а ты собираешься предать его. Ты ведь наверняка думала об этом? Обратишься против бога - обратишься против Хоупа. Ты к этому готова? Готова противостоять старому другу? Готова убить Хоупа?"

"А думаешь, нет?" - хмыкнула Лайтнинг, но проницательная Люмина не преминула заявить: "Ответить вопросом на вопрос - значит, уйти от ответа. Но это неважно. Он выглядит как Хоуп, говорит как Хоуп, но это не Хоуп больше". "То есть, он ненастоящий?" - удивилась Лайтнинг, на что Люмина усмехнулась: "Прости, но если кто и ненастоящий, то это Сэра!"

"Если будешь и дальше нести чушь, я пошла", - процедила Спасительница. - "Как будто мне больше заняться нечем". "Ладно, Лайтнинг", - вздохнула Люмина. - "Оглянись вокруг, и узри ложь. Сэра, с которой ты говорила - ложь. Хоуп в Ковчеге - тоже ложь. Сколько еще времени необходимо, чтобы ты пробудилась от всей этой лжи? Пока не поймешь, что, возможно, и ты сама... тоже ложь?"

Лайтнинг вздрогнула... и ирреальность исчезла, сменившись знакомым пейзажем Ковчега. Беседуя с Хоупом, девушка поведала тому об Одине, скрывающемся ныне под обличьем белого чокобо. "Один возродился подобным образом?" - задумчиво произнес Хоуп. - "Интересно, могут ли создания, обладающие душами, сами выбирать, возродятся ли они. Могут ли выбирать, когда возродятся и где? Или же на все - воля судьбы?" "То, что Один нашел меня, не совпадение", - уверенно отвечала Лайтнинг. - "И я верю в то, что и Сэра возродится - и когда это произойдет, мы встретимся вновь. Даже если я сейчас не могу увидеть ее, поговорить с ней... я знаю, она хочет встретиться со мной. Должна хотеть".

"Кстати, я снова говорила с Люминой", - призналась Лайтнинг, и Хоуп разом помрачнел: "Девушка, пребывающая в хаосе и приносящая хаос с собою. Лайт, что-то касательно этой девушки сильно меня тревожит. Возможно... ты это тоже заметила". "То, что она выглядит так же, как Сэра", - молвила Лайтнинг, и Хоуп согласно кивнул: "Они так похожи... мне кажется, что каким-то непостижимым образом она действительно может оказаться Сэрой... Но, она может быть похожа на Сэру... но это точно не она. Люмина совершенно иная. Может, она и не плохая - просто поведение ее кажется еще хуже, ведь она так похожа на твою сестру. Истинная личина Люмины покамест остается тайной для нас. Единственное, что мы можем сказать наверняка - вы с ней не очень ладите".

...На следующий день на монорельсовом составе Лайтнинг достигла Мертвых Дюн, в сердце которых пребывали обширные руины; согласно легендам, сокрыт в них уникальный артефакт - Ключ Молитв, позволяющий владельцу обретать души усопших. Подобная реликвия - одна в своем роде, и поистине бесценна для Спасительницы. Поисками артефакта занимались и солдаты Ордена, и разбойничьи группировки, орудующие в Мертвых Дюнах... все безуспешно.

В сих пустынных пределах зрела Лайтнинг немало статуй кактуаров, гадая, руководствуясь какими соображениями были они созданы некой древней цивилизацией.

Несколько часов спустя Лайтнинг достигла полуразрушенной башни, которая, по словам Хоупа, прежде была маяком, ведь ранее на месте Мертвых Дюн пребывало море, а, миновав его, обнаружила иные руины, ютились в которых пустынные разбойники. Обратившись к помощнику предводителя банды, Адонису, Лайтнинг поинтересовалась, что представляет из себя Ключ Молитв, и мужчина, смерив гостью оценивающим взглядом, поинтересовался: "И зачем он тебе, ведь на прихвостней Ордена ты не похожа?" "С чего это я стану откровенничать с тобой?" - хмыкнула Лайтнинг, и Адонис понимающе кивнул: "Не станешь. Ты не одна из нас и можешь делать все, что захочешь. Но я тебе не скажу ни слова. Хочешь знать больше, присоединяйся к нашей банде - "Монокулюс".

Похоже, иного способа выяснить что-либо конкретное о Ключе Молитв не существовала, и Лайтнинг, поразмыслив, выразила свою заинтересованность в присоединении к группировке разбойников. В качестве вступительного испытания Адонис велел девушке заставить прекратиться песчаную бурю в пустыне... "Люди называют бурю Гневом Божьим", - рассказывал главарь. - "Это или магия, или проклятие - не знаю точно. Управляется она посредством каменного монумента, находящегося поблизости.

Обещав вернуться как можно скорее, Лайтнинг покинула занимаемую разбойниками крепость, устремилась туда, где свирепствовала в Мертвых Дюнах песчаная буря. Покончив с гигантской черепахой, устроившей логово близ монумента, Лайтнинг обнаружила здесь же ключ, позволяющий привести в действие сие древнее устройство.

Буря действительно прекратилась, и пораженный Адонис приветствовал Лайтнинг в "Монокулюсе", после чего велел ей немедленно проследовать в чертог, занимаемый предводительницей банды. Последней оказалась никто иная, как... Фанг! "Долго ты сюда добиралась", - с кривой улыбкой приветствовала она изумленную Лайтнинг. - "Что? Ни слез, ни объятий? Впрочем, я и не ожидала ничего подобного. Если бы завизжала "Фаааанг!" и бросилась ко мне на шею, у меня бы точно инфаркт случился. Но я рада, что ты осталась прежней. Все-таки, прошло изрядно времени".

Приблизившись и окинув Лайтнинг проницательным взглядом, Фанг хлопнула девушку по плечу, констатировав: "И все же, похоже, ты частично изменилась. Сейчас ты нечто большее, чем просто человек. Ты исполняешь миссию, возложенную богом. Я права, Спасительница?" "Стало быть, ты знаешь, кто я", - выдохнула Лайтнинг, и Фанг кивнула: "Да, я слышала все истории, которые твердят эти богопоклонники из Люксериона. Любят они вещать о своей Спасительнице".

"То есть, ты была с Орденом, но оставила оный, чтобы стать предводительницей разбойников?" - поинтересовалась Лайтнинг, и Фанг пренебрежительно отмахнулась: "Эти святоши мне не особо по душе. Я оставалась там, чтобы присматривать за Ваниллой, но затем внимание мое привлекло кое-что иное. Теперь я охочусь за Ключом. Реликвия эта оставалась сокрыта на протяжении столетий, и никто не сумел приблизиться к ней. Я уже подумывала было о том, чтобы сдаться, но вдруг появляешься ты, обладательница весьма и весьма впечатляющих сил. Почему бы нам не объединиться? Я хочу обрести Ключ до того, как это сделает Орден. Поможешь подруге, Лайтнинг?" "Ну как я могу отказать подруге?" - молвила Лайтнинг, скрестив руки на груди. - "Как в старые добрые времена, верно?" "Что ж, я расскажу тебе все, что знаю о руинах", - улыбнулась Фанг в ответ. - "Как и о том, чего добивается Орден - и Ванилла".

Наряду с Фанг и остальными членами "Монокулюса" Лайтнинг выступила к мистическим руинам; предводительница банды заверила подначальных, что как только Спасительница могуществом, вверенным ей богом, сумеет распахнуть врат запечатанных руин, ожидают их все сокровища мира. Фанг не посчитала необходимым поделиться с Лайтнинг своими мотивами, а та не стала спрашивать: придет свое время, и старая подруга наверняка расскажет, какие причины побудили ее оставить Орден и заняться поисками Ключа Молитв.

Тем не менее, у входа в руины Лайтнинг все же задала спутнице сей вопрос, и отвечала та: "Мне самой Ключ Молитв не нужен. Я даже не знаю, что с ним делать! А вот Ванилле он пригодится. По неведомой причине, когда мы пробудились от кристаллического сна, она обрела способность слышать голоса мертвых. Она говорит, что может чувствовать все эти души, пребывающие в хаосе. Она говорит, это то же самое, что слышать тысячи голосов, стенающих одновременно. И она - единственная, кто обладает подобными способностями. Потому-то Орден и положил на нее глаз. Если Ванилла обретет священный Ключ и воспользуется им, то сможет призвать к себе все эти души".

"Стало быть, Орден стремится собрать воедино души усопших", - нахмурилась Лайтнинг. - "Но с какой целью?" "Только дуру не включай", - поморщилась Фанг. - "Тебе лучше знать. Ведь ты здесь по их приказу, так ведь? Великая и могучая Спасительница". "Я здесь вовсе не по приказу Ордена", - попыталась донести очевидное до подруги Лайтнинг. - "И, похоже, ты тоже оный особо не жалуешь. Скажешь, почему?" "Потом", - отрезала Фанг, и уверенным шагом направилась в глубины руин.

