Demilich's

2. Разрушенный Мир

Глава 15

Гладь, бескрайняя водная гладь... Крики белоснежных чаек... Небо, окрашенное алыми красками вечного заката... Немногие из живущих сейчас помнят его голубым... А ведь когда-то солнце согревало землю лучами, распускались цветы, а ветерок ласково играл в зеленых древесных кронах... Увы, все безвозратно ушло, кануло в лету...

Одинокий островок посреди бесконечного океана... Полуразрушенная хибара и старик в изорванном желтом балахоне, сидящий на завалинке и с тоской глядящий вдаль...


Селес пробудилась. Затуманненное сознание с трудом возвращалось, принося не слишком радостные воспоминания о последних моментах на борту гибнущего воздушного корабля, захваченного колдовской бурей. Девушка попробовала повернуть голову, но столь простое движение отозвалось резкой болью во всем теле. Члены слушались с неимоверным трудом, и Селес пришлось приложить усилия, дабы поднять руку и поднести ее к лицу.

Где же она?.. Девушка встревоженно огляделась по сторонам. Какая-то рыбацкая хижина... И то радует, что не тюремная камера Вектора. Однако, как же ломит все тело! Сколько она тут провалялась без сознания - день, два?.. И где все остальные?.. Неужто?.. Нет, нет, и мысли такой допускать не следует!

Кряхтя, в покосившиеся двери хибары прошествовал старик, в котором Селес с удивлением узнала профессора Сида дель Норте Маргьеза. Но милостивые боги, как же он постарел, осунулся!

"Селес!" - вскричал Сид в восторге, и следы выступили у него на глазах. - "Проснулась наконец!" Избыток эмоций в голосе сторого ученого насторожил девушку и она осторожно поинтересовалась: "А как долго я спала?"

"Сегодня исполняется ровно год", - скорбно произнес Сид, и Селес вскрикнула, потрясенная до глубины души. - "Я уже начал было думать, что ты и не проснешься вовсе. После того, как мир был разорван на части, я очнулся здесь, на этом пустынном острове. И ты была рядом".

"Мир был разорван..." - прошептала Селес. - "Значит, то был не сон... А что остальные? Где Локи?" "Я не знаю", - просто отвечал Сид. - "Этот остров вполне может быть единственным клочком суши в целом мире. С того самого дня мир продолжал неотвратимо умирать, разрушаться. Растения иссыхают, животные гибнут. Люди, пребывавшие на острове вместе с нами, поддались отчаянию и, один за одним, бросились вниз со скалистых утесов".

Каждое слово профессора отзывалось в сердце Селес Шер резкой болью. Зачем она вообще пробудилась, если, быть может, нет больше тех, ради кого стоило продолжать жить?

Сид зашелся в жестоком приступе кашля, и Селес, спрыгнув с кровати, немедленно уложила на нее старика. Тот благодарно кивнул: "Селес, не переживай. Мы все еще можем мирно дожить свои денечки. Ты - моя единственная семья в целом мире".

Девушка всхлипнула, расчувствовавшись, кивнула. "Думаю, ты прав, Сид", - молвила она. - "Или... дедушка? Могу я называть тебя дедушкой?" Сид улыбнулся, но внезапный злой кашель заставил его тяжело откинуться на подушку. Селес с тревогой следила за ним. "Вообще-то..." - виновато начал Сид, - "я ничего не ел с тех самых пор, как захворал. Три дня уже".

"Ничего не говори", - всполошилась Селес. - "Что тебе принести?" "Рыбы", - усмехнулся Сид. - "Кроме нее, тут ничего больше нет".

Селес выскочила из хижины, с удивлением воззрилась на небо, расписанное необычными багровыми красками, и, утопая сапожками в прибрежном песке, бросилась к воде. Вот только рыбы наловить голыми руками у нее не получалась, тут требовалась особая сноровка. Глотая злые слезы, Селес Шер бросалась то на одну рыбешку, то на другую, но те будто играли с нею, в последний миг ускользая из рук.

Долгие часы провела Селес на побережье; солнце закатилось за горизонт, а поймать ей удалось одну-единственную чахлую рыбину. Тоскливо, девушка побрела назад к темной хижине; сердце сжималось от нехорошего предчувствия.

Сид устало смежил веки; настала пора уходить. "Не теряй надежды... внученька". С этими словами старый ученый скончался. "Дедушка, ты должен поесть..." - беспомощно лепетала Селес, протягивая рыбину дрожащими руками. - "Что с тобою?.. Дедушка... Сид..."

"Нет!!!" - вскричала она внезапно, отбросив бесполезную рыбу в сторону и гнево ударив кулаками по спинке кровати. - "Нет! Ты обещал, что останешься со мной!"

Выскочив из хижины, Селес бросилась прочь, на высокий скалистый утес, у подножья которого с ревом разбивались морские волны. Вверх, вверх... "Люди, пребывавшие на острове вместе с нами, поддались отчаянию и, один за одним, бросились вниз со скалистых утесов", - говорил Сид.

На самом краю Селес остановилась. "Все ушли... Даже Локи..." - прошептали побелевшие губы. - "Для меня в этом мире ничего не осталось".

Крепко зажмурившись, девушка шагнула вперед... в бездну...


Но безмятежный покой смерти не был дарован ей. В себя Селес Шер пришла утром, на берегу, куда ее вынесло волною... А в нескольких шагах по песку скакал белый любопытный голубь, раненое крыло которого было перевязано знакомой синей банданой. Селес протерла глаза, пригляделась, не в силах поверить... Это же... бандана Локи! Он жив! Он наверняка жив!!

В прибрежных кустах Селес обнаружила плот, который Сид мастерил последние годы. Старику так и не выпало случая им воспользоваться. "Ты будешь гордиться мной, дедушка", - прошептала Селес, спуская утлую конструкцию на воду.

Вскоре островок растаял вдали...

Глава 16

Много дней спустя на горизонте показалась земля, и Селес, еле живая от голода, усиленно заработала веслом, выгребая по направлению к полосочке суши. Неизменное алое солнце озаряло водную гладь; юркий плот лавировал мимо маленьких, безжизненных островков. Откуда же в мире отыскался архипелаг?.. Видать, катаклизм, устроенный мессиром Палаззо, хорошенько прошелся по географии...

Плот прибило к берегу, и Селес Шер, спотыкаясь, бросилась к видневшемуся невдалеке селению. То оказался портовый град Альбрук, и жители его о многом поведали бывшему генералу Империи.

Да, катастрофа полностью преобразила картину мира, и зовется он ныне не иначе, как Разрушенным. Из разверзшихся подземных недр вырвались легендарные монстры, в том числе и восемь великих драконов... Кефка фактически обратился в бога, возвел огромную башню из мусора и обломков на месте имперского дворца Вектора, откуда и правит планетой, используя силу Триады. И ежели какой-нибудь город осмелится выказать хоть малейший признак неповиновения, тиран тут же испепелит его Светом Правосудия, ибо требует полного и безоговорочного подчинения своей абсолютной власти над миром.

Один из школяров, оказавшийся в Альбруке, поведал Селес, что недавно через город проходил некий молодой парень, знаток боевых искусств... и спрашивал о девушке, точно соответствующей Селес по описанию. К сожалению, в городе он не задержался, направившись на север, в Тзен. Заинтригованная, Селес приняла решение двинуться следом, а заодно узнать побольше о мире, в котором волею судьбы пробудилась.

Перво-наперво девушка хорошенько отобедала в местной гостинице, накупила в торговых лавках снаряжения, что вполне может понадобиться ей в странствиях. Мир, говорят, стал куда более опасным местом, нежели ранее, а, значит, к исследованию его надлежит подготовиться достойно.

Покинув Альбрук, Селес направила стопы на север. Вектора не существовало боле; вместо города металла высилась преотвратная, гигантская башня, вершина которой утопала в багровых облаках. Приняв единственно мудрое решение обойти структуру десятой стороной, девушка продолжила путь. Монстры, встретившиеся ей, и впрямь казались пришедшими прямиком с картинок детских книг и научных опусов. В небесах хрипло кричали птицы Рух, по равнинам тяжело топали бронированные бизоноподобные муруссы и фафниры - представители рода драконьих... От большинства подобных нежелательных встреч Селес старалась просто уйти, но случалось, ей приходилось все же вступать в бой, и тогда она рубила тварей своим зачарованным мечом, а после, обессиленно опустившись на пожухлую траву, вливала в себя исцеляющие зелья.

