Demilich's

1. Начало начал

Давным-давно существовала разумная драгоценность. Живой камень, сотворивший все сущее в этом мире, изгнавший тьму и породивший богов, обладающих бесконечным могуществом. Те, в свою очередь, создали мир Вана'дель, свою божественную игрушку. И здесь они играли, пока не погрузились в глубокий сон. А дети их положили начало своей собственной цивилизации. Они покоряли небеса, добывали золото в шахтах, возделывали поля. То были Древние. Однажды, решив воссоединиться со своими прародителями, Древние решили войти в рай. Возмущенная столь великой дерзостью, святая хранительница врат уничтожила их земли, низвергнув их в морские пучины. Вскоре одна из богинь - Алтана - проснулась и узрела, какие разрушения понес Вана'дель. И пришла к ней великая печаль. Слезы ее лились на истерзанный мир, смывая вред, ему принесенный. Пять божественных слезинок упали на новую благодатную почву, породив пять рас Вана'деля - людей, эльваанов, митра, тару и галка. Все различны, все схожи между собой. Скорбь Алтаны прошла и вновь она удалилась от мира, оставив его в гармонии.

Но история Вана'деля здесь не заканчивается.

Иной бог зорко следил за происходящим из теней. Проматия, бог сумрака, разозленный увиденным, искал способ обратить в ничто творения Алтаны. Выделив пять важнейших черт характера в преставителях каждой из рас - заносчивость эльваанов, апатию людей, зависть митра, трусость тару, ярость галка - он тем самым ввергнул их в вечный внутренний конфликт. Наконец, он создал свои собственные расы. Эти темные создания, зверолюди, должны были сражаться с народами Вана'деля, занимая все их мысли. Никогда больше тем не должна придти идея открыть дверь, ведущую к богам.

Но и это не конец истории.

Пока Алтана парит на крыльях свободы, Проматия закован в цепи. Говорят даже, что сие сотворил с собою он сам. Может ли это быть истиной? И если да, то... в чем же причина?

2. Истина

Истина несколько отличается от сказаний, что достигли последующих поколений. Где-то в промежутке между сотворением Вана'деля и созданием пяти рас, существовало еще два народа. Представители первого - существа бесконечной мощи и мудрости - звались зиларт. Они правили миром из своей сказочной столицы Аль'тае, находящейся в северном океане. С годами зиларт развили свои сверхъестественные способности, в том числе и телепатию. Оная, ведомая как "шепот ветра", связала разумы зиларт воедино и сообща они достигли невиданных высот. Женщины, могущество которых проявлялось наиболее ярко, становились Девами Зари, прислужницами богини Алтаны, наиболее почитаемой среди зиларт. Ведомые хранительницей врат, самой набожной и могучей из всех зиларт, Девы, по легенде, владели ключами от рая.

Но некоторые из зиларт рождались без обладания силой телепатии. Изгои своего народа, они покидали город и уходили в дикоземье. Там этот народ - кулуу - изучил свою магию, идущую от воплощений этого мира. Повелевая стихиями природы, кулуу возводили огромные города в северных землях, из которых величайший звался Сарутабарута. Зиларт, видя возвышение кулуу, решили подчинить себе эту расу. Король зиларт приказал изготовить амулеты для кулуу, через которые мысли их посылались к "Глазу Алтаны", где их мог легко прочесть король. Вдобавок ко всему, он закрыл врата, ведущие в столицу, дав указания открывать их лишь раз в столетие. И лишь избранные могли входить и выходить из города.

Зиларт, обладающие невероятным могуществом, стремились увеличить его еще больше. Под водительством братьев Эльд'нарша и Кам'ланота они возжелали достичь небес, получить силы Алтаны и войти в рай. Подчинив себе кулуу и Дев Зари, зиларт начали возведение последнего монумента своего величия. Ту'Лия - огромный парящий в небесах город, что станет их столицей и ключом к бесконечному могуществу. Дворец Фей'ин построен сердце нового города как оплот двух правящих братьев. Затем в землях Вана'деля возвели гигантские колонны, соединенные трубами-проводниками. Много позже сию конструкцию нарекут тремя башнями и Хребтом Дрогарога. После на острове Квифим зиларт установили источник, дарующий городу волшебные силы полета в небесах. Наконец, были созданы врата к богам, Ро'Маев. Получив силы хранительницы врат и Дев Зари, зиларт верили, что вскоре будут обладать божественной мощью.

Но история полна иронии, и наша - не исключение. Сила, кою они искали, не могла быть подчинена, и мир должен был заплатить великую цену. Когда врата были открыты, пробудились пять воплощений, ведомые Бахамутом, Королем Драконов. Великая битва разразилась в небесах. Но ни зиларт, ни Бахамут не ведали о том, что кулуу тайно объединились с Девами Зари. Глубоко в Храме Уггалепи две стороны встретились, чтобы выработать план совместных действий. Со временем кулуу выработали способы общения, не позволявшие зиларт читать их мысли, потому и смогли связаться с Девами Зари. Под водительством хранительницы врат Ив'нойл и лидера кулуу Грав'итон, союзники атаковали Фей'ин и вызвали перегрузку источника энергии. Последовавший взрыв чуть не уничтожил всю планету. Титаническая энергия, посланная по трубам-проводникам, вызвала катаклизмы во многих землях. Последствия случившегося ужасали. Северные земли, бывшие доселе дремучими лесами, ныне стали выжженной пустошью. Битва завершилась, но оставалась одна проблема. Бахамут все еще был на свободе и пребывал в диком гневе. И тогда маленький мальчик заключил сделку с этим воплощением, после чего Король Драконов исчез.

Кулуу, не погибшие во время взрыва, со временем обратились в иную расу, ведомую как тонберри. Девы Зари, погибшие все до единой, обратились в призраков, призванных оберегать хранительницу врат и ее последующие реинкарнации. Выжившие зиларт, видя крушение своих грез, приложили все усилия, чтобы вернуть мир в Вана'дель. Судьба Эльд'нарша и Кам'ланота неведома и по сей день.

3. Эпоха Чудовищ

Магический взрыв, обративший кулуу в тонберри, изменил и других жителей Вана'деля, сделав их народами, что существуют и в наши дни. Сначала родились зверолюди, достигшие своего расцвета в век тьмы, последовавший за разрушением королевства зиларт. Три огромнейших общины включали в себя орков, ягудо и кудавов. Раса орков, самая кровожадная из трех, осела в темных лесах северного Квона. Ягудо, раса птицеобразных, истово верила, что связана с самими богами. Религиозность их граничила с фанатизмом. И, наконец, кудавы, черепахоподобные создания, помешанные на всяческих драгоценностях. Как следствие, большую часть времени они проводили в шахтах, добывая минералы и каменья, а родиной своей называли болота южного Квона.

В иных частях мира существовали другие народности зверолюдей. В катакомбах под юго-восточными островами обитали могучие антикане. Далекие северные острова дали приют расе великанов, гигас. В пещерах и прибрежных водах юго-восточных островов проживали рыболюди - сахагины. Годы шли, расы "чудовищ" контролировали все больше и больше территории Вана'деля.

Кроме того, существовала и раса таинственных гоблинов. В отличие от иных зверолюдей, гоблинов можно было встретить повсеместно в Вана'деле. Способность их приспосабливаться к любой среде обитания давала возможность сосуществовать с иными расами зверолюдей, ровно как и с цивилизованными народами. Гоблины освоили кузнечное дело и целительство. И в наши дни они считаются наиболее религиозными зверолюдьми. Их дальние родственники - моблины, ютятся в недрах земли и почитают Проматию, благоразумно держась подальше от мира. Поговаривают, что единственная угроза, кою можно ждать от гоблина - заламываемые ими непомерные цены на товары.

Пришло время, и трем мирским народам пришлось столкнуться с атаками бездумных орд. Первыми стали галка. Природа наделила их могучими телами и огромной силой, и галка первыми из пяти новых рас создали свою цивилизацию в Вана'деле. На острове Кузоз они возвели огромный город, целиком охвативший сий кусочек суши. Думая, что уничтожили всех врагов в окрестностях, галка жестоко заблуждались: глубоко под их вотчиной ожидала своего часа иная армия зверолюдей. Антикане - раса насекомоподобных существ - расплодилась в подземье к югу от Кузоза, и пришел момент, когда она решила померяться силами с соседями. Антикане превосходили противника числом, и немногие выжившие галка бежали через древние туннели, обнаруженные около столицы, в надежде, что на выходе они найдут новый мир, куда не смогут последовать жуки-переростки. Побежденные, галка не забыли своего поражения, и глубоко в душе пестовали ярость и жажду мщения. Цивилизация их лежала в руинах, величественные города пали пред антиканами и зыбучими песками Кузоза.

Второй расой стали митра, хитроумные искуссные воины. Мужчин среди них весьма недоставало, а те что были, нянчили детишек дома, в то время как женщины вершили вопросы управления племенами и занимались воинским делом. Митра создали небольшую общину на островах Эльшимо. Сражаясь со зверолюдьми на своих землях, они не преследовали противника, а лишь защищали собственные границы. Такое положение устроило и зверолюдей, атаки со временем иссякали. Соседи жили если не в мире, то во взаимопонимании, это уж точно.

Последняя раса - тарутару, маленькие создания, берущие не силой, а умом. Да, сражались они доблестно, но все же побаивались огромных орд зверолюдей. Устав от вечных битв, в которых число их неизбежно уменьшалось, тару бродили по земле, ища мира. Обнаружив не нанесенный на карты континет, они назвали его Виндурст и решили осесть здесь, чтобы строить светлое будущее для потомков. Несколько десятилетий спустя, девочка расы тару исследовала таинственные башни, рзбросанные по Виндурсту, и сбилась с пути. Именно тогда она повстречала последнего из расы зиларт, который отвел ее к Колодцу Полной Луны, где она и весь народ тару обрели магические способности. Девочка получила волшебную Книгу Богов и узрела судьбу тару на сотни грядущих лет. Она стала первой Звездной Провидицей. Вместе со своим народом она неустанно трудилась, пытаясь понять и обуздать таинственную силу, дарованную ей.

Так началась Великая Эпоха Волшебства.

4. Эпоха Волшебства

Вооруженные знанием и магическими способностями, тару под началом Звездной Провидицы объединились в Федерацию Виндурста. В это же время зверолюди континента - ягудо - решили отобрать у них земли, которые считали своими исконными. И все же тару изгнали воинство ягудо, после чего некоторое время жили в мире и гармонии. Раса их процветала, сплотившись в изучении волшебства и солидарности новой и могущественной федерации.

Тем временем, митра, пресытившиеся изолированным существованием на острове Эльшимо, услышали от своих лазутчиков о странном волшебном народце и решили двинуться в заокеанские земли, дабы взглянуть на это чудо. Их предводительница, разозлившись на подобное нарушение традиций, воспротивилась сему начинанию. Тем, кто отправлялся на поиски знаний, воспрещалось возвращаться назад. Но это не остановило жаждущую приключений молодежь, отправившуюся в путешествие. Появившись в Виндурсте, митра были тепло встречены расой тару, нашедшей силу и познания в тактике прибывших весьма полезными для себя. То оказались взаимовыгодные отношения. Тару позволили митра остаться в Виндурсте в качестве воинов под их магической защитой. Вместе, они создали на приморских скалах город Маура - вечное напоминание для митра, что родина их не так далеко, как может показаться. Город Маура, хоть и невелик размерами, займет особое место в сердцах митра в Виндурсте. То была славная эпоха для двух народов.

Но время расскажет иную историю. Хоть тару и обладали обширнейшими сведениями о магии, иные мирские расы мало-помалу получали крупицы этих знаний, даже зверолюди. За короткое время волшебство освоили очень и очень многие. Могучие заклятия в руках бездумных и кровожадных зверолюдей переполнили чашу терпения тару. Последние закрыли свои границы для всех, кроме союзников-митра, и начали долгую страницу жизни в изоляции от мира.

5. Эпоха Могущества

Использование магии принесло счастье и войны иным расам Вана'деля. Именно в этот период небольшое племя эльваанов начало восхождение к вершинам могущества. Созданная силой магии и воинским духом, империя эльваанов стала наиболее разитой культурой того времени. В глубинах лесов старейшего континента было основано королевство Сан д'Ория. Единоличного использования волшебства народом тарутару не существовало более, и эльвааны смогли основывать ордена могучих рыцарей, придерживавшихся строгого кодекса чести и не испытывающих страха ни перед чем. Отсутствие оного истекало из истовой веры в Алтану и ее божественную поддержку. Официально в стране правил король, но религиозный лидер - папа - имел куда большую власть.

Один за одним оплоты зверолюдей старого континента рушились пред новой державой. Селения и города тарутару оказались сокрушены войском Сан д'Ории. Прошло совсем немного времени, а под контролем королевства находился практически весь континент Квон. Один из вассалов правящей семьи д'Орагвилл - Альфоллон Тавназия - обнаружил маленький полуостров на западном побережье Квона. Оттуда войска Сан д'Ории смогут пройти по оставшимся землям тару и зверолюдей, подчинив себе наконец весь Вана'дель. Альфолонну пожаловали земли и титул, а также приказали возвести крепость, что послужит форпостом войска Сан д'Ории пред решающим ударом. Со временем эти земли стали называться маркизатом Тавназии и выросли во второе эльваанское королевство, напрямую подчиняющееся первому, старейшему. Отсюда войска наносили удары во время знаменитой Кампании Сауромугу.

Но гордыня неизбежно ведет к падению.

Приход эльваанов сподвиг ягудо, побежденных тару, на возвращение в земли Виндурста. Это привело к новым столкновениям двух народов, но в конце концов Звездная Провидица тару и Высший Жрец ягудо встретились. Они выяснили, что корнем их бед являются именно эльвааны, заставляющие их сражаться друг с другом. Два народа заключили перемирие и сообща обратились против агрессора.

Все внимание Сан д'Ории было приковано к тару и зверолюдям восточного континента, а на южный регион Квона никто не обращал особого внимания. Населявших его людей, представителей последней из пяти рас, эльвааны посчитали чересчур слабыми и недостояными своего внимания. Небольшое людское племя повстречало остатки галка, избежавших гибели на своей родине и теперь поселившихся в южном Квоне. Две расы объединились - галка со своей физической силой и люди со своей изобретательностью и тягой к знаниям. Так образовался могущественный альянс под знаменем новой державы - Басток, быстро развившийся благодаря огромному количеству природных ресурсов, в изобилии нашедшихся в этом регионе. Нация Басток обратила свой взор на север, лежащий под властью империи Сан д'Ории.

Последовал удар, а Сан д'Ория даже не успела собрать воедино разрозненные войска, чтобы ответить на него. Новосформированное войско Бастока совершало стремительные набеги на южные регионы империи. А объединившиеся тару и зверолюди не переставая атаковали ее восточные пределы. Наконец, массированное наступление тару на укрепления Сауромугу прорвало линию обороны рыцарей. Эльвааны сражались до последнего, все и полегли. На юге внимание бастокцев привлекли Конщтатские предгорья. Если им удастся взять этот регион под свой контроль, они будут надежно защищены от контрудара. Между войсками Бастока и Сан д'Ории разразилась сеча поистине эпических масштабов. Рыцари под началом воительницы леди Эльди Мантиант преприняли последний рывок и ценой неимоверных усилий и огромных потерь вытеснили войска Бастока из предгорий. От блистающих легионов Сан д'Ории осталось одно название.

Эльвааны, столкнувшиеся с атаками тару на востоке и все возрастающей мощью Бастока в тылу, заключили с тару мирный договор, дабы сохранить за собой оставшиеся под властью империи земли. Но все эти напасти не стали последним гвоздем в их гроб, как ожидалось. Алхимики и железоделы Бастока открыли новую технологию - огнестрельное оружие. Вооружившись мушкетами, бастокцы вновь вторглись в предгорья, где и разразилась Вторая Битва Конщтата. Мушкетерам противостояли элитные войска рыцарей Сан д'Ории, но то было не сражение... резня! Рыцарей смело в первые же минуты огнем мушкетеров. Оба народа были поражены эффективностью нового оружия. Армия Сан д'Ории отошла к своей столице, отдаленные же города и фермы вовсю грабили и громили потерявшие весь страх зверолюди. Бастокцы, ужаснувшиеся собственной мощи, приостановили кампанию против Сан д'Ории, укрепившись в предгорьях, дабы пресечь могущие последовать контратаки. Таковых не случилось.

Эльвааны не могли ничего сделать, обозлившись на Басток; некогда славная имерия обратилась в руины. Во время кризиса на троне восседали два брата. Первый, старейший король Райгег, чья семья и друзья погибли от рук бастокцев, придерживался военного курса действий. Собрав оставишеся войска, он основал орден Королевских Рыцарей, надеясь все же провести контратаку. Его младший брат - принц Фелленант, был куда более миролюбивым и религиозным человеком. В тайне от брата он собрал воедино сторонников, создав орден Рыцарей-Храмовников. Вопреки желаниям короля, он организовал встречу своих рыцарей и лидеров Бастока и предложил им перемирие в обмен за свержение с трона своего брата. В подтверждение своих намерений, принц преподнес бастокцам в дар таинственный и могущественный волшебный скипетр, называемый Королевским Скипетром. Оный впоследствии передавался папой каждому последующему королю Бастока во время коронаций. Учуяв неладное, король Райгег отправил вслед за братом своего лучшего рыцаря - Вьертала Кафекса, известного своими анти-бастокскими настроениями. В миссию рыцаря и его небольшой группы сопровождения входило пристроиться к эскорту принца и затем убить его.

Сие свершилось, когда отряд разбил лагерь в пещере Орделле. Но, неведомо почему, Вьертал обратился против остальных убийц и положил конец заговору. Он спас жизнь короля, но сам был смертельно ранен. Принц продолжил путь в Басток и там Рыцари-Храмовники заключили договор с бастокцами по свержению с трона короля Райгега. Собрав все войска под своим началом, он приступом взял Сан д'Орию и провозгласил себя королем. Но тут Королевский Скипетр явил ему видение будущего. Неизвестно, что именно увидел Фелленант, но он тут же отступил, сдавшись своему брату. Давным-давно было запрещено проливать королевскую кровь и Фелленанта бросили в темницу под Сан д'Орией. С помощью Рыцарей-Храмовников он вскоре бежал подземными туннелями в Джунгерский лес. И отсюда, из глубин чащоб Давои, он развязал войну с братом. То послужило началом великой гражданской войны.

Сменялись поколения, а война между двумя фракциями Сан д'Ории бушевала в землях империи. Наконец лидер Рыцарей-Храмовников, Ранпир, бросил войска в последнюю атаку на столицу. Сжимая в руке волшебный меч, найденный им в глубинах пещер Давои, и окруженный верными драгунами (что вписало его в историю как Короля-Дракона), он повел за собой войска на битву. Меч его, Несущий Свет, вселял ужас в сердца как врагов, так и союзников. Еще до начала сражения Королевские Рыцари сдались, убоявшись волшебного меча. Даже не обнажив его, Ранпир объединил Сан д'Орию впервые за долгие столетия. Взойдя на трон, он осознал, что мощь Несущего Свет слишком велика, чтобы ею владел один человек, и отправил меч из Сан д'Ории в Тавназию не только как символ мира и доверия, но и затем, чтобы запереть его глубоко в подземельях под городом. Там он будет под неусыпным надзором членов правщяей семьи. Сан д'Ория прошла полный круг, обратившись из могучей империи в небольшое королевство.

6. Эпоха Технологии

Падение Сан д'Ории знаменовало эпоху процветания для Бастока, провозгласившего себя республикой. Люди-торговцы предлагали свои товары по всему Вана'делю; страна познала небывалый рост экономического развития. Торговые пути протянулись не только по Виндурсту, но и по территории давнего противника - Сан д'Ории. В это время бастокцы решили расширить свою индустрию, доселе заключавшуюся преимущественно в горнодобывающем деле, и заняться рыбным промыслом. Были основаны два города - прибрежный Сельбина на юге и Джеуно на севере. Сельбина приносила хороший доход, а Джеуно, возведенный на границе между несколькими королевствами, в это мирное время был избран местом проведения первой Ассамблеи Прекращения Завоеваний, призванной определить границы каждой державы. Боясь, что войска их потеряют выучку, первые советники королевств организовали серию турниров под общим названием Конфликт. Величайшие воители трех наций сойдутся друг с другом для разрешения спорных вопросов по контролю земель за устанавливаемыми и уточняемыми каждый год границами держав. Как оказалось, турнин не вызывал ничего, кроме отрицательных эмоций среди правителей всех королевств, и вскоре был прекращен Ассамблеей.

В Бастоке статус людей все рос, а трудяги-галка получали лишь крохи их славы. Так росла неприязнь между двумя расами. Ревность и зависть, пока с трудом сдерживаемые, рано или поздно должны были вырваться наружу. Но пока что нарастаемый конфликт подавлялся, а в стране шел технологический рост. Оному немало способствовал гениальный инженер по имени Сид. Его изобретения укоренились в горнодобывающей промышленности, принеся стране больше драгоценных металлов и редчайших руд, чем когда-либо раньше. Республика Басток по праву вошла в тройку величайших наций Вана'деля.

7. Северная миссия

Люди, в присущей им тяге к приключениям, решили исследовать далекие северные земли, поминаемые лишь в преданиях и легендах. И вот три искателя приключений отправились в путь: два человека-офицера, элитный Железный Мушкетер Улрич и монахиня Корнелия, а также ее друг и Хранитель Преданий галка - Раогримм. В памяти последнего хранились все знания о прошлом его расы, что автоматически придавало ему статус "лидера" галка. Также он являлся членом отряда Мифриловых Мушкетеров, но лишь номинально, ибо не принимал предвзятого отношения сослуживцев к зверолюдям. С помощью своего друга и помощника по имени Военное Облако Раогримм занял высокое положение среди своего народа. Корнелия знала его долгое время и поговаривали, что отношения их переросли простую дружбу. Улрич, сам питавший чувства к монахине, заметил это, и затаил в душе обиду.

Путь их пролегал через земли Сан д'Ории. Правители королевства пропустили маленький отряд, но настояли на том, чтобы вместе с ним отправился один из их лучших рыцарей, Франкмаг Мисталл. Официально исполнявший роль эскорта, он на самом деле был просто шпионом, призванным увериться, что бастокцы не замышляют ничего дурного. Видя это, тару настояли на присоединении к группе двух своих представителей. Люди согласились и приняли в отряд тару Иру-Куиру и митра Рабнта. Шестеро искателей приключений покинули Сан д'Орию и достигли северных гор. И тогда все пошло наперекосяк.

Улрича снедала черная ревность при виде Раогримма и Корнелии. Он не мог поверить, что человеческая женщина предпочла ему галка, и нашел собственное решение проблемы. Улрич предложил разбить отряд на две группы: он с Раогриммом пойдут одним путем, остальные четверо осмотрят второй. Заведя Хранителя Преданий глубоко в ущелья северных земель, Улрич надеялся расправиться с ним, не зная, что Корнелия тайно идет следом. В самом глубоком ущелье мушкетер атаковал галка в тот момент, когда тот меньше всего этого ожидал. Сбив противника с ног, Улрич вытащил меч, дабы нанести последний удар... В этот момент Корнелия заслонила любимого своим телом и острый клинок вошел ей в горло. Ужаснувшись содеянным, Улрич бежал. Дикий рев Раогримма разнесся в горах; то был последний раз, когда кто-нибудь видел или слышал его.

Улрич отыскал трех остальных членов отряда, рассказал им, что Раогримм и Корнелия упали со скалы и разбились, и даже снарядил поисковый рейд для убедительности своего лживого рассказа. Конечно, тела не были найдены и оставшиеся в живых решили вернуться домой, пока кто-нибудь еще не умер. И тогда начались загадочные убийства. Один за одним, погибли все четверо членов экспедиции.

8. Лунное затмение

Виндурст же процветал и разрастался. Митра образовали собственную общину в столице, ведомую предводительницей. Тару, избравшие новую Звездную Провидицу, подвели под магию научную основу, познав еще больший расцвет и культурный рост. Были созданы пять святынь волшебства для управления магическими силами тарутару, каждая исполняла свою конкретную функцию. Оптистерия, магическая библиотека Виндурста, хранила тома с древними преданиями и колдовские книги. Аурастерия, или - школа, занималась обучением юных тару, кои когда-нибудь займут главненствующие должности в стране. Риностерия - святыня, изучавшая окружающий мир, и создавшая растения, светящиеся по ночам. Четвертая святыня - Оарстерия, служила тренировочными землями для волшебников тару, носящих белые, черные или красные ризы. Последняя святыня - Маунастерия, возникла сравнительно недавно, и несла ответственность за создание кардиан. Под зорким контролем тару Зонпа-Зиппа, кардиане сотворялись из кукол, наделенных жизненной энергией звездного фрукта, сорванного с огромного звездного дерева Стен Виндурста. Кардиане должны были стать основой пехоты войска Виндурста, а также заниматься повседневной работе, избавив от нее тару и митра. Здесь и начались беды.

Кардианам в процессе создания прививалась абсолютная преданность их хозяину, в данном случае, Зиппе. Конечно, число кардиан росло и Зонпа-Зиппа не мог контролировать их всех. И он создал четырех кардиан-Тузов для управления остальными миньонами с помощью простейшей логики черного и белого, правого и неправого. Тузы были подотчетны лишь ему одному и Зиппа общался лишь с ними четырьмя, контролируя таким образом все войско. Зонпа-Зиппа стал признанным героем тарутару.

И все сложилось бы замечательно для народа тару, если бы не открытие Караха-Барухи, амбициозного служителя Оптистерии. Листая древние манускрипты в библиотеке Оптистерии, Баруха обнаружил сведения, о тайнах, сокрытых первыми поселенцами тару в руинах Хороторо. Не ставя в известность Звездную Провидицу, он обратился напрямую к Зонпа-Зиппе с просьбой о предоставлении ему сильнейших кардиан для исследования руин. Зонпа передал под начало Барухе четырех кардиан-Тузов, после чего тот с их помощью тайно сотворил себе нового кардиана - Джокера. Использовав запретное заклинание, найденное им в библиотечных фолиантах, Баруха наделил Джокера своей собственной жизненной силой и объявил его новым хозяином Тузов.

Обыскав руины, пять кардиан обнаружили каналы - старые канализационные стоки времен кулуу, соединяющие башни Виндурста, в том числе и Небесную Башню. Также, Баруха отыскал в глубинах канала таинственный фонтан, в темных водах которого отражались луна и звезды. Баруха понял, что отыскал легендарный Фонтан Полной Луны, который явил первой Звездной Провидице великое видение. Вернувшись в Виндурст, он первым делом предстал пред нынешней Провидицей, рассказав ей о находке.

Та сама отправилась к фонтану, где ей открылось нежданное видение. В глубинах вод появились очертания легендарного чудища - Фенрира, открывшего будущее изначальной Звездной Провидице. Откровение Фенрира показало будущее Виндурста, лежащего в руинах. Мирные времена прошли и земли познали опустошение. Ужаснувшись, Провидица бежала подальше от фонтана. Но ни она, ни Фенрир не ведали, что и Баруха наблюдал за всем происходящим. Вооружившись новыми знаниями, в глубинах каналов он устроил свою колдовскую лабораторию, назвав ее Анимастерия. Здесь, штудируя древние письмена, он выяснил, что возможно изменить предначертания Фенрира, и, как следствие, грядущее Виндурста. Он вновь поделился знанием с Провидицей и вместе они разработали план. Они вернутся к фонтану и Фенриру, и спросят, как возможно изменить судьбу. Если сие не представится возможной, Баруха займется чудищем сам. Но Звездная Провидица и представить не могла, сколь глубоко пустила корни в душу Барухи жажда власти.

Привязав себя к Джокеру запретным заклятием, он стал терять ясность рассудка и решил полностью подчинить себе Фенрира. Явившись пред последним, двое были отправлены назад, услышав лишь, что будущее неизменно. И тогда Звездная Провидица дала Барухе шанс, которого тот так долго ждал. Немедля он принялся высасывать силы Фенрира, завладевать его сознанием. Чудище промолвило свои последние слова: "Хоть путь вперед и объят тьмой, его всегда озарит луч света."

И Фонтан Полной Луны погрузился во тьму.

9. Беспорядки на севере

Во времена, предшествовавшие Войне Кристаллов, напряжение между королевствами пяти рас достигло критической точки. Неизведанных земель не осталось боле и три державы жадными взглядами впивались друг в друга. Многие мелкие княжества и угодья, видя такое положение дел, схватились друг с другом по всяческим мелочным проблемам. А мир начал неотвратимо изменяться.

В суровых северных землях объявился новый вид зверолюдей. Эти крылатые твари обладали высокоразвитым интеллектом и темной броней, защищавшей их от воздействия магии. Рекомые "темным братством", деяниями своими они весьма скоро заслужили репутацию и прозвище "демоны". Собравшись вокруг своего темного властелина, они направили посланников на юг, к иным расам зверолюдей. Беспрекословно, те - орки, кудавы, ягудо - подчинились новой силе. Под руководством демонов каждая из рас сплотилась в великую армию. Используя невиданное прежде оружие и боевую тактику, зверолюди наносили удар за ударом по трем королевствам Вана'деля. Наиболее опустошительная атака пришлась на остров Квифим и около города Джеуно разразилась жестокая сеча. Доблестные люди проиграли сражение, ибо им в числе прочих противостояли великаны-гигас с северных островов. Лишь недавно включенные в армию, эти твари содрогали землю каждым шагом, круша как людей, так и окрестные скалы.

На севере зверолюди продолжали захватывать и грабить небольшие поселения, а среди льдов выросла черная цитадель их нового повелителя... Повелителя Теней.

10. Легенда о Хрустальных Воителях

Легенда начинается так.
Началом всего явился камень.

Давным-давно, прекрасный живой камень
Своим семицветным сиянием изгнал тьму,
Наполнил мир жизнью,
И породил могущественных богов.

Счастье и свет сияли долгие века,
И вскоре боги отошли ко сну.
Имя сему миру - Вана'дель.

Но великая напасть
Готовится обрушиться на благословенные земли Вана'деля.
Древняя печать, тысячелетиями выдерживающая удары темных сил,
Сломана, и нескончаемый кошмар вырвался на свободу.

Невинная кровь обагрит великие земли.
Мир погрузится в страх, печаль и отчаяние.

Но это не значит, что надежды не останется...
Одна звезда ярко светит
Даже в ночь жесточайшей бури.
Одна песнь громко звучит,
Не заглушаемая завыванием чудовищных тварей.

Такова истина.
Гордые, полные мудрости, доблести и целеустремленности...

Восстаньте от темного сна.
Восстаньте, легендарные герои.
Хрустальные Воители!

