Demilich's

Глава 4. Сага о шейканах

Утро началось с грозы. В воздухе стоял тяжелый запах крови и пепла, поднимающийся от поля брани. Повсюду виднелись мертвые тела маларов.

Хирин пришпорил коня, направив его прочь от круга света, знаменующего удары молота его брата Нетальфа, разящего орды маларов. Цель Хирина - отыскать источник потока тел. Бог смерти и грез гнал коня прямо по врагам, дабы свершить наконец справедливость и забрать жизнь человека, ставшего причиной происходящего.

Под дымящимися конскими копытами малары обращались в прах, а тяжелый топор бога разил монстров как чудовищный маятник неизбежности. Конь взошел на холм, подобный лодчонке, плывущей против потока созданий. Буря, освещаемая сполохами молний Элен, устремилась к вершине холма, порыв ветра взметнул плащ бога смерти подобно черному пламени. Наконец, конь пронзил гребень волны, и Хирин взглянул в лицо Янусу Малакэю, человеку, бывшему некогда придворным алхимиком Императора, а ныне провозгласившему себя властелином над жизнью и смертью всего мира.

Во взгляде человека был экстаз, а кровавая магия в его разведенных в стороны руках сотворяла одного малара за другим, наделяя их жизнью лишь затем, чтобы несколько мгновений спустя оной лишиться под ударами топора бога. Хирин направил коня к человеку, в глазах которых продолжало сиять неповиновение богам и попрание установленных ими законов.

Из беснующихся небес вынырнул дракон Ур, бросившись на защиту своего господина. Но молния Элен ударила в ящера, отбросив того на милю в сторону, где он подобно метеору рухнул в море чудовищных порождений, и Хирин впервые заметил страх в глазах Малакэя. Казалось, алхимик пытается найти слова для объяснений и примирения. Но топор сурового бога взмыл высоко в черное небо и безжалостно рухнул вниз, рассекая плоть богохульника.

И тогда малары закричали.

Запрокинув ужасающие морды к небу, они вопили, ощущая боль своего владыки, и крик, исходящий из тысячи глоток, казалось, разрывал на части весь мир. А затем кровавая магия развеялась, а с нею исчезли и малары. Они обратились в кровавые ошметки, которые унес ураган, наряду с затихающим эхо жуткого вопля.

Тишина объяла поле брани. Буря Элен затихла, и студеный ветер разогнал облака, солнце осветило бесчисленные тела павших. Боги окружили умирающего человека, чьи губы, покрытые кровью, кривились в ухмылке.

"Лишь объединившись, боги Эо сумели повергнуть меня! Я могу умереть с миром, зная, что след мой навсегда останется на вашем творении! Смертный человек, укравший тайну жизни! Я смеюсь над вами, и смех мой разнесется и над Рекой Душ!"

"Нет, Янус Малакэй", - молвил Эрион Мудрый. - "Не будет дарован тебе вечный безмятежный сон. За гранью смерти начнется твое истинное наказание, куда более жестокое, нежели способен представить твой больной разум. Никогда не познаешь ты покой!"

И тогда боги услышали дыхание дракона Ура, раненого и слабого, пытающегося добраться до своего хозяина. Хирин воздел было топор, но вновь прозвучал глас брата его Эриона: "Нет, брат! Перворожденный лишь исполнял свою кровную клятву. Пусть унижение от неспособности защитить хозяина послужит ему достаточным наказанием!"

И боги ушли, оставив Малакэя и дракона Ура. Старый дракон прислушивался к последним вздохам своего хозяина и тяжкая ноша покидала его сердце. Но затем рука Малакэя протянулась к нему.

"Слушай! Пока что оба мы живы и не освободился ты от своих оков!"

И тогда на лице алхимика зазмеилась его последняя улыбка. "Ты исполнишь последнюю клятву, данную мне! Клятву, которая сохранит труды мои и род навсегда! Слушай меня внимательно..."


Так начался род шейканов, легендарных воителей и наследников алхимика Малакэя, спасшего некогда жизнь Ура. И по сей день чтят они древнюю традицию, связывая себя кровными узами с драконом, извечным их защитником, обретая таким образом великую силу. Боги отреклись от них, ровно как и создания Света и Тьмы, посему проживают шейканы на островах, лежащих между королевствами Света и владениями норитов. Именно темные эльфы прозвали сей гордый народ "шейканами", что означает "безбожники" и "свободные".

Шейканы, вечные отверженные... Никто не смеет ставить под сомнение их воинское искусство, однако "дурная кровь Малакэя", текущая в их жилах, навечно заклеймила сей народ как предателей, не стоящих доверия, и, буде они встанут на сторону Света, рано или поздно обратятся ко Тьме, ибо такова их природа.

***

Обратимся же к деяниям, произошедшим за несколько десятилетий до раскола Эо, когда в мире бушевали кровопролитные Войны Призыва, развязанные амбициозными магами Круга.

На отвесной скале в сердце Железных Равнин гордо высится Шейкур - крепость шейканов, возведенная четыре столетия назад. Иные народы сторонятся ее, почитая за проклятую, и лишь купцы не чураются провести товары по узким горным тропкам в неприступную твердыню.

Дармос Железнорукий, лорд Шейкура, поставил для себя целью выдать дочь, юную воительницу Дерату, за Руорима, представителя могущественного клана шейканов Североземья. Вот только дева делала все возможное, чтобы не допустить этого брака, ибо желала продолжить службу в рядах стражей Шейкура, к тому же не желала связывать себя с жестким и самовлюбленным Руоримом, путь шаг этот и способствовал бы усилению кланов шейканов пред лицом угрозы со стороны Круга.

Но коварный Руорим, угостив Дерату сонным вином, силой взял ее, и обнаружилось после, что та ждет ребенка. И не просто ребенка... Марела, жрица дракона, поведала ужаснувшейся Дерате о том, что в невинном дитяти возродится душа Малакэя, ибо пред Призывом, когда магия стала ощутимо сильнее, обрела она силы вновь вернуться в смертный мир. И Дерата приняла нелегкое для себя решение: бежать прочь из Шейкура, туда, где никто не отыщет ни ее, ни ребенка, где схоронится она от Руорима, какие бы темные и зловещие замыслы тот не вынашивал.

Она осела в Лирайне - провинциальном городишке Верхнеземья, где поступила на службу к местному лорду в качестве капитана гвардии. А совсем скоро у Дераты родился сын, которого мать назвала Гореном...

Летели годы; паренек рос, постигая воинскую науку. Вот только отношения со сверстниками у него не надились: те чурались Горена, будто прокаженного. В возрасте восьми лет лорд Лирайна приставил его помощником к городскому мастеру-алхимику Альтару, который обучил мальчишку грамоте и истории Эо. Так, Горен узнал о том, как на заре знамой истории - сорок пять тысячелетий назад - на Земле Богов появились первые драконы, а пять тысяч лет спустя - люди. Тысячелетие назад их обнаружили гномы, а шестьдесят лет спустя была основана Великая Империя, на трон которой взошел Божественный Император. Границы Империи все ширились, а позднее, около семисот пятидесяти лет назад, вспыхнула Первая Война между народами Эо. Через тридцать лет Империя распалась на Североземье, Верхнеземье и Новую Империю, границы которой оставались закрыты. Шестьсот лет назад разразилась Война Шести Народов, и лишь вмешательство хранителей уберегло мир от гибели. После завершения сего конфликта и пленения Фиал Дарг, Принцев Тьмы, в земных недрах под Вратами Королей, были образованы державы Лар и Грук, магические школы переживали период расцвета, но затем, когда магия попала под запрет, были разрушены. Пятьсот лет назад был основан Круг магов, развязавший пять лет назад Войны Призыва, которые продолжаются до сих пор. А до самого Призыва осталось менее полувека...

Однако Горену не давал покоя язвительный голос, порой звучащий в его разуме, особенно в минуты гнева. Тот подстрекал мальчишку открыто высвободить свои пороки, толкал на нечестивые деяния, но раз за разом Горен приказывал ему замолчать. Что это - признак подступающего безумия?.. Тем не менее, сей факт мальчуган скрыл даже от матери.

В свой пятнадцатый день рождения Горен впервые отчетливо расслышал шепот ветра, походивший на зловещее пророчество. О том, что приближается тот, кто потребует душу Горена, но должен отправиться он на родину и встретиться с Уром... Магистр Альтар, проведав о случившемся, заявил, что у мальчишки - магический дар, подобный ясновидению, и коль ветер предупреждает его о грядущих опасностях, это может оказаться совсем не лишним.

...А два года спустя пламя войны опалило и Лирайн, ибо город взял в осаду отряд шейканов под предводительством Руорима. В поединке с ним Дерата погибла; противник применил черную магию, когда понял, что в открытом противостоянии сражение ему не выиграть.

Горену, мастеру Альтару и городскому лорду удалось бежать из разоренного Лирайна через тайный ход, но уйти далеко они не успели, столкнувшись в Низинах Быстрых Вод с отрядом, состоящим из десятка орков и тролля. Последний прикончил стариков, избитого Горена же орки забрали с собой, в Долину Слез, где парня наряду с иными рабами заставляли с утра до ночи работать на каменоломнях.

Двадцать дней изнурительных трудов, и силы Горена уже на пределе. Он ослаб, был избит и изранен, его лихорадило, а по ночам разумом юноши всецело завладевал Малакэй, излагавший историю своей смертной жизни, мотивы и устремления.

Так, родился он более девятисот лет назад в знойных и гибельных болотах Миура, где, в пору владычества драконов над миром, наряду с односельчанами влачил жалкое, нищенское существование. Обнаружив в себе магический дар, молодой Малакэй примкнул к отряду убийц драконов, и вместе очистили они от тех южные и северные земли, освободили горы Ветра и добрались до границ Файнон Мир, где ныне обитают эльфы.

А вскоре возникла Гибернийская Империя великого Божественного Императора Хлеруса Благородного. Последний пресекал на корню зарождающуюся религию хранителей, не признавал магию... что, впрочем, не помешало ему сделать Малакэя придворным алхимиком, ибо связаны они были узами дружбы. Империя людей росла и ширилась, наладила союзнические отношения с гномами, а вот эльфов сей факт не обрадовал, и закрыли они доступ в леса Файнон Мир чужакам. Могущество самого Малакэя все росло; в древних магических книгах драконов и эльфов обнаружил он состав эссенции, которая удлиняла жизнь, и время отныне стало практически не властно над ним... Практически, но не совсем. Малакэй стремился к абсолютному бессмертию, потому долгие годы пребывал в поисках Первичной Материи, иначе рекомой Семенем Жизни или Даром Аонира.

Однажды убийцы драконов пленили великого представителя сего рода по имени Ур, и в цепях привели его в Анкбранд, столицу Империи. Завидя в этом свой шанс, под покровом ночи Янус Малакэй предложил Уру сделку: он вызволит его и избавит от преследования, а взамен дракон должен будет принести клятку верности магу... и его потомкам, благо Малакэй давно замыслил создать род совершенных людей. Проклиная себя за беспомощность, Ур вынужден был согласиться, но замыслы алхимика простирались куда дальше. Проникнув в разум Ура, он отыскал там ключ к Первичной Материи, потому, обещая прекратить истребление драконьего рода, потребовал оный у дракона. И вновь Уру пришлось ответить согласием на столь отвратительное ему предложение. Двое скрепили клятвы кровью и магией, после чего Малакэй освободил дракона от цепей и тот немедленно покинул Анкбранд...

Покинув два года спустя земли Империи, Малакэй удалился в уединенный замок к северу от перевала Теней, где, открывая тайны Первичной Материи, принялся творить живых существ, уподобившись богам.

Хранители Эо повергли зарвавшегося Малакэя, но перед смертью он сумел переместить душу и жизненную силу в тело собственного сынишки...

Ветер, долгие годы пребывавший союзником Горена, стал ключом к его освобождению, когда парень, преобразовав мощь стихии в заклинание, обрушил его на головы ненавистым оркам. После чего наряду с новыми компаньонами - такими же рабами, как и он сам, - бежал прочь из Долины Слез.

Товарищи по несчастью оказались весьма разношерстной компанией: Хаг Сокол из дома Леонидар Североземья, до пленения орками пребывавший на службе у одного из лордов Верхнеземья и принимавший участие в Войнах Призыва; Менор Худощавый из гильдии воров Североземья; Бульдр Краснобородый, гном-мореход из Виндхольма, что в горах Ветра; Вейлин Лунный Глаз, эльфийка-целительница родом из Дун Шаэля, что в Закрытых Землях Файнон Мир, угодившая в плен во время визита к родичам в Элони; и, наконец, существо, с ног до головы закутанное в плащ, которого спутники прозвали Молчаливым.

чПо ночам Горену являлся Малакэй; дух пытался заставить юношу отказаться от мести отцу, благо чернокнижник Руорим был нужен ему, чтобы привести к исполнению собственные замыслы, заключавшиеся в низвержении магов Круга и воцарению в качестве единиличного владыки Фиары. И тогда Войны Призыва закончатся, покой и бладоденствие снизойдут на землю - в его понимании. Горен же поклялся не допустить возрождения ненавистного и презренного прародителя.

Спутники направились в Норимар; в лесах Верхнеземья повстречали они торговый караван, узнав от купцов, что недалече пребывают две армии магов Круга - норита Райта Черного, правителя Лара, и некроманта Хокана Ашира, властителя Ксу, полководцем у которого выступает сам Руорим!

Вознамерившись во что бы то ни стало прикончить Руорима, Горен убедил товарищей отправиться к ставкам противостоящих войск. Армия Хокана Ашира легко угадывалась по легионам нежити и Клинков - металлических конструктов, сотворенных некромантом. С величайшей осторожностью приближались герои к шатру Руорима... но Малакэй, полностью подавивший сущность Горена, возопил во весь голос, выдавая охранникам опешивших товарищей... "Приветствую тебя, потомок мой", - устами Горена обратился Малакэй к явившемуся на шум Руориму. - "Теперь все пойдет, как и планировалось".

Однако Райт Черный неожиданно бросил войска в атаку, и Руорим, следуя воле своего господина, возглавил оборону. Используя подвернувшуюся возможность, Молчаливый - единственный из отряда героев, избежавший пленения, - освободил соратников, в том числе и Горена, восстановившего контроль над собственной личностью. Пришлось последнему поведать компаньонам о второй душе, пребывающей в его теле, и о планах Малакэя, заключающихся в устранении порочных магов Круга и по обретению власти над Фиарой, а затем - и над всем миром.

Сбросив плащ, Молчаливый открыл наконец свою истинную личину. То оказалась темная полуэльфийка, представившаяся Звездноясной. Отец ее был норитом из касты архонтов, мать же - женщина из рода людей... принесенная в жертву Нору. С детства девочку продали в рабство, и Горен стал ее избавителем, потому она и считала себя обязанной жизнью молодому шейкану.

Горен призвал товарищей как можно скорее отправиться в Шейкур, на Железные Равнины, ибо лишь шейканы могут дать ответ, как следует поступить со снедавшей его душой Малакэя. Последняя же не оставляла попыток вновь подавить личность Горена; тот слабел, его жестоко лихорадило, и лишь магия темной полуэльфийки, щедро делившейся жизненными силами, поддерживала искру жизни в несчастном парне.

Когда герои достигли Шейкура, их встретил сам Дармос Железнорукий, которому Ур загодя сообщил о скором прибытии внука. Дракон оказался в неприятном положении, ибо, следуя древнему договору крови, он должен оберегать как самого Малакэя, так и его потомков, потому - с одной стороны - не мог допустить уничтожения души прародителя шейканов, с другой - гибели Горена.

Проведя сложнейший магический ритуал, Ур, Дармос Железнорукий, Звездноясная и жрица Марела надежно запечатали дух Малакэя в потаенных глубинах души Горена. Дармос Железнорукий вручил внуку щит из чешуи дракона и ритуальный кинжал Малакэя - символы народа шейканов и властителя Шейкура, ибо юноше суждено стать следующим правителем цитадели.

После чего последнего призвал к себе Ур, поведав о том, что Райт Черный нанес поражение Хокану Аширу, и теперь продвигается к Вратам Королей, дабы вызволить из заточения Фиал Дарг. Сознавая, что Горен отмечен печатью судьбы, Ур предположил, что именно ему суждено воспрепятствовать замыслу мага Круга, а тому же, помимо души Малакэя, Горен носит в себе тайну Первичной Материи, и когда-нибудь может осознать ее, обретя таким образом способности к созиданию.

...Следующие недели Горен провел в Шейкуре, восстанавливая силы и осмысливая свое предназначение. Хаг Сокол и Вейлин Лунный Глаз отправились на север, и лишь Менор, Бульдр и Звездноясная оставались в крепости шейканов, не зная, как поступить, куда устремиться в нынешнее неспокойное время, когда мир терзали Войны Призыва.

Однажды у стен Шейкура показался конь, к спине которого был приторочен израненный норит, пребывающий без сознания. Марела и Звездноясная исцелили воина, который открыл им свое имя - Крэй Ун'Шаллах. Конечно, легенды о сем знаменитом воителе гремели по всей Фиаре. Принадлежал Крэй к касте дрэгонов Лара, однако конфликт с погрязшими в бесконечных интригах архонтами вынудил его покинуть родину и отправиться в изгнание. В последующие годы Крэй участвовал во множестве войн и конфликтов, снедавших Фиару; ходили слухи, что исповедует он Свет, однако, вместе с тем, всей душой предан своему народу.

Тем временем мирный Норимар (формально пребывающий в составе Верхнеземья, однако являющийся городом, исключительно свободным и открытым для всех рас - как светлых, так и темных) подвергся нападению со стороны изрядно потрепанного в недавнем сражении с ратями Райта Черного отряда Руорима. Последний намеревался какое-то время удерживать город, дабы воители его восстановили силы, а Райт и Хокан Ашир сделали свои ходы... которые коварный шейкан собирался использовать в собственных замыслах. Перво-наперво Руорим стремился отыскать легендарные доспехи, выкованные самим Нетальфом и врученные паладинам ордена Железных Соколов, некогда хранивших от нежити обширные катакомбы, протянувшиеся под Норимаром на север, до самых гор Ветра.

Как на беду, в ту ночь через Норимар на север проходили и Хаг с Вейлин; двое соратников и дорогих друзей оказались в темнице наряду с иными мирянами захваченного города...

Хокан Ашир отступил в Кайт Халур, и Кузнец Душ его без устали трудился, помещая захваченные некромантом души павших в тела новых стальных конструктов. Войска Райта Черного стали лагерем у исполинского горного пика, рекомого Клинком Аонира. Священное место, ибо - по легендам - именно этим клинком Аонир нанес себе рану, и звездная кровь оросила землю, возникли камни богов, излучающие магическую ауру, по сей день окружающую Эо. И когда хранители повергли Фиал Дарг в Войне Шести Народов, то заточили их в подземельях под Клинком Аонира... Правитель Лара приступил к сотворению сложнейшего заклятия, которое займет недели, но в итоге оковы Принцев Тьмы окажутся сброшены. Казалось, весь мир замер в ожидании...

Вести о вершащемся у Клинка Аонира достигли Шейкура, ровно как и о захвате Норимара. Как не стремился Горен отправиться на выручку друзьям, не мог он с ходу отринуть собственное предназначение, открытое ему ветром. Но... выступать против мага Круга, имея за собой лишь шейканов Железных Равнин, число которых весьма мало?.. Бульдр поделился с товарищами сведениями о том, что в Виндхольме хранится величайший из комплектов доспехов, выкованный Нетальфом для Железных Соколов, рекомый "Серебряным Пламенем". По легенде, облачиться в них может лишь "избранный", но коль таковым окажется Горен, у него появится надежная защита от черной магии Райта.

Посему Бульдр и Горен, а также Звездноясная, собрались в Виндхольм, в то время как Менор, Крэй Ун'Шаллах и полсотни шейканов выступили к Норимару, ибо дрэгон, у которого были личные счеты к Руориму, намеревался поднять в городе восстание.

Часть пути оба отряда проделали вместе. Крэй Ун'Шаллах многое поведал спутникам о своем прошлом. Так, он не был рожден, но сотворен более 700 лет назад в землях Ксу, и воочию лицезрел Нора, коего истово почитал. Затем последовала неудачная попытка вторжения на Фиару, основание новой, Алой Империи на Ургате. В час Войны Шести Народов нориты, ведомые Принцами Тьмы, предприняли новую попытку захвата Фиары, но исход конфликта решило вмешательство хранителей. Остатки разбитой армии осели на востоке континента, основав Лар. В ту пору Крэй уже возвысился от простого солдата до дрэгона, и с болью в сердце лицезрел неумолимое возвышение архонтов, кровавые жертвы, коварство и стремление к власти которых вызывали у него отвращение. Для архонтов Крэй стал неудобен, но никто не решался бросить вызов величайшему воителю норитов. Он сам определил свою судьбу, выступив против верховного архонта, помешав тому принести кровавую жертву, после чего вынужден был отправиться в изгнание. В Шале у него осталась дочь-полукровка, Ночная Песнь.

Пробравшись в Норимар через подземный тоннель, Крэй и Менор успешно организовали восстание, открыли городские врата следующим за ним шейканам. Выиграть сражение у наемников Руорима не было ни малейшего шанса, но, принципе, то им и не требовалось. Передохнув и восстановив силы, они и без того готовились оставить Норимар и воссоединиться с воинством Хокана Ашира. Посему Руорим приказал немедленно трубить сигнал к отступленю... Норимар был свободен, а Хаг вызволен из темницы... Но Вейлин Лунный Глаз последовала за Руоримом... по собственной воле.

Прибыв в Виндхольм, Горен, Бульдр и Звездноясная углубились в обширную сеть катакомб, пронизывающих горы Ветра. Ведь именно там, если верить старинным архивам, есть надежда отыскать Серебряное Пламя, пусть доспех сей, ровно как и остальные, считается давно утерянным. В глубинных штольнях герои обнаружили Гламрига - легендарного каменного ваятеля, наряду с Нетальфом принимавшего участие в создании доспехов для Железных Соколов. Последнего заточил здесь Исегримм, маг Круга; Гламриг немедленно начал готовиться к последнему противостоянию с недругом, Горену же он передал Серебряное Пламя - совершенно невзрачный и ветхий доспех.

...Одна за другой падали печати с темницы Фиал Дарг; Райт Черный без устали творил двеомер заклинания... А Хокан Ашир вновь выступил из Кайт Халура, разделив свое воинство. Во главе одной из армий некромант устремился к Клинку Аонира, вторая же, ведомая его величайшим творением - гигантским стальным конструктом, рекомым Непобедимым, - выступила в ином направлении.

Горен, Бульдр и Звездноясная, покинув подземные лабиринты, ступили в долину Сумрака, стремясь как можно скорее добраться до Клинка Аонира. С небес, затянутых черными тучами, изливались кровь и пепел; земля на много миль вперед была покрыта трупами зверья и монстров - следствие страшного ритуала Райта.

Клинок Аонира был окружен армией нежити, ибо живых маг-норит оставил за пределами радиуса воздействия его заклинания. Использовав врожденные способности, Звездноясная провела товарищей через внешнее царствие теней, тем самым успешно миновав кольцо нежити.

Наказав товарищам оставаться в стороне, Горен в одиночку двинулся по направлению к Райту. Защитные заклинания, окружавшие норита и должные испепелить на месте любого, дерзнувшего приблизиться к нему, не причиняли шейкану ни малейшего вреда, ибо хранило того Серебряное Пламя. Магия доспехов, заключавшая в себе частичку света Аонира, разрушила весь стройный двеомер заклинания; Райт Черный без чувств рухнул наземь, однако и сейчас хранила его магия, не позволив Горену расправиться с магом Круга. Тем не менее, двое Принцев Тьмы сумели освободиться из заточения... Неведомо, когда и каком обличье они явят себя, но в том, что это случится, герои не сомневались.

Казалось бы, все позади, но - нет, все только начинается. Налетевший ветер сообщил Горену, что огромное войско, ведомое Руоримом и Клинком по имени Непобедимый, вторглось на Железные Равнины и осадило Шейкур. Хокан Ашир сделал свой ход, надеясь получить удобный форпост огромного стратегического значения в непосредственной близости от Верхнеземья и Лара. Руорим подослал Вейлин в Шейкур для расправы с Дармосом Железноруким, однако попытка покушения провалилась и эльфийка была брошена в темницу, несмотря на уверения ее о том, что находится она под действием заклятия темного шейкана.

Отчаявшийся Дармос открыл шейканам Шейкура, что Руорим является прямым потомком Малакэя по мужской линии, а, стало быть, истинным лордом крепости. Факт этот признал даже Ур, так что, сколь жаркую ненависть не вызывал Руорим у защитников Шейкура, твердыня принадлежит ему по праву крови. Так, врата цитадели распахнулись, и воинство Руорима проследовало внутрь. Темный шейкан вызволил из темницы Вейлин Лунный Глаз, и эльфийка бросилась ему на шею; кто бы мог помыслить, что под столь ангельской внешностью скрывается душа, предавшаяся Тьме?..

Крэй Ун'Шаллах и сопровождавшие его Менор с Хагом, направляющиеся к Клинку Аонира для воссоединения с Гореном, заприметили воинство Стальных, посему решили разделиться. Рассудив, что навряд ли немногочисленные шейканы, пребывающие в Шейкуре, смогут противостоять ратям некроманта, Крэй вызвался отправиться к месту стоянки орочьего клана Железной Бури, владычествовал над которым его старый приятель - Железный Лорд, с которым Ун'Шаллах был знаком еще со времен Войны Шести Народов и которому сам подал идею объединить разрозненные кланы и племена темных, осевших на землях к югу от гор Ветра. По пути норит планировал миновать Верхнеземье и, быть может, испросить о помощи и там. Что до Менора и Хага, то они продолжили путь к Клинку Аонира, повстречали отряд Горена и, вновь объединившись, устремились к Шейкуру.

Перво-наперво Крэй посетил пограничный Коннах, откуда отправил весть правителям Верхнеземья и Североземья, гномам гор Ветра и эльфам Файнон Мир. Быть может, все-таки есть шанс сплотить смертные нации против произвола магов Круга, ведь именно эту мечту вынашивала Дерата, мать Горена?.. После чего норит направился к Урам Гору, нынешней столице клана Железной Бури, где убедил Железного Лорда отправить воинство орков и троллей к Шейкуру.

...Разбив лагерь в непосредственной близости от все еще окруженного воинством нежити и Клинков Шейкура, ведомые Гореном герои, не ведая о разразившейся у стен драме и почитая Руорима рядовым захватчиком, намеревались с первыми лучами солнца попытаться проникнуть внутрь, с помощью Звездноясной вновь проследовав через царствие теней. Однако случилось непредвиденное - Фиал Дарг, на которых Руорим вышел с помощью Ура и магии, заключили с темным шейканом соглашение, и, похитив Горена из лагеря товарищей, доставили его в крепость. Надо сказать, боги-отступники, сотворяя Принцев Тьмы, обязали их скрупулезно исполнять заключенные договора, в противном случае создания сии оказались бы весьма могучими и своевольными. Посему, когда после пленения Горена в руках Руорима оказалась колдовская книга касты колдунов-норитов, заклинаниями из которых Райт Черный сумел вызволить из заточения двоих Фиал Дарг, те изъявили желание заполучить ее, дабы освободить иных собратьев. И Руорим, пообещав Принцам Тьмы фолиант, испросил их поддержки, ибо к Шейкуру стремительным маршем близилось воинство Хокана Ашира, накануне наголову разгромившее рати Райта Черного...

И когда некромант Круга, приблизившись к крепостным стенам, велел Руориму сдать Шейкур, темный шейкан ответил ему отказом. Пусть немало преступлений свершил он за свою жизнь, но честь и достоинство шейканов Руорим ставил выше всего прочего, сознавая, что стоит Аширу завладеть Шейкуром, он немедля обратит всех без исключения "свободных" в нежить или Стальных. Потому Руорим и пошел на сделку с Фиал Дарг, потому и потребовал шейканов признать его полноправным властителем Шейкура - исключительно ради выживания драконокровных как народа. В Горене Руорим видел своего наследника, который однажды станет лордом Шейкура; однако сам Горен, отдавая должное доблести и мужеству Руорима, видел в нем лишь убийцу своей матери.

Отказ Руорима сдать Шейкур заставил шейканов, ненавидящих своего нежеланного властителя, проникнуться к нему если не любовью, но уважением. Между тем к Железным Равнинам близились войска не только Железного Лорда, но и Североземья, Виндхольма, Файнон Мир, а также Верхнеземья, король которого Конте, прослышав о случившемся у Клинка Аонира, немедля возродил орден Железных Соколов, направив паладинов в Норимар на борьбу с нежитью, подъятой Фиал Дарг.

Пока армии держав и народов Фиары готовились к решающему противостоянию, товарищи Горена - Хаг, Менор, Бульдр и Звездноясная - проникли в Шейкур, где вызволили молодого шейкана из заточения. Последний немедленно повел их за собой к покоям Руорима; встреченные шейканы-стражи расступались в стороны, не желая вмешиваться в конфликт между отцом и сыном. Лишь Принцы Тьмы встали на пути маленького отряда героев, но, разглядев истинную сущность Горена и сокровенные тайны его души, во имя одним лишь им ведомых причин немедленно покинули Шейкур, объявив, что договор их в Руоримом ныне расторгнут.

Темный шейкан и Вейлин Лунный Глаз неспешно потягивали вино, когда в покои их ворвались Горен с товарищами. В завязавшемся сражении вкусившая Тьму эльфийка погибла, Руорима же удалось пленить. Так, второй раз за последние несколько дней в твердыне шейканов свершился переворот; Гореном из темницы были вызволены Дармос Железнорукий и оставшиеся верными ему воители.

Наутро разразилась битва; Хаг присоединился к своему клану из Североземья, Бульдр сражался бок о бок с гномами, Крэй Ун'Шаллах вышел на с орками и троллями Железной Бури. Эльфийские лучники разместились на стенах Шейкура, обороняя крепость, ибо большинство шейканов пребывало на поле брани.

Объединенные народы видели в Горене символ сего противостояния, часть Шейкура - неприступной цитадели. Однако, после нескольких дней вынужденного бездействия, Горен, презрев опасность, устремился за крепостные врата, сошелся с исполинским Непобедимым, но Стальной поверг юного шейкана... приемом, провести который доселе удавалось лишь одной - Дерате! С нарастающим ужасом осознал Горен, что в гигантском Клинке заключена душа его матери. Ненависть к отцу вспыхнула с новой силой, ведь наверняка он, расправившись с Дератой, заключил душу несчастной в камень, преподнес его в дар Хокану Аширу, выпросив для себя чудовищный "подарок".

Лишь теперь, в момент отчаяния, Горен ощутил в себе Первичную Материю, силу творения, связанную со светом Аонира и похищенную Малакэем у дракона Ура, следствием чего явилась клятва на крови. Призвав силу Первичной Материи, Горен вызволил дух Дераты из тела Непобедимого, даровав матери покой посмертия. После чего, подняв с земли опустевший камень души, молодой шейкан перенес в него дух Малакэя, вычленив его из собственной сущности. Передав камень Уру, Горен велел ему хранить артефакт до тех пор, пока не умрет сам, после чего дракон должен будет поместить дух алхимика в одного из шейканов, дабы не прервалось вечное проклятье рода драконокровных, делающее их теми, кто они есть.

И теперь, обретя магию Первичной Материи, Горен стал одной из самых могущественных сущностей Фиары, и силы его намного превосходили возможности магов Круга. Ныне он мог уподобиться богам, творя жизнь, но путь сей, которым некогда с радостью проследовал Малакэй, оставался для самого Горена запретным.

Сражение завершилось; рати Хокана Ашира были разгромлены, а сам некромат бежал в Кайт Халур. Впервые за всю историю врата Шейкура распахнулись пред иными расами, одержавшими верх над магом Круга - людьми, эльфами, гномами, орками и троллями.

Воспользовавшись сумятицей боя, Руорим сумел вырваться из заточения и, расправившись с Дармосом Железноруким, бежал из Шейкура, преследуемый собственным сыном. И когда Горен настиг отца, тот открыл ему, что стремился лишь к обретению Первичной Материи, дабы с помощью ее поразить алчных магов Круга и вернуть мир в истерзанные земли Фиары.

В холодном гневе и ненависти Горен исторг из себя Первичную Материю, направил ее в ужаснувшегося Руорима. Конечно, смертное тело темного шейкана не могло вместить и удержать в себе столь великую магию, потому оказалось полностью уничтожено. Горен же, ослабевший и лишенный магии, в беспамятстве рухнул наземь... где его и обнаружили отправившиеся на поиски Крэй Ун'Шаллах и Звездноясная.

Товарищи доставили Горена в Шейкур, правителем которого он теперь являлся по праву рождения. Поприветствовать молодого шейкана прибыли правители всех шести народов Фиары: король Верхнеземья Конте; Железный Лорд, сопровождаемый вождем троллей Шакком; лорд Транвиль и леди Дервин из Файнон Мир; глава клана Леонидар Хагвин, как две капли воды похожий на своего сына, Хага, Сокола; дрэгон норитов Крэй Ун'Шаллах. Совсем недавно подобный альянс казался невероятным, но сейчас, усилиями Горена и его товарищей, целые державы объединились против магов Круга, развязавших страшные Войны Призыва.

Расставаясь с верными товарищами, возвращавшимися в родные земли, Горен даровал Хагу щит из чешуи дракона, Менору - ритуальный кинжал Малакэя, Крэю - колдовскую книгу норитов, а Бульдру - доспехи Серебряное Пламя.

Что же принесет грядущее?.. Ур предсказал страшные нечастья, которые Призыв принесет Эо, но также и грядущее возрождение, расцвет шейканов, которые однажды окажутся спасителями Фиары. Однажды Горен, в котором все еще остается часть Первичной Материи, создат новую магию, которая спасет шейканов от вымирания, ибо окажется способна зарождать жизнь там, где ее больше нет. Слово "драконокровный" обретет новое значение. И свершится возвращение древних драконов...

Но все это произойдет еще не скоро, а сейчас Горен Говорящий с Ветром обрел свое счастье, ибо чувства, питаемые им к Звездноясной, оказались взаимны.


Фиал Дарг бродили среди народов Эо и после того, как Призыв разорвал планету на тысячи частей. Хроники свидетельствуют, что один из Принцев Тьмы в десятом году нового летоисчисления стал правителем Алой Империи, второй объявился в Городе Душ. Остальные Фиал Дарг до сих пор пребывают в заточении под Клинком Аонира.

Победа над Райтом и Хоканом Аширом лишь отсрочила Войны Призыва, но не смогла их предотвратить. Наоборот, маги Круга, каждый сам по себе, удвоили усилия, чтобы ко дню Призыва достичь единоличного господства. Создав Кровавые Руны, с их помощью они привязали к себе самых могучих воителей того времени.

До самого Призыва истина об обнаруженном в Ксу руническом тексте так и не выплыла наружу, и катастрофа неумолимо надвигалась. План отступников открылся, и они не достигли желаемого результата: поклонения всех народов и признания себя высшими божествами Эо. Проигравшими в итоге оказались все. Расколовшийся на части мир не очень-то интересовался богами, как темными, так и светлыми, а граница между Эо и миром теней опасно истончилась. Тени лишь ждали подходящего момента, когда смогут ее разорвать.

До окончания эпохи Тьмы было еще очень далеко.

Глава 5. Войны Теней

Пробуждение Феникса и уничтожение Круга знаменовали завершение Войн Рун в году 15 после Призыва.

На какое-то время миряне сплотились, но теперь общего врага не существовало боле и старые распри вспыхнули вновь. Дети Света занялись восстановлением собственных держав. Пусть в Североземье пять правящих домов все еще сражаются за власть, на трон южного Верхнеземья уже взошел новый монарх. Королевство процветает, хоть годы, последовавшие за Призывом, и оказались необычайно тяжелы, но в то же время вынуждено обороняться от набегов кланов Железной Бури и темных эльфов Лара. И, несмотря на крепкие замковые стены и доблестных рыцарей, Верхнеземье не забыло о союзе с иными детьми Света, ведь иначе не выстоять...

Со времен Призыва эльфы белого древа Файнон Мир прервали все контакты с иными народами. Но их изгнанные сестры, воинственные морхири, обитающие в руинах затонувшей эльфийской крепости Дун Мора, все еще чтят старые клятвы. Непрерывные сражения с порождениями болот и демонами закалили их, и морхири сражаются во имя Света с неистовой яростью и решимостью.

Пребывая далеко от родичей в Виндхольме, гномы Срединных гор по мере сил противостоят горным оркам и демонам. Не только искусные воины и умелые ковали приходят из шахт Подгорного Града и Огненной Кузни, но осадные машины пользуются заслуженной славой в войсках Королевства - так отныне зовется вольный союз держав Света.

...После поражения темных в Войне Шести Народов небольшие анклавы их возникли на всей территории Фиары. Темные эльфы основали новую Империю Лар, орки-шароки заняли северный ледник, а вот иным орочьим кланам, не говоря уже о троллях, пришлось вести присное существование в тени Армии Света, пребывая в вечном страхе пред скорой расправой.

Но затем миру явился орк, известный под именем Железный Лорд, объединивший южные орочьи кланы и поведший их за собой вдоль побережья Черных Вод по равнинам Зеленого Моря к Вратам Мечей. Здесь, на руинах древних крепостей великих эльфов, последователи Железного Лорда и осели. Чуть позже к ним присоединились варварские племена, бежавшие в сирые руины эльфийской державы со склонов Срединных гор. Железный Лорд обратил их к Зараху, Кровавому Богу, даровав таким образом новую цель в жизни.

После чего им была основана новая империя, объединяющая всех верных служителей Зараха, изгоев в землях Света. Кланы Железной Бури непрерывно росли и становились силой, с которой волей-неволей приходилось считаться...

А в то же время в стане темных эльфов зрел раскол. Колдун Назшар объединил норитов и иномировые тени, а сын его, Тот Лар, при поддержке школ колдовства и матери своей Сорвины стал верховным архонтом и во всеуслышанье объявил об альянсе с тенями, Внешними. Но многим норитам оный пришелся не по нраву, и дрэгон Крэй Ун'Шаллах встал во главе мятежников, стремящихся низвергнуть Тот Лара. Вот только могуществу теней они мало что могли противопоставить, ведь сии бесплотные твари, питающиеся жизненной силой темных эльфов, оказались превосходными асассинами, лишающими жизни мятежных дрэгонов одного за другим. К тому же амбициозная Сорвина, алхимик Серебряной Длани, призвала на службу множество горгулий - демонов преисподней, коим магия придала физическое воплощение. Силы Пакта все росли, а дрэгонов, истово следующих предвечному кодексу чести норитов - наоборот, таяли. Возможно, Крэю следовало бы призвать на помощь Воинов Рун, но история распорядилась иначе.

С исчезновением Круга развеялась и его магия. Сила Рун исчезла, и рунные воители сбросили с себя оковы бессмертия, лишившись при этом могущества. Бывший Хранитель Феникса вернулся в Эмпирию, где принялся за восстановление Ордена Зари. Неведомо, что случилось с Проклятым, владельцем Клинка Теней, но, вероятно, он не смог избегнуть уготованной участи и обратился в тень.

И теперь, 19 лет после Призыва, конфликт достиг своего апогея...

***

Скрестив руки на груди, шейкан задумчиво созерцал полуразрушенный храм героев, возведенный на самой окраине Железных Равнин - исконных земель его народа. Как сложилась их судьба теперь, когда магия Круга покинула мир? Конечно, некоторым была дарована смертность, возможность прожить жизнь до конца, но что иные - те, души которых на момент Пробуждения Феникса пребывали заточенными в Рунах?.. Был ли дарован им покой посмертия, или просто исчезли они вместе с чарами, канув в небытие?

"Ах, вот ты где..." Сзади приблизился Бор, нареченный брат героя, дружески хлопнул того по плечу. "Пошли, не будем злить Тору..." Столь будничная встреча, будто и не было долгих лет разлуки, в течение которых шейкан странствовал по миру, постигая мудрость бытия. "Давай-ка заберем Лию по дороге..."

Конечно, сегодня же празднество освящения имен... Наряду с Бором молодой шейкан устремился по торному тракту в направлении виднеющейся вдалеке крепости Шейкур.