Весь мир, казалось, обратился в выжженную, мертвую равнину. Чахлые деревца и невысокие кустики - вот и все, что нарушало однообразие бесконечной степи.

...Еще на подходе к городу-государству Тзену Селес заметила ярчайшую вспышку, объявшую его. Неужто тот самый Свет Правосудия, о котором с таким страхом поминали жители Альбрука?.. Девушка прибавила шагу.

Тзен бурлил, как растревоженный улей. Дома разрушены; люди носятся туда-сюда, что-то бессвязно вопя. Держа руку на рукояти меча, Селес протолкалась на городскую площадь, где глазам ее предстало пугающее зрелище. Сабин Рене Фигаро изо всех сил пытался удержать проседающую крышу дома. Литые мускулы парня отчетливо проступали под кожей, пот градом стекал по багровому лицу. Очевидно, сил его надолго не хватит. Какая-то женщина в истерике вопила, что в доме у нее остался малыш, но ни одного из соседей не хватало духу войти в дверь могущего рухнуть в любой момент строения.

Кивнув Сабину, глаза которого изумленно округлились, Селес Шер бросилась внутрь, схватила ревущего во весь голос ребенка и выскочила наружу за считанные секунды до того, как крыша рухнула-таки внутрь дома, обратив его в обломки кирпича и древесины.

Сабин откатился в сторону, дабы не попасть под обвал; тяжело дыша, поднялся на ноги. Вручив ребенка благодарной мамаше, Селес подбежала к нему. "Сабин! Ты жив!" Сердце ликовало.

"Конечно, я жив!" - с напускным пафосом отвечал юноша. - "Не может же такая мелочь, как конец света, в самом деле убить меня!" "А я уже и надеяться перестала..." - бессвязно лепетала Селес. - "Думала, что все умерли... Но... я ошибалась! И теперь уверена, что мы найдем и остальных! И тогда..." "...прикончим Кефку", - закончил за нее Сабин с недоброй ухмылкой. - "И вернем мир на планету".

Герои покинули Тзен, обращенный в руины по мановению руки Кефки за выражение открытого презрения к единственному божеству Разрушенного Мира. Путь их лежал на восток. Подводная впадина, где ранее неслось Змеиное Течение, после катаклизма поднялась на поверхность планеты, и теперь сия извилистая многокиломертовая полоска земли соединяла бренные останки южного континента с селением под названием Моблиз. Обширные просторы Вельда погрузились на дно морское, оставив городок в полной изоляции от внешнего мира. В довершение всех бед, Свет Правосудия низринулся и на Моблиз, и взрослые жители города погибли, пытаясь прикрыть телами своих несмышленышей-детей...

Обо всем этом Сабин поведал Селес во время их долгого пути в Моблиз, и когда они добрались до цели, то наблюдали пред собою полузатопленный город, полный детишек. "Мама! Мама! Чужаки!" - загомонили те, показывая пальчиками на пришельцев.

Двери большого бревенчатого дома в центре деревни распахнулись, и оттуда показалась... Терра Бранфорд!.. И совсем ведь не изменилась!

На глазах восторженных малышей последовали искренние объятия и поцелуи. "Терра, отправляйся с нами!" - говорили герои. - "Не будет мира, пока Кефка жив..." "Я знаю, но..." - глаза девушки-эспера погрустнели. - "Я не могу больше сражаться. В тот самый день, когда Миру Равновесия настал конец, Кефка обрушил Свет Правосудия на эту деревеньку. Взрослые погибли, пытаясь защитить своих чад... И теперь это деревня детей... Они льнут ко мне с того самого момента, как я здесь появилась. Я нужна им... И они мне... Не знаю, что вынуждает меня защищать их. Какое странное чувство... Но, когда оно поселилось во мне, я утратила силы и желание сражаться. Я чувствую, что нахожусь на пороге осознания чего-то важного. И чем больше я ищу ответ, тем больше пропадает во мне желание продолжать борьбу".

К старым товарищам подошли юноша и девушка, совсем еще дети, но глаза их отражали боль утраты. Парень смерил здоровяка Сабина недобрым взглядом. "Вы не можете забрать Терру у нас!" - холодно объявил он, но в голосе его проскальзывало отчаяние. Его спутница успокаивающе сжала плечо паренька: "Тише, Дюан". И обратилась к героям: "Простите его, пожалуйста. Просто Терра - единственная, кто сплачивает маленьких жителей этой деревни".

Ну что тут скажешь? Герои пожелали Терре всего наилучшего, повернулись, чтобы уйти, но тишину разорвал яростный вой и на окраине деревни показался преотвратный зеленый гигант. Ноздри его раздувались, а рогатая голова поворачивалась из стороны в сторону в поисках жертвы. Наконец, монстр заприметил выступившую против него Терру, яростно хлестнул хвостом по земле и устремился в атаку.

"Это хумбаба", - испуганно прошептала какая-то местная девчушка, дергая Селес за рукав. - "Монстр, пришедший из глубин земли после катаклизма. Так говорит наша мама!"

Последней приходилось весьма туго: хумбабу магия не брала, и лишь своевременное вмешательство в бой товарищей сохранило жизнь леди Бранфорд. Заслонив его своим телом, Сабин голыми руками перехватил шипастый хвост, готовый обрушиться девушке на голову, с силой дернул за него. Монстр покачнулся, растерялся на мгновение... и клинок Селес вонзился глубоко ему в бок. Хумбаба взревел от боли и бросился наутек.

Потрясенное молчание... сменившиеся радостными криками и овациями. Даже хмурной Дюан улыбнулся, благодарно кивнул новоприбывшим героям. Терра по-очереди обняла обоих. "У меня действительно нет сил сражаться..." - молвила она. - "Я останусь здесь. Сейчас от меня мало проку. И... детям я нужна. Пусть пройдет немного времени... Я должна понять, что со мной происходит".

Глава 17

И вновь перед ними протянулась бескрайняя тропа исторгнутого океаном русла Змеиного Течения. День сменялся днем, алое солнце нещадно жарило истощенную землю. Приходилось признать со всей очевидностью непреложного факта, что подобный удар, нанесенный Кефкой природе, рано или поздно приведет к гибели всего живого на планете. Хотя безумца навряд ли сие заботит. Он и не заметит, поди, ежели в миру не останется ни единого человека.

Свое подводное странствие Сабин помнил прекрасно, ровно как и то, что тропа это выведет их к Никеа, портовому городу.

Тот особо не изменился; жители его старались глядеть в землю да не поднимать головы, дабы не привлечь внимания Кефки. Потому торговля в Никеа все еще процветала, а корабли бороздили окрестные моря... ставшие чрезвычайно богаты островками и архипелагами.

В городском кабаке пьянствовала целая банда выходцев из замка Фигаро. Алые Грабители, так они себя теперь называли. Они-то и поведали принцу Сабину и его спутнице об участи, постигшей их родовое гнездо. В час катаклизма пески пустыни поглотили замок, низвергнув его, во воле злого случая, к подземному гнездовью песчаных червей. К счастью, люди сумели бежать через разлом, появившийся в стене, и выбраться на поверхность. Многие погибли, но часть добралась до Никеа, где они и повстречали Гэрада, ставшего их новым предводителем. И теперь этот таинственный лидер призывает людей вернуться в замок Фигаро, дабы вернуть себе утраченные сокровища цитадели.

Сам Гэрад сидел у барной стойки спиной к залу, перекатывая в руках нетронутый бокал с вином. Селес и Сабин осторожно приблизились. Человек обернулся... "Что надо?" - грубо поинтересовался он. И Сабин, и Селес лишились дара речи. Такое знакомое лицо... и такие чужие глаза - жесткие, недобрые. "Эдгар?" - неуверенно выдохнул Сабин.

Гэрад оставил бокал на стойке и двинулся в сторону выхода из бара. Компания бродяг, оставшихся без королевства, потянулась следом, беседуя меж собою о том, что скоро они покинут этот город и отправятся в плавание; уж и корабль в порту зафрахтован.