Древние механизмы, управляющие дверьми в сем подземном комплексе, оказались зависимы от времени суток, и открывали порталы лишь в определенные часы и на определенные же промежутки. Даже с помощью технологий, которыми располагал Хоуп, оказалось невозможно выяснить, кто построил этот комплекс и с какой целью - теперь, когда хаос исказил время и пространство, полагаться на научные методы анализа стало фактически невозможно.

Удивительно, что могуществом Спасительницы удалось пробудить к жизни механизмы, открывающие иные врата, ведущие в глубины комплекса. Фанг мысленно поздравила себя с успехом: идея захватить Лайтнинг на поиски Ключа Молитв действительно оправдала себя... Реликвию Спасительница ощущала даже на расстоянии - похоже, природа ее каким-то образом связанна с силами, коими наделил ее Буниберзе...

Путь Лайтнинг и Фанг преградила дверь, ведущая в сердце руин. Хоуп, вновь связавшись со Спасительницей, поведал ей, что ключом к открытию ее являются три мозаичных образа, рассказывающие истинную историю богов. Лишь тот, кто поймет истину, сокрытую в образах, сумеет пройти через сии Священные Врата к Ключу Молитв.

Первый из образов явил взору Лайтнинг и Фанг картину, изображено на которой было мертвое, окровавленное тело богини Этро, склонились над которым два иных божества, Пульс и Буниберзе. "В нашем селении была старая молитва", - задумчиво молвила Фанг. - "Восплачьте же об Этро, она осталась совершенно одна. Кровь ее излилась в хаос. Отныне нарекут ее королевой пустоты, богиней смерти". "А затем Линдзи в мудрости своей воспользовалась кровью Этро, дабы породить первых людей", - продолжила Лайтнинг легенду, явившуюся ей посредством очей Этро в Вальхалле". "Да, чтобы мы могли делать ее грязную работу", - хмыкнула Фанг. - "Среди моего народа Линдзи известна как обманщица, доверять которой не следует. Но и наш бог особо не отличается. Пульс использовал нас и отбрасывал в точности так же".

"Да, думаю, мы все научились не доверять богам", - согласилась Лайтнинг. "По крайней мере, он дал мне шанс встретиться со всеми вами", - пожала плечами Фанг. - "После чего последовали еще столетия кристаллического сна, и вот мы вновь пробудились. И чего ради? Чтобы Ванилла сошла с ума, слушая вопли усопших? Боги хотят видеть нас своими послушными марионетками. Но хватит нам с Ваниллой их игр". Но действительно, почему Фанг с Ваниллой пробудились именно сейчас, в годы, предшествующие гибели мира? Неужто у бога и на них имеется некий замысел?..

В следующем зале лицезрели девушки иную мозаику, изображены на которой были люди, рожденные в мире Пульса из крови Этро, уходящие на небеса, к пребывающему на оном Буниберзе. "Мы были созданы, чтобы служить богам, исполнять их волю, а затем умирать", - передала Лайтнинг смысл явленного образа. "Но затем в мир излился хаос, и правила изменились, смерть стала совершенно необязательна", - добавила Фанг, внимательно разглядывая мозаику. - "Мы стали бессмертны - по крайней мере, как казалось изначально... Мы не старели, но могли умереть в результате несчастного случая или болезни. Дети перестали рождаться, и так продолжалось долгие столетия. Знаешь, я всегда полагала, что со смертью наше существование не заканчивается, и души не исчезают, когда делаем мы последний вздох. Они возвращаются. Поэтому я никогда не боялась умереть за то, во что верила. Но теперь... не знаю. Мне кажется, что со смертью ныне все обрывается. Ведь на возрождение нет надежды. Наши души попросту затеряются в хаосе - навсегда. Я думаю... именно подобному положению хочет положить конец Ванилла. Она считает, что ее долг - спасти эти заблудшие души".

Третий и последующий мозаичный образ, находящийся в отдаленном зале подземного комплекса, явил взорам лик пресветлого Буниберзе, надзирающего с небес за миром смертных. "Вот он, идол Ордена", - хмыкнула Фанг. - "Смерть оскверняет душу; да очистит ее спасение" - их любимая догма. Они полагают смерть чем-то нечистым. И когда Ванилла исполнит Песнь Душ, эти ублюдки собираются воспользоваться ею". "О чем ты?" - удивилась Лайтнинг, и Фанг удивленно молвила: "Ты что, действительно не знаешь? Причина, по которой Орден так жаждет заполучить священный Ключ Молитв - ритуал, на котором Ванилла сможет сделать за этих святош всю грязную работу. Ведь она - единственная, кто может слышать голоса усопших".

"А Ключ может притягивать эти души, так?" - продолжила Лайтнинг, пытаясь понять суть сказанного. - "И что же это за ритуал? Наверняка заключается он не просто в призыве мертвых". "Если верить Ордену, но в "даровании мертвым покоя", - поморщилась Фанг, - "и "спасении для истерзанных душ". Этого оказалось достаточно для Ваниллы, она проглотила наживку. Она говорит, что непременно должна провести этот ритуал, дабы искупить грехи, свершенные в прошлом". "То есть, Ванилла хочет прости ритуал", - резюмировала Лайтнинг. - "И даже зная об этом, ты не собираешься помочь Ордену?" "Да никогда", - огрызнулась Фанг, и быстрым шагом покинула зал.

Наряду с подругой Лайтнинг вернулась к Священным Вратам, открыть которые сумела с помощью мистического символа, обретенного у мозаичных образов. За вратами означился просторный зал, на исполненном в форме циферблата пьедестале в центре которого виднелась вожделенная реликвия; исходило от оной яркое сияние - Ключ Молитв, огромный священный ларец, должный вместить в себе души усопших мирян.

И Фанг, и Лайтнинг ощущали сильнейшее давление некой силы, исходящей от ларца; очевидно, что Ключ Молитв не может быть творением смертных... На связь со Спасительницей вышел Хоуп, с тревогой сообщив, что к чертоги стремительно приближаются солдаты Ордена, доселе скрывавшиеся в хаосе.

Лайтнинг отвлеклась на мгновение, а Фанг с криком "Ванилла, прости!" метнулась к ларцу, намереваясь расколоть его ударом копья. Лайтнинг успела схватить подругу за руку, но то, вырвавшись, твердно постановила: "Я никому не позволю заполучить Ключ Молитв! Если Ванилла воспользуется этой проклятой реликвией, она непременно умрет!"

"О чем ты?" - опешила Лайтнинг, и Фанг разъяснила: "Да, "очищение" мертвых, вечный их покой - все это потребует в качестве платы жизни святой! Ванилла намерена во что бы то ни стало пройти через это. Она искупит грехи прошлого, и..."

Зал наводнили солдаты Ордена Избавления, приведшие с собою гигантского монстра. Лайтнинг и Фанг не оставалось ничего иного, как противостоять твари, в то время как солдаты поспешили к пьедесталу, дабы обрести свою добычу. А после устремились к выходу из чертога...

Покончив с монстром, Лайтнинг и Фанг осознали, что заперты в сем подземном помещении; замысел коварных святош увенчался успехом. Сознавая, что ничего этого не случилось бы, поведай ей Фанг о мотивах своих прежде, Лайтнинг обратилась к спутнице с вопросом, в чем на самом деле состоит природа Ключа Молитв, и какую опасность таит в себе реликвия. "Они хотят, чтобы Ванилла с помощью ларца призвала души из хаоса... чтобы затем уничтожить их", - устало произнесла Фанг. - "Нет душ, нет испытываемых ими страданий". "Уничтожить?" - поразилась Лайтнинг. - "А Ванилла хоть понимает это?" "Она знает", - кивнула Фанг, - "как и то, что ритуал убьет ее. И все равно, она намерена пройти через это. Говорит, это единственный способ пресечь стенания, которые слышит. Единственный способ спасти их".

"А ты не хочешь, чтобы она умерла таким образом", - закончила Лайтнинг. - "Потому и вознамерилась добраться до Ключа раньше". "Да, так и было", - кивнула Фанг. - "Но я не собиралась отдавать ларец ей - я знала, что случится, если реликвию заполучит Орден. Ванилла убьет себя - ради лжи! Поэтому я присоединилась к местным разбойникам и присматривала за руинами. Пока никто не обнаружил их, я могла быть спокойна. Понимаешь, почему я спустилась сюда с тобой? Я должна была удостовериться в том, что Спасительница не передаст Ключ Ордену. Каюсь, я не доверяла старой подруге".

"Это низко", - произнес звонкий голосок, и в чертоге соткалась знакомая фигурка Люмины. - "Ты не доверяла Лайтнинг, смотрела на нее так, будто она могла вонзить тебе нож в спину. Но, думаю, это немногим отличается от того, что я следила за вами. Долго мне пришлось ждать, прежде чем я получила возможность указать этим ребятам путь сюда".