11. Расцвет Джеуно

Незадолго до Войны Кристаллов в Джеуно неведомо откуда появился новый лидер, гениальный военный тактик. Город, бывший некогда скромной рыбацкой деревушкой, с каждым годом все рос. Новый лидер предложил правительству Бастока план по созданию нового государства-провинции: Великого Герцогства Джеуно. Правитель Бастока расценил этот как шанс устраниться от управления провинцией и сосредоточить все силы на угрозе со стороны зверолюдей. Следуя заветам незабвенного инженера Сида, Джеуно вырос в огромный индустриальный и торговый метрополис. Началось созидание трех мостов, должных соединить три нации и вскоре Джеуно занял место Бастока в ряду сильнейших народов Вана'деля.

В Джеуно не было постоянной армии; защитники Архигерцога являлись лучшими воинами-наемниками этого мира и обучались невиданной прежде тактике. Внушая изумление и чувство защищенности посетителям города, стражи явились наглядным примером новой эры. С этой мыслью посетители оседали здесь и город рос, но не вширь, а ввысь. Слава герцогства Джеуно все росла, странники приходили все в большем количестве. Джеунцы, да и весь мир, должны были сказать спасибо лишь одному - Архигерцогу, Кам'ланоту.

12. Война Кристаллов

Повелитель Теней...

Никто не знал, откуда он появился и что стало причиной его ненависти к мирянам Вана'деля, но все испытывали ужас, едва заслыша о нем. Взойдя на обсидиановый трон Ксаркабарда, он координировал одновременную атаку на все государства Вана'деля. Тех захватило врасплох не только выверенное с удивительной точностью время нападения, но и огромное количство зверолюдей в войсках Повелителя Теней. Так началась Война Кристаллов.

Кудавы проникли в Басток через северные шахты и ударили прямо в сердце страны. С юга двигались антикане, принесшие клятву верности Повелителю Теней, через те же самые туннели, через которые давным-давно галка перебрались на континент. Бастокцы, отрезанные от иных государств, сами изыскивали способ ведения войны на два фронта. Они решили, что лучшим выходом будем запечатать шахты, что остановит антикан и заставит кудавов выползти на поверхность и попытаться нанести удар по укрепленным крепостям в предгорьях. Даже если задумка осуществится, многим людям и галка придется умереть в боях.

В Виндурсте ягудо отовсюду стекались в свое новое северное гнездовье. Их силы блокировали каждую дорогу, ведущие в сопредельные страны. Теперь, когда величайшие волшебники Вана'деля оказались в окружении, иные нации поняли, что должны прорвать цепь ягудо, иначе шансы их на победу в войне крайне ничтожны. 500 сильнейших рыцарей Сан д'Ории вызвались выступить против сил зверолюдей и достичь Сауромугу. Отсюда они начали сооружение подземного туннеля, дабы вывести через него тару из окружения ягудо. И здесь, в цитадели Гарльяж - храме, сохранившемся еще со времен правления на этих землях Сан д'Ории, величайшие рыцари королевства встретили свою смерть. Северные орки, заметившие рыцарей, предупредили ягудо. Те, дождавшись окончания постройки туннеля, бросили на цитадель многотысячное войско. Рыцари, находящиеся в это время под землей, были просто перебиты. Тару остались предоставлены сами себе.

А вскоре после этого война пришла в Виндурст. Видя возможность сокрушить могучих магов, Повелитель Теней двинул против них войско в 30.000 зверолюдей. А защитников Виндурста не набиралась и одна тысяча, и то включая кардиан. Сломав сопротивление у Сарутабаруты, зверолюди двинулись на Врата Одина. Тару бросали против них свои сильнейшие заклятия, но враги шли напролом, не обращая внимания на огромные потери. Когда уже казалось, что город точно падет, на востоке появился яркий свет. Все взоры обратились в ту сторону, а на месте мистического сияния возник маленький тару, а рядом с ним - огромный монстр. Ты были Караха-Баруха и его подручная теперь тварь, Фенрир. Бросившись в гущу войск Повелителя Теней, Фенрир принялся убивать всех подряд, каждым ударом отправляя на тот свет с десяток зверолюдей. Те бежали с поля боя, а чудище гналось за ними, не переставая сеять смерть. А затем, так же неожиданно, как появились, Караха-Баруха и Фенрир исчезли... навсегда.

В Сан д'Ории дела шли из рук вон плохо. Южный монастырь, где некогда родился Король-Дракон, захватили орки, обратив его в свою крепость. Все войска Сан д'Ории устремились на тот фронт, и отряд орков, подошедший с запада, остался незамеченным. В горах, окружающих столицу, они возвели огромный оплот, готовясь нанести решающий удар. Правящая семья, зная, что оставшийся гарнизон не сможет защитить город, пошла на отчаянный шаг. Королевский Рыцарь, посланный на боевые рубежи с "тайными документами", должен был потерять оные в бою с орками. Среди бумаг находилось упоминание об оружии такой силы, что целые армии склонялись перед ним - Несущем Свет. Сан д'Ория сознательно предала своих стародавних друзей тавназийцев, и орки, возжелав беспредельной мощи, устремились в маркизат.

Орки, собрав в кулак все силы, не задействованные на других фронтах, развернули мощнейшую атаку в истории этой войны. На Тавназию шло более 100.000 зверолюдей. Хоть число это и обеспокоило соседние государства, силы их были сосредоточены на сдерживании врага, пробующего защиты их собственных вотчин. Наступила ночь и орки бросились на Тавназию, пробив стены катапультами и пустив вперед огромных монстров. Силы защитников оказались смяты в первые же минуты; они пали все - тару, митра, люди, галка, эльвааны. Многие пытались скрыться через подземные казематы, но и там их настигали безжалостные зверолюди. Что случилось после, до сих пор будоражит разум переживших Войну Кристаллов. Великий взрыв сотряс мир, отколов полуостров от континента. Город обратился в руины, а жители его считались погибшими; попытки спасти возможных выживших потерпели неудачу, ибо пробиться в Тавназию стало невозможно. Причина катаклизма до сих пор неясна, хотя многие думают, что так рвануло некое тайное оружие орков. Именно в Тавназии силы света потерпели величайшее поражение, но считается, что то был переломный момент в войне.

Тавзания уничтожена, но вместе с маркизатом погибла и большая часть армии зверолюдей, а оставшиеся орки, ягадо и кудавы скрылись с глаз долой. Поражение сплотило силы света как никогда раньше. Видя это, Повелитель Теней попробовал заручиться поддержкой сахагинов и тонберри, но лишь немногие согласились помочь ему. Тем временем герцог Кам'ланот из Джеуно собрал оставшиеся армии света под свои знамена, дабы двинуть их на север и раз и навсегда покончить с Повелителем Теней. Последний, не желая давать ему такой шанс, первый нанес удар; его гигасы с Квифима атаковали Джеуно. Но, хоть великаны были сильнее, защитники оттеснили их назад, наверное, одной силой воли. Немногие оставшиеся в живых гигасы бежали в башню Делкфутта, войска Кам'ланота не преследовали их.

После победы союзники начали готовиться к последнему решающему удару, который, как они знали, будет им дорого стоить. Чтобы иметь лишний козырь в рукаве, инженер Сид под руководством Кам'ланота начал создание секретного оружия - лодки, могущей летать по воздуху. И нынешние воздушные корабли, базирующиеся на той разработке, оснащены двигателем, использующим энергию кристалла, предоставленного Архигерцогом. Взлет обеспечивала уникальная система крыльев, тягу давал кристаллический двигатель, боевую мощь обеспечивал десяток пушек; воздушные корабли обладали способностью практически вертикального подъема и посадки в водных портах. Наконец было сконструировано судно, названное "Первым Кораблем", но создание его заняло слишком много времени, а силы света не могли ждать дольше. После пробного поднятия корабля в воздух, было принято решение атаковать Ксаркабард не используя нового оружия.

Оставшиеся войска союзников выступили к Ксаркабарду, где демоны - элитные армии Повелителя Теней - вступили с ними в последний бой. Ведомые рыцарем Бастока Волкером (внуком Улрича), они атаковали замок Жвал. Силы демонов несоизмеримы с силами простых смертных и те не могли пробить их заговоренную броню. Волкер, собрав героев всех пяти рас, пробился в передние ряды сражающихся. Ворвавшись в замок, он ринулся в высочайшую башню, где ожидал исхода боя Повелитель Теней. И когда герои уничтожили его, изгнав тьму из мира, все демоны на поле брани просто растворились в воздухе.

Так Война Кристаллов подошла к концу, победу омрачали лишь бессчисленные трупы, усеивающие опустошенные поля и города Вана'деля. Мир изменился навсегда.

13. Эпоха Искателей Приключений

Даже после окончания войны нации Вана'деля сохранили свой альянс. Каждая из них открыла свое консульство в сопредельных державах. Герцогство Джеуно переоборудовало военные воздушные корабли для мирных целей, открыв воздушное агенство путешествий между Джеуно и Бастоком. Видя это, Сан д'Ория и Виндурст построили собственные порты для воздушных кораблей. Сие начинание вылилось в рождение нового масштабного высокоскоростного способа перемещения между странами. Роль установленных консульств заключалась в обеспечении постоянной связи между королевствами. Настал час, когда нации Вана'деля сплотились, двигаясь к новой мирной эпохе мира и процветания.

По крайней мере, все на это надеялись.

На самом же деле, зверолюди, не погибшие при осаде Ксаркабарда, продолжали возведение своих собственных оплотов. Контроль орков над Давои и Гесблой оставался полным, да и родины ягудо и кудавов остались в неприкосновенности. Хоть расы эти боле и не общались друг с другом, они продолжали грабить, убивать и терроризировать мирян Вана'деля. И ничего с этим не поделать...

Между тремя великими нациями Вана'деля так и не исчезло недоверие друг к другу. Собрав уцелевших ветеранов войны в своих столицах, они искали иные способы для окончательной победы над зверолюдьми. И тогда было принято решение нанимать независимую молодежь для поэтапного решения сложившихся ситуаций. То оказались свободные души различных устремлений и целей, бродящие из города в город и не страдающие избытком патриотизма к своим родным государствам. В то время явились три великих героя.

Первый - галка по имени Зейд, урожденный Военное Облако, друг ныне почившего Хранителя Преданий Раогримма. Отдавшись гневу, вызванному гибелью друзей, Зейд склонился пред темными духами Вана'деля и обратился в Темного Рыцаря. Будучи бастокцем, он не испытывал чувств чести и долга по отношению к родине, лишь к собственной персоне... Вторым героем стал Альдо, лидер Теншодо, группы контрадандистов, орудующих глубоко в тенях Джеуно. Рожденный в Тавназии, еще ребенком он едва спасся от разрушения родной вотчины, а после, во времена Войны Кристаллов, нажил приличное состояние, добывая воинские припасы с далекого востока. Сестра его, Верена, также сыграет свою роль в нашей истории. Обладая необычным даром общения с животными и зверолюдьми, она подружилась с местной общиной гоблинов, живущих в Джеуно. Дружба, однако, не продлилась долго, ибо искатели приключений по ошибке прикончили ее лучшего друга - гоблина по имени Фикбликс. Опечалившись, Верена все же сохранила надежду в сердце, что когда-нибудь все переменится, и зверолюди будут жить по соседству с пятью расами в мире и согласии... И третья героиня - дочь капитана пиратов Норга, Лайон. После войны моря оказались предоставлены сами себе и любой, обладающий достаточной властью, мог прибрать их к рукам. Члены Теншодо под руководством Гилгамеша, пирата и бывшего тавназийца, окопались на побережье Эльшимо. Используя информаторов, Альдо и Гилгамеш получали подробные сведения обо всех королевствах Вана'деля. Лайон стала их лазутчицей, проверявшей истинность дошедших слухов. Зейд, Альдо и Лайон - на их плечи возляжет судьба Вана'деля, ибо недолгие годы мира и покоя подошли к концу.

14. Возвращение Повелителя Теней

Говорят, что те, кто забывает прошлое, обречены вновь и вновь повторять его. Жителя Вана'деля позабыли не историю, но уроки, данные ею. И так случилось, что лишь теперь, спустя 20 лет после победы у Ксаркабарда, начнутся истинные баталии за судьбу Вана'деля. Три королевства погрязли в мелочных склоках и вопросах о четких границах между ними. Вновь, спустя 100 лет после его прекращения, был разрешен Конфликт. Государства нанимали искателей приключений и посылали их на турнир, дабы урвать себе лишний кусок земли. Хоть внешне все обстояло чинно и благородно, напряжение между правителями росло. А тем временем зверолюди приступили к выполнению собственных замыслов. Тайно встретившись под стягом "нового господина", орки, ягудо и кудавы решили воскресить Повелителя Теней.

До трех наших героев дошли слухи об этом. Лайон была послана, чтобы открыть истину о странных ритуалах, проводимых в темных кругах силы глубоко в оплотах зверолюдей. Тайно проникнув в один из них, она прознала их замыслы: зверолюди готовились воскресить Повелителя Теней с помощью "магисита", древних кристаллов. Но сперва они должны были собрать великие печати, препятствующие доступу в гробницу их господина. Каждая из наций Вана'деля владела своей печатью, но Лайон не успела вернуться и сообщить об этом - в ночной тьме печати были украдены зверолюдьми. Не зная, что же им делать дальше, Альдо встретился с Архигерцогом Кам'ланотом, дабы обсудить возможные варианты развития событий. И Архигерцог сообщил ему местонахождение последней печати и магисита. Альдо отправил в путь Лайон, но зверолюди опередили ее и здесь.

Как будто что-то помогало им всегда находиться на шаг впереди...

На севере, у места сокрытия последней печати в Фей'ин, Зейд обнаружил, как опасны стали зверолюди. Печать они уже умыкнули, но дело даже не в том. Зейд пытался понять, как им стали известны места хранения как печатей, так и магисита. Тут явно ощущалсь работа иных сил, а не недалеких зверолюдей. Но сейчас пред ними стояли иные проблемы; Зейд и Лайон поспешили в Ксаркабард, обнаружив, что крепость вновь кишит демонами. Они опоздали! Пробившись в высочайшую башню замка Жвал, Зейд нашел гробницу Повелителя Теней...

15. Искупление

Повелитель Теней возродился, забрав себе всю мощь печатей Вана'деля. Зейд, уже убивший его единожды во время Войны Кристаллов, сокрушил врага и на этот раз. Приготовившись нанести смертельный удар, он вгляделся в лицо Повелителя Теней и медленно опустил занесенный меч. Пред ним лежал его старый друг - Раогримм...

Некогда могучий Повелитель Теней без сил лежал пред Зейдом, а тот никак не мог поверить в то, что видел. Его друг жив, и он оказался Повелителем Теней, исчадием зла! Умирая, Раогримм объяснил ему, что произошло. Будучи Хранителем Преданий, он хранил в себе всю боль и ярость народа галка. А когда погибла Корнелия, ярость эта вырвалась на свободу, поглотив его душу. Дабы не погибнуть в горах от холода, он заключил соглашение с темными силами Вана'деля, если они даруют ему шанс отомстить за смерть любимой. С тех пор он стал пленником в бездне ярости и безумия. Зейд лишь сейчас освободил его. Помогая Раогримму подняться на ноги и ведя его к выходу из замка, Зейл не заметил появления иных гостей.

Хлоп... Хлоп... Хлоп...

Обернувшись, Зейд с изумлением узрел того, кого ожидал увидеть здесь меньше всего - Архигерцога Кам'ланота. Посмеявшись над обоими глупцами, тот объяснил им, что все случившееся было не более чем четко продуманным спектаклем, начавшим разворачиваться более 30 лет назад. Использовав "Повелителя Теней", чтобы высосать последнюю толику мощи из печатей Вана'деля, Кам'ланот собирался воплотить в жизнь свои истинные планы. Обладая силами зиларт, он бросил клич великим Хрустальным Воителям, хранителям печатей, намереваясь очистить Вана'дель от низших рас, а затем, вместе со своим братом - Эльд'наршем, вновь вернуться к попыткам проникнуть в рай и удостоиться божественного статуса. Задуманное тысячи лет назад наконец-то близится к исполнению.

Зейд бросился к Кам'ланоту, но того закрыли собой Хрустальные Воители, сбив нападавшего с ног. Лайон, вбежавшая в этот момент в комнату, наблюдала, как два брата-зиларт с помощью заклинания переносятся в безопасное место. Хрустальные Воители обратились к Лайон, и в этот момент Раогримм заревел: его нагло использовали, но он не позволит погибнуть своему другу из-за этого! Призвав оставшиеся крупицы былой силы, он вновь обратился в Повелителя Теней. Лайон, схватив Зейда, бежала из замка, в котором Повелитель Теней вступал в свой последний бой. Он сдерживал Хрустальных Воителей до последнего, пока пред ним не предстал дух любимой Корнелии и чудовищный взрыв не сотряс земли Ксаркабарда.

Так Повелителя Теней не стало.

16. Смысл пророчества

Оставив Зейда с Альдо, Лайон вернулась в Норг, чтобы обсудить ситуацию со своим отцом, Гилгамешем. Как оба зиларт смогли прожить так долго, остается тайной, но встает иной вопрос. Легенда о Хрустальных Воителях, рассказываемая детям о спасении Вана'деля... Пришел ли час ей свершиться?

"Но великая напасть
Готовится обрушиться на благословенные земли Вана'деля.
Древняя печать, тысячелетиями выдерживающая удары темных сил,
Сломана, и нескончаемый кошмар вырвался на свободу."

Была ли печать, наложенная на тьму великим кристаллом, сломана зверолюдьми и Раогриммом, когда Кам'ланот сподвиг их на воскрешение Повелителя Теней?

"Восстаньте от темного сна.
Восстаньте, легендарные герои.
Хрустальные Воители!"

Хрустальные Воители восстали, чтобы очистить мир от зла - в понимании зиларт! Являются ли "проклятием" Вана'деля в их глазах простые миряне?

17. Сокрытое прошлое

Пока наши герои пытаются отыскать способ остановить зиларт, в мире происходят иные, не менее значимые события. В Сан д'Ории король Дестин столкнулся с трудным выбором. Два его сына, Трион и Пьюдж, достигли совершеннолетия и король должен был решить, кто из них унаследует престол. Да и его дочь Клайди обратилась из ребенка в юную леди, и скоро должна была состояться церемония ее совершеннолетия. Вот когда начались беды Сан д'Ории. Таинственный эльваан по имени Рошефогн начал шляться по городу, выспрашивая о легендарном мече. Когда вести об этом дошли до папы, тот догадался, что, должно быть, Несущий Свет спрятан где-то рядом, возможно - в гробнице Короля-Дракона. Проблема состояла в том, что после Войны Кристаллов рядом было понастроено столько могил и гробниц, что местоположение изначальной затерялось. А глубоко в казематах под столицей Сан д'Ории нашлась каменная плита, где значилось, что тот, кто сможет обнажить волшебный меч, станет следующим королем. Папа убедил короля Дестина в том, что таково желание Алтаны и Короля-Дракона - Несущий Свет должен быть найден любой ценой, пока до него не добрался таинственный эльваан.

Во все стороны отправились рыцари, дабы хотя бы приблизительно определить, где же может находиться Несущий Свет, но поиски их не дали результата. И лишь на церемонии совершеннолетия принцессы Клайди Рошефогн представил себя. Он оказался братом покойной супруги короля Дестина, королевы Сан д'Ории и принцессы Тавназии. Рошефогн заявил королю, что тот ничего не знает о Несущем Свет и предложил ему держаться от него подальше. Тогда Дестин и папа, зная о предательстве их страной Тавназии много лет назад, послали убийц по следу Рошефогна, чтобы не дать ему добрться до меча... хотя будет лучше, если он успеет привести к реликвии их самих. Загнав эльваана в угол на южном острове Гряды Батталии, наемники столкнулись с тем, чего никак не ожидали. Таинственный воин в золотых доспехах пришел на помощь Рошефогну, но было уже слишком поздно: эльваана скинули со скалы. Воин исчез. Убрав соперника с дороги, папа возобновил поиски меча, увенчавшиеся успехом.

В церкви, желая наконец решить вопрос престолонаследия, Дестин предъявил меч своим двум сыновьям. Трион уже собирался попробовать вытащить меч из ножен, когда в зал влетел убийца, схватил принцессу и приставил кинжал к ее горлу. Сняв маску, убийца явил себя публике: Рошефогн, чудом уцелевший при падении и ныне облачившийся в одеяния безвестного убийцы. Он потребовал меч и Трион швырнул ему клинок, зная, что это - подделка. Ожидая чего-то подобного, король приказал изготовить ее заранее. Трион вновь сделал шаг к настоящему мечу, дабы вытащить его из ножен, когда земля сотряслась. Меч упал на землю, а в церковь ввалился отряд орков, быстренько прибравший к рукам артефакт и так же быстренько унесший ноги.

Рошефогн объяснил, что обнаруженная каменная табличка - чистой воды подделка Архигерцога Джеуно, хотя мотивы его не совсем понятны. Истинное предназначение меча - не вершение возмездия или справедливости, а хаос и разрушение, одурачивание жаждущих могущества, что может повлечь за собой гибель их собственной страны. Как он узнал об этом? После битвы в Тавназии, обратившей город в руины и отдавшей его на разграбление оркам, правящая семья бежала подземными казематами. На Рошефогна тогда возложили миссию по защите Несущего Свет. Разъяренный проигранной битвой, в печали и гневе он искал способ обратить мощь меча против орков. И об этой ошибке будет сожалеть до конца своих дней. Вытащив клинок из ножен, он тем самым спровоцировал взрыв, сотрясший все земли Вана'деля и опустивший Тавназию на дно морское. В то время ходила версия, что это орки вызвали взрыв... но вина лежала целиком и полностью на Рошефогне. Очнувшись на морском берегу, он потратил все последующие годы на поиски меча, пытаясь искупить свою ошибку. Но он не смог бы сделать этого без помощи воина в золотых доспехах - Клайди. Он пришел к ней, и вместе они выработали план, как не дать мечу попасть в руки ее братьев. К несчастью, те были на шаг впереди.

И теперь меч в руках орков; его страшная сила может в любой мир излиться на Вана'дель. Лидеры орков собрались глубоко в недрах Фей'ин, чтобы обсудить дальнейшие планы, но рыцари Сан д'Ории не собирались сдаваться. Они собрали под свои знамена каждого солдата и обрушились на руины. Глубоко под землей лидеры орков были перебиты, а меч вновь перешел в руки рыцарей. Вернувшись в Сан д'Орию, король Дестин во всеуслышанье объявил, что вопрос престолонаследия будет на время отложен, пока выбор будущего короля не будет сделан иным, более безопасным способом. Спустя 20 лет правда о Тавназии выплыла наружу и сближение наследника канувшего в лету маркизата и Сан д'Ории началось. Быть может, грядет новая эра в истории эльваан.

18. Шестая святыня

Обратим же покамест взоры на Виндурст, где после окончания Войны Кристаллов началась великая засуха. Аидо-Маруидо, сын создателя кардиан и глава Оарстерии поставил себе задачу докопаться до причин оной. Сестра его Апуруру вела дела Маунастерии после таинственного исчезновения отца. Пару эту знали как гениальных заклинателей, а Аидо всегда дотошно искал ответы на свои вопросы. Так началось его приключение.

Проработав какое-то время в руинах Хороторо, Аидо начал активировать силовые генераторы, чтобы лучше понять творения древних. К этой силе тянуло четырех кардиан, считавшихся давным-давно погибшими - Тузов. Выкрав труды Аидо, они бежали прежде чем стражи Виндурста смогли среагировать. В это время некая Нанаа Миго нашла странную книгу, которую продала Аидо. Она не ведала, что то была великая древняя Книга Богов. Книга, данная первой Звездной Провидице столетия назад. Но когда Аидо открыл ее, он увидел лишь чистые страницы. Удивившись, он поклялся решить эту загадку, не спросив дозволения Звездной Провидицы. Зная лишь об одном старейшине, могущем помочь ему, Аидо отправился в крепость ягудо на севере. Прознав об этом, Звездная Провидица расценила поступок Аидо как угрозу Виндурсту. Отряд стражей Провидицы под началом митра Семи Лафины захватил Аидо и бросил его в подземелья Хороторо. Звездная Провидица опечалилась, когда Аидо, один из величайших магов современности, вознес молитву о возвращении их легендарного героя, Караха-Барухи.

Апуруру, веря в невиновность брата, заручилась поддержкой чудаковатой чародейки Шантотто, чтобы вызволить Аидо из тюремной камеры. Убедив в этом и других профессоров, она получила пять колец святынь и создала с их помощью волшебную перчатку. С нею она могла открыть дверь в камеру брата и сделала это как раз вовремя. Аидо был почти без сознания; с трудом он поднялся на ноги, чтобы поблагодарить сестру, когда в камере возникла сияющая фигура, исчезнувшая затем во вспышке света. Аидо лежал на полу в беспамятстве.

Придя в себя в Виндурсте, он рассказал Звездной Провидице и Апуруру о том, что обнаружил. Старый ягудо поведал ему, что причина засухи в стране в тару, 20 лет назад обрекшем на это свои земли. Тогда Звездная Провидица открыла истину о шестой святыне. Звалась оная Анимастерией и служила тайной лабораторией Караха-Барухе, где он пытался изменить будущее и спасти Виндурст от страшной судьбы, но не преуспел. Спускаясь к шестой святыне, Аидо рассчитывал открыть тайну пустого Фонтана Полной Луны и чистостраничной книги. Однако по прибытии он обнаружил, что дела зашли весьма далеко: кардиане-Тузы и их небольшое войско избрали себе нового короля - Джокера. Что же это может означать?

В это время Апуруру получила письмо от отца, в котором тот сообщал, что находился в плену у кардиан, им же созданных. Он, Зонпа-Зиппа, попал под замок незадолго до окончания Войны Кристаллов. То, что он тогда не понимал, со временем прояснилось. Караха-Баруха использовал Тузов для создания величайшего кардиана - Джокера. Баруха привязал свою душу к этому кардиану. Сражение за Виндурст, однако, стоило ему жизни, когда он призвал на помощь Фенрира. Со смертью хозяина Джокер перестал функиионировать и отключился. За ним испортились и Тузы, ибо они не могли корректно работать без чьих-либо приказов. Их четкое различие между черным и белым постепенно обрело градации серого и они решили изыскать способ возродить Джокера к жизни. Похитив Зонпа-Зиппу, единственного, кто мог раскрыть их план, они приступили к его исполнению, занявшему 20 лет. Именно Аидо восстановил силовые генераторы руин и дал кардианам достаточно энергии, чтобы начать "воскрешение". Но они не знали, что связь между Барухой и Джокером осталась и после смерти. И чтобы воскресить Джокера, надо сначала вернуть жизнь и Караха-Барухе, но как?

Все вернулись к Звездной Провидице, поделившись с ней новыми сведениями. В этот момент перед ней внезапно возникла та же сияющая фигура, что являлась в камере Аидо, и так же неожиданно исчезла. Провидица решила использовать все свои силы, чтобы призвать некогда сияющую путеводную звезду Фонтана Полной Луны, но обнаружила, что каким-то образом лишилась и их. И тогда Джокер открыл свое присутствие. Новый хозяин кардиан оказался не просто искусственным созданием, но частью Караха-Барухи. Он просветил Привидицу, что возрождение его есть исполнение именно ее желания. И, говоря о желаниях, от нее требовалось еще одно...

Семи, Аидо и Апуруру собрались в Небесной Башне, дабы решить, как спасти свою Провидицу, но в игре принимали участие и иные силы. Кардиане заключили сделку с ягудо, требовавшим для себя руины Хороторо, ибо активация силовых генераторов в них шла в разрез с дорговором, подписанным двумя сторонами после войны. Семи возьмет их на себя, но Аидо и Апуруро должны сами изыскать способ отвратить угрозу со стороны кардиан. Если последние будут побеждены, ягудо сами уберутся в свои норы, лишившись союзников. В Анимастерии Аидо обнаружил, что хотя часть Барухи связана с Джокером, основа его сущности слилась с Фенриром, возродившись в новом тебе - том самом, что в сияющем ореоле являлось ему и Звездной Провидице. Но... являлся ли он, чтобы причинить им вред, или же предупредить об опасности?

Аидо решил, что существует способ спасти Провидицу, призвать Фенрира и использовать источники энергии кардиан для возрождения Фонтана. Времени оставалось совсем ничего, но все же он успел отыскать три древних песни куллу, сокрытые в различных уголках Вана'деля. Песни должны были призвать Фенрира к Фонтану Полной Луны, а также на несколько секунд лишить кардиан силы, что позволит Джокеру соединиться с новым телом Фенрира-Барухи. Оставалось лишь надеяться, что последний выиграет эту схватку. Вернувшись к Фонтану, Аидо и Апуруру прорубились сквозь ряды охраняющих его кардиан и исполнили песни. Во вспышке света кардиане пали наземь и, привлеченная пением, вновь появилась сияющая фигура. Все свои силы Аидо направил на воссоединение ее с Джокером, в то время как Апуруру уводила Звездную Провидицу в безопасное место. Фонтан наполнился светом и в его глубинах вновь появилась полная луна. Фенрир вернулся в Виндурст, а в Книге Богов вновь возникли утерянные слова. Но все случившееся наложило свой отпечаток на Провидицу: ее магические силы иссякли и она не могла более предсказать будущее. Лишь сейчас она вспомнила слова, сказанные Фенриром 20 лет назад: "Хоть путь вперед и объят тьмой, его всегда озарит луч света." Она пребудет светом Виндурста, и даже лишенная магии, направит подданных на верный путь. Сейчас же ее вотчина была спасена.

19. Возвращение Хранителя Преданий

Напряжение между галка и людьми все нарастало. Человеческий сенат и президент не особо волновались по поводу недовольства галка, но оно уже грозило перерасти в открытое восстание. Недостающей искрой послужило возвращение Хранителя Преданий. Президент Карст отрядил Мифриловых Мушкетеров во главе с героем-бастокцем Волкером для оценки сложившейся ситуации. Но следовало учитывать и иные факторы. Сир и Корнелия - дочь Карста - видели в галка не просто животных для тяжкого труда. Корнелия, названная в честь легендарной героини, свершившей поход на север, обладала многими чертами своей покойной тезки. А Мифриловые Мушкетеры - Железоед, Аями и Наи - все пытались переплюнуть друг друга в претензиях на лидерство. И со всем этим должен был справляться помощник президента, Люциус.

На улице Руды в районе Рудников мальчика-галка по имени Повалл сразу несколько сородичей признало новым Хранителем Преданий. Многие не верили в это, но надежда, что их лидер наконец вернулся, победила сомнения. Мушкетер Железоед организовал экспедицию в пустыню Альтепа, чтобы выяснить, правдивы ли слова мальчугана. Там его отряд обнаружил лунные камни, которые должен иметь при себе каждый Хранитель Преданий. Вернувшись в Басток, мушкетеры объявили, что вести о возвращении Хранителя Преданий лживы. Надежды галка разбились, а маленький Повалл, испугавшись за свою жизнь, бежал прочь. Старейшина-галка Габбот также оказался выдворен из города Железоедом, якобы за "распространение лживых слухов". Единственный, кто не потерял надежду - юный галка Гумба, друг Зейда.