К вящему ужасу обоих, стоящий на отшибе домишко Лии был разорен, а сама девушка - мертва, однако и земля вокруг усеяна трупами воинов в черных доспехах. Не медля, герой свершил ритуал, доступный лишь шейканом, ибо кровь дракона позволяла тем воскрешать смертных, коль с гибели их прошло совсем немного времени.

Пошатываясь, Лия поднялась на ноги, искренне поблагодарила названных братьев. "Кто они такие?" - острием меча Бор указал на тела павших воителей. - "Они подобны на темных эльфов, но цвет волос их и глаз..." "И говорили они на языке темных эльфов", - кивнула Лия. - "Что-то было в них... темное и холодное".

Не мешкая, трое продолжили путь к Шейкуру. Если уж здесь, на Железных Равнинах появились эти странные, не похожие на себя нориты - стало быть, мирные времена закончились, и нужно как можно скорее предупредить народ о грядущей опасности.

По пути герои наблюдали, как двое "преображенных" норитов расправляются с темной эльфийкой, вот только к тому времени, как шейканы поспели к месту сражения, девушка была уже мертва. Впрочем, герой нашел выход из положения, влив ей в рот несколько капель собственной крови, и магия дракона вернула эльфийку к жизни.

"Я обязана тебе жизнью!" - склонилась та перед ним. - "Скажи, как мне отблагодарить тебя?" "Объясни, что происходит!" - велел герой. - "Кто эти воины? Они не похожи на обычных темных эльфов!" "Они - солдаты Пакта Теней", - отвечала эльфийка, - "лазутчики армии, что движется к этой стране. И часть этой армии уже вторглась в северо-западные пределы!"

Решив расспросить эльфийку, назвавшейся Ночной Песнью, чуть позже, трое шейканов и их новая спутница устремились к восточным холмам, где разожгли сигнальный костер, наказывающий всем жителям Железных Равнин немедленно бежать под защиту стен Шейкура.

Но было поздно. Деревушка шейканов, расположенная чуть к востоку от Шейкура, уже приняла на себя удар передового отряда армии захватчиков. Сознавая, что вчетвером они мало что смогут поделать, герои решили попытаться заручиться поддержкой людей, солдат Королевства, чей форпост ютился на восточной оконечности Железных Равнин.

Неохотно, но те все же отрядили рыцарей и лучников в помощь нежеланным соседям, и герои, разгромив лагерь "преображенных" норитов, возведенный в разоренной ими деревеньке, проследовали к вратам Шейкура.

Тора встречала крестьян, стекающихся под защиту крепостных стен. Героям же она велела немедля проследовать к Патриарху Уру, логово которого пребывало на вершине горного пика, на склонах которого и была возведена твердыня Шейкур, и представить древнему дракону Ночную Песнь, ведь та наверняка обладает сведениями, критичными для выживания народа шейканов... а, возможно, и всех иных разумных рас Эо.

Шейканы опустились на колени пред великим драконом, эльфийка же выступила вперед. "Мое имя - Ночная Песнь", - представилась она. - "И я несу вести о братоубийственной войне в землях темных эльфов. Многие из моего народа объединились с тенями и ныне именуют свой альянс Пактом". "Тени..." - задумчиво пророкотал Ур. "Твари из иного мира, враги всех проявлений жизни", - пояснила Ночная Песнь. - "И они движутся сюда наряду с воинством норитов". "И ты предупреждаешь нас об этом?" - прищурился дракон. - "Почему мы должны тебе верить?"

Эльфийка вздохнула: "Перед смертью своей мой отец, Крэй Ун'Шаллах, передал мне символ норитов". "Крэй... убит?" - неверяще выдохнул Ур. "Да", - склонила голову Ночная Песнь. - "Он наказал мне предупредить народы Света о неминуемом вторжении теней. Потому я собираюсь продолжить путь к королевству людей". "Согласен", - молвил дракон, и обратился к шейкану: "А ты, дитя, будешь сопровождать ее!" "Но как же так?!" - воскликнул тот. - "А армия Пакта? Я должен встать на защиту наших земель!" "Нет, дитя!" - отвечал Ур. - "Ты должен привести помощь. Отыщи барона Ортбрандта в Норимаре. Он даст тебе надлежащий эскорт, с которым ты проследуешь к королю Ульфу. Предупреди короля о вторжении и возвращайся с его войском! А мы пока будем сдерживать силы Пакта!"

Скрепя сердце, герой, сопровождаемый Ночной Песнью, устремился к порталу в Норимар, пограничную область Верхнеземья, где надеялся отыскать барона Ортбрандта и его верных паладинов, Железных Соколов.

Прохаживающийся у портала престарелый воин-шейкан, Колар, отозвал героя в сторонку. "Ты ведь знаешь о нашем... Создателе?" - поинтересовался он, напряженно буравя шейкана взглядом. "О Малакэе?" - презрительно отозвался тот. - "Он сотворил наш род лишь потому, что алкал могущества! Боги прокляли его! Будет лучше, если мы вовсе забудем о его наследии!" "Но душа его все еще в нашей крови", - произнес Колар. - "Долгие поколения скрывалась она от кары богов Света". "Да, иногда я слышу его шепот... в своих снах", - молвил герой. - "Но все это - старая история, а сейчас на нас обрушились иные беды". "Никогда не стоит недооценить злобу в нашей крови", - назидательно изрек Колар и вздохнул: "Я хотел еще о многом с тобой поговорить... Но тебе пора в путь. Будь осторожен, кровь моей крови!"

Проследовав через портал, трио шейканов - наш герой, Бор и Лия, - а также Ночная Песнь, оказались в Норимаре, недалече от южных отрогов гор Ветра. Не мешкая, они пустились в путь к последнему оплоту Ордена Железных Соколов, надеясь, что барон Ортбрандт, давний друг шейканов, не откажет им в помощи.

В предгорьях героям встретились восставшие мертвецы, справиться с которыми, впрочем, для них не составило труда. "Нежить в землях Света?!" - поразилась Ночная Песнь. "Зло скрывается под сими горами", - отвечал герой. - "Неужто это пугает дочь Крэя Ун'Шаллаха?" "Придержи свой язык, если хочешь сохранить все части тела, шейкан!" - разозлилась темная эльфийка, и, опустив глаза, добавила: "Но действительно... после смерти отца я чувствую себя... опустошенной. Как будто все, чему он научил меня, умерло вместе с ним. Как будто я позабыла даже, как пользоваться мечами. Но знание вернется ко мне и я докажу, что достойна его!"

Повстречав отряд паладинов, герои узнали, что некроманты, объявившиеся в горах Ветра, вскрыли древний склеп с восставшей нежитью, не забыв при этом затушить священные огни, ограждавшие Норимар от нашествия сих богомерзких тварей. Посему нежить разошлась повсеместно, а врата замка Соколов наглухо закрыты. Одному-единственному отряду паладинов, отправленных на разрешение возникшей ситуации, с воспрявшей ордой не справиться, и своевременная помощь подоспевших шейканов оказалась совсем не лишней.

Врата замка Железных Соколов распахнулись, и паладины немедленно препроводили шейканов и Ночную Песнь пред светлые очи барона Ортбрандта и сына его, Фалькмара. "Барон Ортбрандт! Я говорю с тобой от имени Ура и как представитель народа шейканов", - без обиняков начал герой. - "Мы просим вас о поддержке! Темные эльфы объединились с тенями и выступили против народов Света! Сейчас они угрожают нашим землям!" "Войска Верхнеземья должны придти к нам на помощь!" - с жаром поддержала товарища Ночная Песнь. - "Помогите нам убедить в том короля, барон!"

"Вы хотите, чтобы мы поверили темной эльфийке и драконокровному, происходящему из рода предателей?" - скривился Фалькмар, сын барона, но не успел Ортбрандт и рта раскрыть, как в большой зал замка ворвался один из дозорных. "Барон!" - выкрикнул он. - "Темные эльфы на южном перевале! Они направляются к замку Соколов! Огромная армия! Нам не выстоять!" "Шейкан привел их сюда!" - разъярился Фалькмар, но барон, одним взглядом заставив зарвавшегося отпрыска замолчать, отдал приказ готовиться к сражению.

"А у тебя, шейкан, будет возможность доказать, достоин ли ты нашего доверия!" - обратился Ортбрандт к герою. - "Тебе предстоит преградить путь врагу. На тот случай, если темные будет угрожать нашим рубежам, гномы сих земель создали огромный горн, один звук которого может вызвать обвал на южном склоне горы Мадан Гор".

Наказав герою и нескольким верховым паладинам добраться до горна как можно скорее, Ортбрандт всецело занялся подготовкой цитадели к возможной осаде, в то время как шейканы и их новые союзники оседлали коней и устремились прочь, вниз по тому же горному тракту, по которому незадолго до того восходили.

Начинание их увенчалось успехом. Пока всадники сдерживали натиск передовых отрядов норитов, шейканы добрались до исполинского рога, зажатого в клюве вырезанного в горном склоне сокола, и, дунув в него, спровоцировали лавину, перекрывшую южный перевал.

И все же тяжело было на сердце героя, когда возвращался он ко двору барона; ведь появление сил Пакта в Норимаре может означать лишь одно - Шейкур находится в осаде. Ортбрандт передал шейканам рекомендательное письмо к королю Верхнеземья и даже отрядил сына своего Фалькмара для сопровождения искателей приключений ко двору Ульфа. "Но сперва вы сопроводите караван с водными запасами в городок Лирайн, что в Низинах Быстрых Вод", - добавил барон. - "Прибыв туда, отыщите Матрика, мастера Ордена Зари. Коль тени воистину играют роль в нынешних событиях, вам понадобится поддержка Ордена!"

Западные врата замка Соколов распахнулись, и шейканы, сопровождаемые угрюмо молчащим Фалькмаром и отрядом доблестных паладинов, выступили на запад, где на равнинах у гор Ветра бесчинствовала нежить, выпущенная из склепа зловредными некромантами. Вновь запечатав врата оскверненного склепа, герои проследовали к порталу в Низины Быстрых Вод, дождались, когда в оном исчезнет караван с припасами, и лишь после того ступили в сияющие врата сами.

Увы, Лирайн оказался осажден орками Железной Бури, а в округе бесчинствовали войска Кланов, выжигая плодородные селянские угодья. Видать, Железный Лорд донельзя осмелел, коль рискнул открыто выступить на Верхнеземье.

Наряду с рыцарями Ордена Зари, городским ополчением и Железными Соколами, отряженными бароном Ортбрандтом для сопровождения каравана, шейканы разорили лагеря Кланов, сняв осаду с Лирайна, после чего оставили Фалькмара надзирать за разгрузкой припасов на городской площади, а сами устремились к замку, возвышающемуся на холме.

"Мастер Матрик?" - обратился герой к рыцарю в алых доспехах, ступившему к нему навстречу, и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил: "Я принес вести из твердыни шейканов на Железных Равнинах. Пред нашими вратами - армия темных эльфов и теней! Мы нуждаемся в поддержке Верхнеземья и Ордена!" С этими словами герой протянул Матрику рекомендательное письмо барона Ортбрандта.

Раздался пронзительный рев рогов: армии Клана устремились в атаку. Приняв командование над силами Ордена Зари, квартирующимися в Лирайне, герой привел войско к победе, обратив в бегство орков и их союзников, чем вызвал невольное уважение даже презирающего весь род шейканов Фалькмара.

После чего, выслушав рассказ шейканов, Матрик согласился выделить все имеющиеся в его распоряжении силы, дабы нанести удар по нечестивому Пакту. "Нам нужно каким-то способом заставить тени стать видимыми", - заметил мастер Ордена. - "А теперь тебе надлежит поспешить в Семь Твердынь, столицу Верхнеземья. Вот только помощи от короля ты навряд ли дождешься. Вот уже несколько недель среди солдат королевской армии свирепствует чума. Нет, в борьбе против Пакта тебе нужны не только люди... но и старейшие расы!" "То есть, эльфы?" - уточнил герой. "Да, и гномы тоже", - кивнул Матрик. - "Но порталы, ведущие в их земли, утратили свои магические силы..."

По словам Матрика, магия, поддерживавшая порталы, все слабеет, и недалек тот день и час, когда островки расколотого мира окажутся изолированы друг от друга. И что произойдет тогда?.. На этот вопрос Матрик не готов был ответить, но посоветовал шейканам навестить руины крепости Ордена Зари к северу от Лирайна. По словам мастера, там хранится портальный камень - артефакт, могущий вдохнуть новую жизнь в угасающий портал, а также манускрипты, написанные самих Рохеном, и знания, заключенные в них, имеют самое прямое отношение к магии порталов. После чего Матрик советовал немедля проследовать в оплот Ордена Зари в Семи Твердынях да разыскать мастера Аскана, долгие годы изучающего портальную магию.

Отыскав реликты, герои ступили в портал, ведущий к Семи Твердыням - сердцу Верхнеземья. Чума, свирепствовавшая в городе, косила солдат королевской гвардии; как следствие - патрули на дорогах исчезли, что вылилось в резкое увеличение числа монстров в округе. "Мне все не дают покоя слова Колара", - нарушил молчание Бор, когда герои шагали по торному тракту по направлению к величественному граду. "О душе Малакэя?" - уточнил герой. "Именно", - кивнул его брат. - "Думаю, Ур отослал нас прочь не просто так. Назревает что-то нехорошее".

Миновав опустевшие городские кварталы, герои проследовали в замок, где в тронном зале лицезрели самого Ульфа, короля Верхнеземья. "Вести, принесенные тобой, немало озаботили нас, шейкан", - произнес монарх, внимательно выслушав рассказ героя. - "Увы, но мы не можем послать войска на твою родину". "Как так?!" - опешил герой: неужели он прошел столь долгий путь - и все впустую? "Как только Пакт захватит Железные Равнины, твое королевство падет пред его мощью!" - с жаром молвила Ночная Песнь. "Придержи язык, эльфийка!" - оборвал ее Фалькмар; глаза бына барона Ортбрандта гневно сузились. - "Помни, с кем ты говоришь!"

"Чума убила большую часть нашей армии", - пояснил Ульф. - "Оставшихся едва хватает, чтобы защищать сам город. К тому же, если ты действительно обрушил Мадан Гор, как говоришь, через Норимар к Железным Равнинам уже не пройти. Стало быть, единственный путь к землям шейканов - на восток, минуя Иглу и прямиком через Оплот, огромную приграничную крепость Кланов".

"Так сожжем же Оплот!" - выкрикнула Ночная Песнь. - "Куда подевался боевой дух воителей Света?" Углядев в сем очередное оскорбление короля, Фалькмар выхватил меч, эльфийка последовала его примеру. От кровопролития их удержали полководцы, присутствовавшие в тронном зале и приказавшие немедленно вложить клинки в ножны.

"Ваше величество!" - обратился к монарху один из них, Эйнар из дома Утран, посол Североземья. - "Эти люди рисковали своими жизнями! Неужто вы просто отправите их восвояси?" Ульф вздохнул, обратился к герою: "За твои славные деяния в Норимаре и Низинах Быстрых Вод жалую тебе во владение Вестгард! И дозволено тебе будет именоваться сквайром в Верхнеземье!" "Зачем мне земельный надел?!" - вырвалось у шейкана. - "Мне нужна моя родина!" "Мы огласили свое решение!" - нахмурился Ульф. - "Вы свободны!"

Вне себя от гнева, герой зашагал к выходу из дворца. Странный, язвительный голос зазвучал в его разуме, призывая расправиться с этими жалкими, трусливыми людишками. Усилием воли отогнав чуждое присутствие прочь, герой погрузился в тягостные раздумья о том, как же ему следует поступить теперь. Ведь очевидно, что даже заручившись поддержкой Железных Соколов и Ордена Зари, шейканам не под силу будет остановить стремительный натиск сил Пакта.

"Что с тобой было только что?" - нагнала героя Ночная Песнь. - "Ты выглядел... как-то странно". "Я слышал голос в своем разуме..." - признался шейкан. "Это то, о чем говорил Колар?" - встревоженно вопросила темная эльфийка. - "Душа Малакэя в твоей крови?" "Ранее я иногда слышал голоса в своих снах, но никогда столь отчетливо и ни разу в час бодрствования", - отвечал герой; случившееся немало встревожило и его самого. "Возможно, гнев пробуждает в тебе глас прародителя?" - предположила Ночная Песнь. - "А гневаться у тебя сейчас полное право! Трусливые, лживые почитатели Света! Коль не воля моего отца, я бы не кланялась им в ноги вовсе! Но я все же останусь здесь и постараюсь переубедить их. Ты же должен продолжить поиски помощи своему народу. Поговори с этим Эйнаром! Похоже, он слеплен из инога теста, нежели остальные".

Конечно же, она права. И все же герой не мог избавиться от снедавшей его злости, посему напустился на проходившего мимо Фалькмара. "Какой от тебя был толк?!" - выкрикнул он. - "Отец отправил тебя нам в помощь!" "Я лишь исполнял свой долг как рыцарь Верхнеземья!" - отвечал заносчивый дворянин. "Свой долг?" - разъярился герой. - "Твое слово в нашу поддержку могло спасти множество жизней! А ты лишь пекся о защите чести короля! Это что, боги Света научили тебя так себя вести? Вот уж не думаю!"

Хмыкнув, Фалькмар двинулся прочь; герой же отозвал Эйнара в сторонку, сердечно поблагодарил посланника Североземья за поддержку. "Очень часто на помощь приходят те, кого ненавидят больше всего на свете", - вздохнул тот. - "Я - Эйнар, посланник дома Утран из Североземья. Я наслышан о тебе". "Североземье?" - подивился герой. - "Стало быть, ты не пребываешь в подчинении у короля?" "Нет", - покачал головой Эйнар. - "Вообще-то я уже довольно долгое время пытаюсь убедить короля Ульфа и Верхнеземье в его лице вместе ударить по темным эльфам. Мы в Североземье прознали об их Пакте с тенями". "Поможешь спасти мой народ?" - с надеждой вопросил герой. "У меня слишком мало воинов", - отвечал посол. - "С ними нам войну не выиграть... Но в чем-то король прав. Если ты хочешь вернуться на Железные Равнины, сперва придется разгромить Оплот. Это гигантская крепость, на стенах которой - катапульты и лучники Кланов!.. А катапульты тебе пригодятся самому! А также лучники, которые смогут устранить орков на стенах с безопасного расстояния. От армии Верхнеземья в любом случае было бы мало толку... Катапульты гномов и луки эльфов, вот что тебе нужно! Альянса старейших рас с Верхнеземьем не существует больше, но посланники сопредельных держав пребывают в Семи Твердынях. Посол гномов Подгорного Града, Яндрим Молот Ветра, проживает в квартале гномов к северо-востоку от дворца. Попроси его о помощи... и о катапультах Подгорного Града".

Распрощавшись с Эйнаром, трио шейканов устремилось по направлению к кварталу гномов. "Не могу поверить, что Фалькмар предал нас!" - не переставал скрипеть зубами Бор. "Он лишь делал то, что считал правильным", - мягко урезонила брата Лия. - "Вспомни, он изначально отправился с нами не по своей воле". "Теперь ясно, почему наши предки предпочитали служение темным", - заметил Бор, и возразить ему желающих не нашлось.

Путь шейканов пролегал мимо университета, подле которого им посчастливилось разыскать помянутого Матриком мастера Аскана. "Я не могу понять, что лежит в основе угасания порталов!" - сокрушался ученый, когда герой обратился к нему с вопросом. - "Если портальные камни были созданы с помощью Вечного Пламени, почему они сейчас теряют свою силу?" "Маги Круга черпали свои силы из Вечного Пламени, насколько я знаю?" - уточнил герой. "Они связали с Вечным Пламенем свои тела", - согласно кивнул Аскан. "Но вся магия Вечного Пламени, творимая ими, использовала их тела в качестве источника", - развивал мысль шейкан. - "Как связующее звено с предвечными силами". "А сейчас все маги Круга мертвы..." - призадумался ученый. - "Мне нужно обдумать это..."

Передав Аскану четыре книги Рохена, обнаруженные на руинах твердыни Ордена Зари, шейканы продолжили путь в квартал гномов, пообещав магистру непременно вернуться, коль обнаружат они иные ключи к разгадке тайны угасания порталов. По пути заметили они девушку, Карлу, которая предлагала прохожим сыграть в игру драккар, фигурками в которой выступали камушки. Сама Карла мнила себя истинным мастером драккара, и была неприятно поражена, когда захожему шейкану удалось одержать верх над нею.

Яндрима герои обнаружили в изрядном подпитии; посол и на ногах-то не стоял. Оказывается, пребывает гном в депрессии, ведь отец его сражается в осажденном Подгорном Граде, а он не может придти к нему на помощь, ибо портал, ведущий в земли гномов, утратил свою силу. От этом героям поведал молодой помощник гнома, человек по имени Джаред, как и о том, что существует зелье, могущее вывести Яндрима из столь плачевного состояния.

Но когда герои собрали все необходимые для зелья компоненты, оказалось, что дни Джареда на этом свете сочтены, ибо чума снедала его. За неимением иного выхода, герой даровал умирающему свою кровь, вернув того к жизни, но сделав при этом шейканом. "Благодарю тебя!" - Джаред склонился в низком поклоне. "Пока еще рано", - отвечал герой. - "Кровь обратила в шейкана тебя самого". "Да будет так!" - ничуть не смутился юноша. - "Отныне я последую за тобой куда угодно! Жизнь моя принадлежит тебе, шейкан. Нравится тебе это или нет. Но.. я чувствую себя таким сильным! Практически неуязвимым! Эта кровь... потрясающа!" "Да", - согласлися Бор. - "Ты будешь чувствовать себя сильнее и быстрее остальных, да и на сон затратишь меньше времени. Эта кровь обпьяняет!" "Но ты не должен впадать в экстаз", - добавила Лия. - "Потому что в этом случае она сведет тебя с ума..." "Она заставит тебя убивать... всех слабых", - кивнул Бор. - "Будто дикое животное..."

Это немного поумерило пыл Джареда, заставило призадуматься. Вздохнув, он занялся приготовлением зелья, которого влил в горло гному. Снадобье немедля постало посла на ноги, выветрив хмель у него из головы. "Почему бы тебе не оставить меня в покое, человек?!" - загремел Яндрим, на что герой твердо отвечал: "Мне нужды катапульты Подгорного Града, гном!" "Путь в Подгорный Град закрыт", - понурился гном. - "Я не могу попасть к своему народу". "У меня есть портальный камень, который может восстановить портал", - промолвил герой, и лицо Яндрима просветлело. "Правда?!" - с надеждой вопросил он. - "Наконец-то я узнаю, что сталось с моим отцом!"

И гном засеменил по направлению к порталу. "А что с твоим отцом?" - поинтересовался герой, нагоняя его. "В Подгорном Граде он сражается с ледяной ведьмой Аман и огненным магом Иваном", - отвечал Яндрим.

Вновь активировав портал с помощью волшебного камня, обнаруженного в Низинах Быстрых Вод, шейканы и Яндрим Молот Ветра проследовали к лагерю рудокопов у Подгорного Града... лишь затем, чтобы узнать от встреченного по дороге гнома - битва проиграна! Гномы, ведомые таном Вульфгаром, бежали от тварей ледяной ведьмы через адамантовый рудник в город; Молот Ветра, отец Яндрима, остался в руднике, запечатав врата за отступившей армией, где, судя по всему, погиб в поединке с огненным магом Иваном. Вести явились для Яндрима тяжелым ударом - до последнего он питал надежду на то, что батюшка его выживет в гибельном конфликте с чародеями.

Наряду с отрядом гномов углубившись в извилистые лабиринты адамантового рудника, герои лицезрели призрак гнома, соткавшийся у них на пути. "Отец!" - вырвалось у пораженного Яндрима. "Что здесь произошло, призрак?" - поинтересовался шейкан. "Я схватился с Иваном, огненным магом, пытаясь уберечь Сердце Нетальфа", - прошелестел призрак Молота Ветра. - "Долго мы сражались здесь, в руднике! А затем потолок тоннеля обрушился на нас. Тела наши погибли, но духи продолжали сражение. Иван умыкнул Сердце Нетальфа, но я запечатал выход из рудника, дабы не сумел он бежать. Лишь когда Сердце вновь будет в безопасности, познаю я покой посмертия! Верните мне Сердце Нетальфа, дабы я смог раз и навсегда одержать верх над Иваном, вернув мир в Подгорный Град!"

Пробившись через легионы нежити, заполонившей рудник, шейканы и гномы отыскали Сердце Нетальфа, преподнесли его призраку Молота Ветра, который немедленно атаковал витавший недалече дух Ивана, и, уничтожив его, исчез, познав благословенный покой. Выход из рудника, запечатанный доселе магией гнома, был вновь открыт.

"Почему вы сражались с этими магами, Аман и Иваном?" - поинтересовался герой у Яндрима, следуя за гномом к выходу из подземных лабиринтов. "Аман и Иван были королем и королевой варваров Срединных гор", - отвечал гном, поглаживая окладистую бороду. - "И жили мы с ними в мире и согласии. Но Снежнобородый, гигант бурь, домогался Аман, а когда та отказала ему, наложил на короля и королеву заклятие. Аман обратилась в ледяную ведьму, холодную, как ледник, а Иван - в огненного мага, от которого веяло жаром, как из недр Барга Гор. Они не могли дотронуться друг до друга, иначе мгновенно бы умерли. С тех пор они только и делали, что пытались развеять чары, становясь при этом все более и более жестокими. Боль и одиночество лишили их рассудка! Наконец, они напали на нас в надежде захватить Сердце Нетальфа - могущественный артефакт, веками хранимый моим отцом".

Выбравшись на поверхность, в ущелья Срединных гор, герои приступили к методичной зачистке города гномов от тварей ледяной ведьмы. Объединившись с рыцарями Королевства, возведшими в сих богами забытых землях свою заставу, шейканы направили все усилия на то, чтобы пробиться на север, за укрепления воинства Аман, ибо именно там из последних сил держались тан Вульфгар и костяк армии Подгорного Града.

Разгромив у ледяного дворца армию Аман и прикончив саму ведьму, герои тем самым решили исход конфликта в Подгорном Граде, и души почивших короля и королевы варваров наконец воссоединились. "Да восславится Нетальф!" - возопил тан, и гномы с радостью подхватили клич вождя. "Славь Нетальфа, сколько влезет!" - осадил последнего герой. - "Мне нужды твои топоры и катапульты. Тени и темные эльфы напали на мои родные земли. Мне нужно пробиться через Оплот и помочь своему народу. Могу я рассчитывать на твоих воинов, тан?" "Помощь твоя была неоценима", - согласился Вульфгар. - "Гномы поддержат тебя. Но сперва нам нужно захоронить павших. Возвращайся в Семь Твердынь, мы последуем за тобой, когда придет час".

Последовав совету Вульфгара, шейканы вернулись в столицу Верхнеземья, немедленно проследовали во дворец, где разыскали Эйнара. "Гномы помогут нам, Эйнар", - сообщил герой, и посланник Североземья кивнул, улыбнувшись: "Прекрасно! Однако с одними лишь катапультами Оплот не захватить. Тебе пригодятся длинные луки, дабы устранить орду орочьих лучников. Высших эльфов Файнон Мир нет боле, но у морхири, эльфов-воительниц из Дун Моры, есть свое представительство в Семи Твердынях. Ты найдешь посланницу морхири на Тихой Поляне - так называется обширный сад к северо-западу от города".

Шейканы устремились в указанном направлении. "Ты ведь обучалась в Дун Море, не так ли, Лия?" - полюбопытствовал Бор у названной сестры, и так кивнула: "Да. Это было очень давно". "Теперь там и Шай тоже", - хмыкнул Бор. - "Думаю, она должна постичь суть смирения". "Если в этом мире и есть место, которое учит смирению, то это - Дун Мора", - без тени улыбки отвечала Лия, и дальнейший путь прошел в молчании, нарушить которое осмелился Джаред.

"А что означает - "Дун Мора"?" - поинтересовался новоиспеченный шейкан. "Дун" - означает "крепость" по-эльфийски", - молвила Лия, - "так же, как и "Драг" на языке норитов. Дун Мора была одной из двух великих приграничных крепостей высших эльфов. До тех пор, пока защитники ее не лишились всякой надежды на выживание и не прокляли богов Света. По воле богини Элен крепость Дун Мора погрузилась в болото. Сегодня там обитают морхири, эльфы-изгои, проводя там свое Испытание Горести. Они защищают Дун Мору от демонов Эвермарша в надежде когда-либо вновь вернуться в священные рощи Файнон Мир". "То есть, это что-то вроде тюремной колонии?" - уточнил Джаред, и Лия вздохнула: "Да, что-то вроде".

Вот только посланницы морхири, Илии, в эльфийском посольстве не оказалось; помощницы ее поведали о том, что Илия вплотную занялась поиском исцеления от чумы, обрушившейся на город, и вот уже несколько дней ее никто не видел. След привел шейканов в поместье Хаггарда, мага-недоучки, потомка семьи, некогда основавшей Семь Твердынь. Именно сей индивид отравил водные запасы города, что привело ко множеству смертей и фактическому уничтожению армии Верхнеземья. Эльфийку же, выведшую его на чистую воду, Хаггард заточил в родовом поместье.

Но когда объединенные силы городской гильдии магов, воинов и шейканов ворвались в манор, маг счел за лучшее удалиться, пробормотав что-то насчет "госпожи". Судя по всему, действовал он не по своей инициативе, а, вероятнее всего, герои о нем еще услышат.

С дозволения Илии активировав портальным камнем утративший было наложенные чары портал, ведущий в Дун Мору, герой и компаньоны его перенеслись в сей болотистый край морхири... лишь затем, чтобы воочию узреть престранную картину: отвратные крылатые демоны пили кровь эльфийких дев, а те стояли недвижно, даже не пытаясь сопротивляться. Насытившись, демоны улетели прочь...

В кустах у портала схоронилась Шай, шейкан. "Сестра! Что здесь происходит?!" - бросился к ней герой. "С эльфами Дун Моры покончено", - с грустью произнесла та. - "Они утратили всю надежду. Теперь они - просто куклы, лишенные воли. Плоть для насыщения демонов, алчных до их бессмертной крови".

Однако королева морхири Санша наряду с горсткой эльфов покамест не были затронуты странной апатией, снизошедшей, подобно злым чарам, практически на всех жителей Дун Моры. К ним-то Шай и привела родичей, благо те теперь выступали единственной надеждой для народа морхири, обреченного на скорую смерть от когтей болотных демонов.

"Человек?!" - поразилась королева. Герой низко поклонился ей. "Я прибыл сюда по дозволению Илии", - объяснил он. - "Я восстановил портал в Семи Твердынях, стремясь заполучить луки морхири". "Мы сражаемся в древней битве, шейкан", - отвечала королева. - "Нам нужно защищать эту крепость от болотных демонов. Такова воля нашей богини! Призраки мертвых бродят среди нас и наделяют сердца печалью и болью. Мы должны сопротивляться проклятью безнадежности!" "Если я изгоню сих призраков, присоединятся ли твои воительницы ко мне?" - деловито поинтересовался шейкан, и Санша кивнула: "Если изгонишь призраков, некоторые морхири восстанут от зачарованного сна. Они перейдут под твое начало, и вместе вы отбросите демонов обратно в болота! Но призраков так просто не поразить. Нужно пресечь то, что привязывает их в этому миру. Словом ли, деянием или мечом".

"Нам нужна поддержка Семи Твердынь!" - молвил герой. - "Навряд ли мы преуспеем, действуя в одиночку". "Если хочешь, отправь туда мою стражницу, Ио", - пожала плечами королева. - "Но альянс с людьми столь же прогнивший и ветхий, как и эти стены".

Тем не менее, разыскав Ио, герой дал ей четкие указания: "Отправляйся в Семь Твердынь и разыщи во дворце полководца Эйнара. Поменьше общайся с прихвостнями самого короля, толку от этого все равно не будет. Передай Эйнару, что шейканам нужна его помощь, и он выделит тебе людей, сколько сможет".

Ио устремилась к порталу, шейканы же, присоединилась к которым и Шай, разыскали утративших надежду призраков эльфийких дев и - где уговорами, а где и каленой сталью - заставили их покинуть смертный мир, дабы не смущали те души живых. Освободившись от тлетворного влияния мертвых, следующей ночью, когда ядовитый желтый туман окутал Дун Мору, морхири успешно отразили натиск демонов. Конечно, они прекрасно сознавали, что те вернутся, и число их будет велико.

Но наутро из портала в Семь Твердынь появились воители в ливреях дома Утран - миссия Ио увенчалась успехом. Мобилизовав силы людей и морхири, следующей ночью шейканы отразили натиск демонов, после чего повели их за собою в наступление к вратам, связующим Эо с преисподней. И когда пали адские порталы и искоренили рати морхири последних демонов, вновь обратился герой к королеве Санше. "Мне нужны ваши луки", - изрек он. - "Землям моим угрожают тени. Потому я и прошу тебя выделить следопытов, ибо Верхнеземье отказало мне в помощи". "Мы в долгу перед этим человеком!" - поддержала героя Ио. "Похоже, стражница все решила за меня", - улыбнулась королева. - "Что ж, мы поможем тебе, человек". "А я буду сопровождать вас в Верхнеземье!" - вызвалась Ио. - "Люди должны узнать о том, что произошло здесь!"

...И, вернувшись ко двору короля Ульфа, эльфийка-морхири в подробностях изложила все произошедшее на руинах Дун Мора. "Подгорный Град и Дун Мора готовы сражаться!" - закончила она свой рассказ, после чего с вызовом вопросила: "А что же Западный Орел?" "Мы уже послали войска к Игле", - отвечал Ульф. - "К настоящему времени они уже осадили Оплот".

После чего, обернувшись к герою, добавил: "Ты избавил нас от чумы, шейкан! За помощь в спасении жизней моих людей с помогу тебе спасти жизни твоих родичей. Оплот будет уничтожен!" "Тогда не будем терять времени!" - возвестил герой, но, оглядев присутствующих в тронном зале, нахмурился: "А где же Эйнар и Ночная Песнь?" Ему ответил Фалькмар, гораздо более уважительно, нежели ранее: "Эйнар уже у Оплота... а Ночная Песнь исчезла. Стража не нашла ее в городе".

"Я не чувствую ее!" - с тревогой молвил герой, обращаясь к спутникам-шейканам. - "Что-то сокрыло ее, и даже зов крови не может пробиться к ней. Либо могущественная магия... либо смерть".

Решив, тем не менее, дознаться до сути происходящего и пообщавшись с городскими стражниками, герой выяснил, что Ночная Песнь, судя по всему была похищена; нашлись свидетели, которые видели, как какие-то люди выводили темную эльфийку через северо-восточные ворота Семи Твердынь. Устремившись в указанном направлении, шейканы лицезрели нескольких "преображенных" норитов... а также старину Хаггарда! "Надеюсь, ты простишь, если я заберу твою спутницу в отместку за сорванные планы", - с показным дружелюбием изрек маг. - "Я должен предложить госпоже что-то действительно достойное, дабы она скорей забыла о моей неудаче. Эта проклятая полуэльфийка жива и готова к пыткам! За нее меня сделают королем!"

Увы, надеждам его не суждено было сбыться. Прикончив и норитов, и колдуна, шейканы освободили Ночную Песнь, которая прежде всего высказала все, что она думает об этих трусливых стражах Семи Твердынь, не осмелившимися последовать за похитителями самостоятельно. "Маг исполнял волю Сорвины, тайной правительницы Пакта", - сообщила темная эльфийка. - "Она - мать Тот Лара, верховного архонта норитов, и вдова ненавистного Назшара! Она заключила с тенями Пакт! Она убила моего отца! А теперь она жаждет и моей крови!"

"Потому что ты - дочь Крэя?" - уточнил герой. "Не только поэтому", - покачала головой Ночная Песнь. - "Когда-то Тот Лар сумел воскрестить отца своего Назшара с помощью Воина Рун. Отец мой тогда пребывал в заключении, и я выступила против Назшара... отправив того обратно в могилу. С тех пор Сорвина жаждет отомстить мне"

"А кем был этот Назшар?" - поинтересовался шейкан. "Дьяволом!" - с горячностью воскликнула эльфийка. - "Предавшим все, во что верили нориты! То есть, раньше верили. В ту пору он был лордом Драг'Лура и правил с такой жестокостью, что заставляла содрогаться даже норитов. Уже тогда он искал тени и приносил в жертву не только последователей Света, но и собственных воинов. Драг'Лур был заполнен телами его жертв. Заполучив Клинок Теней, он провозгласил себя владыкой норитов. Отцу моему, знаменитому полководцу, наказано было низвергнуть его. Он первым ворвался во врата неприступного Драг'Лура. На верхней площадке крепости он прикончил Назшара. На этом самом месте погиб он сам".

"И Сорвина жаждет отомстить за своего мужа?" - уточнил герой. "Нет, и за свою судьбу тоже", - молвила Ночная Песень. - "Когда отец мой убил Назшара в первый раз, ей, как супруге предателя, был предложен выбор: меч или яд. Она выбрала яд. С тех пор она умирает. Лишь магия и сила воли позволяют ей отдалять смерть, в то время как яд медленно убивает ее. Должно быть, она невероятно страдает. Представь, сколь сильна ее ненависть!"

"Зачем же она напала на мои земли, если хотела лишь добраться до тебя?" - недоумевал герой. - "Неужто из-за этого стоит начинать войну со Светом?" "Мне это неведомо", - отвечала эльфийка. - "Возможно, ей пришлось пообещать архонтам войну, чтобы получить войска для собственных целей. А, быть может, ей нужно что-то иное". "А как Сорвина сумела заключить Пакт с тенями?" - полюбопытствовал герой. "Она - алхимик Серебряной Длани, одна из самых могущественных в своей гильдии", - молвила Ночная Песнь. - "Наследие почившего супруга, Назшара, включало в себя пространные сведения о тенях. Возможно, она владеет неким крайне могущественным артефактом, наличие которого сделало возможным союз с тенями. За поддержку она предложила теням часть жизненных сил моего народа. Тот Лар и верховные архонты соткали заклинание Пакта... И повсюду нориты стали преображаться. Даже я не избегла сей участи".

Обыскав тело поверженного Хаггарда, герой отыскал сияющий кристалл. Ночная Песнь пояснила, что называется он "осколком разума" и позволяет телепатически общаться с тем, на кого настроен. Не веря в свою удачу, герой получил возможность на несколько мгновений соприкоснуться с разумом Сорвины! "Покамест все идет по плану", - услышал он ликующий шепот. - "Внимание шейканов и Королевства отвлечено... Дракон принадлежит мне! Пусть архонты играют в свою войну! Пусть найдут свою погибель у стен бастионов Света! Мне-то какая разница?! Они слабы и глупы. Даже Тот Лар, мой бестолковый сын, может повелевать ими. Назшар, муж мой, как только я открою тайну, ты вернешься к жизни... Он понимал меня! Он дал мне могущество и знания! А не просто пустые обещания!.. Я что, дитя, которое играется с нарядами перед зеркалом? Я хочу быть свободна! Назшар признал темные силы, коими обладают женщины рода норитов. А когда я вновь верну красоту, а ты вернешься к жизни... Тогда я дам жизнь сыну, достойному тебя".

Почувствовав в разуме своем чужое присутствие, Сорвина прервала контакт; кристалл в руках героя расплавился. Права была Ночная Песнь: Сорвина действительно вынашивает собственные замыслы, и до развязанной архонтами войны ей нет никакого дела. Но... если объединенные силы Королевства выступят к Железным Равнинам, куда же нанесет удар она сама?..

Решив отложить поиски ответа на этот вопрос на потом, шейканы устремились к порталу, ведущему к Игле - исполинскому пику в восточных пределах Верхнеземья, на склонах которого и была возведена крепость Оплот, знаменующая границы земель Кланов.

Битва у орочьей твердыни уже началось, однако молодой принц Сигард успел сложить голову, ринувшись в бой, не дождавшись союзников. У выхода из портала шейканов встретили Эйнар, полководец Верхнеземья Каран и Матрик, доложившие о текущей ситуации. Несмотря на советы Матрика, принц отослал магов Ордена Зари верхом на грифонах довольно далеко, и теперь оные отрезаны от основных сил Королевства передовыми отрядами Пакта.