"Так это ты привела сюда шавок Ордена?" - задохнулась от гнева Фанг, и Люмина кивнула, весьма довольная собой: "Именно! А Хоуп ничего и не заметил! Теперь Орден заполучил свой Ключ, и святоши стремятся поскорее вернуться в Люксерион! Не могу дождаться, когда увижу церемонию... Все эти жалкие души, обретающие покой в обмен на жизнь Ваниллы... Даже душа, бывшая некогда Сэрой. Она будет уничтожена наряду с остальными, как будто и не существовала никогда".

"Когда пройдет церемония?" - процедила Лайтнинг, давно уж поняв, что вступать в полемику с этой сумасбродной девахой просто бессмысленно. "В последний день существования этого мира", - с готовностью объявила та. - "Когда раздастся звон знаменующих сие колоколов, Ванилла обретет Ключ Молитв и начнет исполнять Песнь Душ".

Люмина хлопнула в ладоши, и Священные Врата распахнулись вновь; сама же девчонка исчезла, укрывшись в хаосе. Лайтнинг, анализируя сложившуюся ситуацию, пришла к весьма невеселому выводу. "Фанг, Ванилла умрет, и я не могу спасти ее", - поведала она спутнице. - "Я спасаю души, даруя им то, чего они желают. Если Ванилла всем своим сердцем хочет умереть, я должна позволить ей сделать это. У меня нет иного выбора. Если она не изменит своего мнения, я буду вынуждена принять ее смерть. Я ничем не могу помочь ей, но ты - единственная, кто знает, что она чувствует, единственная, кто сможет спасти ее от этой тьмы". Фанг согласно кивнула, приняв окончательное решение о том, что вместе с Ваниллой пребудут они до самого конца...

Утрата Ключа Молитв - неудача, но положение дел еще можно исправить непосредственно на проводимом в Люксерионе ритуале. А покамест Лайтнинг занялась тем, чем и подобает Спасительнице - странствуя по землям Нова Крисалии, несла она облегчение страждущим сердцам, принимая души людские, исполненные надежды на скорое возрождение в мире новом... Обретаемая Эрадия, переданная Иггдрасилю, продлевала время, отпущенное несчастному миру, но гибель оного неотвратима...

В Ковчеге вновь явилась Лайтнинг призрачная фигура сестры, и Спасительница, нахмурившись, долго и молча рассматривала знакомые черты, гадая, правдивы ли слова Люмины, и явленный ей образ - не более, чем ложь. "Нам выпал шанс поговорить, но ты совершенно не выглядишь счастливой!" - воскликнула Сэра. - "Как будто ты совершенно разучилась улыбаться". "Я никогда и не умела особо", - вздохнула Лайтнинг, и Сэры усмехнулась: "Ничего, я научу тебя улыбаться снова. Тебе просто нужно вспомнить о тех днях, когда будущее казалось счастливым". "Когда это было?" - пробормотала Лайтнинг, но в памяти воскресли знакомые образы - ниспосылаемые ли Сэрой?.. Счастливые дни и ночи, когда над Бодамом раскрывались огни прекраснейших фейерверков, и ничто, казалось, не в силах разрушить идиллию... Как же они были наивны!..

"До того, как мы сделали все эти ошибки", - говорила Сэра, и вспоминала Лайтнинг о том, как обнаружила сестру в иноруинах, как на ее глазах обратилась она в кристалл. - "До того, как мы схлестнулись со всеми этими богами и фал'Си. Мы думали, что это наша судьба - сражаться за мир, за наше будущее. Но все эти сражения, все начинания в итоге оказались тщетны".

"Неужто все было ошибкой?" - произнесла Лайтнинг, вновь переживая пленение свое потоками незримого хаоса, перемещение в Вальхаллу. - "Даже ваше с Ноэлем странствие?" "А как еще это назвать?" - отвечала сестра. - "Мы рискнули всем, но так и не смогли спасти будущее, а я умерла. Если это не ошибка, то что же? Поэтому я и должна была избавиться от всего этого, отринуть. Это все ничего не значило. Что сделано, то сделано. Никаких сожалений, лишь чистый лист. Мы обретем новый мир, и будем жить с тобою в нем как прежде".

"Знаешь что, Сэра", - медленно молвила Лайтнинг, - "если это странствие было ошибкой, то лишь моей, ибо именно я отправила тебя в путь через время. И именно я должна заплатить за это. Ты всеми силами пыталась добиться успеха, в этом нет ничего зазорного. Да, все получилось не так, как хотелось, но это не было ошибкой. Ты пыталась сделать то, что считала правильным. И от этого осознания ни за что не следует избавляться". "Может, и так", - прошелестела Сэра, потупившись. - "Но я не хочу снова вспоминать обо всем этом. Хочу забыть обо всем!"

Призрачный образ исчез, а Лайтнинг еще долго стояла, опустив голову, размышляя. Когда прозвучали эти слова, она не поверила им. Ведь Сэра всегда с готовностью принимала любые тяготы, превозмогала их, становясь сильнее. Слова Люмины вновь и вновь звучали в разуме Лайтнинг: "Прости, но если кто и ненастоящий, то это Сэра!"

Тряхнув головой, Лайтнинг отринула снедающие ее сомнения. Нет, наверняка проблема - в ней самой, потому и сомневается она в том, что являющаяся ей душа действительно принадлежит Сэре. Но, как бы то ни было, ядовитое семя сомнений поселилось в ее разуме, дало свои всходы. Ощущение было поистине ужасным: что, если эта Сэра - действительно подделка... ровно как и воспоминания Лайтнинг о ней?..

"Я снова видела свою сестру", - поведала Лайтнинг Хоупу, невзирая на снедавшую ее тревогу и ощущение неопределенности. - "Похоже, бог может сдержать свое обещание и вернуть мне Сэру. Она будет новой Сэрой..." "Новой?" - озадачился Хоуп. - "Это как? Хочешь сказать, что, когда он возродит Сэру, та окажется совершенно иным человеком? Как... подделка?" "Нет, не в этом дело", - покачала головой Лайтнинг, отводя взгляд и попыталась разъяснить свою мысль: "Я имею в виду, если ей суждено родиться вновь, она станет новой версией себя прежней".

"Ты ведь не совсем со мной откровенна?" - произнес проницательный Хоуп. - "Ты считаешь, что Сэра, тебе являющаяся, ненастоящая, верно? Ты думаешь, с ней что-то не так. Не говори ничего, я и так вижу, в чем дело. Ты согласилась стать Спасительницей, потому что это был твой единственный шанс спасти Сэру. И это означает, что бог держит тебя на крючке. Но если Сэра, которую он тебе являет, ненастоящая, то получается, он не имеет над тобой никакой власти. Нет у него заложницы".

Возможно, прав Хоуп, и играет божество чувствами посланницы своей в мире смертном. А при следующем перемещении Лайтнинг в ковчег она вновь обнаружила себя в знакомом изолированном пространстве, проходили в котором ее встречи с Люминой, сокрытые от всех и вся. На этот раз девчонка явилась Спасительнице некую бледную тень, сгусток энергии, принявший обличье Юл. "Здесь те, кто хочет увидеться с тобой", - произнесла провидица, и изумленная Лайтнинг узрела соткавшиеся из воздуха знакомые образы - Ноэля, Сноу, Ваниллы, Хоупа, Фанг, Сажа...

"Все твои друзья!" - возвестила Люмина, однако потоки хаоса объяли шестерку, поглотив призрачные фигуры, и девчонка театрально вздохнула: "Видишь? Они хотят помочь тебе, но ты слишком далеко. Даже если они знают, что ты чувствуешь, что тебе необходимо, они ничего не могут сделать для тебя". "Не нужна мне ничья помощь", - огрызнулась Лайтнинг, пытаясь понять смысл разыгранного Люминой представления, и не находя оного вовсе. "Конечно, не нужна!" - с готовностью закивала Люмина. - "Ты ведь избранная богом Спасительница, верно? Тебе не нужны ни друзья... ни семья. Потому-то и не можешь боле отыскать Сэру".

"Послушай", - прошелестела Юл - единственная из душ, оставшаяся в сем пространстве. - "Ты - Спасительница. Ты должна собрать души, все еще остающиеся в этом умирающем мире, и привести их в новый мир. Но... душа сестры тебе невидима. И поскольку ты не видишь ее, не сможешь спасти. Ты должна задать себе вопрос. Ради спасения Сэры... сразишься ли ты с богом? Один человек не в силах повергнуть всемогущего Буниберзе".

"Значит, я отыщу иную силу", - уверенно отвечала Лайтнинг, - "превосходящую мою собственную. Даже если ценой за это станет моя жизнь". "Ты никого не можешь спасти", - загадочно молвила Юл. - "Даже Сэру. Будучи такой, какая ты есть сейчас. Ибо сперва должна ты спасти саму себя". Юл исчезла, и Люмина назидательно произнесла: "Тебе следует прислушаться к ее словам. Она всегда говорит правду".