Басток и Норг начали переговоры о взаимном товарообмене. В качестве посла в Норг отправилась Аями, дабы попытаться сделать из пиратов настоящих торговых партнеров. Там она вновь столкнулась со своим прошлом самурая и клятвой, данной некогда Гилгамешу, как одна из его воительниц. Но двое решили, что Аями вполне довольно своей нынешней ролью мушкетера и всем будет лучше, если она таковым и останется. Наи обрадовался, когда женщина вернулась в Басток; быть может, он питал к ней чувства, выходящие за официальные отношения между офицерами?

Тем временем Сиду нанесла визит дочь президента Корнелия, которая незадолго до этого побеседовала с галка по имени Гумба. Тот, пребывающий в печали, вызванной уходом его друга Вереи, хотел попросить кого-нибудь отправиться на поиски. Вереи отправился по пути возрождения, ритуала, проходимого каждым представителем его народа. Корнелия отклонила просьбу Гумбы, боясь, что отец этого не одобрит. Тогда Сид поведал ей о деяниях прошлого, о президенте и о том, как вышло так, что люди смотрят на галка свысока и отказывают им в помощи. Железоед сумел убедить президента отправить небольшой отряд на поиски Вереи, надеясь, что этот жест сведет на нет ропот галка в рудниках. Отряд обнаружил письмо от некоего искателя приключений Хани, адрессованное Гумбе. Письмо оказалось своего рода прощальным, в нем Вереи называл Гумбу новым Хранителем Преданий и взваливал на него всю тяжкую ношу, с этим титулом сопряженную. Они встретятся вновь после возрождения, писал Вереи.

А Железоеду в руки попало иное письмо, написанное Зейдом Волкеру. Зейд писал, что пришла пора галка "вернуть прошлое" и предложил Волкеру выслать отряд в пустыню Альтепа. Когда воины прибыли, Зейд повел их к руинам разрушенного города, рисунки на камнях в котором повествовали о последних днях галка на острове. Также стали известны две новые истории. Первая - о пути возрождения. Когда галка достигает определенного возраста, он отправляется на поиски высокой горы или иного места уединения, где и проведет свои последние дни. И в яркой вспышке света происходит перерождение. Однако, продолжает Зейд, никто никогда не видел этого воочию. Те, кто уходит, никогда не возвращаются, а год спустя в их родные селения приходит совсем юный галка. Предполагают, что это возрожденный, но тот не сохраняет памяти о прошлой жизни. Лишь один единственный помнит все - Хранитель Преданий, истинный возрожденный, хранящий в памяти прошлое всего народа. Не все, конечно, а лишь последние 200 лет, хотя это тоже тяжкий груз, укорачивающий жизнь. Никто из Хранителей Преданий не доживал до возраста, когда возможно возрождение, так что и эта легенда остается всего лишь легендой. Зейд пишет, что Хранитель Преданий находится среди них и об этом должен знать Железоед. Последний, дочитав письмо, несказанно удивился, особенно в свете недавнего явления ложного Хранителя Преданий.

В Куфтальский туннель была послана экспедиция, дабы отыскать хоть какие-то следы Вереи. Нашлись лишь кусочек древесины да пергамент с последними словами Вереи, где тот просит всех галка не оглядываться на прошлое, а жить полной жизнью ради настоящего и будущего. Напряжение, создаваемое галка в Бастоке, достигло предела, и теперь они потребовали от властей вновь открыть туннели, через которые их народ некогда пришел в эти земли. И хотя им говорили, что это для их же блага, галка отказывались верить. Наконец вперед выступил Гумба и успокоил бушующую толпу, открыв им, что является новым Хранителем Преданий. Изумленные сперва, галка возликовали: еще бы, их Хранитель наконец-то вернулся!

Гумба решил доказать как галка, так и людям, что он желает лишь одного - мира между двумя расами. С помощью президента он начал докапытаться до случаев коррупции среди сенаторов и обнаружил, что сенатор Алоис втихаря заимствовал внушительные суммы из государственной казны.

Сенатора пинком под зад выкинули на улицу, а президент Карст официально признал Гумбу лидером народа галка. Позже стало известно, что Вереи и впрямь возродился, но, к сожалению, не сохранил даже крупиц памяти о Гумбе. Последний опечалился, конечно, но его друг вернулся и это главное! Казалось, мир вновь вернулся в Басток, но первое впечатление обычно обманчиво...

Вскоре после этого пришло очередное письмо от Зейда, в котором том рассказывал о Раогримме и бесчестном поступке дяди Волкера. В наказание за деяния предка Волкера попросили оставить пост лидера мушкетеров, и тот, озлобившись, бросился на поиски Зейда, обнаружив того в тронном зале руин замка Жвал. Завязалась жестокая сеча: между двумя воинами накопилось много чего за прошедшие годы. Именно Зейд, звавшийся тогда Военным Облаком, прикончил здесь Повелителя Теней, но победу приписал себе Волкер, о чем не преминул повсеместно раструбить. Долго рубились они и никто не мог одержать верх. Выдохшись, воины решили прекратить сражение и оставить деяния прошлого в прошлом. Битва ничего не решит, а что сделано, то сделано. Простив друг друга, они разошлись, договорившись, что если судьба их вновь сведет... быть может, сегодняшняя битва продолжится.

Вернувшись в Басток, Волкер обнаружил, что прощен, и постыдные поступки его дяди не отразятся на нем самом. Мир и впрямь пришел в республику, и люди учатся жить в гармонии с галка... насколько это вообще возможно.

20. Явление зиларт

Братья-зиларт вновь взялись за свои замыслы, а Гилгамеш и Лайон - за свои, призванные им помешать. Вспомнив, как некогда встретил странную старуху по имени Грав'итон Берисакки в Храме Уггалепи, что в джунглях Ютунга, Гилгамеш послал туда Лайон. С помощью митра та узнала от Грав'итон, представлявшей средоточие коллективного разума кулуу, скрытую правду о зиларт, о том, что много лет назад те правили этим миром, поработили кулуу и Дев Зари - жриц Алтаны. Грав'итон была правительницей кулуу, ныне обращенных в тонберри благодаря всепоглощающей жажде могущества зиларт. Последние - представители древней расы, понастроили гигантских монументов по всему миру и спровоцировали взрыв такой чудовищной силы, что сама Алтана разрыдалась... и теперь пытаются сделать это снова.

Зейд отправился в путь, чтобы собрать осколки кристаллов, оставшихся в руинах селений зиларт. Сделав это, он собирался создать печать в древних развалинах на родине галка, что позволит ему достичь всех без исключения владений зиларт. Без этого все планы тех, кто пытается спасти этот мир, обречены на неудачу. С помощью духов Дев Зари Зейд сумел высвободить силы великого призматического кристалла.

Тем временем в Джеуно таинственно исчезла Верена, сестра Альдо. Девушка, свободно понимающая язык зверолюдей, бесценна как для сил света, так и для зиларт. Лайон проведала, что Верену увели герцогские стражи под предводительством капитана Вольфганга, верного сподвижника Кам'ланота. Проследив похитителей до башни Делкфутта, три героя собрались вместе... не затем, чтобы вновь решить судьбу Вана'деля, а чтобы просто спасти Верену. С помощью призматического кристалла они сумели отворить врата башни и проникнуть внутрь. На верхнем этаже башни Кам'ланот вновь готовился привести в действие генератор энергии. Взрыв, прогремевший века назад, бросил его с братом прямиком в ядро реактора башни Делкфутта, и лишь возня Раогримма с кристаллом пробудила их, благо тот был напрямую соединен с реактором. Видя в этом свой шанс, они манипулировали Раогриммом и зверолюдьми, развязав в итоге Войну Кристаллов. К этому моменту они шли 20 лет, ослабляя каждое из королевств и предложив им в качестве врага стереотипного Повелителя Теней.

Но все это сейчас стало не важно...

Призвав Хрустальных Воителей и отправив их присматривать за Вереной, Кам'ланот сосредоточился на делах, не терпящих отлагательств. Погрузившись в магическую энергию башни, он атаковал трех героев, но мощь их превзошла его собственную. Они повергли Кам'ланота на каменный пол, когда появился Эльд'нарш. Кам'ланот умолял брата помочь ему, но юнец лишь рассмеялся. Как оказалось, весь план принадлежал лишь ему, и даже родной брат был в нем не более, чем пешкой. Эльд'нарш, старший брат. Силы зиларт дали ему мальчишеское тело, но наделенное невообразимым могуществом. А теперь, когда брат его сыграл свою роль, Эльд'нарш больше в нем не нуждался.

Выяснилось, что не только Верена владела даром общения со зверолюдьми, но и Повелитель Теней. С помощью черной головы умершего Раогримма она могла использовать силу, что он черпал у кристалла, дабы перезарядить кристаллическое ядро реактора башни. Оказалось, что Верена и есть ключ к небесам, к раю!.. Ярчайший луч света взметнулся ввысь из башни, лишая Верену жизненных сил. В тот же момент Эльд'нарш и его Хрустальные Воители исчезли. Три героя бросилось вперед; они вытащили тело Верены из луча, но было уже поздно. Она лежала без сознания, сделав то, что от нее требовалось зиларт.

После возвращения в Джеуно Альдо остался присматривать за сестрой, а Зейд и Лайон принялись искать способ достичь гигантского острова в небесах - Ту'Лии. Такой нашелся, и герои ступили во врата Ро'Маев (ныне рекомые Храмом Опустошения), что обнаружились в Святилище Зи'Тах в дикоземье северного побережья Миндартии. Здесь их приветил дух Ив'нойл. "Я - служительница богини рассвета", - молвила она. - "Я надзираю за вратами. Все зиларт, включая Эльд'нарша, все еще связаны нашим проклятым прошлым. Как вы уже знаете, претворение в жизнь его планов началось 10000 лет назад, когда он отыскал пять кристаллов, покоящихся под поверхностью Вана'деля. Истинных кристаллов... Те, что существуют сейчас на поверхности - лишь жалкие их подобия. Зиларт подчинили себе могущество пяти кристаллов, разделили его и умудрились поместить в меньшие по размеру тела. Однако, в час катастрофы энергия сих меньших кристаллов была испущена одновременно во все уголки Вана'деля. В течение веков энергия накапливалась в телах живых существ, вынуждая их самих кристаллизоваться. Таким образом, они обратились в кристаллы, которые, как вы знаете, пребывают в Вана'деле. Смертные - неполноценные виды. Когда потуги Эльд'нарша достичь рая были пресечены, жизнь на этой планете лишилась своего совершенства. Это стало очевидно, когда катастрофа породила пять рас. Заносчивость эльваанов, апатия людей, зависть митра, трусость тару, ярость галка... Качества эти пребывают с вами всегда. Однако это совсем не древнее проклятие, как говорят легенды. Просто побочный эффект выброса энергии, произошедшего в час взрыва. Можно понять, почему Эльд'нарш стремится к совершенству... Однако можно понять и то, что и в несовершенстве есть свои преимущества... Я молю вас: освободите Эльд'нарша и то, что осталось от сознания зиларт, от оков кристалла!"

Ив'нойл сотворила сверкающие врата и герои, ступив в них, оказались на Ту'Лии, где столкнулись с Хрустальными Воителями. Безжалостно теснимые, герои потеряли всякую надежду, когда появился Альдо и сообща они одолели пятерых воинов, используя их слабости и собственные силы и расовые способности.

Теперь у них на пути стоял лишь Эльд'нарш, сведенный с ума жаждой власти и стремлением достичь рая... и ради этого готовый отправить в пекло этот мир.

21. Пробуждение

Эльд'нарш, пребывающий в летающей крепости, пытался ускорить претворение в жизнь собственных замыслов, зная, что после поражения Хрустальных Воителей у него на счету каждая минута. За спиной его двери распахнулись и в зал вошли три наших героя, готовые к последней битве. Эльд'нарш усмехнулся, одной рукой отбросив их назад. С сарказмом выразив им признательность за помощь, он объяснил, что зверолюди не были врагами, как считали три королевства. Они были посланы в Вана'дель, чтобы помешать кому бы то ни было достичь рая, что они и делали, собирая магисит для его брата, Кам'ланота. Но теперь остатки зверолюдей зализывают раны и не могут помешать восстановлению системы проводников энергии через кристаллы, что в конечном итоге откроет врата небес. Эльд'нарш помедлил, после чего предложил трем героям присоединиться к нему в завоевании рая.

Поднявшись на ноги, те молча обнажили оружие. Эльд'нарш прыгнул на парящую в воздухе платформу и, повинуясь его приказу, механические твари в комнате ожили и набросились на незваных гостей. Альдо сбил Эльд'нарша с платформы; машины замерли и грудами металла рассыпались по полу. Разъярившись от твердолобости и недальновидности пришедшей покончить с ним троицы, Эльд'нарш воспарил в воздух, вокруг фигуры его возник сияющий ореол. Энергия, наполняющая его тело, сожгла повязку, закрывающую глаз, и героям предстало ужасающее зрелище - кристалл, вставленный в обожженную пустую глазницу.

В ярости зиларт обрушил на героев огненные шары, разрушая остовы древнего замка. И не заметил, как Зейд зашел сзади и нанес ему предательский удар в спину. Пав на землю, Эльд'нарш воздел руки к небу, моля богов простить его, как они простили его брата. Он подполз к кристаллическому ядру реактора, подключил энергетические кабели к своему телу. Теряя силы, Эльд'нарш возвестил, что уж если ему не дано достичь рая, то он содеет с миром то же, что и 10000 лет назад. Кристалл воссиял ярко-синим светом, энергия, щедро вливающаяся в него, грозила в любую секунду перегрузить реактор. Зейд и Альдо отчаянно пытались что-то придумать, а мощь кристалла уже готовилась выплеснуться на Вана'дель. Молча, Лайон выступила вперед, поняв, что надо сделать. Кивнув на прощание друзьям, она выхватила кинжал и устремилась к кристаллу, из которого уже вырвался смертносный луч энергии, устремившись к Вана'делю. Альдо и Зейд, замерев, глядели, как луч свет кристалла начал пульсировать, затем последовал всплеск энергии и Лайон исчезла в нем. Луч иссяк, а Эльд'нарша отбросило назад. Недовольный проявлением самопожертвования, он вновь пополз к кристаллу реактора, дабы закончить начатое. Но пред ним явилось видение Ив'нойл, сказавшей, что потуги его изначально были обречены на неудачу, ибо невозможно достичь рая, разрушив мир. Поняв, как он заблуждался, Эльд'нарш покинул этот мир; свет в его глазу-кристалле потух. Последний зиларт был мертв. Ив'нойл повернулась к двум оставшимся в живых героям, сердечно поблагодарив их, истинных Хрустальных Воителей... Возможно, когда-нибудь они снова встретятся.

Дворец вокруг продолжал разрушаться и Зейд с Альдо едва успели покинуть его. Оглянувшись на груду камней, ставшей гробницей для их подруги, они прошли сквозь врата Ту'Лии, вернувшись на землю. Зейд вновь обратился ко тьме, вернувшись на путь одиночества Темного Рыцаря. Да, зиларт побеждены, но в мире остается еще чересчур много зла. Альдо глядел в небо на плывущую цитадель зиларт, из которой недавно вернулся. В джунглях Ютунга туда же, ввысь, был направлен и взгляд Грав'итон. Огни Ту'Лии потухли и остров исчез среди туч.

Вернувшись в Норг, Альдо первым делом отправился к Гилгамешу, чтобы объяснить ему, что случилось с Лайон. Опечаленный утратой, но исполненнфый гордости, Гилгамеш открыл, что Лайон, по существу, не его родная дочь. Во время войны море вынесло на берег ее саму и ее родного отца. Последний перед смертью попросил Гилгамеша заботиться о его дочери... а тот так и не смог сдержать данное тогда обещание до конца. Вздохнув, Гилгамеш сказал, что хоть у него и нет своих детей, он горд, что может назвать Лайон дочерью. Забыв о присутствии Альдо, он отвернулся к окну, воззрился на бесконечный океан.

Альдо вернулся в Джеуно, история о его подвигах так и осталась неведома народу. Может, так оно и лучше. Товарищи в Теншодо радостно встретили своего главаря. Верена обняла его, ощутила потерю Лайон. Сначала Фикбликс, теперь ее подруга... Верена прокляла саму жизнь, приносящую им столько страданий. Неожиданно тепло окружило ее и она почувствовала... Лайон! Обратившись к брату, Верена заверила его, что Лайон жива, она может ощущать ее. Альдо закрыл глаза, прошептав, что они могут лишь надеяться на это.

Давным-давно существовала разумная драгоценность, говорит легенда.

Живой камень, сотворивший все сущее в этом мире, изгнавший тьму и породивший богов, обладающих бесконечным могуществом. Те, в свою очередь, создали мир Вана'дель, свою божественную игрушку. И здесь они играли, пока не погрузились в глубокий сон. Но эпоха эта не продлится вечно, и придет великое зло на земли Вана'деля.

Древняя печать будет сломана, пробудив кошмары веков минувших. Кровь невинных впитает земля, а мир погрузится в страх и отчаяние.

Но одна песнь звучит громче рева чудовищ...
Одна надежда горит в эти темные времена...
Та звезда надежды - ты, та песнь - о тебе.
И когда-нибудь эта песнь станет нашей мечтой... нашей мольбой...

Воссияй, звезда надежды! Зазвени, песнь, в землях Вана'деля! То, что было разбито, вновь станет целым. Целым... и неотделимым от вечности.

Интерлюдия: Динамис

Хотя Раогримм и отдал жизнь, чтобы спасти своего друга Зейда и отразить атаку злобных Хрустальных Воителей, для души его было уже слишком поздно. Повелитель Теней переродился и подчинил себе личность Раогримма. В мире кошмаров, хранимом силой Дьяволоса, Повелитель Теней вновь собрал армии тьмы из погибших в смертном Вана'деле зверолюдей.

Духи пяти его товарищей, принявших участие в давнишней северной экспедиции, ведомые Корнелией, решили, что прекратят страдания друга, искупят его грехи и спасут от адских мук в посмертии. С помощью доблестных искателей приключений они прошли изменчивыми коридорами мира снов и встретили армии Повелителя Теней у покрытых снегом пиков Ксаркабарда, отразившегося в этой призрачной реальности.

В Динамисе пятеро друзей столкнулись со своим бывшим товарищем. Уничтожив его темное воплощение, они обнаружили, что договор, заключенный им, обрекает его на вечное проклятие. До тех пор, пока ненависть не покинет Вана'дель и мир не воцарится в нем, он будет влачить сие существование. Часть души его упокоилась с миром, часть будет в страданиях метаться по Динамису. Корнелия и остальные решили остаться с Повелителем Теней до конца, дабы помочь ему в сражении с собственной тьмой. И пока он не упокоится окончательно, они пребудут рядом. Раогримма поразило сие проявление сострадания. Все прощено, и вместе они устремились во тьму, надеясь однажды вкусить сияние света. Так Корнелия воссоединилась со своим потерянным возлюбленным.

23. Зов древнего пламени

В башне Делкфутта, не ведая о страшной битве в небесах, оставшиеся зиларт работали над кристаллическим ядром реактора. Вдруг поток поступающей энергии стал крайне нестабилен, следствие акта самопожертвования Лайон. Вольфганг и его герцогские стражи, берущие область в кольцо, оказались отброшены взрывом. Придя в себя, Вольфганг прошел в комнату управления и обнаружил, что все зиларт исчезли, а в помещении находится лишь маленький мальчик. Последний пребывал в коме и был срочно доставлен в городскую больницу. Его осмотрел доктор Монберокс, друг детства Вольфганга, но так и не обнаружил причин пребывания того в таком состоянии. Вольфанг терпеливо ожидал у входа в палату, но лишь только мальчик очнулся, появилась таинственная фигура в одеяниях зиларт; один глаз пришельца странно светился. То оказался Наг'молада, посол Джеуно, и он потребовал незамедлительной передачи мальчика ему. У Монберокса не оставалось выбора. Но неожиданно мальчик вскочил на ноги и бросился наутек сквозь ошарашенных стражей, будто был бесплотен! А затем он внезапно исчез. На кровати, где он лежал, остался лишь небольшой амулет, который доктор быстренько припрятал. Герцогские стражи разбежались на поиски. Все, кроме Нал'молады, который мучительно пытался вспомнить, отчего же лицо мальчика показалось ему столь знакомым...

А в городах и весях Вана'деля разносились странные слухи. Рыбаки судачили об огромном драконе, поднявшемся со дна моря Шу'Мео. "Дети Вана'деля!" - громогласный рев его был слышен отовсюду. - "Я, Бахамут, владыка небес, предупреждаю вас! Час пробил... Страж апокалипсиса близко!" Путешественники говорили о кристаллах в башнях, разбитых на мелкие кусочки; о странных воронках, возникающих на Квифиме и в дюнах Валькрум, затягивающих путников. Не мешкая, Наг'молада отрядил Вольфганга и герцогских стражей на проверку слухов о кристаллах, объяснив, что глубоко в недрах башни должен находиться изначальный кристалл. Он и остальные кристаллы дают свет, поддерживающий жизнь в этом мире. Наг'молада лично отправился в первую из башен, не нашел там ничего необычного, но тут из воздуха материализовался уже знакомый мальчик. Всю башню залило темное зловещее сияние и во вспышке света явилось видение Дев Зари. Они говорили о последней битве между Алтаной и Проматией, что уничтожит Вана'дель. Еще одна вспышка... и Наг'молада обнаружил, что находится за пределами башни.

Творящееся там притянуло внимание Сида, который долгое время изучал кристаллы. Вместе с Мифриловыми Мушкетерами Аями и Наи он отправился в следующую башню, где столкнулся с Вольфгангом и герцогскими стражами. Сид пояснил, что получил данные о флуктуациях потоков энергии, исходящей от кристаллов, и о том, что в северном море появилось огромное крылатое чудовище. И теперь он пришел сюда чтобы выяснить, не связаны ли эти явления между собой. Вольфганг приказал Сиду убираться восвояси, сказав, что Джеуно со всем справится, но тот лишь заподозрил, что Джеуно также играет какую-то роль в странных событиях. Вольфганг пропустил мимо ушей теории Сида, намекнув, что многие из тех, кто проходит в башню, исчезают без вести. Вдруг осколки кристаллов начали светиться, будто почувствовав их присутствие, и ослепительно вспыхнули.

В последнюю башню Наг'молада примчался бегом, дабы удостовериться, что кристалл защищен от неизвестного мальчика. Тот появился, как и предполагалось, но теперь здесь были и Вольфганг со своими людьми. "Что ж, мальчик без имени, ты несешь тьму в себе", - обратился к пареньку Наг'молада. - "Тьму, пришествия которой Девы Зари опасались тысячелетиями. Тьму, пожирающую саму душу Вана'деля. Тьму, рекомую "Пустотой"! Ты был рожден с Пустотой внутри. Ты принес ее с собою в мир. Откуда же ты взялся?" Мальчик упрямо молчал, и Наг'молада приказал Вольфгангу убить его, но капитан стражей замешкался. Разозлившись, Наг'молада приказал: "Сделай это! Иначе закончишь так же, как и твой отец!" Вздохнув, Вольфганг бросился на мальчика. Меч пронзил его тело и он молча пал на землю. Вольфганг в ужасе отшатнулся, когда тело убитого поднялось на ноги и от него во все стороны брызнуло темное сияние. И мальчик исчез... ровно как и Наг'молада.

24. Остров Забытых Святых

Наг'молада в беспамятстве лежал на земле в неведомом краю; застывшие в отдалении три тару удивленно его разглядывали, когда из поднебесья донесся рев и над их головами пролетел огромный дракон. Стремясь укрыться, Наг'молада с трудом поднялся на ноги и поковылял к пещерам в западном направлении. Почувствовав чужой взгляд, он обернулся, став лицом к лицу с солдатами в странном обмундировании. Из их рядов вперед вышел человек - Джустиниус, капитан рыцарей Тавназии. Он представился сам, а также представил трех презабавных тару, следивших за пришельцем - тройняшки Чебукки, после чего отослал их прочь, дабы не докучали. Наг'молада все не мог поверить, что он оказался в руинах Тавназии, а тавназийцы никак не могли принять для себя, что визитер появился с добрыми намерениями. Джустиниус объяснил, что последние два года выжившие в судьбоносной битве укрылись в Крепости Тавназии, последнем оплоте. Хоть они и не могут покинуть остров, укрытие их идеально, и позволяет иметь базу для атак на оставшихся на острове зверолюдей. "Тогда, 20 лет назад, зверолюди обрушились на наш маркизат", - говорил Джустиниус. - "Мы бежали в собор, где со страхом ждали появления орков. Однако, вместо этих тварей появилась кардинал Милдорион Гиловмет. Она исцелила тела наши души, и рассказала, как мы сможем спастить от неминуемой гибели. Она открыла врата, ведущие в подземелья собора, где мы укрылись в тоннелях, по которым в город доставлялись припасы. Следуя по ним, мы добрались до подземной пристани. Но к тому времени лодок уже не было у причала, а чудовищный взрыв разрушил мост, связующий Тавназию и Квон. Мы оказались в ловушке... Но доблесть и вера, которые кардинал вселила в наши сердца, пребывали с нами. 20 лет мы жили с мыслью, что Алтана спасет нас. Именно вера помогла нам восстановить свою нацию. Конечно, мы влачим сирое существование... Но, надеюсь, силы, что привели тебя в Тавназию, окажутся благословением для наших народов".

Желая знать больше, Джустиниус пообещал устроить встречу Наг'молады с их лидером, но сперва хотел бы убедиться в добрых намерениях пришельца. Деспашьяр, старик-эльваан, поведал о том, что в местных Акведоках Фомиуна поселился темный минотавр, и попросил Наг'моладу избавить их от этой напасти, что послужит его пропуском в крепость. Наг'молада принял условие, с помощью своих сил зиларт с легкостью прикончил минотавра и продолжил исследовать остров. Глубоко в катакомбах он обнаружил странную комнату, в которой находился лишь небольшой ящик. Наг'молада не смог открыть его, но почувствовал, что предмет этот весьма важен. По возвращении в город он был препровожден к лидеру тавназийцев, юной девушке.

Звали ее Прише и она поведала Наг'моладе, что, следуя за великим драконом, у мыса Риверн собираются орды чудовищ. Наг'молада заметил на шее девушки амулет, такой же, какой был у таинственного мальчика. Он объяснил, как попал в Тавназию, и спросил собеседницу об амулете, на что та удивленно поинтересовалась, не дала ли ему амулет юная девушка. Наг'молада рассказал также о странной Пустоте, образовавшейся на континенте, о происхождении которой никто не ведает, после чего попросил дозволения удалиться, дабы в одиночестве поразмыслить над последними событиями. В этот момент в комнату вошел Деспашьяр, чтобы поговорить с Прише о великом драконе, а именно узнать: тот ли этот дракон, что запечатлен на фресках и гобеленах в старом соборе Аль'тае. Имя дракона - Бахамут!

На вершине близлежащего утеса сидела дочь Деспашьяра, Ульмия, и, перебирая струны арфы, тихо напевала Балладу Бессмертных. Услышав мелодию, Наг'молада подошел к девушке, испугав ее. Но он объяснил, что песнь сия зовется вовсе не Балладой Бессмертных, а является заклинательным речетативом и носит название "Память о С'тоне". Кстати, в ней гораздо больше куплетов, чем ведомо Ульмии. Следующий за известными ей повествует о великом проклятье, поглощающем Вана'дель, и о бездействующих богах. Он собирался продолжить рассказ, но неожиданно его странный глаз вспыхнул и он поспешил откланяться. Ульмия просила его рассказать о третьем куплете, но Наг'молада ответил: "Лишь богам дозволено исполнить его".

В городе же Джустиниус доложил правительнице, что след в облаках указывают точно на мыс Риверн. Прише решила, что если дракон этот и в самом деле Бахамут, то, по легенде, как раз сейчас отворились врата рая. И самый надежный способ удостовериться в этом - пойти и спросить самого Бахамута. Призвав своих воинов для эксорта, она заметила, что трио тару нигде не видать, ровно как и Наг'моладу. Вместе Ульмия и Прише отправились к мысу Риверн, но придя туда, обнаружили, что мыс разрушен. Огромные летающие глыбы кружились в сером облаке таинственной энергии. Рядом вспыхнул огонек; дотронувшись до него, девушки исчезли: странная субстанция перенесла их на вершину парящей в воздухе конструкции.

Наг'молада шел в глубины каменного лабиринта, среди летающих глыб, не ведая, что Ульмия и Прише крадутся вслед за ними. Наг'молада пропел первых два куплета "Песни о С'тоне" и пред ним явился сам Бахамут. Двое тепло приветили друг друга и Бахамут выразил признательность за то, что давным-давно собеседник его не дал раскрыться вратам рая. Дракон узнал в Наг'моладе кулуу и возрадовался, что раса эта сумела выжить. Но ежели кулуу существуют, значит, имеет место и соглашение, заключенное ими столетия назад. Открытие врат и явление стража апокалипсиса ознаменует конец мира, как предвидела хранительница Ив'нойл, обнаружившая источник Пустоты во всех смертных и бессмертных созданиях, и сотворившая Палаты Сумерек. Ульмия и Прише слушали беседу с ужасом, не понимая, о чем говорят древние создания. Вдруг откуда ни возьмись появился огромный бронированный воздушный корабль, на борту которого находились закутанные в плащи фигуры, ведомые странной блондинкой. Окружив Бахамута, пришельцы обездвижили его силами зиларт. Бахамут взревел, поняв, что зиларт также выжили! Наг'молада оглядывался вокруг, не зная, что ему предпринять. Прише набросилась сразу на двух зиларт, сбив еще одного с ног ударом сзади. Часть цепей упала с него и Бахамут освободился и во вспышке ослепительного света дракон исчез, а присутствующие услышали напоследок страшный голос: "Глупые детишки, вам никогда не освободиться от цепей Проматии".

Возникло видение таинственного мальчика на вершине заснеженной горы. Бахамут говорит ему, что народ его исчез и он должен сдаться. Мальчик кричит, что они все еще живы. Да, рая Аль'тае не существует больше и последние зиларт вымирают. И когда это случится, жители Вана'деля сбросят с себя цепи Проматии.