Переглянувшись, Селес и Сабин бросились вдогонку. "Эдгар!" - вновь прокричали они, и Гэрад, демонстративно глубоко вздохнув, оглянулся, сделав знак своим людям продолжать двигаться в порт и осваиваться на корабле. "Послушайся, я тут немного занят", - заявил он ледяным тоном этой странной парочке, преследующей его. - "Мы вот-вот отправимся в Фигаро". "Ну со мной-то играть не надо!" - Селес начала злиться. - "Эдгар?! Ты, часом, память не потерял?" "Послушай", - в холодном взгляде, обращенном на Селес, не было и тени улыбки. - "Мне жаль разочаровывать столь прекрасную леди, но меня называли Гэрадом с того самого дня, как я родился!"

Он продолжил путь к пристани, поднялся по сходням на корабль и принялся инструктировать команду. Селес и Сабин, скрываясь за ящиками с поклажей, сваленными в доках, осторожно подобрались к кораблю и, пользуясь тем, что внимание всех на борту было приковано к Гэраду, проникли в трюм, где и затаились.

...Плавание прошло без приключений, и уже через несколько дней корабль бросил якорь в порту Южного Фигаро. Выходцы из замка устремились в местную гостиницу; выждав немного, проследовали в город и наши герои.

Первым делом Сабин направился к дому Дункана, своего покойного наставника, дабы выказать потчение вдове великого мастера. Каково же было его изумление, когда та сообщила, что муж ее выжил... и сейчас находится в горах в окрестностях Нарша. Радости Сабина не было предела: стало быть, Ваграсу не удалось прикончить отца! Сабин принял решение при первой же возможности отыскать наставника, хотя бы для того, чтобы просто пожать ему руку и сказать "спасибо" за все, чему тот его научил.

Селес тоже времени не теряла, расспрашивая людей в местной таверне. Официантка сообщила ей, что недавно город посещал некий искатель приключений, расспрашивавший о том, где можно отыскать легендарное сокровище, что сможет пробудить к жизни мертвеца... Мисс Шер возликовала: Локи!.. Неужто жив?.. Впрочем, в этом она уже перестала сомневаться, вновь загоревшись утраченной было надеждой.

Тем временем Гэрад и его Алые Грабители покинули Южный Фигаро, направившись к западным горам, ограждающим великую пустыню. Здесь, проникнув в лабиринты пещер, они надеялись добраться и до погребенного замка.

Сабин и Селес следовали точно по следам людей, добровольно принявших разбойничье обличье. Углубившись в пещеры, кишащие чудовищными и подземными хищниками, они придерживались западного направления, и, после нескольких часов утомительных исследований, оказались в подземелье замка Фигаро. Более, того в процессе блужданий по подземным лабиринтам, герои не раз натыкались на приснопамятного Зигфреда, памятного Сабину еще по давнишнему путешествию на Призрачном Поезде. Впрочем, сейчас сей индивид был занят тем, что рыскал по пещерам в поисках сокровищ, и до наших героев ему не было никакого дела.

Воздуха в погребенном замке фактически не осталось; каждый вдох давался с огромным трудом. Грудь сдавливало, перед глазами стояли круги. Сабин вел за собою Селес в самые глубокие подвалы, где находились огромные двигатели, приводящие в движение цитедаль. Но сейчас в том помещении герои обнаружили Гэрада и его приспешников, взирающих на механизмы, скрытые под шевелящейся массой песчаных червей.

Отправив Алых Грабителей в сторону сокровищницы, Гэрад обратился к Сабину и Селес. На лице его играла до боли знакомая улыбка. "И чего же вы ждете, ребята? Помогите же мне!" "Эдгар!" - облегченно выдохнула Селес, а Сабин приветственно махнул брату рукой.

После чего началось искоренение безмозглых, но, те не менее, весьма опасных противников - песчаных червей, среди которых оказались весьма огромные и прожорливые экземпляры. Магия эсперов пришлась как нельзя кстати, и трио героев использовали ее, вкладывая в это сражение все оставшиеся силы.

Когда издох последний червь, Селес сплела заклятие ветра, дабы очистить паровые двигатели от слизи и кусков искромсанных туш, после чего, гроздно сдвинув брови, подступила к блаженно ухмыляющемуся королю: "Делать вид, что не знаешь меня!" "Я узнал, что замок Фигаро постигло бедствие", - принялся рассказывать тот. - "Я хотел помочь, но не знал, как добраться сюда, под пески пустыни. А затем до меня долетел слух об этих ребятах, бежавших через подземные тоннели. Я не мог дать им знать, что я - король Фигаро, ведь они не обитатели замка, нет. Они бежали из моей собственной тюрьмы, в которой и раскололась стена!"

Из сокровищницы послышался шум, и оттуда показались Алые Грабители, каждый из которых волок на спине по мешку, набитому сокровищами. Схоронившись за одним из двигателей, трио героев наблюдало, как ворюги, не озаботившись поискать своего сгинувшего предводителя Гэрада, двинулись к выходу.

"Мне наплевать на сокровища", - заметил Эдгар в ответ на вопросительный взгляд товарищей. - "Кефка, вот о ком стоит волноваться".

...Стало быть, их теперь трое. Трое против могущественного диктатора, властвующего над Разрушенным Миром.

Вновь заработали паровые двигатели, и возрожденный к жизни замок устремился на запад, в земли Колингена, отделенные от пустыни Фигаро не горами боле, но водным каналом. Честно сказать, сего путешествия Селес и жаждала, и страшилась. Ведь Колинген - родной град Локи Кола. Вдруг друг сердечный окажется там?.. Что он скажет ей при встрече?.. А она - ему?.. Год ведь не виделись, и все могло измениться...

Разум терзался сомнениями, а каменный замок плыл в подземных песчаных потоках, с каждой минутой приближая своих обитателей к землям западного континента.

Глава 18

От цветущего города осталось одно лишь название. Колинген был столь же блекл и сух, как и весь окружающий мир. Солнце нещадно уничтожило прекрасные цветы и зеленые деревья, и, невзирая на все усилия жителей, новые семена так и не прижились. Будто сама флора утратила всю тягу к жизни. Мир умирал, как не печально это было сознавать.

В Колингене Локи не оказалось. Бездыханное тело Ракель и по сей день покоилось в доме городского травника, который терпеливо ожидал возвращения господина Кола с легендарным сокровищем в руках, магия которого сумеет воскресить усопшую.

А в таверне наслаждался выпивкой Странствующий Игрок, Сетзер Габбиани. Конечно, он рад был узнать, что бывшие товарищи выжили, вот только отправиться с ними отказался. "Не думаю, что у меня осталось желание продолжать все это", - объяснил он, стараясь не встречаться глазами с героями. - "Понимаете, я ведь игрок... Моим миром всегда был тот, где дух человека может свободно парить над землею... Такого больше нет. Я чувствую, как тяжесть этого мира, Разрушенного Мира, давит на меня, сокрушая. Это непомерная ноша... И кроме того, я лишился своих крыльев..." "Но до того, как мир был разрушен, ты вкладывал в сражение всю свою душу!" - возразила Селес. - "Тогда тоже было не просто, но ты как-то справлялся!" "Это было тогда..." - отрезал Сетзер. - "А теперь мои мечты ушли безвозвратно". "Но если тебе так нужна мечта", - не сдавалась Селес, - "почему бы не найти себе новую? Например, вернуть наш мир!"

Сетзер надолго задумался, и, мало-помалу, тоска исчезла из его глаз. Странствующий Игрок криво усмехнулся: "Знаешь... может, ты и права. И ты отправишься вместе со мною? За моей новой мечтой?" Дождавшись отвердительных кивков товарищей, Сетзер решительно поднялся на ноги: "Что ж, спасибо... Тогда пришел час нанести визит в гробницу Дарилл. Она ждет нас... с новыми крыльями!"

Воодушевившись, Сетзер размашистым шагом направился прочь из города; герои едва поспевали за ним. Казалось, новая мечта подгоняет игрока вперед, не давая ему вновь сбиться с пути.