"Да, в отличие от тебя", - хмыкнула Лайтнинг; душу терзали новые сомнения, наряду с осознанием того, что зерно истины в услышанном действительно есть. - "Но... она говорит, что во мне не хватает чего-то". "Именно, а сама ты не догадалась?" - усмехнулась Люмина, и в ответ на недоумевающий взгляд Спасительницы всплеснула руками: "Право, иногда ты меня разочаровываешь. Ты даже о собственной душе всего не знаешь, а уже собираешься сражаться с богом. Но я не скажу тебе, чего ты лишилась. Ты должна осознать это сама". После чего исчезла и она, оставив Лайтнинг в совершенной растерянности... Как же ей спасти саму себя? Что это может означать?..

Иной призрачный образ соткался пред нею - Сид Рейнз!.. "Прежде это было имя человека, но сейчас оно не значит ничего", - произнес он. - "Душа его растворилась в океане хаоса. Я принимаю его обличье, но я не более, чем марионетка". "И кто же дергает за твои ниточки?" - прищурилась Лайтнинг. - "Буниберзе?" "Нет, не бог", - покачал головой дух, явившийся Спасительнице. - "Я - голос бесчисленного множества душ мертвых, пребывающих в хаосе. Скажи, Спасительницы, ты знаешь о ритуале, именуемом "Песнью Душ"?"

"Ванилла собирается провести его у собора", - отвечала Лайтнинг. - "Говорит, таким образом избавит души мертвых от страданий. Думаю, она вас имеет в виду". "Ванилла ошибается", - молвил Сид. - "Истина сокрыта от нее. Истина, остающаяся в мире незримом". "Истина?" - удивилась Лайтнинг, и прозвучал ответ: "Ты не понимаешь истинной роли хаоса. Хаос захлестнет этот мир, но также он является ключом к нашей человечности. Умирая, мы возвращаемся в него, но лишь ненадолго. Когда человек умирает, душа его растворяется в хаосе, но основа сущности ее продолжает существовать. И он возрождается вновь, возвращаясь в мир смертный. Незримая сила существует внутри всех нас, в сердцах наших - хаос".

"Наши души созданы из хаоса, именно поэтому мы возвращаемся в него после смерти", - резюмировала Лайтнинг. - "И остаемся там, ожидая новых тел. Стало быть, вы все можете возродиться в новом мире!" "Если святая укажет нам путь", - согласился Сид. - "Она - единственная, кто может сказать нам, как поступить. Она обладает силой направить нас в грядущее, где мы сможем возродиться вновь". "Она может то, что я сделать не в силах", - изумленно покачала головой девушка. - "Ванилла может принести избавление мертвым". "Да", - вновь подтвердил дух. - "Но она не знает, что способна на это. Орден утаил от нее эту истину".

"Но почему?!" - воскликнула Лайтнинг. - "Они же сами вещают об избавлении!" "Лишь для живых", - молвил Сид. - "Песнь Душ уничтожит нас и заставит вас забыть о том, что мы когда-то существовали. Но будет величайшим убийством. И мы хотим, чтобы ты воспрепятствовала Ванилле сделать это. Ты должна объяснить ей, в чем кроется ее истинная сила, чтобы она смогла даровать нам избавление. Но это означает пойти против воли бога. Если ты ответишь на нашу мольбу, стало быть, выступишь против Буниберзе. Ты, кто пытаются выступить против богов, обычно попадают под их власть и в итоге погибают. Такова была участь Сида Рейнза".

"Я помню", - печально молвила девушка. - "Рейнз сражался за человечество и был убит за это. Но устремление его противостоять тирании богов все еще живо. Оно и сейчас остается со мной". Дух с улыбкой кивнул, а Лайтнинг продолжала: "Хаос - в сердцах каждого из нас. Именно из него сотворены наши души, и он - причина того, что память об усопших продолжает жить в сердцах наших и разумах". "Да", - подтвердил дух. - "Хаос объединяет человечество, нить, идущая через все наши жизни. И это - сила, которую не может увидеть бог. Потенциал хаоса безграничен, и он куда более могущественен, нежели божество".

"И ты сейчас скажешь, что почерпнуть это могущество практически, невозможно, верно?" - произнесла Лайтнинг, однако дух возразил: "Вполне возможно. Никто не может контролировать хаос. Если хочешь обрести его могущество, то должна заручиться помощью тех, кто пребывает внутри хаоса. Ты знаешь, что надлежит сделать. Ты знаешь, чью душу тебе нужно найти". "Сэра?" - с надеждой выдохнула Лайтнинг. - "Ты говоришь, я сумею дотянуться до нее?" "Должна", - отвечал Сид. - "С хаосом возможно все. Отыщи незримые связи, объединяющие нас в жизни и смерти. Сделаешь это - и обретешь могущество, тебе столь необходимое".

Слова посланника душ мертвых указали Лайтнинг на то, в каком направлении следует двигаться, где лежат ответы на все ее вопросы. Хаос - вот ключ к низвержению бога. Но чтобы воспользоваться им, ей необходима помощь Сэры... но как возможно воззвать к утраченной душе сестры?..

...Наконец, на закате дня тринадцатого, Лайтнинг простилась с Хоупом, стремясь отправиться в мир смертный и завершить миссию свою. "До конца света - один-единственный день", - произнес юноша. - "Один день... и мир погибнет". "Верно", - кивнула Лайтнинг, бросив взгляд на Иггдрасиль, священное древо. - "И отвратить его невозможно". "Да, и сегодня - твой последний шанс исполнитель предназначение свое как Спасительницы", - напомнил Хоуп. - "В соборе Ванилла исполнит для Ордена Песнь Душ. Последний ритуал, когда души мертвых освободятся от мук своих и познают покой. И когда часы пробьют полночь, настанет конец всему сущему".

"Да, подобный исход не в силах отвратить даже бог", - согласилась Лайтнинг, поинтересовалась: "Ты сказал, что души мертвых вернутся в хаос, верно? Если это так, то именно там должна сейчас находиться Сэра. Душа ее затерялась в хаосе". "Для бога хаос - незримый мир", - подтвердил Хоуп. - "Он не может видеть, что происходит внутри. Стало быть, пока она пребывает в хаосе, он не может отыскать ее. Но он может сделать нечто иное. Он может создать ее заново".

"Но разве это будет настоящая Сэра - та, которую я знала?" - поразилась Лайтнинг. "Разве ты не доверяешь ему?" - вопросил Хоуп. - "Верно, бог не в силах извлечь душу Сэры из хаоса. Но душу эту он может взять... из твоего сердца... Знаю, ты всегда находила для себя сложным доверять людям - какой шанс на это может быть у бога? Не знаю, как ты поступишь, но если решишься обратиться против него, знай, что я приму твою сторону. Ты ведь доверяешь мне?"

Последний вопрос Лайтнинг оставила без ответа, ибо мысли ее сейчас занимало совершенно иное, а именно - душа погибшей сестры, и способ разыскать ее в океане хаоса. "Похоже, чем дольше я ищу, чем больше отдаляюсь от нее", - призналась Лайтнинг. - "Я встретила уже предостаточно призраков прошлого. Говорила даже с душами, остающимися в хаосе - но к Сэре не приблизилась совершенно". "Не знаю, возможно... ты сделала все, что смогла", - неуверенно произнес Хоуп. - "Возможно, ты бы и нашла ее уже... если бы что-то ее не удерживало от разговора с тобой". "Хочешь сказать, она не хочет меня видеть?" - осведомилась Лайтнинг, и Хоуп пожал плечами: "Не думаю, что в этом дело... но все возможно. Быть может, потому, что вы слишком близки друг к другу".

"Имеешь в виду, что она где-то там и может обращаться к иным людям, но не ко мне?" - уточнила девушка. - "Знаешь, шел бы тогда и поискал ее сам". "Я бы и не прочь помочь, Лайт, но не могу покинуть Ковчег", - напомнил Хоуп. - "Но если по какой-то причине я умру прежде тебя, то обещаю: я попытаюсь разыскать ее в хаосе. И когда сделаю это... найду какой-нибудь способ вновь воссоединить вас".

В эти последние часы, предшествующие гибели мира, на вершине Иггдрасиля появился плод, и священное древо воссияло. "Что-то изменилось", - озадаченно нахмурился Хоуп, обратившись к Лайтнинг. - "Я не очень понимаю суть произошедшего, но древо жизни плодоносит... И омыто светом, подобного которому я прежде не видел. Не уверен, но, возможно, это и есть наше утраченное время. Перед самой гибелью мира оно возвращается. Помнишь, прежде я говорил тебе, что сейчас в сутках - 24 часа, а не 26, как прежде?" "Да, и после вторжения хаоса даже часы преобразилась", - припомнила Лайтнинг. - "Думаешь, утраченное время где-то продолжало существовать?" "Да", - уверенно заявил Хоуп. - "Думаю, в некой бреши пространственно-временного континуума. Но теперь оно вернулось - благодаря тебе. Думаю, все дело в Эрадии, переданной тобой Иггдрасилю. Ты собрала ее достаточно, чтобы искажение континуума оказалось восстановлено, и мы вновь обрели все утраченные часы за последние 12 дней".