Споро расправившись с орочьим отродьем, что дало возможность воссоединиться с наездниками грифонов, шейканы заняли позицию у брода через реку, расставив на флангах эльфийских лучниц и ожидая скорой атаки Кланов. "Что Сорвина имела в виду, когда говорила о могуществе женщин рода норитов?" - вопросил герой Ночную Песнь. "Женщины куда более сведущи в черной магии, нежели мужчины", - отвечала эльфийка. - "Но традиции запрещают женщинам покидать башни наших городов". "Но ты-то здесь", - резонно заметил герой. "Всегда презирала глупые традиции!" - хмыкнула Ночная Песнь. "Что-то у вас с Сорвиной есть общего!" - улыбнулся герой. "Избавь меня от своего остроумия!" - окрысилась эльфийка, но, поразмыслив, кивнула: "Но так и есть! С помощью сына она добилось того, чтобы женщины выступали в поход наряду с воинами. В каком-то смысле она добилась успеха в том, с чем я сражалась всю свою жизнь".

Сражение началось. Отправив силы Верхнеземья и Североземья вырезать лагеря Клана, возведенные к северу и югу от ставки войск Королевства (дабы избежать тем самым возможного удара в спину), шейканы сосредоточились на удержании позиции, благо изливавшиеся из врат Оплота орки и тролли скучать им не давали. К счастью, лучницы-морхири и закованные в латы гномы отбивали атаку за атакой...

Дождавшись возвращения разоривших орочьи лагеря сил и вновь объединив их, герой приказал воинству выступать через брод - пришел час брать штурмом врата Оплота. Тут-то и повстречал он состоящего на службе у Кланов человека-наемника по имени Мордекэй, который, ничтоже сумняшеся, за звонкую монету продал шейканам сведения о тайном ходе в сердце Оплота через заброшенный рудник. Сведения, которыми грех не воспользоваться... Получив означенную мзду, Мордекэй отправился восвояси, зарекшись впредь приближаться к землям Кланов...

Глазам изумленных воинов Королевства предстала неожиданная картина: орки и тролли вовсю рубились с норитами! Последние попытались привлечь их под свои знамена, но Кланы не желали иметь ничего общего с тенями, к тому же, объединившись с оными, темные эльфы предали Зараха!..

Использовав сие преимущество, шейканы ворвались внутрь крепости, безжалостно разя как орков и троллей, так и норитов. Пребывавший в стенах твердыни Тот Лар, завидя шейканов, немедля бросился к порталу, дабы предупредить войска, осаждающие Шейкур.

Наконец, все было кончено. Отыскав у портала труп предводителя сил Клана, сраженного норитами, герой с грустью молвил: "Он сражался против Пакта! Если бы мы не атаковали его армию, мертвым здесь лежал бы Тот Лар". "Похоже, у нас один и тот же враг!" - согласилась Ночная Песнь.

Герой принял непростое для себя решение. "Прими же кровь дракона, создание Зараха!" - молвил он, склоняясь над орком. - "Восстань и живи!" Кровь шейкана оросила лик орка, потекла по венам; глаза его раскрылись, и тварь поднялась на ноги. "Я - Кор, вождь Черных Клыков из клана Железной Бури", - представился он. - "Что ты со мной сделал?" "Ты получил кровь дракона", - пояснил герой. - "Она дает тебе силы жить. Похоже, у нас с тобой единый враг, Кор из клана Железной Бури". "Да, похоже, что так!" - проревел орк. - "Мы, Кланы, с отвращением относимся к играм норитов с тенями! Кланы будут сражаться против Пакта!" "Мы сражаемся с единой целью, но по разные стороны, Кор", - молвил шейкан. - "Возвращайся к Кланам и расскажи о том, что здесь произошло. Я дарю тебе жизнь!" "Стало быть, я был побежден дважды", - склонил голову орк. - "Я возвращаюсь, покрытый позором... Но новости должны достичь Железного Лорда!"


...Сражение за Железные Равнины близилось к завершению, и шейканы терпели сокрушительное поражение. Нориты прорвались в Шейкур, а исполинский монстр, призванный Сорвиной - Голгалат Пожиратель - сошелся в поединке с Уром и одолел древнего дракона.

Немедленно, Сорвина наложила на того заклинание, приготовилась покинуть поле брани, оставив Тот Лара "играть в войну с Королевством". Ибо сама она получила то, ради чего явилась сюда. Сотворив на подходах к крепости магический барьер, Сорвина исчезла наряду с плененным драконом...


Когда шейканы ступили на родные просторы, армии Королевства готовились к скорому сражению. Представители всех рас и народов Света собрались пред порталом, дабы обсудить с героем тактику боевых действий.

Перво-наперво, посовещавшись с Фалькмаром, шейканы приняли решение прорываться на север вдоль береговой линии, дабы достичь лагеря Железных Соколов. Конечно, на пути их разбиты укрепления Пакта, и основная проблема состоит в том, что, слившись с тенями, "преображенные" нориты обрели способность становиться невидимыми.

Ио поведала герою, что в старом лесу на западе, именуемом шейканами Сумрачными Кореньями, спят древесные энты. И коль пробудить их волею Элен, ничто не укроется от глаз энтов, даже тени.

Что и было сделано. Единым фронтом выступили силы Света против порождений теней, сметая возведенные на Железных Равнинах лагеря и приближаясь к Шейкуру. Завладев во время одного из сражений "осколком разума", найденном на теле одного из офицеров норитов, герой получил новую возможность прочесть сокровенные мысли Сорвины.

"Он мой!" - ликовала ведьма. - "Я узнаю от него то, что мне нужно! И тогда я буду свободна от яда! Свободна от боли! Я буду снова жить! Так как война идет не так, как им хотелось бы, архонты уже начинают ныть и опасаться возмездия. Слабаки! Мы укроемся в Драг'Луре, Королевство слабо, а Кланы... да кто принимает их всерьез? Я лишь молю Нора, чтобы он позволил мне удержать контроль над тенями".

Неужто Сорвина развязала Войны Теней исключительно ради обретения исцеления от снедавшего ее яда?.. "На данный момент это непринципиально", - решил для себя герой, и, умудрившись провести войска внутрь Шейкура, минуя магический барьер, приступил к методичному искоренению "преображенных" тенями норитов.

К ужасу героя, в крепости не оказалось ни единого выжившего шейкана: всех без исключения сожрал Голгалат. "Где мой народ?" - с отчаянием выкрикнул герой, подступая к исполину. - "Где Ур?!" "Я стремлюсь лишь насытиться, человечишко", - в унисон молвили раззявленные пасти Пожирателя. - "Нет твоего дракона! Алхимик магией перенесла его в Шал, столицу Лара. Он обладает чем-то, ей необходимым. Поверь, человечишко: то, что она сделает с ним, куда хуже случившегося с твоим народом". Закричав от ярости, герой обрушился на чудовище...

Совместными усилиями шейканы уничтожили Голгалата, но усопших это не вернет. "Кровь моей крови!..." - в отчаянии кричал герой, ибо взору его предстали дочиства обглоданные кости сородичей в залитом кровью логове Патриарха. "Успокойся!" - приблизившись, Фалькмар положил ему руку на плечо. - "Ты отомстил". Герой обратил к нему искаженный ненавистью лик: "О, мстить я только начал! Я освобожу Ура и низвергну алхимика в Реку Душ! Мы отправляемся в Шал!" "Шал?" - поразился Фалькмар. - "В столицу норитов? Ты что, спятил? Нам повезет, если мы сумеем закрепиться на этом рубеже!" "Рейд к Шалу означает, что сперва мы должны осадить Драг'Лур, шейкан!" - поддержала паладина Ио. - "Ни одна армия Света не сумела захватить эту твердыню!" "Нет, друг", - приняв решение, Фалькмар покачал головой. - "Как и собирались, мы освободили твою родину... и скорбим по твоей семье. Но нападать на Пакт ради дракона - чистое безумие!"

"Вы, черви, осмеливаетесь называть меня безумным?!" - прогремел герой, и соратники его в ужасе попятились, ибо даже голос шейкана изменился до неузнаваемости - появились в нем язвительные и властные нотки. - "Презренные трусы! Я отыщу союзников, которые знают, как побеждать!" "Что ж, ищи!" - ответствовал Фалькмар. - "Королевство не будет приносить себя в жертву ради того, чтобы удовлетворить твою жажду мести!"

Вздернув подбородок, герой двинулся прочь... но остановился, неожиданно растерявшись. "Неужто это я говорил?" - смутился он. И как у него вырвались эти злые, несправедливые слова? "Похоже, кровь прародителя в твоих жилах сильнее, чем ты считал", - подступила к нему Ночная Песнь. "Он... подчинил меня себе!" - воскликнул герой. - "Стало быть я... пристанище для его души!" В ответ на вопросительный взгляд эльфийки, герой пояснил: "Раз в поколение дух Малакэя избирает шейкана, в котором воплощается. Потому-то Колар так беспокоился .. и именно по этой причине Ур отослал меня прочь, чтобы сопровождать тебя! Чтобы защитить душу, а не меня! Будь проклят Малакэй! Где мне теперь найти союзников для освобождения Ура?"

"Ты ведь спас жизнь одного из вождей Кланов?" - напомнила Ночная Песнь. - "Сейчас самое время потребовать вернуть должок". "Да, Кланы!" - возликовал герой, и сознавала эльфийка, что устами его сейчас говорит Малакэй. - "А затем - эта женщина... Сорвина".

Устами героя Малакэй умудрился разрушить все отношения его с лидерами Королевства, и теперь тому оставалось лишь одно - попытаться обрести союзников в землях Кланов. Наряду с верными товарищами шейкан устремился к порталу к Вратам Мечей, где его терпеливо дожидался Эйнар.

"Я ничего не понимаю!" - воскликнул он. - "Что в тебя вселилось?" "Во мне пребывает вторая душа", - отвечал герой. - "Такова участь шейканов". "А, это объясняет репутацию вас, драконокровных", - кивнул северянин. - "Почему же ты ничего не сказал нам об этом? Ведь теперь я не смогу помочь тебе! Но если когда-нибудь ты явишься в Североземье, я помогу тебе всем, чем смогу!"


Монументальная Стена Мечей и врата в ней, давшие название региону, издревле защищали эльфийские земли от людей. Теперь же за Стеной находятся владения Кланов.

Лишь пройдя через портал, заметили шейканы разбитый в отдалении лагерь темных эльфов; наверняка те бежали с Железных Равнин, лишь осознав, что терпят поражение. К счастью, недалече от портала, за пределами Стены Мечей, шейканы отыскали ставку орков, главенствовал над которыми старый знакомый - вождь Кор. "Мне нужна помощь Кланов, кровный брат", - без обиняков обратился к нему герой. "Лишь Железный Лорд решает за Кланы, человек!" - прорычал Кор в ответ. - "Я всего лишь вождь, но могу предоставить под твое начало свой отряд. Мы должны пробиться ко Вратам Мечей! Коль сделаем это, я - клянусь пламенем Зараха! - изложу Железному Лорду твою просьбу. Ведь я в долгу у тебя".

Сокрушив укрепления норитов, шейканы и орки проследовали ко Вратам Мечей, которые распахнулись при их приближении. "Пойдем, человек!" - призывно махнул рукой Кор. - "Я отведу тебя к Железному Лорду".

Последний пребывал на вершине горы Углан в сердце орочьего града Караш. "Пламя и кровь, мой лорд!" - склонился пред Железным Лордом вождь Кор. - "Я привел к тебе человека, которого следует выслушать! Я ручаюсь за него!" "Почему я должен внемлить вождю, которого выбили из Оплота?!" - проревел повелитель Кланов. "Я обязан жизнь этому человеку", - пояснил Кор. - "Выслушай его!"

Советники Железного Лорда предложили просто прикончить приведенных Кором людишек, и герой понял, что пора брать инициативу в свои руки. "Слушайте, воины!" - выкрикнул он. - "Я хочу покончить с Сорвиной и тенями, так же, как и вы! Давайте же уничтожим алхимика и ее подручных вместе! Я хочу вызволить дракона Ура в Шале... И отомстить за свою погибшую семью!" "Именем Крэя Ун'Шаллаха, я прошу - помогите нам!" - присоединилась к нему Ночная Песнь. "Крэй..." - протянул Железный Лорд. - "Никогда не сражался я подле более великого воина! Да примет его Нор благосклонно! Что ж... Мы поможем тебе отомстить, драконокровный! Ты займешь место Кора, он же станет изгоем за свое поражение! Ты, шейкан, должен очистить доброе имя Черных Клыков от позора! Лишь тогда мы выступим с тобой на войну!"

Понурившись и опустив плечи, Кор молча покинул вершину горы. Герой же подступил к темной эльфийке, дабы обсудить с ней план дальнейших действий. "У нас новые союзники, но без древесных энтов мы не сможем видеть теней, и они легко одержат победу над нами", - резонно заметил он. "Не стоит недооценивать орочьих шаманов", - молвила Ночная Песнь, но шейкана слова ее не убедили. "Как мне освободить Ура, если я не вижу теней?" - допытывался он. - "Я просто разделю участь твоего отца!" "Ты прав", - кивнула эльфийка. - "Нам нужно изыскать способ сделать тени видимыми. Я слышала, рунные воители обладали чем-то, что позволяло им видеть тени, но не знаю, где они брали эти предметы. Однако к юго-западу от Караша разбит лагерь свободных торговцев, а они - известные путешественники. Возможно, кто-нибудь из них припомнит старую историю, в которой мы найдет ключ, столь нам необходимый. По крайней мере, будет с чего начать".

Следуя совету темной эльфийки, принявшей решение остаться в Караше и пообщаться с Железным Лордом и его советниками, шейканы посетили лагерь свободных торговцев, расположившихся в некотором удалении от орочьего града, поинтересовались, не ведают ли те старинных историй касательно созданий, рекомых тенями. Среди торговцев оказался человек, бывший некогда рунным воителем, ныне же обратившийся в простого смертного. "Кольцо Теней может сделать тени видимыми", - поведал он. - "У меня когда-то было такое, но я уничтожил его... Вместе со всеми иными вещами, напоминавшими мне о Назшаре".

Конечно, в мире наверняка существуют и иные Кольца Теней, но с чего начать их поиски?.. Несколько дней провели герои, блуждая по землям Кланов да расспрашивая орочьих шаманов, но те лишь плечами пожимали.

Неожиданно для себя шейканы обнаружили наемника Мордекэя, оказавшего им столь неоценимую помощь у Оплота. Увы, бедолаге "посчастливилось" угодить в лапы оркам, а суд тех над предателями короток: истерзанное тело наемника бросили гнить в яме у дороги. Решив, что столь искусный боец не будет лишним в их компании, герой возродил Мордекэя силою своей крови, и наемник принял решение следовать за конца за даровавшим ему новую жизнь.

Наконец, шейканы набрели на маленький лагерь к западу от Караша, где у костра горевал изгнанный вождь Кор. Тот посоветовал им обратиться за помощью к мистическому Оракулу, обитающему на вершине западной горы и дающему ответ на один-единственный вопрос в год. Опальный вождь вызвался сопровождать шейканов, указав им путь, и, перейдя кишащие нежитью Костяные Равнины и совершив восхождение на гору, те лицезрели сияющую сущность - Оракула.

"Где я могу отыскать Кольцо Теней?" - задал герой свой вопрос. "Одно затеряно в тенях, одно - в огне, и одно - в ущелье морском", - прозвучал загадочный ответ. - "Ты, шейкан, должен создать новое Кольцо! В Огненной Кузне, там, где было сотворено самое первое. Ты должен достичь Урам Гор и перейти Долину Праха; лишь тогда ты окажешься у Огненной Кузни".

Портал к Пылающим Равнинам Урам Гор, куда страшились сунуться даже орки, обнаружился недалече от горы Оракула, и шейканы наряду с Кором ступили в сияющий рифт...

Более негостеприимного места невозможно представить на всей Фиаре. Пустошь, раскинувшаяся пред героями, именовалась Долиной Праха, но путь к Огненной Кузне преграждали Врата Безымянного. Возведенные, дабы защитить вотчину гномов от людей, алчных до алмазных копей, но вскоре пали они пред нежитью и демонами Алой Орды. Гномы не смогли удержать Врата Безымянного, забросили рудинки Урам Гор и отступили в Огненную Кузню. "А перед Вратами - Горящий Город", - пророкотал Кор; глаза орка беспокойно стреляли по сторонам. - "Он просто кишит нежитью!" Урам Гор проклят; действуя по наущению демонов, люди извлекли алмазные глаза из высящейся над городом статуи Аонира, тем самым обрушив на себя проклятье. К счастью, шейканы разыскали очи Звездного Бога и вернули их на место... Проклятье Горящего Города оказалось снято.

Миновав Горящий Город - древнюю твердыню гномов - и добравшись до Врат Безымянного, шейканы и выжившие в непрерывных сражениях с нежитью орки разбили укрепленный лагерь, ибо кто знает, с чем придется столкнуться в Долине Праха?..

И когда расколол Кор волшебный камень гномов, удерживающий Врата закрытыми, лавина нежити и демонов хлынула из открывшегося проема. Титаническими усилиями шейканам и оркам удалось сдержать яростный натиск, обратить его вспять. А затем шейканы бросились вперед; не обращая внимания на мертвецов и Алую Орду, преследующую их по пятам; они бежали изо всех сил, стремясь добраться до портала до того, как их растерзают на куски.

Сиганув в рифт, шейканы оказались на заснеженном склоне в самом сердце Срединных гор. В кратере оного пика, судя по всему, и находится Огненная Кузня, но покамест навстречу героям ступило несколько варваров из деревушки клана Ледяных Клинков, приютившейся недалече. Вождь их, Странник Влад, сообщил, что монстры заполонили залы города гномов на вершине горы... но теперь, при поддержке шейканов и орков, у варваров, присягнувших на верность Кланам, есть шанс отбросить безжалостных тварей... а заодно поживиться сокровищами, которые, вне всякого сомнения, пребывают в стенах покинутой цитадели гномов.

Пробившись к сердцу города, герои лицезрели призрак гнома. "Хотите золото, серебро - берите!" - скорбно изрек тот. - "Все равно они не принесли нам счастья". "Вообще-то, я ищу Кольцо Теней", - заметил шейкан. "Оно находится внизу, в Огненной Кузне. Мне было приказано выковать четыре подобных кольца. Но варвары ударили до того, как я успел закончить работу над последним. Закончишь ли ты мой труд, если я проведу тебя к кузне? Лишь тогда я обрету покой посмертия!"

Следуя инструкциям призрака, герой отыскал в покинутом гномьем граде вулканический молот, являющийся, как оказалось, ключом к Огненной Кузне. А затем в кузнечном чертоге выковал Кольцо Теней, даровав вечный покой душе гнома-кузнеца и обретя способность видеть тени.

К изумлению шейканов, одна из них появилась прямо перед ними. "Выслушайте меня!" - воззвала тень, видя, как воины немедленно схватились за оружие. - "Мы, тени, всего лишь средства достижения цели для Сорвины. Она просто использует нас! От Назшара Сорвина унаследовала Черное Зеркало, порождающее нас и служащее источником нашей силы. Получить его назад - вот чего мы желаем больше всего на свете! Именно так она принудила нас служить ей. Отберите у нее зеркало, верните его нам и мы немедленно оставим алхимика". "Ты хочешь, чтобы мы помогли вам, бездушным убийцам?" - недоверчиво вопросил герой. "Пока мы в рядах твоих врагов, ты никогда не доберешься до дракона, пусть за тобой сплотятся все орки в мире!" - рассудительно заметила тень. - "И ты сам это знаешь! Подумай об этом. Я буду ждать твоего решения у черного древа у Врат Мечей".

Воистину, дилемма... Но если Черное Зеркало действительно может сыграть ключевую роль в разгроме норитов и освобождении Ура, шейканы готовы были пойти на сделку... пусть и весьма сомнительную.

О многом поведала тень, когда герой вновь отыскал ее за Вратами Мечей... Черное Зеркало... Темный метеор - Черная Звезда, - упавший с небес на землю столетия назад, нес на себе сей таинственный артефакт, чуждый Эо. Кратер, образовавшийся при падении, Хирин сделал недоступным для теней, остановив в нем само время; следует предположить, что именно там Сорвина скрыла Черное Зеркало, обретя таким образом контроль над тенями и вынудив их заключить Пакт с норитами.

"И все-таки я не доверяю тебе!" - вырвалось у героя. "Следи за языком, драконокровный!" - разъярилась тень. - "Когда-то я был человеком, как и ты сам! Но я взял в руки Клинок Теней, потому что иного выхода попросту не было!" "Стало быть, ты - тот самый Воин Рун, который спас нас от Эйрина!" - догадался герой. Легенды о воителе, усмирившем Дракона Зимы, гремели по всей Фиаре. "И это существование - моя награда", - с горечью изрекла тень. - "Но я спас этот проклятый мир не для того, чтобы его уничтожила безумица!"

Расспросив о кратере Черной Звезды свободных торговцев, шейканы выяснили, что находится оный к югу от Срединных Гор. Чтобы не оказал он сколь-либо ощутимого влияния на Фиару, Хирин остановил в сем регионе время и скрыл его Туманом Забвения, дабы никто не вспомнил о нем и не смог отыскать еще раз.

Коль память о Магнитных Копях - так именуется место падения Черной Звезды - стерта в этом мире, единственный способ восстановить ее - навестить волшебную Библиотеку Воспоминаний, примостившуюся на утесе над морем Сновидений здесь же, за Вратами Мечей.

Библиотекарь, встретивший шейкана у порога сей обители, обещал поделиться сведениями о местонахождении Магнитных Копей, коль герой взамен поделится с ним своими собственными воспоминаниями. "Итак, когда ты родился?" - буднично вопросил Библиотекарь. Герой открыл было рот, но слова, произнесенные им, стали словами Малакэя. "Тысячу лет назад в болотах Миура!" - вещал дух алхимика. - "Я был самой могущественной личностью своего времени! Сотни тысяч смертных склонялись предо мною! Даже Император страшился меня!" "Ты?" - поразился библиотекарь. "Думал, меня настигнет ваше проклятие?" - ухмыльнулся шейкан, воля которого была всецело подавлена Малакэем. - "Я все еще здесь! Что, ты убьешь этого невинного человека, чтобы уничтожить меня?!" "Нет", - покачал головой библиотекарь. - "Мы поклялись лишить тебя покоя посмертия. Посмотри на себя, Малакэй!" "Я вернусь!" - посулил Малакэй. - "Тогда и закончим наш спор!"

Злобная душа отступила. "Прости..." - запинаясь, произнес шейкан. - "То был не я..." "Я знаю", - отозвался библиотекарь. - "У тебя тяжкая ноша. Я дарую тебе воспоминания, что вернут портал в Магнитные Копи из Тумана Забвения".

Темные духи - обрывки злых воспоминаний, скитались у берега моря Сновидений; а чуть дальше, на острове, высился сияющий портал, и туман ныне не скрывал его!

На Магнитных Копях, где время воистину остановилось и гигантские глыбы черного кристалла неподвижно висели в воздухе, вовсю кипело сражение: нежить наседала на лагерь троллей клана Громового Кулака. Шейканы и следующие за ними орки Черных Клыков отбросили неживых созданий, сохранив лагерь троллей от разрушения и заполучив новых союзников. Как оказалась, нежить занята сбором осколков Черной Звезды и перемещением их в Замок Черепа, где владыки цитадели черпали магию артефактов, вливая в себя все новые силы.

Сокрушив защитные укрепления Замка Черепа, шейканы и воители Кланов проследовали в портал, выведший их к гигантскому кратеру. Конечно, столь бесценную реликвию, как Черное Зеркало, Сорвина просто не могла позволить себе оставить без охраны. Нежить-маг и множество скелетов да упырей - вот с чем пришлось столкнуться шейканам внутри кратера. Во владении мага обнаружился очередной "осколок разума", вновь позволивший герою заглянуть в сокровенные мысли Сорвины.

"Даже если мне придется сжечь все свое тело черной магией, дракон заговорит со мной!" - яростная мысль хлестнула, подобно пламенному бичу. - "Малакэй лишь поработил его. Почему же он должен хранить его тайну? Наверное, он оберегает что-то еще. Что-то, что он любит, и за что готов умереть!.. Глупая ящерица! Веками я мучилась от боли, отгоняя смерть одной лишь силой воли! Нет, сейчас не время для меня проявлять милосердие! Я буду свободна! Даже если мне придется низвергнуть всех драконов и норитов в Барга Гор!"

Заполучив Черное Зеркало, шейканы немедленно покинули сие богами забытое место, вернувшись ко Вратам Мечей, где у черного древа их терпеливо дожидалась тень, бывшая при жизни Воином Рун. Конечно, Черное Зеркало шейкан тени не передал, потребовав, чтобы та сперва исполнила свою часть соглашения. Тень согласилась на поставленное условие, пообещав, что как только армии Кланов осадят Драг'Лур, тени оставят союзников по Пакту, что окажется весьма неожиданно для Сорвины.

Ночная Песнь радостно приветствовала возвратившихся на гору Углан шейканов, немедля вызвалась вновь сопровождать их. Выслушав рассказ об обретении Черного Зеркала, Железный Лорд дал свое согласие на выступление Кланов против Лара. "Силы Королевства все еще на Железных Равнинах", - заметил он. - "Потому, чтобы достичь Драг'Лура, нам следует избрать южный путь, через святилища Тускари, где пребывают гробницы Кланов".

...На алых песках пустыни Тускари шло кровопролитное сражение между силами Кланов и Королевства. Пришлось шейканам выступить против бывших союзников, освернявших священные погребальные земли Кланов, еще раз доказав старое поверье о том, что "род их меняет сторону прямо в середине сражения".

И пауки... Сотни гигантских пауков текли вниз по склонам холмов, выбирались на солнечный свет из потаенных глубин...

Взяв в кольцо один из отрядов "приспешников Света" и практически на корню уничтожив его, орки подвели к Железному Лорду человека, офицера армии Верхнеземья. "Что вам понадобилось здесь?!" - грозно вопросил Железный Лорд пленного. "Нас отрядили на поиски священного пламени Агнара", - проблеял порядком струхнувший человек. - "Того самого, которое позволяет шаманам видеть тени... Но здесь лишь пауки! Пауки!.."

Воистину, пауки, хранители орочьих гробниц, атаковали всех без разбору. Дабы умиротворить их, шаманы посоветовали шейканам принести в жертву плененных солдат Королевства у паучьих логовищ... или же призвать у храма Зараха мать пауков, Шигаллу, и убить ее, но то станет ярко выраженным святотатством. Тем не менее, герой избрал последний вариант, и орки, недовольно бурча, подчинились соратнику Железного Лорда.

А затем последовала яростная атака на заставу Королевства, поголовное истребление ее защитников... Сохранив священные земли, армия Кланов проследовала в портал, ведущий к Драг'Луру, "Неприступной Твердыне", пограничному бастиону Лара.

Стоя на замковом парапете, лидеры Пакта с презрительными ухмылками на лицах наблюдали за сражением, разразившемся в болотах у крепостных стен, что должно означать конец недолгого существования сплоченных Кланов... когда тени неожиданно исчезли! "Кто-то завладел зеркалом!" - догадалась Сорвина. "И ты не вняла предупреждениям!" - загремел Тот Лар в ярости. - "Глупая женщина!" Но алхимик, не желая выслушивать причитания непутевого сына, пробормотала заклинание и исчезла, оставив отпрыска один на один с угрозой, грозящей впервые за всю историю низвергнуть родовую крепость.

И, похоже, все к тому и шло, ибо Кланы, сокрушив передовые аванпосты, ворвались в Драг'Лур, заполонили ярусы крепости, сея смерть и разрушение. Тот Лар пал от руки шейкана, моля мать о помощи... которой так и не последовало.

Железный Лорд громогласно возвестил о победе... когда рядом с шейканами соткалось несколько теней, потребовавших у героя исполнить свою часть сделки. "Ты заключил с ними сделку?!" - поразилась Ночная Песнь. "Но иного выхода просто не было", - развел руками герой, а Малакэй ядовито добавил его устами: "Или вы, глупцы, полагаете, что сумели бы сами захватить эту крепость? Забирайте свое зеркало, тени! А тебе, орясина, следует поспешать! Сорвина ждет не дождется нас в Шале!"

"Кровь Малакэя!" - разъярился оскорбленный Железный Лорд. - "Я изгоняю тебя из своих Кланов! Обманщик!" "Прочь, шейкан!" - поддержала орка Ночная Песнь, в глазах которой застыла горечь; не могла она простить ему любые соглашения с тенями, коих ненавидела всеми фибрами души. - "Уходи так быстро, как только сможешь, или, клянусь Нором, я забуду о крови, связующей нас!"

И вновь друзья и добрые союзники обращаются против него. Тяжело вздохнув, герой, сопровождаемый лишь шейканами, ступил в портал... оказавшись на парапетах Шала, где их уже ожидали. Нориты немедленно скрутили шейканов, героя же Сорвина перенесла на вершину башни, где пребывал обессиленный, умирающий Ур. "Дракон наконец-то выдал тайну Малакэя!" - прошипела женщина, заклятие которой надежно удерживало и дракона, и героя. - "Играет роль не только кровь дракона, но и кровь творца! Две старейшие расы! Они несут в себе семя жизни! Именно твоя кровь, а не этого ящера, содержит его в себе. В ней - необходимое мне могущество!"

Острым клинком Сорвина рассекла грудь героя, наполнила кубок кровью, поднесла к губам. "Не делай этого! Он получит власть над тобой!" - предостерег женщину Ур, но та ничего не желала слышать, смакуя драгоценные капли. "Я снова стану прекрасной!" - в исступлении шептала Сорвина. - "Вечно прекрасной... Что... Что происходит?!" Тело ее сотряслось... а затем лицо исказила хищная гримаса. "Наконец-то достойное тело!" - хихикнул Малакэй, осваиваясь в новом обличье. - "Эта женщина могущественна! И я творю жизнь силою своей крови!.."

Магия Малакэя создала несколько чудовищных порождений, столь хорошо знакомых Уру. "Нет! Только не малары!" - с ужасом выдохнул дракон, и Малакэй обратился к нему: "Противишься, раб? Ты все равно практически мертв! Я же - жив! Наконец-то я смогу довести труды свои до конца!"

И Малакэй, и малары исчезли; освободившись от магических оков, герой поспешил к умирающему дракону. "Патриарх!" - выдохнул он. "Выслушай меня, дитя!" - прохрипел тот. - "Ты должен сделать то, что не сумел я... Я был обязан жизнью Малакэю... Но теперь, на пороге смерти, я, наконец, свободен! Молю тебя, останови его! Ибо он снова начнет творить маларов! И продолжит свои труды, пока не переделает сущее по своему усмотрению. Отыщи его старую лабораторию в Хрустальном Лесу... Именно там он приступит к своим изысканиям..."

Ур скончался. "Покойся с миром, кровь моей крови..." - прошептал герой, после чего бросился вниз по лестнице к выходу из башни. Со всеми шейканами, пришедшими с ним, нориты успели расправиться, но чудодейственная кровь героя вернула их к жизни. Разя стражей башни Сорвины, шейканы достигли врат... у которых их встретила Ночная Песнь, сопровождаемая отрядом норитов. "Где Сорвина?" - вопросила эльфийка, презрительно искривив губы при виде бывшего соратника. "Ею овладела душа моего прародителя!" - попытался объяснить герой. - "Он бежал в Хрустальный Лес! Я должен настичь его!" "Думаешь, сможешь покинуть Шал живым, ты, приятель теней?" - поинтересовалась Ночная Песнь. - "В городе разразилась гражданская война!"

Судя по всему, лояльные дочери Крэя Ун'Шаллаха дрэгоны воспользовались падением Драг'Лура как сигналом к сверженю ига архонтов. "Так позволь же мне выиграть эту войну для тебя!" - с жаром воскликнул герой. - "Но помоги мне остановить Малакэя!" "Ладно..." - после некоторых колебаний кивнула эльфийка. - "Мы терпим поражение... Мы практически не контролируем городские ярусы!"

Организовав восставших норитов, герой разделил их на отряды, каждый из которых отправил на захват ключевых точек Шала. Видя, как дрэгоны мало-помалу принялись теснить архонтов, великие дома норитов один за другим объявляли о своей поддержке дочери Ун'Шаллаха. Переворот в Ларе свершился, благо Тот Лар был мертв, а Сорвина без вести пропала. Деморализованные, архонты пали пред воинством Ночной Песни, вернувшейся, дабы свершить отмщение.

После чего, выказав искренние слова благодарности шейканам, Ночная Песнь подвела их к порталу, ведущему в Хрустальные Пустоши, что на восточном побережье Фиары, к югу от которых раскинулся Хрустальный Лес. Конечно, эльфийка и ее нориты не оставят шейканов, ибо война не закончится, пока жива Сорвина.

По преданиям, сии хрустальные земли были созданы давно исчезнувшей расой творцов. И по сей день магия наполняет каждую песчинку пустошей, а кристаллы поют о забытых воспоминаниях. Никто не ведает о том, почему творцы создали Хрустальные Пустоши. Возможно они, как и иные смертные, искали ответы на свои вопросы. Почему мы живем в этом мире? Верны ли древние сказания? Создали ли нас боги исключительно по собственной прихоти? Или и они - лишь звуки в вечной песне времени?.. Один вид сих хрустальных равнин, столь чуждых и столь волшебных, наполнял душу благоговением.

К вящему удивлению шейканов и норитов, на Хрустальных Пустошах обнаружился хорошо укрепленный лагерь Кланов. "Они пришли сюда из Поющего Стекла - земель, где звучит мелодия кристаллов", - догадалась Ночная Песнь. - "И единственное, что им здесь могло понадобиться... В этих землях волшебник Д'арх занимался исследованиями по призыву горгулий. И если знаниями сими теперь обладают орки, мы немедленно должны изъять у них все материалы! Сила горгулий окажется бесценна для нас, восставших, и, кстати, для вас, шейканов, тоже!"

Орки уже обнаружили книгу Д'арха, и, дабы "уберечь" ее, разорвали фолиант на несколько частей, сокрыв их в различных лагерях, разбитых в Хрустальных Пустошах. Шейканам пришлось изрядно потрудиться, изыскивая драгоценные страницы, на корню вырезая орочью братию, не желающую добровольно с ними расставаться.

Но в итоге книга была восстановлена и изучена, после чего с помощью описанных в ней ритуалов шейканы сотворили множество горгулий. Миновав портал, связующий пустоши с Хрустальным Лесом, воинство норитов лицезрело укрепления сил Королевства, возведенные вокруг Хрустальной Горы, на которой и пребывала древняя лаборатория Малакэя. Глупцы, им невдомек, что магия может легко перенести алхимика прямо в сердце заклинательного чертога...

И шейканы бросили горгулий на бастионы приспешников Света, в то время как армия норитов ударила во врата лагерей, возведенных в предгорьях. Ожесточенное сражение разразилось у подножья горы; не дожидаясь его исхода, шейканы начали восхождение, стремясь как можно скорее добраться до цели.

Однако, даже силы норитов не сумели пробиться за укрепления, возведенные в незапамятные века по приказу магов Круга, желающих уберечь наследие Малакэя. "Я знаю кое-кого, кто сумеет незаметно помочь нам пробиться внутрь!" - заявил герой, призывая тень, которой ранее передал Черное Зеркало. "Я никогда не приму помощь Внешнего!" - разозлилась Ночная Песнь, на что тень резонно заметила: "Народ твой отмечен нами. Пакт нельзя расторгнуть. Погляди на себя! Отмечена и ты сама! Когда-то я был Воином Рун, другом твоего отца. Я не собираюсь действовать тебе во вред. Отомстим же вместе за твоего отца!" "Все зря..." - вздохнула эльфийка. - "Что бы я ни делала, я никогда не стану твоей достойной наследницей... Прости меня, отец!"

Она опустилась на колени, спрятала лицо в ладони. "Но ты можешь подарить будущее своему народу", - резонно заметил герой, видя, что Ночная Песнь готова предаться всепоглощающему отчаянию. - "Помоги мне остановить Малакэя!"

Невидимые тени-убийцы проникли за врата, перегородившие горные перевалы, открыли их, предоставляя доступ воинству норитов в сердце крепости Королевства. Кровопролитное сражение продолжилось...

Увы, в лаборатории на вершине Хрустальной Горы Малакэя не оказалось. Сопровождавшая шейканов тень высказала предположение, что алхимик мог скрыться в иной, тайной лаборатории, о которой не ведал даже Ур.

И действительно, скрупулезно обыскав горные пещеры, герой обнаружил портал, созданный на основе знаний и магии творцов, связующий Хрустальный Лес со Стальным Берегом - изолированным от внешнего мира клочком земли. Именно здесь Малакэй выстроил крепость, призванную стать его тайной лабораторией и заклинательным чертогом.

Сам древний алхимик в обличье Сорвины без устали творил маларов, ниспосылая омерзительных тварей на шейканов и сопровождавших их теней. Расправляясь с чудовищами, те целенаправленно продвигались к сердцу цитадели.

Наконец, шейканы настигли прародителя в гигантском заклинательном чертоге - Храме Крови, - на полу которого сияла пентаграмма. "Моя собственная кровь предает меня!" - прошипел Малакэй. - "Убьешь своего отца?" "Мой отец мертв!" - отвечал герой. - "Ты - всего лишь проклятье моей крови! Пришел час завершить его!" И шейканы атаковали противника, уничтожив как тело Сорвины, так и дух Малакэя.

"Как чувствуешь?" - тихо спросила Ночная Песнь, когда сражение закончилось. "Опустошенным", - честно отвечал герой. - "Он был частью меня. Как и Патриарх". "Но ведь теперь шейканы свободны от его проклятья!" - воскликнула эльфийка. "Больше не предатели..." - горько усмехнулся герой.

"Я не могу простить тебя", - вздохнула Ночная Песнь. - "Но я понимаю, что ты попрал собственную честь, чтобы сделать то, что должно было быть сделано. Ты принес самую большую жертву, на какую только способен воин! И я склоняю голову перед тобой. Какое у меня право судить тебя? Ведь и я обесчестила наследие моего отца!"

"Только, если ты сейчас отступишь!" - изрекла неожиданно соткавшаяся в чертоге тень. "Пошел вон!" - огрызнулась эльфийка, но тень ничуть не смутилась. "Пакт не может быть расторгнут", - молвила она. - "Ты не смогла бы победить в сражении твоего отца. Но у тебя все еще есть символ на право правления. Объедини же норитов! Тени поддержат тебя! Я поддержу тебя!"

"Ты отправишься со мной, шейкан?" - обратилась Ночная Песнь к герою, раздумывая над предложением тени. "Нет", - покачал тот головой. - "Я должен отыскать дракона, даже если для этого мне придется отправиться на край света". Эльфийка кивнула, принимая решение товарища. "Да озарит свет Нора наши пути..." - прошептала она, - "кровь моей крови".

Последний долгий взгляд - и неминуемое расставание. Войны Теней завершились, и теперь у каждого из них свои шрамы на сердце, свой жизненный, тернистый путь. И проследовать им надлежит до конца...

***

Тем временем в Лирайн тайно прибыл Флинк МакВинтер - знаменитый на всю Фиару вор, вознамерившийся похитить из коллекции Матрика Огненный Свиток и после продать оный за звонкую монету. Судя по всему, на свитке сем Матрик записал все знания, коими располагал касательно огненной магии, и артефакт дарует толику своей волшебной силы любому, кто владеет им.

Флинта сопровождал подельник, Фенс, надеявшийся вскорости выгодно продать Огненной Свиток наряду с Сердцем Нетальфа, коим сумели разжиться загодя. Наказав Фенсу схорониться где-нибудь да дожидаться его возвращения, Флинт устремился к мосту, ведущему в город. На двоих дозорных, выставленных на случай нападения из Норимара и откровенно скучающих, хитроумный вор натравил рой злющих шершней, а, добравшись до Лирайна, просил одну из миловидных крестьянок отвлечь внимание патрулирующих город солдат, дабы смог он добраться до замка.

У врат оного опешившего вора окружили солдаты, ведомые самим Матриком. "Опоздал ты за Огненным Свитком, Флинк", - произнес мастер Ордена Зари, - "но кое в чем преуспел. То, как умело ты добрался до замка, дает тебе второй шанс. Свиток выкрали орки, и теперь, когда оный у них, шансы в открытом противостоянии у нас невелики. Но смышленый вор может умыкнуть его назад. Добравшись до замка, ты прошел мое испытание! Я знал, что ты собираешься сделать, и удостоверился в том, что осуществить задуманное тебе будет непросто".