Все еще находясь в странном комплексе зиларт, Наг'молада подошел к блондинке с воздушного корабля. Она спросила о его целях, ведь именно он стал причиной бегства Бахамута. В ответ он сам задал ей вопрос: неужели все дело в том, что он - кулуу? Неужели она не может смириться с тем фактом, что обе расы - и кулуу, и зиларт - столь деградировали за минувшие тысячелетия? На что блондинка ответила: ты три раза не смог схватить мальчика, и больше я не потерплю неудачи! Ситуация с мальчиком должна быть разрешена и Наг'молада верил, что знает, как сделать это и остановить Пустоту.

25. Мимолетный сон

Прише очнулась в Северном Густабурге как раз в тот момент, когда у нее над головой пролетел воздушный корабль. Вскочив на ноги, она бросилась за ним, веря, что это то самое судно, что она видела на Риверне. Путь привел ее в Басток, где от местных жителей она узнала о воздушных кораблях и об их создателе, Сиде. Девушка направилась в лабораторию Сида, но по пути была схвачена Аями и Наи, и брошена в тюремную камеру. Там ее навестила Корнелия, желая выяснить, кто она и откуда. Узнав о том, что произошло, Корнелия привела Прише к Сиду. Услышав о бронированном судне и закутанных в плащи фигурах, Сид понял, что Джеуно тайно производит корабли по образу первого, что был создал в конце Войны Кристаллов. Сид рассказал, как 20 лет назад герцог Кам'ланот нанял его для работы над проектом, что позволит выиграть войну. Сид вдоволь нагляделся на ученых и инженеров Джеуно - сплошь закутанных в плащи и практически все время молчащих, занятых своими странными экспериментами. Сил также сказал, что именно он снарядил экспедицию на север много лет назад. Кто-то привез ему кристалл из северных земель, и мощь его оказалась столь велика, что он уверовал в то, что в тамошних регионах сокрыто нечто весьма значимое, и сие сокровище можно с толком использовать. Ему сказали, что кристалл, "магисит", привезен из Тавназии и является лишь маленьким осколком камня под названием Звезда Тавназии. Прише сообщила Сиду о появлении Бахамута и о попытке зиларт пленить его, и он предположил, что разбиение кристаллов и возвращение дракона могут быть как-то связаны... связаны с Джеуно! Прише сообщила, что в Теншодо у нее есть друг, который вполне может им помочь.

Прибыв на базу Теншодо, она первым делом попросила провести ее к Греззо, однако Альдо подозрительно поинтересовался, откуда это они знакомы. Прише ответила, что давным-давно ей сказали, что если ей случится оказаться на континенте и угодить в беду, она может обратиться за помощью к Греззо. Альдо объяснил, что Греззо - его отец, но он уже умер. Опечалившись, Прише попросила Альдо помочь ей вернуться домой, в Тавназию, ибо она неведомо как очутилась в этой стране. Изумившись, Альдо промолвил, что она не первая пришла к нему с этой просьбой.

Во дворце герцога блондинка-зиларт с воздушного корабля - Эша'нтарл - вела беседу с самураем с дальнего востока по имени Тензен. Он преклонил перед ней колени и спросил, почему герцог лично не присутствует здесь, на что получил расплывчатый ответ о крайней занятости правителя. Она передаст герцогу все, что нужно, как только увидит его. Тензен разозлился, почувствовав, что все не так просто, как его пытаются убедить. Пустота, зародившаяся здесь, уже начала поглощать его восточную империю. На тех, кто видит ее, снисходят видения о страже апокалипсиса. Эша'нтарл заверила, что знает столь же мало, как и он сам, но они неустанно ищут решение проблемы. Разъярившись на столь очевидную ложь, Тензен сказал, что они должны знать о пяти легендарных осколках - изначальных кристаллах, что находятся в этих землях и хранят Вана'дель от наступления Пустоты. Эша'нтарл поразилась столь яростной вспышке, холодно поинтересовалась: уж не думает ли он, что за наступлением Пустоты стоит Джеуно? Она объяснила, что королевство Джеуно долгое время оберегало кристаллы и теперь, когда о них прознала восточная империя, опасается, что те "попадут в плохие руки." Поняв откровенную угрозу войны в ее словах, Тензен отступил. Эша'нтарл сказала, что если он и вправду хочет помочь, то должен оказать содействие в поисках таинственного мальчика, который явно как-то связан с Пустотой. Она верит, что мальчик и есть страж апокалипсиса, и так как он уже появлялся в башнях трех изначальных кристаллов, есть вероятность, что он объявится и там, где сокрыт четвертый, глубоко под ледниками северных земель, куда 30 лет назад была отправлена приснопамятная экспедиция. Эша'нтарл заметила, что если Тензен решит отправиться туда, ему понадобится хороший проводник.

Ульмия, оказавшаяся в Сан д'Ории, шла по городу королевства-сестры ее собственной вотчины. Отыскав церковь, она спросила священнослужителей о песне, которую выучила, и о вратах к богам. Те объяснили, что в наказание за попытку открыть врата древние были прокляты Проматией. Здесь, в Сан д'Ории, церковное учение гласит: дабы войти в рай, надо создать его в собственном сердце. Ульмия спросила и про проклятие, но священники ответили, что не будут говорить о злобном божестве, а следует и вовсе забыть его, ибо забвение проклятия заставит его потерять свою силу. Но если она и впрямь хочет знать истину, ей следует поговорить с родственником рыцаря Сан д'Ории, отправившемся в знаменитый поход в северные земли 30 лет тому назад.

В Приюте Плотника рыцарь Мисталл - из рода Франкмага, впавшего в немилость и лишенного дворянства после известных событий 30-летней давности - по имени Луверанс рассказал Ульмии, что цель экспедиции содержалась в строжайшем секрете церковниками Сан д'Ории, но, скорее всего, состояла в том, чтобы отыскать врата рая. Об этом наверняка знал почивший кардинал Мушаватт, поддерживавший дружеские отношения с герцогом Каффолом, также происходящем из семьи Мисталл. Много лет назад герцог был убит орками, но жена его все еще жива и находится в городском особняке. Лишь завидя оный, Ульмия узнала его: она уже бывала в этом доме, еще будучи мал енькой девочкой, путешествующей по миру вместе с кардиналом Милдорион. Внутри она встретила Хинари, герцогиню Мисталл, которая поведала, что экспедицию отправили, дабы проверить сведения, переданные правительством Бастока о некоей могущественной силе, сокрытой там. Кардинал Мушаватт не особо в это поверил, но герцог Каффол предположил, что, возможно, речь идет о вратах рая. Хинари заметила, что если посетительница желает знать больше о вратах к богам, ей надлежит отыскать кардинала Милдорион. Ульмия припомнила слова кардинала, сказанные той очень давно: чтобы достичь рая, нужно смело взглянуть правде в лицо, но правде о чем - о вратах, об истинных целях экспедиции?.. "На смертном одре Мушаватт изрек: "Мне пришлось оставить правду", - изрекла Хинари. - "Вскоре после его кончины Милдорион сложила с себя дворянский титул и исчезла из королевства. Это произошло 20 лет назад, сразу же после внезапного нападения орков на маркизат. Возможно, это как-то связано с предсмертными словами Мушаватта". Ульмия была поражена: ее народ считал, что кардинал погибла в той жестокой сече, но если она сумела выжить, почему же не вернулась к своему народу в Тавназию? Хинари не ведала, где ныне может пребывать кардинал, но сообщила, что церковь посылала на поиски ее рыцаря по имени Луверанс.

Тем временем в Виндурсте три Чебукки исследовали свою древнюю родину. До них дошло все же, что у них нет ни еды, ни денег, ни возможности вернуться в Тавназию. И тогда они решили отыскать своего отца, веря, что он должен находиться в городе. Тару сунулись было к Йоран-Орану, бывшему министру Риностерии, но тот объяснил, что и близко не подходит на роль их папаши, а в Тавназии был лишь однажды, чтобы взглянуть на древнюю статую, найденную на дне моря Шу'Мео, что к северу от Джеуно. Чебукки внезапно решили, что сий индивид слишком беден, чтобы быть их отцом, и отправились дальше. Следующим тару, к которому они зашли, оказался богач по имени Хоной-Гумой. Похоже, тройняшки искали не столько отца, сколько деньги! Крики об отцовстве дошли не только до самого Хоной-Гумоя, но и до местного репортера Киуми-Роме. Бросив мешок с деньгами доставшим его тройняшкам, Хоной-Гумой умчался вслед за репортером, чтобы удостовериться, что история эта не будет напечатана, ведь, бывая в Тавназии по делам, он встречался исключительно с бригандом Атарефонетом и его разбойниками, за что и был объявлен тавназийской церковью вне закона. А Чебукки отправились в Оптистерию, где вопросили старика Тосука-Парику о своем отце. Выяснилось, что оным был знаменитый тару, основатель Анимастерии - Караха-Баруха! Тот самый, что спас Виндурст 20 лет назад, но и, сведенный с ума жаждой могущества, пытавшийся его уничтожить. Узнав, что отец их умер, тройняшки решили оставить Виндурст и двинуться в Джеуно, где надеялись отыскать Наг'моладу.

В комплексе зиларт Вольфганг сообщил Наг'моладе, что воздушные корабли готовы к полету, на что тот ответил, что не полетит с ними, но если они набредут на таинственного мальчика, то обязаны схватить его. Вольфганг ушел, а из теней появились три . Наг'молада усмехнулся: все шло согласно плану, и он, наконец, получит то, что по праву принадлежит ему.

В Джеуно Ульмия пришла навестила Теншодо в поисках Прише. Альдо сообщил ей, что девушка отправилась гулять по городу, ожидая, пока не будет готов корабль, что доставит ее домой. Они обсудили магисит, доставленный торгашом из Тавназии Сиду в Басток 30 лет назад. "Я слышала рассказы о Звезде Тавназии, но никогда не видела ее воочию", - призналась Ульмия. - "Не знаю, что это такое и является ли магисит ее частью". "Я слышал рассказы о таинственном кристалле, хранимом в соборе Тавназии", - промолвил Альдо. - "Если реликвия эта является магиситом, то интересно, связана ли она с иным магиситом, находимом в Вана'деле? В недрах крепостей орков, кудавов и ягудо есть двери, что зверолюди хранят ценой своих жизней. За ними - огромные кристаллы, испускающие странное сияние. Если кристаллы эти притянули к себе зверолюдей и те решили возвести вокруг них свои оплоты, тогда магисит в северных землях скорее всего..."

Вдруг в комнату вбежал один из членов Теншодо, крича, что Прише была атакована в соборе и сейчас находится в клинике доктора Монберокса. Альдо и Ульмия опрометью бросились в Верхний Джеуно. В клинике доктор рассказал, что девушку принес сюда Тензен. Прише металась в бреду, закрыв уши руками и кричала что-то о страже апокалипсиса... меч Тензена начал вибрировать и вырываться из ножен. Ульмия заметила, что амулет девушки исчез и попросила доктора отдать ей тот, что они добыли раньше.

Все присутствующие согласились, что между двумя амулетами должна быть какая-то связь, но какая? Амулет Прише был отдан ей самой кардиналом Милдорион, которая сказала, что он защитит девушку, и с тех пор Прише с амулетом не расставалась. Доктор Монберокс припомнил, что герцогские стражи говорили о том, что видели таинственного мальчика в руинах Псо'ксии, что в северных землях. Быть может, четверный изначальный кристалл находится именно там?

Тензен, не теряя времени, отправился в северные земли. Глубоко в руинах он отыскал странную комнату, и, хоть и не встретил мальчика, ощутил зловещий холод, пробравший его до костей. Меч его вновь начал вибрировать и Тензен заметил фигуру, лежащую на полу. Прише! Девушка (должная находиться в клинике Джеуно) без сознания лежала рядом с сияющим порталом, откуда вышел уже знакомый мальчик. Прише приподнялась на локтях. "Ты - тот, кто спас меня?" - обратилась она к мальчику. Тот опустился рядом с ней на колени, молча указал на амулет на шее девушки. "Что?" - удивилась та. - "Я должна отдать его..."

Следом из портала появилась темная крылатая тварь, Дьяволос, и мальчик бросился наутек. Тензен отступил, выставив перед собой меч. Он понял, что стоит перед вратами в царство снов... и, возможно, сам находится в одном из них. Тензен обнажил свой огненный меч - Пламя Феникса. "Я, Тензен, покинул свою державу на Дальнем Востоке, услышав предупреждение воплощений о неизбежном возвращении стража апокалипсиса", - промолвил он. - "Три из пяти кристаллов уже поглощены Пустотой. Разве не должны пятеро воплощений оберегать кристаллы? Так объединимся же и повергнем врага света!" Но Дьяволос лишь расхохотался, сказав, что надежда его призрачна, ибо Пламя Феникса не цельно, и Пустота имеет свою Причину на существование. "Истинную причину, сокрытую глубоко в ваших душах", - пророкотал Дьяволос. - "Причину, которая делает вас теми, кто вы есть. Отрицать волю бога сумрака - значит, отрицать причину. Любая попытка бежать от Пустоты обречена на неудачу. И теперь, когда Пустота подступает к вашим душам, вы слышите ее зов... Зов Пустоты внутри вас..."

Дьяволос сделал Тензену встречное предложение - присоединиться к нему в его собственном мире снов, Динамисе. Хоть в этом случае Пустота и поглотит его тело, душа же будет жить вечно, ведь с приходом стража апокалипсиса всех жителей Вана'деля так или иначе ожидает полное уничтожение. Прише поднялась на ноги, промолвив: всегда остается надежда. Дьяволос нервно огляделся по сторонам, осознав внезапно, что, быть может, это не его сон, а Прише. "Свет... Свет кристалла..." - изумленно выдохнул Дьяволос. Яркая вспышка света ослепила присутствующих, отбросила Тензена в сторону. Придя в себя, он заметил, что остался один. Решив поговорить с Прише о случившемся, Тензен вернулся в Джеуно.

Ульмия рассказывала Прише о том, что она обнаружила в Сан д'Ории. Когда Тензен вернулся, то понял, что Прише осознавала свои действия на протяжении всего сна. Он объяснил ей, что Дьяволос - воплощение снов, один из пяти могущественных воплощений, порожденных Вана'делем и хранящих сей смертный мир. Много тысячелетий назад все пять воплощений сообща сражались против зла, пытавшегося поглотить их мир. Вместе с Дьяволосом были: Феникс, птица возрождения; Фенрир, страж луны; Карбункл, хранитель радуг; и Бахамут, повелитель небес. С помощью Альдо герои решили вернуться в Тавназию и в последний раз попытаться убедить Бахамута присоединиться к ним, благо при последней встрече дракон просто разбросал их по всему миру с помощью своих магических сил.

26. Колыбели потерянных детей

Вернувшись в Тавназию, Прише и ее друзья сразу заподозрили неладное - люди казались какими-то... другими. Поздоровавшись, старик Деспашьяр рассказал, что со времени их ухода здесь много чего произошло. Слухи о возвращении Короля Драконов притянули к их маленькому королевству внимание всего мира. Джеуно открыла здесь свое посольство, возглавляемое Наг'моладой. Все еще опасаясь последнего, Деспашьяр предложил продолжить беседу в его личных апартаментах. Тензен объяснил, что хочет попытаться договориться с Бахамутом, но обсуждение идеи отложили до возвращения Наг'молады из Сакрариума. Деспашьяр ответил на вопросы Тензена о Прише, сказав, что девушка проклята. Джустиниус добавил, что хоть это и так, люди верят в нее и почитают особенной.

Ульмия, взобравшись на любимый утес, снова запела свою песню. Мысли ее обратились к детству. На этом самом утесе она плакала, когда к ней сзади подошла Прише. Странно, в грезах о прошлом Прише выглядела так же, как и сейчас. Ульмия, всхлипывая, сказала, что не смогла стать членом хора Тавназии. Прише успокоила девочку, сказав, что если не получилось сейчас, не значит, что не получится и вовсе. Мир слишком велик и в нем существуют куда более важные вещи, нежели хор. И находиться в нем совсем не обязательно, чтобы петь. Она всегда может придти на этот утес и петь, сколько душе угодно. Вдалеке появилась кардинал, позвавшая Прише домой, в собор.

Оставив воспоминания, Ульмия тихо прошептала благодарность Прише, ибо действительно смогла начать петь в хоре. Взглянув на небо, она вознесла молитву богине рассвета, моля ее о защите и прося направить на путь истинный. Вдруг небеса прорезал дракон. Быть может, он сможет ответить на снедавшие Ульмию вопросы, к примеру, каким образом она может помочь Прише и не навлечет ли при этом проклятье на себя саму. Ульмия бросилась в крепость к друзьям. Согласившись, что время ожиданий прошло, Джустиниус и Ульмия отправились на мыс Риверн, чтобы найти Бахамута и ее раз испытать судьбу. Тензен увязался следом. А позади тайно следовали тройняшки Чебукки.

На Риверне последние явили себя, выпрыгнув перед героями и сообщив, что были посланы Наг'моладой, чтобы помешать им добраться до Бахамута. Один из них собирался наложить парализующее заклинание на героев, но нечаянно наложил его на себя. Джустиниус крикнул остальным двигаться вперед, а он останется разобраться с двумя оставшимися тару.

В сердце крепости летающих камней Тензен и Ульмия отыскали Бахамута. "Вы все, странники в безбрежном облачном море!" - ревел тот. - "Крылатые сестры и братья, услышьте мой зов! Это я, Бахамут, Король Драконов! Предстаньте же передо мною! Пришел час исполнить древнее соглашение!" Неожиданно открылось множество порталов и в пещеру стали слетаться драконы со всего Вана'деля. Бахамут предложил им объединиться для защиты кристаллов. Тензен вышел вперед и обратился за помощью к древним бестиям, но Король Драконов лишь рассмеялся. Выхватив Пламя Феникса, Тензен снес голову одному из драконов и сказал, что хоть он с друзьями и не вышли ростом, вместе они могут свернуть горы. Изумившись, Бахамут обратился к заключенному в мече Фениксу, чтобы узнать, почему он помогает этому человеку, зная, что дети Алтаны бессильны против Пустоты. В ответ Феникс пропел третий куплет ныне знаменитой песни. "Невинная кровь оросит земли Вана'деля. Мир обратится в хаос и отчаяние. Ни власть, ни судьба не отвратят того, что уже началось. Но в ночной буре ярко светит звезда славы. Чистый звук прорывается сквозь рев чудовищ. Сияющая звезда, славная песнь... вы - наши сны и надежды!"

Так вот он каков, третий куплет, ведают который лишь боги. "Я поделюсь с вами тайной, дети, раз уж вы знаете "Память о С'тоне", - обратился Бахамут к Тензену и Ульмии. - "Давным-давно, когда смертные стремились открыть врата рая, жил мальчик, ведавший четвертый куплет. Ища моей помощи, он пришел ко мне, и мы заключили с ним соглашение, исполнить которое надлежит в тот день, когда страж апокалипсиса придет в Вана'дель". Не пожелав вдаваться в детали, Бахамут исчез за облаками, и драконы последовали за своим королем.

В Тавназии Тензен объяснил, что Феникс ниспослал ему видение, в котором Древние сражались с воплощениями, и Бахамут бился в величайшей из всех сеч у врат рая. Во время этой битвы смертные и узнали о Пустоте, порожденной Проматией, богом сумрака... В покои вошли Наг'молада и Деспашьяр. Последний рассказал о связи Проматии с Вана'делем. Бог, он же Повелитель Хаоса, проклял всех мирян Вана'деля. Единственный способ избавиться от проклятия - позабыть о Проматии, вот почему народ Тензена ничего не ведал о боге сумрака. Все присутствующие были поражены, видя в будущем неизбежный конец света. "Лишь услышав рев его, мы немедленно атаковали Короля Драконов до того, как успел он собрать своих миньонов", - обвиняюще бросил Наг'молада собравшимся. - "Но ваше глупое вмешательство привело к тому, что мы потерпели неудачу! Вы что, и впрямь хотите увидеть земли, устланные телами своих братьев и сестер?" "Нег'молада!" - немедленно повинился Деспашьяр. - "Моя дочь, Ульмия, здесь ни при чем! Они лишь стремилась упредить всякие... непоправимые деяния Прише. Если кого и винить в случившемся, то только Тензена! Он обманом заставил дочь мою пуститься в это абсурдное путешествие!" "Да, все так и было!" - возмутился Тензен. - "Однако разрешение исследовать Пустоту я получил лично от Эша'нтарл, доверенного лица герцога!" Наг'молада призвал всех сохранять спокойствие, сказав, что Джеуно решит вопрос с Бахамутом, и вмешательство иных сил в этот вопрос будет приравниваться к измене. А затем потребовал передать ему амулет Прише, после чего Тензен вместе с Ульмией отправился на поиски девушки.

Отыскав ее в спальне, они сообщили Прише о намерениях Наг'молады. Тогда-то и открылось прошлое тавназийки. Давным-давно вся семья Прише погибла, лишь она одна выжила. Прикоснувшись к неведомому артефакту глубоко в церковных подземельях, она перестала стареть, фактически обретя бессмертие. Тензен осознал почему жители Тавназии хотят скрыть Прише от мира - многие правители и лорды, жаждущие бессмертия, могут попытаться использовать девушку в своих интересах. Желая сохранить Прише и амулет в неприкосновенности, друзья стали решать, что им делать дальше. И Прише предложила передать амулет самому Проматии, а заодно узнать, что у того на уме. Она даже знала, как это сделать, ибо ответ лежал в Сакрариуме, старом храме в горах, где ныне обитала лишь нежить.

Они отправились туда; умертвив напавших на него неживых тварей, Тензен отыскал Прише у гигантской статуи Проматии. Она объяснила, что священники собора Тавназии занимались покупкой артефактов в надежде найти вход в рай и молить Алтану избавить мир от проклятия Проматии, ведь если все войны и конфликты прекратятся, не нужно будет больше опасаться угрозы со стороны зверолюдей. Изучая реликвии, они поняли, что Древние были весьма развитой расой и направление их исследований несколько изменилось. Вместо того, чтобы пытаться пробиться в рай, они собрались призвать саму Алтану в смертный мир. Но, прежде чем они сумели осуществить задуманное, появилась кардинал Милдорион и разразилась Война Кристаллов.

Держа ярко вспыхнувший амулет в руках, Прише еще приблизилась к статуе. Вдруг она оказалась в странном соборе, окруженная закутанными в робы фигурами. Они говорили о том, что ее вмешательство в ход церемонии вызвало ужасные последствия, ибо она - дитя судьбы, хоть и роль ее во всем происходящем уже исполнена... "Если верить кардиналу Милдорион, рождение ее - знак того, что исполнится наше самое сокровенное желание", - молвил кардинал Мушаватт в видении девушки. - "Я говорю о сокровище в ведении Тавназии. Целые поколения кардиналов скрывали его, но Милдорион открыла истину церкви Сан д'Ории. Если соединить сокровище Тавназии со священным артефактом, хранящимся у нас, врата рая недолго пребудут закрытыми..."

Вспышка... Прише наблюдала беседу Дьяволоса и таинственного мальчика. Дьяволос вопрошал, как собеседник его пережил разрушение Аль'тае вместе со стражем апокалипсиса. Дьяволос считал, что Пустота - дело рук зиларт, хотя быть может за ней стоит и иная сила... "Поглотила ли тебя Пустота?" - допытывался Дьяволос. - "Потерпел ли ты поражение в последнем сражении в Аль'тае?" "Поражение? Победа?" - с горечью отвечал мальчик. - "Я ничего не знаю о том, о чем ты говоришь! Само мое существование невозможно. Но я спас то, что должен был защитить!"

Вспышка... Прише явилась Дева Зари Ив'нойл в Зале Богов. Прише молила ее открыть правду - является ли она сама исполнительницей воли Проматии или же ей суждено победить его. Ив'нойл ответила: "Почему, ты считаешь, лик его гладок и лишен черт? Никто и никогда не видел его лица, ведь, погибнув, он исчез из рая. Потому мы и молимся за его воскрешение... и гибель".

Внезапно Прише вышла из транса. Рядом с нею стояла Ульмия, ругая за то, что Прише решилась использовать магию стауи. Ведь говорили, что та извлекает на свет худшее, что есть в душах людей. Прише не обратила внимания на Ульмию, ибо поняла желание Проматии: бог сумрака жаждет собственного воскрешения и гибели.

В Тавназии Деспашьяр проведал о содеянном Прише и разъярился. Он обвинил ее во всех проблемах этого мира, в том числе в появлении Бахамута и, возможно, в нападении зверолюдей на Тавназию 20 лет назад. Ульмия стала на сторону Прише, выступив против деда. Она поведала, что Прише чиста сердцем, ибо зло статуи не смогло повлиять на нее, а вошла с ней в контакт она лишь ради спасения своего народа. Деспашьяр ответил, что уже слишком поздно: церковь Сан д'Ории ищет Прише и кардинала для допроса. В этот момент, подтверждая его слова, в дом вошел Луверанс, сказав, что по окончанию войны кардинал ограбила собор, что настолько выбило кардинала Мушаватта из колеи, что могло послужить причиной его смерти. Луверанс попросил Прише во избежание проблем отправиться с ним в Сан д'Орию добровольно. Та согласилась, хоть и с неохотой: дела ее здесь еще не закончены.

Покинув Крепость, Тензен и Прише присоединились к Луверансу на его воздушном корабле. Ульмия же осталась со своим дедом. Прише грустно заметила, что, быть может, никогда больше не увидит свою подругу. Но лишь корабль собрался оторваться от земли, появилась Ульмия, упрашивая их взять ее с собой. Больше всего на свете она жаждала узнать окончание "Памяти" и когда-нибудь исполнить всю песнь Прише. Это меньшее, что она могла для нее сделать.

27. Дорога домой

Вопреки ожиданиям героев, воздушный корабль доставил их не в Сан д'Орию, а в Басток. Луверанс приказал им сохранять спокойствие и повел вслед за собой в Литейные цеха, где их встретил Сид. Похоже, эти двое объединились, дабы найти кардинала и вызнать у нее о магисите, использовавшемся зиларт. Сид выяснил, что кусок магисита, оказавшийся у него, был доставлен из северных земель в неком странном ящичке из неведомого металла. Прише припомнила, что видела его во время различных религиозных церемоний, проводимых в соборе Тавназии; к тому же, магисит этот сыграл не последнюю роль в продлении ее жизни. Луверанс, прознав об этом, прибыл в Тавназию, надеясь доставить магисит Сиду. Но Наг'молада успел похитить ящищек с магиситом из Сакрариума, ибо не желал он, чтобы Сид дознался о происхождении черного магисита. Прише изумила эта новость и она постановила, что пришло время отправляться в Псо'ксию.

Долго обыскивала она с товарищами подземные туннели Псо'ксии, но Наг'молада так и не обнаружился. Все глубже и глубже в земные недра спускались они - Прише, Ульмия, Тензен и Луверанс. В сердце руин взорам их открылась гигантская дверь, за которой сиял кристалл, такой же, как и в башнях. Внезапно Прише двинулась к нему, ибо песнь кристалла зазвучала в ее разуме. За спинами героев возник таинственный мальчик, а из-за кристалла выступил Наг'молада, сжимая в руках ящик с магиситом, украденный им в Тавназии. "Меня позабавило то, что его использовали", - усмехнулся Наг'молада. - "Не очень практично, но весьма интригующе. Если верить старику Деспашьяру, все те, кто предавал себя в лоно церкви, должны были заявить о своей верности богине рассвета перед этим ящиком". "О чем ты?" - удивилась Прише. - "Ты знаешь, для чего этот ящик предназначен на самом деле?" "Конечно", - кивнул Наг'молада. - "Как знаю и о твоем амулете".

Он рассказал, что давным-давно король зиларт создал множество амулетов, как то, что носит Прише. Артефакты эти позволяли заглядывать в сердца кулуу. Все зиларт могли мысленно общаться друг с другом, называя эту способность "шепотом души". Со временем Пустота поглотила многих зиларт и они утратили этот дар. Последних изгнали их столицы, прозвав кулуу. Их принуждали носить амулеты, дабы король зиларт и дальше мог читать их мысли. Поняла ли Прише теперь? Амулет ее позволил таинственному мальчику проникать в ее разум и следовать за нею во всему Вана'делю в места захоронения кристаллов, ибо современный мир был ему неведом.

Наг'молада признался, что украл ящик, пока был в Тавназии. Но злодей здесь не он, а мальчик, Сел'теус, предавший их всех: кулуу, зиларт, даже богов. Рожденный живым кристаллом, как и все они, он стремится уничтожить его! Наг'молада обратился к Сел'теусу с вопросом, как тот сумел выжить и получить власть над Пустотой, когда врата так и не были открыты. Сел'теус проигнорировал все вопросы. Внезапно три закутанных в черные плащи зиларт бросились к мальчику, но товарищи Прише схватились с ними. Мальчик медленно прошествовал к кристаллу, Пустота сочилась с его ладоней. Наг'молада открыл ящик, где обнаружился "Глаз Алтаны", и с помощью его создал хрустальный барьер вокруг Сел'теуса, ибо артефакт обладал способностью трансформации Пустоты в магисит. "Говори!" - потребовал Наг'молада. - "Если не хочешь, чтобы тебя разорвало изнутри!" Бросив свой амулет Ульмии, Прише обратилась к мальчику с просьбой научить ее песне кристалла. Песнь зазвучала и кристалл начал светиться. Наг'молада тщетно пытался услышать ее, но не смог, ибо был кулуу, не обладавший способностью "шепота". Хрустальный купол над Сел'теусом разбился и тот воспарил прямиком к кристаллу. Последовала ярчайшая вспышка...

...Видение прошлого. Древний город. Ив'нойл, хранительница врат. Два юных мальчугана, Наг'молада и Сел'теус, утратившие способность слышать "шепот души", молят ее даровать им доступ в город кулуу. Она соглашается... "Мы определим источник вашего недуга", - обращается Ив'нойл к мальчуганам. - "И вернемся в мир, в котором не будет ни зиларт, ни кулуу. Не обладая "шепотом", вы должны научиться доверять окружающим и жить так же, как и прежде".

...Сел'теус, выступающий перед собранием кулуу. Он просит Грав'итон присоединиться к ним в Динамисе, где они будут спасены от грядущей катастрофы. Они могут сразиться с зиларт с помощью Дьяволоса, вновь стать с ними на одну ступень... "Поздно, Сел'теус", - скорбно отвечает Грав'итон. - "Сердца наши полны порчи, и нет возврата к прошлому".

...Ив'нойл, рядом с ней - повзрослевший Наг'молада. Она обвиняет его в том, что он - кулуу - служит зиларт. Как может он так предавать оба народа? Она же хочет мира, в котором не будет ни тех, ни других. Наг'молада говорит, что никого не предает, он всегда был всецело предан ей самой и никогда не обманет доверия. Ив'нойл отвечает ему на это: "А если я предам тебя сама?.. И не только тебя: я собираюсь предать всех зиларт! И делаю это потому, что..."