Лишь один-единственный раз дорогу им осмелились преступить монстры - две разросшиеся слизи с огромными пастями, усеянными острыми зубами, и два мохнатых создания, владевшими небольшим, но весьма неприятным арсеналом врожденных магических способностей. Как и в былые времна, четверка героев выступила единым фронтом: Селес воззвала к магии эсперов, Сабин предпочел в очередной раз продемонстрировать свое безупречное искусство рукопашного боя, Эдгар метнул в одного из монстров копье с острым мифриловым наконечником, Сетзер же выудил из кармана черного камзола колоду карт. Еще во время путешествия их на "Черном валете" герои не переставали удивляться, глядя на необычное оружие Сетзера. Как умудрился игрок наделить столь смертоносной магией обычные карты, они не знали, а тот наотрез отказался делиться секретом. Но кусочки зачарованного картона устремлялись к противнику, подобно лезвиям, и, нанеся урон, возвращались к хозяину. А некоторые карты умудрялись присовокупить к физическому воздействию еще и магическое; эти Сетзер хранил в особой колоде и доставал крайне редко, лишь когда жизни его и соратников действительно висели на волоске.

К вечеру герои добрались до кургана, самого заурядного, на их взгляд. Сетзер остановился. "Это могила Дарилл", - промолвил он, скорбно склонив голову. - "Она действительно была особенной. Мир мог перевернуться с ног на голову, а она бы и глазом не моргнула". Указав товарищам на вход, скрытый за валуном, Сетзер устремился в гробницу.

Глазам героев предстал огромный каменный чертог... в котором развелась богомерзкая нежить. А у каменного саркофага Дарилл нарушителей спокойствия поджидал могущественный Дуллахан - неживая тварь, въехавшая в зал в деревянной повозке, влекомой двумя скелетами лошадей. И именно этот монстр явил себя самым достойным противником из всех, с которыми герои встречались доселе, в этом чуждом Разрушенном Мире. Поражало то, что владел Дуллахан в совершенстве ледяной и святой магией, весьма необычной для нежити. Однако факт оставался фактом - святость, обращенная ко злу, наносила героям страшные раны, и Сетзер, карты которого причиняли монстру на удивление малый урон, избрал для себя роль целителя, используя заклятия, дарованные эспером Серафом.

Когда тварь была повержена, герои двинулись дальше, вниз по бесконечной каменной лестнице. Сетзер уверенно шагал впереди, и воспоминания о последних днях, проведенных с Дарилл, вновь нахлынули на него.


Они собирались подняться в поднебесье на воздушных кораблях: Сетзер - на "Черном валете", и Дарилл - на "Соколе".

"Следующий полет может быть опасен", - сказала Дарилл тогда. "Ну и зачем тебе до предела выжимать скорость из твоего корабля?" - вопрошал Сетзер. - "Это бессмысленно!" "Если со мной что-нибудь случится, позаботься о "Соколе", - вполне серьезно говорила Дарилл, но Сетзен лишь улыбался в ответ. Что может случиться?..

...И вот они в поднебесье, а внизу, под облаками, с сумасшедшей скоростью проносится мир, сливающийся в зелено-голубое пятно. Ничто не может сравниться с ощущениями полной свободы, власти над небесами!

"Сокол" чуть вырвался вперед, и Дарилл со смехом крикнула: "Что ты там плетешься сзади? Вроде же собирался обойти меня? Или... тебе нравится, как я выгляжу... со спины?" Рассмеявшись, Сетзер шутливо потряс кулаком, и воздушная гонка двух великолепных кораблей продолжалась.

Спустя некоторое время Дарилл решилась. "Пришел час побить рекорды", - заявила она. - "Я вырвусь за небеса и подойду так близко к звездам, как никогда!" "Возвращайся к закату!" - прокричал ей Сетзер. - "Буду ждать тебя на нашем холме!"

Но ни к закату, ни на следующий день Дарилл не вернулась. А год спустя Сетзер обнаружил остов "Сокола" в долине...


"Я восстановил корабль и оставил его здесь", - закончил рассказ Сетзер Габбиани, приглашая Селес и братьев Фигаро проследовать на палубу воздушного корабля, похороненного глубоко под землею.

Запустив двигатели, он вывел "Сокол" по подземному тоннелю на поверхность, и дальше - ввысь, в небеса. Теперь у них действительно появился шанс, ведь с помощью воздушного корабля герои могут высадиться на вершине башни Кефки и нанести удар этому зарвавшемуся "божку".

Мимо пронесся белый голубь, и странное чувство охватило Селес. Неужто тот самый, с острова?.. Нет, быть такого не может. И все же что-то побудило девушку обратиться к Сетзеру: "Следуй за этим голубем! Он может привести нас к друзьям!"

Не задавая лишних вопросов, Габбиани повел корабль вслед за птицей. Курс их лежал на юг, к Маранде.

Глава 19

Мир и вправду изменился до неузнаваемости. С борта воздушного корабля Селес Шер внимательно разглядывала континенты и острова, проносящиеся внизу... и не узнавала их.

Хотя Маранда оказалась на удивление не затронула порчей мира внешнего. Здесь все так же зеленела трава, распускались яркие цветы. Казалось, гнилостная магия мертвого мира не властна над этим райским уголком... или, возможно, еще просто не сломила волю к жизни чудесных земель.

Голубь опустился на крышу одного из домов на отшибе. Наказав товарищам обождать ее в таверне, Селес в одиночку направилась к зданию, тихонько постучала в дверь. Та распахнулась, и глазам воительницы предстала миловидная девушка, тут же пригласившая ее зайти. Селес осторожно переступила порог, проходя в комнату, заваленную букетами цветов, искусно изготовленных из алого шелка. Хозяйка, Лола, счастливо щебетала, спеша поделиться радостью с незнакомкой.

"Мой парень из Моблиза шлет мне эти цветы!" - похвасталась Лола. - "Как они прекрасны! Настоящие цветы увядают, потому-то он и делает букеты из шелка! А еще он прислал мне вот это письмо..."

И Лола, вне себя от счастья протянула Селес конверт. Та осторожно взяла письмо. Что-то здесь не так. Ведь Моблиз уничтожен Кефкой, и там не осталось никого, помимо Терры и ватаги детишек. Кто же тогда?..

"Моя возлюбленная Лола", - так начиналось письмо. - "Все ли в порядке с тобою? Мы отстроили большую часть деревни. Я надеюсь, что вскоре вернусь к тебе:" Селес подозрительно сощурилась: и почерк, и стиль изложения напоминал ей о Сиане Гарамонде. Но... откуда же старый самурай шлет эти письма? Да и зачем?..

На глазах Селес Лола привязала к лапке белого голубя ответное письмо, и птица, взмахнув крыльями, взвилась в небеса, покружила немного над городом, после чего взяла курс на север. Забежав в таверну лишь затем, чтобы кликнуть друзей, Селес устремилась на воздушный корабль, немедля наказав Сетзеру вновь следовать за голубем. Тот обратился в едва заметную точку на горизонте, но Селес не собиралась терять его из виду. Тем более в свете последних новостей, принесенным Эдгаром. Миловидная официантка в таверне сообщила ему, что усатый воитель действительно проходил через их город несколько недель тому. В том, что был это именно Сиан, сомнений не оставалось.


...Внизу показался город, Джибур. Оставив "Сокол", герои прошествовали во врата. Надо сказать, город аристократов совершенно не изменился. Не выказывая ни малейшего неприятия властью Кефки, жители не рисковали призвать Свет Правосудия на свои головы. Они и концу света относились, как к забавному приключению.

Впрочем, ходили слухи, что в особняке Оузера, коллекционера редких картин, завелись привидения. По ночам оттуда доносились какие-то странные звуки, мигал свет, а самого Оузера уже давно не было видно. Как бы то ни было, горожане опасались приближаться к проклятому дому, посему честь сия выпала нашим героям.

Вот уж, действительно - дурное место! Четверка героев, обнажив оружие, ступала по алой ковровой дорожке, а со стен коридоров на них взирали огромные картины. Причем, "взирали" в прямом смысле слова. Время от времени изображения оживали, облекались плотью и бросались в атаку.

В конце холла на самом видном месте висел портрет Императора Гесталя, ранее виденный Селес в тронном зале дворца Вектора. К счастью, тот не ожил; картина так и осталась просто картиной. Селес не сдержалась, на всякий случай провела по портрету рукой... Из-под деревянный рамы показался клочок бумаги, на котором значилось: "Легендарное сокровище спрятано там, где горы образуют звезду..." Надо бы обрадовать Локи Кола, если пути их еще пересекутся в этой жизни.