Неожиданно ночную тишь разорвали звуки рогов, и солдаты, находящиеся на крепостных стенах, передали командующему весть о приближении к Лирайну орков. Матрику Флинк поспешил показаться полезным, посему возглавил один из отрядов городского ополчения.

С трудом, но нападение орков, шаманы которых без устали творили пламенные заклятия, удалось отразить. "Если орки сумеют понять иные заклятия, начертанные на моем Огненном Свитке, они с легкостью предадут Лирайн огню", - с тревогой произнес Матрик, обращаясь к вору. Последний с радостью бы отправился восвояси, однако рыцарь не позволил ему содеять сие, и постановил, что отныне Флинка будет сопровождать Кровавый Пес - именно так горожане прозвали местного палача, человека угрюмого, немногословного... и весьма опасного.

"Необходимо выяснить, у кого именно из орков находится Огненный Свиток", - продолжал наставлять Флинка Матрик. - "В Коннахе проживает гном-изобретатель, который, если верить слухам, сумел сделать новую подзорную трубу. С ее помощью можно внимательно разглядеть орочий лагерь. Также поговори с отшельником, живущим неподалеку, у подножья Пика Гигантов - он может знать что-нибудь".

Посетив Коннах - небольшое селение в восточных пределах Низин Быстрых Вод, Флинк и следовавший тенью за ним Кровавый Пес навестили помянутого изобретателя, горького пропойцу. С трудом, но последнего удалось вывести из состояния полного опьянения, и гном передал гостям свою подзорную трубу.

После чего вор и палач поспешили к Пику Гигантов, подле которого в утлой лачуге коротал годы свои престарелый слепой орк-шаман, Бузгар. Посчитав гостей своих иными орками, шаман признался, что ныне к власти в племени его пришел молодой и наглый шаман Грулак, приказавший всем без исключения немощным оркам покинуть лагерь; так, Бузгар оказался одиноким отшельником. Кроме того, отличается Грулак и нетерпимостью по отношению к врагам, обращая тех в каменные статуи и выставляя на всеобщее обозрение на вершине Пика Гигантов; столь же печальная участь постигла нескольких людей-воров, проникших в лагерь орков под покровом ночи. Новость сия Флинка заинтересовала, однако подробностей проникновения людей в орочьи владения Бузгар не ведал.

Поднявшись на Пик Гигантов, Флинк через подзорную трубу разглядел Огненный Свиток в руках Грулака; объятый пламенем, шаман важно расхаживал по лагерю, наверняка чувствуя себя неуязвимым.

По возвращении в Лирайн Флинк без утайки поведал обо всем Матрику, и рыцарь Ордена Зари весьма заинтересовался фактом противостояния орочьих шаманов; наверняка Грулак стремится с помощью обретенной магии Огненного Свитка возвысить свой клан к орочьем социуме. А вот новость о людях, пробравшийся в лагерь орков, заставила Матрика нахмуриться: лазутчиков он не выслал, да и навряд ли сими горемыками могли оказаться жители Лирайна или Коннаха... "Я что-то слышал о каких-то людях, разбивших лагерь к северу, у руин оплота ордена", - медленно произнес рыцарь. - "Сомневаюсь, что они - простые странники. Постарайся выяснить о них побольше".

Вздохнув и бросив исполненный тоски взгляд на Кровавого Пса, Флинк обещал, что сделает все, что в его силах. Посему наряду с палачом выступил на север, у руинам заставы Ордена Зари. Отщепенцы, обнаружившие в лагере, оказались расхитителями гробниц, и сейчас отчаянно пытались изыскать в одном из захоронений доблестных рыцарей некий артефакт - тотем, прежде принадлежавший нежити, сражались с которой воители Ордена Зари.

Флинк вызвался помочь в поисках артефакт, и довольно скоро обнаружил его... разбудив при этом немало мертвяков. Совместными усилиями сыплющим проклятиями расхитителям гробниц и их нерадивому помощнику удалось покончить с нежитью, после чего счастливые обладатели реликвии поведали вору о своих товарищах, погибших в орочьем лагере: "Они хотели выкрасть безделушки орков. Но орочьий шаман оказался новым - тем, кто хочет сделать клан самым могущественным в сравнении с остальными. Охраняют лагерь орки, коих он принудил подчинять себе, выставив на всеобщее обозрение захваченные им клановые тотемы. Наши товарищи подумали, что тотемы - это некие орочьи артефакты, а то оказались обращенные в тотемы головы прежних трех предводителей сего клана, казненных Грулаком. Он любит нагонять страх, ведь обратил же в камень настоящих гигантов, и теперь изваяния тех остаются на вершине горы, напоминая оркам денно и нощно о могуществе шамана. Да, он хочет стать настоящей легендой среди своего народа - убивает мятежных орков, обращает в камень гигантов, не страшится бросать вызов Ордену Зари и даже стремится захватить Лирайн".

Вернувшись в город, Флинк поведал Матрику обо всем, что сумел выяснить касательно похитителя Огненного Свитка, и мастер Ордена Зари постановил: "Мы не в силах сразить Грулака, ведь защищен он магическим пламенем. Нам надлежит выкрасть эти головы - тотемы, и он наверняка придет, чтобы вернуть их. Этого потребует его орочья честь... или то, что ее заменяет. Наше войско нанесет удар по лагерю, дабы покончить со всеми без исключения орясинами за пределами пламенного кольца".

Флинк МакВинтер был не в том положении, чтобы выказывать возражения, посему наряду с ополчением Лирайна пересек долину, дабы на следующее утро атаковать орочий лагерь. В ходе ожесточенного сражения орки были разбиты, а хитроумный вор завладел ужасающими тотемами.

Войска Лирайна отступили, а Матрик убедил невольного подельника устроить ловушку Грулаку, ведь наверняка шаман явится, чтобы посмотреть, куда подевались тотемы. Мастер Ордена Зари наряду с Флинком поднялся на вершину Пика Гигантов, где стал терпеливо дожидаться появления коварного шамана.

Ждать долго не пришлось; довольно скоро Грулак покинул пределы окруженного огненным кольцом лагеря, появился на разоренной орочьей заставе, где остановился, растерянно крутя головой по сторонам. Силы ополчения окружили его, и шаман, понимая, что путь назад отрезан, устремился в одном-единственном направлении, где не было заметно противников - к Пику Гигантов.

Но стоило Грулаку подняться на вершину, как Матрик с помощью позаимствованного у Флинка Сердца Нетальфа вернул к жизни обращенных в каменные статуи огров, которые с легкостью вышибли дух у не ожидавшего подобного поворота шамана. Однако Огненного Свитка у павшего не оказалось! Ополченцы препроводили пленного Грулака в клеть, кою выставили в самом центре Коннаха.

Стало быть, артефакт остается в лагере орков, и выкрасть его предстоит Флинку МакВинтеру, ибо на то воля Матрика. Рыцарь размышлял над тем, как можно осуществить подобную дерзкую вылазку. Во-первых, Флинку понадобится помощь старого шамана Бузгара, а во-вторых - бочонок пойла, которого у местных пивоваров наверняка вдоволь. Так, по замыслу Матрика, Флинк выдаст себя за пленника Бузгара, дабы оказаться в лагере, а уж там орки, донельзя охочие до браги, напьются до состояния дров, после чего вор, воспользовавшись моментом, выкрадет Огненный Свиток и вернется в Лирайн.

Флинк выругался с досады, не понимая, почему именно он должен подвергать себя опасности... но Кровавый Пес погладил ладонью древко топора, и все ненужные вопросы отпали сами собой... Тем не менее, замысел Матрика увенчался успехом: вору действительно удалось проникнуть в орочий лагерь, где умыкнул он Огненный Свиток... вот только при этом пришли в действие чары шамана, вернув плоть прежде обращенным в каменные статуи троллям - стражам артефакта.

Флинку удалось оторваться от преследователей, передать Огненный Свиток Матрику, однако тролли устремились к Коннаху, надеясь вызволить из заточения Шамана. Ведомые Матриком, ополченцы поспешили к деревушке, где покончили с троллями, после чего нанесли последний, решающий удар по орочьему лагерю.

Так, силы Кланов оказались вытеснены из Низин Быстрых Вод, и Флинк, воспользовавшись организованным Матриком празднеством, сумел-таки умыкнуть Огненный Свиток, а Кровавый Пес, преисполнившийся искреннего уважения к вору, позволил ему уйти... Однако долго наслаждаться свободой вору не удалось, ибо вскоре разыскали его солдаты короля Верхнеземья Ульфа, ведомые полководцем Редмондом, бросили в темницу в Семи Твердынях...

***

После того, как встреченный на улицах Семи Твердыней обыграл ее в драккар, Карла покинула город, устремившись в пустыню Тускари, где надеялась разыскать Амуна Кара - создателя игры, владельца легендарного камня, Золотой Джокер. Ни один другой камень не может перебить оный, и владение Золотым Джокером позволит индивиду именоваться величайшим игроком в драккар среди живущих.

Примкнув к торговому каравану, Карла прибыла в одно из селений на отрогах Тускари, где поведала местному жителю, Дирару, о своих поисках. "Не только ты ищешь Амуна Кара", - поведал новый знакомый девушки. - "Слухи о том, что появился он здесь, в пустошах, заинтересовали также норитов, орков и варваров. Зачем же он понадобился тебе, деточка?" "Золотой Глупец", - честно призналась Карла, и Дирар усмехнулся: "Ты можешь обрести этот камень лишь в том случае, если обыграешь Амуна Кара в драккар".

Дирар обещал, что поможет Карле найти Амуна, если девушка принесет ему кинжал Лунный Язык из руин неподалеку. Та с радостью согласилась, устремилась в означенном направлении... По пути девушку атаковал варвар, Макин, однако в противостоянии Карла, оказавшаяся на поверку искусной чародейкой, одержала верх, и варвар, признав поражение, постановил, что признает за победительницей право на исследование руин... и более того, поможет ей в этом.

Здесь, в древних руинах, предстала чужакам женщина, облаченная в алые доспехи, которая, однако, не могла вымолвить ни слова. Макин атаковал незнакомку, и на теле оной означился кинжал Лунный Язык. Недоумевала Карла, зачем Дирару понадобился столь неприглядный ржавый образчик, но все же наряду с варваром вернулась в селение, передала кинжал мужчине.

"Чтобы получить возможность сыграть в драккар с Амуном Каром, тебе надлежит пройти Испытания Четырех Призраков", - назидательно произнес Дирар. Обитают призраки внутри стел и выходят лишь тогда, когда слышат определенные слова силы. Тебе следует сыграть с каждым из призраков в драккар".

В пустыне Тускари небезопасно, поэтому, прежде чем выступить на поиски стел, Карла обратилась за помощью к командующему Террагу, чьи воители сопровождали торговый караван из Семи Твердынь, доставивший окрестным селениям необходимые припасы. Терраг выделил в сопровождение девушке нескольких воинов, и наряду с последними Карла и Макин устремились в первой из стел, пребывающей в одной из ущелий неподалеку.

Произнеся озвученные Дираром слова силы, Карла призвала первого из призраков, и, обыграв его в драккар, получила в качестве награды камень, коим пополнила свою коллекцию. О достижении своем девушка не замедлила похвастаться Дирару, и тот предложил ей принять участие в небольшом состязании по игре в драккар, им же организованном.

Состязание состоялось в уединенном горном ущелье; Карла успела обыграть трех участников... когда в ущелье появился отряд норитов. Командующий оным потребовал у игроков передать им свои камни, после чего отдал приказ перебить участников состязания. Карла, Макин и сопровождавшие их воины схватились с норитами, даря игрокам время, чтобы успеть скрыться в пустоши. Наверняка один из участников турнира состоит в сговоре с норитами и таким образом стремится заполучить камни остальных, дабы впоследствии иметь большие шансы на успех в игре против Амуна Кара.

Нориты, заполучив камни игроков, отступали, но путь им преградили командующий Терраг и его наемники. Но темные эльфы сразили противников, после чего вернулись в свой лагерь... Разъяренный подобным вопиющим вмешательством Дирар постановив, что Амун Кар весьма разгневан, и надлежит покарать злодеев.

Приняв командование над остававшимися в резерве наемниками покойного Террага, Карла и Макин разорили лагерь норитов, обратив воителей Пакта в бегство. Здесь же означилась вторая стела, обыграв призрака которой в драккар, Карла вернулась к Дирару.

Последний заявил, что времени праздновать победу нет, ибо отряд Кланов обнаружил третью статую и вершит великое святотатство, пытаясь ее выкопать! "Перебей их!" - приказал Карле мужчина. - "Будучи сподвижником Амуна Кара, я не могу позволить, чтобы за деяния свои они остались живы".

Сподвижник Амуна Кара?.. Карла изумленно таращилась на мужчину, а тот важно кивнул: "Именно так. Я могу организовать тебе состязание, которого ты так хочешь, но лишь когда ты завершишь четыре испытания".

Девушке не оставалось ничего иного, как повести наемников на лагерь Клана; разорив оный, Карла призвала призрака у третьей стелы, сумела обыграть в драккар и его. Но по возвращении в деревушку Дирара там не обнаружила; селяне поведали девушке, что несколько часов назад мужчина покинул деревню, и весьма поспешно. Где искать его теперь в сей пустыне?..

Макин предложил Карле посетить лагерь его племени, дабы испросить совета верховного шамана Хоури, мудрейшего старейшины пустоши. За неимением иного выхода девушка как предложение согласилась: как знать, быть может, сей шаман ведает и о таинственных стелах?..

"Слава твоя идет впереди тебя, чужеземка", - изрек слепой шаман, когда ведомая Макином Карла ступила в лагерь племени. - "Игрок в драккар, которая ищет Амуна Кара. Души поведали мне о твоем появлении, и я, наконец, лично встретил тебя. Ты ищешь четвертую стелу..." "Есть в этом мире то, чего ты не знаешь?" - осведомилась Карла, и Хоури утвердительно кивнул: "Твою судьбу. Мертвые не позволяют мне узреть ее. Ибо сокрыта ты тенями. Но здесь ты не для того, чтобы говорить о будущем".

Карла поинтересовалась, где ей отыскать четвертую стелу, и шаман направил девушку на древнее захоронение в соседнем ущелье. Однако когда Карла наряду с наемниками своими добралась до стелы и произнесла слова призыва духа, переданные ей шаманом, нежить восстала на погосте. С превеликим трудом наемники сдержали натиск мертвяков, а когда те оказались повержены, к Карле приблизился Дирар, молвив: "Отлично, дитя. Проклятие практически снято". "Дирар?" - изумилась девушка. - "Но как?.." "Меня прислал Амун Кар", - отвечал мужчина. - "Как ты уже знаешь, сейчас я служу ему, но десятилетия назад хотел бросить вызов... как и ты сейчас. С тех пор никто и никогда больше не играл в драккар с четвертым призраком, ибо овладел тем злой дух. Но ты ослабила двеомер нечестивого заклятия, и я могу призвать четвертого призрака".

Что и было сделано. Одержав верх в игре, Карла обратилась к Дирару, велев тому немедленно отвести ее к своему хозяину, однако мужчина отрицательно покачал головой: "Амун Кар является лишь тем, кто принесет ему клятву: если ты не сможешь обыграть его, то станешь слугой, как и я". Не терзаясь сомнениями, девушка принесла клятву, повторив за Дираром некие колдовские слова, и тот одобрительно кивнул: "Готово. Однако ты не сумеешь одержать верх над ним, пока он вынужден применять в игре Золотого Джокера. Ведь ты знаешь, никакой иной камень не в силах его перебить!.. Но ты мне нравишься, дитя, и я помогу тебе. У тебя теперь есть выбор: либо ты остаешься со мной и ищешь для Амуна Кара иных претендентов, либо же освобождаешь его от проклятия".

"Амун Кар... проклят?" - изумилась Карла, не ожидав подобного поворота, и Дирар отвечал: "Да. Старый противник призвал дух его в мир, где он обречен играть и побеждать целую вечность. Он может познать покой, лишь если проиграет, а проиграет лишь тогда, когда не будет вынужден применять Золотой Джокер. Посему свободу он может обрести, лишь когда противник его окажется сражен". "И кого же я должна убить?" - вопросила девушка. "Верховного шамана Хоури", - процедил Дирар. - "И не возвращайся, пока он жив".

Стало быть, именно шаман поработил дух Амуна Кара... Хоури не ожидал, что Карла и воители ее вернутся с проклятого погоста, посему велел соплеменникам немедленно расправиться с чужаками. В сем противостоянии Макин остался верен Карле, которую успел полюбить всем сердцем...

Сразив коварного шамана, Карла сняла довлевшее над духом создателя драккара проклятие. После чего сумела она одержать верх в игре над самим Амуном Каром, и благодарный призрак, передав девушке Золотой Джокер, исчез, познав долгожданное посмертие. Обескураженный, Дирар не ведал, куда податься ему, ведь долгие годы оставался верным слугой Амуна, и Карла предложила мужчине присоединиться к ним с Макином, ведь возвращалась она в Верхнеземье.

Да, девушка достигла желаемого, одержав верх над самим создателем драккара. Но... чувствовала она себя совершенно опустошенной, ведь отныне она непременно выйдет победительницей из любой игры в драккар. Макин, желая поддержать возлюбленную, рассказал ей об игре, весьма популярной в его племени. Заинтересовавшись, Карла просила спутника поведать ей правила во всех подробностях...

Глава 6. Прилет Драконов

Творцов называют еще Детьми Богов. Они были первым народом Эо, познавшим магию и создавшим первые города из костей мира. Величественные строения и артефакты, сотворенные ими, и дали название народу - "творцы". Они творили все, что только вздумается, из камня, металла и стекла, а также невидимыми силами мысли и грез. Даже в наши дни павшие статуи, подобные горам, равнины с установленными на них причудливыми механизмами и земли волшебного стекла говорят о великой созидательной силе первого народа, населявшего ранее все континенты Эо.

Но, сколь бы ни были велики их чудесные силы, настал день испытания, которое творцы не выдержали. И явился враг, преследовавший их и стремившийся уничтожить.

Когда творцы заселили Эо и не осталось в мире больше тайн для них, обратились они к знаниям за пределами мира. Так, творцы обнаружили Вечное Пламя, величайшую из ведомых сил, источник магии Эо. Суть Вечного Пламени оставалась за пределами понимания творцов, и подчинить себе его они не могли. Желая обладать недосягаемым могуществом, в раздорах и безумии творцы сами уничтожили свою цивилизацию. А затем из логовищ явились драконы и, подобно ярости творения, разрушили города творцов. Лишь немногие сумели спастись от гнева драконов. Бежали выжившие в великие леса Файнон Мир, в темные пещеры под Грозными Вершинами, на ледники гор Ветра, где никогда не появляются драконы. С веками творцы приспособились к новым условиям своего существования, пусть и деградировали до варварства, обратившись в эльфов, сохранивших силы разума, гномов, благословленных склонностью к ремеслам, и людей, унаследовавших жажду знаний... и жажду власти.

***

После Призыва мир оказался расколот на острова, и лишь камни богов уберегли их от полного разрушения. Рохен, некогда - могущественный маг Круга, потратил долгие годы на то, чтобы связать острова порталами. Для этого он использовал мощь Вечного Пламени - могущественной волшебной силы, о существовании которой Кругу стало известно при исследовании магами древних руин творцов. Сила, которая привела Круг и мир фактически к гибели, должна была помочь Рохену создать новый мир. Посредством порталов в опустошенные земли доставляли еду и воду, созидались новые империи и разоренный Эо начал возрождаться. Ради сей благой цели Рохен пожертвовал собственной жизнью.

Но забыл он, что магия, примененная им, была неразрывно связана с Кругом, ибо члены оного связали сущности свои с Вечным Пламенем. С гибелью Хокана Ашира мощь Круга ушла безвозвратно, и магия порталов стала истощаться. Пусть вначале это происходило совершенно незаметно, в итоге разразилась паника, ибо обитатели островов, грозила которым полная изоляция, пытались бежать в более плодородные земли. Лишенные родных домов, миряне скитались в поисках укрывищ, а некогда великие империи низвергались в хаос.


Путь героини нашей истории начался в крепости Зимняя Светочь, затерянной во льдах северных гор Ветра. Некогда она была Воительницей Рун, и за долгие столетия своего существования послушной рабой безжалостных магов успел свершить немало нечестивых деяний, в которых горько раскаивалась. После, когда Воины Рун обрели смертность, она попыталась вернуть долг миру и упокоиться, но покой смерти не был дарован ей. Добрые и героические деяния героини столь впечатлили оказавшегося поблизости Хранителя Души - так стал известен великий шейкан, одержавший верх над Малакэем, - что тот передал ей кровь дракона, лишив таким образом желаемого забвения. Волей-неволей, пришлось героине продолжить существование, посвященное искуплению грехов, пусть и считала она себя древней реликвией Войн Призыва, не принадлежащей сему времени.

В годы, последовавшие за завершением Войн Теней и разрушением Шейкура, шейканы обосновались в Вестгарде - крепости, пожалованной Хранителю Души королем Верхнеземья. Число драконокровных все росло, и героиня наша исправно несла службу в их рядах. Сам Хранитель Души бесследно исчез, а роль командующего силами Вестгарда принял на себя Тор Халикос, но со временем он принял решение передать власть истинному драконокровному, посему уступил место Сатрасу.

И вот, в свете последних событий в мире, гномы Пика Зимней Светочи наняли отряд шейканов, дабы те помогли им оградить единственный действующий в регионе портал от монстров до окончания исхода населения крепости в иные земли. Наряду с командующим Сатрасом в горы Ветра отправились близнецы-полуэльфы Шепот и Ветер. Неведомо, каким образом обрели они кровь Ура, но Халикос приветил сих бездомных ребятишек в Вестгарде, несмотря на предубеждения иных шейканов против представителей эльфийской расы. Что до Шепота, то, сколько он себя помнит, его вечно преследуют жаждущие крови звери. Возможно, это как-то связано с его прошлым, воспоминаний о котором у него не сохранилось, и с обретением крови дракона.

Сопровождала отряд шейканов и чародейка Яша, дочь Хокана Ашира. Конечно, родилась девушка не в счастливой семье, окруженная заботой и любовью. Женитьба Ашира была ходом, должным принести ему власть над землями Врат Королей. Самого Ашира дочь не особо интересовала, и после Призыва он даже не попытался разыскать ее вновь. Но когда жизнь некроманта висела на волоске, а демоны Урама осаждали его крепость, он внял мольбам жены и отправил к дочери в качестве стража Воительницу Рун, героиню нашего повествования. Руну Ашир также передал Яше, а вместе с ней - и власть над воительницей, которая спасла ее жизнь и оставалась вечным стражем до самого пробуждения наследия ее отца. Не ведая о силе любви, Яша раз за разом отправляла Воительницу Рун сеять ужас и смерть в окрестные земли до тех пор, пока окончательная смерть Хокана Ашира не уничтожила руну...

Сражение с превосходящими силами монстров в Зимней Светочи протекало не очень хорошо для шейканов и защитников крепости. Когда Шепот был отрезан от соратников ордою монстров, лишь наша шейкана пришла ему на помощь, возвращая старый долг времен существования ее в ипостаси Воительницы Рун. Жизнь полуэльфа она спасла ценою собственной, рухнув в ледяную расщелину. Героиню вскорости отыскали и возродили товарищи-шейканы, проделав сие под неусыпным надзором Яши - пусть не друга, но спутницы со времен Войн Призыва. Перенеся героиню в удерживаемое шейканами крыло крепости, она терпеливо дожидалась его пробуждения.

Портал Зимней Светочи готов был утратить свою магию в любую минуту, и Сатрас объявил об отступлении шейканов из крепости, даже ввиду того, что внутри, в шахтах лунного серебра, еще оставались гномы, не успевшие покинуть твердыню. Тем не менее, героиня, а также Шепот и сестра его, Ветер, приняли решение остаться и заняться починкой сломанной монстрами решетки врат Зимней Светочи. Ведь если в шахтах удастся отыскать парочку пружин из лунного серебра, механизм удастся восстановить, после чего закрывшиеся врата отрежут монстрам и варварам доступ в цитадель, и исход оставшихся гномов пройдет беспрепятственно.

Ашука, ледяная ведьма народа варваров, сотворила за пределами крепости магическую снежную бурю невероятной силы, холод которой разил смертных наповал. Впрочем, горячая драконья кровь шейканов позволила им развести жаркие костры на горной тропе и провести по ней рудокопов-гномов к порталу, ведущему в Аллювьян - некогда эльфийским владениям, откуда тан павшей Зимней Светочи, Скьядир Кровавый Топор, намеревался провести родичей к Семи Твердыням.

"А что вы?" - обратилась шейкана к полуэльфам, после того, как последний из гномов ступил в портал. "Мы останемся с тобой", - отвечал Шепот, и вздохнул: - "Нечто преследует меня". "Волки?" - уточнила героиня. "Нечто большее", - покачал головой полуэльф. - "Такое чувство, будто за спиной огромная тварь. Быть может, с твоей помощью я смогу определить, что преследует меня". "А я не оставлю брата!" - с жаром воскликнула Ветер.

Ступив в портал, трио шейканов очутилось у города Аллювьян, вот только заняли его силы Кланов, ведущие ожесточенные бои с защитниками, на помощь к которым пришли Железные Соколы. Воистину, ведь мир объяло пламя войны, порожденной страхом и отчаянием. Гномы-рудокопы нерешительно топтались поблизости, не ведая, куда им податься, ведь путь к Семи Твердыням занят врагом.

К героине подбежал один из шейканов, входивший в отряд Сатраса, сообщив, что лидер их схвачен при попытке прорваться к порталу в сердце Верхнеземья. Не оставалось ничего иного, как сплотить за собою силы Королевства да попытаться отбить Аллювьян.

Шаманы Кланов создали у врат города магический барьер, отражавший снаряды требушетов паладинов, но древесные энты приступили к развеиванию заклятия, в то время как шейканы с союзниками занялись орками-лучниками на крепостных стенах.

После чего последовала полномасштабная атака на город, продолжавшаяся до искоренения последнего орка. И когда пали два предводителя воинского контингента Кланов, носившие гордое звание Стальных Судей, Аллювьян вновь перешел под контроль ратей Королевства.

Уцелевшие орки-шаманы, призвав из глубин Бездны пламенного титана, попытались было принести ему в жертву плененного Сатраса, но вовремя подоспевшие шейканы вызволили своего лидера. "Надо же, кто явился!" - хмыкнул тот, явно не забыв случившегося в Зимней Светочи. - "Твое неповиновение стоило множества жизней!" "А сколько же жизней было спасено?" - резонно возразила героиня. "Ты не понимаешь!" - возопил Сатрас. - "Неужто не видишь, что творится? Без порталов королевства просто окажутся разбиты на части! Мир Рохена умирает! Старые порядки рушатся! И в первую очередь шейканы должны позаботиться о сохранности собственного рода! Мы можем спасать чужие жизни лишь в том случае, если выгода перевешивает опасности! Все очень просто! И я считаю, что глупо терять сородичей лишь затем, чтобы загладить чувство вины бывшей Воительницы Рун!"

"Где Яша?" - вопросила героиня, не желая боле тратить время на пустопорожнюю болтовню. "А, твоя спутница?" - едко бросил Сатрас. - "Она заключила сделку с Кланами. Думаю, маленькая предательница отправилась к Вратам Мечей". "А что ты ожидал от дочери Хокана Ашира, некроманта Круга?" - хмыкнула героиня. "Ты отправишься за ней?" - деловито поинтересовался Сатрас, но героиня отрицательно покачал головой. К чему?..

Скьядир Кровавый Топор и его гномы проследовали через Аллювьян к порталу в Семь Твердынь. Но затронула война и сердце Верхнеземья, ибо столица пребывала в осаде сил Пакта. Ныне бой идет не во имя Света иль Тьмы, но ради еды и воды.

К счастью, запасливые гномы загодя прихватили с собой несколько бочонков с зажигательной смесью, с помощью которых шейканы уничтожили осадные башни норитов, пробившись, таким образом, к вратам осажденной столицы. Осада у восточных ворот оказалась снята, и оные распахнулись пред гномами, которые, не мешкая, проследовали в квартал своего народа, где приветил их Яндрим Молот Ветра. Немедленно, рудокопы принялись строить планы по возвращению захваченной миньонами Ашуки Зимней Светочи, но как же попасть в родную твердыню теперь, когда магия портала иссякла?..

Сама же шейкана, сопровождаемая Шепотом и Ветер, устремилась к королевскому дворцу, дабы предложить свои услуги монарху Верхнеземья. На аудиенции у последнего как раз сейчас пребывали Халикос, вставший на службу королю, и Ридденгард - маг, объятый пламенем. "Время уходит, король!" - настаивал последний. - "Дозволь моим Благословенным испепелить осадивших град! Ведь стоит пасть Семи Твердыням, падет и королевство!"

Заметив ступивших в тронный хал шейканов, Халикос искренне улыбнулся. "Но где же Сатрас?" - воскликнул он, обращаясь к героине. "Он присоединится к нам позже", - уклончиво отвечала шейкана, и вопросила в свою очередь: "Какова ситуация здесь?" "Этот чародей, Ридденгард, предлагает королю временно передать ему право на власть", - полушепотом отвечал Халикос, кивнул на мага, который, казалось, состоял из огня (но, быть может, то был лишь чародейский трюк, для пущего эффекта). - "Он утверждает, что решит все проблемы королевства с помощью Вечного Пламени".

"Вечного Пламени?" - изумилась шейкана. - "Источника могущества Круга? Но никому не следует касаться его боле!" "Знаю, но очень уж соблазнительное предложение", - вздохнул Халикос. - "Новые порталы, конец страхам и отчаянию, и не важно, какой противник..." "И снова стать марионетками чародея?!" - вспылила героиня. - "Мы уже проходили это!" "Скажи это королю..." - молвил Халикос, и героиня твердым шагом проследовал к трону.

"Король Верхнеземья!" - с достоинством поклонилась она монарху. - "Не променяй свободу своего народа на силу Вечного Пламени!" "Что, темный плебей занимается вопросами управления, король?" - с напускным удивлением вопросил Ридденгард. "Я служила Кругу, будучи Воительницей Рун!" - обернулась к нему героиня. - "Я знаю силу Вечного Пламени! Ты ведь не удовлетворишься временным регентством, маг!"

"Король, дозволь мне доказать, что тебе не нужно Вечное Пламя!" - вновь обратилась шейкана к монарху. - "Я одержу победу и без него!" "Если ты сможешь достичь отрядов Редмонда за пределами города..." - неуверенно молвил Ульф. - "И они смогут вновь присоединиться к сражению... Может, в словах твоих и есть резон..."

Полководец Редмонд с небольшим воинским контингентом заняли укрепленный лагерь к юго-западу от Семи Твердынь, но прорвать кольцо осаждающих город сил Пакта и присоединиться к защитникам столицы не могли. Посему шейканы, воспользовавшись установленными в городе "камнями странствий", перенеслись к Редмонду и, заручившись поддержкой воителей полководца, принялись совершать дерзкие набеги на укрепления Пакта в непосредственной близости от Семи Твердынь.

И когда пали последние из бастионов норитов, Ридденгард велел трем Благословенным - Земли, Огня и Льда - присоединиться к сражению, дабы триумфально завершить снятие осады с Семи Твердынь. Люди эти, несущие в себе толику могущества Вечного Пламени, успешно справились с заданием, но король Ульф, однако, отметил деяния шейканов и солдат Верхнеземья под началом Редмонда.

"Что ж, Ридденгард", - обратился монарх к чародею, когда шейканы проследовали в тронный зал замка с докладом о победе над Пактом, - "похоже, ты не так сильно нужен Верхнеземью, как сам полагаешь!" "О, подожди немного", - отвечал Ридденгард. - "Когда город твой будет переполнен беженцами, а в стране станет черным-черно от вражеских ратей, ты осознаешь суть моего предложения и примешь его".

Резко развернувшись, Ридденгард покинул тронный зал; Благословенные и сопровождавшие чародея наемники следовали за ним по пятам. В числе последних шейканы заметили знакомое лицо - темный лучник Мордекэй Лакая, кровь дракона коему даровал сам Хранитель Души во время кровопролитных Войн Теней!

"Что ты забыл среди прихвостней Ридденгарда?" - обратилась к нему героиня. - "И где Хранитель Души?" "Кое-что... произошло", - с запинкой отвечал темный лучник. - "В землях Ксу... у источника Вечного Пламени... но с остальными все в порядке, поверьте! Все это происходит ради будущего! Вскоре вы сами все поймете". И он поспешил вслед за удаляющимся чародеем.

Героиня долго смотрела ему вслед. Стало быть, недавние сны ее о сражении, вели которое спутники Хранителя Души, оказались пророческими. Заметив ступившего в тронный зал Сатраса, героиня обратилась к нему. "Я должна отыскать Хранителя Души!" - заявил она. "Здесь действуют могущественные силы", - задумчиво изрек лидер шейканов Вестгарда. - "Один неверный шаг - и народу шейканов придется заплатить страшную цену! Нам следует мобилизовать все наши силы! Я знаю, что тебя в шейкана обратил сам Хранитель Души и что между вами существует особая связь, но он покинул нас по собственной воле! Ты же нужна нам в Вестгарде!"

Но героиня лишь молча смотрела ему прямо в глаза, не собираясь отступать от намеченного. "Проклятая Воительница Рун..." - проскрежетал Сатрас, не терпевший подобного неповиновения. - "Твердолобая! Здравомыслие так же далеко от тебя, как умение творить заклятия - от волка! Давай же - ищи каких-то драконов на краю мира! Но отныне не смей приближаться к Вестгарду!"

Сатрас и верные ему шейканы покинули замок, демонстративно не обращая внимания ни на героиню, ни на сопровождавших ее близнецов. Во время сей сцены ни король, ни челядь не проронили ни слова - то было делом драконорожденных, и только их.

"У Хранителя Души был с собою портальный камень", - тихо изрек Тор Халикос, обращаясь к героине. - "Может, мастер Аскан из университета поможет тебе отыскать Хранителя Души, ведь он много чего ведает об этом артефакте". Героиня кивком поблагодарила Халикоса, всецело пребывая во власти мрачных дум. Путь в Вестгард ей заказан, иной же, в загадочные земли Ксу - слишком туманен...

Ветер сообщила, что в Семи Твердынях проживает человек по имени Аедар, который много лет назад привел сюда близнецов из Тирганаха, спас их при падении города ледяных эльфов. Отыскав Аедара, героиня расспросила его о близнецах-полуэльфах, и поведал тот, что сирот сих растила верховная жрица Тирганаха. "Но затем город атаковали нориты", - вещал старец. - "Вся мощь Алой Империи! Элуна велела мне уходить вместе с детьми через Инеистые горы. Эльфийская жрица сотворила снежную бурю, что позволила мне укрыться от норитов и увести ребят из обреченного града". Кроме того, Аедар сообщил шейканам, что вещи, захваченные из Тирганаха, он закопал недалече от стен Семи Твердынь, стремясь таким образом похоронить воспоминания о гибели града ледяных эльфов. Быть может, среди них окажется то, что даст близнецам-полуэльфам очередной ключик к загадке их происхождения?.. Среди схороненных предметов обнаружилось и письмо, написанное жрицей ордена Эйрина на языке, созданном самой Сенвен. Вот только где найти того, кто сможет прочесть сии письмена?..

Разыскав в городском университете мастера Аскана, героиня поинтересовалась, сумеет ли тот обнаружить Хранителя Души, узнав местоположение портального камня того? Школяр ответил, что изучал искусство Рохена достаточно для того, чтобы сотворить портал, что приведет шейканов прямо к Хранителю Души... Конечно, героиня немедленно согласился на предложение многомудрого чародея, и магия последнего перенесла трио шейканов на далекий континент Ксу.

Пусть оный могуществом дриады и вновь обратился в цветущий сад, существовали земли, неподвластные даже ее магии, как, к примеру, Призрачный Дозор, древний город-пристань творцов, куда оказались согнаны темные со всего Ксу. Преследуемые войсками Императрицы Элии Арес вскоре после явления Феникса, они построили сотни кораблей и вышли в открытое море...


Магия Аскана доставила шейканов на окраину Призрачного Дозора, где обнаружили они лишь покинутый лагерь... находились в котором пожитки Хранителя Души и его спутников, в том числе портальный камень. Вокруг - ни души. Быть может, герои Войн Теней были атакованы?..

В лагере щейканы обнаружили дневник Джареда, одного из компаньонов Хранителя Души. "Мы обыскали город", - значилось в нем. - "Призрачный Дозор действительно соответствует своему названию, однако мы нашли драконье логово эпохи творцов. Оное было едва узнаваемо под завалами, оставленными темными, но солдаты Эмпирии провели нас к нему. Там Лия обнаружила упоминания о своего рода корабле - Городе-Корабле, на котором творцы отправлялись отсюда в некую Цитадель. Судя по всему, именно там находится средоточие их знаний, где мы надеемся узнать побольше о драконах. Завтра мы отправимся к этому странному каменному кораблю. Нежить в городе все чаще атакует нас. Думаю, самое время убраться отсюда".

И не видел Шепот, склонившийся над дневником, как сзади к нему подступил человек, вонзил меч в спину, а когда полуэльф на глазах у ужаснувшейся сестры и героя пал замертво, испил его крови. Конечно, шейканы немедленно атаковали противника, но тот, убиенный, обнаружил, что отправиться в чертоги Хирина не спешит.

"Я все еще жив?" - неверяще вопросил человек. "Ты испил крови шейкана, монстр", - процедила героиня, - "а вместе с нею и крови дракона. Именно это вернуло тебя к жизни. Но это мы сейчас исправим..." "Подождите!" - упреждающе поднял руку человек. - "Я - Каин, кровавый Судья, охотник из Бездны. Я сужу тех, кто не исполняет своих договоров с Алой Ордой, а до вас мне дела нет".

Тысячелетиями демоны, обитающие в пламенной Бездне глубоко в недрах планеты, пытались подчинить себе смертных, низвергая их в свое царствие. Ведь когда люди пребывают в ярости, отчаянии или страхе, всегда раздастся шепот во тьме, обещая исполнить все чаяния их и желания - но ценою за это станет утрата души. Находятся безумцы, что подписывают договор на собственной коже, но когда настает час исполнить его, пытаются избежать уплаты по счетам, скрываясь на священных землях или в царствиях богов. По следам подобных клятвопреступников идут наемники демонов - такие, как Каин. Убийца, который пережил все ужасы Бездны, прежде чем был дарован ему второй шанс. Он был возвращен на поверхность Эо, чтобы стать палачом тех, кто предает Бездну. Он алчет крови своих жертв, ведь именно она столетиями поддерживает в нем жизнь. Но Каин ведет собственную игру, и хоть Бездна назвала его палачом, стал он Судьей.

Обо всем этом Каин поведал шейканам, поспешившим вернуть Шепота к жизни. "Целью моей был Ридденгард", - продолжал Каин. - "Но он подчинил меня себя. Они забыли сообщить мне тот "малозначительный" факт, что обладает он могуществом Вечного Пламени. Сейчас моя временная смерть, похоже, лишила его власти надо мной, но магию Вечного Пламени мне еще предстоит преодолеть". "Мордекэй упоминал источник Вечного Пламени", - задумчиво молвила героиня. - "Похоже, зацепки, которым мы следуем, ведут к источнику могущества Ридденгарда, иначе он не посылал бы убийцу нам навстречу".

Каин немедленно пожелал присоединиться к шейканам, дабы отомстить Ридденгарду и исполнить приговор, вынесенный чародею Алой Ордой. Что ж, сие вполне соответствовало планам самой героини... Но она успел лишь кивнуть в знак согласия, как неожиданно материализовавшиеся на площади горные коты набросились на еще нетвердо держащегося на ногах Шепота...

На теле одного из животных шейканы обнаружили тотем, принадлежащий Хааху - знакомому полуэльфам шаману-орку, которого встречали они много лет назад в Тирганахе. Похоже, именно этот охотник за головами, владеющий магией невидимости, стоит за нападениями диких животных на Шепота, но чего добивается шаман?

А вскоре последний означился и сам; сбросив заклятие невидимости, он яростно атаковал Шепота, называя того "позором норитов". Прикончив орка, полуэльф обнаружил на теле его печать некоего норита по имени Гул'Дан. Неужели именно он нанял Хааха, дабы тот расправился с Шепотом?.. Видимо, ответить на этот вопрос мог лишь сам Гул'Дан, кто бы он ни был...