Герои пришли в себя в бездне Пустоты. Наг'молада и Сел'теус исчезли, ровно как и Прише. Вдалеке герои заметили свет. Справедливо посчитав его выходом из подземелья, они двинулись к нему, но путь им преградила огромная бездна. Ульмия решила повернуть назад, когда пред ними вновь возник Наг'молада с неразлучным ящиком в руках. "Странно то, что можно оказаться в Пустоте и не быть поглощенным ее тьмою", - изрек он. - "Стало быть, Дьяволос правду говорил". С помощью Глаза он создал мост, по которому герои перебрались на другую сторону. Ульмия спросила кулуу, почему он помогает им, на что тот ответил, что сам Дьяволос заверил его, что поможет отыскать выход наружу. Перейдя мост, Наг'молада обернулся, взглянул на Пустоту, вполголоса хорошенько обложил Сел'теуса.

Герои вышли на огромную арену, где их поджидал Дьяволос, держащий в руках обмякшее тело Прише. Он заметил, что если бы узнал о плане Сел'теуса раньше, смог бы помешать ему, а сейчас, когда свет четвертого изначального кристалла поглощен, сделать это невозможно. Последний, пришедший из Аль'тае, добивается разрушения Вана'деля, дабы таким образом "защитить" древнюю столицу. Изумленный, Наг'молада поинтересовался, действительно ли Аль'тае все еще существует, ведь он полагал, что город был уничтожен 10000 лет назад, когда зиларт попытались открыть врата рая. Дьяволос заверил его в этом факте, намекнув, что пятый кристалл может перенести их туда. Луверанс предположил, что, быть может, и врата рая еще можно открыть, но Дьяволос лишь расхохотался: лишь люди могут совершать одни и те ошибки бесконечно. После чего предупредил героев: нынешний путь их к райским вратам предначертан волею бога сумрака, и ничьей иной. Потому Бахамут, страж врат, и стремится уничтожить их. Тензен поинтересовался, можно ли преодолеть проклятие, и Дьяволос поведал им, как давным-давно кулуу пришли к нему с этой же целью, но в результате лишь утратили самих себя. Проклятие необходимо для жизни всех народов, и лишь оные нарекли сие "проклятием". С пути, предначертанного богами, невозможно отклониться, и Вана'дель, ровно как и миряне, обречен. Сел'теус, должно быть, понял, что попытка его спасти и смертных, и Вана'дель привела к тому, что нанес он им немалый вред.

Прише очнулась, освободившись из рук Дьяволоса. Он набросилась на него с обвинениями в бездействии, в то время как Сел'теус приводит свой зловещий план в исполнение. Дьяволос разъярился. "Ты ничего не знаешь, девчонка!" - прорычал он. Если она так стремится помешать распространению Пустоты, почему бы ей не принести в жертву саму себя. "Если ты умрешь, договор с Бахамутом будет расторгнут и Вана'дель - спасен!" - рявкнул Дьяволос. Прише помолчала, затем призналась, что поняла наконец свое предназначение. И вновь - ярчайшая впышка света...

В северных снегах трио знакомых тару оглядывали неподвижное тело Прише. Один из них схватил амулет Прише, решив присвоить его, даже зная, что девушка придет в ярость, прознав об этом. К ним приблизился Наг'молада, и тару быстренько вернул амулет на место. Тару обрадовались, сообщив, что были посланы, дабы доставить его к Эша'нтарл. Он набросился на них, крича, что активация руин Псо'ксии была глупейшей идеей, но тару заметили, что сие содеял Тензен, надоумила которого, правда, самой Эша'нтарл. Наг'молада задумался, зачем она это сделала, ведь активация руин лишила Дьяволоса свободы воли. "Пятый кристалл - в Аль'тае..." - прошептал Наг'молада. Повернувшись, он зашагал прочь; тройняшки Чебукки топали следом.

Тем временем в Бастоке к Сиду пожаловали Ульмия, Тензен и Луверанс. Избегнув Пустоты, они сумели добраться по Сан д'Ории, но так и не обнаружили Прише. Сид заметил, что как раз сейчас им нельзя было терять ее, ибо Джеуно объявило девушку опаснейшим преступником и ее разыскивают во всех трех королевствах. Тензен объяснил, что когда Прише запела свою песню, Сел'теус бежал. Возможно, Наг'молада полагает, что они заодно. Ульмия добавила, что узнала песнь Прише: четвертый куплет "Памяти о С'тоне"... но где она выучила его? Тензен заявил, что они должны отыскать Прише до того, как это сделают силы Джеуно. Ульмия согласилась: они должны знать, что та собирается делать. Когда явится страж апокалипсиса, Бахамут уничтожит все живое в этом мире. Посланный древними Аль'тае, пришествие Сел'теуса оговорено в заключенном тысячелетия назад договоре с Королем Драконов; именно поэтому пробудился последний. Как же разрушить договор? Сид промолвил: "Страж придет и жизнь в Вана'деле прекратится. Но если он никогда не появится, значит, и договор окажется расторгнут". Тензен согласился с этим, но страж и есть тот самый таинственный мальчик, по следу которого они идут с самого начала. Возможно, им следует заручиться помощью Карбункла, Хранителя Радуг, третьего из воплощений? Ульмии идея понравилась, но в данный момент она куда больше беспокоилась о Прише. Если та может мысленно общаться с Сел'теусом, от нее будет куда больше пользы, нежели от любого воплощения. Луверанс собирался отправиться в Тавназию и проверить слухи об Аль'тае, ведь если мальчик появился именно оттуда, значит, должен быть способ и вернуться в мистическую столицу. И здесь герои расстались.

Прибыв на плато Ля'тьен, где издревле находился круг стоячих камней, Тензен воззвал к Карбунклу о помощи. Он объяснил, что Бахамут и Дьяволос бездействуют. Дьяволос призывает народы укрыться в его мире, Бахамут же собирает армии драконов, дабы уничтожить мир, следуя некоему древнему соглашению. Во вспышке света явился Карбункл, поприветствовав Тензена и Феникса. Он объяснил, что предвидел происходящее и теперь приведет Тензена к могуществу спящих богов, дабы тот предотвратил пробуждение бога сумрака. Меч Тензена задрожал, выражая свое неприятие этого плана. Если начнется передача энергии воплощения человеку, это остановит богов, но в то же время ускорит их пробуждение. Когда оное случится, вновь разразится битва между мирскими воплощениями и богами. "Увы, но я считаю, что это единственная возможность воспрепятствовать возрождению Проматии", - молвил Карбункл. - "Страж апокалипсиса пребывает среди нас, и осталось лишь отворить врата рая..." Тензен совсем запутался. Страж апокалипсиса стремится открыть врата рая, но разве не это с самого начала было частью проклятия Проматии? Получается, что все произошедшее в мире было направлено на пробуждение этого бога? Тензен молит Карбункла помочь ему и тот соглашается, ради Феникса. 30 лет назад он почувствовал рождение стража, но затем потерял его из виду. На задворках столицы зиларт находится Псо'ксия, город кулуу. Туда Карбункл и направил Тензена, дабы тот получил могущество спящих богов. То самое, что воплощения даровали кулуу в древние времена.

В Сан д'Ории Ульмия стояла у причала, перебирая струны арфы в отчаянной надежде, что Прише услышит ее музыку. Прошли дни с тех пор, как девушка отправилась на поиски подруги. У доков собралась толпа, дабы насладиться чудной мелодией, как происходило не раз за последние дни. Но сегодня в толпе мелькнуло новое лицо. Странная митра в темных доспехах. Когда Ульмия закончила игру, митра приблизилась и принялась расспрашивать ее о Прише, ибо и сама ее искала. Ульмия подозрительно поинтересовалась, работает ли митра на Джеуно, но та ответила "нет". В это время к Ульмии подошел посланник из собора, сказав, что отец Часальвидж хочет ее видеть. Митра решила покамест удалиться, пообещав, что объяснит все при следующей их встрече, а покамест сосредоточится на поисках мальчика, который может быть с Прише заодно.

Отец Часальвидж сообщил Ульмии, что понял наконец причину интереса ее к природе рая и проклятию бога сумрака. Перед тем, как разразилась Война Кристаллов, Ульмия и Прише приходили в собор вместе с кардиналом Милдорион. Часальвидж тоже присутствовал на той встрече, призванной улучшить отношения между церквями Тавназии и Сан д'Ории. Тогда кардинал попросила Ульмию спеть песнь в честь сего события, песнь богов, но папа Мушаватт приказал ей замолчать. Тогда Ульмия посчитала, что виной всему ее ужасный голос, но отец Часальвидж уверил ее, что папа испугался могущества песни. 500 лет назад, когда эльвааны континента Квон находились под властью Виндурста, народ их жил в небольших разрозненных общинах. Ланфир д'Орагвилл вместе со своим полководцем Альфоллоном, будущим маркизом Тавназии, возглавили эльваанов и основали Сан д'Орию магией двух артефактов, вскоре утерянных в великой сече. Вместо них появились две каменных таблички, изучение которых началось немедленно в каждой из двух столиц. Но лишь в дни правления короля Ранпира удалось разрешить загадку таблички Сан д'Ории. Король, находящийся на время гражданской войны в Давои, решил начать поиски священного меча, Несущего Свет. Несмотря на успех Сан д'Ории, церковь Тавназии не раскрывала никаких сведений касательно вверенной им таблички. Лазутчики, посланные туда, донесли, что на таблички записаны слова песни под названием "Баллада Бессмертных", способной призвать богов! Тавназия расшифровала слова, но не музыку, после чего начались поиски способных исполнить песнь. Так церковь вышла на Ульмию. Боясь грядущего рока, отец Часальвидж молил ее отказаться от поисков и возвращаться домой, пока высшее духовенство собора не обнаружило ее. Но, если она все еще настаивает на поисках подруги, то ту, судя по всему, группа тару, исследовавшая северные руины, забрала в Виндурст. Ульмия тепло поблагодарила священника, не догадываясь о том, что за дверью на протяжении всего рассказа простояла митра, вслушиваясь в каждое слово.

Прибыв в Виндурст, Ульмия отправилась прямиком к Йоран-Орану, снарядившему экспедицию и отправившему на север представителя Виндурста - Иру-Куиру. Возможно, он знает что-нибудь о ее исчезнувшей подруге. Но двое не успели переброситься и парой слов, как в дом ворвалась митра в сопровождении двух воинов. Явно приятельница той, что Ульмия встречала в Сан д'Ории. Митра заявила, что ощутила в доме присутствие Прише и потребовала отдать ей черный магисит. Не понимая, о чем она говорит, Йоран-Оран молчал. Расценив это как нежелание сотрудничать, митра приказала воинам атаковать. Ульмия заслонила тару собой и воины обрушились на нее. В комнату вошла Прише, но также оказалась теснима и загнана в угол наряду с Ульмией и Йоран-Ораном. И когда казалось, что вся надежда потеряна, на сцене появилась истинная героиня - профессор Шантотто!

Магией своей отогнав митра от ее потенциальных жертв, Шантотто заявила, что искомый магисит находится у Прише, но она не сможет отдать его. Прише расстегнула блузку и смущенные присутствующие узрели камень, вросший в ее грудь. Трое митра, посовещавшись, предложили ей отправиться с ними, ибо кое-кто очень хочет с ней встретиться. Кое-кто, весьма интересующийся магиситом. Прише повиновалась и вышла в сопровождении митра. Ульмия последовала за ними. Йоран-Оран, окончательно сбитый с толку, беспомощно оглядывался по сторонам и лишь Шантотто, казалось, наслаждалась ситуацией.

Луверанс же вернулся в Тавназию, дабы испросить Деспашьяра, что ведает он об Аль'тае. Последний припомнил старую картину, которую видел в соборе много лет назад. Найденная в глубинах Храма Уггалепи, картина эта, по слухам, изображала куплеты древней песни - богов и тех, кто стремился войти во врата рая. Сияющие врата над огромным городом, их страж, парящий в небесах в облике могучего дракона со скованными лапами. Насколько помнил Деспашьяр, именно кардинал Милдорион узнала изображенный на картине город, назвав его Аль'тае. В наказание за непомерные амбиции его жителей, город был низвергнут в глубины северного моря. Так кардинал изложила легенду о запечатленных на полотне событиях; множество баллад было сложено на ее основе. Деспашьяр поведал Луверансу, что до прихода в Тавназию кардинал была странствующей жрицей, живущей в ожидании божественного откровения. Возможно, именно так ей были переданы знания о деяниях седой старины, ибо впоследствии объявлялись митра, весьма жаждущие заполучить картину. Они говорили, что картина по праву принадлежит им и была похищена пиратами. После долгих уговоров кардинал сумела убедить митра отказаться от притязаний на реликвию и оставить ее в соборе Тавназии. Деспашьяр не помнил имен митра, знал лишь, что те звали себя "Искоренителями грехов" и явились лучшими убийцами верховной предводительницы. Кстати, поступали донесения, что одного митра видели в окрестностях совсем недавно. Луверанс принял решение навестить Пери Вашаи, верховную предводительницу митра в Виндурсте.

Последняя объяснила Луверансу, что именно она ничего знает о городе, изображенном на картине, но подчиненные ее требуют воздаяния за грехи кардинала, похитившей полотно из Уггалепи. Кардинал говорила, что знает о долге митра и всячески посодействует исполнению оного в Тавназии. Преследователи ее не имели иного выбора, как принять сие условие, и таким образом судьба Вана'деля перешла в руки кардинала. Что же это за долг митра, вверенный им древним народом, изображенным на картине? Пробудить богов! Когда древняя раса попыталась открыть врата в рай, она нанесла Вана'делю рану, оттуда в мир хлынула Пустота, и народы мира решили дать ей отпор с помощью божественных слез Алтаны, но разразилась битва за пятую слезу между Бахамутом и королем мирян. Выжившие использовали силу спящих богов, дабы исцелить истерзанные конфликтом земли. Огромные кристаллы в тайных башнях Вана'деля - места почивания богов. И кардинал поставила себе целью пробудить их вновь и возродить мир. Луверанс был изумлен, услышав это: легенда митра и деяниях древней эпохи кардинально отличалось от той, что передавалась в народе эльваанов. Пери Вашаи посоветовала Луверансу обратиться за разъяснением к Прише, если, конечно, ту еще не настигли Искоренители грехов, преследующие ныне девушку, а не сгинувшую без вести кардинала (ведь грех не умирает вместе с грешником). Поняв, что зашел в тупик в своих поисках, он покинул Пери, понимая, что, наверное, удача оставила его. По дороге к нему несся тару, громко выкрикивая его имя. Он передал ему Зеркало Мимео, что успел починить со времени последнего визита Луверанса. Также тару сообщил, что враг Луверанса, охотник за головами Голдмэйн, ищет его и сейчас находится где-то на небольшом островке к югу. Луверанс отправился туда сам, желая раз и навсегда свести счеты с Голдмэйном.

На южном острове Луверанс отыскал старую орочью военную машину. Разрубив ее и трех мандрагор, показавшихся изнутри, он обнаружил, что их контролирует маленький тару Вукки-Чебукки (наверняка истинный папаша наших знакомых братцев!) Неужто это и есть Голдмэйн, его недруг? Луверанс проговорился Голдмэйну, что в Тавназии обитает множество представителей его народа. Тот заинтересовался, прервал атаку. Луверанс рассказал ему обо всем, что произошло; Вукки обрадовался было, но Луверанс мигом испортил ему настрой. Те люди, что сейчас спасают их, предали Тавназию много лет назад. Голдмэйн спросил, чем может быть полезен, и Луверанс промолвил, что они должны узнать истинные мотивы армии союзников во времена Войны Кристаллов. Также он призвал к возрождению Тавназии как нации. Вукки рассмеялся было, но Луверанс заметил, что у него под контролем - наследник маркизата Тавназии, а также одна влиятельная и богатая семья готовая выделить ему необходимые средства. И кроме того, он отыщет последний скрытый артефакт Тавназии и путь в Аль'тае. Как признался Вукки, причина, по которой он в одиночестве находится здесь - тайная миссия, возложенная на него тавназийской церковью, по поиску пути в небесную столицу. К сожалению, успеха он не добился. Единственное, что он обнаружил - легенду, согласно которой путь в Аль'тае открывается раз в сто лет. С помощью волшебного Зеркала Мимео, полученного от тару в Виндурсте, Луверанс проверил искренность Вукки. Видение явилось ему: статуя Проматии в Сакрариуме! Неужто она из Аль'тае?

После долгих странствий в северных землях, Тензен спустился в руины Псо'ксии и вскоре подошел к некой гигантской конструкции. Он включил сию машину и Феникс воззвал к нему из меча, сказав, чтобы он направлялся туда, где впервые встретил Сел'теуса. Тензен вернулся в Джеуно, где доктор Монберокс сообщил, что ничего нового поведать не может, разве что слухи о скором конце света все множатся. Монберокс пришел к заключению, что Прише как-то связана со всем этим, но Тензен лишь посмеялся над сим нелепым предположением, всеми силами пытаясь заставить доктора прекратить мыслить в этом направлении. Доктор припомнил также, что герцогские стражи поговаривают о нападении на Бахамута. Дракон грозит миру апокалипсисом, на разве он не является одним из воплощений, защитников Вана'деля? По пути сюда Тензен попытался убедить Эша'нтарл в том, что, быть может, существует иной выход из ситуации, но она и слушать не захотела, уверившись, что единственная возможности спасти четыре нации Вана'деля от уничтожения - нанести превентивный удар. Навряд ли лидеры Сан д'Ории, Бастока и Виндурста осознают всю критичность сложившейся ситуации, но даже их объединенные армии навряд ли смогли выстоять против атаки миньонов Бахамута. Ведь Король Драконов повелевает пространством и временем и час, когда нанесет он удар, станет роковым для мирян. "Леди Эша'нтарл сказала, что в настоящий момент Бахамут копит энергию, что позволит ему телепортировать драконов в точки, откуда начнется атака", - молвил Тензен. - "Если мы сможем добраться до Бахамута до этого момента, мы, возможно, и сможет убедить его не нападать на Вана'дель". Перед тем как уйти, Тензен спросил, где впервые увидели таинственного мальчика. Монберокс ответил: в башне Делкфутта, но ключ от нее у Вольфганга. Доктор отправил другу письмо с просьбой передать ключ Тензену.

Во дворце герцога Эша'нтарл и Вольфанг получили доклад о событиях, случившихся за последние дни. В покои ввалился Наг'молада, свалив на Прише вину в том, что мальчик скрылся от него. Один из стражей-зиларт заметил, что Сел'теус просто глупец, если не знает, чем закончился их поход к райским вратам и что случилось с их столицей. Наг'молада усмехнулся. "Возможно, это мы не знаем", - заметил он. Он предложил послать экспедицию в Аль'тае, дабы выяснить истинные мотивы Сел'теуса, но Эша'нтарл отказала ему, отправив наблюдать за городом моблинов, Мовалполосом, и сказав, что с мальчиком разберется сама. Наг'молада говорил, что тот гораздо более могущественен, чем они представляют, но Эша'нтарл вновь заткнула ему рот, сказав, что мальчика не надо искать, он придет сам. А затем открыла, что амулет Прише, искомый Сел'теусом, находится у нее.

Пока Эша'нтарл выговаривала Наг'моладе за его неудачу, Вольфганг сидел у входа во дворец, читая письмо, присланное ему старым другом, доктором Монбероксом. К тексту была приложена карта Гробниц Баталлии, где давным-давно два мальчугана нашли осколок синего стекла. То была всего лишь разбитая бутыль, но для них - истинное сокровище. Сквозь стекло мир виделся мальчишкам в ином свете. Однажды они решили отправиться в путешествие и лишь немного углубились в Гробницы, но для них то были дальние земли. Глядя сквозь стекло на Джеуно, они видели красоту своей вотчины совсем по-иному. Но затем один из них понял, что Джеуно прекрасно, глядишь на него через стекло или нет. И они зарыли стекло в землю в том самом месте, где его и обнаружили.

И теперь, годы спустя, Вольфганг отправился туда и вновь встретил своего давнего друга - доктора Монберокса. Вдоволь посмеявшись над детскими приключениями, они стали шутливо спорить, кому же все-таки принадлежит стекло. Вольфганг признался, что пришел вновь закопать его, ибо тайно забрал стекло много лет назад. Но лишь недавно понял, что гораздо более важно, нежели их старое сокровище. Вольфганг отправился назад в Джеуно, а Монберокс, улыбаясь, глядел ему вслед. Отойдя на приличное расстояние, Вольфганг оглянулся, крикнул, что он потерял ключ к башне Делкфутта, и, быть может, тоже его закопал. Монберокс кивнул, разрыл землю и извлек на поверхность старый ключ, но оставил осколок стекла на месте в память о крепкой дружбе, свящывающей его с Вольфгангом.

Получив от Монберокса ключ, Тензен прошествовал в глубины башни Делкфутта. Его нагнал Наг'молада, сказав, что и у него здесь есть важные дела. "Эта башня защищает кристаллы под поверхностью Вана'деля", - пояснил он. - "Пять кристаллов соединены между собой системой проводников, сходящейся в единую точку на этом самом месте. Долгие века мы внимательно следили за системой... хранили свет кристаллов. Однако с моявлением Бахамута функционирование системы проводников нарушилось и мы не в силах более управлять ею. А затем появился Сел'теус". "Он пришел по системе проводников?" - поразился Тензен. - "То есть, если он вновь ею воспользуется, он сможет..." "Точно", - кивнул Наг'молада. - "Он сможет достичь пятого кристалла. Однако, это не так просто, как ты думаешь. Назначение системы проводников - накапливать свет изначальных кристаллов. Сел'теус сумел появиться здесь лишь потому, что помогал ему страж кристаллов, Бахамут". "Стало быть, Феникс привел меня сюда, чтобы показать путь к небесной столице Аль'тае!" - радостно заявил Тензен. Наг'молада заметил, что, к сожалению, Тензен не успел попасть в Псо'ксию перед тем, как эти руины были активированы. То была крепость кулуу, но перед началом войны тех с зиларт, мирские воплощения даровали кулуу свои силы и помогли им превратить Псо'ксию в неприступную цитадель. В подземелье ее находится устройство, блокирующее передачу энергии кристаллов по системе проводников, но Эша'нтарл умудрилась его активировать. Наг'молада, более не посвящаемый в планы герцогства, спустился сюда, чтобы выяснить, почему она это сделала. Зиларт были телепатами, а те, кто рождался без этой способности, звались кулуу. Именно эта способность познавать истину помогала их расе существовать. Тензен выкрикнул, что они должны спешить и остановить Сел'теуса, раз он знал все это с самого начала. Наг'молада, усмехнувшись, пояснил, что мальчик - еще не вся проблема. Он остановил зиларт ранее и стремится сделать это еще раз. Зиларт, мальчик и земные воплощения уничтожат Вана'дель. Тензен поинтересовался, почему они должны противостоять воплощениям, если их истинным врагом является мальчик. Наг'молада ответил, что Сел'теус делает то же, что и 10000 лет назад. Прикасаясь к кристаллам, он поглощает их силу и позволяет Пустоте течь в мир. Тогда Тензен спросил, почему, если мальчик появился лишь недавно, Пустота существует долгие годы. Наг'молада ответил, что это есть следствие попытки зиларт пробудить кристаллы, дабы достичь Ту'Лии. Пятый кристалл, пребывающий под Аль'тае на дне морском, был поврежден и, будучи активирован, послылает воистину странные сигналы вместо положенных. Но когда врата рая вновь откровются, все вернется на круги своя и Пустота исчезнет. Единственное, что препятствует этому - мирские воплощения. Тензен пришел в ярость, посоветовав ему припомнить слова Дьяволоса, но Наг'молада продолжал вещать, сообщив, что Тензен - всего лишь марионетка, связанная цепями Проматии. Когда врата откроются, мир, который они знают, исчезнет, но кто-нибудь задумывался, что придет ему на смену? Вана'дель корчится от боли, но воплощения не дадут изменить его, ибо ради этого и были сотворены. С перерождением Вана'деля они будут низведены до статуса обыкновенных животных, потому воплощения - и есть истинные враги смертных! Наг'молада отвернулся от Тензена и активировал древний механизм, хранилище памяти кристаллов. Внезапно ему явилось видение Эша'нтарл, купающуюся в ярком свете, исходящем от устройства зиларт в Палатах Сумерек. Все стало на свои места для него и Наг'молада бросился к выходу. Тензен в ярости вопросил Феникса, правда ли то, что он сейчас узнал. Но тот лишь посоветовал ему искать Фенрира на севере, в одной из башен Псо'ксии.

В Пропасти Аттова митра привели Ульмию и Прише к иной представительнице своей расы. Та представилась как Шикари Зет и обвинила Прише во множестве преступлений, как то спланированное вместе с кардиналом пробуждение Проматии с помощью песни Ульмии и силы магисита. "Не собирались мы пробуждать Проматию!" - с вомущением заявила Прише. "Зачем же тогда девушка эта исполняет Балладу Бессмертных?" - вопросили митра. - "А магисит в твоей груди из того же материала, как и тот, с помощью которого зверолюди возродили Повелителя Теней!" И митра атаковали, дабы наказать девушку за грехи кардинала Милдорион, но Прише легко справилась с ними. Шакари в изумлении хлопала глазами; Прише же заявила, что она с кардиналом пытаются спасти их всех и лишь для этого хотят вернуть Проматию. Если митра хотят заставить Прише заплатить за это, то она заплатит, но так, как сама сочтет нужным. Шикари сообщила, что Звезда Тавназии, присвоенная церковью, была отобрана у зверолюдей с их родины, что к северу от Сан д'Ории. Прише постановила, что они с Ульмией туда и отправятся, а Шикари вызвалась проводить их.

Вновь вернувшись в Псо'ксию, Тензен осмотрел каждый уголок руин в поисках Фенрира. Феникс подтвердил слова, сказанные ранее Наг'моладой: лишь только врата рая откроются, мирские воплощения обратятся в свою изначальную форму - обычные животные. Спящие боги пробудятся и Вана'дель обратится в величественный рай, однако вместе с богами придет и Лорд Хаоса... И вновь Тензен наткнулся на странное устройство: сияющую сферу, парящую в подземном чертоге и остановившуюся напротив его. То был Фенрир, лишенный тела. Тензен поведал ему о бедах, обрушившихся на Вана'дель, о том, что Пустота поглотила уже четыре из пяти изначальных кристаллов. Чтобы спасти мир, ему нужна помощь воплощений. "Стало быть, ты избрал путь детей зари..." - молвил Фенрир. - "Путь мирских воплощений... Путь смертных..." Внезапно Тензену явились деяния, свершившиеся 10000 лет назад. В Сарутабаруте Фенрир стоял перед группой тех, кого Тензен узнал как "предков". Фенрир обвинил их в том, что они приняли сумрак, но решили остаться в этом мире. Свет кристалла гаснет, открывая путь хаосу. Он, Фенрир, больше ничего не сможет сделать, но до того, как оговоренное в договоре, заключенном Сел'теусом с мирскими воплощениями, свершится, еще остается время... время прожить жизни. От группы отделилась одна женщина - Эша'нтарл! Она заявила, что судьба все еще не определена, и потребовала новую судьбу. Фенрир озадачился, ибо считал доселе, что судьбы всех живущих предначертаны, как в прошлом, так и в будущем. Эша'нтарл согласилась с этим. "С течением времени наша жизненная сила подвергается порче и рождается тьма", - молвила она. - "А затем появляется предвестник тьмы - страж апокалипсиса, и ведет он нас к сурмаку. Наша судьба предначертана не тобою, и нельзя ее изменить даже силами луны и звезд. Она - незыблема!" Эша'нтарл поведала, что недавно была на родине, где с ней говорил умирающий Сел'теус. И сказал он, что ежели страж апокалипсиса погибнет, договор будет расторгнут. Фенрир кивнул, сказав: "Но вы можете преуспеть лишь тогда, если сперва разобьете цепи, сковывающие ваш собственный народ". А со смертью Сел'теуса, кому под силу сделать это? Эша'нтарл предложила себя, сказав, что нашла ответ на эту дилемму. Сел'теус поведал ей, что пытался сделать, ибо хотел, чтобы она продолжила его труд. Фенрира это изумило еще больше: неужто проклятье Пустоты не коснулось ее? Даже он не мог предвидеть сие переплетение судеб. Она освободилась от жизненного круга и будет надзирать за мирянами вплоть до конца света, и лишь оный она не сможет предотвратить. Сознавая собственное бессилие, она будет смотреть, как все вокруг умирают. Эша'нтарл заметила, что, если будет знать, где появится страж апокалипсиса, то сможет остановить его. Фенрир счел своим долгом сказать, что это будет весьма сложно, но Эша'нтарл отмела сий довод. И тогда Фенрир открыл ей, что страж появится 10000 лет спустя в месте, рекомом Тавназией.

Открывшиейся повергло Тензена в ужас. Немедленно он вернулся к Сиду, сообщив ему все, что узнал, на что тот ответил, что понимает наконец странные энергетические импульсы, исходящие из башен. И хоть раньше это казалось невозможным, теперь есть вероятность открытия врат рая. Но пока они не поймут, что этот самый рай представляет, не помешает внимательно следить за действиями зиларт. Тензен согласился, но посчитал, что есть куда более важные дела, а именно страж апокалипсиса, которым, как он понял из видения Фенрира, является Прише, даже если она сама этого не осознает. Сид призвал его одуматься и не наделать глупостей. Тензен вызвался отправиться в Джеуно и посмотреть, как развивается ситуация там. Проводив его до дверей, Сид задумался, не пытаются ли они прыгнуть выше головы. Если Джеуно под контролем зиларт, то войска их окажутся большой проблемой, не говоря уж о самом Тензене, который прибыл из земель, почти никому - даже Теншодо - не известным. Все сложнее определить, кто говорит правду, а кто лжет.

На севере, Прише обогнала соратников и вышла к сияющему бассейну. Она недоумевала, почему зверолюди доставили сюда магисит. Тот магисит, что получил Сид, был действительно частью Звезды Тавназии, заключавшей в себе Пустоту. 30 лет назад сюда пришла экспедиция, и члены ее были отравлены голосом тьмы, вещающим из камня. Потому и погибли. "Отдайся своим желаниям... будь собой", - говорил голос. "Он звучит в душах всех нас", - произнесла Прише, обернувшись к Луверансу, который тайно следовал за ней, параллельно занимаясь поисками Аль'тае. Рыцарь выступил из теней, спросил, что все это значит. Голос ли это самого Проматии? Луверанс признался, что является внуком Франкмага, одного из членов давнишней экспедиции. Прише заявила, что знает о нем все, и поинтересовалась, сумел ли он отомстить за гибель деда. Опешив, Луверанс спросил, как она может все это знать, но Прише лишь рассмеялась. Здесь находится Темное Божество, которое - по поверью митра - сам Проматия. Луверанс кивнул: он и сам так считал. Легенды говорили о спящем в сих землях Божестве Тьмы и о том, что сам Повелитель Теней приходил сюда, призванный голосом. И Божество Тьмы создало ему войско демонов. "Теперь я поняла!" - кивнула Прише. - "Существо, которые зверолюди считают Проматией, на самом деле..." Тут в пещеру вбежали Шикари и Ульмия, а Прише заметила черный кристалл, лежащий недалече среди груды камней. Темный кристалл - магисит, оставленный членами северной экспедиции! Прише бросилась к нему, но кристалл поднялся в воздух, зависнув над ее головой. Прише расстегнула блузку и кристалл устремился к ней. Вспыхнул свет, послышался голос Прише: "Добро пожаловать домой, мой маленький магисит!" Когда зрение вернулось к присутствующим, они заметили, что Прише исчезла. Ульмия и Шикари побежали к выходу, пытаясь определить, куда она могла направиться, а Луверанс незаметно выскользнул через отверстие в стене пещеры.