Разгадка чертовщины, творящейся в особняке, обнаружилась весьма скоро. В подвале герои наткнулись на самого Оузера - разжиревшего типа в алом камзоле, и Релм Арроуни, художницу. Та колдовала над картиной прекрасной богини, не замечая никого и ничего. Сам же Оузер в отчаянии бросился к героям, умоляя их уничтожить демона Чадарнука, вселившегося в полотно и устраивающего забавы в особняке.

Те отодвинули Релм в сторонку, после чего атаковали чудовищное исчадие, сошедшее с картины. Чадарнук поливал их молниями, ядовитым дождем; герои отвечали ему зачарованной сталью и точными ударами заклятий. Завершив наконец акт экзорцизма, они обернулись к хозяину, требуя объяснений.

Тот развел руками: "Понимаете, я купил на аукционе магисит с сущностью эспера Лакшми, и внезапно меня обуяло страстное желание изобразить ее на картине. Я нанял нескольких художников, но ни один из них не сумел нарисовать картину так, как бы я того хотел. Как раз тогда я услышал про маленькую Релм. Я пригласил ее в свой особняк и предложил работу. Но затем появилась эта тварь и вселилась в полотно. Наверняка ее привлек магисит".

Не желая повторения истории, коллекционер подарил магисит Лакшми героям. Арсенал заклятий тех возрос на парочку прекрасных образцов целительной магии.

Релм испросила у героев дозволения отправиться вместе с ними, а когда те ответили согласием, радостно захлопала в ладоши. Вот уж неунывающая личность!

Переночевав в городской гостинице, наутро герои - уже впятером! - продолжили полет на север, к Зозо.


...Подобно Джибуру, город небоскребов Зозо ничуть не изменился, но, в отличие от первого, вызывал лишь самые мрачные воспоминания. На улицах все так же кишели монстры, и героям приходилось сражаться фактически непрерывно. Конечно, их магическая мощь существенно возросла со времени первого визита, и дерзнувших заступить дорогу тварей они уничтожали быстро и эффективно.

Над головами вновь порхнул белый голубь, пронесся мимо небоскребов, устремившись к соседней с городом горе. Тяжко вздохнув, герои направились туда, начали восхождение. С неудовольствием они обнаружили, что пещеры облюбовал целый клан бурых медведей, весьма ревностно хранящий неприкосновенность собственных жилищ...

В обширной каверне горы Зозо герои наткнулись на дракона бури - одного из восьми представителей сего древнего племени, явившегося в Разрушенный Мир. Дракон показал себя воистину страшным противником, без устали сотворяя смертоносные молнии и обрушивая их на людей, дерзнувших посягнуть на его покой. Впрочем, те даровали ему покой несколько иного рода - вечный...

На вершине горы герои обнаружили пещерку, явно обитаемую. Деревянная кровать да стол - вот и вся обстановка, если не считать множества букетов алых роз из тончайшего шелка. А на столе заметили они очередное письмо: "Дорогая Лола, я хочу молить тебя о прощении. Ибо виновен я в ужасной лжи. Я лишь сейчас понял ошибочность своих устремлений, и взял в руки перо, дабы исправить чудовищную несправедливость. Твой парень, который, как ты считаешь, находится в Моблизе, умер. Я писал тебе от его имени. Мы, люди, имеем свойство жить прошлым и отказываемся двигаться дальше по жизни. Заклинаю тебя, не позволяй этому произойти! Тебе надлежит глядеть лишь вперед, и вновь открыть для себя любовь и все прочие радости жизни. Сиан".

Самурай стоял на вершине горы, провожая глазами только что отправленного почтового голубя. "Память о мире до его падения остается", - прошептал он. - "Но свет зари никогда не изменится, ровно как и людские сердца".

Услышав шаги, Сиан резко развернулся, выхватывая катану из ножен... но уже в следующую секунду вогнал ее обратно. "Вы живы!" - выкрикнул он, и слезы выступили на глазах старика. "Я пойду с вами!" - постановил Сиан в своей обычной высокопарной манере. - "Мы не оставим Кефке этот мир!"

Неожиданная мысль пришла ему в голову: "Но... как же вы нашли меня?" Селес быстро переглянулась с товарищами, опустила глаза, еще больше усугубив подозрения самурая. "Только не говорите, что читали мои письма..." - прошептал он и опрометью бросился в пещеру, где принялся прятать по углам букеты цветов.

"Сиан, эти цветы прекрасны", - мягко промолвила Селес, проходя следом. "Думаешь?" - встрепенулся Сиан, и внезапно погрустнел. "Я все думал, что станет с этой бедной девушкой, ожидающей писем от своего возлюбленного", - принялся рассказывать он. - "И я решил нанести визит в Маранду. Я узнал, что она давно перестала получать ответы, но, несмотря на это, продолжала отсылать письма ежедневно. Я не мог бездействовать и дальше... Но, переписываясь с девушкой, я осознал, что такой же, как и она. Я отказывался двигаться дальше. Я не мог. Но отныне я не буду пребывать лишь в прошлом! Мы все должны смотреть в будущее! Кстати, в Маранде я повстречал сира Гау. Он сказал: "Быть сильным, убить Кефку!" Думаю, он собирается отточить свои боевые умения, чтобы сразить лорда башни. Зная сира Гау, думаю, стоит поискать его в Вельде".

И вот их уже шестеро... но не все, еще не все. Внемля настойчивой просьбе Сиана, Сетзер направил воздушный корабль назад в Маранду, где герои, вновь навестив Лолу, оставили на столе ее последнее письмо самурая, пока хозяйка хлопотала на кухне. Правда, теперь она была серьезна, и печаль поселилась в ее прекрасных глазах.

"Я знала, что письма и цветы присылает не мой парень", - делилась Лола с Селес и ее товарищами. - "Я просто боялась признать этот факт. Не хотела принимать для себя то, что это означает... Лгала сама себе... Но сейчас со мной все в порядке. Не знаю, кто писал эти письма, но чтение их притупило боль в моем сердце. Я уверена, что писавший их сам испытывает подобную боль... Хотела бы я с ним встретиться". "Вообще-то..." - начал было Эдгар, но Сиан крепко сжал его плечо, взглядом приказывая замолчать.

"Смотри в будущее", - сказал он Лоле на прощание. - "И неважно, сколь темным оно кажется, всегда настанет новая заря. А за нею придет и новый день..."

Глава 20

Весь мир был открыт перед нашими героями. Куда же дальше?..

Сабин предложил взять курс на север, где в горах у Нарша схоронился мастер Дункан, его горячо любимый наставник. Сетзер не возражал, и направил "Сокол" в направлении, указанном товарищем.

Сабин попросил соратников подождать его в городе, сам же в одиночку отправился в горы. Сколько раз он проделывал подобное с мастером Дунканом, а теперь вот разыскивал его самого...

Герои же направились в Нарш - город, с которого и начались их приключения. Вот только оказался он полностью опустошен - жители покинули город, и ныне единственными обитателями его стали монстры, пришедшие с гор - мамонтообразные "лукавые" и гармы, снежные волки. Дело в том, что в катаклизме лопнули подземные трубы, служившие источником тепла для города, и стужа севера заявила наконец на эти земли свои права, создав людям воистину невыносимые условия для существования.

Мог Героев же интересовал несколько иной вопрос - что же сталось с тем эспером, заточенным в ледяной глыбе? И они устремились в рудники Нарша, где с удивлением для себя обнаружили деревеньку муглов. Конечно, Локи рассказывал им про этих забавных существ, обитающих под землею, но одно дело - слушать захватывающие истории, совсем же другое - видеть их воочию...

Один из муглов важно приблизился к героям, представился Могом и заявил, что отправится вместе с ними. "Купо!" - объяснил он. - "Старик по имени Рамух являлся в моих снах, обучил человеческому языку и наказал немедленно отправиться в путь вместе с героями, как только они покажутся в нашей деревне!"

Герои, в общем-то, не возражали против нового компаньона, и в первом же бою тщедушный мугл продемонстрировал свое воинское искусство. Закружившись в танце, призвал он магию земли, и та разверзлась, поглотив рыскающих в темноте рудников монстров.

Покинув подземные шахты, герои устремились в горный каньон, где год назад оставили волшебное чудовище, но путь им преградил ледяной дракон, сражаться с которым - волей-неволей - пришлось. К счастью, огненная магия относилась к разряду любимых для наших героев, и справиться с гигантским ящером им удалось без особых проблем.