"То есть, получили небольшую отсрочку", - подвела итог Лайтнинг. - "Обрели один-единственный день до того, как бог пробудится и начнется окончательная гибель мира. Всего один день - времени немного". "Да, но достаточно для того, о чем я тебя попрошу", - молвил Хоуп. - "Я обнаружил прежде неизвестные руины в Мертвых Дюнах. Появление их совпало с возвращением утраченного времени".

Так истерзанному миру был дарован последний, четырнадцатый день. Поскольку до рассвета оного оставалось еще несколько часов, Лайтнинг приняла решение поспешить в Мертвые Дюны да наведаться в престранные руины, помянутые Хоупом.

Последний полагал, что обширный лабиринт сей вполне может оказаться обиталищем бога, и Лайтнинг вознамерилась выяснить, так ли это на самом деле. И пока исследовала она потаенные пределы, Хоупу удалось обнаружить древние легенды, следовало из которых, что появление подобных руин было предречено, и являются они эдакой ареной, сотворенной богом, на которой испытывал он силы различных созданий, наделяя тех "семенами душ"... По мнению Лайтнинг, сие донельзя странно: чего добивался Буниберзе, создавая подобный лабиринт?.. Наблюдая за сражающимися друг с другом могучими монстрами, планировал ли он создать новый социум, должны заместить человечество?..

Однако ныне лабиринт заполонили монстры, искаженные хаосом - по мнению Лайтнинг, подобное справедливо и для ее рода. Хаос дарует людям души и волю, делая их непредсказуемыми, готовыми обратиться против своих же творцов. Быть может, Буниберзе пытался создать расу, подобную на людей, обладающую душами и разумом, но не коснулась бы которой Этро... Но не, навряд ли... Скорее всего, цель его - сотворение поистине могущественных индивидов, обладающих всей мощью хаоса и возможностями, которые людям и не снились.

И действительно, в сердце лабиринта означилось подобное создание, наиболее могущественное творение Буниберзе, подобные которому предположительно заместят человечество, если окажутся люди слишком уж непокорными божественной воле. В противостоянии Лайтнинг повергла монстра, Эрешкигаль, доказав тем самым, что силу людей ни в коем случае не следует недооценивать... даже богам. И все же толика сомнений снедала ее: быть может, все ее силы - не более, чем дар богов, и может ли она именовать себя человеком?

...Перемещаясь в Ковчег, Лайтнинг в который уже раз обнаружила себя в ирреальном пространстве, существующем, по словам Люмины, лишь в ее собственном разуме. Однако на этот раз вместо несносной девчонки предстали Спасительницы призрачные очертания фигуры Хоупа. "Я попрощаться хочу", - с грустной улыбкой заметил юноша. - "Для меня уже слишком поздно. Я был глазами и ушами бога, и должен был наблюдать за всем, что ты делаешь. Но настал последний день, и богу я больше не нужен, ведь он не любит оставлять за собой концы. Таков был его замысел с самого начала".

"То есть, Буниберзе просто отбросит тебя, как ненужный инструмент?" - скрипнула зубами Лайтнинг, и Хоуп лишь пожал плечами: "Он таков. Но в тебе он все еще нуждается, а ты можешь помочь остальным. Сделаешь это для меня? Ванилла собирается исполнить Песнь Души и отринуть собственную жизнь". "Но она не будет единственной, кто умрет", - поведала Лайтнинг. - "Ритуал уничтожит все эти души. Однако она обладает достаточным могуществом, чтобы привести их в новый мир". "Она, она не знает, какими силами владеет", - подтвердил Хоуп. - "Ты должна открыть ей это. Я ведь ее знаю. Осознав истину, она поступит так, как должно. После чего выбор сделать предстоит и тебе. Это будет твоей единственной возможностью спасти Сэру".

"Чтобы спасти ее, мне необходимо отыскать ее душу", - напомнила Лайтнинг. - "А я ее больше не ощущаю". "Все будет хорошо, поверь мне", - улыбнулся Хоуп. - "Она может видеть тебя, и она наблюдает за тобой. Когда ты сделаешь верный выбор, то обретешь ее вновь". "Верный выбор?" - хмыкнула Лайтнинг. - "Непростая задача для той, кто продолжает повторять прошлые ошибки". "Это будет просто", - заверил девушку Хоуп. - "Тебе следует просто представить мир, в котором Сэра захотела бы жить. Каким человеком она хотела бы тебя видеть. Сделай это, и ответ станет очевиден".

"В этом-то и проблема", - вздохнула Лайтнинг. - "Может, прежде я и знала ее достаточно хорошо, чтобы знать, что она хочет. Но с моей душой что-то произошло. Я не могу больше испытывать чувства по отношению к другим людям - даже к своей сестре". "Не сдавайся", - ободрил девушку Хоуп. - "Превозмочь прошлые ошибки, вот ключ ко всему. Неважно, сколько раз ты терпишь поражение в процессе, если в конце ты добиваешься успеха".

"Я плохо начала исправлять их", - призналась Лайтнинг. - "Я не пыталась понять тебя. Я не доверяла тебе и все скрывала от тебя". "Нет, ты поступала правильно", - молвил Хоуп. - "То был не настоящий "я", и ему доверять не следовало. Он был всего лишь пешкой в игре бога. Но, по крайней мере, я получил шанс вновь стать самим собой сейчас, в конце существования мира. После всего случившегося, этого вполне достаточно... Помнишь, как мы впервые встретились все эти столетия назад? Помнишь, что ты мне сказала тогда? "Смотри вперед. Я позабочусь о том, что позади". "Но я не сделала так, не смогла..." - начала было Лайтнинг, но Хоуп прервал ее, заверив: "Смогла. Множество раз. И пока ты была рядом со мной, Лайтнинг, я не боялся ничего. И сейчас не боюсь... потому что ты здесь".

Хоуп исчез, и Лайтнинг осталась в одиночестве в сем измерении, подле пустующего кристаллического трона... После, по завершении перемещения в Ковчег, Спасительница констатировала, что друга ее действительно больше нет здесь... а у панели управления системами Ковчега порхает старый знакомый, мугл Мог. "У меня для тебя послание, купо", - жизнерадостно заявил тот. - "И звучит оно так: "Неважно, что происходит... смотри вперед". "А ты позаботишься о том, что позади?" - уточнила Лайтнинг, и Мог закивал: "Все верно, купо! И сейчас пришло время для последнего противостояния".

Лайтнинг поведала Могу о том, что Орден использует Ваниллу, надеясь заставить ее провести ритуал Песни Души, утаивая, что девушка обладает силой спасти души умерших, не уничтожить их, как того желает бог. "О, то есть, она и Сэру может спасти?" - оживился Мог. "Надеюсь на это", - осторожно произнесла Лайтнинг. - "Если Хоуп правду говорил. Если я исполню ее желание и воплощу его в жизнь - она сможет наконец вернуться. Бог хочет, чтобы Ванилла провела ритуал. Если я остановлю оный, то выступлю против бога. И я не знаю, что в этом случае случится с Сэрой". "А я знаю, что сказала бы Сэра, купо", - заявил Мог. - "Она бы не колебалась. Она бы сказала: делай то, что правильно. Помоги спасти все эти души". "Да, знаю", - с грустью улыбнулась Лайтнинг. - "Она всегда была такой. Если нужно было кого-то спасти, она первая вызывалась сделать это, невзирая на опасность".

Заверив Мога, что сделает именно то, что хотела бы от нее Сэра и воплотит в жизнь желание младшей сестры, Лайтнинг переместилась в Нова Крисалию... в последний раз...

Хаос начал поглощение обреченного мира; миряне Люксериона в вящем ужасе спешили добраться до собора - единственного островка света в безбрежном океане стремительно распространяющейся черной субстанции, выступали из которой гибельные анубисы... Поистине, зрело человечество истинный закат мироздания...

"То начало конца", - молвила Люмина, возникнув в нескольких шагах от Лайтнинг. - "Время истекло для этого мира, и утро завтрашнего дня не наступит. Жизнь и смерть теперь - одно и то же. Сейчас мир переживает агонию, и вскоре жизнь просто прервется. Все эти люди должны умереть, лишь в этом случае они сумеют узреть мир новый. Но в странствие это отправятся далеко не все. Как следует из догматов Ордена, избавление - привилегия, доступная лишь немногим избранным. Люди, умершие в прошлом, исчезнут навсегда, как будто и не существовали вовсе... Души мертвых привязаны к воспоминаниям живых. Поскольку мы помним о них, они могут продолжать существование свое в хаосе. Мы и должны поддерживать это пламя воспоминаний..."