Помимо записей Джареда, в разоренном лагере отыскали герои и дневник Лии. "Сведения из Тирганаха оказались полезны", - говорилось в нем. - "Язык творцов очень походит на язык ордена Эйрина. То, что нас окружает, ранее называлось "Саншалой", здесь творцы проводили свои ученые изыскания. Темные возвели свою пристань над городом творцов, но, к счастью, так торопились покинуть континент, что не занимались излишними раскопками. Под землей же можно обнаружить здания творцов. В некоторых из них мы отыскали артефакты из кристаллов. Как мы и предполагали, творцы весьма интересовались своими будущими врагами, драконами. Исследования здесь, в Саншале, проводились с драконлингами - меньшими по размеру, но более разумными представителями подвида драконов".

Отметив, что постараются, помимо всего прочего, навестить места, где проводили раскопки спутники Хранителя Души, шейканы устремились в западные пределы Призрачного Дозора, где находился лагерь солдат Эмпирии, помянутых в записях Джареда.

"Не встречал ли ты отряд из шести воинов?" - поинтересовалась героиня, и командующий имперцами согласно кивнул: "Да, они проходили здесь недавно. Навели шороху во всем городе! Они углубились в Призрачный Дозор, но, боюсь, нежить схватила их!" На предложение героини немедленно отправиться на выручку попавшим в беду шейканам командующий отвечал: "Императрица приказала нам исследовать эту проклятую богами дыру! Мы должны разыскать здесь волшебные камни для чародейки Рагны, но у меня недостаточно офицеров для этого предприятия".

Действительно, после бегства темных с континента Ксу в Призрачном Дозоре остались могилы сотен пленных, возводивших сию пристань. Раскопки, ведомые Хранителем Души и имперцами, потревожили их покой, и нежить восстала, заполонив городские кварталы.

Чародейка Рагна, сопровождавшая воинский контингент Империи, поведала, что искомые ею волшебные камни содержат инструкции на древнем языке Фиал Дарг по использованию разрушительных охранных башен темных, с помощью которых те сдерживали натиск людских ратей, одновременно занимаясь постройкой кораблей. Но теперь, если удастся расшифровать древние письмена, вполне возможно обратить гибельную магию башен против нежити...

Исследуя кварталы Призрачного Дозора во главе воинского контингента Эмпирии, шейканы успешно разыскали несколько волшебных камней, и Рагна, изучив артефакты, сумела привести в действие защитные башни. После чего был совершен рейд на занятые нежитью районы пристани и искоренение восставших мертвецов.

Обнаружив первую из точек, где проводились раскопки древнего града, шейканы отыскали очередную серию записей Лии. "Похоже, они оставили здесь какие-то сведения об исследованиях драконлингов, связанных с огнем", - писала та. - "Не думаю, что творцы занимались тщательным исследованием каких бы то ни было созданий. Они просто помещали память о них в кристаллы, а позже создавали их копии. Некоторые из обнаруженных нами кристаллов все еще хранят воспоминания об огненных драконлингах. Они - низшие драконы, но обладающие куда более развитым сознанием, чем изначально полагалось. Огненные драконлинги были воинами, гордыми стражами великих драконов. В отличие от вирмов, огненные драконлинги часто сопровождали великих драконов в огромные болота, защищая их или летя впереди, выискивая следы возможных угроз. Эти драконлинги куда многочисленнее тех, о которых мы узнали на местах иных раскопок".

"Драконлинги, исследуемые здесь, оказались самыми удивительными для творцов", - говорилось в записях Лии, обнаруженных на раскопках в ином квартале пристали. - "Те называли их хрустальными драконлингами. Эти существа подобны драконам ветра и драконам маны. Они умеют перемещаться на ветрах магии, как и драконы маны. Они питаются временными потоками, снами и магией, которую чуют за много миль. Эти удивительные создания - самые разумные среди драконлингов. Они следовали не воле зеленых драконов, но своей собственной!"

С угрозой нежити было покончено, но гарнизон неожиданно атаковали Благословенные - как маги, как и темные, наделенные могуществом Вечного Пламени - под началом Мордекэя, горя решимостью воспрепятствовать пришельцам из Верхнеземья достичь Города-Корабля. Ведомые шейканами, имперцы отразили натиск противника, сохранив, однако, жизнь их предводителю.

"Мы оба несем в себе кровь Хранителя Души, Мордекэй", - обратилась к последнему героиня. - "Что же столь изменило моего кровного брата?" "Цитадель..." - отвечал тот. - "Источник Вечного Пламени..." "Что такое Цитадель?" - поинтересовалась героиня. - "И что такое Город-Корабль?" "Город-Корабль - корабль творцов, которому тысячи лет", - молвил темный лучник. - "На нем мы достигли Цитадели". "Хранитель Души все еще там?" - вопросила шейкана. "Держитесь подальше оттуда!" - отрезал Мордекэй. - "Он не потерпит вашего присутствия..." "Кто? Ридденгард?" - уточнила героиня, но темный лучник отрицательно покачал головой: "Нет, куда хуже..."

Столп тьмы объяла Мордекэя, подавив его протестующий вопль, и от лучника не осталось и следа. Вздохнув, героиня обратилась к молча застывшему неподалеку Каину. "Каин, ты раньше был слугой Ридденгарда... Что это за "куда хуже"? И что столь изменило нашего брата?" "Откуда я знаю? Те, разум которых под контролем, много не говорят", - отвечал Судья. - "Твой брат уже был там до того, как появился я. И верно, там есть кое-кто еще. Я знаю лишь то, что его панически боится даже сам Ридденгард".


...В прибрежных водах недалече от Призрачного Дозора возвышался великолепный белокаменный Город-Корабль - чудесная реликвия ушедшей эпохи. На центральной площади судна в воздухе медленно вращалась сфера - миниатюрная копия Эо.

На причудливом корабле означился скерг Урги, поведавший, что раса его, считающаяся крайне примитивной, существовала и в эпоху творцов, и что на судне этом он пребывает уже 30.000 лет! Призраки, заполонившие корабль - бежавшие из кристаллов мысли творцов, и надлежит вернуть их на место, дабы навигация судна, рекомого "Даенай", стала возможной.

Содеяв сие, герои проследовали в Зал Знаний, где раздобыли координаты Цитадели, или, как назвал ее скерг, Дандуиля - города, бывшего ранее центром Ксу, а ныне - всего лишь островка в безбрежном Стихийном Море.

Но прежде, чем отправиться в странствие к неведомым пределам, герои скрупулезно исследовали Город-Корабль, обнаружив на нем немало чудес. В частности, алхимическую лабораторию, где, посыпав свиток Ветер волшебной пудрой, лицезрели видение самой Сенвен, ибо магия пробуждала воспоминания, связанные с неодушевленным предметом.

"Дети мои", - изрекла королева ледяных эльфов. - "Пришел день, когда вы изучили этот язык, и теперь настало время рассказать вам о многом. Когда я была пленницей в Бездне, норит сломил мой дух, и я понесла от него. Возможно, он хотел породить новый народ, но меня спасли до того, как я родила вас. Я дала вам жизнь подо льдами, будучи рядом с Эйрином, но не могла согреть вас. Великий ледяной дракон даровал вам свою кровь, свои силы, но вы все равно не могли выносить холод. Посему я препоручила вас заботам жрицы. Но теперь пробил час, когда наследие как мое, так и вашего отца настигнет вас, ибо обладаете вы великим могуществом. Мой сын, ты сойдешься в сражении с собственным отцом. Твой долг - свершить правосудие за то, что он сделал со мной, и таким образом сила, дремлющая в твоей душе, пробудится. Дочь моя, ты рождена, чтобы стать друидой, и настанет день, когда сама Элен узнает твое имя. Презвойди четыре ветра, кои есть твое подобие! Ищи северный ветер высоко в скованных льдами скалах, южный - в пустошах Ксу. Западный - в зеленых долинах Аллювьяна, а восточный - в далекой Земле Богов. Наряду с ветрами ты подчинишь и свои сомнения. Обрети равновесие друиды и жизнь твоя начнется с чистого листа!"

То, что мать их - легендарная Сенвен, стало для полуэльфов истинным потрясением. Дрожащими руками Шепот посыпал волшебным порошком и печать Гул'Дана, и образы немедленно хлынули в его разум. "Норит владел ею!" - закрыв глаза, вещал Шепот. - "Вижу огненную бездну! И ледяную королеву! И крепость, огромную и черную!" "Драг'Лур!" - уверенно произнесла Ветер. - "Он в Драг'Луре!"

...И Город-Корабль, реликвия эпохи творцов, заботливо восстановленная шейканами, поднялась в воздух, пустившись в плавание по безбрежному Стихийному Морю. Не ведая, суждено ли им вернуться из Цитадели, герои перво-наперво исполнили незавершенное доселе, как то, вновь навестив острова Эо, известные как Аллювьян, Призрачный Дозор и Пик Зимней Светочи, помогли Ветер расправиться с воплощенными стихийными ветрами, знаменуя тем самым становление полуэльфийки на пути друиды.

Кроме того, доставив на Городе-Корабле к крепости Зимней Светочи воинство гномов из Семи Твердынь, ведомое Скьядиром Кровавым Топором, шейканы оказали соратникам неоценимую поддержку в освобождении горной твердыни, где сложили головы Ашука, ледяная ведьма, и ее приспешники.


...Наконец, все было готово к путешествию в Цитадель, и шейканы направили Город-Корабль к сей полузатопленной святыне творцов. Сразу же по прибытии заметили они, что для крепости, покинутой долгие тысячелетия, жизнь здесь просто кипит. Вход в древнюю библиотеку охранялся гигантским големом, а у ног его виднелись растерзанные тела норитов. Что, во имя всех богов, здесь делают войска Пакта, и как они попали сюда?..

В процессе исследования внешних пределов Дандуиля встретились шейканам и демоны Бездны, и неупокоенная нежить. Но на помощь героям неожиданно пришли тени! "Я - единственный из Пакта, кто может перемещать войска без помощи порталов", - изрекла тень, бывшая Проклятым и обращенная злою волшбою Клинка Теней в Воина Тени. - "После того, как мы так и не сумели расправиться с магом Вечного Пламени в Семи Твердынях, Императрица приказала нам отыскать источник его силы. Наши чародеи заметили в сем месте всплеск магической энергии, по силе сравнимый с магией, высвобожденной в Войне Призыва. Я попытался проникнуть с войсками в сей град, но без горгулий нас легко отбросили назад!"

"Но почему бы не призвать горгулий?" - недоумевала героиня. "Потому что сейчас Драг'Лур осажден шейканами!" - отвечал Воин Тени. - "И все наши силы брошены на сдерживание их!" "Если я помогу вам решить вопрос с шейканами и те оставят Драг'Лур, окажете ли вы нам поддержку в уничтожении здешних стражей?" - поинтересовалась героиня, бросив красноречивый взгляд на буйствующего у врат Цитадели голема, и Воин Тени немедленно согласился на предложение, благо в царящим в мире хаосе Лар не имел право отказываться от любой помощи, от кого бы предложение оной не исходило.

...Покинув Цитадель и направив Город-Корабль к Драг'Луру, шейканы прибыли в самый разгар сражения, ведущегося у врат черной цитадели. Вот только осаждали город не драконокровные, а Клинки, куда более могущественные, нежели зримые в годы Войн Призыва и Войн Рун! Оказавшиеся поблизости нориты поведали прибывшим, что верховодит атакующими Драг'Лур конструктами женщина-шейкана, явившаяся со Стального Берега. Почему-то героине казалось, что она прекрасно знает, о ком идет речь...

Нориты беспрекословно передали под начало шейканов гарнизон сил Пакта, дабы с помощью оного прорвать линию оцепления Клинков и пробиться к их предводительнице. Попутно героиня выяснилп, что далеко не все нориты истово поддерживают новую Императрицу Лара, и лишь союз с тенями и непосредственно с Воином Тени уберегает ее от предательского удара в спину.

Воины, ведомые шейканами, отбросили Клинков от стен Драг'Лура, и врата твердыни норитов закрылись за их спинами. Что ж, подобного можно было ожидать... И шейканы углубились в окрестные болота, занявшись уничтожением лагерей металлических конструктов. Вскоре к ним присоединились войска Императрицы Ночной Песни, и нориты нанесли удар по лагерям Клинков, ведомых Яшей Ашир, которая выкупила свою жизнь у набольших Кланов, обещав им низвергнуть Драг'Лур. Используя запретные знания Хокана Ашира, она сумела воссоздать Клинков и бросить их против Пакта, тем самым предав и обесчестив народ шейканов.

Сокрушив укрепления Клинков, герои достигли шатра Яши, и, хоть настаивала Ночная Песнь на ее казни, шейкана все же сохранил предательнице жизнь. "Как ты сумела создать Клинков?" - грозно вопросила он. - "Создания твоего отца бледнеют по сравнению с ними". "Драконья кровь", - честно отвечала побежденная, но не сломленная духом Яша. - "Я давно мечтала воссоздать величайшее творение отца. Но я не могла сотворить камни душ, дабы вдохнуть жизнь в металл. А затем я открыла, что небольшое количество драконьей крови необходимо для созданий камней крови, что дают конструктам точно такую же жизненную силу. Моим Клинкам души не нужны! Они более свободны, сильны... и прекрасны!"

"И ты применишь их лишь тогда, когда я прикажу!" - отрезала героиня. - "Я использую все средства, если это поможет мне отыскать Хранителя Души!" "Хранителя Души?" - удивилась Ночная Песнь. - "Ты должен рассказать, что случилось с моим старым другом".

...В болотах, окружавших Драг'Лур, шейканы наткнулись на одинокую могилу, надпись на плите у которой гласила: "Гул'Дан, казнен за преступления, свершенные против чад Нора". "О, нет!" - в ярости выкрикнул Шепот. - "Ты не отделаешься так просто! Ты вышвырнул нас в этот мир, даровав нам лишь ненависть! Хочешь моей смерти? Приди и закончи то, что начал! Твой сын взывает! Восстань!!!"

И дух отца полуэльфов воистину явился, дабы сокрушить сына в последнем противостоянии. Тот атаковал призрак Гул'Дана с вящей ненавистью, уничтожив его раз и навсегда. "Он не будет преследовать нас больше", - тихо молвила Ветер. "Ненависть бессмертна", - покачал головой Шепот. - "Испытывай ненависть всем сердцем, и ты тоже станешь бессмертен. Я не забуду этот урок!" Сестра со страхом воззрилась на брата, но промолчала. Он обрел свое наследие, в то время как она - еще нет.

...Войска Императрицы и шейканы вернулись в Драг'Лур, где их с нетерпением дожидался Воин Тени. Уничтожение Клинков знаменовало зарождение альянса между шейканами и Пактом; Императрица Лара вызвалась сопровождать героев в их поисках Хранителя Души, Воин Тени же обещал переправить магией своею несущих в себе тени норитов в Цитадель, дабы покончить с ее адским стражем.

Вернувшись на Город-Корабль и вновь направив его к Цитадели, шейкан сочла необходимым поговорить с Яшей начистоту, дабы напряженные отношения их не подвергли опасности исход миссии. "Я не твоя тюремщица, Яша!" - заявила героиня, обращаясь к надменной женщине. - "Я просто хочу уберечь тебя от иных необдуманных деяний". "Потому-то ты и связала меня своей кровью?" - вспылила та. - "Я что, похожа на неразумное дитя, нуждающееся в защите? Наверное, ты перестала думать еще с Войн Призыва! Для тебя все сущее - это чувство вины, искупление, честь и прочая чушь, которую ты пытаешься навязать мне! Ты столь упряма, что порой я гадаю, не связана ли ты все еще руной. По крайней мере, тогда от тебя была хоть какая-то польза!"

"Польза?" - с горечью повторила героиня, осознав, что Яша не изменится никогда. - "Для истязаний? Для убийств? Для всех бесчинств, которые ты совершала, когда я была твоим оловянным солдатиком?.. Что ж, дочь Хокана Ашира! Решено, я стану твоей тюремщицей! Было ошибкой дать тебе уйти; я поклялась, что присмотрю за тобой, и я сделаю это! Если между нами нет ничего, кроме ненависти, твои возражения неуместны! А теперь отдай мне мою руну!" "Для чего?" - прищурилась Яша. - "Она бесполезна, магия покинула ее!" "То был мой бич более, чем сотню лет", - молвила шейкана. - "Пришел час уничтожить руну! По крайней мере, я хочу знать, что ее больше нет у тебя! Мерзкие воспоминания, знаешь ли!"

Яша призналась, что спрятала руну на отрогах Аллювьяна незадолго до того, как была взята в плен силами Кланов. Обнаружив ее на заброшенном погосте, шейкана вознамерилась уничтожить реликт прошлого в Вечном Пламени, его породившем. Вот только перво-наперво необходимо отыскать источник оного, а также искусного мага, который может содеять сие.


...Вернувшись в Цитадель наряду с силами Пакта, шейканы атаковали многочисленные лагеря Благословенных Ридденгарда, возведенные в пределах исполинской твердыни творцов. Сотни воителей, наделенных могуществом Вечного Пламени, сложили головы в тот день, а шейканы проследовали во внутреннее святилище хранилища знаний, где встретил их сам Мордекэй Лакая.

Прикончив лучника и терпеливо дождавшись, пока кровь Ура вернет того к жизни, шейканы, как и в случае с Каином, тем самым развеяли заклятие, заставлявшее наемника беспрекословно подчиняться своему господину. "С чего бы начать..." - покачал головой Мордекэй, когда героиня попросила поведать его о судьбе Хранителя Души. - "Мы искали сведения о драконах, а обнаружили двух спящих творцов - мужчину и женщину, - которых не затронуло время. Мы решили, что они - избранные! Сохраненные, дабы пережить падение своей цивилизации. Как же наивны мы были... Тем временем Лия отыскала записи об определенном месте в Земле Богов, где творцы наткнулись на большое логовище драконов и где впервые потерпели поражение. Мы вернулись на Город-Корабль и отправились туда! Я убедил остальных взять с нами одного из творцов. Ведь эти создания обладали властью над Вечным Пламенем. Они могли возродить порталы! Могущество Вечного Пламени, и распоряжаются им шейканы! Мы не могли упустить такую возможность! И мы отправились в Землю Богов... я пытался пробудить творца, но я-то не чародей! А остальных всецело поглотил поиск драконов..."

"И ты бежал, прихватив творца", - резюмировала героиня. "Когда-то я работал на Ридденгарда", - извиняющимся тоном произнес Мордекэй. - "Он хорошо платил. Он сумел пробудить творца, и тот наложил заклятие на всех нас! Вы не представляете, что он за существо! Пока он слаб, но становится сильнее день ото дня. И играет с нами, как с куклами! Ридденгард - всего лишь его пешка. И король дарует ему королевство! Или любая иная страна согласится на это в обмен на силу Вечного Пламени!" "Так начинал и Круг..." - тихо молвила Ночная Песнь. "Все в свое время", - резюмировала героиня. - "Перво-наперво мы должны отыскать Хранителя Души".

Каин заглянул во внутреннее святилище Цитадели, где на мраморной плите покоилась прекрасная женщина. "Говорите, вы забрали от нее творца-мужчину?" - уточнил Судья. - "Быть может, она его супруга... Если он направил сюда Благословенных, чтобы пробудить ее, мы должны забрать ее с собой! Хватит нам и одного творца, бесчинствующего в мире! Если мы отыщем Хранителя Души и вернемся, она может послужить нам защитой от своего мужа! Перенесем ее на Город-Корабль. А затем продолжим поиски Хранителя Души".

Мордекэй вызвался указать шейканам место в Земле Богов - Прибежище, куда отправились Хранитель Души с товарищами, и, забрав тело женщины-творца из внутреннего святилища Цитадели, герои вернулись на корабль, намереваясь как можно скорее закончить поиски... пока пробудившийся ото сна творец не поставил на колени свободные народы Фиары.


...А вскоре шейканы ступили на таинственный континент, Землю Богов, ибо Город-Корабль доставил их к самому Прибежищу. Изумрудно-зеленые джунгли, перемежавшиеся руинами древних городов, тянулись до самого горизонта, где в утренней дымке вырисовывались очертания величественных гор.

"Земля Богов, древних богов гномов", - с благоговением выдохнула Ветер. "Ахен Шуар, запретный берег", - изрекла Ночная Песнь, благо у норитов было свое названием для сих земель. - "Здесь мы не встретим богов. Я полагаю, что логовища драконов могут пребывать в горах. Ровно как и наш общий друг".

Джунгли буквально кишели драконлингами, настроенными крайне недружелюбно по отношению к чужакам, и шейканам пришлось изрядно попотеть, разя рептилий, прежде чем добрались они до огромной курящейся горы, где их встретила Шай, заявившая, что стражи драконов атакуют шейканов лишь потому, что те привели с собой врага. Шейканы в изумлении переглянулись, и тогда женщина-творец, доселе сокрытая заклятием невидимости, явила себя. "Тогда сделайте то, что должно было случится вечность назад", - молвила она. - "Испепелите меня своим пламенем! Уничтожьте меня!"

"Прекратите!" - героиня встала между женщиной и Шай с сопровождавшими ее драконлингами, после чего обратилась к творцу: "Объяснись!" "Ридденгарду удалось пробудить меня", - отвечала та. - "Но я провела и его, и вас, притворяясь спящей... Я не хотела возвращаться в этот вихрь, в бесконечное сражение за обладание все большим могуществом, все более гибельной магией! Стоит лишь вкусить Вечного Пламени, и остановиться уже невозможно! Обладание им становится жизненной необходимостью, как еда и питье!" "Может ли клинок избавить тебя от этой зависимости?" - поинтересовался практичный Каин. "Вечное Пламя возродит меня", - покачала головой творец, - "и зов магии его станет лишь сильнее. Лишь пламя драконов может принести мне избавление! Когда мы с мужем обнаружили Вечное Пламя, это было просто занимательной игрой. Но чем больше мы соприкасались с ним, тем сильнее росла в нем потребность. Мы привели свой народ к гибели. Наказанием нам стал вечный сон, но было уже слишком поздно".

"А теперь смертные готовы подчиниться твоему мужу за возможность прикоснуться к Вечному Пламени!" - воскликнула героиня. - "Мы должны вернуться сразу же, как только отыщем Хранителя Души!" "Я отведу вас к нему, в Прибежище", - молвила Шай. - "Но он уже не тот, кем был раньше".

Произнеся эти загадочные слова, Шай гневно обратилась к Мордекэю, пытавшемуся укрыться за спинами товарищей: "Ты осмелился появиться здесь, сволочь?" "Я не предавал вас!" - пытался оправдаться темный лучник. - "Это все творец! Я не мог противостоять ему!" "Ты оставил нас!" - воскликнула Шай, глаза ее метали молнии. - "Бор мертв! Надеюсь, Хранитель Души испепелит тебя!"

Сопровождаемые Шай и женщиной-творцом, шейканы двинулись к пещерному зеву; по пути встретился им восточный ветер, одержав верх над которым, Ветер завершила свое становление как друиды. Теперь, когда получила она власть над всеми четырьмя ветрами, наследие открылось ей, но, не желая покидать брата, она приняла решение пройти путь до конца, и избавить мир от безумного творца и его пособников.

Ступив вслед за Шай в обширную пещеру, где располагалось драконье гнездовье, шейканы лицезрели Хранителя Души... ныне - в обличье огромного дракона. "Воительница Рун, которой я не дал возможности упокоиться с миром", - склонил голову тот. "Кровь моей крови..." - изумленно выдохнула героиня. - "Ты ли это?" "Это - Прибежище, укрывище драконов", - пророкотал Хранитель Души. - "Здесь скрывались они от копий Империи. Драконы вымирают, друг мой. Кровь их становится слаба. Муракин был братом Ура. Когда я прибыл, он умирал, готовясь последовать за братом. Я отдал ему свою кровь. Мое человеческое тело умерло во время проведения ритуала. Но обе наших души пребывают отныне в теле Муракина". "Ты нашел своего дракона, пусть не совсем так, как ожидал", - тихо молвила Ночная Песнь". Предательского Мордекэя же Хранитель Души пощадил, заметив, что помощь темного стрелка в нынешнем начинании послужит его искуплением.

Беседу их прервало появление хрустального драконлинга, который сообщил Хранителю Души о том, что к Прибежищу движутся войска Благословенных, ведомых самими Ридденгардом и творцом, стремящимся отыскать свою супругу. Муракин и исполинский черный дракон Норадим воспарили в воздух, дабы противостоять творцу и его магии Вечного Пламени, в то время как шейканы и драконлинги встали на защиту Прибежища от превосходящих сил Ридденгарда.

К поглощенному противостоянием древним драконам творцу приблизилась супруга, и он с радостью обратился к ней. "Сердце мое, я пришел за тобой!" - возвестил он. - "Миллионы слуг ждут нашей направляющей длани!" Но лицо возлюбленной отражало лишь неприятие. "Как долго это будет продолжаться?" - воскликнула она. - "Эту жажду не утолить никогда!" Она атаковала супруга заклятиями, но тот оказался сильнее, сразив возлюбленную и даровав ей тем самым долгожданное избавление от присного бытия. Ужаснувшись содеянному, он пообещал драконам и шейканам, молча наблюдавшим за противостоянием творцов, уничтожить род их раз и навсегда, после чего исчез, забрав с собою тело супруги.

Шейканы же и драконлинги завершили разгром сил Благословенных, и один лишь Ридденгард стоял перед ними, скрестив руки на груди и довольно ухмыляясь. "Все не так просто, господа!" - буднично заметил чародей. - "Вечное Пламя хранит мое тело! Ваше оружие не может оборвать нить моей жизни!" "Уверен?" - вперед выступил Каин, и на лице Ридденгарда отразился вящий ужас. - "Душа твоя принадлежит Бездне, а кровь - мне. Сегодня ты умрешь, как того требует заключенный договор". И Судья сразил чародея, низвергнув душу того с нетерпением дожидавшимся ее демонам Бездны.

Героиня же размышляла над последними словами творца. Если тот в гневе обещал извести весь их род, стало быть... Вестгард в опасности! Быть может, Сатрас и запретил им возвращаться, но Халикосу и иным может потребоваться поддержка в отражении атаки столь могущественного врага. "Императрица, отправишься ли ты с нами?" - почтительно обратилась героиня к Ночной Песни. "Я многим обязана шейканам", - отвечала та. - "И на какое королевство нападет творец после того, как покончит с вашим? Если шейканы одержат верх над ним, я смогу удержать норитов от участия в этой войне". "Каин?" - обратилась героиня к Судье. "Ну..." - помедлил тот, - "если я правильно понял, лишь моя рука может лишить жизни посвятившего себя Вечному Пламени. А смертным, обладающим могуществом Вечного Пламени, не нужны больше договора с демонами. Я последую за тобой, ибо не хочу, чтобы в какой-то момент Бездна придумала мне иное назначение".

"Враг силен, но он один", - изрек Норадим Черный, внимательно прислушивавшийся к разговору. - "Возвращайся в свой Вестгард, кровь Ура! Наши драконлинги будут сражаться за твоих сородичей, как за своих собственных. Но мы, древние, останемся здесь. Наши войны остались в прошлом". Слова сии Хранителю Души пришлись не по нраву, ибо сомневался он, что возможно одолеть творца, коль не примут участия в грядущих событиях древние драконы. Пообещав шейканам, что постарается переубедить Норадима, он посоветовал им как можно скорее возвращаться в Город-Корабль и отправляться в Вестгард.

На борту Города-Корабля находились миньоны почившего Ридденгарда, но шейканы с помощью механических пауков - стражей чудесного судна творцов - расправились с ними, после чего, посетив Зал Знаний, определили координаты Вестгарда, очередного островка в бесконечном Стихийном Море.

...Яростное сражение кипело в Вестгарде; шейканы отражали натиск воинства Благословенных, и в бою уже пал доблестный Сатрас. Героиня и компаньоны его, покинув Город-Корабль, ступили на отроги вотчины драконокровных, где у величествнного монумента, возведенного в честь Крэя Ун'Шаллаха, приветили их Яндрим Молот Ветра, гном из Подгорного Града, и Илия, эльфийка из Дун Моры - посланцы сопредельных держав, сражавшиеся наряду с Хранителем Души в приснопамятных Войнах Теней.

"Они пришли с Туманного Берега", - рассказывал гном, - "и прорвали наши внешние укрепления, не успели мы опомниться! Лишь Вестхоум все еще держится, но вскоре и эта крепость падет!" "Думаю, настало время напомнить Дун Море о заключенном альянсе", - молвила эльфийка. - "Я приведу своих сестер!" "Подгорный Город не останется в стороне!" - воскликнул Яндрим. - "Гномы скоро будут здесь!"

Наряду с Халикосом возглавив оборону города от превосходящих сил варваров и нежити под началом Благословенных, шейканы и драконлинги обороняли Вестхоум - последний оплот драконокровных на Фиаре, до тех пор, пока не присоединились к ним гномы и эльфийки-морхири, после чего ход сражения коренным образом изменился. Шейканы перешли в наступление, а трое Благословенных-чародеев, верховодивших атакой, - Огня, Ночи и Бури, - сложили головы. Погибая, те призвали из Бездны в мир Пожирателя - древнего падшего дракона, обратившегося против своих же собратьев и разорившего Шейкур.

Шейканы, однако, одержали верх над Пожирателем, и он, израненный, предпочел бежать на Туманный Берег, бывший ранее западным побережьем Фиары, ныне же представлявший собою лишь горстку островков. До недавнего времени там находилось селение шейканов, но несколько недель назад они исчезли, все до единого. Илия вызвалась сопровождать шейканов на пути к Туманному Берегу, дабы разгадать загадку исчезновения драконокровных, ведь обвинить в том творца было бы несколько... преждевременно, ведь пробужден он был Ридденгардом уже после случившегося.

...Ступив в действующий портал, связующий Вестгард с Туманным Берегом, герои оказались у покинутого селения шейканов, где бесчинствовали ныне стихийные духи. В селении шейканы обнаружили дневник, где были описаны недавние бури, множество огромных раковин, выброшенных на берег. "Раковины... Ожившее море..." - задумчиво молвила Илия, листая страницы. - "Я слышала подобную историю в прошлом, еще до Призыва. Лорды Приливов вышли из моря и низвергли в глубины селение. Отныне жители оного поступили к ним в услужение в обмен на рыбу, ветер и воду, кои получают смертные. Если мы хотим вызволить наших сородичей, то должны создать особый рог из тех самых раковин, что предвещали грядущее бедствие, и призвать с его помощью Лордов Приливов".

Илия вызвалась создать рог, и когда был он завершен, призвали шейканы из морских глубин трех исполинских Лордов Приливов - Лорда Бурь, Лорда Волн и Лорда Глубин. Одержав верх над ними, герои вызволили из подводного плена сородичей, которые немедленно заторопились в Вестгард, от греха подальше. Илия заметила, что Лорды Приливов вернутся рано или поздно, ибо они - неотъемлемая часть природы, а, одержав сегодня верх над ними, шейканы лишь воспользовались правом сильнейших на то, чтобы вернуть похищенных сородичей...

К вящему изумлению героев, к островку, мерно взмахивая крыльями, летел никто иной, как Хранитель Души. Бросив взгляд из поднебесья на окрестные острова Туманного Берега, на одном из них дракон заметил беломраморные башни, исполненные могущества Вечного Пламени - верный знак того, что именно здесь пребывает оплот творца. Ни драконы, ни драконлинги не могли приблизиться к сему острову, но Хранитель Души справедливо рассудил, что на окрестных островах должны находиться артефакты - источники Вечного Пламени, с помощью которых творец и создал непроницаемый для драконов башенный барьер. И артефакты эти вполне могут быть уничтожены человеческими руками; таким образом, Вечное Пламя будет отсечено от сего уголка Эо, что сделает атаку на твердыню творца возможной.

Ведомые Хранителем Души, драконлинги занялись уничтожением миньонов творца, коих отрядил тот на охрану драгоценных артефактов, в то время как следовавшие за союзниками шейканы попросту крушили их, лишая острова Туманного Берега прямой связи с Вечным Пламенем. В одном из источников героиня уничтожила собственную руну, тем самым навсегда порывая с памятью о прошлом.

Атаковав твердыню творца, благо башни Вечного Пламени, столь опасные для драконов, ныне бездействовали, шейканы наблюдали, как сам он, устрашившись Хранителя Души, бежал в наскоро сотворенный портал. Пообещав, что уничтожит всех без исключения Благословенных, остающихся на Туманном Берегу, и не даст последователям Вечного Пламени обратить Эо в хаос, Хранитель Души и драконлинги приступили к методичному разрушению укреплений противника, в то время как шейканы шагнули в портал... оказавшись во дворце Ульфа, короля Верхнеземья!

Похоже, творец нанес удар в самое сердце человеческой державы Фиары; пребывая под его контролем, дворцовые стражи и Благословенные атаковали шейканов, лишь завидя, и тем пришлось изрядно попотеть, прежде чем достигли они тронного зала. Среди сраженных шейканами оказался и Фалькмар, сын барона Ортбрандта, отрекшийся от истинного короля и переметнувшийся в стан творца.

В дворцовой темнице шейканы обнаружили знаменитого вора Флинка МакВинтера, заточенного полководцем Редмондом за кражу Огненного Свитка у Матрика. Наряду с освобожденным вором шейканы продолжили исследование подземелья, и вскоре в одной из камер отыскали короля Ульфа. "Какой стыд!" - покачал головой монарх. - "Меня спасают из собственной темницы!.." "Что произошло?" - поинтересовалась героиня. "Ридденгард и его Вечное Пламя", - отвечал король Ульф. - "У нас возникало все больше и больше проблем с запасами пищи и воды". "И ты передал королевство Ридденгарду?" - выдохнула шейкана, не веря ушам своим. "Изначально предполагалось, что он станет советником", - вздохнул король. - "За эту должность он очистил колодцы и сотворил еду. Я затем явился этот эльф..." "Он не эльф, он творец", - уточнила героиня. "Ужасные твари, эти творцы!" - согласился монарх. - "Он наложил чары на моих стражников. Время от времени он показывает меня народу, чтобы пресечь волнения. Творец правит моим королевством!"

Обещав королю позаботиться об узурпаторе, герои продолжили путь к тронному залу, где их встретил сам творец в окружении Благословенных; героиня отметила, что находятся в зале два источника Вечного Пламени, сродни тем, которые уничтожили они на Туманном Берегу. "Почему вместе со мной вы не хотите стать богами?" - с искренним недоумением вопросил творец шейканов. - "Почему вы сражаетесь против меня?" "Потому что несмотря на все то могущество, коим ты наделяешь нас", - отвечала героина, - "ты делаешь нас рабами Вечного Пламени. Ибо ты сам раб!" "Но если ты знаешь, что я уничтожу тебя, зачем было приходить сюда?" - поинтересовался творец. "Потому что никто иной не готов был заплатить такую цену", - изрекла шейкана. - "Ты - искупление моих грехов. Я не могла находиться сегодня где-нибудь еще! Мне нет места в этом новом мире. И тебе тоже!"

С этими словами шейканы атаковали. Творец и Благословенные подъяли из расположенных под дворцом саркофагов былых королей Верхнеземья, бросив тех на героев... присоединились к которым солдаты, ведомые королем Ульфом и полководцем Караном. Творец поразил доблестного полководца и собрался было прикончить монарха, но героиня, пожертвовав собственной жизнью, уничтожила артефакты Вечного Пламени, отрезав творца от источника бесконечного могущества. Шейканы и солдаты Верхнеземья довершили начатое, избавив Фиару от восставшего реликта ушедшей эпохи.

...А в мир возвращались драконы. Хрустальные, черные, красные... Осознав, что слишком долго пребывали в бездействии, отрешившись от судеб мира, они вновь готовились занять в нем свое место, но не для того, дабы властвовать над смертными народами, а чтобы мирно сосуществовать. Бессмертный дух героини, совершившей великое самопожертвование, не канул в небытие, а, подобно сущности Хранителя Души, слился с естеством древней серебряной драконицы. Ведь отныне драконам и шейканам предстоит вплотную заняться мирскими бедами, и в первую очередь - как можно скорее отыскать замену угасающим порталам... а заодно пресечь все попытки вернуть в мир магию Вечного Пламени.

Так свершился Прилет Драконов...

Глава 7. Вера в судьбу

Пять лет назад была одержана победа над последними творцами, и все это время ученые, драконы и изобретатели пытались изыскать способ пресечь иссякание магии, поддерживающей порталы - тщетно.

Наконец, сеть порталов прекратила свое существование, и острова Эо оказались отрезаны друг от друга. Единственным связующим звеном между ними остались драконы и шейканы, но возможности их весьма и весьма ограничены.

И теперь, когда державы и расы мирские оказались изолированы, новый, безымянный враг наносит удар, восходя на поверхность из потаенных демонических глубин.

В сердце хаоса, вновь объявшего мир, оказался новый герой - шейкан, отчаянно пытающийся найти объяснения тревожных образов, являющихся ему в грезах. Поиски приводят его на Железные Равнины, к горе патриарха Ура. Старейшина шейканов знает, что сны воителя напрямую связаны с его судьбою. Ибо таинственные кошмары посещают его каждую ночь. Темный портал, неведомые голоса во тьме... Так, герой наряду с верной спутницей, Антарой, ступил на Железные Равнины, надеясь обрести озарение здесь, где кровь Ура создала первых шейканов.

Очередное видение во сне явилось герою здесь, на вершине горы Ура, средь руин Шейкура. Зрел во сне он древнюю родину шейканов, но... чудовищно видоизмененную: повсеместно виднелись таинственные кристаллические образования, а над землею зависло гигантское, пламенеющее глазное яблоко, выступали из которого демонические твари. Наряду с Антарой герой проследовал к близлежащей деревушке, где наряду с городским ополчением дал бой чудовищным порождениям... Проследовав к гигантскому оку, с изумлением лицезрел он Ночную Песнь, нынешнюю Императрицу Лара, в окружении тварей - судя по всему, беспрекословно ей подчиняющихся. "Не вздумай следовать за мной, шейкан!" - предостерегла героя норитка, после чего устремилась к оку - порталу в неведомые пределы...

Проснулся герой в холодном поту, и еще долго не мог придти в себя. С каждой ночью видения, снедающие его, становились все тревожнее, все страшнее... Что же означают они, о чем предупреждают?!.

В торговом городке у подножия горы к шейканам подоспела взволнованная женщина - Надира, супруга командующего местным гарнизоном сил Королевства, Гарретта, поведав о том, что смертельно раненый лазутчик ступил в лагерь солдат, после чего муж ее отослал всех без исключения женщин и детей под защиту городских стен. Герой встревожился: точно так же развивались события и в его последнем сне!

Наряду с Антарой поспешил он к лагерю Королевства, узрев солдат, сошедшихся в сражении с демоническими тварями. Гарретт поблагодарил шейканов за помощь в отражении атаки, сообщил, что чудовищ именуют они "безымянными"... за неимением лучшего определения. "Несколько часов назад из юго-восточной заставы явился посланник", - говорил командующий. - "Раны его были крайне тяжелы, посему я немедленно отправил гражданских под защиту стен Шейкура. К счастью, они все успели покинуть заставу прежде, чем здесь показалась первая волна безымянных. Тогда я потерял немало хороших солдат, и едва успели вздохнуть, как атака повторилась. Те, которых вы помогли нас сразить, принадлежали к третьей волне противника, и я уверен, что четвертая не замедлит последовать".

Гарретт поведал, что у южного моста безымянными возведены колдовские башни, испепеляющие каждого, кто осмелится приблизится к ним. Так, гарнизон заставы не может надеяться на подкрепления из южных пределов Железных Полей... Обещав оказать воинам Королевства посильную помощь, шейкан и Антара проследовали к южному мосту... Неожиданно, герой обнаружил, что способен двигаться стремительно, подобно молнии, и, сделав лишь несколько шагов, обнаружил себя на другой стороне моста, после чего заклинанием драконьей крови перенес к себе пораженную Антару, которая и помыслить не могла, что спутник ее способен на подобное.

На южных равнинах шейканы спасли от разрушения безымянными один из бастионов воинов Королевства, после чего солдаты сплотились за своими спасителями. Во главе сего небольшого отряда шейканы проследовали к оплоту безымянных, продолжающих бесчинствовать в округе, сокрушили возведенные укрепления. Возвращаясь к Шейкуру, герой продолжал задаваться вопросами: что означают слова языка безымянных, звучащие как в его грезах, так и наяву... не говоря уже о неожиданно обретенной способности стремительного перемещения в пространстве?