А вот Валигарманда - эспер, заключенный во льду - пробудился, почувствовав, как магия возвращается в мир, и теперь обрушил на подоспевших героев всю мощь своих заклятий. Селес и Мог отвечали ему той же монетой, в то время как остальные пытались разбить толстый слой льда, покрывающий эспера. И когда вековая тюрьма разлетелась на мелкие осколки, Валигарманда пал, ослабленный магией своих же собратьев, дарованной горстке людей, пришедших по его душу.

"Стало быть, люди разбили мои ледяные оковы", - прогудел эспер, по внешнему виду напоминавший жуткую помесь ящера и селезня. - "Люди, владеющие магиситом... Кто же вы?.. Хотя, не думаю, что это важно. Но что значит этот дух опустошения, витающий в воздухе? Неужто Война Магов продолжалась всю эту тысячу лет? Эта глупая, бесконечная война..."

И когда герои сообщили Валигарманду о своем стремлении положить конец безумию, царящему в миру, эспер немедленно обратился в магисит, доверительно предложив могущество свое незнакомым ему людям.

Умаро Мог потянул Селес за рукав, указывая на вход в пещеру, расположенный у подножья соседней горы. По словам забавного мугла, обитает там его друг, снежный йети Умаро, который с радостью присоединится к движению сопротивления власти Кефки Палаззо... если, конечно, хорошенько его попросить.

Вот только йети в ревом вырвался из пещеры и набросился на героев, чуть не растоптав своего закадычного приятеля Мога... Впрочем, парочка весьма весомых ударов быстро привела его в чувство, а мугл весьма доходчиво разъяснил ситуацию. "Я - твой хозяин, купо!" - заявил он сникшему йети. - "Ты пойдешь с нами, купо!" Умаро радостно закивал.

Так команда героев увеличилась на еще одного весьма странного индивида, обладающего чудовищной силой... и символическим интеллектом.


Вернувшись на "Сокол", герои приняли решение вернуться в Моблиз. Как знать, быть может, теперь, когда ряды их существенно пополнились, а силы - возросли, девушка-эспер согласится оставить ребятишек (хотя бы на время) и принять участие в штурме "мусорной" башни Кефки?

Уже на подлете к селению герои заметили всполохи заклятий - Терра в образе эспера отражали очередную атаку демона Хумбабы. Помощь героев пришлась как нельзя кстати, и тварь была повержена раз и навсегда.

Обрадованные ребятишки высыпали на улицу, немного страшать нового облика своей "мамы", но все равно, чрезвычайно гордые одержанной ею победой.

Терра приблизилась к героям, сошедшим с борта "Сокола" и замершим в ожидании. "Я буду сражаться!" - уверенно молвила она. - "Я думаю... что, наконец, поняла. Чувство, что росло во мне... Это - любовь! Я должна сражаться, чтобы защитить тех, кого люблю, и сделать мир безопасным для тех новых жизней, что придут в него".

Она обратилась к детишкам: "Ребята, маме нужно ненадолго вас покинуть и сделать мир лучше и радостнее для вас! Но обещаю, что вернусь сразу же, как только смогу!"

Провожала девушку вся деревня. Детишки махали руками, многие всхлипывали, но глаза всех без исключения озарял свет надежды...


...Следующей остановкой "Сокола" стали сильно уменьшившиеся в размерах равнины Вельда. Часть их затонула, часть оказалась отсечена от материка.

Гау проводил время, совершенствуя свои боевые навыки, перенимая приемы и атаки множества монстров, появившихся в миру после катаклизма. Герои отыскали его фактически сразу же по прибытии в Вельд... или, вернее, парень сам нашел их, заприметив воздушный корабль. Более того, во время своих странствий мальчик навестил хижину сумасбродного старика, который, по всей вероятности, и являлся его отцом. Безумный отшельник глаголил о том, как когда-то у него родился демон-сын и он оставил умирать его на равнинах Вельта. К несчастью, разум полностью оставил старика... Что ж, Гау рад был узнать хотя бы то, что отец его жив, пусть даже и не признал в мальчугане собственного отпрыска.

...Спустившись в лабиринты заполоненных монстрами пещер Вельда, в логове бегемотов герои наткнулись на Тень, страшно израненного и пребывавшего без сознания. Верный Перехватчик бегал рядом, заливистым лаем умоляя о помощи.

Подхватив отважного ниндзю на руки, братья Фигаро устремились назад, к воздушному кораблю, в то время как остальные прикрывали их с флангов на случай возможной атаки подземных обитателей.

Лишь только последний из героев взошел на борт "Сокола", Сетзер поднял корабль в воздух и направил его к Тамасе - ближайшему селению, заклинатели в котором смогут удержать ускользающую душу Тени на пороге смерного бытия.

Ниндзя метался на койке, жар и видения прошлого снедали его...


...Израненный, Клайд добирается до Тамасы и, встретив девушку своей мечты, оседает в этом селении...

...Вот он уходит из дома Страго Магуса вместе с увязавшимся следом псом, оставляя жену и дочь - Релм...


Следующие несколько дней герои провели в Тамасе, дожидаясь выздоровления Тени, обсуждая открывшийся факт о том, что Релм - оказывается, дочь бравого ниндзи и гадая, куда же подевался сам почтенный Страго Магус.

Селяне мало чем могли помочь героям в поисках старого мага. Сказали лишь, что после катаклизма, тот вернулся в Тамасу совершенно раздавленным и потерявшим веру в будущее. Все товарищи старого мага, и, самое главное, его любимая внучка, сгинули неведомо где, и неизвестно, живы ли вообще. А пару месяцев спустя исчез и сам Магус. Заезжие торговцы говорили, что видели старика в рядах фанатиков Культа Кефки - новой религиозной организации, прославляющей властителя Разрушенного Мира. Соседи, знавшие Страго всю жизнь, с ходу отринули подобную возможность, герои же, прослышав об этом, призадумались: катаклизм сломал немало людских судеб, погасил огонек надежды во множестве душ. Вполне возможно, что и немолодой уже Страго, лишившись последних радостей жизни, предался глубокому отчаянию и отправился искать утешения в религии... если истовую преданность тому, против которого упоенно сражался, можно назвать подобным словом.

...Башня Культа Кефки возведена была в небольшой долине, со всех сторон окруженной горами. С трудом посадив в непосредственной близости от структуры "Сокол", герои покинули корабль, устремившись к башне. Мрачное строение из металла возносилось ввысь, вершина его терялась в низких, свинцовых облаках. Зато у подножья твердыни бродили фанатики, непрерывно бормоча песнопения во славу Кефки.

Страго Магус К вящему ужасом героев, Страго Магус действительно оказался там! Взгляд старого волшебника не выражал ни единой мысли, и был устремлен в пространство; богатый алый камзол весь истрепался, а морщин на лице заметно прибавилось. Будто и не год для него прошел, а все десять...

"Вот ведь старый мешок с костями!" - не на шутку разозлилась Релм и гаркнула. - "Подь суда!" Страго неуверенно завертелся на месте, заметил делегацию, пришедшую его навестить, и бросился навстречу. Руки его тряслись, когда он обнял внучку, прижал к груди. "Релм!" - лепетал несчастный старец. - "Это вправду ты, дорогая? Ты жива?!"

Девочка демонстративно глубоко вздохнула. "Ну и дурак же ты, дедуля!" - ткнула она пальцем в грудь Магуса. - "И что ты себе удумал? Что я загнусь прямо перед тобой, ты, старый ворчун?" Страго с облегчением вздохнул; радостные слезы заструились у него из глаз: "О, хвала богам, ты все так же умеешь ругаться!"

"Короче, дед, ты идешь вместе с нами!" - тоном, не терпящим возражений, постановила Релм, и Страго закивал: "Еще бы! Вы, сосунки, без меня все испортите!" Герои, наблюдавшие эту трогательную сцену, усмехались. Вот такого Страго Магуса все они знали и любили.

А после была резня, когда герои устремились вверх по лестнице, опоясывающей преотвратную башню, убивая волшебных монстров, поставленных Кефкой для ее охраны. Лишь начав восхождение, герои обнаружили, что оружие их не причиняет ни малейшего вреда здешним обитателям; все надежды возлагались лишь на магию. Поднаторевшие в сем искусстве сполна показали себя, расправляясь с чудовищами, и даже прикончив святого дракона, облюбовавшего один из верхних этажей монументальной постройки.