Ульмия и Шикари направились прямиком к Сиду в Джеуно. Шикари разъяснила, что представитель ее народа в северной экспедиции нашел кусок магисита и принес на родину; лишь тогда митры осознали сокрытые в нем темные силы. Она никому не сказала, откуда именно он появился; снаряжалось множество миссий в северные земли, но они так и не смогли определить источник происхождения камня. Лишь случайно в Храме Уггалепи митра обнаружили то, что искали. В это время они встретились с Прише и кардиналом Тавназии, показавшей им Звезду, магисит, иными словами. Митра рассказали о страшных силах сей реликвии и велели как можно скорее уничтожить ее, но кардинал не послушалась, сказав, что пробудить богов просто необходимо. Ульмия дополнила эту историю, сказав, что в церковном хоре ее обучили особенной песне. Сид спросил, была ли эта песня той же, с помощью которой Прише помогла Сел'теусу бежать и, если это так, не слишком ли поздно что-либо исправлять? Шикари сказала, что есть еще пятый куплет, а он ведом лишь богам, так что надежда все еще существует. Но... если бы кто-нибудь смог связаться с богом, к примеру, женщина в Сел... Шикари прикусила язык, поняв, что сказала чересчур много и сообщила, что уходит. Ульмия решила продолжить поиски Прише, на что Сид посоветовал ей поторопиться и отыскать девушку прежде, чем это сделают убийцы митра. А пока Сид попросит Теншодо занятья поисками, Ульмии надлежит оставаться в Бастоке. Ульмия ушла; Сид так и не сообщил ей о том, что выяснил Тензен.

В глубинах Мовалполоса Сел'теуса встретили моблины, искренне считающие его реинкарнацией самого Проматии. Возрадовавшись, они обещали показать ему "сверкающее место". В отдалении за происходящим зорко следил Луверанс, обнаруживший, наконец, искомого мальчика (сюда он прибыл, предположив, что статую Проматии, пребывающую в соборе Тавназии, извекли из сих пещер). За спиной его возник галка, вопросивший, кто он такой и что ему здесь надо. Сам галка назвался Джаббосом и сообщил, что долгие годы живет в мире с моблинами. Он спросил Луверанса, что это за мальчик пришел к его соседям. Тот объяснил, на что Джаббос заметил, что моблины поклоняются богу сумрака, а детей Алтаны атакуют лишь завидя. Как раз в эту минуту в подземном городе появились тройняшки Чебукки. Сюда они попали случайно, сбившись с дороги, но увидев Сел'теуса, решили схватить его. Луверанс, испугавшийся, что мальчик достанется им, выскочил из укрытия и бросился наперерез тару. Джаббос, решив закончить конфликт малой кровью, швырнул в гущу собравшихся ослепляющий снаряд... Придя в себя, чужаки обнаружили, что находятся в клетях. Чебукки потребовали свободы как неприкосновенные представители Джеуно, но моблины не обратили на них ни малейшего внимания. Джаббос призвал всех к спокойствию, после чего объяснил моблинам, что их обманули и этот мальчик ни в коем случае не является Проматией, ибо в груди его нет кристалла, как у статуи, похищенной из сих подземелий 20 лет назад. Моблины, посовещавшись, согласились с этим, а Джаббос добавил, что народ их создан кем угодно, но уж точно не Проматией. Сел'теус же оставил мирские дрязги за спиной и направился вглубь подземных шахт. Моблины устремились следом за ним. Джаббос отворил двери клети и Чебукки также бросились вдогонку. Луверанс попросил Джаббоса пойти с ним в Басток и объяснить, что происходит, и галка согласился. Его самого весьма заботили отношения Сел'теуса и моблинов.

Тем временем в лабораторию Сида ворвалась Корнелия, дочь президента, заявив, что моблины атаковали одну из закусочных в порту Бастока. Их отогнали, но среди посетителей есть раненые. Сид поинтересовался, здорова ли Хильда (его тайная возлюбленная). В дом вошел Луверанс, с порога заявив, что Джаббос оказался на месте нападения и был похищен, и что следует немедленно его вызволить. Сид поинтересовался, о ком таком идет речь, и Луверанс разъяснил, что Джаббос - галка, последние 100 лет приглядывавший за моблинами и держащий их подальше от мира. Галка Райбат, помощник Сида, оказавшийся также в помещении, припомнил, что Джаббос давным-давно покинул свой народ и отринул свою личность, тем самым низведя себя до уровня моблинов. И все же Луверанс настаивал на спасении нового товарища, ведь без его помощи им, быть может, никогда не удастся изловить Сел'теуса.

Вернувшись в Мовалполос, Луверанс обнаружил Джаббоса, в одиночестве стоящего на площади подземного города. Рыцарь спросил галка, почему тот вернулся, но Джаббос зашагал прочь, бросив "не о чем беспокоиться, я умиротворю моблинов, нужно лишь время". Луверанс заметил, что именно это он безуспешно пытается сделать вот уже 100 лет. "Моблины рождены такими, и это не изменишь", - заметил рыцарь. - "Они никогда не поймут нашей логики, а мы не поймем их. На каждой из сторон есть несколько индивидов, что могут научиться сопереживать иной расе, но когда нация их объединяется, природа берет свое. Воля народа подавляет волю личности. Их воля - это их судьба, и это не изменить. Они никогда не предадут Сел'теуса, ибо такова их суть, такова воля Проматии, возложенная на Сел'теуса 10000 лет назад". Джаббос покачал головой, уверяя Луверанса, что моблинов просто вводят в заблуждение. Давным-давно у гоблинов была легенда, гласящая, что когда они найдут "железного великана, озаренного светом", то получат бесконечное могущество. Часть гоблинов, рекомая моблинами, начала поиски в глубинах земли. Так они обнаружили каменную статую и уверовали, что именно это и должны были найти. Но сколько они не молились и не приносили жертв у статуи, взамен не получали ровным счетом ничего. Моблины стали совершать набеги на города и веси, похищать представителей различных рас в надежде найти ответ, почему молитвы их остаются безответны. И тогда он, Джаббос, великий воин галка, решил остановить их. Войдя к моблинам в доверие, он понял, что статуя изображает Проматию, о чем и сообщил новым товарищам, надеясь, что они отвратятся от этого божества. Но моблины увязали и эти новые сведения со своими верованиями, решив, что Проматия и есть тот, кто сказал им отправляться на поиски статуи; стало быть - их создатель. Обретя нового бога, моблины решили, что судьба их - ненавидеть и уничтожать все создания богини рассвета. Галка остался с ними, дабы указать моблинам на их заблуждения. Луверанс молвил, что Джаббосу не следует этого делать, ведь рано или поздно моблины бы узнали о том, что сотворил их бог сумрака, как и всех зверолюдей. И вновь Джаббос ответил отказом, добавив, что жрица из Тавназии уверила его в ошибочности легенды и в том, что моблинов сотворил кто угодно, но не Проматия. Луверанс озадачился: церковь отрицает собственные учения касательно теории происхождения зверолюдей?

Джаббос припомнил, что та же жрица говорила ему о том, что бог сумрака умер задолго до появления в мире зверолюдей. Но он вернется и настанет конец света. Жрица посоветовала ему продолжать искать железного гиганта вместе с моблинами. А когда оный обнаружится, спящие боги явят ему истину. А затем она ушла, забрав с собою статую Проматии. После чего моблины вновь начали раскопки, обнаружив подезмный коридор, ведущий к огромному кристаллу, несущему свет в Вана'дель.

Неожиданно из теней выскочили моблины, крича, что Джаббос все время лгал им. Наверняка они слышали его беседу с Луверансом! Галка признал свою неправоту, но вместе с тем заметил, что никогда не считал моблинов детьми Проматии. В отвращении те отвернулись от бывшего друга, посоветовав ему никогда больше не возвращаться к ним в общину. Джаббос закручинился было, но Луверанс поставил вопрос так: если галка отправится с ним и поможет его союзникам, то тем самым поможет и друзьям-моблинам. Ибо не только моблины, но и все живые существа скованы цепями Проматии. И если цепи - часть проклятия бога сумрака, тогда моблины воистину не его дети, а просто исполнители его злой воли. Подумав, Джаббос согласился встретиться с Сидом.

Герои рассказали обо всем Сиду и тот пришел к выводу, что страж апокалипсиса может оказаться реинкарнацией бога сумрака. И если это так, то с ним придется сразиться, а делать этого ему очень не хотелось. Сид поинтересовался, куда делся мальчик, но Джаббос лишь пожал плечами, сказав, что моблины продолжают расширять и укреплять туннель, ведущий к кристаллу. Вероятно, Сел'теус окажется там. Сид постановил, что надлежит проследить за моблинами, дабы предугадать их следующий шаг, ведь не могут же они допустить стража апокалипсиса к пятому изначальному кристаллу. Луверанс согласился, но предложил дать моблинам закончить их труд. Тогда мальчик точно появится у кристалла, где они его и схватят. Сиду идея не понравилось, ибо вполне возможно, что соратники его не успеют спасти кристалл, и все же он согласился. После чего заявил, что работает над куда более важным проектом. До него дошли слухи, что Бахамут собирает свои силы высоко в небесах за пределами досягаемости воздушных кораблей. Луверанс поинтересовался, собирается ли он модифицировать свой новый корабль "С.И.Д.", тот самый, на котором рыцарь доставил Прише и Ульмию из Тавназии. Сид намекнул, что, возможно, он так и сделает, и попросил Луверанса с Джаббосом не спускать глаз с моблинов. Рыцарь вспомнил о Прише, спросил, не появлялась ли она здесь. Сид поведал ему об Искоренителях грехов митра, идущих по следу девушки. Кроме того, он поделился сведениями, узнанными Ульмией, а также рассказал, что у Прише находится Звезда Тавназии. Луверанс задумался о мотивах девушки, ибо последние ее поступки вызывали у него полное недоумение, но тут в дом вошли Ульмия и Корнелия. "Прише видели в Джеуно!" - выпалили они. Люди Теншодо сообщили ей, что у стражей имеется приказ арестовать ее, но Прише и слушать их не стала. Почему же она пошла туда, рискуя угодить в темницу? Ульмия предположила, что Прише хочет с кем-то встретиться... Выйдя из дома Сида, она направилась в порт, дабы на ближайшем судне отплыть в Джеуно. Сид отправил Райбата на поиски Тензена, попросив передать тому послание о всеобщем сборе в порту. Луверанс и Джаббос также должны пойти с ними, а за моблинами пока присмотрят мушкетеры. Герои должны прибыть в Джеуно все вместе и отыскать наконец Прише.

28. Отзвуки времен

Добравшись до Джеуно, герои обнаружили, что Прише сдалась герцогским стражам. Ульмия не могла поверить в то, что она это действительно сделала! К счастью, правители сейчас заняты иными проблемами, быть может, предоставляя им шанс отыскать Прише и убедить ее отправиться вместе с ними. Тензен прагматично заметил, что им не помешает придумать хороший план, а для этого Ульмии надлежит отправиться в таверну в Верхнем Джеуно, которую на время предоставил им Альдо. Прибыв на место, герои поведали друг другу о своих недавних приключениях. Тензен усомнился в верности сделанных выводов, предположив, что, быть может, существует иное объяснение происходящему. Но они знают, что мальчик появился для того, чтобы помешать планам древних и похитить свет кристаллов. Кроме того, Темное Божество оказалось совсем не Проматией. Но это же Темное Божество сообщило моблинам о приходе стража апокалипсиса, к тому же Ульмия ясно видела черный магисит в груди Прише. По легенде, в камне заключена Пустота Проматии, бога сумрака. После чего Тензен поделился знаниями, узнанными от Карбункла и Фенрира - страж родился в Тавназии. Ульмия в ужасе замерла, боясь поверить в то, на что они все намекали. Они с Прише были друзьями еще до разрушения Тавназии... Она не может оказаться стражем!

Ульмия уверяла друзей, что никогда доселе не встречала личность, столь чистую сердцем, столь верную и храбрую, как Прише. Да и как страж апокалипсиса может убеждать Дьяволоса спасти мир? Тензен запнулся, вконец сбитый с толку. Будь у них время и знания, они сумели бы спасти Прише от ее судьбы. Но времени-то как раз и не было. Бахамут и его твари должны быть остановлены. Шикари заметила, что если кардинал все еще жива, она использует Прише, чтобы пробудить бога сумрака. Джаббос же заявил, что стоит Проматии проснуться и остановить моблинов будет невозможно: создания эти ввергнут мир в пучину войны. Ульмия наотрез отказалась помогать товарищам, желающим причинить вред Прише, и выбежала из таверны. Шикари остановила остальных, сказав, что первоочередная задача их - отыскать Прише, а Ульмию на время стоит оставить в покое. Луверанс порешил обратиться за помощью к старым друзьям.

Ульмия бродила по Садам Ру'люд, раздумывая, что бы ей предпринять. Сознавая, что сказали ее союзники... Сознавая, что Бахамут хочет уничтожить мир... И сознавая, что они должны спасти Прише от уготованной ей судьбы... Она чувствовала, что ошибается. Но, если верить Дьяволосу, невозможно спасти и мир, и населяющие его народы. Ульмия задумалась, почему вообще он предложил Прише отправиться в царство снов; знал ли он все это время, что она - страж? И знала ли об этом кардинал? Не потому ли у Прише амулет? Столь много вопросов, и все же... Когда Прише лишилась чувств во время их недавних приключений и амулет ее был украден, она успела сказать, что чувствует присутствие кардинала через амулет. Ульмия вопросила Прише, не кардинал ли забрала ее амулет, но зачем ей прибирать к рукам собственный подарок? Прише ответила, что кардинал всегда следила за амулетом, дабы быть уверенной, что Прише не попадет в беду. Кардинал сказала Прише, что вернулся старый друг и амулет нужен ей, как никогда раньше. Кардинал извинилась за свой поступок и добавила, что, пока Прише находится в Джеуно, она пребывает в безопасности. Ульмия заметила, что если дело в этом, кардинал должна бы уже узнать о выживших жителях Тавназии, но она так и не явилась им на помощь. Прише не согласилась с этим утверждением, сказав, что Тавназия вверена лишь ей одной. Ульмия задумалась, что бы это значило, но их беседа оказалась прервана подошедшими товарищами. И сейчас, гуляя в Садах Ру'люд, Ульмия вновь и вновь прокручивала в голове тогдашний разговор. Какую миссию кардинал возложила на Прише? Уж явно не воскрешение бога сумрака! И Ульмия отправилась искать ответы в одиночку, дабы пресечь пучину безумия, охватывающего мир.

Тем временем, во дворце Вольфганг заканчивал подготовку воздушного флота к атаке на драконов, когда пришли темные вести - герцог и его брат таинственно исчезли. Также Наг'молада и леди Эша'нтарл обретались неведомо где. И в довершение всех бед, трио тарутару угнало один из воздушных кораблей.

Эша'нтарл глядела в морские воды у берегов Тавназии. Она заметила, что хотя система проводников энергии через кристаллы и не функционирует более, пока сохраняется жизнь в Вана'деле, сохраняется и память о кристаллах, и ничто не в силах это изменить. Все мы рождены из сияния кристалла и туда же возвращаемся, умирая. Внезапно в разуме ее раздался голос: "Люди также рождены из тьмы, в нее и возвращаются. Внутри вас есть как свет, так и тьма. Вы рождены из ярчайшего света, а затем медленно отдаетесь во власть Пустоты, жаждущей лишь забвения. Таков жизненный цикл, начатый богиней рассвета. Цикл, созданный ради бога сумрака, Проматии". Эша'нтарл резко обернулась, встретившись взглядом с Сел'теусом. Теперь, 10000 лет спустя, настало время выяснить, почему их пути пересеклись вновь. Договор, заключенный им с воплощениями, был исполнен мирянами Вана'деля; приход стража апокалипсиса был предотвращен. И все же Бахамут считает, что не до конца исполнил свою роль. Неужто это правда - пока страж не освободится от цикла изначального кристалла, договор не исполнится окончательно?... Сел'теус молчал, не отвечая на этот вопрос. Тогда Эша'нтарл попыталась заговорить с ним с помощью амулета, связующего их души. "Давай же наконец пройдем по пути, приведшем нас сюда спустя 10000 лет. Ради Вана'деля, ради будущего". Она коснулась амулета и ярчайшая вспышка света поглотила их обоих. Сел'теус исчез, а Эша'нтарл пала наземь. Рядом с ней появился Наг'молада, вне себя от ярости - мальчик вновь ушел от него. За спиною его притаились три Чебукки. Наг'молада считал, что понял наконец замысел Эша'нтарл. Судя по всему, она надеялась связать души с помощью амулета. Хотела ли она, чтобы душа ее оказалась подчинена, как у Прише? Наг'молада помедлил... Навряд ли, скорее всего она собиралась сделать вид, что подчинена... Дабы защитить себя? Причина, по которой Сел'теус вновь скрылся? Мысли Наг'молады становились все более беспорядочными. Эша'нтарл молча глядела на него, видя, как Наг'моладой овладевает странное безумие. Последний рассмеялся, заявив, что она - истинная зиларт, но он узнал правду от изначальных кристаллов. А истина состоит в том, что Эша'нтарл от рождения кулуу, как и он сам. Палаты Сумерек были созданы Ив'нойл, дабы вернуть кулуу их шепот души. Он должен был понять это сразу же, когда Бахамут упомянул сие название. Будет ли он прав, если предположит, что вмешательство зиларт в исследование Аль'тае призвано скрыть факт факт существования города? Оказался ли его дар дипломатии кулуу наконец полезен?

Эша'нтарл ответила, что Палаты Сумерек, ровно как и Аль'тае были уничтожены 10000 лет назад. Уже тогда она поняла, что он ни за что ей не поверит, хотя даже зиларт не сомневаются в этом факте. Наг'молада промолвил, что когда Аль'тае была окружена энергией кристалла, то вобрала в себя мощь воплощений. Сие вызвало аномалию в пространстве и времени, перенеся воплощения их далекого прошлого в настоящее. По крайней мере, так считает он сам. Будучи кулуу, он не рискнул говорить от лица зиларт, хотя Дьяволос сообщил ему несколько интересных фактов. Воплощения утверждают, что Аль'тае существует, и путь туда ведет через пятый кристалл! И кроме того, в городе по сей день живут и здравствуют зиларт! И он, Наг'молада, проверит эту информацию, достигнет города, затем - Палат Сумерек, где и получит бессмертие. Такое же, коим обладает Эша'нтарл!

Последняя подошла вплотную к Наг'моладе, встретила его взор. Жажда обретения могущества зиларт заставила его предать кулуу, но теперь он должен выслушать ее и прекратить поиски столицы, ибо ныне это запретное место, отмеченное злом; об этом ей поведал Сел'теус. Наг'молада тут же обвинил ее во лжи. Эша'нтарл предложила ему в качестве доказательства амулет, которого коснулся Сел'теус, но Наг'молада наотрез отказался использовать его. Да и чего ради? Чтобы предатель подчинил себе и его разум тоже? И Наг'молада решил расправиться с Эша'нтарл здесь и сейчас, а вину за убийство попытаться свалить на Сел'теуса. Эша'нтарл умоляла его не причинять ей вреда, обещая Наг'моладе все, что он захочет, но тот лишь смеялся ей в лицо. О, она действительно кулуу, но как низко она пала! И тогда Эша'нтарл с улыбкой взглянула ему в лицо. Уж кто пал, так точно не она!

Неожиданно Наг'моладу окружил сгусток пустоты, в котором он и исчез. Довольные собой, Чебукки поздравили друг друга с удачным заклинанием. Эша'нтарл поблагодарила тару; наконец-то те показали хоть какое здравомыслие. Но Сел'теус исчез, а ей самой еще много предстоит сделать. Он явил ей столицу; может ли это быть истиной? Внезпно в небесах прямо над ней пронесся дракон. Эша'нтарл подняла взор, понимая, что сражение с гигантскими ящерами вот-вот начнется. Ненужная, бездумная война. И вновь в голове ее зазвучал голос: "Нет иного выбора, кроме сражения... Богиня Алтана... Ниспошли нам победу!"

Весть о возвращении Эша'нтарл достигла герцогских стражей Джеуно. Настало время армаде выступить против драконов! Ульмия наблюдала за приготовлениями воздушных кораблей к отлету, когда до нее донослись три знакомых голоса - Чебукки. Один из стражей, Феримосьель, объяснил ей, что хотя тару и утверждают, что следуют приказам, все же они нарушили закон, ровно как и Наг'молада. Подойдя к тройняшкам, Ульмия спросила их, что же случилось, благо теперь они считаются героями, сохранившими жизнь Эша'нтарл. Чебукки рассмеялись: конечно же, они герои, идеальные кандидаты в будущие правители Джеуно. И тут за спинами их появилась Прише. Чебукки в ужасе отстранились, а Прише принялась отчитывать их, обещая, что еще трижды подумает, прежде чем доверит им править Тавназией. Уж лучше бы им оставить свою козни и вновь начать действовать сообща, или она собственноручно спустит их в первый же шлюз! Прише разъяснила Чебукки, что их миссия - надзирать за народом Тавназии, оберегать их, а в том числе и Ульмию. Перед последней Прише извинилась за свои недавние действия, после чего предложила ей проследовать во дворец.

Там их встретила Эша'нтарл. При виде ее Ульмия не смогла сдержать изумления, считая, что видит привидение. Эша'нтарл - кардинал Милдорион?!? Да что происходит?!? Милдорион извинилась за всю конспирацию, заметив, что сейчас нет времани для долгих объяснений. Хотя кое-что должно быть сказано. 10000 лет назад она родилась в Аль'тае, и звали ее Эша'нтарл, а не Милдорион. Наг'молада и иные члены Общества Арматрин, ныне правящие Джеуно, принадлежат к ее древней расе, недавно очнувшейся ото сна. И все же она отличается от них - своим бессмертием! И жизнь свою она посвятила исполнению договора, заключенного Сел'теусом с пятью мирскими воплощениями. 10000 лет спустя родится дитя судьбы в предначертанном месте - страж апокалипсиса, тот, кого она поклялась уничтожить в заключенном договоре. Долгие годы она готовилась к приходу стража, и ей открылось новое знание: убийство стража заставит тьму возродиться в новом теле. Дабы прервать сей бесконечный цикл, надлежит уничтожить саму тьму там, откуда исходит вся жизнь, и куда она возвращается - изначальные кристаллы! Дабы изгнать тьму полностью, страж апокалипсиса должен быть убит в воплощении не человека, но бога. Именно поэтому она собиралась с помощью Баллады Бессмертных возродить Проматию.

Пророчество о "воскрешении и уничтожении" внезапно предстало Ульмии во всей ясности. Прише продолжила рассказ. План провалился. Пустота, находящаяся в ней как в страже, почувствовала Глаз Алтаны и оказалась заключенной в черном магисите. Мир Прише в тот момент перевернулся с ног на голову: она получила возможность читать мысли и, как Эша'нтарл, стала бессмертной. Ульмия вопросила, действительно ли Прише страж апокалипсиса. Возможно, теперь все по-другому и она боле не является оным!

Прише промолчала. Ульмия в ужасе отступила назад. Если ничего не изменилось, что же теперь станет с Прише?! Эша'нтарл ответила, что судя по действиям Бахамута, страж все еще пребывает среди смертных, а кроме Прише, вариантов больше нет. Прише добавила, что, как открыл ей Дьяволос, Король Драконов хочет уничтожить ее в воплощении Проматии. Такова ее судьба - быть уничтоженной вместе с магиситом, и вырваться из цикла, установленного изначальными кристаллами. Ульмия не могла принять судьбу, уготованную ее подруге. Прише добавила, что если они узнают пятый куплет "Памяти о С'тоне", то смогут без страха противостоять как Бахамуту, так и Проматии. И все же Ульмия отказывалась принять для себя такой поворот событий, слишком уж они полагаются на удачу.

Эша'нтарл успокоила ее, сказав, что Прише не даст с собой расправиться. Пока неизвестен пятый куплет, все, что им остается - бросить армаду Джеуно против Бахамута. В зал вошел Вольфганг, отрапортовав о готовности флота. Улыбнувшись друзьям, Эша'нтарл посоветовала им как можно скорее оставить Джеуно, после чего направилась к выходу. Они должны возвращаться в Тавназию и организовать защиту своей родины. Ульмия и Прише остались одни. Последняя заметила, что на ней все еще лежит важнейшая миссия, и попросила Ульмию отправиться в Сельбину, ибо там пребывает та, кто знает пятый куплет. Быть может, эта персона сможет помочь им, хотя память ее несколько "затуманена". Из теней выступил Луверанс. Он признался, что шпионил за ними и слышал все до последнего слова. И он также знает о девушке из Сельбины и может пролить свет на ее прошлое.

Прибыв в Сельбину, Луверанс и Ульмия наткнулись на девушку, которую она сразу же узнала. Давным-давно она пела в хоре, так же хорошо, как и сама Ульмия. Это она - Эмелин, старшая сестра Альдо! Память ее воистину оказалась "затуманена". Девушка внимательно выслушала визитеров, но заявила, что ничем не может помочь им. Ее имя - Матильда и она жила в Сельбине всю свою сознательную жизнь. Ульмия вконец сконфузилась: возможно, они и ошибаются, но сходство просто поразительно. Тогда она спросила, был ли у Матильды брат? Да, ответила то, но их разлучила война. Она мало что помнит из тех дней, но верит, что он все еще жив... где-то. Тогда Луверанс спросил, не знает ли она песнь своей юности? Быть может, даже сможет исполнить ее для них? Песнь должна пребывать с ней, в ее сердце. Видения наполнили разум девушки. Кардинал Милдорион... Тавназия... Балада Бессмертных? Пятый куплет?! Луверанс вытащил артефакт, полученный некогда от тару в Виндурсте - Зеркало Мимео. То самое, с помощью которого он прочел мысли Вукки-Чебукки. Внезапно во вспышке света всем, находящимся в комнате, явилось видение темного кристалла, темного магисита из северных пещер. Теперь вокруг него толпятся сотни демонов и зверолюдей. До слуха героев донеслись слова: "Так кончается легенда... Начало... кристалл..."

Ульмия размышляла, что за магия вызвала видение, но Луверанс ответил, что все дело в его артефакте - Зеркале Мимео. Любой уважающий себя искатель приключений слышал о нем. Этот артефакт обшаривает разум и память собеседника. Он спросил, сможет ли Ульмия исполнить только что услышанный пятый куплет, но тут же заявил, что, быть может, это и не понадобится, ведь стоит Бахамуту увидеть магисит Прише, у него не останется никаких сомнений. Кроме того, мы же не хотим потерять Звезду Тавназии. Ульмия удивленно взглянула на Луверанса, не понимая, что тот имеет в виду. На что он ответил, что есть кое-что, о чем он должен поговорить с Прише наедине. Настало время возвращаться в Джеуно.

До Сида в Бастоке дошли вести о творящемся в Джеуно. Наконец-то части головоломки складываются воедино. Немедля он призвал к себе Тензена, Шикари с ее подручными митра, а также Джаббоса. Сид сообщил, что для завершения соглашения, заключенного 10000 лет назад между Бахамутом и Сел'теусом, Милдорион пытается возродить Проматию. "А магисит в груди Прише - затвердевшая сущность ее внутренней Пустоты", - добавила Шикари. Ее Искоренители грехов не могли оставаться спокойными и собранными при виде этого. Сид погрузился в воспоминания о Прише. Ни одной мольбы о помощи не слетело с ее губ; она в одиночку несла свой тяжкий крест по жизни, о чем не ведала даже ее лучшая подруга, ощутившая, правда, что-то неладное. Сид переживал за них обеих, ибо не пожелал бы такой судьбы даже врагу.

Прагматичный Тензен вопросил, как же им следует поступить. Феникс посоветовал ему прекратить дразнить Бахамута. "И все же, страшнейшая угроза на данный момент - войско драконов", - заметила Шикари. Если они сразят их короля, расправиться с подданными будет гораздо легче. Сид подвел итог: у них есть три пути. Первый - позволить судьбе идти своим чередом, и мир в итоге будет уничтожен. Второй - на воздушном корабле они присоединятся к флоту Джеуно и выступят против Короля Драконов. И третий - они узнают последний куплет "Памяти" и столкнут бога сумрака с Прише. Джаббос забормотал: "Бог сумрака... Он проклял мирян... Заставил нас сражаться... Если мы уничтожим его, проклятие развеется... Но есть ли у нас силы?" В ответ Тензен сказал, что есть силы или нет, они должны сражаться, тем более, что Феникс на их стороне. И все же, по словам Дьяволоса, ни один смертный Вана'деля не в силах одолеть стража апокалипсиса... Вновь выступил Сид, сказав, что они ступают на очень опасный путь, и по его мнению, следует подождать, какой ход предпримет Прише. Так что всем им надлежит отправиться в Тавназию. А он присоединится к ним позже, так как Гилгамеш и Теншодо должны вот-вот доставить ему кое-какие "особые" детали.

В тавназийской таверне "Морской лев" отряд вновь собрался вместе, и Сид проинформировал товарищей о возникшей проблеме с Прише. Ульмия и Луверанс рассказали остальным, что произошло. Они боятся, что Прише вновь скрывается, на этот раз на одном из воздушных кораблей Джеуно. Тензен предположил, что она собирается атаковать Короля Драконов, но Ульмия заметила, что Прише знает, что они последуют за ней. Она знает, что они чувствуют и что они сделают. Может ли она читать их души? Почему верить в кого-то порой так больно? Джаббос ответил ей, что даже когда два сердца связаны воедино, избежать боли порой невозможно. Когда мир переполняет печаль, единственный способ избежать боли - изменить его. 10000 лет мир был скован цепями злого божества. И Прише собралась изменить это. Сид заявил, что должен отправиться в Басток на корабле Гилгамеша и сообщить президенту о том, что если у них не получится одолеть Короля Драконов, надлежит готовиться к страшным последствиям. Он назначил Луверанса капитаном своего воздушного корабля и пожелал всем удачи. Будущее теперь всецело в их руках.