"Потому-то души и не растворились в хаосе", - продолжила Лайтнинг высказанную мысль. - "Ведь мы все еще помним о них, и они сохраняют свое "я", остаются живы". "А если мы позабудем о них, они исчезнут навсегда без надежды на возвращение", - добавила Люмина - серьезная, как никогда прежде. - "Но дело не только в этом. Если душа усопшего уничтожается, исчезают и наши воспоминания о нем. Все сведения разом стираются из разумов, как будто он никогда и не существовал. Представь о том, каково это - позабыть всех, кто жил прежде. Это более страшно, чем массовое убийство".

"Но именно этого и добивается Орден со своей Песнью Души", - произнесла Лайтнинг, и Люмина утвердительно кивнула: "Ванилла обладает силой призвать к себе все души умерших. И когда она сделает это, Орден воспользуется Ключом, чтобы уничтожить их. Вот в чем заключается очищение, к которому он так стремится". "Но зачем им стирать память о прошлом?" - недоумевала Лайтнинг. "Чтобы избавиться от всех печали и неуверенности", - отвечала Люмина. - "Ото всех сожалений, которые сдерживают нас и делают слабыми. Они хотят, чтобы мы все начали с чистого листа и были сильны в мире новом. И знаешь, что? Именно этого хочет и бог!"

"А Ванилла об этом знает?" - вопросила Спасительница, и Люмина отрицательно качнула головой: "Далеко не все. Орден многое утаил от нее. Она полагает, что лишь избавляет души от страданий". "То есть, она не осознает, что когда сделает это, не только мертвые исчезнут, но и все наши воспоминания о них", - задумчиво молвила Лайтнинг.

В памяти воскресли слова, сказанные душою Сэры за считанные мгновения до того, как погрузилась Лайтнинг в кристаллический сон. "Сохрани меня в своих воспоминаниях. Помни обо мне, и мы обязательно встретимся снова. Неважно, что станет со мной... Даже если я исчезну из этого мира, обещай, Лайтнинг. Обещай, что будешь помнить обо мне".

"Стало быть, если этот ритуал случится, воспоминания мои о Сэре исчезнут", - продолжала Лайтнинг, осознав наконец единственно верный и возможный для себя выбор. - "И когда это случится, я утрачу последнюю надежду вернуть ее". "Да, она исчезнет навсегда", - подтвердила Люмина.

Лайтнинг устремилась было к по направлению к собору, исполненная решимости помешать проведению ритуала, однако Люмина метнулась к ней, схватила за руки. "Не иди туда", - взмолилась девчонка, глаза ее наполнились слезами. - "Не уводи с собой всех". На подобные игры времени у Лайтнинг не оставалось и, рывком вырвав руку, она продолжила бег, и не видела, как рыдает Люмина, моля: "Не оставляй меня совсем одну".

...У врат собора, собралась близ которых внушительная толпа мирян, путь Лайтнинг преградили стражи, готовый умереть за всемогущего бога... что, в сущности, и произошло. Переступив через мертвые тела солдат, Лайтнинг вознамерилась было продолжить путь, когда из теней выступил Ноэль, произнес, обращаясь к ней: "Ты же вроде как божья слуга. Разве ты не на стороне Ордена?" "Не служу я этим фанатикам", - поморщилась Лайтнинг. - "Они хотят провести проклятый ритуал, и я здесь, чтобы помешать им. Даже если мне придется для этого перебить их всех". "Но ритуал - часть божественного замысла", - произнес Ноэль, испытывающе глядя на Спасительницу. - "Ты и против него готова выступить?"

"Может, и готова", - огрызнулась Лайтнинг, и Ноэль усмехнулся: "Ничего себе признание! Бог вернул тебя в мир, дабы спасти души и указать им путь в мир новый. Это священная миссия... и существует лишь одно, что могло заставить тебя отвернуться от него. Лайтнинг, я знаю, почему мы собираешься предать бога! Ибо думаешь, что таким способом сумеешь спасти Сэру".

Из собора выбежало множество солдат, а также две гигантских химеры; велев Лайтнинг спешить, Ноэль в одиночку выступил против превосходящих сил противника. 500 лет назад Сэра умерла у него на руках, и если есть хоть крошечный шанс спасти ее душу, он позволит Лайтнинг сделать это...

...Все глубже спускалась Лайтнинг в подземелье собора, безжалостно разя служителей Ордена, преступающих ей путь. Донеслись до нее монотонные речитативы молитв - стало быть, ритуал уже начался!..

У дверей молельного зала Лайтнинг столкнулась с Фанг, также спешащей воспрепятствовать трагедии, которая может свершиться. "Служители Ордена не сказали Ванилле, на что она действительно способна", - поведала Лайтнинг подруге то, о чем успела узнать после расставания их в Мертвых Дюнах. - "Ванилла обладает могуществом, достаточными, чтобы провести души усопших в новый мир, где смогут они возродиться". "Тогда что творит Орден?!" - воскликнула Фанг. - "Эти души не следует уничтожить, а Ванилле не нужно погибать за это!"

"Песнь Души никогда не предназначалась для того, чтобы даровать душам покой", - разъяснила Лайтнинг. - "Ритуал проводится для того, чтобы облегчить существование выживших. Если удастся уничтожить все эти душу, живущие ныне попросту позабудут о том, что те когда-либо существовали. Орден хочет отсечь эти души, как раковую опухоль. И тогда мы освободимся от мертвого груза воспоминаний о тех, кого любили. Вот в чем состоит замысел служителей Ордена". Фанг пришла в ярость: эти ублюдки стремятся сокрыть свои грехи, надеются покончить с Ваниллой - во имя лжи!

Рывком распахнув двери, Лайтнинг и Фанг ворвались в молельный зал, замерли у ухода, изумленно наблюдая за множеством огоньков, устремляющихся к открывающемуся ларцу - Ключу Молитв, замерла подле которого проводящая ритуал Песни Душ Ванилла. Омытая ярчайшим сиянием, девушка направляла души усопших к реликвии, искренне полагая, что дарует им избавление от страданий, вечный покой.

Путь Спасительнице преступили солдаты, а также верховная жрица Ордена, заявившая: "Мертвые слышат песнь святой, и миллионы их собираются подле нее, дабы обрести покой. Свет бога омоет их! Свет станет гласом его, а слова - искуплением! Мертвые освободятся от боли!" "Души оставались пленены в хаосе", - поддержала священнослужительницу Ванилла. - "Они страдали без надежды на возрождение. Я должна сделать что-то. Я не могу оставить их в подобном состоянии".

"Верно!" - воскликнула Лайтнинг. - "Ты не можешь оставить их, и именно поэтому должна прекратить ритуал. Ванилла, Песнь Души уничтожит эти души - все до единой! Они будут позабыты, как будто и не существовали никогда". "Она говорит правду", - поддержала Спасительницу Фанг. - "Никто и не вспомнит о том, что когда-то эти люди жили. Орден с самого начала лгал тебе!"

В глазах Ваниллы отражалась растерянность. "Но Песнь Души должна помочь им", - неуверенно произнесла она. - "Если они окажутся позабыты, это не спасение вовсе!" "Святая", - почтительно обратилась к Ванилле верховная жрица. - "Бог говорил с нами, и явил нам свою волю. Он требует чистых душ, с сердцами, исполненными света. Те, кто не смог выжить на протяжении долгих столетий, не являются частью великого божьего замысла. Наши разумы должны быть незамутненными, а сердца - свободными от всяческих сожалений. Бог мудр и всемогущ. Мы возродимся в новом мире, оковы наши окажутся сброшены, и благословит нас всеочищающий свет его".

"Ты слышишь, Ванилла?" - хмыкнула Фанг, на которую речь верховной жрицы не произвела ровным счетом никакого впечатления. - "Вот чего они хотят в действительности. Избавления для самих себя, и забвения - для всех остальных!" "Ванилла, если ты продолжишь ритуал, самопожертвование твое окажется бессмысленным", - продолжала убеждать девушку Лайтнинг, и воскликнула та: "Неважно, что станет со мной. Неважно. Я хочу лишь искупить вину за то, что сделала, ведь из-за меня столько людей погибло. Я и сейчас слышу их голоса, они плачут все время. Я чувствую переполняющие их горечь и печаль".

"Ванилла", - увещевающе молвила Лайтнинг, обращаясь к разрыдавшейся от отчаяния святой, - "ты хочешь искупить свой грех, я поняла. И считаешь, что Песнь Душ - твой шанс сделать это. И если ты даруешь покой усопшим и умрешь, то сделаешь все правильно. Но прислушайся! Не ко мне, к мертвым. Да, они испытывают боль, но хотят ли они твоей жертвы?" Кивнув, Ванилла скрестила руки на груди, погружаясь в транс, открывая разум свой для мириада душ усопших... Сонм голосов захлестнул ее, и Ванилла со стоном опустилась на колени.

Немедленно, верховная жрица возвестила, надеясь вновь убедить Ваниллу в правоте своей: "Святая, мертвые нечисты, исполнены лжи и ненависти! Из-за всепоглощающей горечи стали они злы! Принеси же себя в жертву, избавь их от страданий!"