На вершине нарушителей спокойствия поджидал мастер-маг, некогда бывший человеком, а теперь, волею Кефки, идеальный вершитель "справедливости" в мире, благо в жилах его вместо крови текли магические потоки. Уничтожив сие порождение и осквернив башню Культа, герои тем самым плюнули в лицо самовлюбленному божеству. Их действия стоило однозначно воспринимать как предупреждение: мы идем!


Мир стремительно проносился под днищем "Сокола". Где же ты, Локи Кол, величайший охотник за сокровищами в мире?

В Драконьем Колизее, где проводятся состязания между сильнейшими бойцами Разрушенного Мира, Локи не оказалось, зато обнаружился Зигфред, который предупредил героев касательно слухов о том, что объявился его собственный двойник, пытающийся присвоить себе славу знаменитого мечника. Сабин и Сиан понимающе переглянулись: кажется, с этим парнем они уже имели сомнительное счастье повстречаться...

Не было Локи и в оперном театре. Прямо посреди сцены сидел огромный земляной дракон, распугавший всю публику и широко улыбающийся музыкантам, замершим от страха в оркестровой яме. Правда, после случайного визита наших героев еще на одного дракона в мире стало меньше.

...Посетив заброшенный замок Дома, герои пали жертвой демонов разума, подчинившими душу Сиана и забросившего товарищей самурая в самые темные уголки его мозга. Отчаяние так и оставило Гарамонда: он все еще винил себя за гибель жены, сына, королевства... всего мира! И монстр, рекомый Пожирателем Душ, угнездился в этой бичующей себя сущности, питаясь ее злостью, скорбью и ненавистью.

Героям, пребывающим во власти колдовского сна, пришлось изрядно попотеть, освобождая разум Сиана из-под власти поработителя, а заодно пережить эмоции, терзающие их друга, как-то страх перед паровыми машинами, бессилие что-либо изменить в этом сумасшедшем мире и непомерная горечь утраты родных и близких.

С помощью духов Элайны и Овайна Сиана удалось спасти. Пока герои сдерживали настиск Пожирателя Душ, родные поддерживали в душе Гарамонда желание продолжать жить дальше, передавая ему свою бесконечную любовь из высших сфер.

И пробудился от волшебного сна старый самурай совершенно иным человеком, свободным от бремени прошлого и готовым твердо смотреть в будущее... как и советовал сам Лоле из Маранды.


...Расколовший землю катаклизм явил миру руины замка, низвергнутого в земные недра 1000 лет назад, в одном из сражений приснопамятной Войны Магов. Древние легенды поминают о запретной любви королевы, чье имя история не сохранила, и эспера Одина. В решающей схватке между эсперами и людьми маг последних обратил Одина в статую, и по сей день пребывающую в тронном зале замка, ныне населенного лишь призраками, раз за разом переживающими события тех последних, страшных дней, когда глаза их еще видели солнечный свет.

Но теперь в руинах древней твердыни угнездился синий дракон, владеющий магией стихии воды. Прикончив рептилию, герои прошествовали в тронный зал, коснулись статуи Одина... и та раскололась перед ними, открыв запечатанный ранее внутри нее магисит, сохранивший силу легендарного эспера - заклинание Метеор!


Гого ...Прослышав в одном из селений о том, что на Треугольном Острове поселился "монстр, который может выпить океан", герои устремились туда, дабы проверить слухи. Тварь - Пожиратель Пространства - действительно встретила их. Не особо крупный, монстр, тем не менее, представлял собой портал в измерение бесконечной пустоты, куда и отправлялась вся пожранная им материя.

Дав чудовищу заглотить себя, герои оказались в престранном лабиринте, где обнаружили не менее странно персонажа, с ног до головы замотанного в шелка так, что невозможно было даже определить его пол. Существо назвалось Гого и объявило, что решило отправиться вместе с героями спасать мир. Мотивы свои сообщить оно не пожелало, сказав лишь, что является великолепным мимом, могущим точно копировать приемы и способности товарищей. Рассудив, что подобные навыки у компаньона будут совсем не лишни, Селес дала добро на присутствие в их отряде сего чудака, и остальные, поразмыслив, поддержили ее решение.

Произнеся заклинание, исторгнувшее их обратно в смертный мир, герои вернулись на "Сокол" и вновь подняли корабль в воздух. Что ж, они прочесали весь мир, и нигде не обнаружили и следа Локи Кола. Лишь одна зацепка оставалась у них: клочок бумаги, обнаруженный за портретом Императора Гесталя в доме Оузера. "Легендарное сокровище спрятано там, где горы образуют звезду..." - значилось там, и подобная картина просматривалась отчетливо с борта корабля: чуть к северу от башни Кефки, возведенной на руинах Вектора, горная гряда действительно образовывала пятизвездочную звезду.

Проплутав несколько дней в извилистых лабиринтах, коими было испещрено горное нутро и прикончив купавшегося в лавовых потоках алого дракона, герои достигла сердца пещеры, где наблюдали Локи Кола, с благоговением держащего в руках "легендарное сокровище" - магисит.

"Легенда гласит, что эспер Феникс обратил себя в камень несколько столетий назад..." - объяснил он друзьям, коих, признаться, никак не ожидал повстречать здесь. - "Похоже, она правдива. Вот только магисит этот потускнел и весь потрескался. Не знаю, может ли он еще совершать чудеса..." "Локи..." - вопрос давался Селес очень тяжело. - "Это ведь для Ракель, правда?" Локи опустил голову. "Ракель", - тихо молвил он. - "Я подвел ее. Я нарушил обещание и лишился единственного, что по-настоящему ценил в жизни. Так что до тех пор, пока я не исправлю все... и не верну свою утраченную честь... я просто пребуду лгуном-неудачником",


...Герои обещали подождать его на борту "Сокола", и Локи бегом бросился к дому травника, переполошил жителей Колингена, оказавшихся в тот час на улице. Подойдя к ложу с нетленным телом Ракель, охотник за сокровищами осторожно положил испещренный трещинами магисит ей на грудь. Камень воссиял... и разлетелся вдребезги, но глаза девушки распахнулись.

"Локи", - прошептала она. - "Феникс израсходовал все свои силы, чтобы подарить мне лишь немного времени. Но вскоре я вновь покину этот мир, и на этот раз - навсегда..." Локи молчал, не перебивая, глядя на девушку полными боли глазами. "Но до того, как время мое иссякнет", - продолжала Ракель, - "я должна кое-что сказать тебе. Кое-что, что не успела сказать при жизни. Локи... С тобой я была счастлива. Перед смертью память вернулась ко мне и я погибла с мыслями о тебе. И была очень, очень счастлива... И потому сейчас я хочу сказать тебе: Локи, спасибо!"

Голос ее все слабел. "Ракель!" - выкрикнул Локи. Из груди рвались глухие рыдания; даже травник, замерший у дверей, утирал глаза носовым платочком. "Мне пора..." - прошелестела девушка, закрывая дивные глаза. - "Спасибо за все то счастье, что я испытала рядом с тобою... Пожалуйста, сбрось цепи, что сковывают твое сердце... Я отпускаю тебя... Подари свою любовь той, кто пребывает с тобою... Люби ее... как любил меня..."

Когда Локи вернулся на корабль, товарищи лишь с тревогой взирали на него, не произнося ни слова. Кол улыбнулся, затем подошел к Селес и просто взял ее за руку. "Что ж, пойдем постучимся в двери к Кефке!" - предложил он.

Глава 21

"Сокол" завис у вершины гигантской башни. Все четырнадцать героев, собравшись на палубе, взирали на безобразное строение из мусора и обломков, удерживаемых воедино лишь магией.

"Боги Триады контролируют магию мира эсперов", - закусив губу, промолвила Селес. - "Если мы уничтожим их..." "Боишься того, что может случиться?" - вопросил проницательный Эдгар. Селес молча кивнула. "Эсперы... и дажа сама магия могут исчезнуть из нашего мира", - возвестил Страго. "И если это произойдет, что же будет с Террой?" - выпалила Селес гложущую ее мысль. На этот вопрос ответа не было ни у кого.