Гул двигателей и пропеллеров знаменовал отлет корабля "С.И.Д.", под завязку нагруженного пушками и специальным оборудованием. "Интересно, сможем ли мы увидеть леди Прише?" - отсутствующе молвил Тензен, взглядываясь вдаль. По словам Альдо, флот Джеуно после взлета собирается разделиться на две части. Основной отряд постарается выманить драконов с мыса Риверн, второй же атакует Бахамута. Тензен предположил, что Прише окажется во втором отряде, который, однако, сможет вступить в бой лишь после удачной диверсии первого. Ульмия согласилась с Тензеном; у них еще есть время... Двери капитанской рубки распахнулись, и Луверанс впихнул внутрь трех вездесущих тару. Неужто это и есть тайное оружие Сида? Чебукки с присущим им простодушием заявили, что не хотят больше быть правителями Джеуно, а хотят стать воздушными пиратами! Шикари, разинув рот, созерцала тару, когда внезапно огромный лазерный луч ударил в нос их корабля. Предупреждающий выстрел армады Джеуно? Луверанс бросился в рубку, дабы связаться с атакующим кораблем и разъяснить ему, что они здесь, чтобы помочь! Чебукки бросились носиться взад-вперед, все время попадая кому-то под ноги. Ульмия постановила, что они должны пришвартоваться к кораблям Джеуно и лично побеседовать с тамошними капитанами.

Переходя с одного корабля на другой, герои искали Прише, несмотря на несмелое сопротивление герцогских стражей. Внезапно на палубе одного из судов появились машиноподобные куклы Общества Арматрин, атаковавшие их. Расправившись с ними, герои огляделись по сторонам: на палубах иных кораблей царила суматоха. Некие биомеханические создания набросились на флот Джеуно. Но кто же их послал? Герои разглядели Прише на борту одного из кораблей и с помощью заклятия телепортации перенеслись к ней, отбивающейся от атаки огромной машины. Недалече пристроился Наг'молада, с интересом наблюдающий за схваткой, ибо конструкция сия реклась "Совершенным Оружием", одним из лучших его творений. Возможно, даже лучше тех, что создавались 10000 лет назад, во время расцвета древних цивилизаций. С помощью героев Прише разбила смертоносную машину. Наг'молада расхохотался было, но тут за спиной его возникла Эша'нтарл. Она строго вопросила, чем он смеет здесь заниматься, ибо теперь он лишен своего статуса и изгнан из Джеуно. А атака на Прише уж точно не вернет ему былого почета и уважения. Как он вообще посмел преступить границы дарованной ему свободы и атаковать флот? Попытка ли это воспрепятствовать их планам или просто порождение бездумной ненависти? Или, возможно, он хочет спросить у Бахамута путь в Аль'тае? Наг'молада молча глядел на Эша'нтарл, игнорируя все ее вопросы. Тогда та промолвила, что понимает его желание найти потерянную столицу. Кулуу лишились своего "шепота" и теперь вынуждены жить одни, не слыша разумов друг друга. Но путь их ведет к свободе. Они - дети одного народа. Теперь их дети, и дети их детей приходят в мир. Подобно тому, как изначальный кристалл разделился на пять осколков давным-давно. Они просто были готовы покинуть родное гнездо до того, как с этой мыслью свыклись зиларт.

Выслушав Эша'нтарл, Наг'молада обрушился на нее с вопросами. Если все это так, почему же она оставила свой народ и скрылась в Палатах Сумерек? Почему она поддержала зиларт, когда те перекрыли доступ в Аль'тае? Эша'нтарл попыталась ответить, но Наг'молада еще не закончил. Войдя в палаты, она очистилась от тьмы в своей душе. И он хочет того же - стать свободным, потому и ищет столицу!.. Прише встряла в разговор, заметив, что ему не помешает прекратить болтать и просто направиться в палаты. Путь к пятому кристаллу все время был под Мовалполосом! Изумленная, Эша'нтарл уставилас на Прише. Та продолжала тираду. Моблины Сел'теуса уже готовы открыть врата, можно просто проследовать за ним к кристаллу. Наг'молада усмехнулся: "Да, путь моблины отыщут кристалл!" А он уже начал гадать, когда же снова встретиться с мальчиком, с которым у него осталось незаконченное дело. Прише заявила, что теперь у него есть все необходимые знания, так что не помешает заняться делом! Эша'нтарл попыталась схватить Наг'моладу, но тот исчез с палубы корабля, а мгновением позже появился вновь, паря в воздухе. Он начал исполнять "Память о С'тоне", а в небесах возник огромный разрыв пространства. Наг'молада решил оказать героям услугу, ту самую, что получили кулуу 10000 лет назад.

Оказать услугу? Эша'нтарл вспомнила все... Неожиданно сквозь разрыв в небесах прорвался Бахамут, услышавший песнь. Наг'молада рассмеялся: "Я - кулуу! Сила моя исходит от защиты мирских воплощений! Я бессилен без вас!" Он, Наг'молада, привел ему этот флот зиларт как жертву пред мощью воплощения. Эша'нтарл проорала ему, что он ныне просто сумасбродный маньяк, а душа его полна тьмы! Наг'молада лишь ухмыльнулся. Потому-то он и должен очиститься в Палатах Сумерек. А затем он попросту исчез.

Чебукки собрались было дать стрекоча (хотя куда денешься с воздушного корабля?), но тут вперед выступила Прише. "Вот теперь стало действительно интересно", - прошептала она. Она призвала Бахамута выслушать ее. Ее имя - Прише, страж апокалипсиса. Она и магисит, рожденный из Пустоты и заключенный в ней - одно и целое. Она и ее друзья преследуют одну лишь цель - уничтожить Пустоту и Проматию. И здесь и сейчас, сказала она, они исполнят соглашение и явят истинную мощь детей зари!

Проигнорировав девушку, Бахамут обратился к Эша'нтарл, заметив, что это то, чего она и добивалась. Затем Король Драконов соизволил взглянуть на Прише. Нечего здесь являть и доказывать, громыхнул он, ибо ты никакой не страж! Все присутствующие лишились дара речи. Она - не страж?!? Бахамут же поздравил Эша'нтарл, детей Алтаны и Феникса, попытавшихся спасти детей этого мира. И поэтому он поведает им следующее. Истинный страж апокалипсиса находится в небесной столице Аль'тае, и является вместилищем тьмы. 10000 лет он спал и лишь сейчас пробудился. Эша'нтарл отказывалась верить тому, что слышала, Бахамут же невозмутимо продолжал. Кто восстановил систему проводников энергии, идущей от кристаллов? Последние зиларт? Дети Алтаны? Это неважно, ибо сила последнего кристалла - того, что сдерживает Аль'тае - начала иссякать. И совсем скоро небесная столица падет на Вана'дель. Когда это случится, появится страж и поглотит всю жизнь. И, наконец, Проматия начнет свое истинное правление. Именно поэтому он - Бахамут - здесь, дабы предотвратить геноцид смертных стражем. Если не будет жизни, которую ему предначертано поглотить, тогда и приход Проматии не свершится, ибо сил у бога сумрака будет недостаточно для проникновения в смертный мир.

Прише совсем запуталась, однако Эша'нтрал поняла все. Именно поэтому Бахамут хочет уничтожить жизнь... Прише спросила: "Если он все это знал, почему не сказал раньше?" Сейчас бы они могли быть в Аль'тае и расправляться со стражем. Тензен согласился с ней. Почему же Король Драконов не верит в детей зари? Бахамут ответил: он не верит в то, что не существует. Они не могут уничтожить бога сумрака, Сел'теус доказал это 10000 лет назад. Это их судьба. И от нее не убежать. Эша'нтрал прокричала: должен же быть способ! Они должны сражаться не с Проматией, а лишь со стражем! Поэтому Сел'теус и вернулся! Он хочет предотвратить падение Аль'тае в это измерение! "Невозможно, ему не хватит сил", - прагматично заметил Бахамут. Прише тщетно пыталась убедить его в своей правоте, но Бахамут разъярился на Сел'теуса, за то что тот вновь подверг опасности Вана'дель.

Внезапно небо вокруг Бахамута потемнело и темные потоки энергии устремились от Короля Драконов к воздушному кораблю. Герои бросились прочь по палубе корабля. Лишь Тензен остался на месте, обнажив свой клинок. Мощь Феникса столкнулась с темным пламенем, исторгнутым Бахамутом. Ярчайший взрыв расцвел в небесах.

В недрах земли у кристалла замер Сел'теус. Сверху медленно сыпались перья Феникса. "Феникс?" - вопросил Сел'теус. - "Вернешься ли ты в изначальный кристалл, как и множество иных душ?" Молчание в ответ... Но он понял все и так. Жертва Феникса купила им всем еще немного времени... Сел'теус ударил в землю кулаком и Пустота поглотила все вокруг.

29. Во свете кристалла

Чебукки очнулись на равнине Тавназии. Живы, и то хорошо. А как им это удалось - не важно. В Крепости Тавназии Прише пыталась собрать вместе героев. Феникс спас их от пламени Бахамута, что потребовало отдачи всех его сил. Жизнь стала Прише несколько в тягость. Даже если она погибнет, остальные ведь все равно продолжат сражаться? Всегда можно найти выход. Смогли же народы жить с тяготеющим над ними проклятием. Джаббос и Шикари оглядели героев на предмет полученных ранений, сказав, что телесные раны - не единственные, которые можно вынести из подобной схватки. Пропасть между драконами и смертными слишком уж глубока, и объясниться с ними навряд ли удастся. Если смертным удастся получить силы спящих богов, лишь тогда сии расы смогут говорить друг с другом как равные. А сейчас - Ульмия и Тензен до сих пор не явились на общее собрание в большой зал Крепости.

Луверанс, бродивший у акведоков, прослышал, что Тензен покинул Крепость в одиночку. Возможно, он опечален утратой волшебных свойств своего клинка-Феникса. Но он спас жизни всех и они как могли поблагодарили его.

Когда Прише вошла в комнату Ульмии, та поведала ей, что лишилась чувств сразу после сражения и не может вспомнить, что случилось потом. Но в ушах ее все еще звенит ужасный боевой крик, а в душе звучит шепот, заставляющий сердце сжиматься от страха. И если иные воплощения отрешились от смертных дел, верный Феникс всегда пребывал рядом с ними. Как и Тензен, он придавал ей мужество и силы. Но все ли в порядке с самим Тензеном? Прише и сама себе задавала этот же вопрос. Похоже, Тензен замкнулся в себе.

Последний же стоял у массы разрушенных каменных глыб, в которую обратился Риверн, и предавался воспоминаниям о Пустоте, медленно поглощающей его народ. За спиной его возникла женщина-ниндзя. "Да", - ответила она на его высказанные вслух мысли. - "Река Хакутеи совсем обмельчала и бандиты принялись грабить приграничные селения. Силы Империи на исходе". Нинздя умоляла Тензена вернуться, говоря, что Император наверняка простит ему использование Феникса, который обязательно возродится, вкусив плоти варваров. "А если этого будет недостаточно?" - бросил Тензен. Ниндзя воззрилась на него. Тогда они приведут в действие иной план - вторжение в Джеуно. Спасти изначальные кристаллы - единственный способ остановить Пустоту. Тензен согласился с этим, но заметил, что не может вернуться. Не теперь. В последний момент Феникс наделил его способностью слышать голоса. Голоса детей, которых он не сумел спасти. Если он предаст их здесь и сейчас, то свершит грех, за который нет ему прощения. Он спасет кристаллы. Нинздя ушла, а Тензен направился назад в Крепость Тавназии, ведь Феникс наказал ему привести товарищей к пятому изначальному кристаллу. Наконец, все в сборе. На воздушном корабле герои вновь отправились в Джеуно.

В Верхнем Джеуно они арендовали таверну, куда некоторое время спустя нанесла визит Эша'нтарл в сопровождении Прише и Ульмии. Герои наконец-то осознали, что все они преследуют общие цели. Эша'нтарл тепло приветствовала Джаббоса и Шикари, которых не видела много-много лет. Луверанс высказал искреннюю радость при виде ее, на что Эша'нтарл со смехом заметила что, должно быть, его удача все еще с ним. Бахамут открыл им истину - страж находится в Аль'тае, стало быть, столица существует. Общество Арматрин занимается этим вопросом, но чтобы узнать больше, им нужно изловить самого Бахамута. Но есть еще одно неотложное дело. Кто-то отделил пятый кристалл от связующей их системы проводников. Прише воскликнула: как же теперь добраться до столицы? Тензен поддержал ее: действительно, как? Должен быть иной способ. "Подождите", - молвила Шикари. - "Эша'нтарл сказала "кто-то". Но кто?" Эша'нтарл не уверена точно, лишь несколько живущих ныне способны на такое. Наг'молада, Сел'теус... А прямо сейчас отряды Джеуно готовятся вторгнуться в подземный город. Джаббос в панике закричал, что должен остановить их и спасти своих друзей-моблинов. Луверанс прагматично заметил, что он пытается спасти их вот уже без малого 100 лет от чего-то подобного. Джаббос сломя голову выбежал из таверны, Луверанс и Шикари - за ним. Эша'нтарл заверила оставшихся, что понимает чувства, владевшие галка, но замыслы моблинов нельзя продолжать игнорировать, иначе они попросту уничтожат кристалл. Зная легенду о том, что кристалл дарует жизнь и принимает в себя души усопших, моблины разобьют его, истово веря, что тем самым принесут смерть всем детям Алтаны. Прише умоляла Эша'нтарл внимательно следить за деятельностью Общества Арматрин, и та обещала сделать все возможное. Но, если она будет занята сим наблюдением, героям предстоит самим решать остальные проблемы, а сама Эша'нтарл мало чем сможет помочь им. На том беседа завершилась и герои устремились вслед за Джаббосом.

Примчавшись в Мовалполос, Джаббос с ужасом лицезрел мертвые тела моблинов, усеивающие деревянный пол поселения. Услышав знакомые голоса, он обнаружил трех Чебукки и всерьез вознамерился прикончить их, положив, что ответственность за содеянное лежит на тару. Последние же верещали, что виноваты не они, а Наг'молада! В этот момент появились Прише и остальные, тут же встав на сторону тару: конечно, три недотепы просто неспособны свершить нечто подобное. Оглядев моблинов, Тензен заявил, что большинство из них еще живы, хоть и тяжело ранены. Как будто Наг'молада просто играл с ними. Перекинувшись парой слов с выжившими, герои узнали, что кулуу направился в туннель, ведущий к кристаллу, хотя теперь путь этот блокирует невесть откуда взявшаяся гора камней. Джаббос взревел в ярости: уж этого-то он точно не простит! Прише призвала его к спокойствию, промолвив, что должен быть другой путь. "Когда ответ не найти на земле, стоит обратиться к небесам", - молвил Тензен. - "Феникс станет нашим светочем. Он укажет нам путь." Прише уловила идею: если они сами не могут пробиться к кристаллу, быть может, Сид им поможет.

Вернувшись в Басток, Прише заявила Сиду о своих намерениях вновь взять его воздушный корабль и подняться на нем в небеса. Странный красный свет был замечен в северном море. Но Сид отказал ей, ибо в последнем сражении с Королем Драконов корабль был сильно поврежден, а на ремонт его уйдет значительное время. Ульмия заявила, что судьба дает им время, дабы морально подготовиться к решающей схватке. Джаббос согласился и собрался отправиться домой, помочь своим друзьям-моблинам. Остальные решили поступить так же. Лишь Тензен порешил остаться и помочь Сиду починить корабль. На данный момент, все, что герои могли - ждать.

Шикари вернулась к своим Искоренителям грехов. В древних книгах митра не говорилось ровным счетом ничего о Проматии, но теперь очевидно, что именно он повинен во всех бедах. Шикари, а ее истинное имя - Маг, в одиночку займется этот проблемой, а товарищи ее останутся защищать родину от дракогов и спящих богов, ежели такая необходимость возникнет.

Луверанс направился в Приют Плотника. Внезапно его атаковали тонберри, не доставившие, впрочем, воину особых хлопот. За схваткой из теней с интересом следил некий человек. Заметив его, Луверанс предположил, что именно эта личность стоит за нападением тонберри. Он громко призвал незнакомца сойтись с ним в сражении лицом к лицу, даже не подозревая, что черты лица скрывающейся в тенях фигуры с точностью копируют его собственные.

Закончив ремонт воздушного корабля в Бастоке, Сид вернулся в Тавназию. Вскоре прибыла и Прише, отдала своей подруге-стражнице Сьюлин несколько писем, добавив, что, если она не вернется, сии бумаги Сьюлин и Джустиниусу надлежит обнародовать. Джустиниус - легок на помине! - появился с отрядом стражей, доложил, что корабль к отлету готов. Прише удовлетворенно кивнула; судно собрался сопровождать эксорт, выделенный из флота Джеуно. Джустиниус поинтересовавлся, куда все-таки Прише собралась, на что получил ответ: к пятому кристаллу... и дальше.

И вновь воздушный корабль "С.И.Д." воспарил в небеса, направившись к ожидающей его армаде Джеуно, на этот раз выступающей в роли союзника. Джаббос заметил: что-то слишком уж тихо, в небесах даже птиц не видно. Шикари промолвила, что вторая часть флота под началом кардинала вступила в бой с драконами. Их корабль уже поравнялся с ожидающим эскортом, и Ульмия зашептала молитву Алтане, моля ее о защите. Прише посоветовала начинать молиться и остальным: они уже почти добрались до пункта назначения. Все находящиеся на палубе увидели огромный столб красного света, устремляющийся из морских глубин в небеса.

Внезапно одна из пушек зиларт открыла огонь в их направлении и почти сразу же в рубку корабля поступила передача: "Внимание! Ваша корабль отныне находится во владении Самураев-Воздушных Пиратов Чебукки!" Прише пришла в ярость, но в этот момент весь ее отряд оказался телепортирован на борт одного из кораблей армады. Она одна осталась на палубе... Перед героями стояли Чебукки, грустно сказавшие, что теперь они не "высококлассные пираты", а их заданием было эксортировать корабль Прише. Но так как это приведет их к неминуемой смерти, они, посовещавшись, решили переквалифицироваться в Самураев-Воздушных Пиратов, ибо так пожелал их новый наниматель - Тензен! Все взоры обратились к нему. "Изначальные кристаллы", - промолвил Тензен. - "Источник жизни и последняя юдоль уставших душ. Все души возвращаются к тому кристаллу, который находится ближе других к ним в момент смерти". И он ждал этого момента, когда они будут омыты светом пятого кристалла.

Выхватив меч, Тензен атаковал недавних товарищей, но сил его оказалось недостаточно. Без магии Феникса, заключенной в клинке, он не оказался слишком уж грозным противником. "Никогда раньше меч не подводил меня в сражении", - грустно вымолвил Тензен. - "Стало быть... Только юная душа, несущая в себе Пустоту, может потушить свет кристалла." Тем временем к борту корабля приблизился "С.И.Д." Завороженные схваткой на палубе, Чебукки забыли стрелять из пушки, и Прише перепрыгнула с борта на борт, встав между Тензеном и остальными. "Прекратите сейчас же!" - приказала она. Прише ведала, что сказал Феникс перед смертью от пламени Бахамута, а он знал обо всем с самого начала. Почему еще она доставила их всех в это место? Но она никому не лгала и уж тем более не собирается никого отправлять на смерть! Они здесь затем, чтобы выжить!.. Алое сияние окутало воздушный корабль, и в то же мгновение он исчез.

Луверанс пал на колени, крепко сжав эфес клинка в руках: что происходит? Слепящее алое сияние не позволяло разглядеть ничего вокруг. Шикари встала рядом, подняла взгляд: что же это за место? Перед ними возник огромный кристалл - источник алого сияния, - окруженный тьмой, стремящейся пробиться внутрь. Джаббос несмело предположил, что это, должно быть, и есть пятый кристалл. Ульмия кивнула: похоже, что так, но почему же он так странно сияет? Воздух здесь ужасно холоден, а остальные кристаллы излучали тепло.

Внезапно знакомый голос заговорил с ними... точнее, в их головах: "кристалл - не часть Вана'деля". Из света кристалла выступил Сел'теус. По его словам, кристалл был заключен под Аль'тае 10000 лет назад. А когда столица оказалась вырвана из смертного плана бытия, кристалл постигла та же участь. Но не полностью. Когда система проводников энергии кристаллов была восстановлена, поток ее привел Аль'тае обратно в Вана'дель. Прише добавила: другими словами, кристалл терял силу, необходимую для удержания Аль'тае в ином измерении. Луверанс встрял в разговор: что значит - для удержания? "Тот ли это кристалл, о котором говорил Король Драконов?" - спросила Шикари. "Ослабление кристалла - причина, по которой страж апокалипсиса может прибыть в смертный Вана'дель," - разъяснила Прише. "Но если силы кристалла вновь восполнить..." - начал Джаббос.

За спинами героев появились Тензен и Чебукки. Тензен заявил: "Возвращение Аль'тае и появление стража будет предотвращено. Решение нашли Сел'теус и Феникс. Именно поэтому Сел'теус посетил все изначальные кристаллы. Дабы забрать их свет и силу и отдать их кристаллу, который сейчас находится перед нами". Сел'теус выступил вперед. Он - дитя тьмы и никогда не сможет стать несущим свет. Ему нужен был лишь источник силы - смертные герои!

Прише пояснила: пройдя через мой амулет, свет, забранный от четырех кристаллов, заставил их измениться. "Феникс говорил о тебе как о вместилище света", - вставил Тензен. - "Которому судьбой предначертано раскрыться перед пятым кристаллом." "Весь ваш путь - лишь ради этого момента", - Сел'теус подошел вплотную к героям: "Ваши смерти - единственный путь спасти Вана'дель и всех мирских жителей". Прише заступила ему дорогу. Если уж он так хочет спасти мир, почему бы не пожертвовать ее жизнью, или своей собственной? Затем Прише обернулась к Тензену, сказав, что не может поверить, что Феникс - воплощение Жизни - привел их сюда лишь затем, чтобы жизней лишить. Наверняка он собирается возродить их души собственной жизненной силой?. Тензен сконфузился: ответить на этот выпад ему было нечего. Прише продолжала: когда-то она была стражем апокалипсиса, и прекрасно знает, какой ужас и страх их всех ожидают. Но есть еще один вариант. Сел'теус должен выслушать ее.

Влить мощь пятого кристалла в самих героев! Их победы над Пустотой - дань не только силам четырех кристаллов, но также их душам, любящим этот мир и все живое в нем. Они одолеют стража! А Сел'теус должен пропустить их в Аль'тае! Мальчик обернулся к кристаллу, и яркий свет вновь залил все вокруг. Неожиданный взрыв подбросил Сел'теуса и Прише в воздух. Амулет сорвался с ее шеи и упал на землю. Сбросивший с себя заклятие невидимости Наг'молада подобрал его. Он усмехнулся, сказав, что также хочет, чтобы путь открылся. Тензен схватился за меч, решив, что время разговоров прошло.

Наг'молада обратился к Сел'теусу: "Разве раньше ты не говорил ту же фразу? Я одержу верх над божеством, живущим за вратами богов! Открою путь в Аль'тае! Твои ведь слова? Не находишь ли ты несправедливым то, что должен нести на плечах грехи всех мирян? Мы, древние, ответственны за творящееся сейчас и я приму свою часть сей ноши... И силу, которая идет вместе с ней!" Наг'молада направил амулет на героев, намереваясь вобрать в него весь их свет и использовать его самому. Прише выкрикнула: "Остановись!" Сел'теус обернулся к кристаллу. А затем покои залил ярчайший свет.

...Перед группой закутанных в плащи фигур возвышался огромный кристалл. "Давным-давно существовала разумная драгоценность", - начал речь один из них, Кам'ланот. - "Тогда пять кристаллов были едины, омывая мир священным светом". Замершая позади Эша'нтарл жадно ловила каждое его слово. "Волшебный свет изгнал Пустоту и породил могучих богов", - продолжал Кам'ланот. - "И боги эти своими силами привели в равновесие восемь внешних стихий и в гармонию - мириады аспектов внутреннего мира. Там началась эпоха вечного рая".

...В ином покое, как две капли воды похожем на комнату управления башни Делкфутта, Эльд'нарш говорил Сел'теусу: "Но рай оказался не вечен. Кристалл был разбит на пять частей и совершенное царство обратилось в незаконченный мир. Мы лишились статуса величайших жизненных форм и ныне влачим столь жалкое существование. И теперь мы должны собраться и направить энергию кристаллов, дабы открыть врата в потерянный план бытия. Мы все знаем об этом, и все же я до сих пор не могу понять. Как эта трагедия вообще смогла произойти? Почему изначальный кристалл раскололся на пять частей? Кто ответственен за это?"

...Палаты Сумерек, над которыми парят Хрустальные Воители. В тенях замерла Ив'нойл. "Народы этого мира обратились в пять рас, в каждой из которых заключена тьма", - молвила она. - "Хрустальные Воители, вы призваны сражаться с этим злом! Но даже ваши силы не смогут одолеть тьму. Пустота - вечная тень священного света. И если этот феномен представляет собой смерть, мало кто сможет спорить с тем, что это - неотъемлемая часть мира". Ив'нойл покачала головой. Был ли изначальный кристалл разбит ради детей зари? "Разве не так, о великая Алтана?"

30. Кровь Пустоты

"Потрясающе!" - прошептал Наг'молада, оглядывая незнакомый мир, раскинувшийся перед ним. А говорили, сюда невозможно попасть. Как давно мечтал он узреть эти величественные шпили и арки Аль'тае! Но что-то не так... Даже обладая последним амулетом, он не слышит через него никаких голосов - ни зиларт, ни Дев Зари. Наг'молада зло зыркнул на героев, все еще не пришедших в себя и лежащих на земле. Должно быть, это их беспорядочные мысли туманят его разум! И внезапно до слуха его все же кое-что донеслось... "Не помешает взглянуть на дворец Ху'Кзой", - решил Наг'молада. - "Быть может, даже встречу там Деву Зари". И он в одиночку направился к далеким башням древнего дворца.

Герои очнулись, с изумлением огляделись по сторонам. Казалось, вокруг них одна вода, а небо проглядывает сквозь стекло кристалла. Некогда здесь был разбит прекрасный сад, но теперь от былой красоты осталась лишь бледная тень. Странные создания парили в воздухе и под аморфной поверхностью, заменяющей здесь землю, не обращая ни малейшего внимания на пришельцев. И вновь Прише исчезла неведомо куда. А также Тензен с Чебукки. Пройдя немного, оставшиеся герои наткнулись на странные врата. До Ульмии, Джаббоса, Шикари и Луверанса донесся странный голос, взывающий к ним из-за них. "Путь этот ведет к королевскому дворцу зиларт", - заметил Луверанс. Странный голос упомянул Прише; возможно, там она и находится. Луверанса тревожило другое: то место, куда они попали, лежит за вратами богов или нет? Неужто древние все-таки пересекли легендарную границу? Ульмия посоветовала ему не делать необоснованные выводы, здесь красиво, но местные твари выглядят угрожающе; быть может, прав был Бахамут и страж апокалипсиса в самом деле где-то тут. И если Прише хочет пробиться во дворец, а Наг'молада уже внутри, то и им стоит поспешить. Джаббос предложил заняться поисками рычага, что поможет им открыть врата. Луверанс же озаботился иным: а смогут ли они вообще одолеть стража? Ведь Наг'молада забрал волшебный свет четырех кристаллов, полученный ими. Ульмия же твердо заявила, что если они будут держаться вместе, то преодолеют все трудности. Даже если свет четырех кристаллов похищен, сила пятого, дарованная Сел'теусом, все еще с ними. Но уж с кем, а объединяться с Наг'моладой Джаббос категорически отказался. Шикари добавила, что и от Тензена им стоит держаться подальше.

В первой из башен герои обнаружила Макки Чебукки, который извинился за предательство. Ведь по кодексу самураев он должен или подчиняться своему господину, или наложить на себя руки! Об этом он читал в какой-то книге. И вообще, голоса, звучащие в его голове, сводят его с ума! Тару попросился в союзники к героям, обещал даже отринуть путь самурая. В знак доброй воли он указал им первый из рычагов, отпирающих врата. Во второй башне им повстречался Кукки Чебукки, который повел себя в точности так же, как его брат, и заметил, что хочет повидать здешнего короля, после чего нажал на второй рычаг. К сожалению, роли принцессы и принцев уже заняты, а то братцы-тару с удовольствием выступили бы в этом амплуа. Что, герои не знали, что у короля зиларт были два сына и дочь? Если папаша не видел их уже много лет, то небось и не заметит, что они чуток уменьшились. А если героям повезет, то когда займут свое положение при дворе, то возьмут их в свои личные слуги. В последней башне нашлась Черукки Чебукки, "новая принцесса зиларт". Нажав на последний рычаг, герои отомкнули дворцовые врата. Наконец-то сумасбродные тару увидят своего папочку-монарха!

Герои приблизились к огромной двери, и тару заревели: "Принцы вернулись!" Луверанс оттолкнул их с пути и принялся осматривать дверь. Шикари заметила, что голос, взывающий к ним, доносится как раз отсюда. Улья тоже его слышала: быть может, король зиларт? Но почему он не откроет дверь? Или дети Вана'деля здес не приветствуются?

В стене открылся тайный проход, откуда выступила Прише. Она также пыталась отворить дверь, но безуспешно. И вообще, им надо спешить, или Наг'молада доберется до Палаты Сумерек раньше ним. Джаббос поинтересовался, что же это за палаты такая, на что Прише пожала плечами, сказав, что сама не до конца знает. Как она понимает, сий чертог высасывает Пустоту из тела вошедшего. Давным-давно тьма поглотила зиларт, полностью потушив их свет. И теперь Наг'молада стремится стать зиларт, несмотря на то, что и Эша'нтарл, и Сел'теус предупредили его об опасности подобной трансформации. Героям нужно торопиться, пока еще не слишком поздно!