Но здесь, на вершине горы Ура лицезрели герой и Антара престранное устройство, а чуть позже в нескольких шагах от них возник мужчина - чудаковатый профессор Твиддл, представивший пораженным шейканам свое новое изобретение - Твиддл-порт! Долгие годы профессор посвятил научным изысканиям касательно природы порталов, связующих острова Эо, и, похоже, оные увенчались успехом.

Вслед за эксцентричным профессором из портала появились четверо драконов, весьма недовольные подобным способом перемещения в пространстве - Норадим, Хранитель Души, Суриан, а также серебряная драконица, душа которой оказалась неразрывно связана с сущностью шейканы, одержавшей великую победу над пробудившимся творцом; ныне звалась она Победительницей Творца.

Оглядевшись по сторонам, драконы гневно воззрились на профессора. "Это - не Вестгард!" - прорычали они, и Твиддл залопотал: "Небольшая проблема в направлении энергии кристаллов, уважаемые драконы. Совсем скоро мы продолжим наше странствие". "Нет, профессор!" - отрезал Норадим. - "Драконам суждено летать, а не перемещаться с помощью твоего механизма. Нет, ты не убедишь меня вновь испытать эти мерзкие ощущения!" "Однако, мы должны продолжать путь", - напомнила ему Победительница Творца. - "Айро, Шай и Шепот наверняка уже ждут нас". "Да, немедленно отправляемся", - постановил Хранитель Души. - "Возможно, эти безымянные твари уже напали на Вестгард".

"Стало быть, не только солдаты Королевства их так называют", - хмыкнула Антара, и драконы воззрились на девушку, лишь сейчас заметив ее и героя. "И вы уже встречались с ними?" - полюбопытствовала Победительница Творца, и шейкан утвердительно кивнул: "Да. С помощью солдат Королевства мы сумели сокрушить один из их оплотов". "Странно, что они напали на столь стратегически незначительный регион", - хмыкнул Суриан, и Норадим, испытывающее глядя на шейкана, вопросил: "Дитя, ты следуешь весьма темным путем. Что привело тебя сюда?"

"Мне снятся кошмары, в которых я слышу странные голоса", - признался герой. - "Один из наших старейшин, Салиман Философ, предположил, что один из голосов может принадлежать дракону, и посоветовал мне начать поиски истины с древней родины шейканов". "Что говорят голоса в твоих снах?" - поинтересовался Норадим, и герой постарался как можно точнее воспроизвести слова незнакомого языка.

"Салиман был прав, это слова драконьего языка", - молвила Победительница Творца. - "Они означают: "Судьбу не изменить! Эта душа не принадлежит тебе!" "В моих снах звучал и иной голос", - добавил герой. - "Я слышал его сегодня, когда один из безымянных умирал".

Драконы переглянулись. "Хмм... в этом есть смысл", - произнес Норадим, и Хранитель Души осведомился: "Неужто это станет его судьбой?" "Это может быть опасно", - тихо добавила Победительница Творца, но Норадим твердо постановил: "Его судьба предначертана, и ее не изменить!"

Шейкан не понимал ровным счетом ничего из сказанного драконами, и Норадим, обратившись к нему, изрек: "Твоя душа в смятении, дитя. Мы не хотим взваливать на тебя эту ношу, но здесь решаем не мы, а предначертанное не в силах изменить никто. Ты отыщешь свой путь. Верь в свою судьбу. Профессор Твиддл нашел способ восстановить связь между островами расколотого мира. Мы направлялись в Вестгард, чтобы обсудить его замысел с шейканами, но, похоже, время утекло".

"План гениален", - не преминул вставить Твиддл. - "Могущество камней богов..." Норадим, однако, не желал в очередной раз выслушивать витиеватые разъяснения ученого мужа, посему, обращаясь к шейкану, постановил: "Ты отправишься с профессором Твиддлом на отдаленный остров Малангар, где поможешь ему починить устройство и восстановить порталы".

Отчаянные времена требовали отчаянных решений, и постановил Норадим, что впервые за знамую историю Эо дракон позволит человеку оседлать его. Отныне Суриан станет верным спутником шейкана, и свяжут их друг с другом кровные узы.

Конечно, у шейкана оставалась масса вопросов к драконам, но те не смели больше задерживаться здесь, на Железных Равнинах. "Верь в свою судьбу, шейкан", - изрек Хранитель Души на прощание, после чего трое драконов воспарили в небеса, дабы продолжить странствие через безбрежное Стихийное Море.

Незадолго до описываемых событий в Дун Мору на Городе-Корабле прибыли трое шейканов - Каин, катара Сариэль и Ветер. Иные - капитан Айро и Халикос - устремились в Семь Твердынь, на помощь королю Ульфу, Яндрим же и Шепот спешили в Подгорный Град, ибо безымянные появлялись повсеместно в Эо. Поистине, то было неожиданное, крупномасштабное вторжение...

Королева Санша не ожидала помощи со стороны драконокровных, полагая, что эти новые демоны - безымянные - по сути своей ничем не отличаются от иных демонов, которых воительницы ее сдерживали на протяжении долгих лет. Шейканы, однако, заметили, что безымянные напали не только на Дун Мору, они проявились повсеместно в Эо - и, похоже, ресурсы, коими они располагают, поистине неисчерпаемы.

Все еще полагая, что присутствие шейканов на вотчине ее необязательно, королева, тем не менее, обратилась к прибывшим с просьбой. "Мы позволили магистру Аскану из университета Семи Твердынь провести кое-какие исследования в наших землях, но он до сих пор не вернулся", - молвила она.

Подоспевшая Ио с тревогой сообщила, что безымянные сумели каким-то образом развеять заклинание перемещения, уничтожив таким образом последний из действующих порталов в регионе. Профессор Андергант попытался было снять блокирующие магию чары, но безуспешно; похоже, справиться с подобным по силам лишь Аскану.

Королева велела Ио сопровождать шейканов, и четверо выступили на север - туда, где обрывались следы профессора. По пути драконокровные замечали немало безымянных, рыщущих в окрестностях; похоже, твари брали в кольцо оплот морхири, и изливались они из наведенных порталов, уничтожить которые было невозможно.

Увы, магистра Аскана поблизости не обнаружилось, зато шейканы сумели разыскать дневник профессора, коий не замедлили доставить королеве Санше и профессору Андерганту. Как следовало из записей исчезнувшего магистра, безымянные творят некие магические узлы, блокирующие магию порталов, и один из таковых находится поблизости!

Магический узел шейканы отыскали к югу от города, близ одного из порталов безымянных. В последовавшем сражении узел и чародеи, сотворившие его, были уничтожены, и портал, связующий крепость с Городом-Кораблем, ожил вновь...

Безымянные атаковали Дун Мору, однако первый натиск их удалось отразить. Королева Санша просила Каина и сподвижников его привести в город жителей отдаленных селений, ибо осознала, что в противостоянии сем народу ее не выстоять, ибо враг оказался куда более силен, нежели предполагала она изначально.

Шейканам удалось отразить натиск безымянных и доставить в город жителей одной из деревень, однако магия портала иссякла вновь, и на этот раз блокирующее двеомер заклинание оказалось гораздо сильнее - наверняка поддерживает его не единственный узел. И местонахождение магистра Аскана все еще оставалось неизвестно - есть от чего впасть в отчаяние!..

Однако Аскан отыскался сам, вернувшись в город и заявив, что занимался исследованием порталов противника. Профессор Андергант ввел магистра в курс дела, поведав о блокирующих магию магических узлах, и Аскан указал шейканам на карте местонахождение оных, ибо обнаружил их, исследуя окрестные земли. Немедленно, Каин и иные шейканы занялись уничтожением узлов, в то время как морхири, путь к отступлению которым покамест был отрезан, из последних сил сдерживали яростный натиск безымянных.

Но не ослабевал тот, и королева Санша, осознав, что не выстоять морхири, приказала эльфам отступать к порталу, ведущему на Город-Корабль. Увы, безымянные настигли королеву, сразили ее; Ветер метнулась к павшей, и волна безымянных захлестнула ее... Понимая, что ни верную соратницу, но королеву уже не вернуть, Каин велел остальным продолжать отступление...


...Героя, Антару и профессора Твиддла Суриан перенес на земли Малангара, находящиеся в непосредственной близости от Дун Моры. Здесь, у бездействующего портала, ученый муж пояснил спутникам, что надлежит им подсоединить к камню богов, хранящему сей клочок тверди Эо, различное оборудование, а также геоды и кристаллы. Оные направят энергию в Компенсатор Твиддлиум, а тот, в свою очередь, создаст метафизическую волну, которая отразится на портальный камень, находящийся тут же, близ портала. Наконец, адамантовые диски послужат преемниками энергии и магии с близлежащих островов и восстановят портал, а после - и всю портальную сеть. Вот только, смущенно признался профессор, перед тем, как отправиться в Прибежище, он оставил необходимые для функционирования устройства компоненты в Дун Море...

К шейканам быстрым шагом приближались двое: Каин, а также сопровождавшая его женщина-кошка, принадлежащая к народу китаров, Сариэль. Последние поведали, что когда шейканы узнали об угрозе, исходящей со стороны безымянных, то направили помощь ко всем верным союзникам; так, в Дун Мору были посланы Каин, Сариэль и Ветер. "Прибыв к твердыне морхири на Городе-Корабле, мы обнаружили, что здесь идет сражение", - рассказывал Каин герою. - "Противник жестоко теснил эльфиек". "Мы предложили королеве свою помощь, и та - после некоторых колебаний - позволила нам вывести ее подданных из обреченной крепости", - продолжила Сариэль. - "Также она настояла на том, чтобы эльфийки забрали с собой компоненты, оставленные профессором Твиддлом. Ветер, Ио и королева Санша помогали нам прикрывать отступление эльфов". "Враг атаковал непрерывно", - помрачнел Каин, возвращаясь мыслями к заключительным эпизодам противостояния. - "Когда из крепости бежали последние эльфы, мы приготовились отступить вслед за ними, но когда королева ступала в портал, магия которого стремительно иссякала, коготь одного из безымянных пронзил ее сердце. Она пала замертво. Я не сумел остановить Ветер, она бросилась за королевой... В общем, Ветер мертва, ровно как и королева Санша, а также сотни эльфов, расставшихся с жизнями в попытке отразить вторжение безымянных".

После чего Каин добавил, что выжившие морхири заложили новый город здесь, в северо-восточных пределах Малангара, коий, в свою очередь, является частью чащоб Файнон Мир. Возвращение изгнанников на предвечную родину оказалось совершенно безрадостным... Вскоре Ио бесследно исчезла; Сариэль полагала, что гибель королевы явилась тяжким ударом для ее верной стражницы...

Твиддл предложил спутникам немедленно выступить к селению эльфов, дабы принести им соболезнования в связи с ужасной потерей, а также забрать необходимые для восстановления сети порталов механизмы. Немногочисленные безымянные последовали за эльфами в сей потаенный уголок Малангара, однако перворожденные, пребывавшие в совершеннейшем отчаянии, покорно наблюдали, как демонические твари расправляются с их сородичами, не в силах собраться с духом и дать отпор врагу. Они потеряли королеву, Саншу, и величайшую воительницу морхири, Ио... ради чего же им сражаться?!.

Герой обещал попытаться разыскать Ио в окрестных землях, после чего профессор Твиддл, удостоверившись в сохранности остающихся в селении компонентов устройства, сообщил, что для активации оного не хватает двух ключевых деталей: Компенсатора Твиддлиум и адамантовых дисков. Впрочем, гномы обещали доставить оные в близлежащий рудник; что до Компенсатора... сию деталь украл несколько лет назад ярый противник Твиддла, профессор Маузер, но сейчас он мертв, и, судя по всему, сокрыл Компенсатор в древнем некрополе - здесь же, в Малангаре. Что это - совпадение... или вновь - росчерк судьбы?..

В чащобах неподалеку, у стен некрополя, герой и спутники его разыскали Ио, бичующую себя за то, что ступила в портал первой, обрекая королеву на смерть. Вновь и вновь спрашивала она себя: осталась бы Санша жива, если бы покинула Дун Мору прежде подданных... прежде своей верной стражницы? "Почему бы тебе не прекратить самобичевание и не помочь нам загнать безымянных обратно в бездну, из которой они и появились?" - предложил шейкан. - "Профессор Твиддл создает устройство, надеясь восстановить сеть порталов. Если замысел его увенчается успехом, наши народы могут послать армии на помощь друг другу".

Ио согласилась присоединиться к шейкану в его начинании, однако поставила одно условие. "В этом некрополе пребывает древнее древо, одно из мудрейших и старейших в Эо", - молвила эльфийка. - "Оно уже было здесь, когда творцы ступили в сей мир, и может оставаться даже в день возвращения Аонира. У древа я должна свершить ритуал, дабы очистить свою душу. Лишь тогда я смогу последовать за тобой".

Покончив со стражами некрополя - нежитью и демонами, герои проследовали на древний погост, где в одной из гробниц разыскали Компенсатор Твиддлиум. После чего почтительно обратились к разумному древу, и то согласилось очистить душу Ио от греха... потребовав в качестве платы жизнь смертного. Шейкан согласился расстаться с оной, зная, что вскоре драконья кровь возродит его вновь...

Покидая некропость, шейкан и спутники его - Антара, Каин, Сариэль и Ио - узрели армию безымянных, пересекающую Малангар. Каин предложил последовать за демоническими тварями, дабы выяснить, куда те направляются, однако Сариэль постановила, что важнее узнать, откуда они прибыли. Шейкан согласился с доводами китары: по пути к некрополю он заметил деревушку, ютящуюся в горах... и, похоже, орда безымянных следует именно оттуда.

Надеясь, что успеют вернуться к селению морхири прежде, чем то захлестнет волна безымянных, герои устремились к разрушенной чудовищными порождениями горной деревушке. Немногочисленные выжившие фермеры поведали им, что противник появился неведомо откуда, ночью, принялся разить спящих селян. Последние взялись было за оружие, но один из безымянных произнес заклинание... и фермеры последовали за ним, безвольные.

Пленников - человека, шейкана, орка и скерга - герои отыскали в уединенной горной расселине, под усиленной охраной безымянных. Приблизившись, шейкан обнаружил, что обрел новую способность - становиться невидимым!.. Каин усмехнулся, наблюдая, как очертания спутника его блекнут на глазах: похоже, он не так прост, как кажется...

Перебив безымянных, герои освободили пленников, и скерг поведал, что Императрица Лара, Ночная Песнь, бесследно исчезла, а Воин Тени выступил на ее поиски... после чего безымянные нанесли удар. Иные пленники подтвердили слова скерга: последнее, что помнили они - войска демонических тварей, подступающие к их селениям... Стало быть, вторжение безымянных куда более масштабно, чем можно было предположить, и чудовища сии угрожают всей Фиаре... а, быть может, и Эо.

Здесь, в горных пределах Малангара, шейкана и спутников его разыскал Суриан, сообщив, что селение морхири подверглось атаке, однако эльфийки, воодушевленные возвращением Ио, сумели отразить натиск. Последняя, воодушевленная словами шейкана, вновь обрела цель в жизни, вознамерившись покончить с безымянными во имя памяти о павшей королеве.

Конечно, вскоре безымянные вернутся, дабы завершить завоевание региона; лазутчики доносили о возведении оплота в юго-западных горных пределах. Узнав об этом, профессор Твиддл приуныл: ведь именно там находится рудник, в котором должны пребывать адамантовые диски! В довершение всех бед, он обнаружил, что часть оборудования из лунного серебра, спасенного эльфами из Дун Моры, повреждена, и надлежит разыскать искусного гнома-коваля, чтобы восстановить расколотые детали.

Надеясь, что эльфы под началом Ио сумеют отразить следующую атаку безымянных, коя непременно последует, герои вернулись в южные горы Малангара, нанесли удар по укрепленному лагерю противника, после чего проследовали в рудники гномов. Суриана же герой просил отправляться в Вестгард, дабы разыскать Десницу Шейканов - так стал именоваться отряд легендарных героев сей расы, под чьим началом была одержана блистательная победа над творцом и его миньонами, - и капитана Айро; дракон должен как можно скорее известить тех об исчезновении из Шала Императрицы, ведь, скорее всего, событие это каким-то образом связано с вторжением безымянных.

Велев держащим оборону подгорным воителям отступать, дабы незамедлительно доставить адамантовые диски в эльфийское селение, герои углубились в рудники, схватились с заполонившими те безымянными... Наконец, шейкан и спутники его достигли кузни в сердце шахты, где приветствовал их коваль Худлик - один из немногих гномов, выживших в недавнем сражении. По просьбе героев он перековал детали из лунного серебра, и шейкан, поблагодарив Худлика за помощь, наряду со спутниками устремился к выходу из шахты, надеясь как можно скорее добраться до эльфийского селения...

Оное подверглось яростной атаке безымянных, и когда подоспели герои, морхири в пределах городка не наблюдалось. Шейкан вновь укрылся за обретенной невидимостью, атаковал противника... В сей сече пала Сариэль, но когда по завершении противостояния шейкан вознамерился было возродить китару, Каин не позволил ему сделать это; кровавый Судья вернул девушку к жизни, после чего с нескрываемым подозрением воззрился на героя.

"Мне это не нравится!" - процедил он. - "С момента твоего появления я ощущаю демоническую сущность - подобное я чувствовал в Дун Море, когда безымянные напали на нас. Сперва я приписывал ощущения безымянным, но теперь их нет, и я полагаю, что они напрямую могут быть связаны с тобой. И вот мы возвращаемся, а поблизости - ни профессора, ни эльфов, одни лишь безымянные. К тому же, я заметил, ты, похоже, понимаешь их язык". "Но он сражался с безымянными наряду со всеми нами!" - изумилась Сариэль, но Каин упрямо качнул головой: "Не помню, чтобы видел его в последнем сражении. Или безымянные следуют за ним по пятам, или же он прокладывает им дорогу?"

Ио, Антара и Сариэль переглянулись: нет, не готовы они были принять аргументы Каина, сколь бы логичны те ни были. Вздохнув, герой попытался все разъяснить Судье: "На протяжении последних недель мне снятся темные сны. Голоса, принадлежащие драконам и безымянным, говорят о моей судьбе и душе. Может, ты прав. Может, я демон, безымянный, но сам я не осознаю этого. Я тот, кто я есть. Я - шейкан, драконокровный, поклявшийся стереть безымянных с лика Эо. Если я один из них, то тоже должен умереть. Возможно, моя судьба была в том, чтобы до сего момента противостоять им, но сейчас я должен передать сию ношу иным. Убей меня, Каин. Твой клинок может прекратить мое демоническое существование".

Каин обнажил меч, намереваясь вынести спутнику свой безжалостный вердикт, однако, заметив спешащего к ним Твиддла, помедлил. Профессор поведал, что, узнав о приближении безымянных к городу, эльфы рассредоточились по землям Малангара. Некоторые устремились на помощь к покидающим южные рудники гномам, иные же поспешили в восточную людскую деревушку; часть морхири сотворили ритуал, позволивший им слиться с деревьями... но те, кто приняли решение остаться и защищать город, погибли с оружием в руках.

Узнав о подозрениях Каина касательно шейкана, Твиддл просил высказаться по сему вопросу Антару, Ио и Сариэль. Все трое единогласно заявили, что не верят в демоническую природу спутника, как и в то, что действует он им во зло. Сам Каин от комментариев воздержался... "Может, в моей душе есть что-то демоническое, а возможно - и нет, но свою судьбу я изменить не могу", - молвил герой, обращаясь к внемлющим ему товарищам. - "Моя судьба состояла в том, чтобы придти сюда, превозмочь все испытания и помощь профессору восстановить сеть порталов. Моя судьба состояла в том, чтобы наряду с вами противостоять безымянным, и, какова бы она ни была, я верю в нее. Я верю в свою судьбу!"

Шейкан передал профессору восстановленное оборудование из лунного серебра, и Твиддл поспешил вернуться к камню богов, дабы завершить созидание чудесного устройства. Наконец, оное было завершено, и посредством портала, потребляющего энергии камня богов, герои, а также вернувшийся из Вестгарда Суриан перенеслись...

на бесплодную пустошь, где шло яростное сражение между безымянными и тенями, ведомыми Воином Тени. Последний, заметив новоприбывших, нанес удар Клинком Теней профессору Твиддлу... на глазах изумленных шейканов обратившегося в безымянного! "Смерть моя ничего не изменит", - прозвучали его предсмертные слова, обращенные к герою. - "Мы сумели заманить тебя сюда. Твоя душа - наша!"

"Так вот к чему он стремился?" - поразился герой. - "Но... зачем? Почему он утверждает, что душа моя принадлежит безымянным?" "Когда я навещал Вестгард, Норадим просил меня напомнить тебе о двух вещах", - изрек Суриан. - "О том, что если исполнишь свое предназначение, душа твоя не будет утрачена. А также о том, что судьбу изменить невозможно".

"Судьбу не изменить! Эта душа не принадлежит тебе!" Именно эти слова звучали в грезах героя... "То есть, твоя судьба в том, чтобы оказаться здесь благодаря сущности, выдававшей себя за профессора Твиддла?" - озадачилась Ио, и герой утвердительно кивнул: "Частично, наверняка. Но, полагаю, также мне было предначертано оказать помощь в бою Воину Тени".

Обратившись к последнему, он поинтересовался, что это за место, и в какой уголок Эо - или за его пределы? - их занесло. "Это измерение именуется Пустошью Скорби", - отозвался Воин Тени. - "Именно здесь безымянные воплощают в жизнь свой замысел. Несколько недель назад Императрица поведала мне о своих ночных кошмарах, повторяющихся вновь и вновь. В них она пребывала в магических путах пред сияющим порталом, окруженная неведомыми существами. А затем от ее тела исходил луч света и портал медленно раскрывался. Первая часть ее кошмара претворилась в жизнь, ибо Императрица была похищена, и ныне, опутанная двеомерами заклятий, помещена пред темным порталом. Я потратил несколько дней, прежде чем разыскал ее. Мы пытались вызволить Императрицу, чтобы вторая часть ее сна не осуществилась, но безымянные с легкостью отразили наш натиск".

Шейкан предложил Воину Тени объединить усилия, чтобы попытаться пробиться к порталу и освободить Ночную Песнь. Обратившись к дракону, он поинтересовался, удалось ли тому выяснить в Вестгарде что-нибудь касательно роли Императрицы в замыслах безымянных. "Шейканы полагают, что похищение Ночной Песни напрямую связано с ее происхождением", - отвечал Суриан. - "Ведь она олицетворяет собой единение четырех народов: Света, Тьмы, шейканов и теней". Судя по всему, Императрица являет собой своего рода ключ к таинственному порталу, и навряд ли планы безымянных по открытию оного пойдут на пользу истерзанному миру.

Слишком много вопросов остаются безответны, и герои, объединившись с тенями и норитами, устремились в восточные пределы Пустоши Скорби, сокрушая сопротивление безымянных, заполонивших сии хладные земли. Здесь обнаружили они древнего дракона Шарандаля, над которым демонические твари проводили на протяжении долгого времени свои эксперименты. Ныне драконья кровь им необходима для некой пленницы-норитки, а также для выведения нового рода драконоподобных демонов, но большего Шанардаль не ведал.

Наконец, шейканы достигли портала, подле которого пребывала Императрица Пакта; заклинатели-безымянные без устали ворожили над нею. Герои наряду с тенями устремились в атаку, покончили с демоническими тварями, ровно как и с верховодящей теми Навевательницей Снов.

Однако, подоспели они слишком поздно: Ночная Песнь была мертва. Не раздумывая, герой склонился над телом Императрицы, проводя ритуал возрождения, ведомый шейканам... "Нет, не делай этого!" - возопил исполненный отчаяния голос, и подле изумленного героя, покорно следующего своему предназначению, соткался бесплотный дух Крэя Ун'Шаллаха. - "Твоя кровь и есть ключ к порталу, глупец!"

На глазах собравшихся здесь, в восточных пределах Пустоши Скорби, огромный портал воссиял, начал медленно раскрываться. "Моя Императрица, я подвел тебя", - прошептал дух великого норита. - "Мне не удалось остановить их. И теперь цепи сброшены, и двери тюрьмы распахнулись. Зажут возвращается!.."

Глава 8. Демоны прошлого

О трагедии, случившейся на Пустоши Скорби, дух Крэя Ун'Шаллаха, переместившийся в Вестгард, поведал драконам и одному из Старейшин драконокровных. Новости удручали: на глазах Крэя погибла его собственная дочь, Ночная Песнь, а один из шейканов в неведении своем даровал свободу неведомой и чрезвычайно могущественной сущности - Зажуту, предводителю таинственных безымянных, заполоняющих мир.

Выслушав рассказ, драконы - Норадим и Победительница Творца - скорбно кивнули; случилось то, что предвидели творцы, но поделать они ничего не могли, ибо никто не в силах изменить предначертанную судьбу. "Но его больше нет", - восклицал Старейшина шейканов, командующий Десницей - отрядом искусных воителей из числа драконокровных. - "Он потерял жизнь, воспоминания, душу". "Нет!" - возразила драконица-шейкана. - "Может, он и погиб, но душу его они уничтожить не в силах".

"Но кто - или что - этот Зажут?" - недоумевал священнослужитель Мурнос, но отвечал Норадим: "Воспоминания наши простираются куда дальше, нежели те, владеют коими люди и эльфы, но даже мы не знаем ответа на этот вопрос". Драконы обернулись к призраку норита, но и тот отрицательно покачал головой, заметив, что в мир смертный его отправил тот, кому ответ наверняка ведом - Эрион Мудрый.

"Стало быть, после стольких столетий хранители обратили взоры на этот мир?" - задумчиво произнес Норадим. - "Но даже мы не в силах достичь их царствия". "Да, сперва нужно умереть", - согласилась Победительница Творца. - "А я избегала Мор Дьюина столь часто, что, быть может, и смогу добиться успеха".

"Есть иной способ, почтенные драконы", - напомнил о себе Крэй. - "Испытание, созданное самими богами для достойнейших из смертных, дабы сумели те живыми достичь их царствия". Шейканы переглянулись: да, они слышали легенду о Стоячих Камнях, пребывающих на далеком позабытом западном континенте, Иненланде. Именно туда Крэй заклинал отправиться драконокровных, да поскорее...

Впрочем, капитан Айро и Халикос напомнили остальным, что Вестгард осажден нежитью, и именно мертвяки - их первостепенная задача. Старейшина постановил, что лично возглавит оборону, приказав Халикосу организовать защиту внутренних пределов города, а также башни, в то время как Айро и Шай следует немедленно собрать отряд из входящих в Десницу и драконов - на случай, если понадобится резерв.

Лейтенант Хай Квинтар сообщил Старейшине, что нежить уже внутри городских стен, а шейканы, пытающиеся отразить натиск весьма рассредоточены. Лейтенант выделил в помощь Старейшине четверых своих самых опытных воинов: лучницу Нури, уроженку Железных Равнин, кровь которой даровал сам Ур, наемника Инвиктуса, обращенного в шейкана Бором, целительницу Алану, возрожденную и обращенную в драконокровную Ветер в час сражения в Дун Море, и престранного мага Некроса.

В последовавшем противостоянии мертвяков, ворвавшихся в пределы Вестгарда, удалось уничтожить, после чего шейканы оттеснили нежить за врата - открытые, чтобы впустить внутрь крепости беженцев и обездоленных. Однако мертвяки продолжали бесчинствовать на погосте, тревожа души почивших драконокровных, и Хай Квинтар советовал Старейшине заручиться поддержкой Наблюдательницы за Душами, хоть и не давала та о себе знать вот уже много лет.

Герой высказал предположение, что, быть может, ведает о хранительнице старый пьяница Тимон, хранитель маяка, от взора которого мало что укрывается. Покинув крепость, Старейшина и спутники его устремились к старому маяку, возведенному в отдалении от Вестгарда. Сокрушив мертвяков, осаждавших башню, Старейшина выяснил у Тимона, что портал, ведущий к пребывающей на уединенном островке к северо-западу от Вестгарда Наблюдательнице находится здесь же, внутри маяка.

"Мир тебе, странник", - прошелестела сия сущность, приветствуя ступившего на остров героя. - "Я - Наблюдательница за Душами, и надзираю за посмертием для павших. Зачем ты пришел сюда?". "За кровью", - отвечал шейкан, и молвила Наблюдательница: "Мудрое решение, ибо кровь обладает сильной связью, особенно для твоего рода. Мертвые почтут сию связь с тобой".

Не прибавив ничего к сказанному, сущность исчезла, а шейкан, вернувшись посредством портала к маяку, наряду с товарищами поспешил вернуться в Вестгард, сознавая, что противостояние с нежитью еще далеко от завершения. Каково же было удивление его, когда в оплот шейканов бронзовый дракон Келар привел Каина и Сариэль. Оба возникли, казалось, из ниоткуда близ Вестгарда, причем катара была тяжело ранена, а бывший кровавый Судья утратил память.

Дракон поспешил присоединиться к сородичам, продолжающим противостоять безымянным, целители-шейканы занялись Сариэль; Старейшина же обратился с вопросом к Каину: "Неужто ты не узнаешь меня, не помнишь наших прошлых приключений?" "Лишь частями", - признался тот. - "Обрывочные образы... Я помню странствие... Город-Корабль... Королева Санша погибает, а затем... боль. Только боль". "Ну, сюда ты точно прибыл не на Городе-Корабле", - констатировал герой. - "Откуда же ты взялся?" Увы, ответить на этот вопрос Каин не мог, но с радостью принял предложение присоединиться к Старейшине в его начинании.

Подоспевший Хай Квинтар доложил Старейшине, что за пределами городских стен все еще находятся селяне, и многие из них окружены нежитью в южной деревеньке. Возглавив отряд драконокровных, Старейшина устремился к помянутому селению, где воители его занялись истреблением нежити, а также уничтожением кораблей, на которых та прибыла к пределам Вестгарда.

И в это мгновение мертвяки, возглавляемые личом, вторглись в город, схватились с ведомыми Тором Халикосом шейканами... Вернувшиеся в Вестгард наряду со спасенными селянами воители сумели отразить натиск, однако чернокнижник-лич исчез, а доблестный Халикос получил в сражении смертельную рану. Старейшина вознамерился было вернуть его к жизнью своей кровью, однако командующий отрицательно покачал головой. "Нет, шейкан, моя битва окончена", - произнес он с горечью. - "Давным-давно я сказал Хранителю Души, что никогда не стану одним из вас. Судьба моя в том, чтобы умереть здесь".

Халикос скончался, однако горевать о нем времени не было, ибо противостояние с нежитью было далеко от завершения. Мертвяки атаковали башню у городских стен, и Старейшина, возглавив силы Вестгарда, повел их за собою против нежити. Сокрушив оную у башни, шейканы продолжили теснить противника, и, покончив с восставшими мертвяками на погосте, уничтожили лича. Упокоенные были скелеты поднимались вновь, но на этот раз выступали на стороне шейканов, ибо на то была воля Наблюдательницы за Душами.

Душа, плененная в теле лича и направлявшая атаку на Вестгард, обрела свободу, и принадлежала оная никому иному, как Освободителю Зажута! Подоспевшие драконы - Норадим, Келар и Победительница Творца - поведали опешившему Старейшине, что индивид сей исполнил ему предначертанное, и дух Освободителя Зажута кивнул: "Ваши слова все еще звенят у меня в ушах. Судьбу невозможно изменить. Но неужто судьбу сию должны были разделить Антара, Ио и Суриан?"

"Расскажи нам, что произошло?" - молвил Келар. - "Мы знаем, что, когда кровь связала тебя и Ночную Песнь, Зажут обрел свободу". "Но откуда?" - удивился дух, и ответил ему иной призрак, Крэй Ун'Шаллах: "Я рассказал им, ведь я не мог остаться на Пустоши Скорби, ведь в этом случае могущество Зажута поглотило бы мою душу". "Да, ярость Зажута была подобно горе, сокрушающей цветок", - отвечал Освободитель Зажута. - "Безымянные изливались со всех сторон. Я, Антара и Ио продолжали сражаться с ними, но Суриан, Кайн и Сариэль оказались оттеснены от нас. Похоже, Воин Тени исчез в царствие теней, но я не видел больше ни его, ни Ночную Песнь. А затем огненный шар обрушил на нас окрестные скалы. Ио погибла на месте, а Антара была тяжело ранена. Я попытался было исцелить ее, но Зажут ударил меня, оборвав смертное существование. Последним, что я слышал, стал крик Антары... а после я пробудился в образе лича. Прости, что подвел тебя".

"Подвел меня?" - озадачился Старейшина. - "Почему ты так говоришь?" "Потому что ты отослал меня на Железные Равнины в поисках озарения, а нашел я лишь смерть и скорбь". "Ты нашел свою судьбу", - возразил шейкан. - "И поскольку ты сохранял веру в себя и в то, что тебе говорили драконы, ты можешь сейчас продолжить путь к Мор Дьюину". "Я заберу его с собой", - молвил Крэй. - "Его страдания окончены. Вам же надлежит следовать к Сточим Камням, и пройти испытания, после чего мы встретимся снова. Увы, но клятва, данная Эриону, запрещает мне сообщить вам больше о происходящем".

...Бронзовый дракон Келар перенес Старейшину, Каина и спутников их на осколок далекого континента Иненланд, пребывали на котором мистические Стоячие Камни, созданные 30.000 лет назад богами-хранителями для того, чтобы творцы могли достичь царствия их, не пересекая при этом Реку Душ... однако ни разу тайный путь сей не был использован.

При подлете к потаенным островным пределам ощутил Келар всепоглощающую усталость, ибо могущественная магия этого места отталкивала дракона, не позволяя ему приблизиться к сердцу таинственных руин, созданных, возможно, самим богами. Старейшина велел дракону возвращаться в Вестгард, к Айро и остальным; сам же он продолжит поиски ответов на вопросы о творящемся в Эо... Каин признался, что, наблюдая за удаляющимся Келаром, вспомнил, как в Малангаре прощался с ними дракон Суриан - но теперь он мертв, отдав жизнь за то, чтобы кровавый Судья и спутница его, катара, сумели спастись, прорвавшись через сонм безымянных.

"Хирин" - гласила надпись, выбитая на первом из Стоячих Камней, установленном у входа в руины. - "Три человека затерялись в руинах. Необходимо, чтобы некто передал им мои послания. Тому, кто считает минуты, скажи: "Время пришло". Безумцу что-нибудь пробормочи, а третьему заяви, что ты и есть посланник".

Ступив в лабиринт, высилось в котором множество каменных изваяний божеств, герои в точности исполнили предначертанное, успешно завершив таким образом испытание Хирина; в сем созданном богами безмятежном, волшебном уголке Эо время, казалось, остановилось, и нашествие безымянных, угрожающих разрушить последние оплоты народов расколотого мира, осталось где-то далеко, в иной реальности...

После чего подле героев возник сияющий портал, ступив в котором, оказались они на ином островке сего мистического архипелага. Стоячий Камень, высящийся у побережье, знаменовал испытание Элен, заключавшееся в необходимости истребления всего зверья - дичи - на острове. "Будь охотником или добычей", - гласила надпись. - "Но знай: хищник на льду - легкая добыча в жаркой пустыне. Убивай или будь убит, таков закон природы".

По завершении испытания, в ходе которой шейканы покончили с самыми разнообразными образцами хищной фауны, посредством следующего портала обнаружили себя они на следующем острове, пребывал на котором каменный град. Письмена на Стоячем Камне гласили, что зрят претенденты на милость богов испытание Зербо, предлагавшего миновать стражей, патрулирующих улицы города, не привлекая к себе их внимания. Так, герои, скрываясь в тенях, крались по улицам, и сумели-таки пересечь пространство, не вступив в противостояние со стражей.

...На следующем островке царила ночь; на Стоячем Камня имя божества отсутствовало, а надпись гласила: "Ночь скрывает нас. Когда тьма глубока, Нор Серебристый укажет путь своим верующим, иные же не выживут". Испытание для шейканов заключалось в выживании на острове до того момента, как первые солнечные лучи разгонят ночную тьму... Множество мертвяков поднималось из гробниц и склепов, выступая против немногочисленного отряда, но драконокровные сумели продержаться до рассвета, ознаменовавшего завершение испытания Нора.

...Испещренная пещерами гора высилась на следующем, пятом острове, и испытание Нетальфа, означенное на Стоячем Камне, заключалось в сопровождении отряда гномов в подгорные недра, богатые на адамант. Конечно, путь сей оказался нелегок, ибо противостояли шейканам и великаны и големы, однако, покончив со всеми без исключения противниками, драконокровные сумели защитить гномов, и достигли те адамантовой жилы, немедленно приступив к добыче драгоценной руды.

...Испытание Эриона заключалось в необходимости определить, кто из пяти индивидов, представших шейканам, говорит правду, а кто лжет, а испытание Шанны - в защите Старейшего Древа от атак демонов и последующем исцелении его магическими энергиями.

...Следующее испытание, означенное на Стоячем Камне, оказалось донельзя странным. "Вам тут нечего делать", - гласила надпись. - "Просто покиньте остров". Пересекая сей клочок земли, шейканы лицезрели образы прошлого: творцы, погибающие в драконьем пламени; драконы, убиваемые воителями Гибернийской Империи; алхимик Малакэй; тринадцать магов Круга, черпающих мощь Вечного Пламени; судьбоносное решение, принятое Хранителем Феникса, когда передал он маску Белиала Хокану Аширу... Видения прошлых эпох, следовало из которых извлечь верные уроки. Кому же из божеств принадлежало испытание сие?.. История - сфера Эриона, но время - Хирина...

Успешно добравшись до следующего портала, шейканы обнаружили себя на пустоши, где усердно трудились мастеровые-орки, возводя огромную пирамиду. "Завершите постройку ее и защитите от сил природы - элементалей", - значилось на Стоячем Камне, и герои, пожав плечами, всецело посвятили себя защите возводимой пирамиды от стихийных духов, пытавшихся сокрушить ее... Наверняка было то испытанием Ульма, после обратившегося в Зараха Кровавого Бога.

...Дождавшись завершения постройки пирамиды, проследовали шейканы к порталу, посредством которого перенеслись на последний, десятый островок архипелага, ожидало на котором их испытание Тиары. Здесь разгадали они предложенную Солнечной Плясуньей загадку, касаясь восьми беломраморных пьедесталов в нужном порядке, благодаря чему священное пламя Тиары разгоралось все ярче и ярче, обращаясь в портал...

Так, шейканы первыми из смертных ступили в царствие богов - иное пространство, не принадлежащее Эо, - где приветствовал их Хирин, заявив, что даже если и пригласил драконорожденных Эрион, это не значит, что хранители встретят гостей с распростертыми объятиями. Однако, раз уж они здесь, возможно, сумеют оказаться полезными обитателям царствия... и самому Хирину. "Несколько дней назад к югу от нашего Города возник огромный портал", - рассказывал Предвестник. - "Из него стали изливаться души, пребывающие в чрезвычайном смятении, пытающиеся пробиться в Город. Ворота закрыты пред ними, но и иные души, готовые принять свою судьбу, теперь вынуждены ожидать за пределами стен. Но врата откроются лишь тогда, когда исчезнет и портал, и все безумные души, прошедшие в него".

Старейшина поинтересовался, почему боги сами не решат возникшую проблему, но Хирин отвечать не стал, предложив считать возложенную на шейканов задачу последним испытанием. Каин пожал плечами: им всего-то нужно покончить с несколькими сотнями душ, разрушить созданные теми осадные машины да сокрушить портал - ничего особенного.

Среди душ, ожидающих у запертых врат, шейканы заметили Тора Халикоса, который поведал, что, когда познал посмертие, безумные призраки уже ломились в Город, подводили к стенам осадные орудия - которые, кстати, сказать, казались вполне материальными. Означился среди усопших и Странник Влад, вождь варваров клана Ледяных Клинков, павший наряду с сородичами в противостоянии безымянным; однако покончили с доблестным воином не сии демонические порождения, а Наш'каа, предводительница вражеского племени. Коварная варварша, перерезав горло Владу, и сама рассталась с жизнью, ибо пронзил ее копьем один из сподвижников вождя Ледяных Клинков. Влад поведал, что ныне наряду с иными духами противостоит безумным призракам, но те продолжают изливаться из таинственного портала; дух шамана-варвара, находящийся подле Странника, заметил, что призраки сии находятся в смятении, ибо не могут вспомнить о своем прошлом - потому и сражаются против Города Богов и против самой Смерти. Однако шаман попытался проникнуть в разум одного из безумных призраков... и оба они обратились в ничто, ведь гибель душ полностью завершает их существование как сущностей.