Тянулись тягостные минуты... после чего Ванилла поднялась на ноги, и, обращаясь к собравшимся в молельном зале, молвила: "Я услышала мертвых. Они говорили о печали, сожалении, но и о надежде тоже. Они молят о том, чтобы страдания их прекратились. Но... хоть и испытывают они боль, ни один из них не хочет быть уничтоженным. Ни один! Быть среди них сродни тому, чтобы тонуть в слезах... Но и там есть огонек надежды. Они хотят обрести новое будущее. Они хотят возродиться вновь". "Звук истинного отчаяние - молчание", - молвила Лайтнинг. - "Когда исчезает последняя надежда, именно тогда прекращают люди сетовать на свою судьбу. Но мертвые... продолжают противостоять оной. Потому что не сдались. Не оставили надежду". "А я не слушала", - вздохнула Ванилла, опустив взгляд. - "Я собиралась исполнить Песнь Душ и уничтожить их навсегда".

"Это стало бы страшной ошибкой", - продолжала убеждать названную сестру Фанг. - "Но есть еще время все исправить". "Их ее можно направить туда, куда должно", - поддержала спутницу Лайтнинг. - "Укажи им путь к Ковчегу. Оказавшись там, они сумеют возродиться в новом мире. Кое-кто сказал мне, что в твоих силах сделать это. Но это будет опасно". "Тебе придется рискнуть жизнью", - без обиняков заявила Фанг. - "Но мы с тобой сделаем это вместе".

И Ванилла, приняв окончательно решение, объявила, обращаясь ко всем без исключения присутствующим: "Я не стану исполнять Песнь Душ. Я направлю их в новый мир. И возродятся они!" Верховная жрица метнулась к ней, схватила за руки, принявшись кричать о том, что выступает святая против воли бога; солдаты Ордена окружили Ваниллу, не позволяя Лайтнинг и Фанг приблизиться.

Сияние вокруг Ключа Душ разгоралась все ярче; несмотря на то, что Ванилла не продолжала боле Песнь Душ, души мертвых стекались к реликвии... дабы быть уничтоженными ею... А в следующее мгновение в чертоге означился Сноу Виллиарс, метнулся к Ключу Душ, и, перехватив на лету брошенное Фанг копье, с силой вонзил его в ларец, знаменуя разрушение божественного артефакта. Во взрыве оного погибли и верховная жрица, и приспешники ее...

В последние минуты, отмеренные сему миру, обратилась Ванилла к пребывающим в хаосе душам, и Фанг, обняв девушку, вторила ей: "Этот мир вот-вот исчезнет навсегда. Когда услышите вы звон колоколов, устремитесь в небо - к Ковчегу. Вы сможете возродиться вновь, все вы! Душа моя горит... Да пребудет пламя искупления моего вашим проводником. Свет ответит на молитвы ваши... Живые и мертвые, все человечество, смотрите же в небеса... и узрите новый мир!"

Ярчайшая вспышка... и души, направляемые Ваниллой, покинули пределы собора, устремившись к далеким небесам... к светочи надежды. Души усопших оказались спасены, ровно как и души Ваниллы и Фанг, приняла которые в себя Лайтнинг. Знала Спасительница, что непременно возродятся те в мире новом.

Звон колоколов разнесся над Нова Крисалией, и остановилось время, и хаос поглотил мир смертный...

Две фигуры возникли пред Лайтнинг - Люмина и Юл. "Думаю, ты должна получить ее назад", - улыбнулась первая, обращаясь к Спасительнице, и, прижав руки к груди, пояснила: "Все это время она была здесь, внутри меня". "Это ты создала Люмину", - обратилась Юл к изумленной подобным откровением Лайтнинг. - "Помнишь? Ты погрузилась в кристаллический сон, чтобы уберечь сознание своей сестры. Но пробудившись Спасительницей, обнаружила, что ее нет с тобой боле". "Все то время, пока ты была обращена в кристалл, она с тобой", - продолжила Люмина рассказ. - "Но затем Буниберзе забрал ее. Она была беспомощна - без тебя душа ее растворилась бы в хаосе".

"Стало быть, ты присмотрела за ней, сохранила ее", - выдохнула Лайтнинг, и Люмина утвердительно кивнула: "Мы всего лишь частички пыли, сдутые с божественной длани. Ему было все равно, что случится с ней. Но не мне. Я должна была сохранить ее в целости и сохранности". "Но... кто ты?.." - вопросила Лайтнинг, и отвечала Люмина: "Та, которая не должна была существовать. Я была не более, чем вместилищем. И теперь я сыграла свою роль. Время, отпущенное мне, истекло". Ярчайшее сияние объяло ее, и возникла пред Лайтнинг Сэра. Спасительница протянула руки к сестре...

Видение исчезло, и Лайтнинг вновь обнаружила себя в молельном зале собора Ордена Искупления; Ванилла, Фанг и Сноу стояли рядом, прислушиваясь к перезвонам колоколов, ведь последний удар ознаменует окончательную гибель мироздания.

Затем - ослепительный свет, знаменующий пробуждение божества. "Моя спасительница", - произнес Буниберзе, представ во плоти донельзя знакомым образом - Хоупа Эстхайма. Он щелкнул пальцами, и Сноу, Фанг и Ванилла обратились в три светящиеся сферу, оставшиеся в длани божества. "Они мои", - прогремел Буниберзе. - "Идем же со мной, Спасительница. Мы станем смотреть на мир, богом сотворенный".

Божество, воплощенное в теле дорогого друга, исчезла, и померк свет. Лайтнинг осталась в одиночестве в молельном зале, и ярость закипала в душе. Буниберзе забрал всех ее друзей, и осталась она совершенно одна. Зачем они понадобились божеству? Неужто заложники?.. Но поклялась Лайтнинг, что непременно вернет украденные души, даже если придется для этого низвергнуть пресветлого бога.

Хлопая крылышками, в зал влетел Мог, и, указав Лайтнинг на статую божества, поведал, что находится Буниберзе за нею, творя новую вселенную. Лайтнинг смерила глазами статую и врата, находящиеся у основания ее; очевидно, что, проследовав через них, она покинет мир смертный, переместившись в пространство богов, откуда, возможно, уже не вернется. "Мог, останься здесь, прошу тебя", - улыбнулась Лайтнинг, ведь вознамерился мугл выступить в обиталище бога наряду с нею. - "Ты станешь нашим... маяком. Ведь Сэре понадобится некий светоч, чтобы вернуться сюда. Это и будешь ты".

Мог с энтузиазмом закивал, и Лайтнинг рывком распахнула тяжелые врата, шагнула внутрь. Со стороны человека - откровенное безумие бросать вызов могущественному божеству, но Лайтнинг - не человек; боги преобразили ее. Она поведет за собой души мирян в новую реальность... Буниберзе же низвергнет в хаос!..

Перемещение в ирреальном пространстве, среди продолжающих вращение свое предвечных механизмов... Память воскрешает рассказ Хоупа об устремлениях божества, жаждавшего вечность для своего мира и противостоящего всем силам, оной угрожающим. Но мечта бога не осуществилась; богиня Этро была уничтожена, обновления жизни не происходило боле, и миру, снедаемому хаосом, грозила неминуемая гибель.

И тогда узрел Буниберзе вихрь сил, дарующих жизнь вселенной, придающих форму веществу. Всемогущий бог мог творить материю, но не души, посему и понадобилась ему Спасительница, должная принести с собою души достойный возродиться в мире новом... Но сейчас сознавала Лайтнинг, что миссия, вверенная ей, лишь первый шаг в замысле Буниберзе, и предполагал бог, что заместит Спасительница погибшую богиню, которая восстановит цикл смерти и возрождения в мире новосотворенном. Буниберзе предложил Лайтнинг роль властительницы хаоса, которая станет помещать душу усопших в сердца новорожденных.

Буниберзе Перемещение завершилось, и Лайтнинг обнаружила себя в ирреальном пространстве - Космогенезисе, - на платформе, медленно покачивающейся в средоточии продолжающих вращаться механизмов временного тоннеля. Фигура Хоупа - обличье, избрал которого для себя Буниберзе, - пребывала в некоем отдалении, и ждал всемогущий господь ответа от слуги своей. "Хорошо, я стану богиней смерти", - недобро ухмыльнулась та, обнажая меч. - "Той, которая покончит с тобой!"

Буниберзе протянул руку, указывая Лайтнинг на мирок, объятый энергиями творения, молвив: "На глазах твоих создается новый мир. Миллионы человеческих душ жаждут возродиться в нем, однако сего не случится. Мой прекрасный новый мир должен быть уничтожен, и виновата в сем ты. Ты не позволила святой исполнить Песнь Душ. Души отравлены воспоминаниями о прошлом, они пленники судеб своих. То, что создал бог, он может уничтожить. Я омою новый мир океаном пламени".