...Спустившись на крышу башни и начав нисхождение к ее сердцу, довольно скоро герои обнаружили, что адское сооружение включает в себя и императорский дворец Вектора, и Исследовательский Магитек-Центр, и иные городские постройки. Все это теперь перемешано в одну кучу металла и древесины, кое-как скреплено элеваторами, работающими на паровых двигателях и, вдобавок, населено монстрами, сражение с каждым из которых воистину достойно отдельной саги. Кефка не поскупился на охранников для своей твердыни: помимо тварей из мира эсперов, как то великие бегемоты или гигантские динозавры, "властелин мира" не побрезговал и новыми моделями Магитек-брони, ныне управляемой модифицированными солдатами Империи; когда-то - людьми, ныне же - скорее монстрами, человеческого в которых не осталось ни на грош, зато появилась великая магическая мощь и стремление убивать, единственное в помыслах.

В недрах башни герои отыскали и расправились с двумя оставшимися в миру драконами - золотым и нежитью, после чего направились ко входу в погребенный дворец.

Триада... Божества магии пробудились, и ныне, подвластные воле Кефки Палаззо, исполняли роли сторожевых псов. Прекрасно понимая, что совокупная мощь всех трех оживших каменных исполинов уничтожит их в мгновение ока, герои приняли решение разделиться на три группы и атаковать противников единовременно... После чего началась форменное светопреставление. В эту атаку герои вложили могущество древнейших эсперов, переданное людям через магисит, и сам воздух затрещал, напитываясь магией. Ткань реальности опасно источнилась; смертному миру тяжело выдержать столкновение столь изощренных заклятий, коими обменивались противники. Причем Триада - Тварь, Богиня и Демон - совершенно не держала зла на чад своих неразумных; божества магии воспринимали открывшуюся действительность совершенно нейтрально, и сражались лишь потому, что приказал сие подчинивший их разум.

И когда пали статуи, разбитые на сотни каменных кусков, магия не ушла вместе с ними. Неужто Кефка изыскал способ лишить божеств самого источника волшебства?.. Спросить об этом возможность вскоре предоставится, ибо хозяин башни счел момент подходящим, дабы явить себя на сцене.

Знакомый человечек в кричащем ало-зеленым костюме вышел навстречу героям. Ничего божественного в нем не ощущалось... "Добро пожаловать, друзья!" - тепло приветствовал Кефка гостей. - "Я знал, что вы появитесь, и уже отрепетировал приветственную речь!" Локи выступил вперед: "Ну и что еще собираешься уничтожить, прежде, чем насытишься, Кефка?" Последнее имя он выплюнул с черной ненавистью. Обладатель его разом насупился.

"Я обладаю абсолютной мощью!" - заявил он. - "Гляди!" По мановению руки Кефки Терру подбросило в воздух, где она и застыла, беспомощная, связанная магическими потоками. "Вот какая силища!" - похвастался Кефка. - "Вы для меня теперь - всего лишь мушки!"

Настала очередь Сиана совершить непроизвольный полет. "Примите свое поражение как факт!" - глумился Кефка. - "Такова судьба всего сущего". Марионетки наскучили ему, и "божок", резко прервав действие заклятия, отбросил тела Терры и Сиана в сторону. Локи недобро усмехнулся. "Поражение?" - вкрадчиво переспросил он. - "Возможно. Но люди всегда могут заново отстроить свой мир, в который со временем придут и новые жизни". "И их тоже уничтожит безжалостное время", - не сдавался Кефка. - "Почему люди так настаивают на созидании вещей, коим уготованно быть уничтоженными? Почему они хватаются за жизнь, зная о неизбежности смерти?"

"Потому что имеет значение не конец", - промолвила Терра, поднимаясь на ноги. - "А осознание того, что сейчас, лишь в этот момент, есть то, ради чего стоит жить! То, что ты создал... То, что нужно защищать... И пока подобное есть у тебя - этого достаточно!"

Кефка с удивлением оглядел всех героев, пришедших к нему со вполне очевидным намерением. Четырнадцать пар глаз неотрывно следили за каждым его движением, и во взглядах сквозило непрекраытое презрение. "И что же, вы все нашли нечто такое, ради чего стоит жить в этом Разрушенном Мире?" - с напускной веселостью поинтересовался Кефка. "Любовь", - кивнула Терра. "Ту, которую стоит защищать", - добавил Локи. "Жену и сына, которые вечно пребудут в моем сердце", - отвечал Сиан. "Друзей", - молвил Тень и, бросив быстрый взгляд на Релм, добавил: "И семью!" "Мирное королевство", - улыбнулся Эдгар. "Любящего брата, который всегда обо мне позаботится!" - хохотнул Сабин. "Того, кто готов принять меня такой, какая я есть", - прошептала Селес. "Дрянную маленькую внучку", - проворчал Страго. "Вредного деда", - в тон ему отозвалась Релм, - "без которого я жить не смогу!" "Крылья, дарованные старой подругой!" - вздохнул Сетзер. "Новых приятелей, купо!" - закончил Мог. Гого и Умаро молча закивали: им, дескать, тоже есть, ради чего жить.

С каждой фразой лицо Кефки все больше искажалось от злобы и отвращения. "Вы как будто книгу цитируете - "Помоги себе сам", - заявил он. - "Что ж, если вы того хотите... значит, так тому и быть!"

И Кефка Паллазо низвергнул огненные смерчи на планету, стремясь завершить разрушение, утопить мир в пламени. Сознавать то, что люди находят причины существования в чем-то ином, помимо почитания единственного достойного божества вселенной, было невыносимо. "Вы все - грязь на подошвах моих сапог!" - вопил разъяренный маг, брызгая слюной. - "Нет: вы - грязь, прилипшая к той самой грязи! Я тут все разнесу! Я создам империю смерти!!!"

"У тебя не получится!" - с улыбкой отвечала Терра. - "У людей всегда будут мечты!" Наблюдать за метаниями безумного самовлюбленного божества было весьма забавно. "Нет!!!" - орал Кефка, в гневе топая ногами. - "Я уничтожу весь мир! Не останется ничего, о чем можно будет продолжать мечтать!"

Облик его менялся на глазах. Кефка обращался в камнекожего гиганта, из глаз которого били молнии, а голова достигала небес. Вот оно - наглядное проявление "эго" придворного мага Империи и лизоблюда Гесталя. Тело великана походило на сгусток протоплазмы, составленный из челочевеческих и звериных форм. Из груди высунулась тигриная голова, оскалилась, произнося заклинания. И вся чудовищная структура жила десятком жизней сразу... Казалось, сознание божества разделилось, дабы одновременно вести бой с несколькими героями сразу. Что ж, вполне разумно...

Окружив "конструкцию", герои обрушили на нее загодя припасенную, и не растраченную в предыдущих боях мощь эсперов. Протоплазму сокрушали метеоры, рвали на части молнии; составлявшие гору плоти естества в долгу не оставались, и щедро поливали героев кислотным дождем, жгли чистым пламенем. Последние поддерживали силы целительными заклинаниями, но тех оставалось все меньше и меньше...

А в затянутых черными тучами небесах реял истинный Кефка - крылатый ангел. Облик, который, как он сам считал, как нельзя лучше соответствует его нынешнему положению. "Любовь! Мечты! Надежда!" - доносил ветер громовой глас Палаззо. - "Столь бессмысленные понятия!"

Но смех его оборвал метко брошенный огненный шар. Взъярившись, Кефка бросил взгляд вниз, на суетящихся людишек у подножья горы плоти... Прямо к нему неслись эсперы - Один, Фенрир, Рамух, Крестоносец, иные... Бог встретил волшебных противников Светом Правосудия, но те прорвались сквозь испепеляющую завесу, ударили Палаззо... и плотские оковы, в которых тот вынужден был находиться, не выдержали, рассыпавшись мелкой пылью...

...Башня ощутимо сотрясалась. Магия покидала этот мир, и заклятие, удерживающее составные части постройки, стремительно таяло. Камни магисита рассыпались прямо в руках героев. Силы Терры резко убывали... "Терра..." - услышала она глас Мадуина, отца. - "Мы, эсперы, покидаем этот мир. Ты тоже можешь уйти... Но если твоя человеческая часть испытывает слишком сильные чувства по отношению к чему либо, можеть быть - может быть! - ты сможешь остаться здесь в человеческом облике".

..."Сокол" устремился прочь от рушащегося символа власти безумца над миром. Прочь, в чистое голубое небо. В светлое будущее Мира Возрожденного.

  1  2  
Web-mastering & art by Bard, idea & materials by Demilich Demilich