Старейшина с горечью констатировал, что в нынешнем страшном конфликте, снедающем Эо, погибло множество доблестных героев, и неведомо, остались ли те, кому удастся сдержать волну безымянных, ведомых ныне могущественным Зажутом...

Но шейканы испытали истинное изумление, узрев среди душ короля Ульфа. "Я думал, Айро и Шепот помогли тебе отбросить безымянных от Семи Твердынь", - молвил Старейшина, и дух монарха произнес: "Да, с их помощью мы сумели избавиться от этих демонов. Я не знаю, что произошло после этого. Я умер во сне. Быть может, я стал слишком стар и устал от постоянных сражений". "И больше ты ничего не помнишь?" - насторожился шейкан, столь подозрительным показался ему рассказ усопшего короля. "Почему, помню", - отвечал Ульф. - "То был очень мирный уход, как я себе и представлял. Река Душ, горестная литания Элен, Эрион, пишущий историю моей жизни... В любом случае, Редмонд будет куда лучшим королем, нежели был я, а, достигнув совершеннолетия, на престол взойдет мой сын. Ты все еще юн, шейкан, не позволяй этим трудным годам сломить тебя. Посмотри на меня - я стар, но я счастлив". "Может, я и кажусь молодым, но драконья кровь в моих жилах продлевает протяженность наших жизней", - возразил Старейшина. - "Мне более 150 лет, и повидал я много такого, о чем предпочел бы забыть".

Драконокровные сплотили за собою множество душ, и здесь неоценимую помощь оказали им Халикос, Ульф и Влад. После чего сокрушили вражеские осадные машины, и, перебив множество безумных призраков, уничтожили портал, через который те изливались в царствие богов.

Порталы, подобные сему, шейканы доселе имели сомнительное удовольствие наблюдать, и знали, что подобные рифты - творение безымянных. Наверняка освобождение Зажута, появление портала безымянных в царствие богов и нападение духов на Город - события взаимосвязанные... Один из сраженных драконокровными призраков поблагодарил их за избавление от ужасающего голоса предводителя безымянных, порабощающего волю. Стало быть, именно Зажут стоит за сим вторжением...

Однако и здесь, в Городе Богов бытовала своя бюрократия. Души усопших допускались внутрь исключительно по пропускам, к тому же, историк - последователь Эриона - скрупулезно заносил в фолианты сведения о вновь прибывших. Понимая, что ожидают пред ними допуска без малого 8000 душ, Старейшина несколько приуныл, однако не оставил надежды убедить некоторых из призраков в том, что дело его не терпит отлагательств, и поменяться с ними номерными пропусками.

Среди усопших заметили шейканы немало тех, о которых слышали, или же были знакомы лично. Так, повстречали они души вора Флинка МакВинтера, целительницы из Лианона - городка в Североземье - Шан Мьюр, самовлюбленной архимага Алиры, игрока в драккар Карлы, Элуны - предводительницы ледяных эльфов Тирганаха, с которой Старейшина встречался три года назад, когда по поручению совета шейканов отправился в город ее, дабы обсудить совместные действия по поддержанию отношений ввиду истечения магии порталов, связующих островки расколотого мира. Находились здесь же Тарио - старейшина селения на Ониксовом берегу, поведавший шейканам о том, как однажды через деревню его проходили Дарий, а после - и Воин Рун, положившие конец Кругу; однажды в селение его прибыла Императрица Элия Арес со свитой, и разбойники-хазимы нанесли удар. В том сражении Тарио погиб, и о судьбе Императрицы Ксу не ведал...

Наконец, раздраженный от проволочек Старейшина сумел обрести пропуск с номером 13, и довольно скоро ступил на улицы величественного Города Богов, где встретил его дух Крэя Уш'Шаллаха. Последний поведал шейканам, что духи не в силах ступить в центр города, обиталище хранителей, и возможно сие лишь в том случае, если те призовут их. За порядком в городе зорко следят смотрители, и Крэй советовал драконорожденным не вступать с ними в конфликт - во избежание. Как бы то ни было, в настоящее время проходит встреча богов, наверняка обсуждающих непростую ситуацию, оказался в которой вверенный их заботам мир, ныне гибнущий.

Врата, ведущие в центр Города Богов, оказались магически заперты, и открыть их было невозможно без дозволения на то смотрителей. Крэг предложил шейканам попытаться достичь зала, где проходит встреча хранителей, через арену, однако для этого необходимо пересечь несколько городских кварталов. И герои устремились в долгий путь, ибо вотчина богов оказалась поистине огромна... Врата, разделяющие кварталы, шейканам помог отворить старейшина Тарио, обучив необходимому заклинанию; подсобил и Странник Влад, отвлекая смотрителей, позволяя драконорожденным проникать в необходимые кварталы, куда в противном случае путь им был бы заказан.

Наконец, они добрались до пристани, где, насколько помнил Крэг, должна находиться магическая лодка, с помощью которой возможно достичь арены. Вот только лодчонку, как оказалось, похитил Флинк МакВинтер... Вора шейканы настигли на соседней улице города, и признался тот, что некая сила заставила его совершить сие преступление, воздействовав на разум. Неужто Зажут столь могуч, что в силах управлять душами усопших в Городе Богов, средоточии власти хранителей?!.

Переправившись с помощью лодки к арене, шейканы повстречали дух Джошуа, сына правителя халлитов. Поведав усопший, что пал в противостоянии с безымянными, когда тайно присоединился к воинству, кое отец его отрядил в помощь осажденному Виндхольму.

А вскоре заметили драконокровные призрак Ио... вот только шла усопшая, не замечая ничего вокруг. Преисполнившись подозрений, шейканы последовали за нею... и лицезрели с изумлением, как творит Ио портал, исходят из которого безумные духи. Покончив с последними и разрушив портал, герои поспешили вернуться к арене, надеясь как можно скорее обратиться у хранителям, ведь очевидно, что, как и Флинк прежде, пребывала Ио под властью Зажута.

Здесь шейканов приветствовал Эрион, препроводил в центральный зал Города Богов, где витала в воздухе огромная сфера - Эо. Поодаль замерли иные хранители, а в отдаленных помещениях оставались заключенные в магические клети Нор и Зарах.

"Мы говорим о возвращении Зажута уже давно", - устало вздохнул Эрион, - "и начали задолго до того, как обрел он свободу. Да, до того, как твой протеже устремился на Железные Равнины, чтобы встретить свою судьбу". "Стало быть, вы знали, что все так и случится?" - поразился Старейшина, и Эрион утвердительно кивнул: "Да, знали. Но перед тем, как ты набросишься на нас с обвинениями, я задам тебе один вопрос... Допустим, два брата сражались рука об руку в великой войне. Когда один из них был ранен, второй прикрывал ему спину. Когда один из них был голоден и испытывал жажду, второй кормил его. Всю жизнь они поддерживали друг друга. Однажды старший из братьев решил, что хватит с него войн, и вознамерился уйти прочь. Второй разрывался между любовью к сражениям и любовью к брату. Какое решение он должен принять?"

"Если он оставит войну, то утратит любовь к сражениям, и будет вынужден приспособиться к новым для себя обстоятельствам", - задумчиво произнес шейкан. - "К тому же, остается вопрос, будут ли братья и впредь ладить. Но если он останется, то может погибнуть, или же погибнет его брат, или же судьба разведет их в разные стороны. Верное решение невозможно принять. Вне зависимости от решения, младший брат проигрывает".

"Теперь ты понимаешь дилемму, с которой столкнулись мы", - молвил Эрион. - "Мы избрали для себя лучший, по нашему мнению, способ спасти Эо, хоть и означает он страдания и боль для вас и многих других". "Ио", - со значением процедил Старейшина, - "Антара, Санша, Ветер, Шепот, Халикос, Суриан..." "Да, дитя", - мягко прервал его хранитель. - "Как и ты, мы оплакиваем их гибель". "Я пришел себя, испытывая ярость и ненависть", - неожиданно для самого себя признался Старейшина. - "А теперь не чувствую... ничего... Ты можешь ответить на мои вопросы, бог знаний?"

"Я предпочитаю именоваться хранителем, дитя", - возразил драконокровному Эрион. - "Могущество мое поистине велико, но я не бог. Что же до ответов на твои вопросы, то - нет. Наше общее решение в том, чтобы не делиться с тобой своим знанием, если, конечно, ты не отыщешь крупицы его самостоятельно. Где они находятся, сказать я тоже не могу, однако попрошу тебя наведать в Цитадель творцов. Можешь ли ты вернуть в библиотеку Цитадели одну книгу?"

Эрион протянул Старейшине древний фолиант, и шейкан принял его, кивнул в знак того, что не укрылся от него столь прозрачный намек на то, откуда следует начинать поиски. Более того, помимо Крэя Ун'Шаллаха, которого хранитель возродил, вновь даровав плоть, призвал он в зал шестеро героев, велев Старейшине избрать для себя спутников из их числа. Признаться, многих из сей шестерки изумленный шейкан уже не чаял узреть, а Эрион обещал, что возродит и их, а после те сами будут вольны решить, сохранить ли им свои вторые жизни, или же вернуться в царствие богов.

С одной из шестерых душ, Шан Мьюр, Старейшина уже общался во внешних пределах Города Богов, здесь же не преминул перекинуться словечком с остальными. Дух Шепота поведал шейкану, что, наблюдая за действиями безымянных в Подгорном Граде, начал понимать их тактику, после чего вознамерился спровоцировать снежную лавину на подступах к Тирганаху, надеясь таким образом сокрушить воинство, осадившее вотчину ледяных эльфов. Увы, один из чародеев-безымянных зачаровал драконлингов, сопровождавших Шепота, и лавина сошла слишком рано; более того, наст снега облегчил армии безымянных путь ко вратам города! Понимая, что без помощи извне Тирганах обречен, Шепот вызвался привести драконокровных из Вестгарда; посредством одного из все еще действующих порталов он сумел достичь Врат Мечей, где шло ожесточенное противостояние между безымянными и орками. Шепот же переместился на Железные Равнины, отыскал единственный действующих в тех пределах портал, ведущий в Дун Мору. Он надеялся на то, что во владениях морхири сумеет отыскать портал в Вестгард... вот только оказался в центре воинства безымянных, и то ознаменовало конец его смертного существования... Печально, что и Шепот, и Ветер упокоились в Дун Море, в сражении с чудовищными безымянными...

Третьей из призванной Эрионом шестерки героев стала Лена, бывшая Воительницей Рун в час Войн Призыва, но сраженная Принцем Тьмы, пленившем королеву Сенвен. "Все началось, когда королева Сенвен была похищена ото входа в логова Эйрина", - говорила Лена. - "Несущий Холод непременно принес бы опустошение в мир, как сделал тысячелетия назад, именно поэтому Сенвен приняла решение остаться рядом с драконом. Сейчас же силы зла вознамерились вернуть в мир богов-отступников, посему сумели освободить из заточения Фиал Дарг; и если бы тот принес королеву в жертву, кровь даровала бы свободу Нору, Зараху и остальным Принцам Тьмы. Воин Руин, подобный мне, обрел клинок, не принадлежащий сему миру, ибо лишь это оружие могло причинить время Фиал Дарг".

"Клинок Теней!" - воскликнул Старейшина, и Лена согласно кивнула: "Ты знаешь его, да? Стало быть, ты знаешь, что он выжил... а я - нет". "Да, он рассказывал о молодой девушке, сопровождавшей его и принявшей смерти от руки Фиал Дарг", - молвил герой, и Лена с горечью бросила: "Он нанес мне удар в спину. Я все еще ощущаю укус его клинка". Выслушав историю Лены, Старейшина поведал женщине об иной героине-шейкане, спасшей мир, однако лишившейся при этом тела, после чего дух ее слился с сущностью дракона.

Четвертый из героев, Бор, надеялся, что среди претендентов на возрождение окажется его возлюбленная Лия, но случиться сему было не суждено, и рядом с собою воитель зрел лишь Джареда. Приветствовав шейкана, Старейшина признался, что наслышан о том, как Хранитель Души наряду с Бором и Джаредом отчаянно пытался отыскать драконов. После чего поведал о том, как протеже его, снедаемый дурными видениями, погиб наряду со своей верной спутницей, Антарой, и великое зло пришло в Эо.

"Ты собираешься в Цитадель?" - поморщился Бор, ибо одна мысль об этом вызвала весьма неприятные воспоминания. - "В этом проклятом месте мы обнаружили творцов, и именно там Мордекэй предал нас... В Прибежище нас встретили холодно. Лишь когда сущности Хранителя Души и Муракина слились воедино, мы сумели заняться творцами. Я, Лия и Джаред отправились в Цитадель, но было уже слишком поздно. Творец успел подчинить себе Ридденгарда и Мордекэя, и они покончили с нами троими".

Приветствовав Джареда, Старейшина приблизился к шестой из представших ему душ - Императрице Ксу Элии Арес! "Странно все это", - вздохнула она. - "Я была рядом с Уру и моим братом, Иштаром, а теперь призвал меня сам Эрион". "Я слышал, что ты попала в засаду, устроенную хазимами", - молвил герой. - "Жаль, что ты погибла в тот день". Но Элия лишь отмахнулась, заявив, что умерла от ядовитой стрелы, после чего поинтересовалась, по какой именно причине оказалась призвана в зал богов. Шейкан поведал о безымянных и угрозе, которую несут они Эо, и девушка, пожав плечами, заявила, что не прочь покончить с демонами... хотя с большим удовольствием занялась бы хазимами, ведь наверняка те создадут немало проблем для ее брата, Иштара, когда взойдет тот на трон.

...Возрожденные, герои последовали за Старейшиной в Цитадель, портал в которую открыл для них Эрион; в книге, передал которую шейкану хранитель, описывались события древности, той далекой эпохи, когда боги общались с творцами... вот только о том, каким образом обрели те мощь Вечного Пламени, не было в фолианте не слова. Ибо надлежит сему оставаться тайной до самого возвращения Аонира!

Цитадель поражала и подавляла - как своим великолепием, так и осознанием того, что сокрыто в стенах ее множество предвечных тайн. Старейшина слышал немало рассказов о твердыне сей от Победительницы Творцов, и втайне надеялся однажды побывать здесь. И вот, в страшный для мира час, мечты его осуществились...

Припомнив, что Ночная Песнь говорила о норитах, желавших разбить лагерь внутри Цитадели, ибо обнаружили в пределах оной нечто весьма их заинтересовавшее, Старейшина предложил спутникам выступить на поиски темных эльфов. Быть может, те подскажут им, где именно возможно отыскать обширную библиотеку творцов.

В восточных пределах Цитадели драконокровные и спутники их лицезрели лагерь норитов; один из последних, облаченный в доспехи дрэгона, бросился в атаку, но гневный оклик Крэя Ун'Шаллаха остановил молодого эльфа. "Но мне казалось, каста дрэгонов уничтожена", - задумчиво произнес Старейшина, созерцая опешившего норита, воззрившегося на Крэя, а тот изрек, обращаясь к шейкану: "Когда Сорвина заключила договор с тенями, среди моего народа началась гражданская война. Будучи обладателем символа норитов, я повел за собой дрэгонов против армии Сорвины, входили в которую архонты, священнослужители, и синистримы, чародеи. Символ я передал своей дочери, и с помощью Хранителя Души она одержала победу. Но каста дрэгонов была фактически уничтожена Сорвиной".

"Нет, не все дрэгоны мертвы, мой господин", - почтительно склонился пред Крэем молодой норит, Шур Тал'ин, а когда возрожденный эльф заметил, что встреченный воин незнаком ему, пояснил: "Я был рожден в касте синистримов. После великих битв в Шале я оставался одним из лучших воинов. Архонты и синистримы с превеликим недовольством признали власть над собой Ночной Песни. Твоя дочь знала, что, даже находясь под защитой Воина Тени, она нуждалась в норитах, которым могла доверять".

"Стало быть, она возродила касту дрэгонов..." - начал было Крэй, но Старейшина прервал его: "Все это очень интересно, но сейчас нас занимают иные вопросы. Почему ты напал на нас?" "Мы думали, что вы - Нал'Дроммар!" - потупился Шур, и Крэй рассмеялся: "Но это же бред... У норитов есть древняя легенда. Когда Нор шагал по землям Эо, рассыпая серебро столь чистое как луна, повстречал он среброволосую женщину по имени Ани'ху, принадлежащую к расе творцов. Нор полюбил ее, и именно ей открыл тайны создания изделий из лунного серебра. Говорят, что тайны сии Ани'ху скрупулезно записала, и что заметки эти позволят тем, кто узрит их, довести мастерство работы с лунным серебром до невероятных высот. Но Ани'ху погибла при некоем взрыве, и записи ее оказались утрачены; все, что осталось от нее - прядь серебряных волос. Ярости Нора не было границ, и из сей пряди создал уж ужаснейшего из монстров - сильного, как десять титанов, и практически неуязвимого, ибо облачен он был в созданную самим Нором броню из лунного серебра".

"Нал'Дроммар?" - выдохнул Стайрейшина, и темный эльф утвердительно кивнул: "Да, именно он. Легенды говорят, он разрушал город творцов, пока Нор не внял велению иных хранителей и не отозвал сие создание". "Стало быть, в Цитадели ищете вы записи Ани'ху!" - догадался Крэй, и признался Шур Тал'ин: "Именно. Когда отыскали мы оные в библиотеке творцов, синистра-археолог Ля'Шут возжелала немедленно изучить их. Я запретил ей это делать, ведь нам следовало удостовериться, что сумеем мы справиться с Нал'Дроммаром, если действительно он существует. Ведь мы полагали, что монстр появиться вновь, как только свиток с заметками будет распечатан". Дрэгон рассказывал, что между сородичами его вспыхнул конфликт, и все они вцепились в глотки друг другу: синистримы сражались с дрэгонами, архонты - с синистримами, и даже архонты с архонтами..."

Шейкан поинтересовался, как именно Императрице удалось воссоздать касту дрэгонов, и лицо Шура просветлело. "О, это весьма интересный рассказ!" - изрек он. - "Ночная Песнь знала, что она - последняя из дрэгонов, а в нашей кастовой системе изменить принадлежность к определенной касте возможно тремя способами. Первый - женщина выходит за мужчину из иной касты, и отныне сама принадлежит к ней. Второй - член касты терпит поражение в поединке, но выживает, и примыкает к касте победителя. И третий - тебя избирает в касту свою верховный архонт или верховный синистрим".

"Наверняка Ночная Песнь избрала поединки", - предположил Старейшина, и Шур утвердительно кивнул: "Но ты недооцениваешь нашу Императрицу, шейкан. Она вызвала на поединок чемпиона архонтов, Кал'Томара, одного из лучших мечников норитов. Тот предложил ей любое оружие на выбор... и Ночная Песнь избрала песенный поединок! Кал'Томару не оставалось ничего иного, как принять условие, и он проиграл, ибо пел куда хуже, нежели сражался. Верховный архонт был пришел в ярость и поставил под сомнение справедливость поединка, но Ночная Песнь предоставила ему древние документы, в которых упоминались песенные поединки и последующие смены каст. Конечно, предводители архонтов и синистримов возненавидели ее за это, но простой люд приветствовал проявленное хитроумие, смекалку и мудрость. Но второй раз подобное провернуть она бы уже не смогла. Кал'Томар призывал на поединки иных чемпионов каст архонтов и синистримов, и побеждал их в сражениях на мечах. Один за другим, лучшие мечники, рыцари и чародеи становились дрэгонами, и каста возродилась".

Однако ненависть, которую иные касты питали к дрэгонам, в полной мере проявилась здесь, в Цитадели, и противостояние каст возобновилось. Объединяться с шейканами в противостоянии общему врагу Шур Тал'ин наотрез отказался, однако предложил Старейшине навестить архонтов в их лагере, разбитом в соседнем квартале Цитадели; быть может, удастся убедить предводителей священнослужителей примкнуть к дрэгонам в противостоянии зарвавшимся синистримам?

Драконокровным удалось заставить предводителей архонтов, Лириэль и Дор'Мата, объединиться против синистримов, выступить к лагерю магов наряду с дрэгонами. По пути архонты поведали Старейшине, что Зажут - укороченный термин от "Залутик Жутан", что в переводе с языка творцов означает "могущественное создание". В библиотеке нориты обнаружили хрустальную книгу, повествовалось в которой о двух подобных созданиях, обучивших творцов магии и ремеслам. К несчастью один из синистримов разбил книгу; архонты сумели восстановить лишь часть ее, и смогли сделать вывод, что создании сии каким-то образом связаны с Ани'Ху.

Объединившиеся нориты сумели покончить с Ля'Шут, однако вожделенного свитка у синистры не оказалось! Дрэгоны постановили, что наверняка оный умыкнули коварные архонты, посему незамедлительно обратились против священнослужителей Нора.

Но в лагерях архонтов записей не было; скорее всего, оные унесла с собой помощница синистры, и шейканы надеялись, что боле наследие Ани'Ху не явится миру: ведь если вызвало оно столь яростный конфликт среди норитов здесь, в Цитадели, то что случится, если свиток окажется в Шале?!.

Простившись с дрэгонами, Старейшина и спутники его проследовали в обширную библиотеку творцов, где лицезрели помянутую архонтами поврежденную хрустальную книгу. Похоже, магия творцов явила чужакам именно те сведения, которые им были необходимы, однако - вследствие случившегося с фолиантом - лишь частично. "...могущественные создания", - зазвучал женский голос в разумах героев. - "...жили среди нас... признались, что они - порождения Вечного... Мне пришлось открыть Зажуту, что его сородич... но даже не пошевелился, когда выслушал эту новость... Он просто ушел... В его глазах отражались гнев и боль... неужто он не видел... и мой друг тоже?.."

Герои переглянулись: какие крупицы информации могли почерпнуть они из сих обрывочных сведений?.. Скорее всего, Зажут и сородич его - порождения Вечного Пламени, быть может - обретшие сознание воплощения оного... А затем произошло нечто страшное, и сородич Зажута погиб... если подобное можно сказать о созданиях, состоящих из Внешнего Пламени. И о каком друге шла речь?.. Возможно ли, что о Ани'Ху, погибшей в том же инциденте, что и сородич Зажута?..

Но книга продолжала вещать: "...безымянные демоны пришли к нам. Уверен, это он привел их. У него всегда были..." Голос замолчал, и шейканы осознали, что Зажут после вернулся в город творцов, но уже как повелитель безымянных, бросивших тех против своих бывших товарищей. Каин напомнил Старейшине, что одержать верх над Зажутом, и заточить того творцам помог Ульм - или Зарах, как он именует себя ныне. Как бы то ни было, надлежало вернуться в царствие богов, дабы выяснить у Эриона детали - если, конечно, хранитель сочтет возможным поделиться ими...


Вернувшись в Город Богов, Старейшина и спутники его застали в обширном зале Эриона и Зараха за жарким спором. "Ты не понимаешь!" - восклицал Эрион, на что возражал Зарах: "Что тут понимать? Ты пытаешься убить ее!" "Нет", - настаивал Хранитель Знаний. - "Ты ведь знаешь, что она собой представляет". "Прекрати, брат!" - гневно оборвал Эриона Зарах. - "Это была твоя идея - заточить ее!" "Она хотела получить всю власть", - произнес тот. - "Я не мог этого допустить".

"Но ты не знаешь этого наверняка!" - утверждал Зарах, и воскликнул Эреон: "Знаю! Он наделил меня силой знания, так же как тебя - силой созидания, Ульм!" "Не называй меня Ульмом, брат!" - с откровенной угрозой процедил Зарах. - "Я больше не Ульм, и не понимаю, почему ты вдруг решил "протянуть мне руку". "Нет, ты был им и остаешься", - не сдавался Эрион. - "Ты сохранил свои способности к творению и созиданию, даже если и сотворил тех порождений". "Не называй моих орков порождениями!" - разъярился Зарах, и Эрион уточнил: "Я не орков имел в виду, и ты знаешь это. И не норитов, которых ты создал для бедного Нора".

Старейшина и спутники его приблизились к хранителям, признались Эриону, что обнаружили в библиотеке Цитадели сведения, весьма их заинтересовавшие. Хранитель Знаний представил смертным Зараха, и шейкан, обратившись к взиравшему на него с неподдельным интересом божеству, произнес: "Зарах... быть может, ты сумеешь помочь нам. Ведь ты уже сражался с Зажутом и одержал верх над ним". Зарах лишь отмахнулся, а Эрион одобрительно кивнул, молвив: "Стало быть, вы узнали о нашем первом противостоянии Зажуту. Прекрасно, шейкан".

"Мы также выяснили, что Зажут, возможно, создание, состоящие из Вечного Пламени, и оставался он с творцами, пока сородич его не погиб при неведомых нам обстоятельствах", - говорил Старейшина. - "Но как возможно убить существо из Вечного Пламени?" "Круг погиб, да и творцы тоже", - пожал плечами Каин, однако Крей возразил на это: "Да, их смертные тела Вечное Пламя защищало, но ведь они не состояли из него целиком и полностью".

Зараха, казалось, происходящее лишь забавляло. "Ты что, ничего не рассказал им?" - усмехнулся отступник, обращаясь к Эриону, и тот вздохнул: "Мне не было это дозволено". Зарах понимающе кивнул, после чего высказал предположение, что - возможно - он и сможет помочь шейкану... если тот прежде исполнит одно его поручение. "Будучи здесь, вне пределов магической клети, я слышу зов моего народа", - произнес Кровавый Бог. - "И слышу я, что подвергся он нападению".

"Со стороны безымянных?" - уточнил Старейшина, на что Зарах гневно возразил: "Нет, со стороны твоих сородичей, шейканов! Неудивительно, что тебе подобных почитают предателями!" Драконокровный беспрекословно заявил, что немедленно выяснит обстоятельства происходящего, ведь никому из шейканов не дозволено начинать какие бы то ни было военные кампании без дозволения на то Совета. Зарах одобрительно кивнул, признавшись, что не получил столь ощутимого удовольствия от происходящего со времен противостояния у Стены Богов. "Ты знаешь нашего противника?" - уточнил Крэй, и Зарах усмехнулся: "И вы ее знаете..."

После чего сотворил портал, показывая, что разговор окончен. Ничего к сказанному не добавил и Эрион, и героям пришлось ступить в рифт... приведший их в горы Кул'рат, носящие имя древнего орочьего шамана. О том, зачем Хранителю Знаний потребовалось вызволять Зараха из предвечного заточения, шейканы и представить не могли; ясно оно - в происходящем Кровавый Бог играет некую роль, и, судя по всему, не самую малозначительную. Ведь доселе Эрион ничего не делал впустую, во всем руководствуясь необходимостью и здравым смыслом.

Герои выступили на поиски помянутого Зарахом орочьего лагеря, и на одном из плато обнаружили оный. Шаман орков Хуур отнесся к шейканам с нескрываемым подозрением, ровно как и к заявлением Старейшины о том, что выступает он посланников Зараха. Посему предложил шаман в доказательство того, что намерения их искренни, пройти испытание Гор'хана.

Следуя наказаниям Хуура, герои перебили нескольких медведей, обнаруженных в окрестностях, после чего поднесли шаману медвежьи коготь, челюсть и шкуру, и не замедлил тот сделать из означенных материалов ритуальную маску Гор'хана.

У основания статуи Гор'хана, возведенной здесь же, в дикоземье, герои возложили маску... и явился им великий Медведь, Удраш - создание предвечное и могущественное. Старейшина и спутники его сразили сии порождении, и Хуур признал, что уберег героев от гнева Урдаша Кровавый Бог, не иначе.

После чего шаман отправил весть вождю Боралу в основной лагерь орков, возведенный в сердце гор, и, дождавшись ответа, наказал Старейшине и остальным спешить к орочьему вождю, ибо помощь посланников Зараха необходима сородичам его. Следуя по ущелью, миновали герои Драконий Утес, коий орки почитали монументом величию их народа, ибо пребывала на вершине утеса огромная статуя дракона - а уверяли некоторые, что дракон истинен, однако обращен в камень.

Борал возликовал, осознав, что молитвы, обращенные к божеству, оказались услышаны. "Нас так мало", - признался он Старейшине. - "И мы зажаты между безымянными и шейканами". Драконокровный нахмурился: о безымянных Зарах упомянуть забыл... А вот Клинки и наемники, направляемые шейканами против орков... И Каин, и Старейшина осознали, с кем им придется иметь дело - наверняка за противостоянием с орками стоит Яша Ашир!

"Ты мудр, шейкан", - кивнул Борал, когда Старейшина высказал вслух эту догадку. - "Ее воины начали нападать на нас несколько недель назад, и продолжают атаковать". "И, поскольку под началом ее Клинки, она обладает поистине бесконечным числом солдат", - мрачно резюмировал шейкан.

Борал признался, что в числе погибших сородичей и его сын, Рагул, истово веровавший в Зараха, и просил Старейшину отыскать тело и попытаться возродить его... "Увы, для возрождения драконьей кровью уже поздно", - задумчиво произнес шейкан. - "Но, быть может, я сумею отдать ему свою кровь и попытаться возродить на алтаре жизни. Правда, доселе содеять подобное никто не пытался".

Не мешкая, шейканы занялись укреплением орочьего лагеря. Сплотив за собою созданий Зараха, отбили они следующую атаку миньонов Яши, после чего спутники Старейшины разыскали на поле брани изувеченное тело сына вождя. Последнего шейкану удалось возродить на алтаре жизни, и Рагул удивленно покачал головой: как же все-таки прихотливы пути судьбы! Шейканы убили его, иные шейканы - вернули к жизни, и более того, обратили в шейкана его самого. Чувствуя себя обязанным тем, кто даровал ему жизнь, орк присоединился к отряду Старейшины.

Вернувшиеся в лагерь лазутчики донесли вождю Боралу, что число безымянных, оплот которых находится за пределами укрепленной ставки Яши Ашир, поистине велико. Похоже, поодиночке ни оркам, ни шейканам и наемникам Яши не справиться с угрозой, несомой демонами...

Наказав остальным оставаться в лагере, Старейшина в одиночку отправился к ставке Яши; Клинки, охранявшие подходы к лагерю своей повелительницы, расступились, пропуская драконокровного. Последний проследовал к шатру Яши, и та, узнав гостя, демонстративно закатила глаза: "Ну и чего ты здесь? Хочешь, чтобы я снова спасала мир?" "Я пришел, чтобы предложить перемирие, Яша", - отвечал Старейшина. - "В северных пределах гор собирается огромное войско безымянных. И если мы объединимся, то увеличим свои шансы на выживание".

Яша предложила Старейшина поединок, постановив, что в случае победы его с готовностью передаст командование над своими миньонами. За неимением иного способа разрешить ситуацию, шейкан на предложение согласился...

И когда Яша оказалась повержена, она действительно исполнила данное обещание, после чего поспешила покинуть лагерь, так и не признавшись, для чего сражалась с орками и во имя каких целей заявилась в сии горные пределы. Подначальный ее, сержант Корд, оказался более разговорчив, поведав Старейшине: "Она утверждала, что на эту экспедицию ее отправил Мурнос, и что необходима она для выживания расы шейканов. Кроме того, она говорила, что статуя дракона, находящаяся на одном из утесов - на самом деле настоящий дракон! Яша утверждала, что в архивах своего отца обнаружила свиток, заклинание, начертанное на котором, сможем вернуть дракону плоть и возродить его".

"И вы ей поверили?" - воскликнул Крэй. - "Позабыв о том, что Хокан Ашир был некромантом?" "Также он был одним из магов Круга", - отвечал сержант. - "И если кому-то и могла быть ведома подобная магия, то только ему". Старейшина постановил, что свиток необходимо вернуть, и как можно скорее: ведь если Яша сумеет обратить дракона в своего послушного раба, остановить ее станет проблематично.

Велев сержанту Корду принять командование силами шейканов и Клинков, Старейшина и спутники его устремились по следу Яши и ее ближайших сподвижников. Но путь им преградили трое безымянных, и один из них потребовал незамедлительно передать им Сариэль, обещав шейканам за это быструю смерть. Старейшина изумился: зачем сим демонам понадобилась юная катара, протеже Каина?..

"Да она - в самом безопасном уголке в Эо!" - рявкнул Каин. - "И вас попросту уничтожат, если вы рискнете появиться там - в Вестгарде!" "Твои чувства к ней сильны, кровавый Судья", - прошелестел безымянный, воззрившись на не помнящего себя от гнева Каина. - "Один раз ты уже пытался спасти ее, но теперь ты открыл мне, где она находится, и поражение твое окончательно".

Безымянные исчезли, а Каин долго смотрел им вслед, сжимая и разжимая кулаки - наверняка кляня себя за несдержанность. Драконокровные, однако, последовали за ними; ведомое Старейшиной объединенное воинство орков и шейканов разорило лагерь безымянных, возведенный на обширном плато, однако портал, наведенный демонами, продолжал пламенеть.

Выставив у одного стражу на случай появления подкреплений со стороны безымянных, шейканы продолжили преследование подельников Яши Ашир; последнюю они не настигли, однако, сразив сподвижников дочери некроманта, обрели вожделенный свиток с начертанным на нем заклинанием.

В лагере безымянных обнаружили герои клеть, томился в которой... профессор Твиддл! "Не знаю, почему они оставили меня в живых", - вздохнул освобожденный из заточения ученый муж. - "Они даже не озаботились тем, чтобы допросить меня". Каину Твиддл поведал, что когда тот наряду со спутниками отправился в рудник за адамантовыми дисками, безымянные нанесли удар. Эльфы сражались отважно, но вскоре все было кончено; немногочисленные выжившие бежали в леса, от которых безымянные по неведомой причине держались на почтительном расстоянии. Один из магов-безымянных приблизился к Твиддлу, коснулся лба профессора... а после принял его облик!

Каин понимающе кивнул: вот, стало быть, каким образом безымянный сумел обвести их вокруг пальца... к счастью, Воин Тени сумел прикончить коварного чародея. "Странно то, что они в отношении меня ничего не предпринимали", - задумчиво говорил Твиддл. - "Как будто ожидали чего-то. Возможно, хотели узнать больше о моем времени..."

"Слишком много ушей! Молчи!" - произнес чей-то голос, и подле Твиддла возникла точная его копия... после чего оба профессора исчезли. Герои озадаченно переглянулись, не в силах осознать то, чему только что стали свидетелями...

Один из искусных орочьих шаманов, Нулок, несколько изменил начертанный на найденном свитке двеомер, связав оных с магическими энергиями, остающимися в разоренном лагере безымянных. Устремившись к Драконьему Утесу, Старейшина громко зачитал начертанное на свитке заклинание... и каменный дракон вновь обрел плоть!

"Я свободен!" - раздался под небесами ликующий рык воспарившего ввысь дракона. Сделав несколько кругов над горами, рептилия опустилась на равнину близ своего избавителя, низко склонила голову в знак благодарности. "Я - Джорбал", - представился дракон. - "Но в жилах твоих я ощущаю драконью кровь. Как возможно такое?" "Давным-давно один из драконов, Ур, заключил соглашение с человеком по имени Малакэй. Они создали новую расу людей, силы которых выросли благодаря драконьей крови - шейканов". "Да, я слышал, как орки говорят о шейканах", - произнес дракон. - "Иногда с уважением... но обычно - со страхом и гневом".

"Мы давно оставили путь зла, мудрый дракон", - почтительно молвил Старейшина. - "И мы были бы счастливы, если бы ты присоединился к нам в противостоянии злу, вновь воспрявшему в сем мире". "Будучи в заключении в каменной темнице и все слышал и осознавал", - признался Джорбал. - "И помню истории о безымянных демонов, которые я слышал, еще будучи неразумным детенышем... Некогда и я творил зло, притесняя младшие расы. Но однажды я достиг сей горной гряды, и орк-шаман Кул'рат воззвал к могуществу земли, дабы покончить со мной. Но добился лишь того, что тело мое обратилось в камень. Я утратил способность двигаться, но слышал и чувствовал все, что здесь происходило. Я заплатил цену за свою глупость и ныне куда лучше понимаю магию и смертных".

"Стало быть, теперь ты станешь защищать обитателей сих земель от вторгшихся демонов?" - с надеждой вопросил шаман Хуур, и дракон, переведя взор на орка, отвечал: "Конечно, потомок Кул'рата, но ныне жизнь моя принадлежит моему избавителю". Старейшина удивленно воззрился на орка: он и помыслить не мог, что тот - прямой потомок легендарного шамана...

Необходимо покончить с продолжающими изливаться через портал безымянными раз и навсегда. На спине дракона Старейшина облетел сопредельные земли, и узрел на одном из отвесных утесов иной лагерь безымянных - цель, кою следовало уничтожить. Но только пребывал близ портала исполненный скверны дракон - Ресикк'масс. Некая сила питала рептилию жизненной энергией, и покончить с тварью, казалось, вовсе невозможно!

Но на помощь шейканам пришел шаман Хуур; воспользовавшись заклятием своего именитого предка, орк обратил Ресикк'масса в камень, и Старейшина, обернувшись к Ралагу, постановил, что пришел через Зараху исполнить свою часть заключенной сделки. Ошеломленные, орки воззрились на возрожденного сына вождя, а тот, пренебрежительно хрюкнув, молвил: "Чего уставились? Мне необходимо было вместилище - поэтому я и сподвиг Ралага на вылазку, в ходе которой он и погиб".

"Ты знал, что мы возродим его", - констатировал драконокровный, и орк - аватар божества - утвердительно кивнул: "А в это время я сплел вокруг души его небольшое заклинание, дабы иметь возможность говорить через него. Ведь мой маленький братец Эрион знал, что я не связан решением хранителей, заключавшемся в неразглашении сведений о нас и о нашем прошлом. Поэтому я открою вам три момента. Первое: существо, состоящее из Вечного Пламени, может быть убито лишь подобным созданием, в противном же случаем физическое воплощение его восстановится; энергии, которые высвободятся в процессе, наверняка ознаменует гибель обоих созданий. Второе: хранители состоят целиком и полностью из Вечного Пламени".

И здесь Старейшину осенило... "Погоди-ка", - упреждающе поднял он руку. - "Существуют семеро хранителей и двое отступников, но испытаний у Стоячих Камней было десять, а в одном из них мы лицезрели престранные образы различных эпох. Совпадение?" "А ты не так глуп", - с уважением произнес Зарах устами Ралага. - "Была и десятая хранительница, Керона - прекрасная, как Тиара, и мудрая, как Эрион. Когда мы впервые противостояли Зажуту, стало очевидно, что сдаваться он не намерен, и Керона, Хранительница Времени, решила принести себя в жертву, дабы завершить затянувшееся противостояние. Мы не могли позволить ей сделать это. Ведь в этом случае равновесие бы нарушилось и Эо мог быть уничтожен. Посему мы объединились и создали две магических клети. Для тюрьмы Зажута ключа не было, хоть творцы каким-то образом и предсказали, что однажды он обретет свободу. Но ключ к клети Кероны мы разделили на три части. Три печати, составят которые единый ключ - и мы сокрыли их в месте, кое вы именуете Стальным Берегом".

"Лаборатория Малакэя!" - поразился Каин, и продолжал Рагул: "В те времена то был исследовательский комплекс творцов, в котором те пытались познать иное пространство, действовали в котором совершенно иные законы мироздания. Мы называли его царствием теней, и одну из печатей укрыли там". Старейшина вопросил Зараха, собирается ли, по его мнению, Керона претворить в жизнь давние замыслы, и пожертвовать собою. "Вы что, собрались освободить ее?" - недоверчиво прищурился орк. - "Чтобы спасти свой жалкий маленький мирок?" "Я люблю этот мир", - честно отвечал шейкан, - "но не думаю, что тебе понятен подобный мотив". "Я любил ее!" - взорвался Зарах. - "Именно я заточил ее! Не смей говорить мне, что я ничего не знаю о любви!"

Старейшина просил Джорбала перенести его и иных героев на Стальной Берег, однако Эрион, все это время наблюдавший за странствием шейканов и союзников их, попросту перенес немногочисленный отряд ко входу в лабораторию Малакэя на Стальном Берегу. Да, древний алхимик был глупцом, поверившим шепоту, звучавшему в разуме его. Ведь некто поведал ему о Первичной Материи, о тайне творения, после чего и начал он творить отвратных маларов. Хранители покончили с зарвавшимся человечишкой, но тот успел создать расу шейканов - единственную, которая еще может спасти сей мир. Поистине, предначертанная судьба бывает донельзя странна, и кажется таковой даже богам.