"И снова займешься тем же самым", - хмыкнула Лайтнинг. - "Создашь мир, небо, людей. Но те не будут обладать ни воспоминаниями, ни чувствами... у них не будет прошлого". "Совершенные люди для моего совершенно мира", - подтвердил Буниберзе. - "Свободные. Знать они будут лишь радость, а горести и обиды не станут отягощать их". "Но это будут не люди", - возразила Лайтнинг. - "Жалкие марионетки, куклы в человеческом обличье. Ты бог, Буниберзе, но в сердца наши ты заглянуть не в силах".

"Да, души ваши сокрыты от меня", - прогремел глас, и фигурка Хоупа исчезла, а взору Лайтнинг предстало исполинское, истинное воплощение божества, величайшего из фал'Си. - "Именно по этой причины они должны быть преображены. Какой прок от душ, если неведомы они богу? Тела ваши будут изменены, станут совершенны, очищены, обратятся во вместилища для божества. Божественная любовь омоет вас! Я снизойду и заполню ваши хрупкие тела, дабы читать в душах ваших и нести вам благодать. Я стану вашим богом, всемогущим и всезнающим". "Ты забрал тело Хоупа, но что ты сделал с его душой?" - задала Лайтнинг свой последний вопрос, и отвечал Буниберзе: "Не знаю. Души невидимы для меня".

Сомнений у Лайтнинг не осталась боле. Прежде полагала она, что бог действительно стремится спасти человечество от гибели и заслуживает поддержки в сем благом начинании. Но нет, стремится он создать мир послушных марионеток... Что ж, Буниберзе наделил свою богиню смерти достаточной силой, чтобы принять смерть самому...

Воззвал Буниберзе к Пульсу и Линдзи, пребывающим в неведомых пределах, и символы сих божеств возникли пред ним, обратившись в оружие в руках Творца... Но в противостоянии последний оказался повержен, и взревел в неистовой ярости, постановив, что исторгает новоявленную богиню смерти в хаос! "Я и сама собиралась это сделать", - отвечала та. - "Теперь, когда Этро нет, хаос неконтролируем. Кто-то должен занять место богини, возобновить цикл жизни. И это буду я".

Лайтнинг рассекла пространство Космогенезиса, низринулась в хаос, увлекая за собой Буниберзе. Последний неистовствовал, творя гибельные заклятия, не в силах уверовать в то, что какая-то презренная смертная в силах уничтожить божество. Но Лайтнинг знала, что в воплощении немезиды ее пленена душа - последняя из них, которые ей предстоит спасти... душа Хоупа!

Даровав свободу оной, она направила ее к миру новому, где Хоупу предстоит возродиться, наряду с миллионами иных обитателей мира погибшего... Сама же она останется позади, дабы сдерживать хаос, ограждать от него новый мир и все человечество... хаос, в средоточии которого билось в предсмертной агонии пресветлое божество, предвечный фал'Си...

"Не оставляй меня", - прозвучал знакомый голос, и Лайтнинг вновь обнаружила себя в ирреальном пространстве, собственном разуме. Но теперь именно она восседала на кристаллическом троне, взирая на замершую у подножья душу младшей сестры. "Я всего лишь подделка, созданная богом", - молвила та, отводя взгляд. - "Я лишилась чего-то важного... как и ты". "Да, это верно", - кивнула Лайтнинг. - "Бог забрал часть меня. Когда я пробудилась, будучи Спасительницей..."

"Нет, это не бог", - перебила ее Сэра. - "Ты сама это сделала. Это случилось давным-давно. Ты так хотела быть сильной, вырасти поскорее, и избавилась от всего, что делало тебя слабой. Чтобы никто и никогда не заставил тебя отступить, не заставил плакать. Ты закрыла сердце свое на замок".

Лишь сейчас осознала Лайтнинг, что руки ее стягивают потоки хаоса, надежно удерживая их на подлокотниках трона. Встревожившись, девушка попыталась освободиться от пут, но безуспешно, а Сэра продолжала вещать: "Помнишь? Что ты попыталась сделать? Ты попыталась убить меня". Фигура Сэры преобразилась, представ той, кем была на самом деле - Люминой.

"Ты - это я..." - в изумлении выдохнула Лайтнинг, осознав наконец, кем на самом деле была эта несносная девчонка, столь ее раздражающая. - "Юная... слабая..." "Я - Эклер Фаррон", - кивнула та. - "Ее эгоизм, ее одиночество, ее страх. Тот маленький кусочек твоей души, который не желала ты для себя принять. Тебе кажется, что ты там, где должна находиться, что ты принадлежишь хаосу". "У меня нет выбора", - отвечала Лайтнинг. - "Кто-то должен остаться, чтобы позволить жить новому миру".

"Вот как ты скрываешь свои чувства", - молвил воплощенный осколок души Лайтнинг, вновь приняв обличье младшей сестры ее. - "Убеждаешь себя безупречной логикой. Ты под все подводишь рациональную основу, откалывая осколки от своей собственной души. Ты заслуживаешь того, чтобы остаться одна!"

Островок тверди наряду с кристаллическим троном исчезли, и Лайтнинг обнаружила себя в безграничном море хаоса. В отчаянии взывала она к Сэре, моля о помощи; сейчас - впервые за долгие эоны - была она сама собой, - исполненная чувств, переживаний, не скрывала которые и не стыдилась их...

Чернота хаоса сменилась ослепительным сиянием, возникла в котором знакомая фигура Люмины, увлекла Лайтнинг к источнику света. Да, сознание, являвшееся Лайтнинг в образе младшей сестры, было подделкой... но Люмина всеми силами старалась представить, как бы чувствовала себя истинная Сэра, представить любовь, которую испытывала она к Лайтнинг. Бог, воплотивший Люмину - отринутый Лайтнинг осколок души, - не дал ей сердца, но позволил мечтать; так чувства подделки, - вместилища сущности Сэры, - любовь по отношению к Лайтнинг, стали истинными и искренними...

...Поток душ пересекал бескрайнее космическое пространство, устремляясь к миру новой надежды, и ощущала Лайтнинг поддержку всех без исключения ее друзей, пребывающих в сем потоке... Но ткань континуума оказалась разорвана и предстал ей Буниберзе, вырвавшийся из хаоса... Однако оказался повержен силой, направляемой Лайтнинг - той, осознать суть которой фал'Си не могут... Миллионы душ смертных даровали богине своей энергии, составляющие саму их суть, и свет надежд и чаяний объял божество, разрывая его на части, обращая в кристалл... Уничтожен ли бог или же попросту спит - этого, возможно, они не узнают никогда... Возможно, однажды он вернется, но это неважно - если это произойдет, он окажется повержен вновь.

Воплотились в пространстве подле Лайтнинг ее дорогие друзья - Хоуп, Ванилла, Фанг, Сноу, Ноэль, Саж, Дож... и Сэра. "Нам больше не нужен бог", - выдохнула Лайтнинг, взирая на остов фал'Си, поглощаемый хаосом, но возникли поодаль фигуры - Кайес... и великое множество Юл. "Живым не нужен, но мертвым необходим", - произнес темный воитель. - "Бог, чтобы защищать их. Бог, чтобы нести избавление". "Мы станем этим богом", - прошелестели провидицы. - "Мы станем править незримым миром, направлять цикл смерти и возрождения. Мы станем существовать в тенях смерти".

В отчаянии Ноэль устремился к Юл, но потоки хаоса захлестнули его, и юноша заметался, не ведая, в каком направлении бежать. "Хочешь умереть с ней?" - прозвучал ровный голос Кайеса, и Ноэль выкрикнул исступленно: "Нет! Я хочу, чтобы она жила! Она не может умереть, только не после всего этого!" Из вихрящихся потоков хаоса выступил Кайес, и, схватив Ноэля за горло, прорычал ему в лицо: "Если таково твое желание, умрешь вместо нее!"

Долгие мгновение смотрели они друг на друга - глаза в глаза, - после чего Кайес недобро усмехнулся: "Что ж, тогда сбереги ее". Темный воитель отбросил воплощенную душу Ноэля прочь, через пространства, через реальности... и осознал юноша, что сжимает в руках Юл - возлюбленную, потерял которую давным-давно... в ином мире, в иную эпоху... Провидицы, добровольно принявшие на себя роль богиней смерти, отпускали одно-единственное свое воплощение, ибо была на то воля Кайеса. И Юл, пребывавшая ныне с Ноэлем, избавлена от дара провидицы. Двое пронзали пространство, примыкая к потоку душ, продолжавших перемещение к миру надежд...

Эпоха кристаллов и богов миновала, оставшись в прошлом, которого не существует боле. Человечество возродилось вновь, на далекой, далекой планете... Именно здесь Лайтнинг и остальные обрели новое, счастливое будущее, ибо выступили они ныне властителями собственных судеб...

  1  2  3  4  5  6  
Web-mastering & art by Bard, idea & materials by Demilich Demilich