Герои отправились исследовать дворец, ныне населенный созданиями куда более странными, нежели ошивающиеся снаружи. В Палатах Сумерек они наткнулись на Наг'моладу, читающего руны на стене. "Почему?" - пробормотал он себе под нос. - "Почему она в тех палатах?" А имел Наг'молада в виду никого иного, как саму Ив'нойл. Прише обратилась к нему, но Наг'молада не услышал ее, полностью погруженный в собственные мысли. Неужто даже Дева Зари попала в хватку Пустоты? Алтана предоставила своих детей самим себе? "Нет, Наг'молада. Леди Ив'нойл лишь исполняет волю Алтаны", - раздался голос позади героев и в покои прошествовал Сел'теус. Облик его разительно изменился: теперь за спиной мальчика раскинулись огромные крылья: одно - белоснежное, второе - ярко красное, как у Феникса. "Если бы замыслы кулуу и воплощений провалились, то стало бы последней надеждой смертного мира," - изрек Сел'теус. - "Ив'нойл попыталась вобрать в себя Пустоту в Палатах Сумерек и уничтожить ее вместе с самой собой." "И зачем ей это?" - поинтересовался Наг'молада. "Дабы предотвратить приход стража апокалипсиса", - ответствовал Сел'теус. - "Проматия возродился". "Но Бахамут говорил, что Проматия вернется лишь в том случае, если Аль'тае вновь появится в Вана'деле", - прошептала Прише, вконец сбитая с толку. "Возродилось воплощение Проматии", - объяснил Сел'теус. Страж апокалипсиса - исполнитель воли Проматии. А воля Проматии - Пустота. Вместилище этой тьмы вновь среди нас. Воплощение стремится заполнить себя Пустотой. А где еще найти тьму, как не в Палате Сумерек - там, где от нее очистились многие кулуу? Именно она послужит делу возрождения Проматии. И потому леди Ив'нойл хочет уничтожить тьму вместе с собой.

Наг'молада яростно пожирил глазами Сел'теуса. Почему он позволяет ей идти на этот шаг? Ведь она создала эту палату во имя любви. Она пыталась спасти нас от судьбы! Сел'теус кивнул: да, вся эта заваруха пошла от кулуу. И потому он сам вобрал Пустоту в себя и покинул смертный мир. Но он не умер; Феникс был с ним все это время. По той самой причине, о которой говорила Эша'нтарл: когда тьма умирает в тебе, она возрождается в ком-то другом. И потому он запечатал Пустоту внутри себя, хотя это было очень опасным деянием. С сотворением этого "нового мира" Бахамут лишился своих сил, и Сел'теусу ничего не оставалось, как бежать от воплощения бога сумрака. Но Сел'теус оказался заточен здесь и не мог вернуться в смертный мир. И тогда леди Ив'нойл пожертвовала своей жизненной силой, чтобы запереть воплощение в одном из залов этого замка, после чего погрузилась в вечный сон.

Наг'молада запаниковал. Он-то надеялся оказаться в раю, где все омыто священным светом кристаллов! Разве не должны они перейти на более высокий уровень существования и достичь совершенства? Сел'теус ответил, что хотя этот мир и создан кристаллом, он совсем не напоминает рай таким, как он представляется в легендах. А сами герои ни в коем случае не станут совершенными Хрустальными Воителями. Ибо они, как и этот мир, лишены благословения света. Они должны пройти через врата богов и дотронуться до монумента света в каждой из пяти башен, построенных специально, чтобы очистить душу от пяти форм тьмы. Лишь тогда им представится возможность одолеть воплощение Проматии.

Прише спросила Сел'теуса, не желает ли он теперь помочь им в сражении, но тот ответил, что не уверен. Он больше не чувствует эмоций, не имеет желаний. Но герои должны быть готовы ко всему. Пять форм тьмы в них - ничто по сравнению с адской бездной, Пустотой. Вот их истинный враг. И в победе героев он, Сел'теус, совсем не уверен. Но он может оказать им помощь, открыв истину. Когда они будут готовы, то смогут найти его на верхнем уровне дворца. Тогда он присоединится к ним и поможет спасти мир. Наг'молада бросил Прише ее амулет, благо надобность в нем отпала. Он должен достичь Ив'нойл в Обелиске Оу'Хпат, ибо сама она не сможет вернуться в изначальный кристалл оттуда. Прише сие проявление благородства со стороны Наг'молады смутило, но она процедила, что еще заставит его заплатить за содеянное ранее.

Герои покинули комнату и двинулись прочь по длинному коридору. Не только Прише, но и все ее товарищи могли слышать голоса, взывающие к ним. Тензен пропал, воплощение Проматии возродилось, а Ив'нойл растворилась в бесконечном сне. Пустота все разрастается...

Воистину, пробил час судьбы Вана'деля.

31. Сумрак

В Палате Сумерек Наг'молада склонился над хрустальным гробом Ив'нойл. В безумии своем он шептал какие-то слова, обращенные к ней. Благодарил за все, что она сделала, говорил, что дети света будут вечно пребывать у нее в долгу. Если бы он только владел "шепотом души", то сумел бы все объяснить ей! И он должен стать совершенным предводителем несовершенных мирян. Почему же предатель Сел'теус преобразился в высшую жизненную форму, в то время как он остался таким, каким был? В чем он провинился? Ведь путь его истинен. Неверен не он, а незавершенный мир. Да, мир, и боги, сотворившие его - вот настоящие грешники. Незавершенный мир существует ради несовершенства. Это и объясняет наше существование. Но...

Вдали раздались крики Чебукки. Прише бросилась на звуки и наткнулась на Тензена, с обнаженным мечом стоящего перед тару, готового расправиться с ее друзьями - Ульмием, Джаббомом, Луверансом и Шикари. Прише закричала: "Что ты наделал?", но Тензен флегматично заметил: "Они не так сильно ранены, доносшиеся из-за врат голоса отравляли их разумы". Из-за двери доносились странные голоса. Чебукки подбежали к Прише, наперебой чирикая: голоса говорят им о том, что по ту сторону они найдут своих родителей и никогда боле не будут одиноки или несчастны. Если только смогут открыть эту дверь. Ульмия промолвила, что голоса желают услышать ее песнь. Луверансу же они сообщили, что им требуется его сила, дабы заново отстроить город. Шикари они соблазняли видением мира, где все живут согласно закону. А Джаббосу голоса обещали даровать силы для защиты слабых. Тензен вздохнул: он тоже их слышит. Они обещают провести его по пути справедливости. А вот Прише голоса сулили скорый конец всего происходящего. "То голоса Пустоты внутри вас!" - молвил Сел'теус, появляясь рядом с героями. Избежать их невозможно. Они звучат не из-за двери, а из ваших собственных душ. И все-таки герои сопротивляются лживым посулам... пока что. Но смогут ли они отринуть их, когда будут стоять пред стражем апокалипсиса и глядеть на воплощение бога сумрака? Прише заверила Сел'теуса, что смогут и сделают. Внезапно из соседней комнаты донесся странный звук; Сел'теус устремился туда, а за ним - Прише с Тензеном.

В тронном зале Наг'молада стоял пред огромной черной фигурой, закованной в цепи. Он усмехнулся, завидя вбежавших героев. Они ведь хотели одолеть стража апокалипсиса, не так ли? Почему же они так изумлены увиденным? Тензен пал на каменный пол, из последних сил сопротивляясь настойчивому шепоту голосов. Прише велела ему встать, даже если он не хочет, то должен! Наг'молада подозвал их к себе. Даже если ему трудно говорить это, ему нужен их свет в сочетании с его собственным. "Присоединитесь ко мне, узнайте истину вместе со мной!" - призывал он. - "Вы - простые искатели приключений, призванные спасать мир. Никогда не получавшие ни благодарности, ни поздравления. Но теперь вы можете взять свою награду. Узнайте же правду вместе со мной! Правду, которую никто иной вам не скажет! Я понял теперь: истина - единственный совершенный аспект в незавершенном мире. Единственное, чему можно верить. Лишь тот, кто ведает истину, может познать совершенство рая". Наг'молада воззвал к темной фигуре: "Лорд Проматия! Открой мне истины творения! И я поведу за собой жителей сего незавершенного мира через врата к источнику совершенной правды!" Взманув рукой, он разбил печать, наложенную Ив'нойл на стража апокалипсиса. Темная фигура начала двигаться, цепи упали с нее. Так, из темного кокона явилось ярчайшее создание. Проматия, бог сумрака. Наг'молада встал на колени перед ним. Внезапно Пустота поглотила его, и Наг'молада исчез, все еще продолжая триумфально улыбаться. Тензен замер в ужасе. Что этот кулуу наделал? Поглотив сущность Наг'молады, Проматия заговорил: "Наконец-то... Вот она - истина... Мы... Мы..." За пределами тронного зала Чебукки ломались в дверь, а тела Джаббоса, Луверанса, Шикари и Ульмии неподвижно лежали на полу.

Раскаты божественного гласа сотрясали стены дворца, а быть может, и весь мир: "Я нашел вас... Мои потерянные дети... Я приветствую вас... Вернитесь же к своему отцу..." Сел'теус не верил своим глазам: это невозможно! Прише обратилась к нему: что значит - дети? Дети Проматии? Впрочем, неважно: она должна остановить его. Но не успела Прише пошевелиться, как Проматия исчез. Появившись в воздухе за пределами дворца, бог сумрака, оглядел свои владения, после чего воззвал к Алтане. Может ли она слышать его? Та, которая заперла его сущность, не сможет воспрепятствовать его возрождению! Для нее пришло время окончательной смерти, время принять объятия вечной тьмы! Вечность тишины ожидает богиню рассвета! Их прощание на этот раз будет окончательным, ибо грядет апокалисис! Проматия воздел руки над головой и в этот момент из небес вырвался ярчайший луч света, который ударил во дворец. Немедленно сию величественную постройку начала поглощать Пустота. Прише осознала, что таким образом Проматия пытается перебросить Аль'тае в смертный мир. И повинен в этом Наг'молада. Знания его стали частью разума Проматии и теперь воплощение ведает все о мире, ожидающем его прихода. Никто в Вана'деле не сможет чувствовать себя в безопасности. Зажав амулет в руке, Прише бросилась вперед, а за ней по пятам бежали Чебукки, моля Проматию поглотить и их сущности, ибо, по их мнению, это может оказаться весьма занятным приключением.

Пройдя в странную дверь, Прише попала в большую комнату, дальний конец которой был поглощен Пустотой, а в ней сверкали дюжины кристаллов. Девушка прошла дальше в покои и тотчас же ее со всех сторон окружили звезды. Вся вселенная раскрылась перед Прише. Мимо проносились огромные кристаллы, а один из них - алый - завис прямо у нее над головой. Прише лишилась дара речи, а взглянув под ноги, изумилась еще больше: внизу расстилался весь Вана'дель. Она четко разглядела остров Квифим. Это точно Вана'дель!.. Но если он внизу, значит...

Мимо пролетело красное перышко, и Прише оглянулась. Глазам ее предстали Сел'теус и Проматия, сошедшиеся в поединке. В руках Сел'теуса из ярчайшей вспышки возникло копье и он, не мешкая, всадил его в грудь бога сумрака. Проматия взревел, отбросил Сел'теуса от себя. Прише бросилась к нему, но Сел'теус прокричал, что с ним все в порядке. Если уж о ком и беспокоиться, так о Проматии, ибо сам он не сможет долго его сдерживать. Сел'теус рассчитывал, что сможет заманить бога подальше отсюда, обещая ему тьму, что несет внутри себя, но просчитался. Конец близок... Прише осознала, что с самого начала пребывала в страшном заблуждении. Апокапсис наступит в момент гибели Проматии! "Воля Проматии", Пустота - символ окончательной смерти. Мощь Пустоты может уничтожить даже божество. Вот почему для сдерживания ее требовалось так много мирян! Детей Алтаны.

Сел'теус кивнул. Дабы обеспечить существование бога сумрака, Алтана с помощью энергии изначального кристалла сотворила расу разумных существ - зиларт. В процессе кристалл раскололся на пять частей, а царствие богов отрешилось от высшего плана бытия, обратившись в мир Вана'дель. Народ Аль'тае, обладая знанием, возжелал вернуться к богу сумрака. Они искали способ восстановить изначальный кристалл и открыть врата рая. И тогда они проведали о том, о чем очень хорошо знал Сел'теус, однажды уже убитый удушающей хваткой Пустоты. Отчаяние апокалипсиса. Сел'теус хотел положить конец этому проклятию. Никогда боле не будем мы жить в тени собственной тьмы: заносчивости, апатии, зависти, трусости и ярости. Прише не могла этому поверить, так услышанное ею разнилось от того, во что она верила всю жизнь. Тем временем Проматия вырвал копье из своей груди и взмахнул огромными крыльями. Прише бросилась в атаку.

Вместе, Сел'теус и Прише повергли Проматию. Девушка хотела нанести ему смертельный удар, но Сел'теус приказал ей остановиться. Внезапно девушку окружила Пустота. "Желание... Голод... Жажда обладания... освобождения от смертности." В этом время Чебукки решили, что пришло время им ввязаться в схватку. Создав с помощью магии огромный метеор, они обрушили его на бога сумрака. Правда, эффект от этого был нулевой. Пустота обволокла тело Прише, высасывая из нее жизнь. Магисит в ее груди воссиял, приковав к себе внимание Проматии. Прише упала на колени. "Это еще не конец!" - прокричала она. - "Апокалипсис не свершится!" Вырвав магисит из груди, она швырнула его в Проматию. "Мы были рождены для того, чтобы жить!" - крикнула она, а Сел'теус уже сотворил второе копье, бросил его в бога сумрака. Проматия потянулся было к магиситу, но тут копье ударило его, а магисит врезался воплощению в лицо. И тут же камень начал расти, обволакивая череп божества... Но лопнул, и бог сумрака вновь возвышался над Прише как ни в чем не бывало. Теряя сознание, она заметила кристаллы. Их свет...

Столб света поднялся из Вана'деля, пронзив небеса. Сверху на лицо Проматии упала слезинка. "Слышишь ли ты меня?" - вопросил женский голос. "Да, Алтана", - ответствовал бог. Тело Проматии начало светиться от переполняющей его мощи, а в следующее мгновение он исчез.

Прише открыла глаза. Первым, кого она увидела, был Сел'теус, глядящий на огромный красный кристалл, впитывавший в себя возвращающиеся жизненные силы. Прише прикрыла глаза: теперь-то народ Аль'тае и даже Наг'молада обретут покой. Капля воды упала на Прише, и раны ее затянулись. Слезы богини! Вдали от мира Алтана оплакивала потерю Проматии. Аспекты богини рассвета - вера, сострадание, справедливость, доблесть и надежда. И если миряне примут хотя бы надежду, они смогут жить дальше. Прише оглянулась: к ней спешили Ульмия и остальные. Прише приказала им слушать глас Алтаны. Слезы капали с небес, омывая героев, даже трех Чебукки. Доказательно того, что Алтана живет в каждом существе этого мира. И когда люди рождаются, они уже несут в себе слезы богини.

Сел'теус окликнул героев. Мощь пятого изначального кристалла восстановлена. Аль'тае вновь изолирована от Вана'деля. Жизни смертных, свет их жизненных сил, исцелили кристалл. Сел'теус поблагодарил компаньонов за все, что они сделали. Сам он останется в Аль'тае как вечный страж смертного мира. Прише поблагодарила и его в ответ; настало время отправляться домой. Апокалипсис завершился. Чебукки подлили ложку дегтя, заявив, что кончено далеко не все, а приключения лишь начинаются. И герои перенеслись прочь из древней столицы, в ожидающий их Вана'дель.

Давным-давно существовала разумная драгоценность. Живой камень, сотворивший все сущее в этом мире, изгнавший тьму и породивший богов, обладающих бесконечным могуществом. Однако, явление смерти принесло конец богу сумрака. С помощью вечной любви богиня рассвета искала способ возродить Проматию.

Алтана озарила его светом изначального кристалла. И в телах бесчисленных смертных бог сумрака возродился. Изначальный кристалл разбился на пять осколков, священный свет его иссяк. Райская эра завершилась. Так был рожден Вана'дель.

32. Рассвет

В доках Муары Шикари Зет в последний раз встретилась со своими сестрами. Она решила вернуться на родину. Добравшись до места, она составит полный отчет для королевы о произошедшем. Помимо борьбы с Проматией, она вынесет на обсуждение вопрос о преступлениях Милдорион, Прише и драконов. А затем она покинет ряды следопытов митра. Сестры не могли поверить в то, что слышали, но Шикари заявила, что за время последнего путешествия узнала и поняла слишком многое. Прише встряла в ее расследование, чтобы предотвратить куда более страшное преступление. Следопыт искореняет грех, ее судьба - раскрыть преступление и наказать виновных. Но ради кого она раскрывала все эти дела? Шикари обдумывала этот вопрос, когда в голове ее зазвучали слова: "Сам факт искоренения греха рождает грех". Ее сестры припомнили, что эту фразу частенько говорила их мать. После победы над Проматией Шикари впервые овладело чувство справедливости. Возможно, когда-нибудь они поймут, и даже не обладая статусом "Искоренителя грехов", она поможет справедливости восторжествовать. Проматия исчез, но может вернуться. То лишь вопрос времени, а пока Шикари посвятит всю свою жизнь сражению с тьмой. Сестры грустно провожали ее взглядами, а Шикари отправлялась домой.

Готовился возвращаться домой и Тензен. Узнав, что Пустоты больше не существует, он с помощью Теншодо нанял лодку в Бастоке. Извинившись перед товарищами за свои действия, он заявил, что готов понести любое наказание. Но герои простили его. Вдруг рядом с Тензеном появилась знакомая ниндзя. Она сказала, что хоть Пустота и исчезла, хаос все еще царит в Империи. Когда все успокоится, герои могут навестить восточные земли, ибо пережитое навечно связало их судьбы.

В Сан д'Ории герцогиня Хинари беседовала с кафедральным священником, когда в особняк ее ворвался истинный Луверанс, рыцарь Мисталл. Тот человек, которого мы знали под именем Луверанса на протяжении всей этой истории, не кто иной, как бриганд Атарефонет, присвоивший себе чужое имя и славу. И вот теперь истинный Луверанс назначил ему поединок в снегах северных земель. Как и следовало ожидать, наш герой не шел ни в какое сравнение с рыцарем Мисталл, и тот сбросил его с утеса. Луверанс криком возвестил о своей победе, бахвалясь, что теперь он может встретиться со своим истинным противником, стражем апокалипсиса! В Сан д'Ории священник вернулся в особняк Хинари, высказав опасения, что может быть пролита кровь истинного Луверанса. Там он узнал, что рыцарь убил человека, выдававшего себя за него. Покидая особняк, священник усмехался: ведь сам он никто иной, как бриганд "Луверанс"! Гораздо проще прикинуться обычным человеком. А этот напыщенный пижон там легко уверевал в его ложную смерть. Теперь он может начать новую жизнь. С помощью Зеркала Мимео он может получить власть над любым дворянином со скелетами в шкафу. Возможно, он займется восстановлением Тавназии и созданием нового рыцарского ордена. Уж одна общая черта с истинным Луверансом у него, Атарефонета, имеется - желание во что бы то ни стало вписать свое имя в историю.

Виндурст. Моряки с рыбацкой шхуны, доведенные до белого каления идиотскими шуточками тройки неведомо откуда взявшихся тару, попросту сбросили их за борт. Добравшись вплавь до острова Пургонорго, Чебукки наткнулись на старую орочью военную машину. Рядом отыскались мандрагоры, произнорировавшие тару. Чебукки обидились и решили в назидание обрушить на них метеор. Но путь им преградил еще один тару, Голдмэйн, друг ложного Луверанса. Он вопросил, откуда они, такие странные убийцы, появились. Тройняшки гордо заявили, что они - известные актеры из Шоу Чебукки. Голдмэйн сплюнул, заявив, что метеор на него не подействует: его жена так часто обрушивала на него это заклятие, что он уже ничего не чувствует. Тройняшки не поверили, втроем создали огромный метеор, который врезался прямиком в Голдмэйна. Тот расхохотался: неужто это его дорогие детишки - Макки, Кукки и Черукки?!? "Папочка!" - завопили они. Пошли объятия и поцелуи, благо отец их наконец-то нашелся. И теперь они будут жить вместе счастливо одной семьей. Могут они называть его Папашей? "Папаааашаааа!!!!"

В Мовалполосе Джаббос грустил в тюремной камере. Моблины нен смогли выбить из него признание того, что он пережил, посему решили запереть галка в надежде на то, что вскоре он станет посговорчивее. А видел Джаббос весь ужас Проматии, и узнал, что бог сумрака - отец их всех. Он не может открыть эту тайну. +Моблины тут же разнесут ее по округе и миряне возжелают искоренить весь их род за распространение "лжи". И вновь моблины подошли к его камере. Если он и вправду их друг, он должен открыть им истину, говорили они. Джаббос вздохнул: они правы, он действительно их друг. Джаббос начал говорить, а моблины внимали, затаив дыхание. Галка объяснил, что миряне Вана'деля всегда считали себя детьми Алтаны, не зная, что у них также есть и отец. Мы - дети как рассвета, так и сумрака. Подумав, моблины пришли к заключение, что Джаббос все же открыл им истину. Сердце галка упало, когда он представил, какая сейчас может разразиться война между моблинами и иными народами. Но моблины успокоили его, сказав, что все понимают, что у них также есть отцы и матери. И если Проматия - отец, то где-то должна быть и мать. Почему ею не может быть Алтана? Если это так, то зверолюди и те, кого принято считать разумными народами - братья! Моблины и расы Вана'деля - одна семья! Джаббос и моблины прониклись этой новой идеей и на радостях закатили в подземельях Мовалполоса веселую гулянку.

В Джеуно Эша'нтрал отослала Вольфганга в долгий путь по королевствам, дабы он объявил мирянам об окончательной победе над драконами. В бесчисленных атаках схлестывались сии твари с армадой Джеуно, пока наконец не повернули назад и не скрылись в облаках. Многие полководцы настаивали на преследовании драконов и уничтожении их как рода, но пока она отдала приказ флоту остановиться и пополнить припасы. Уютно расположившись в таверне в Верхнем Джеуно, Эша'нтрал вспоминала свою встречу с Сел'теусом на мысе Риверн и связь их разумов. Она увидела незавершенный рай, куда 10000 лет назад вернулись жители древней столицы, вернулись к своему богу. К Проматии. "Открыть врата рая" - лишь иная интерпретация факта попытки восстановления изначального кристалла. Способ вернуть мир в изначальное состояние. Ив'нойл как-то сказала ей, что глядя на богиню, она поняла, что не желает быть частью этого совершенства. Ив'нойл верила, что им уготовано нечто иное и начала изучать свой народ. Исследуя феномен кулуу, она обратилась к постижению природы тьмы внутри всех нас. Ее открытие привело к предателю короля и его сыновей, и тщетности всех попыток открыть врата. Да, она поняла, что всех их создал никто иной как Проматия. Но и сейчас все еще не закончилось. Эша'нтрал знала, что впереди у нее еще много работы. Пустота вернется, а одиночные зиларт могут все еще искать пути в рай. Впрочем, пока Пустота - их главная проблема, и до поисков рая руки дойдут еще не скоро. Так что следует пользуясь случаем напомнить зиларт об их истинном предназначении как хранителей изначальных кристаллов. Выходя из таверны, Эша'нтрал улыбалась. Это будущее, в котором она живет, стало возможным лишь благодаря надеждам и силам небольшой команды храбрецов.

В Тавназию пришли вести, что драконы боле не парят в небесах. Наконец-то город познал покой. Мало-помалу движение торговых караванов на дорогах восстановится, народ вернется в покинутые земли. Ульмия нашла своего деда донельзя счастливым, ибо в Крепость пришла целая армия искателей приключений, желающая расправиться со зверолюдьми, заполонившими земли Тавназии. Кроме того, дед был полон решимости отстроить деревню Шепард там, где пребывал ранее мыс Риверн. А вот для Прише здесь не нашлось никакого дела. Ульмия называла ее лидером Крепости и просила остаться, но безуспешно.

С далекого утеса Прише бросила последний взгляд на Тавназию. Город, где родилась она и город, где родился конец этого мира. Всю жизнь она гадала, когда придет и каков будет апокалипсис. Ведь тогда завершится и ее собственное бессмертное существование. Прише вздохнула. Стоя перед Проматией, когда он обещал показать ей конец света, она поняла, кто хочет больше всех увидеть это зрелище. Она сама. Именно поэтому она и швырнула магисит в бога. Втайне надеясь, что с его помощью однажды страж апокалипсиса возродится вновь. Когда она рассказала об этом Эша'нтрал, та не выругала ее, а лишь улыбнулась и сказала: "Подожди, пока встретишь ее". Что она имела в виду? Поэтому ли ей теперь так тяжело на душе? Почему теперь? Она чувствовала боль внутри, непонятно как и отчего возникшую. И это пугало. Внеапно голоса мира смолкли. Грудь Прише начала светиться. Она осознала, что происходит: то, что делает нас всех смертными. Пустота вернулась в нее. Она чувствует боль, потому что вновь стала смертной! Теперь-то ей не нужно дожидаться конца света... Теперь она может жить как все! Плача от радости, Прише бросилась назад к Крепости.

На вершине утеса сидела Ульмия, и, перебирая струны арфы, тихо напевала песнь океану. За спиной ее замерла Прише; музыка пронзала ее душу, заставляя испытывать неведомые прежде чувства. Со всего мира на утесе собрались герои, в последний раз вместе. Мир пришел в Вана'дель. Лишь на время... Но и этого вполне достаточно.

***

Однако до завершения нынешнего конфликта было еще далеко. Эша'нтарл сообщила Прише и Ульмии о том, что Бахамут не вознесся в небеса, как ожидалось, а вновь означился наряду с армией драконов у мыса Риверн. Возможно, Тавназия находится в опасности, посему девушки немедленно выступили по направлению к мысу.

На южной оконечности мыса драконов не оказалось, а вот на северной действительно означилось драконье воинство. "Мы встретились раньше, чем я ожидал", - пророкотал Бахамут, заметив Ульмию и Прише. - "Вы весьма наивны, если полагаете, что беды ваши завершатся столь просто". "Что ты задумал?!" - выкрикнула Ульмия. "В теле твоей подруги пребывала кристаллизованная сущность Пустоты", - произнес король драконов, указав на Прише. - "Ты вернула ее изначальным кристаллам, верно? Они уже начали ощущать эффект от ее воздействия и окружены Пустотой". "Мой магисит..." - в ужасе выдохнула Прише.

"Смертные будут уничтожены", - говорил Бахамут. - "Вы лишь ненадолго отвратили этот факт. Вы смеете вновь отринуть предначертанную участь и сражаться за свои жизни? Чада Вана'деля! Умрите же! Искупите грехи сего мира, став частью изначальных кристаллов!"

И король драконов устремился в атаку на Ульмию и Прише; те сумели сдержать его яростный натиск, и Бахамут оставил мыс Риверн, молвив напоследок: "Вы вновь отвратили гибель смертных. Век - лишь мимолетная искра для дракона, но множество искр образуют звезду. Чада Вана'деля! Объединитесь и создайте будущее, в котором смертные сумеют выжить".

...О случившемся девушки поведали Эша'нтарл. "Звезда Тавназии", - задумчиво молвила та. - "Камень, отданный Прише, когда Проматия был побежден. Малая толика Пустоты пребывает в телах чад Вана'деля. Я полагала, что наличие оной принесет беды многие тысячелетия спустя, но не так скоро. У нас нет иного выбора, как остановить Бахамута. Вы должны собрать армию искателей приключений и вновь бросить вызов королю драконов. Я же займусь тщательным изучением эманаций, исходящих от изначальных кристаллов. Возможно, обнаружу что-нибудь интересное".

Ульмия и Прише устремились к правителям мирских держав, дабы сплотить за собою героев и бросить вызов армии драконов и их королю. Эша'нтарл же занялась изучением четырех изначальных кристаллов и Пустоты, окружающей башни, в которых пребывают реликвии. Вскоре зиларт направила в Псо'ксию исследовательскую экспедицию Джеуно, снаряженную оружием, способным противостоять Пустоте, и члены оной повстречали в руинах Альдо и Верену. Лидер Теншодо сообщил ученым, что его сестра следовала "зову", исходящему от странного артефакта, принадлежавшего галка Раогримму. Альдо полагал, что в поведении Верены кроется некий смысл, ведь прежде она была вместилищем воспоминаний Повелителя Теней.

Узнав о произошедшем, Эша'нтарл заключила, что подобные эманации исходят и от иных трех изначальных кристаллов, посему направила агентов Джеуно в башни, где находятся реликвии. Посетив оные, те вернулись к Эша'нтарл, принеся с собою артефакты, в которых зиларт ощутила ауры Эльд'нашра, Кам'ланота и Наг'молады. Неужто сии сущности, избранные Пустотой, вновь стремятся ступить в смертный мир?.. Но что же им помогает? Неужто... Пустота?.. Эша'нтарл приняла решение немедленно разыскать Бахамута и изыскать решение возникшей проблемы.

После разговора с королем драконов она пришла к выводу, что, похоже, придется следовать изначальному плану Прише. Если страж апокалипсиса, поддерживаемый душами четырех избранных Пустоты, стремится ступить в мир, надлежит сражаться с ним на своих условиях и сокрушить его. Ульмия исполнит Балладу Бессмертных у пятого изначального кристалла в Аль'тае.

Ульмия и Прише уже прибыли в Аль'тае, причем последняя бичевала себя за то, что избавилась от Звезды Тавназии, ибо деяние это ныне поставило мир на грань гибели... Во дворце девушки встретились с Тензеном, Шикари Зет, Луверансом, Джаббосом, тройняшками Чебукки, а также Эша'нтралом, Альдо и Зейдом.

Пред пятым кристаллом Ульмия исполнила Балладу Бессмертных, и героям предстали четверо темных фигур, стремящихся слиться в единую сущность - стража апокалипсиса!.. Герои изготовились к неизбежному бою с агентами Пустоты в смертном мире... когда предстала им пятая фигура, в которой Альдо с изумлением узнал Лайон. В руках девушка сжимала черный магисит... тот самый, который прежде находился в теле Прише.

Неожиданно магисит разлетелся на осколки, а Лайон пала, но ее подхватил на руки появившийся в сем астральном плане бытия Сел'теус; четверо злодеев расхохотались, вновь обретя материальные тела, открыв героям, что лишь черный магисит мешал им воплотиться в стража апокалипсиса, но песнь Ульмии разбила его, и ныне трансформы не избежать!

Герои устремились в бой, дабы воспрепятствовать становлению стража. Эша'нтарл высвободила могущество Глаза Алтаны и заключила четверку противников в черные кристаллы... разбившиеся на тысячи осколков. Так, страж апокалипсиса вновь оказался повержен.

Герои поспешили к Лайон, которая была жива, но оставалась без сознания. Похоже, прыгнув в кристалл Тулии, она все это время продолжала противостояние Эльд'нашру. Черный магисит, который Прише метнула в Проматию, помог девушке сдержать натиск и трех иных злодеев.

Альдо собрался проводить Лайон в Норг к отцу, но Прише склонилась над пребывающей без сознания девушкой. "Рыжие волосы", - прошептала он, узнав ее, ибо именно Лайон спасла ее от Дьяволоса в давнишнем сне, обернувшимся кошмаром.

Покинув Аль'тае, герои расстались вновь, уповая на то, что угроза Вана'делю на этот раз действительно отвращена.

  1  2  3  
Web-mastering & art by Bard, idea & materials by Demilich Demilich