Ступив в твердыню, бывшую исследовательским комплексом творцов, а позже - тайной лабораторией Малакэя, Старейшине вспомнился рассказ Каина, который наряду с иными шейканами скрупулезно осмотрел все потайные уголки сих пределов несколько лет назад. Именно тогда обнаружили они Сариэль - таинственную женщину-кошку, не помнящую ровным счетом ничего о своем прошлом... И после возвращения из Пустошей Скорби она вновь утратила воспоминания... как и Каин... А теперь Сариэль зачем-то понадобилась безымянным... Невольно Старейшина исполнился подозрений: ведь сородич его оказался тем, кто сыграл свою роль в замыслах безымянных, даровав свободу Зажуту... какая же судьба отведена в вершащихся событиях Сариэль?.. Лазутчица ли она безымянных, обладающих способностью принимать любое обличье, или же лишь пешка в их планах, не ведающая об уготованном ей?..

Поскольку Джобрал ощущал божественную магию, источаемую печатями, то указывал дракон остальным направление, в котором следовало двигаться. Удивительно, но обнаружились в лаборатории немногочисленные малары; наверняка шейканы перебили не всех созданий алхимика в час прошлого визита сюда, и за последние годы монстры успели размножиться.

К героям приблизился профессор Твиддл, выглядящий несколько... старше двух своих воплощений, встреченных ими в лагере безымянных близ Кул'рата. Драконокровные держались настороже, не ведая, чего ожидать от сего донельзя престранного индивида. "Ведь несколько дней назад мы наблюдали, как к тебе приблизился похожий на тебя человек и вы оба исчезли во вспышке света", - осторожно произнес Старейшина, испытывающе глядя на профессора. "Во вспышке, говоришь?" - деловито потер руки Твиддл. - "Синего цвета, зеленого или белого?"

"Думаю, белого", - неуверенно произнес герой. - "А какая разница?" "Эти вспышки - свидетельство перемещений во времени", - возвестил профессор Твиддл. - "Когда вспышка синяя, значит, путешественник прибыл из прошлого. Когда зеленая, означает это перемещение в пространстве, а не во времени". "А белая... значит, путешественник из будущего?" - пришел Старейшина к единственно очевидному выводу, и Твиддл одобрительно закивал.

"Вы что с ним, из различных времен?" - на всякий случай уточнил герой; ситуация казалась ему донельзя абсурдной, хотя с Твиддлом ничего нельзя знать наверняка - уж слишком загадочен и эксцентричен сей ученый муж. "Именно", - подтвердил профессор. - "И мне нужна твоя помощь". "Моя помощь?" - выдавил вконец сбитый с толку шейкан. - "Сейчас... или в будущем... или я уже помог тебе?" "Мне нужна твоя помощь с начинанием, к которому я только что приступил, но которое для тебя - в будущем", - доходчиво растолковал Твиддл. - "Малакэй был величайшим алхимиком в истории Эо. Он мог творить материю из иной материи, энергию из материи, и наоборот. И я нашел способ применить его изыскания для восстановления сети порталов". После чего профессор изложил длинный список необходимых для осуществления сего замысла компонентов, и, постановив, что станет ждать Старейшину на равнинах Арган через две недели, исчез.

...Наконец, Джорбал указал на близость двеомера, указывающего на одну из печатей, и Зарах постановил, что могущество Вечного Пламени, кое направит он через орка Рагала, явит артефакт героям. "Стало быть, подобное смог бы проделать и маг Круга?" - уточнил Крэй, но Зарах лишь пренебрежительно отмахнулся: "Эти жалкие чародеи не сумели бы сделать ничего подобного". "Эти жалкие чародеи правили Эо на протяжении пяти столетий", - резонно заметил норит, и Зарах процедил: "Если бы она не даровала им..."

Он осекся, не пожелав закончить фразу, оставив Старейшину и остальных теряться в догадках... А над лавовым озерцом в сердце комплекса возникла одна из магических печатей... а вокруг нее - множество големов-стражей. Зарах поведал, что зрят шейканы пред собою защиту реликвии, созданную Нетальфом.

Впрочем, Старейшина вскоре сумел изыскать способ обрести печать, осознав, что гибель каждого из големов знаменует перемещение реликвии в определенном направлении над поверхностью лавового озерца. Так, разя големов магией издали, герои сумели переместить печать к берегу озера...

Вторую печать дракон ощутил в ином лавовом озере, виднелись в котором некие причудливые механизмы, наверняка созданные Малакэем - не только алхимиком, но и гениальным изобретателем. Возможно, последний каким-то образом сумел почерпнуть и направить в нужное ему русло энергии божественной реликвии, даже не сознавая, что та собой представляет. Джорбал неуверенно предположил, что находится печать за пределами лаборатории, и Старейшина восхищенно выдохнул: "Лучшего места, чтобы спрятать реликвию, и придумать нельзя! Ведь снаружи - лишь лавовые потоки, и достичь сих пределов может лишь божественное создание". "Или дракон", - добавил Джорбал.

К Старейшине и спутниками его спешили трое - капитан Айро, Шай и Сариэль! "Как ты узнала, что они будут здесь?" - спрашивала Шай, обращаясь в спутнице, но та лишь пожала плечами: "Я не знала наверняка. Просто... чувствовала".

Каин тепло приветствовал Сариэль, искренне радуясь тому, что кошкоподобная женщина оправилась от ран, и та улыбнулась в ответ: "Да, Каин, теперь со мной все хорошо. Ты спас нас обоих от смертельной опасности, а мне не представилось случая поблагодарить себя".

"Но ведь ты добралась до Стального Берега не только затем, чтобы сказать "спасибо" Каину?" - полюбопытствовал Старейшина, и Сариэль утвердительно кивнула: "Ты прав, как и всегда. Я почувствовала, что вы здесь, и..." "И у нас важные новости о Зажуте, которые вам стоит знать", - закончил за нее Айро. - "Также мы хотели узнать, как проходят ваши изыскания". "Помаленьку, Айро", - вздохнул герой. - "Сложно разговаривать с богами, которые не желают делиться своими знаниями".

"Надеюсь, вам улыбнется удача", - ободрила Старейшину Шай. - "Зажут собирается выступить против шейканов. Похоже, он видит в них единственную угрозу, способную остановить его". "Несколько раз безымянные пытались создать порталы в Вестгарде, но мы сумели быстро их уничтожить", - добавил Айро. - "Драконий огонь оказался как нельзя кстати". "А затем атаки неожиданно прекратились", - продолжала рассказывать Шай. - "Мы решили, что это не к добру, и отправили драконлингов осмотреть прилегающие земли. Магистр Аскан высказал теорию о том, что безымянные наверняка попытаются собраться на одном из островов нашего мира, а затем начать масштабную атаку на Вестгард, создав порядка пятидесяти порталов одновременно... Драконлинги обнаружили безымянных на равнинах Арган - сотни их! Они копят силы, и я уверен, что Зажут лично возглавит атаку". "Посему на Городе-Корабле мы отправились на поиски союзников", - молвила Шай, - "дабы сразиться с силами Зажута на равнинах Аргал. И когда Сариэль ощутила, что вы находитесь здесь, мы пришли, чтобы предложить вам свою помощь".

Айро предложил Шай остаться со Старейшиной; сам же он поведет Город-Корабль к Шалу в надежде на то, что к шейканам присоединятся нориты. "И у меня к тебе будет просьба, шейкан", - обратилась к Старейшине Сариэль. "Ты и сама теперь шейкана, помнишь?" - улыбнулся тот, но женщина-кошка отрицательно покачала головой: "Нет, я уверена в этом. В жилах моих течет ваша кровь, но я - не шейкана. Кто я на самом деле и откуда я взялась - сие неведомо даже мне самой. События на Пустоши Скорби открыли мне глаза". Старейшина обещал, что немедленно известит Сариэль, если удастся ему выяснить что-нибудь о прошлом загадочной женщины.

Забравшись на спину дракона, Старейшина наказал Джорбалу подниматься в воздух; так, двое устремились на поиски второй божественной печати, стараясь не обратиться добычей для лавовых элементалей и големов - обитателей сих гибельных пределов.

Печать, сокрытую Тиарой и явленную взору героев Зарахом, удалось отыскать на утлом островке посреди яростных лавовых потоков; ныне надлежало исполнить обещание, данное Сариэль, и попытаться выяснить что-либо о ее прошлом. Среди записей Малакэя удалось отыскать некие карточки - "слепки воспоминаний", как значились они в каталоге алхимика, однако понять нанесенные на них символы не представилось возможным. Интересно иное: если верить сим слепкам, одно время среди пленников и подопытных образцов Малакэя находились Сариэль и Каин!..

В одной из помещений твердыни отыскали шейканы механизм, позволяющий проникать в разум индивида; именно с помощь оного были получены "слепки воспоминаний". Но, возможно, сумеет механизм и вернуть память той, что утратила ее?.. Безропотно, Сариэль позволила Старейшине привести в действие древнюю машину... и воспоминания хлынули в разум ее... Драконорожденный, остававшийся поблизости, уловил неясные образы, услышал тихий голос Сариэль, вещавший: "Благодарю вас, добрые эльфы. Вы столько сделали для меня, а я дала вам столь мало!.. Магия являет средоточие моего естества. Она ограждает меня, но в то же время причиняет боль... Вот, стало быть, кто я такая. Я вспомнила".

Старейшина не понял ровным счетом ничего из только что произошедшего... а вот Сариэль, казалось, преобразилась - во взгляде появилась отсутствовавшая прежде уверенность. "Да, я все вспомнила о себе", - произнесла катара. - "Но я не хочу обнародовать сие знание во всеуслышанье... не сейчас". "Жаль", - покачал головой шейкан, надеявшийся понять наконец, в чем кроется загадка этой странной женщины, - "но я не стану давить на тебя. Надеюсь, однажды ты обо всем поведаешь нам".

Обернувшись к Каину, Сариэль улыбнулась: "Каин... или, вернее, Ке'ан... Теперь, когда память вернулась ко мне, я могу простить тебя за то, что ты сделал. Но я никогда не забуду об этом снова!" "Да о чем вы говорите?" - озадачился Крэй, переводя взгляд с Каина на Сариэль, но последняя покачала головой: "Это долгая история, норит. Не сейчас". Шай тихо шепнула Старейшине - однажды Илия сказала ей о том, что имя "Сариэль" по-эльфийски означает "Потерявшаяся"... Странно, конечно, но шейкан взял сию крупицу сведений себе на заметку...

Предстояло ныне отыскать третью из печатей, однако Джорбал не ощущал оной в пределах твердыни Малакэя. Сариэль, не ведавшей о предмете поисков героев в сем проклятом месте, Старейшина поведал: "То печать, способная даровать свободу богине. Когда Зажут развязал войну на Эо в первый раз, божества знали, что уничтожить подобное создание может лишь иное, несущее в себе чистое Вечное Пламя. Но никогда из них не пожелал принести себя в жертву, за одним лишь исключением". "Ее звали Кероной, Хранительницей Времени", - с благоговением произнес Крэй Ун'Шаллах. - "Иные боги не желали ее жертвы, посему заточили ее в ледяных пустошах Шалибар, для Зажута же создали тюрьму на Пустошах Скорби". "Мы же стремимся освободить Керону, дабы закончила она то, что начала давным-давно", - закончил Старейшина рассказ.

Сариэль долго молчала, после чего заявила о желании немедленно присоединиться к отряду драконокровных в поисках их. Кроме того, катара рассказала соратникам о существовании в пределах сей лаборатории межпространственного рифта, открывается за которым иная реальность - царствие теней. Сариэль не знала, исследовал ли рифт Малакэй, но, судя по всему, интересовали алхимика иные вопросы, а теням не придавал он особого значения.

Довольно скоро герои обнаружили межпространственный рифт, ступили в него... оказавшись в призрачном замке. То, что находились они в царствие теней, Крэй знал наверняка, ибо после гибели своей ощущал тысячи подобных созданий поблизости, и навсегда запомнил источаемые ими энергии. Дракон Джорбан сокрушенно признался, что не ощущает в пространстве сем божественной магии, ведь те - создания из иной реальности, лежащей за пределами звездных небес, и хранители не имеют здесь власти; стало быть, единственная надежда отыскать сокрытую богами печать пребывает с Зарахом, который утверждал, что все-таки в силах вывести их на верный след.

Исследуя твердыню, ощущали герой накатывающую дурноту, будто само нахождении в царствие теней лишало их жизненных сил... а, быть может, так оно и было... Навстречу им ступил Воин Тени - и сейчас, по прошествии стольких лет все еще исполненный злобы и горечи от осознания того, что проклятый меч, коий обрел он в Огненных Клыках, обратил его в подобное создание.

"Вы явились, как и предвидела Первая Тень", - констатировал он, узрев гостей, и Крэй Уш'Шаллах не сдержался, выкрикнул, обнажая клинок: "Ты! Где моя дочь?! Этот монстр знает, где она!" Старейшина велел нориту сдерживать себя, ведь они - гости в этом мире; Воин Тени одобрительно кивнул, обещав, что в свое время ответил он на все вопросы. На издевательский вопрос Зараха, почему же столь могучий воитель, одержавший верх над самим Фиал Дарг, не сумел сразить Клинком Теней Зажута, Воин Тени лаконично отвечал: "Я мог это сделать, но Первая Тень постановила, что мы не должны вмешиваться в происходящее на Эо, за исключением того, что позволяет нам Пакт с норитами". "Хочешь сказать, что мог прикончить Зажута, но ваш предводитель запретил тебе это делать?" - Старейшина подумал было, что ослышался, однако Воин Тени подтвердил: "Мы слишком разные, и устремления вас и обитателей сей реальности разнятся".

Воин Тени изрек, что окажет помощь уроженцам Эо лишь в том случае, если они окажет услугу теням; Старейшина велел рвущемуся в бой Крэю, истово теней ненавидящему, угомониться, и выслушать предложение сего воителя, бывшего при жизни Воином Рун.

Тот же поведал, что Малакэй, впервые обнаружив межпространственный рифт, установил в нем устройства из адаманта, должные сохранять в себе магические энергии царствия теней; каким-то непостижимым образом алхимик знал, что адамант гибелен для теней, и тронуть устройства они не посмеют. Конечно, особых неудобств сии механизмы теням не доставили, однако за прошедшие столетия накопили в себе достаточно энергии царствия теней, и ныне могут повредить и без того истончившуюся ткань реальности, знаменующую границу между мирами. К тому же, посредством рифта в царствие теней проникли демоны, обезумившие в сем измерении.

Исполняя поручение Воина Тени, герои разыскали и уничтожили все без исключения адамантовые устройства, а также прикончили рыщущих в округе демонов. Слушая рассказы Старейшины о драконе Келара, Джорбал осознал, что тот - его потомок; стало быть, кровная связь между драконами и шейканами может передаваться через поколения!..

Верный своему обещанию, Воин Тени указал героям на пребывающего в городе теней голема, внутри которого пребывает третья божественная печать. Сразив конструкта, Старейшина и спутники его действительно обрели оную...

К вящему изумлению своему на площади города теней заметил герой знакомую фигуру - Императрицу Лара, Ночную Песнь! Вот только очертания молодой эльфийки казались нечеткими, а фигура - практически прозрачной... "Ты шейкан?" - прошелестела норитка, и Старейшина почтительно поклонился: "Да, Императрица". "Императрица?" - удивленно повторила Ночная Песнь. - "Кажется, это была так давно. Мои воспоминания затуманены. Быть может, я и была Императрицей... пока не умерла на Пустоши Скорби. Не знаю, что я теперь. Но я мало что помню, тебе лучше спросить обо всем Инсали".

"Инсали?" - нахмурился Старейшина, и пояснила Ночная Песнь: "Так именуют Воина Тени - того, кто владеет Единым Мечом". Осознал герой, что норитка частично обратилась в тень... но все же цепляется за смертное обличье. "Я сопротивлялась преображению изо всех сил", - призналась она. - "Но мне сказали, что это необходимо. Сказали, что в противном случае я бы умерла. Это было так больно! Но Инсали все время оставался рядом, утирал мои слезы. Он понимает, через что мне пришлось пройти, но также держится на расстоянии, особенно после того, как Первая Тень предрекла твое появление здесь. И они сказали мне, что я должна буду принять решение. Ведь они видели, как я противилась преображению, и поэтому не спешат завершать его. Я все еще сохраняю частичку себя прежней. Но они говорят, что должна решить: хочу ли я обратиться в тень, или вновь преобразиться в норитку".

"Но ведь это же так просто!" - воскликнул Старейшина, не понимая, как подобный вопрос вообще мог возникнуть. - "Конечно, ты решишь стать прежней". "Все не так просто, шейкан", - с грустью улыбнулась Ночная Песнь. - "Мне моя прежняя жизнь тоже не нравилась. Все эти интриги и дипломатия, придворный этикет и сражения. Бесконечные дни правления и принятия решений". "Я уверен, отец хотел бы видеть тебя прежней", - начал шейкан, на что девушка возразила: "А Инсали хочет, чтобы я осталась здесь. Я знаю это по тому, как он смотрит на меня, хоть он никогда не говорит об этом вслух".

Ночная Песнь просила драконорожденного, вот уже восемь лет заседавшего в Совет Старейшин, помочь ей принять столь судьбоносное решение, и герой обещал сделать все, что в его силах... Увидев дочь в подобном состоянии, Крэй Ун'Шаллах пришел в неописуемую ярость, постановив, что своими руками прикончит Воина Тени за то, что сотворил он с Ночной Песнью.

С превеликим трудом урезонив отчаявшегося эльфа, Старейшина предложил ему поговорить с ней, помочь принять верное решение, привести верные аргументы, дабы осознала девушка: быть Императрицей, вновь принять на себя бремя долга и ограничения, предпочтительнее вольного существования в сей реальности. И пусть видимая свобода сия - не более, чем рабство, осознать это Ночная Песнь должна сама...

Воин Тени поведал безутешному Крэю, что спасти умирающую на Пустоши Скорби Ночную Песнь, кроме как начав преображение ее в тень, попросту не было. И сейчас девушка разрывается между жаждой свободы и чувством долга. "Тогда, на Пустоши Скорби, Зажут выступил от открывшегося портала, источая невероятную магию и энергию", - рассказывал Воин Тени. - "Энергии столь разрушительной, что практически все, находившиеся поблизости, погибли мгновенно. Я удивлен тому, что выжил Каин и Сариэль - должно быть, каким-то образом уже успели бежать оттуда. Если бы я мог, то попытался бы спасти остальных, но я был ранен, и сумел спасти лишь себя и Ночную Песнь. Не знаю, каким образом сумел я добраться до Первой Тени, но именно там я был исцелен, после чего было решено, что Ночную Песнь необходимо обратить в тень, чтобы сохранить ей жизнь. Я не мог спорить с подобным решением. И я не могу изменить то, что случилось... Первая Тень постановила, что решение принять должна она сама".

"Но кто это - Первая Тень?" - осведомился герой. "Она властвует над нами", - отвечал Воин Тени. - "Она стала первой тенью, возникшей в сем мире, после того, как прибыли они на Темной Звезде". "То есть, тени не принадлежат и этому миру?" - изумился Старейшина, и собеседник его отвечал: "Да. Они прибыли откуда-то из-за звезд, я не знаю, откуда именно. О происхождении нашем ведает лишь Первая Тень, и делится лишь мельчайшими крупицами сего знания - и то, по мере необходимости. Ей о многом ведомо, и на протяжении долгих тысячелетий правит она тенями. Она наблюдала за становлением и падением цивилизации творцов, за эпохой владычества драконов в Эо, о низвержении тех людьми-охотниками. Она знает о Зажуте - о том, что он собой представляет и к чему стремится. Однако причину, по которой запрещает нам вмешиваться в нынешний конфликт, она держит при себе".

"И вас никак не переубедить?" - вопросил Старейшина, и молвил Воин Тени: "Единственное, чего мы желаем - возвращение к Истоку, но содеять сие не смогут даже боги. В противном случае они бы исторгли нас обратно сразу же после того, как Темная Звезда рухнула на эту планету. Но даже если бы мы согласились принять участие в вашей войне, Зажут невероятно могуч и хитроумен. Навряд ли его возможно было бы заманить в царствие теней".

Старейшина сознавал, что Воин Тени любит Ночную Песнь, однако никогда не предложит ей обратиться в тень, ибо собственные воспоминания его оставались исполнены боли. "Как могу ее просить об этом я - тот, кто всеми силами противился преображению?" - с нескрываемой горечью воскликнул он, впервые за долгие годы обнажая израненную душу. - "Когда я принял тот проклятый меч, то намеревался сопротивляться боли и неминуемому преображению. Хокан Ашир воспользовался этим, чтобы сделать меня своим мальчиком на побегушках. Я отомстил ему, когда наряду с Хранителем Феникса уничтожили Круг раз и навсегда. Разве нет иронии в том, что тогда мы обладали сущностью, воплощающей в себе чистейшее Вечное Пламя?.. Наряду с Хранителем Феникса я покинул Костяной Храм, покинул Ксу, дабы наслаждаться чудесами мирскими, пока еще была у меня такая возможность. Боль и странные видения отравляли последние месяцы моего смертного существования. Хранитель Феникса поддерживал меня, как мог, но не верил, что я сумею выжить. Дар теней - зреть через тенета лжи, видеть истину во всем - также проклятие. Например, я вижу, что не все члены твоего отряды открыты и искренни в мотивах своих".

Никогда и никому Воин Рун не доверял полностью... и Ночная Песнь стала первой, кому открылся он. И сейчас он желал показать ей свой новый народ, с которым находился без малого два десятилетия, и даже использовал однажды, чтобы спасти Эо, в час противостояния Малакэю на Стальном Берегу. Желал явить свободу, заключающуюся в перемещении через слои реальности царствия теней, не властно над пределами которых Стихийное Море. Желал показать, что тени - не монстры, которыми частенько их представляют...

Крэй Ун'Шаллах же просил Старейшину помочь Императрице вспомнить о долге своем, и поднести предметы, сие символизирующие. Так, по возвращении в родную реальность, герои посредством продолжающих действовать порталов вернулись на Цитадель, где отыскали клинки, принадлежащие предводителям трех фракций - архонтов, синистримов и драконов, - мир между которыми Императрица всеми силами старалась поддерживать; ведь в отсутствие ее вражда между сими кастами непременно вспыхнет с новой силой.

Помимо мечей, поднесли герои Императрице и иной артефакт - благословленный Зарахом амулет из царствия богов, дабы уверовала Ночная Песнь, что правление норитами - ее священный долг. Ведь прежде власть была навязана ей отцом и угрозой, несомой Сорвиной, но сейчас должна она принять бремя по собственной воле.

И все равно, Ночная Песнь сомневалась, какой же выбор ей следует сделать. "Ты показал мне, как страдает мой народ, как нужен им правитель, и даже принес благословение от самого темного бога Зараха", - говорила она Старейшине. - "Но также открыл мне, что жизнь - это больше, чем следование долгу. Что существует свобода, возможность исследовать мир способом, смертным недоступным. Убедил в том, что тени - не монстры, какими я представляла их, и, к тому же, одна из теней питает ко мне глубокие чувства. С другой стороны, я дорожу наставлениями и наследием своего отца, который говорил, что благо иных следует ставить прежде своего собственного. В пользу каждого из решений есть свои аргументы, и я сомневаюсь, что смогу определиться самостоятельно".

Ночная Песнь молила шейкана о совете, и тот изрек: "Я не такой уж хороший предводитель своего народа, но одно в жизни моей всегда было ценно - благо сородичей, которое я всегда ставил превыше собственных интересов". "То есть, так следует поступить и мне?" - неуверенно молвила Ночная Песнь, и кивнул Старейшина: "Ради блага твоего народа, а также мира и будущего Эо, Императрица, именно это тебе и надлежит сделать".

Простившись с Инсали, Ночная Песнь обратилась к отцу, постановив, что возвращается к своему народу, дабы вновь принять бразды правления...

...Магия Эриона перенесла героев в далекие ледяные пустоши Шалибар, и Джорбал сокрушенно констатировал, что боги-хранители осквернили сии пределы своей волшбой при создании тюрьмы для Хранительницы Времени - и ныне лед сковывал равнины и ущелья. Магические энергии причиняли боль дракону, и признал он, что попросту не может держаться здесь в воздухе, почему вынужден опуститься наземь.

К вящему удивлению своему заметили герои поблизости небольшой лагерь норитов... атаковали который донельзя крупные волки!.. Герои помогли темным эльфам покончить с кровожадным зверьем, и предводитель норитов - дрэгон Тал'Шалир тепло поблагодарил своих спасителей.

Конечно, он был несказанно поражен, вновь узрев среди живых легендарного Крэя Ун'Шаллаха, поведав ему, как оказались они в сих негостеприимных, позабытых пределах Эо. "Десять лет назад археолог по имени Но'лас Раш обнаружил в топях, окружающих Драг'Лур, кости дракона", - начал Тал'Шалир свой рассказ. - "Он утверждал, что с помощью этих костей и магии двадцати некромантов он создаст корабль, способный перемещаться в Стихийном Море! Народ верил в его затею, но я называл его глупцом. Он стремился отыскать Кольцо Нора - легендарный артефакт, способный вернуть к жизни любого. На борт корабля взошло четыре сотни норитов! И верховный архонт поручил мне и моим воинам сопровождать его. Сорок солдат для охраны четырех сотен... Раш утверждал, что нам надлежит следовать божественной магии, и построил для обнаружения потоков ее особенное устройство... Когда наш корабль достиг сего клочка земли, все были вне себя от предвкушения. Я же тревожился, ибо ощущал опасность... А на следующее утро нас атаковала нежить - безжалостные пираты, жаждущие лишь убивать. Многие из моих воинов погибли, ровно как и иные нориты, находящиеся на борту корабля. Мы поспешили укрыться здесь, на леднике, где мы могли бы оборонять вход в подгорные пещеры. Моя последняя чародейка погибла, творя магический барьер, должны оградить нас от нежити... Но по пути сюда мы были атакованы огромным волком, подобного которому я никогда не встречал. Противостояние ему походило на сражение с богом! Этот волк... просто оторвал Рашу голову. Мы сумели добраться до пещер, и волк исчез. Я незамедлительно приказал приготовиться к обороне, и то было весьма хорошей идеей, ибо буквально через несколько минут на нас напали волки. С тех пор мы остаемся здесь, к тому же восемь лет назад с нами произошло странное преображение".

"Стало быть, Пакт, заключенный с тенями, и вас настиг", - угрюмо констатировал Крэй. "Не знаю ни о каком Пакте, но создания, пришедшие нам на помощь, оказались стремительны и невидимы, дабы для волков", - молвил дрэгон. - "Лишь благодаря им мы все еще живы и сумели добраться до побережья, где ловим рыбу, ей и питаемся".

"Не похоже, что вы выжили бы, не подоспей мы несколько минут назад", - со свойственной ему прямолинейностью заметил Каин, и Тал'Шалир согласно кивнул: "Ты не ошибся. Несколько дней назад нападения волков стали гораздо яростнее. Мы вновь лицезрели того, огромного, но сам он не атаковал". Обернувшись к Старейшине, Крэй предложил тому помочь его сородичам... ведь, быть может, те сумеет оказать им посильную поддержку в поисках заточенной богини.

Великое множество волков собралось в скованных льдом ущельях; покинув лагерь, герои вступили в противостояние с кровожадными животными... после чего сразили их вожака, зверя поистине огромного и величественного. Дух волка обратился к шейкану, поведав, что защищать от чужаков сию негостеприимную пустошь обязала его Элен... и очевидно, какими мотивами руководствовалась богиня. На теле волка удивленные герои обнаружили пульсирующий алый кристалл, источавший невероятные магические энергии.

Старейшина и спутники его вернулись в лагерь норитов, наказав Тал'Шалиру развеять магический барьер, удерживающий нежить на расстоянии. Сомневаясь, что если сделает это, то сумеет выжить в неминуемом противостоянии мертвякам, дрэгон, тем не менее, подчинился, и герои сумели проследовать в восточные пределы Шалибара, где лицезрели престранную картину - мертвяки сражались друг с другом, а один из призраков наблюдал за сим противостоянием издали.

Оный представился капитаном Халбердом и признался, что даже если шейканы прикончат его на этом самом месте, он немедленно восстанет вновь. "Наверняка это магия богов", - предположил Старейшина. - "Осквернение ими сего региона затронуло даже нежить!" "Богов?" - усмехнулся Халберд. - "Нет здесь никаких богов! Лишь один проклятый лич. Именно его магия возрождает нежить вновь и вновь. Несколько веков назад три моих корабля причалили к этому побережью - нами двигало некое благородное начинание, о котором я уже и не вспомню. Так вот, только мы высадились, как немедленно были атакованы нежитью. Один за другим, люди мои гибли, сраженные мертвяками. Один из наших кораблей попытался было отчалить и повернуть назад, но течения оказались слишком сильны. Он сумел достичь лишь одного из небольших островков у побережья, но то, что находилось на сем клочке земли, мигом расправилось с командой... Но я заметил, что у лича, верховодившего нежитью, при себе находится некий кристалл. Подумав, что наверняка эта магическая вещица ценна, я выкрал его - как оказалось зря, ибо мы не смогли понять, каково предназначение артефакта. А лич, заметив пропажу кристалла, проклял нас своей магией. И мы вынуждены сражаться, гибнуть и возрождаться вновь, лишенные надежду когда-либо увидеть Реку Душ".

Старейшина пришел ко вполне очевидному выводу: кристалл, находящийся во владении волка, и тот, который Халберд выкрал у лича, наверняка каким-то образом связаны с этим местом... быть может, и с тюрьмой, заточена в которой Хранительница Времени. Призрачный капитан, однако, наотрез отказался расстаться с кристаллом, потребовав, чтобы герои оборвали существование лича. К тому же, отметил Халберд, несколько недель назад он наблюдал лича, о чем-то долго беседующего с огромным волком - факт, укрепивший уверенность Старейшины в том, что между созданиями сими существует некая связь.

Возглавив норитов, Старейшина повел их в атаку на некрополь лича, и в ожесточенном противостоянии поверг последнего. Верный своему обещанию, капитан Халберд передал героям кристалл. За некрополем обнаружили шейканы огромный лабиринт, в центре которого означился третий из кристаллов!..

Как и предполагал Старейшина, оказались те своеобразными ключами к магической тюрьме Кероны. Каждый из кристаллов развеивал наведенные на оную чары... и Джорбал обнаружил, что вновь может подняться в воздух, благо магические потоки боле не причиняют ему боль!.. На спине дракона Старейшина и спутники его достигли островка, прежде сокрытого магией.

Здесь, сразив радужных големов, развеяли они последние заклятия над кратером, означилась в котором Керона. Последняя пребывала в совершенной растерянности - оно и немудрено, после стольких веков, проведенных в заточении... Неожиданно, Сариэль выступила вперед, и, с ненавистью прошипев "Пришло время тебе сдохнуть, змея!", сразила хранительницу заклинанием, после чего исчезла. "Это... она", - прошептала Керона, оседая наземь. - "Спутница... Зажута..."

Богиня лишилась чувств, но, к счастью, магии коварной Сариэль оказалось недостаточно, чтобы раз и навсегда покончить с Хранительницей Времени. Наверняка приспешница Зажута поспешила на равнины Арган, дабы воссоединиться со своим... кем?.. Кем может приходиться ей создание столь таинственной, сколь и могущественное - Зажут?.. Как бы то ни было, мало кто сомневался в том, что именно на равнинах Арган свершится последнее противостояние между чудовищными безымянными и последними защитниками Эо...

Магия Эриона перенесла героев на равнины Арган - и не только их, но и норитов, ведомых Тал'Шалиром. Впервые за долгие годы те покинули ледяные пределы Шалибара, и ожидала их поистине славная сеча. Один лишь Каин пребывал в чрезвычайно подавленном состоянии: мысль о том, что сразиться придется с Сариэль, ему откровенно претила... С фактом, что женщина-кошка все это время оставалась их злейшим врагом, смириться было ох как непросто!.. Наверняка она и была той таинственной спутницей - сородичем? - Зажута, с которой расстался он в городе творцов. Именно поэтому безымянные, обратившиеся к Старейшине в горах Кул'Рат, так стремились заполучить Сариэль. Во всей этой истории остается немало вопросов, и герои надеялись, что шанс получить ответы на них им представится...

Помимо норитов, в южных пределах равнин Арган означились армии Верхнеземья под началом регента державы, полководца Редмонда, и Вестгарда, ведомая лейтенантом Хаем Квинтаром. В сей судьбоносный для Эо миг драконокровные объединились с силами Королевства и Пакта пред лицом внешней, страшной угрозы...

Полководец Редмонд приветствовал Старейшину и спутников его, поведав о том, что позиции врага сильны: безымянные возвели на равнинах три оплота, и число тварей возрастает с каждой минутой. "Первый из оплотов находится в лесу", - указал полководец внемлющим ему. - "Укреплен он не сильно, однако врагов вмещает в избытке. Со вторым сложнее, он находится на территории безымянных, и туда все время подходят подкрепления. Что до третьего, то оборонительные сооружения там весьма сильны, а лазутчики донесли и о трех странных башнях, возможностей которых мы покамест не знаем". Старейшина указал Редмонду, что перед тем, как противостоять непосредственно Зажуту, им необходимо разбить армию безымянных, и полководец Королевства не мог не согласиться с шейканом.

Лейтенант Квинтар, в свою очередь, сообщил сородичам, что войско ее служит последним оплотом, препятствующим безымянным атаковать Вестгард, остались у которого драконы, ведомые Келаром. Что интересно, прежде равнины Арган выступали частью Вестгарда, и именно здесь возведены легендарные защитные башни, магия которых уничтожила не одну армию. Увы, ныне они бездействуют...

В лагере сил Королевства предстали изумленным шейканам сразу четверо профессоров Твиддлов, принадлежащих к разным временным отрезкам. Пререкаясь между собой, сии ученые мужи выдвигали каждый свою теорию по созданию с помощью ингредиентов вещества, необходимого для восстановления сети порталов. К тому же, один из них вполне мог оказаться чародеем-безымянным, но как определить, кто именно?..

Проблему сию герой разрешил просто и изящно - пронзил клинком одного из Твиддлов. В то же мгновение двое других пали замертво, а четвертый действительно обратился в безымянного! Мысленно поздравив себя с успехом, Старейшина сразил тварь, после чего возродил профессоров своей кровью, обратив тем самым Твиддла в шейкана. После чего, следуя советам троицы, создал из собранных ингредиентов необходимое вещество, использовав в качестве активатора собственную кровь!.. Многолетние изыскания профессора оказались успешны, и сеть порталов, связывавшая островки расколотого мира, восстановилась!

После чего во главе армии норитов Старейшина и спутники его выступили на север, в то время как шейканы и солдаты Королевства прикрывали тылы, спешно возводя укрепления в южных пределах равнин. В процессе исследования сих земель обнаружили герои немало излучающих энергию кристаллов, с помощью которых восстановили магию защитных башен, и стали те поистине грозным оружием, приближаться к которому противник не отваживался.

...Разыскав и разгромив первый из оплотов безымянных, сокрытый в лесной чащобе, лицезрели герои подоспевшее на равнины воинство Клана под началом шамана Улдана. Посредством уст Рагула к чадам своим обратился Зарах, заявив, что помощь орочьего шамана будет весьма кстати. "Керона не справится с ними двумя, ведь и Зажут, и Сариль - создания Вечного Пламени", - разъяснил он. - "Я могу даровать ей необходимую силу, но для этого мне нужно добраться до определенного места. Окрестные леса стары, но куда старше святыня, посвященная божеству, которым я был прежде - Ульму. Она была возведена до того, как появился лес, ибо прежде расстилалась здесь равнина неописуемой красоты. Я создавал маленьких хрустальных бабочек, которые танцевали в солнечных лучах; она любила их, и замедляла время, чтобы могли наблюдать мы за каждым их движением. Освятите эту святыню заново, ныне - именем меня нынешнего, и я сумею достичь вас и дать Кероне силу, необходимую для уничтожения обоих наших врагов.

На полянке, сокрытой в чащобах, шейканы действительно обнаружили святыню, и Ульдан приступил к ритуалу освящения оной именем Зараха. Последний оставил тело Рагула, наверняка обретя то, к чему стремился, и неведомо, чем грозит обернуться сие для Эо...

Тем временем в одном из сражений сил Королевства с безымянными пал полководец Редмонд, и воинство возглавила лейтенант Фалида. Последняя безоговорочно уступила командование над войском Старейшине, и ныне объединенные силы шейканов и норитов устремились ко второму из оплотов безымянных, где встретили ожесточенное сопротивление... Но на помощь к шейканам неожиданно пришли призраки и мертвяки, ведомые капитаном Халбердом. Последний и сам не ведал, каким образом оказался здесь - наверняка не обошлось без магии Эриона.

Зажут Наконец, и третий оплот безымянных оказался сокрушен, и предстали героям чудовищный Зажут, ни на шаг от которого не отходила Сариэль. Сии порождения Вечного Пламени, любящие друг друга, воссоединились по прошествии эонов, и готовы были уничтожить любого, кто посмеет разлучить их вновь. Однако на пути сих созданий встала Керона...

Впрочем, Зажут ничуть не устрашился. "Ты все еще слаба, Хранительница Времени", - прогремел он. - "Даже если бы ты и хотела, ты не в силах поглотить меня". Обратившись к Старейшине, изрекла Керона: "Шейкан! Дабы сумела я пожертвовать собою, ты должен ослабить их, чтобы я справилась с двумя".

"Пожертвовала?" - изумилась Сариэль. - "Это что еще за игра?" "Да она манипулирует тобой, неужто не понимаешь?" - хохотнул Зажут, после чего наряду с Сариэль атаковал шейканов, уже отчаявшихся понять, что здесь, в сущности, происходит, и в чем заключаются игры сих могущественных созданий...

Сариэль, однако, продолжала взывать к разумам Старейшины и Каина, поясняя, что Керона вовсе не собирается жертвовать собой, наоборот - она стремится поглотить ее и Зажута, после чего станет наверняка самой могущественной сущностью Эо, превзойдя силой и возможностями иных хранителей. Но Сариэль была исполнена решимости не позволить коварной богине добиться желаемого... посему набросилась на нее, вкладывая всю свою энергию в один-единственный, страшный удар.

Жертва Сариэль стоила жизни обеим; наблюдавшие за сим и Зажут, и Зарах вскричали в горечи и гневе, ибо лишились возлюбленных своих. Зажут обезумел, принявшись крушить все на своем пути; Зарах, находясь в физическом воплощении своем лишь в святыне, велел шейкану привести к нему Зажута, дабы смог он уничтожить это создание.

Преследуемые Зажутом, шейканы устремились в направлении святыни; древние башни сдерживали порождение Вечного Пламени, разя то магическими сполохами... но ненадолго, и вскоре погоня возобновлялась. Но в святыне путь Зажуту преступил не Зарах, но Эрион. "Пришел час нам вновь стать хранителями, а не наблюдателями", - произнес Хранитель Знаний, обращаясь к шейканам, после чего, обернувшись к Зараху, молвил: "Грядет новая заря, брат, и миру необходимо творение, не разрушение. Стань частью его".

Эрион без устали творил заклинания, связующие Зажута, продолжающего бесноваться в неистовой ярости. А после оба исчезли в ярчайшей вспышке, ибо жертвовал собою Хранитель Знаний ради мира, который так любил...

Зрели пораженные шейканы Зараха... но преобразившегося... "Ах ты, старый глупец", - вздохнул Ульм Хранитель. - "Что ж, так и быть, стану частью, чтобы доказать, что ты был прав!"

Так завершилось великое противостояния безымянным, и новая эпоха занималась в Эо...

***

"Стало быть, так все и закончится, Анктар?" - прозвучал голос одного из тех, кто столь пристально наблюдал за произошедшим в тот день на равнинах Арган.

"Нет, Хокан, это лишь одно из возможных грядущих", - был ответ.

"Но весьма интересное", - заметил Хокан Ашир, просчитывая, как возможно обратить случившееся себя на пользу, - "если, конечно, ты подумываешь о том, чтобы убить бога".

  1  2  3  4  
Web-mastering & art by Bard, idea & materials by Demilich Demilich